Актуальные проблемы культуры ХХ века. Модерн и постмодерн

НОУ «Мурманский  гуманитарный институт»

Кафедра: национальной экономики  
 

Контрольная работа

  «Культурология»

специальность: национальная экономика 
 

Тема: Актуальные проблемы культуры ХХ века. Модерн и постмодерн. 
 
 

Дата сдачи  работы:                           исполнитель: студент Могиленских М. В.

  ________________                           I курса, заочного отделения 
 

     Дата  проверки работы:                      Научный руководитель:

     ___________________                        к.ф.н. Федоров В. Е. 
 
 
 
 

Мурманск

2010 
 
 

Оглавление 

      Введение.

       
            XX век – век предупреждений, явно обнаруживший непригодность того образа жизни, который ведет сегодня человечество. Это век парадоксов, возвестивший о вселенском неблагополучии. Успехи научно-технической революции позволили совершить переворот в производстве, быту, в сознании людей. Но цивилизация несет в себе разрушительный заряд, угрожающий самому существованию человечества.

      Рождается «массовая культура», и одновременно растут значимость отдельной личности, ценность уникальной человеческой жизни  и судьбы.

      Все большую роль играют информационные процессы, а технико-технологические  возможности XX века позволяют создать  единую и целостную информационную систему, к которой в принципе может приобщиться каждый человек. Возникает перспектива развития коллективного интеллекта, единого духовного пространства, одновременно существует угроза через СМИ или интернет стандартизировать, унифицировать жизнь и сознание людей, культуру в целом. В то же время культурный мир XX века богат и многообразен, и это все больше ценится и понимается как его достоинство.

      В XX веке уже с первых его десятилетий  вызревали основные тенденции, которые  и определили культуру XX века как  переходную, где происходит глубинная  переоценка ценностей.

      Переходность  культуры XX века, постепенная смена культурной парадигмы прослеживаются на разных направлениях культуры, в разных ее сферах. Покажем это на некоторых примерах.

      Культура XX века – культура переломная, а  не просто новый период ее истории. Эта культура кризисна в изначальном  смысле слова, неправильно было бы видеть в ней только линейно восходящее движение. Старое и новое не располагаются в истории культуры в элементарной последовательности, а действуют во взаимном пересечении. В культуре XX века с чрезвычайной и во многом определяющей силой проявляются особенности, присущие именно и исключительно переломному времени.

      Видоизменения, которые претерпевает культура XX века от этапа к этапу своего развития, концентрируются в стилевых, идейно-художественных явлениях и процессах. Но невозможно определить некий общий единый стиль искусства в XX в. и расположить в едином ряду стилевой эволюции все составляющие его художественные движения.

      Многообразие  ликов культуры XX столетия, различие способов отношения человека к миру и к себе подобным не должно скрывать сущностных моментов развития мировой культуры. Происходит становление единой общечеловеческой культуры, существующей и развивающейся через взаимодействие и взаимообогащение ее национальных форм.

      Культура XX столетия едина в своем многообразии. К общечеловеческим нормам, ценностям, формам восприятия и оценки мира человечество приходит в результате развития и взаимовлияния национальных культур. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Актуальные проблемы культуры ХХ века.

     Нарастание  кризисных явлений в политике, культуре в начале нашего столетия привело к Первой мировой войне (1 августа 1914 года - 1918 год), опрокинувшей прежние представления о гуманизме и классических идеалах, подведшей черту под предшествующим развитием культуры, открыв тем самым путь новым культурным формам и формулам. ХХ столетие окончательно указало на близкий конец культуры Нового времени, а так как век уже заканчивается, то, вероятно, начало XXI века будет все же продолжением культуры XX-го.

     Говорить  о культуре ХХ веке трудно вдвойне. Во-первых, потому что он недавно закончился и трудно оценить те или иные культурные процессы, а во-вторых, это век завершения всей культуры Нового времени.

