Насилие как составообразующий признак хищения

Оглавление

Введение 2

Глава 1 Юридическая  природа уголовно-правового понятия  насилия 6

§ 1. Понятие  и виды насилия 6

§ 2. Вопросы  совершенствования законодательства об уголовной ответственности за насильственные хищения 22

ГЛАВА 2 КВАЛИФИКАЦИЯ НАСИЛЬСТВЕННЫХ ХИЩЕНИЙ 36

§ 1. Квалификация по объективным признакам составов насильственных хищений 36

§ 2. Квалификация по субъективным признакам составов насильственных хищений 57

§ 3. Квалификация насильственных хищений при решении  вопроса о конкуренции норм и  множественности преступлений 69

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 84

Список использованной литературы 92

Введение

Актуальность  темы выпускной квалификационной работы. Конституция Российской Федерации провозглашает, что человек, его права и свободы есть высшая ценность, а признание, соблюдение и защита их – обязанность государства. При этом насилие, демонстрирующее пренебрежение к жизни, здоровью и личной неприкосновенности человека, становится все более привычной и частой формой его принуждения, проникая во все сферы человеческой жизнедеятельности. Действующие меры борьбы с насильственными преступлениями остаются недостаточными для защиты естественных прав человека, а также воспитания в нем признания и положительного отношения к этим интересам других индивидуумов. Уголовный кодекс Российской Федерации 1996 г., защищая наиболее важные общественные отношения, выдвинул на первый план охрану интересов личности. При этом в России квартиры жителей превратились в бронированные сейфы и опасно выходить на улицу в темное время суток. Неуважение к человеческой личности пронизывает общество. На протяжении ряда лет от преступлений, сопряженных с применением насилия, в России на 100 тыс. совершеннолетних людей погибает 221 человек в год.

В общем числе насильственных преступлений в любой стране доминируют корыстно-насильственные деяния. Насилие  в таких деяниях служит способом удовлетворения корыстных побуждений, что указывает на пренебрежительное  или отрицательное отношение  к основным интересам личности: жизни, здоровью и неприкосновенности. В  подобной ситуации единственным рычагом  предотвращения корыстно-насильственных преступлений и посягательств на здоровье или неприкосновенность личности, связанных с ними, является уголовное  преследование.

С момента вступления в  силу Уголовного кодекса Российской Федерации отмечается прирост насильственных хищений в абсолютных и в относительных показателях. В период с 2000 по 2010 гг. количество грабежей и разбоев увеличилось на 219% и 74% соответственно. Удельный вес грабежей среди зарегистрированных преступлений имеет устойчивую тенденцию к росту: с 4,5% в 2000 г. до 9,3% в 2010 г.

В настоящее время требуются: переосмысление понятия «насилие»; исследование действенности уголовной ответственности за насильственные хищения; формулирование правовых определений и запретов в системе законодательных проектов и в сфере их практического использования в борьбе с насилием, вызванным пренебрежительным отношением к жизни, здоровью и личной неприкосновенности людей.

Все это создает значительные трудности в толковании и применении уголовно-правовых норм, предусматривающих  ответственность за насильственные хищения. Спорные вопросы их квалификации препятствуют своевременному привлечению  виновных к уголовной ответственности  и назначению справедливого наказания. Сам факт поглощения преступлений против личности преступлениями, посягающими на собственность, умаляет значение признанных ценностей общества.

Вопросы составов насильственных хищений  рассматривались как  в работах Антоняна Ю. М., Базарова Р. А., Бойцова А. И., Борзенкова Г. Н., Векленко В. В., Владимирова В. А., Волженкина Б. В., Гаухмана Л. Д., Ераксина В. В., Жижиленко А. А., Иващенко А. В., Кочои С. М., Кригер Г. Л., Кригер Г. А., Лопашенко Н. А., Ляпунова Ю. И., Наумова А. В., Панова Н. И., Пионтковского А. А., Питецкого В. В., Плоховой В. И., Сердюка Л. В., Симонова В. И., Шарапова Р. Д., и др. Несмотря на большое внимание к данной теме, современные авторы не осветили должным образом важные вопросы социальной и исторической обусловленности разделения насильственных хищений на формы, деления насилия на виды; не раскрыли соотношение категории «насилие» с аналогичной категорией социологии, с уголовно-правовой категорией «принуждение».

