Архитектура Китая

3

Вступление

Китайская цивилизация — одна из старейших в мире. По утверждениям китайских учёных, её возраст может составлять пять тысяч лет, при этом имеющиеся письменные источники покрывают период не менее 3500 лет. Давнее наличие систем административного управления, которые совершенствовались сменявшими друг друга династиями, создавало очевидные преимущества для китайского государства, экономика которого основывалась на развитом земледелии, по сравнению с более отсталыми соседями-кочевниками и горцами. Ещё более укрепило китайскую цивилизацию введение конфуцианства в качестве государственной идеологии (I век до н. э.) и единой системы письма (II век до н. э.).

С политической точки  зрения Китай в течение нескольких тысячелетий проходил через циклически повторяющиеся периоды политического  единства и распада, причём в ряде случаев частично или полностью  становился частью иностранных государств (например, империй Юань и Цин). Территория Китая регулярно подвергалась нашествиям извне, однако большинство захватчиков  рано или поздно подвергались китаизации и ассимилировались в китайский  этнос, а территории их государств обычно включались в территорию Китая. Современное  китайское государство и общество является результатом многовекового  культурного и политического  взаимопроникновения и взаимодействия с многочисленными окружающими  азиатскими народами, сопровождавшегося  перемещениями многомиллионных  людских масс и многовековой ханьской ассимиляцией. При этом необходимо учитывать, что традиционная китайская  историография включает суверенные государства других народов (монголов, маньчжуров и др.) в хроникально-династийную  историю Китая, игнорируя собственные  исторические традиции этих народов  и рассматривая их государства как  исторические части Китая. Китай  является родиной одной из самых  старых и самых сложных цивилизаций  мира, и возможно, единственной, где  физический тип населения не менялся  в течение 5 тысячелетий. Китай имеет  историю, насчитывающую 5 000 лет  художественного, философского и политического развития. Хотя региональные различия создают  ощущение разнообразия, общность языка  и религиозно-этических взглядов объединяют культуру Китая, в рамках которой были созданы такие значимые во всемирном масштабе явления, как конфуцианство и даосизм. Конфуцианство было официальной идеологией большую часть истории Имперского Китая, и знание конфуцианских текстов было первичным критерием для входа в имперскую бюрократию.

С усилением экономической  и военной экспансии в Китай  стран Запада в середине XIX столетия, в Китае получили распространение, в национальной интерпретации, идеи социальной и 

После образования  КНР в декабре 1949 года были приняты четыре Конституции (в 1954, 1975, 1978 и 1982 годах). В соответствии с Конституцией Китайской Народной Республики (декабрь 1982), КНР — социалистическое государство демократической диктатуры народа. Высший орган государственной власти — однопалатное Всекитайское собрание народных представителей (ВСНП), состоящее из 2979 депутатов, избираемых региональными собраниями народных представителей сроком на 5 лет. Сессии ВСНП созываются на ежегодной основе.

Из-за большого количества депутатов в период между сессиями функции ВСНП выполняет избираемый из числа депутатов Постоянный Комитет (около 150 человек). 

4

К выборам допускаются  только депутаты от политической организации, зародившиеся в Европе. Коммунистической партии Китая и восьми так называемых демократических партий, входящих в Народный политический консультативный совет Китая (НПКСК). Собственные органы законодательной власти действуют на территории специальных административных районов Гонконга и Макао.

Все депутаты ВСНП являются представителями блока коммунистов и демократов.

Председатель КНР — Ху Цзиньтао (кит. 胡锦涛), генеральный секретарь ЦК КПК. Это представитель уже четвёртого поколения руководителей страны.

Переход властных полномочий к этому поколению начался  в 2002, когда Ху Цзиньтао сменил Цзян Цзэминя на посту генерального секретаря ЦК КПК. В марте 2003 Ху Цзиньтао был избран Председателем КНР, а в сентябре 2004 — Председателем Центрального Военного Совета (ЦВС) ЦК КПК. Ранее все эти посты также занимал Цзян Цзэминь. 8 марта 2005 сессия китайского парламента (Всекитайского собрания народных представителей) одобрила просьбу Цзян Цзэминя об отставке с поста Председателя Центрального Военного Совета КНР. Позднее этот пост также занял Ху Цзиньтао, что завершило процесс смены власти в высшем руководстве страны.

Центральный Военный  Совет КНР был учреждён в 1982 году. Его первым председателем был Дэн Сяопин, в 1990 году на этом посту его сменил Цзян Цзэминь. Посты председателей ЦВС ЦК КПК и ЦВС КНР в нынешней политической системе Китая, как правило, совмещает один человек.

Военный совет и  его руководитель играют важную роль в китайской политической системе. Так, в 1989 занимавший этот пост Дэн Сяопин, к этому времени уже ушедший с высших партийных и государственных постов, практически единолично  принял решение о подавлении выступлений на площади Тяньаньмэнь.