     В конце XIX и в ХХ веке перед человеческой мыслью встал ряд принципиально  новых проблем, связанных с глобальными  кризисами современности, с переосмыслением места и назначения человека в историческом процессе. Вопросы, поставленные перед человечеством никак нельзя назвать праздными. Человечество осваивает природу, ставя ее на службу своим потребностям и интересам; но природа, одновременно, все дальше и дальше отчуждается от человека и в любой момент готова отплатить ему злой шуткой, как бы доказывая его полную беспомощность перед стихией. Человек во имя своего благополучия создает цивилизацию, но она-то и представляет для него наибольшую угрозу. Наука развивается небывалыми темпами, информационный поток становится все стремительнее, человек внедряется в микромир; но стал ли он ближе к пониманию сути вещей, бытия, чем тысячу лет назад? Человечество осваивает космос, но теряет единство с ним. Человек стремится к познанию, но теряет способность к пониманию. Человечество совершенствуется, но становится бесчеловечным. Средства массовой информации порождают духовный голод. А невиданное стимулирование роста культуры оборачивается крушением и упадком нравов, идеалов, вкуса. Не является ли все это результатом некоего ложного пути, по которому идет человечество? Не следствие ли это европейского способа мышления, забывшего о бытии и склонного отождествлять бытие с круговоротом фетишей?

     Свой взгляд на человека и мир предлагает необычайно популярная в ХХ веке концепция, получившая название экзистенциальной (Николай Бердяев, Жан-Поль Сартр, Альбер Камю, Мартин Хайдеггер). Эта концепция пытается осмыслить человека не как нечто абстрактное, а как конкретно-личностное явление, учитывая при этом все моменты его психологической жизни. Экзистенциализм исходит из факта человеческого существования в том смысле, что человек воспринимает свое “Я” как существующее в некой заданной ситуации. Таким образом в структуре человеческого существования уже изначально заложено единство внутреннего и внешнего: внешний мир становится доступным человеку уже внутри самого человека. Вместе с тем, такое объединение человека и мира оказывается во многом призрачным. Точнее, объединив человека и мир в единой структуре существования, экзистенциалисты ограничили человека жесткими рамками самой этой структуры. Действительно, человек изначально живет в своем собственном “Я”, которое намного ближе к нему, чем самый близкий предмет внешнего мира. Это изначальное отчуждение человека от сущего - его неотъемлемая характеристика. Он оказывается замкнутым на самом себе, и все внешнее способно стать более или менее близким ему только через преломление сквозь его отчужденный мир. Любая ситуация, таким образом, изначально приобретает внешнюю силу по отношению к экзистенции человека, и по этой причине человек всегда оказывается чужд ей. Одна из важнейших целей экзистенциальной философии - преодоление человеческой отчужденности - оказалась нереализованной.

     Весьма  популярным течением ХХ века стал также  психоанализ (Зигмунд Фрейд, Карл Густав Юнг, Эрих Фромм), пытающийся постичь  не только “разумную” природу человека, но и его иррациональные страсти. Сделав массу открытий в области  психического бессознательного, психоаналитическая школа (в своем классическом виде) объявила беспощадную борьбу всем иррациональным проявлениям души, фактически отождествив их с животными инстинктами. Таким образом, идея предельной рационализации была доведена психоаналитической школой до абсурда. Однако, справедливости ради надо отметить, что по мере своей эволюции психоанализ существенно меняет свое лицо. К примеру, Эрих Фромм, под предлогом “радикального гуманизма”, расходится со своим учителем Фрейдом по всем основным мировоззренческим позициям. Однако, современный Запад настолько уверовал в психоанализ, что у каждого уважающего себя американца обязательно есть собственный психоаналитик. Большинство американских триллеров построено на идее чрезвычайной важности подсознания в человеческой жизни. А криминалистика в США уже не идет за преступление, а пытается предотвратить его, используя в том числе и методы психоанализа.