Все вышеизложенное свидетельствует  об актуальности исследования категории  «насилие», ее соотношения с категорией «принуждение», обоснованности разграничения составов насильственных хищений на формы по способу их совершения.

Цель и задачи исследования. Цель впускной квалификационной работы заключается в том, чтобы на основе комплексного изучения истории возникновения генеральных форм насильственных хищений, уголовного законодательства, положений криминологии, судебно-следственной практики выявить недостатки конструкций уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за эти деяния, и выработать предложения по оптимизации уголовной ответственности.

Для достижения указанной  цели предполагаются постановка и решение  следующих задач:

– определить сущность уголовно-правовой категории «насилие» и ее соотношение с категорией «принуждение»;

– установить социальную обусловленность  уголовной ответственности за насильственные хищения вообще и по преследуемым формам в частности;

– выявить основания и  обоснованность деления насилия  на виды по степени опасности для  жизни или здоровья человека, поглощения этим понятием преступлений против личности;

– установить правовую природу разделения составов насильственного грабежа, разбоя и вымогательства в отечественном уголовном праве;

– сформулировать выводы и предложения по совершенствованию уголовной ответственности за совершение насильственных хищений.

Объект и предмет  исследования. Объектом исследования являются общественные отношения в сфере охраны телесной неприкосновенности, жизни и здоровья человека, в рамках посягательств на отношения собственности.

Предметом исследования выступают  нормативно-правовые акты Российской Федерации, устанавливающие ответственность  за нарушение неприкосновенности, жизни и здоровья человека, в рамках посягательств на отношения собственности.

       Методологической  основой исследования послужили  такие методы исследования, как:  специально-юридический, сравнительно-правовой, исторический и другие приемы  обобщения научного материала  и практического опыта.

Структура и объем выпускной квалификационной работы. Структура работы предопределена целями и задачами исследования и состоит из введения, двух глав и заключения.

Глава 1 Юридическая природа уголовно-правового понятия насилия

§ 1. Понятие и виды насилия

Проблема насилия в  обществе – одна из самых глобальных проблем нашего времени. Содержанию слова «насилие» и различным его категориальным (понятийным) значениям (социологическое, религиозное, национальное, медицинское, сексуальное, преступное насилие и др.) уделяется пристальное внимание всего мирового сообщества.¹

 Насилие связывается  с целенаправленным ограничением  свободы поведения, подчинением,  нарушением прав и нанесением  ущерба людям и их объединениям, что приводит к определению  его через понятие «принуждение». Так, А. А. Гусейнов описывает насилие как внешнее, силовое воздействие на человека или группу людей, «принуждение, ущерб жизни и собственности, которые осуществляются вопреки воле тех, против кого они направлены». В Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации категория «насилие» встречается при конструировании более сорока составов преступлений. К насилию относят не только весь спектр насильственных действий, охватываемых термином «насилие», но и криминальные явления, определяемые иными терминами, описывающими действия, которые, по мнению ученых, представляют собой «насилие» в широком его смысле, либо «насилие» является одной из форм их проявления. «В ряде случаев, – пишет Л. Д. Гаухман, – предусмотрены действия, которые по существу представляют собой насилие или могут выразиться в насилии, либо указаны последствия насилия в виде причинения смерти или телесных повреждений».²

Уголовный закон не раскрывает категорию «насилие», поэтому различные авторы вкладывают в нее свое содержание. Большинство ограничивается перечислением силовых действий и их последствий, и лишь немногие пытаются дать общее толкование данной категории. В. И. Симонов разделил современные мнения на четыре группы: а) применение физической силы к потерпевшему; б) всякое воздействие на телесную неприкосновенность потерпевшего; в) воздействие на потерпевшего, которое может заключаться в нанесении удара (ударов), причинении телесных повреждений или смерти; г) любое противоправное воздействие на организм другого лица против его воли.³