     Для понимания сущности культуры ХХ века важным является рассмотрение двух феноменов - модернизма и постмодернизма. Несмотря на то, что иногда под этими понятиями подразумевают течения в современном искусстве, для культурологии под этими терминами скрываются общекультурные явления, во многом определившие развитие западноевропейской и американской культуры ХХ века. Модернизм охватывает собой период с 1910-х до конца 1960-х (по некоторым оценкам). В искусстве это явление охарактеризовалось множественностью художественных стилей и направлений, таких как фовизм (Анри Матисс), кубизм (Пабло Пикассо), экспрессионизм (Отто Дикс), конструктивизм (В.Е. Татлин), абстракционизм (Василий Кандинский, Пит Мондриан), дадаизм (Марсель Дюшан), сюрреализм (Сальвадор Дали), и многих других. Модернизм в своем развитии прошел две основные стадии - синтеза и деструкции. Ранний модернизм не просто развился из предшествующей культурной эпохи. Он попытался подняться над всеми культурными достижениями прошлого, осмысливая и оценивая их в рамках гигантского синтеза, в котором разнородные культурные и стилевые направления органично соединялись плавной гибкой линией. В искусстве такое направление получило название “модерн”, или арт-нуво. Но высший синтез, будучи в определенной степени гармонией, есть прекращение развития, губительная остановка. Поэтому модернисты сделали радикальный последний шаг - они разрушили эту гармонию. Так получились осколки “разбитого вдребезги”, которые и стали всеми указанными выше направлениями в модернизме. Модернизм явился пиком всего предыдущего развития культуры - и ее упадком, началом конца культуры Нового времени. Введем символ, объясняющий рождение модернизма, его развитие и последующий переход в состояние постмодернизма. Из всей предшествующей культуры модернизм создал ослепительно прекрасную вазу. Насладившись ее красотой, он разбил ее. Чем стали осколки, мы уже сказали. Парадокс в том, что модернисты долгое время пытались из этого неисчислимого множества снова создать вазу. Каждый осколок был по-своему интересен, но неполноценен. Каждая ветвь модернизма пыталась превознести свой “осколок”, сделать его бриллиантом. Модернизм продолжался до тех пор, пока не пришло осознание невозможности восстановить всеобщую гармонию через превознесение единичного, пока не исчезло ощущение того, что ваза когда-то была целой. Из этого трагического ощущения родился постмодернизм, то состояние духовной культуры и искусства, в котором пребывает западное человечество по настоящий день. Главной ценностью постмодернизма является “радикальная множественность”, по мнению В. Вельша, немецкого исследователя проблем современной культурной ситуации, но это не синтез, а эклектичное сосуществование разнородных элементов. В мире постмодернизма происходит деиерархизация культуры, стирание границ между центром и периферией, между создателем ценностей и их потребителем. Постмодернизм пытается вернуться к ценностям домодернистской эпохи, но на новом витке, когда эти ценности уже утрачивают свои глубинные связи с ментальностью культуры, превращаясь в антисимволы и антизнаки. Новая система ценностей в рамках постмодернизма невозможна - современный человек находится в состоянии духовной аморфности. Он обозрит все, но его ничто не оформляет изнутри. Поэтому западный мир всячески укрепляет внешние формы ограничения человека. Опасность, о которой говорил еще Декарт, стала реальностью - истина релятивизировалась. В постмодернизме исчезает требование категорической новизны, такое важное в модернизме. Появляется системность, которая сочетает рациональные и нерациональные начала. Факт приравнивается к фикции, а жизнь к искусству.

     В постмодернистском искусстве существуют различные направления: хеппенинг, инсталляция, инвайронмент, перформенс, видео-арт. Центральными представителями философии постмодернизма можно назвать Бодрийяра, Дерриду, Делеза, Ж.-Ф. Лиотара, М. Фуко.

     С социокультурной точки зрения, в  современном обществе совершается переход от индустриального к постиндустриальному, или информационному, обществу, концепция которого стала популярной в 60-70-х годах нынешнего века (Белл, Кан, Бжезинский, Тофлер). Эта теория выдвигалась как альтернативная прежде всего марксистской теории общественно-экономических формаций. Согласно этой концепции, на определенном, достаточно высоком этапе экономического и технического развития происходит кардинальная смена системы ценностей. На смену экономическим и технотронным ценностям приходят ценности иного, информационного и научного плана. Раскрепощенный человек, освобожденный от тяжелого физического труда, обретает подлинную свободу через материально-техническое благосостояние и сосредотачивает свое внимание на интеллектуальном самосовершенствовании. К сожалению, эта концепция оказалась утопичной. Общества относительного изобилия конца ХХ века, основанные на рынке конъюнктуры, на принципе спроса и предложения так и не смогли преодолеть ограниченность рационально-экономического мышления. Технические перевороты, на которые возлагали надежды теоретики постиндустриализма, лишь обострили кризисные явления в современной цивилизации, поставив под угрозу нравственное и физическое существование человечества. Возникновение новых способов передачи и обработки информации сближает страны и народы, но еще более разъединяет отдельных людей. Происходит усиленная дегуманизация культуры - человеческая личность вытесняется за культурные рамки, что само по себе парадоксально. Возникает некая культурная форма, которая перестает быть связанной с человеческим началом. И главной причиной такого развития стал сам человек, потому что бросившись вдогонку за цивилизацией, пытаясь овладеть материальной стороной мира, он бросил культуру, которая в большей степени консервативна. Но, не сумев догнать развитие цивилизации, человек таким образом оказался в состоянии между культурой и цивилизацией, не принадлежа в полной мере ни той, ни другой. Вероятно, именно этот смысл вложен в понятие “постмодернизм” - “постсовременность”. Современностью для человека, как полноценной личности, может быть только культура, а для человека-машины таковой является цивилизация. Человек оказался “после” современности, на полпути от человека-личности к человеку-машине. Может быть, стоит остановиться и задуматься: куда мы движемся и к чему в итоге хотим прийти?

     Центральным вопросом, определяющим развитие современной  культуры является проблема будущего. Именно эта забота привела к появлению  в 1968 году объединения, получившего  название Римский клуб, в состав которого вошли ведущие ученые разных областей знания, в том числе и футурологи (исследователи будущего). Первые доклады вызвали шок: если мировая система будет развиваться в тех же формах и теми же темпами, то в недалеком будущем Землю ожидает катастрофа, не только экологическая, но и возможное свертывание культуры как таковой. На данный момент прогнозы менее пессимистичны. К примеру, было подсчитано, что при максимально качественном использовании природных ресурсов наша планета в состоянии содержать до 36 миллиардов человек, но пока это остается за гранью возможностей мирового сообщества. Во всяком случае подобные предостережения сыграли свою позитивную роль. Большинство развитых стран, считающих себя постиндустриальными, переходят на энергосберегающие технологии, законодательно закрепленным становится требование экологической чистоты пищевой и промышленной продукции, развивается безотходное производство и т.д. Однако, это касается в первую очередь промышленно развитых государств. Другие же, стоящие на менее высоком уровне развития, не в состоянии поддерживать новые веяния. И зачастую такие страны или регионы свалкой тех отходов, которые развитые государства не могут утилизовать в силу своего нового статуса - постиндустриального общества.

     Для конца ХХ века характерна постоянная, но безуспешная реставрация мировоззренческих  систем прошлого (неогегельянство, неомарксизм, неофрейдизм, неопозитивизм, неокантианство и т.д.). Возникают многочисленные социологические и политологические доктрины, претендующие на создание универсальной системы ценностей будущего. Однако, в силу своей отраслевой ограниченности, лишенные метода фундаментальных наук, они оказываются ущербными и потому абсолютно бесплодными в мировоззренческом плане.

     Мировоззрение человечества конца ХХ столетия оказалось  в тупике. Но это не означает завершения исторического и культурного  процесса. Как показывает опыт всемирного развития, подобные ситуации всегда преодолеваются, - мучительно, болезненно, но неизбежно. Каковы контуры новой эпохи? Выяснить это - задача общечеловеческая.

     В целом, подводя итог культуре Нового времени, надо признать, что мы живем  в ее завершающей стадии. И все  современные проблемы, кризис культуры, упадок духовности, преобладание цивилизационных моментов над собственно культурными почти точно укладываются в концепцию О. Шпенглера. Культура Нового времени умирает. Многие ученые пытаются создать оптимистические прогнозы на будущее, но в формах и смыслах современной культуры эти идеи утопичны. Если перефразировать Фридриха Ницше, то можно сказать, что современная культура должна закатиться. Для рождения нового необходим уход старого, отжившего, чем на данный момент является культура Нового времени. И поэтому, как нам кажется, не надо бить во все колокола по поводу современного кризиса культуры - это неизбежное явление, выход из которого возможен только через полную смену одной культуры на другую. Выше мы привели определение культуры, которое дает Яков Голосовкер. Культура есть высший инстинкт человека. Мы обречены на культуру до тех пор, пока мы являемся людьми. 

Модерн в культуре ХХ века.

     «Модерн» (от французского «moderne», новейший, современный) в литературе справочного характера определяется как «стилевое направление в европейском и американском искусстве конца 19 – начале 20 веков.

     Модернизм - достаточно условное   обозначение   периода   культуры  конца  ХIХ  -  середины ХХ  в.,  то  есть от  импрессионизма до нового  романа  и  театра абсурда. Не  следует  путать  искусство модернизма и  авангардное   искусство,  хотя порой грань между ними провести трудно.

     Типичными искусствами модернизма являются символизм, экспрессионизм и акмеизм.

     Появление этого стиля объясняют разными  причинами: и «волевым усилием» нескольких художников, и объективными причинами – усталостью уходящего 19 века, и общим декадансом европейской культуры («Закат Европы»), и связанной с этим утратой «большого стиля». Однако сами представители этого направления и примыкавшие к ним критики называли свой стиль арнуво во Франции, югенд штиль – в Германии, т.е. – молодым искусством.