Отдельные определения категории  «насилие» напоминают дефиницию преступного деяния. Так, П. Н. Назаров трактует насилие как «волевое, общественно опасное, противоправное, виновное, с применением физической или психической силы деяние, посягающее на те общественные отношения… которые охраняются законами, указанными в Особенной части Уголовного кодекса… и причиняющее им вред или ставящие их под угрозу, выраженное в определенных законом границах своего объема и интенсивности».⁴ Свои существенно различающиеся доктринальные определения рассматриваемой категории давали Л. Д. Гаухман, Р. Д. Шарапов, Л. В. Сердюк, А. Н. Романков и Н. М. Букаев, А. В. Иващенко и др.⁵

А. А. Пионтковский говорил, что «насильственное воздействие на личность состоит во всяком принуждении ее к действиям, противоречащим ее желаниям».⁶ Вместе с В. Д. Меньшагиным они определяли насилие как «всякое воздействие на телесную неприкосновенность потерпевшего».⁷

В познании категории «насилие» есть момент, обычно остающийся без внимания, без которого постоянно возникает ситуация непонимания. Термин «насилие» применяется для описания различных явлений и определяется в широком и в узком смыслах. Выделяют насилие как категорию социологии (широкую) и как уголовно-правовую категорию (узкую). Как видно из вышеизложенного, между категориями «насилие» и «принуждение» есть прямая взаимосвязь, и обе они применяются в Уголовном кодексе Российской Федерации, не имея легитимных определений. Если проанализировать употребление указанных категорий в законе, то становится очевидным, что категория «насилие» с явлениями, входящими в его содержание, угроза насилием и иные угрозы в составах преступлений выступают формами принуждения человека для достижения целей виновного.⁸ Принуждение определяют как деятельность, «заключающуюся в применении к субъекту каких-либо мер воздействия вопреки или помимо его воли»,⁹ цель которого в том, чтобы лицо было захвачено во власть другого. Принудить – значит «заставить что-н. сделать, силою побудить к чему-н.».¹⁰ Именно через слова «незаконное», «сила» и «принуждение» объясняется в словарях слово «насилие».

Следует согласиться, что  «насилие является лишь частью, одним из видов принуждения, которое по своему объему шире и богаче его. Оно может действовать и через имущественную, организационную и т. п. сферы, насилие же всегда воздействует непосредственно на личность через ее биологическую подструктуру. Оно является в силу этого наиболее резкой формой принуждения».

 «По мнению римских юристов, все преступления учиняются или насилием (vis), или обманом (fraus)».¹¹ Сегодня все преступления делятся на насильственные и ненасильственные. В Уголовном кодексе Российской Федерации нашли применение юридические конструкции «психическое принуждение» и «физическое принуждение» (ст. 40, п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ и др.). Они представляют реальную альтернативу ошибочно воспринятых, но нереализованных в уголовном законе, в силу несоответствия практическому назначению, категорий психического и физического насилия. Указанные виды принуждения олицетворяют известные способы мотивированного и целевого воздействия человека на предметы внешнего мира: энергетический (физическое воздействие) и информационный (интеллектуальное). Насилие и угроза им признаются одними из форм принуждения: «Под принуждением как способом воспрепятствования понимается физическое или психическое воздействие в отношении журналиста. Физическое воздействие выражается в умышленном причинении легкого вреда здоровью (ст. 115 УК РФ) или в побоях (ст. 116); психическое воздействие – в угрозе насилием над журналистом или его близкими, повреждением или уничтожением их имущества, распространением о них позорящих сведений».