    В России слово «новый» было, со свойственным русским уважением к Западу, переведено на иностранное – модерн – и  так и осталось в истории русского искусства.

    Для модернизма понятие реальности растворялось в аллюзиях,  реминисценциях,  в зеркальных отображениях одного  в другом  -  и  фундаментальным  становилось понятие  текста, который, обрастая  цитатами,  аллюзиями  и реминисценциями,  превращался в интертекст, а потом уже, в эпоху постмодернизма, в гипертекст. Вообще  идея  изображения личности  с  ее  сложными душевными переживаниями в модернизме возводится  в ранг сверхценности,  красота редуцированного сознания или  сознание расщепляется.

     Характерным для представителей этого стиля являлось их уверенность, что они устремлены в будущее и как бы порывают с традицией 19 века и, прежде всего, с бытовым реализмом, классицизмом. Эти художники мечтали покинуть башню из слоновой кости «чистого» искусства, разрушить стену, разделяющую искусство «высокое» и прикладное, окружающее повседневный быт человека, и сделать последнее красивым и стильным. Они хотели выйти на улицы, построить новые дома, расписать стены невиданными до этого фресками, украсить мозаикой.

     Хотя  по продолжительности модерн просуществовал недолго (всего 20-30 лет), влияние его  в то время на все виды художественной деятельности огромно. Следы модерна  можно найти во всем: в архитектуре, в живописи, в монументальном искусстве, в книжной графике, плакате, рекламе, дизайне, одежде. От огромного общественного здания до дверной ручки, от монументальной мозаики до изящной вазы на столе, от живописного полотна до ложки и вилки – все это носило на себе отпечаток этого стиля, если за дело брались художники, архитекторы, дизайнеры модерна. Им было дело до всего. Для них не существовало ничего низкого, что не смогли бы они с помощью своей неуемной фантазии превратить в произведение искусства. Все к чему прикасалась рука художника, должно было стать прекрасным, каким являются природные формы, перед которыми эти художники преклонялись.

     Конец 19 века характерен значительно возросшим  интересом Запада к Востоку в  отношении культурных ценностей  последнего. Многие восточные вещи становятся предметами коллекционирования, изучения и даже подражания. Появляются первые научные переводы восточных философских и религиозных трактатов, возникают химерические восточно-западные религии. Европейские философы начинают употреблять такие понятия как «нирвана», «карма» и т.д. В общем, увлечение Востоком носило поверхностный характер. Европейцы не до конца понимали своеобразие восточной культуры, ее музыку, театр. Но были люди, которые настолько влюбились в искусство Востока, что их восхищение перешло в практику, в дело их жизни. Японские гравюры, которые впервые появились в Париже в виде упаковочной бумаги для различных японских безделушек, произвели настоящий переворот в сознании некоторых молодых художников. Они поняли и приняли сам принцип восточной живописи и графики. Во многом это определило возникновение такого неожиданного стиля как модерн, который, по образному определению - вышел из кокона европейских традиций в виде экзотической европейской бабочки. Эта бабочка облетела все страны Европы и, перелетев океан, добралась даже до Америки.

     Каждая  национальная школа придавала лицу модерна разное выражение, поскольку  нет европейской страны, где не было бы своего собственного стиля  модерн. И в то же время есть нечто  общее, что объединяет все эти  «модерны» и делает их почти неразличимыми, что позволяет говорить об общеевропейском художественном направлении.

     Этим  «общим» является ряд черт, которые  и сделали его столь привлекательным. Условно это черты следующие: эклектизм, романтизм, чувственность, декоративность. Первые три признака унаследованы в основном от Европы, последний – из Азии. 
 
 

Постмодерн в культуре ХХ века.

     Постмодерн (буквально означает то, что после «модерна»,  или современности)  - совокупное обозначение тенденций в культурном самосознании развитых стран Запада.

      Этот термин всё чаще применяется для характеристики новаций в литературе и искусстве, а также трансформации в социально-экономической, технологической и социально-политической сфере.

      Культура  постмодернизма имеет онтологические, гносеологические, историко-культурные и эстетические параметры. В онтологическом плане феномен постмодернизма связан с осмыслением того обстоятельства, что предмет противится человеческому воздействию, отвечая на него противодействием: что порядок вещей «мстит» нашим попыткам его переделать, обрекая на неизбежный крах любые преобразовательские  проекты.

      Постмодернизм возникает как осознание исчерпанности  онтологии, в рамках которой реальность могла подвергаться насильственному  преображению, переводу из «неразумного»  состояния в «разумное». Квалификация такой онтологии как «модернистской» и исторически исчерпавшей себя есть вместе с тем провозглашение новой эпохи – постмодернизма.

      Антисистематичность как характерная черта постмодернизма не сводится к простому отказу от притязаний на целостность и полноту теоретического охвата реальности – она связана с формированием неклассической «онтологии ума». Дело заключается в объективной невозможности зафиксировать наличие жестких, самозамкнутых систем, будь то в сфере экономики, или политики, или искусства.

     Человек - чаще случай, чем выбор. Тут уже  выпад против тех разновидностей индивидуализма, которые делают ставку на свободную личность, сознательно  избирающую свою судьбу. В постмодернизме исчезает понятие субъекта, наделенного  сознательными целеполаганием и волей. На первый план выходят бессознательные компоненты духовной жизни.

       В культурно-эстетическом плане  постмодернизм выступает как  освоение опыта художественного  авангарда («модернизма» как эстетического  феномена). Однако в отличие от  авангарда, ряд течений которого не порывал с характерным классике дидактически-профетическим пониманием искусства, постмодернизм полностью стирает грань между прежде самостоятельными сферами духовной культуры и уровнями сознания между «научным» и «обыденным» сознанием, «высоким искусством» и «китчем».

      Постмодернизм окончательно закрепляет переход от «произведения»  к «конструкции», от искусства как деятельности по созданию произведений к деятельности по поводу этой деятельности. Постмодернизм  в этой связи есть реакция на изменение места культуры в обществе.

      Постмодернистская установка по отношению к культуре возникает как результат нарушения  «чистоты» такого феномена, как искусство. Условием его возможности выступает  изначальное смыслопорождение, восходящее к созидающему началу (субъекту), оригинальному творческому деянию.

      Если  же эти условия нарушены, – а  именно  это и происходит в  постиндустриальном обществе с его  бесконечными возможностями  технического воспроизведения – то существование  искусства в его прежних (классических  или модернистских) формах оказывается под вопросом.

      Другой  стороной изменения статуса культуры является то, что сегодняшний художник никогда не имеет дело с «чистым» материалом – последний всегда тем  или иным образом культурно освоен. Его «произведение» никогда не является первичным, существуя лишь как сеть иллюзий на другие произведения, а значит, как совокупность цитат.

      Постмодернизм сознательно переориентирует эстетическую активность с «творчества» на  компиляцию и цитирование, с создания «оригинальных произведений» на коллаж.

      При этом стратегия постмодернизма состоит  не в утверждении деструкции в  противовес творчеству, манипуляции  и игры с цитатами  - серьезному созиданию, а в дистанцировании  от самих оппозиций «разрушение  – созидание», «серьезность – игра».

      Постмодернизм обязан своей популярностью не столько  авторам, действительно инспирировавшим  соответствующий сдвиг в культуре, сколько лавинообразной критической  литературе, сформировавшей нечто  вроде идеологии постмодернизма.

      В культуре  нового времени можно выделить два способа рассмотрения разума: первый исходит из признания его в качестве основы человеческой деятельности: разуму приписываются законодательные функции, что и определяет специфику культуры модерна в новое время. Второй способ отношения к нему прямо противоположен: законодательному разуму перестают доверять, его критикуют. Пространство культуры, в котором развернулась критика разума, и есть пространство постмодерна.Отказ от услуг законодательного разума и есть главная характеристика культуры постмодерна.

      Негативное  и даже агрессивное отношение  к прошлому, к классике, к традиции – норма для культуры постмодерна. Постмодерн в своем свободолюбии пошел на крайности: стер имена и  даты, смешал стили и времена, превратил  текст в шизофреническое приключение, в коллаж анонимных цитат, начал играть с языка вне всяких правил грамматики и стилистики, смешал и уравнял святое и греховное, высокое и низкое.

      Постмодернистский интеллектуальный настрой породил  скептическое отношение к возможности теоретического обоснования путей развития общества, составления всякого рода долгосрочных прогнозов, проектов быстрого изменения общества. Культура постмодерна не дает санкций на революционное переустройство общества: она ориентирована на такие изменения в обществе, величина которых была бы соизмерима с «голубиными шажками».

      Заложенная  в «цивилизации молодых» тяга к быстрому и резкому изменению жизненных  событий и процессов нашла  к концу ХХ в. выход в тех  сферах бытия, которые не имеют прямого  отношения к социальному устройству: это индустрия моды, спорт, музыкальные ритмы.