К принуждению применимо  большинство описаний, которые в  действующей доктрине относят к  категории «насилие». Например, можно сказать, что им «виновный стремится парализовать волю потерпевшего, преодолеть оказываемое или предполагаемое сопротивление, что должно обеспечить совершение другого (основного) общественно опасного деяния». В Уголовном кодексе Российской Федерации «насилие» и «угроза» им определяются как наиболее агрессивные формы принуждения (например, в ст. ст. 120, 149, 179, 240, 302 УК РФ). Между тем некоторые самостоятельные формы принуждения, такие как тайное опаивание разнообразными веществами для приведения лица в беспомощное или бессознательное состояние, неисполнение имеющихся у виновного обязанностей в отношении зависимого лица, в целях виновного, сложно отнести к «насилию». Как заметил А. И. Бойцов, «насилие возникло и первоначально существовало в виде преимущественно прямого физического столкновения сторон».¹²

Закономерно утверждать, что  силовое воздействие, приведение в  бессознательное или беспомощное  состояние посредством введения в организм лица разнообразных веществ  или гипноза и неисполнение имеющихся  у виновного обязанностей в отношении  зависимого лица являются формами физического  принуждения; угроза применения силы, причинения вреда здоровью и угрозы иного характера, способные устрашить  угрожаемого, – формами психического принуждения. В зависимости от целей  принуждения в Уголовном кодексе  Российской Федерации присутствуют специальные составы принуждения: вымогательство, разбой, принуждение  к: изъятию органов, совершению преступления, даче показаний или отказу от них  и пр. Общий состав принуждения  отсутствует, несмотря на то, что оно  является первичной агрессивной  формой посягательства на свободу личности, которая в силу прецедентности реализуется  в способах насильственных преступлений.

В силу объективных и субъективных причин наличия в праве оценочных  понятий действующая категория  «насилие» используется как собирательный термин, объединивший множество форм физического принуждения, которые человек использует в отношении другого лица, со всеми возможными последствиями – преступлениями против личности, ставшими объединяющим их признаком.

Наиболее существен в  определении содержания уголовно-правовой категории «насилие» вопрос включения действующей практикой последствий для здоровья в ее содержание, что позволяет многим исследователям заключать, что причинение вреда здоровью – это определяющий признак насилия¹³ (против выступали Л. Д. Гаухман, В. И. Симонов, Н. И. Панов¹⁴ и др.). Расширение «насилия» на последствия от него вызвано соотнесением его с социологической категорией и поиском в указанном явлении признаков состава деяния, которые проявляются при анализе всех составов насильственных преступлений, вследствие обнаружения повторяемости их в любом из составов. Анализируются, таким образом, не явления, для описания которых используется термин «насилие», в своем функциональном назначении, а вся совокупность деяний, основным или дополнительным объектом которых выступает человек.

Развитие мысли об определяющем значении последствий расширяет  рассматриваемую категорию, приняв за догму цепочку от обратного: «…если есть вред жизни или здоровью, следовательно, было насилие». Результатом чего становятся утверждения, что насилие – это бездействие, причинившее вред¹⁵ (против выступали И. Я. Казаченко и Р. Д. Сабиров, В. И. Симонов¹⁶ и др.); тайное применение ядовитых, одурманивающих и иных веществ вызвавшее последствия, а также вообще всякое тайное, обманное или с использованием доверия потерпевшего причинение вреда его жизни или здоровью (против выступали З. О. Ашитов, Н. И. Панов, В. В. Ераксин, В. И. Симонов, В. Г. Шумихин, Р. А. Базаров и др.); тайное, обманное или коварное лишение свободы, ограничившее возможность перемещения (против выступали Л. Д. Гаухман, И. И. Горелик и др.).¹⁷

Включение последствий для  здоровья в содержание исследуемой  категории вызвано двумя причинами. Во-первых, искусственным разделением  насильственного грабежа и разбоя, когда «насилие, опасное для жизни или здоровья» выделяется именно своей вредностью для здоровья. Во-вторых, обнаруженной практической необходимостью преследования самостоятельно не криминализованных в уголовном законе, но имеющих место быть, перечисленных выше форм физического принуждения, относимых исследователями в содержание исследуемой оценочной категории именно ввиду их вредности для здоровья человека.

Насилие – это способ преступления, который представляет собой «образ, род, порядок действия, устройства», «образ действия, прием, метод осуществления чего-либо», «тот или иной порядок действий, метод в исполнении какой-либо работы, в достижении какой-нибудь цели». Оно не может включать какой-либо результат, так как характеризует «качественное своеобразие преступления, показывающего его индивидуальные особенности, присущие действию в конкретном преступлении», «физическое насилие – это особая характеристика преступного действия, способ его совершения, но не последствия этого действия».¹⁸ Если же последствие не является содержанием способа, то непонятна природа включения вреда здоровью в содержание хищений, ведь эти последствия не вред их объекту.

Во-вторых, насилие не содержит последствия своим признаком, так  как последние издавна имеют  самостоятельное уголовно-правовое значение в качестве преступлений против личности, дифференцированно учитывающих  их общественную опасность. Вредоносное  воздействие на человека всегда было объектом пристального внимания законодателя, независимо от отношения к категориям «насилие» или «принуждение» и того факта, что они служили условием других преступлений. Оно дифференцированно преследуется во множестве самостоятельных составов преступлений раздела VII УК РФ (ст. ст. 111, 112, 127 и др.). Очевидно, что в действующем праве последствия от насилия нашли подробное отражение. Они последовательно и дифференцированно, по степени общественной опасности, в зависимости от тяжести и формы вины преследуются уголовным законом, предусматривая соответствующие отягчающие обстоятельства, меры уголовной ответственности и наказания. Вред здоровью, как и вред жизни, не может быть содержанием категории «насилие». В противном случае умаляется ценность второго, по значимости (после жизни), естественного блага человека, охраняемого обществом, которое в действующих насильственных хищениях выступает дополнительным объектом и «защищается уголовным законом лишь попутно, т. е. постольку поскольку…».

Насилие определяется через  функцию принуждения, а значит, без  определения понятия принуждения  и всех его форм невозможно установить содержание исследуемой категории. Принуждение – это подчинение другого лица, против его воли. Принуждение может быть физическим и психическим. К формам физического принуждения относятся: а) силовое нарушение телесной неприкосновенности; б) приведение в бессознательное или беспомощное состояние посредством введения в организм потерпевшего наркотических средств, сильнодействующих, ядовитых, психотропных или одурманивающих веществ либо гипноза; в) неисполнение имеющихся у виновного обязанностей в отношении зависимого лица. Данные формы физического принуждения, как показано выше, многие исследователи и судебная практика выборочно и усеченно включают в содержание уголовно-правовой категории «насилие», что закономерно в силу гибкости его оценочного содержания, а также похожего характера общественной опасности этих форм. Из-за отсутствия собственного развитого института и системы они преследуются в рамках уголовно-правовых категорий «принуждение», «насилие» и других видах насилия.

Первоначальное уголовно-правовое (узкое) содержание категории «насилие» – это «применение мускульной силы к телу (корпусу) другого лица»¹⁹, непереходящее в иное преступление противозаконное применение физической силы против личности потерпевшего. Именно с присущим данной форме принуждения характером в первоначальном ее виде сравниваются иные формы принуждения, которые включаются в ее неограниченное содержание. Рассмотрим формы физического принуждения, вошедшие и не вошедшие в объем анализируемой категории.

Воздействие силой на тело (корпус) другого лица, посягающее на телесную неприкосновенность, – это наиболее резкая форма физического принуждения,²⁰ самая распространенная и используемая в более 95% всех насильственных преступлений (насилие в узком смысле). Вооруженность, открытое использование химических и биологических препаратов, источников повышенной опасности (опасные животные, автомобили и пр.) относятся к данной форме принуждения, но заслуживают самостоятельного рассмотрения в качестве квалифицированного его вида, что реализовано в отягчающем признаке множества составов насильственных преступлений.

Приведение в бессознательное  или беспомощное состояние посредством разнообразных веществ обеспечивает управление человеком в целях виновного и является, по нашему мнению, наиболее опасным, предумышленным «орудийным» способом физического принуждения, закономерно включаемым в объем категории «насилие». При воздействии этими предметами на организм человека физический вред может быть причинен в той же мере, как и при воздействии на организм оружием.

В Уголовном кодексе Российской Федерации, в силу объективных и  субъективных причин, не реализована  возможность уголовного преследования  приведения в беспомощное или  бессознательное состояние посредством  гипноза. В ближайшем будущем  этот пробел может быть нелегитимно  устранен, как и предыдущие, путем  включения данного воздействия  в исследуемую оценочную категорию.²¹

Неисполнение имеющихся  у виновного обязанностей по обеспечению  жизни или здоровья зависимого лица может вынудить последнего к желаемому виновным поведению. Данная форма физического принуждения должна преследоваться Уголовным кодексом Российской Федерации как способ насильственных хищений, так как в совокупности с достижением криминальной цели хищения существенно повышает степень общественной опасности последнего, подчиняя человека и создавая, как и силовое воздействие, опасность для его основных благ.

Бездействие в отношении  лица, находящегося на попечении, в  служебной или иной зависимости, связанное с невыполнением обязанностей, может склонить к имущественным, сексуальным или иным вынужденным  действиям. Форма бездействия, не связанная  с созданием условий для жизни  или здоровья, как альтернатива применения силы и содержание категории «насилие» не рассматривается, так как существенно отличается от нее по социальным свойствам, не ставя в опасность естественные блага человека.

Ограничение свободы перемещения человека путем создания препятствий на его пути не соотносимо с силовым воздействием на него. Обладая специфическим объектом воздействия (свобода перемещения человека) и своеобразным ненасильственным характером, данное деяние, связанное с полным (замкнутым) ограничением свободы передвижения, дифференцированно преследуется в ст. 127 УК РФ, называясь лишением свободы, что социально обусловлено. Ограничение свободы (полное или частичное) не соотносимо с силовым воздействием на тело человека и не может само по себе являться содержанием категории «насилие», так как составляет не способ причинения вреда охраняемым благам, а причинение этого вреда третьему по значимости объекту – свободе лица. Насилие и лишение свободы повреждают разной ценности объекты, неприкосновенность и свободу передвижения.

Ограничение свободы, связанное  с непосредственным силовым воздействием, – силовое ограничение свободы: связывание, сковывание наручниками, силовое  удержание, перемещение и пр., приобретает  свойство совокупности явлений, одна часть  которого – применение силы – относится  в содержание категории «насилие», а другая – в преступление против свободы лица (только полное). Если лишение свободы (замкнутое или полное ограничение свободы перемещения) для хищения стало следствием обманных действий, то следует вменять ч. 1 ст. 161 и ст. 127 УК РФ. Если же оно было вызвано применением насилия, то – ст. 127 и п. «г» ч. 2 ст. 161 или ст. 162 УК РФ в зависимости от того, на какое преступление против личности, входящее в рамки видов насилия, совершалось посягательство.

Угрозы насилием представляют собой угрозы применения форм физического  принуждения, входящих в исследуемую  категорию, а также угрозы причинения вреда здоровью или лишения свободы, грозящие естественным благам. Они  предполагают в качестве инструмента  принуждения – страх, испуг, т. е. эмоции. «Сущность всякой угрозы заключается в возбуждении «чувства страха». Их объект – психическая неприкосновенность личности,²² и они не обязательно рассчитаны на непосредственную реализацию, почему ни по природе своей, ни по содержанию не относимы к уголовно-правовой категории «насилие», а являются наиболее агрессивной формой психического принуждения.

Сделанные нами выводы при  обращении к действующему Уголовному кодексу Российской Федерации вызывают серьезные замечания в отношении  преследования, в составах насильственного  грабежа и разбоя, насилия параллельно  с угрозами насилием в качестве альтернативных способов. Оцениваемые самостоятельно, при закрепленной равной тяжести, угроза насилием (форма психического принуждения) и насилие (формы физического  принуждения) представляют различные  виды деятельности, обладающие существенной разницей как в динамике воздействия, так и во влиянии на общественную опасность хищений. Использование  их одновременно приводит к искусственному изменению содержания угроз насилием, когда они наделяются обширным объемом: могут содержать реальную опасность  применения насилия, причинения вреда  здоровью или жизни (стадия приготовления  к последним) и могут быть «пустыми» угрозами, инструмент которых – психическая реакция (страх). При этом первое содержание – реальная опасность вытекает из последовательного толкования норм, а второе – «пустое запугивание» из практики их применения, когда в отсутствие самостоятельного преследования угроз насилием (как в ч. 1 ст. 163 УК РФ) указанное содержание включается в объем более тяжких реальных угроз.

В иных составах (ст. 110, чч. 1 ст. ст. 150, 183, 302, п. «г» ст. 127², ч. 1 ст. 133, п. «в» ч. 2 ст. 131, ч. 2 ст. 142, ч. 1 ст. 163, ч. 3 ст. 178, ст. ст. 179, 296 и 309 УК РФ и др.) при определении форм психического принуждения отсутствует единая терминологическая концепция, единое основание для их деления и системность в употреблении терминов при описании этого способа преступлений. Включение указанных форм в состав преступлений определяется бессистемно, такими случайными факторами, как: особенности принуждаемого лица (ст. ст. 296, 309 УК РФ); попытки их дробления или, наоборот, объединения; использование в одном случае термина (например, шантаж), а в другом его предполагаемого содержания и др.

Ю. М. Антонян разделяет  психическое насилие на две группы. К первой он относит угрозы применения насилия, причинения вреда здоровью или жизни либо неконкретизированные угрозы, подразумевающие аналогичное  содержание. Во вторую включает менее  опасные угрозы при шантаже и  вымогательстве, т. е. угрозы, не направленные против жизни и здоровья.²³ Психическое принуждение состоит из двух социально-значимых форм: а) угрозы применения физического принуждения, причинения вреда здоровью или лишения свободы; б) угрозы причинения иного вреда, наступление которого устрашает потерпевшего. В этих двух способах, нарушающих психическую неприкосновенность человека, представлено различное и обязательное влияние на общественную опасность хищений. Не имея собственного развитого института и системы, они преследуются в рамках уголовно-правовых категорий «принуждение», «угроза насилием» либо иных преследуемых угрозах.

Физические и психические  формы принуждения существенно  различаются по степени общественной опасности. Сферы их приложения –  это физическая и психическая  свобода и неприкосновенность человека, соответственно. Данные способы достижения преступных целей виновного не могут  являться альтернативными способами  совершения насильственного грабежа  или разбоя. Разница в характере  и типичности воздействия на человека данных способов совершения преступлений должна влиять на дифференциацию уголовной ответственности за хищения в качестве способов различных составов (как в ст. ст. 163, 296, 309 УК РФ).

В Уголовном кодексе Российской Федерации при конструировании  статей используется не только категория  «насилие», но и категории «насилие, не опасное для жизни или здоровья» и «насилие, опасное для жизни или здоровья». Деление насилия на виды по степени интенсивности воздействия на человека (опасности для его жизни или здоровья) вызывает значительные затруднения в понимании своей сущности. Единственной функциональной причиной указанного деления служит разделение насильственного хищения на грабеж и разбой. Деление указанных составов на основании «явной опасности для лица» вызывает деление насилия на виды. Насилие имманентно опасно для человека, поэтому на практике эти виды делятся не по степени опасности для лица, а по объему последствий для здоровья, включаемых в его содержание.²⁴ Это неприемлемо для форм физического принуждения, входящих в его содержание, сущности способа преступления, а также для справедливого и адекватного преследования посягательств на жизнь или здоровье человека.