Китай расположен в Восточной Азии. С востока омывается водами западных морей Тихого океана. На северо-востоке Китай граничит с КНДР и Россией, на севере — с Монголией, на северо-западе — с Россией и Казахстаном, на западе — с Киргизией, Таджикистаном и Афганистаном, на юго-западе — с Пакистаном, Индией, Непалом и Бутаном, на юге — с Мьянмой, Лаосом, Вьетнамом. Площадь территории Китая составляет 9,6 млн км². Китай является самой большой страной в Азии и третьей по площади страной в мире, уступая только России и Канаде. Единый китайский часовой пояс — UTC+8.

Суммарная длина  сухопутных границ Китая составляет 22 117 км с 14 странами. Побережье Китая тянется от границы с Северной Кореей на севере до Вьетнама на юге и имеет длину 14 500 км. Китай омывается Восточно-Китайским морем, Корейским заливом, Жёлтым морем и Южно-Китайским морем. Остров Тайвань отделён от материка Тайваньским проливом.

Архитектура является важной частью китайской культуры. Одними из главных достижений китайской архитектуры являются  Великая китайская стена,  Запретный город в Пекине и многие другие. 

Глава 1

5

Зодчество

Китайская архитектура  принадлежит к одной из древнейших культур мира. Ее национальный характер проявляется в ярком художественном своеобразии, преемственности развития конструктивной и планировочной систем, специфической духовной сущности, позволявшей ей переосмыслять все иноземные новшества в рамках собственной традиции и оказывать влияние на характер и пути развития архитектуры всего региона Дальнего Востока.

Как свидетельствуют  археологические открытия, самые  ранние образцы жилищ пещерного  типа и деревянных конструкций датируются V—III тыс. до н.э. (неолитические культуры Хэмуду ,Луншань , Яншао); принципы градостроения складываются в период становления государств Ся (XXIII-XVI вв. до н.э.) и Шан-Инь (XVI-XII/XI вв. до н.э.); истоки ландшафтной архитектуры, согласно письменным источникам, восходят к царским заповедникам XXI—XVI вв. до н.э. Эволюционный путь традиционной китайской архитектуры продолжается до конца XIX в., после которого наступает этап поиска новых национальных форм в синтезе с общемировым архитектурным процессом. В китайской культуре высшими из искусств неизменно считались музыка, каллиграфия и поэзия. Архитектура в силу «телесности» форм рассматривалась скорее как искусное ремесло, нежели изящное искусство. Если в европейской культуре со времен античной Греции и древнего Рима тон задавали трактаты по эстетике и теории искусства и архитектуры, история которых сохранила имена наиболее прославленных зодчих, то в Китае носителями архитектурной традиции были древние каноны и «семейные династии строителей», из поколения в поколение в процессе практической деятельности передававшие в устно Все основные конструктивные принципы и планировочные схемы были сформированы самое позднее к III в. до н.э. Главные из них: деревянная стоечно-балочная конструкция на высоком основании (стереобате), создававшемся из утрамбованной земли и облицовывавшемся камнем; прямоугольная конфигурация как основа плана строений,дворов, комплексов, городов; ориентация их по сторонам света с выделением центра; система двора сыхэюань в качестве единицы пространственной ком-позиции; принцип симметрии; ориентация на центральную северо-южную ось; проявляемая на всех уровнях четкость архитектурной и планировочной «субкординации»; обращение входа (фасада)к югу. Все это сохраняло актуальность на протяжении всего существования Поднебесной. Причины поразительной устойчивости архитектурной традиции следует искать в картине мира, зародившейся в глубокой древности. Восходящий к мифическим и религиозным представлениям, гадательной практике и хозяйственной деятельности древних китайцев «код» единого вселенского порядка — Пути-дао , гармонии человека (общества, государства) и природы (Неба и Земли), зашифрованный в виде три-грамм и гексаграмм «И цзина» («Канон перемен») / «Чжоу и» («Чжоуские перемены»; VIII—VII вв. до н.э. ), стал мировоззренческой основой Китая. Архитектура как часть общей культуры являлась, по сути, опредмеченным выражением «небесных образцов и образов земли» — символов и чисел «И цзина» и могла приобретать разную смысловую нагрузку в интерпретации более поздних философских учений, религиозных доктрин, эстетических школ. Положения конфуцианства и даосизма, правила системы фэн-шуй (букв, «ветер-вода», геомантия),этические и эстетические идеалы китайского общества стали взаимОсновополагающая идея китайской культуры о единстве Неба, Человека, Земли (сань цай —«три начала», «три ценности») сделала «фундаментом» архитектуры принцип сбалансированности и гармонии архитектурных форм и условий естественного ландшафта, их созвучности идейно-художественному замыслу и функциональному назначению. Представление о взаимозависимости

6

природных явлений  и человеческой деятельности обусловило особую требовательность к выбору места для строительства. Предпочтение отдавалось таким местам, где было уравновешено действие начал инь (земное, темное) и ян (небесное, светлое) и пяти элементов у син и где циркулирующая внутри земли жизненная энергия ци («пневма», «космическое дыхание»; была максимально приближена к поверхности земли. При строительстве учитывались изгибы и впадины ландшафта, линии и контуры, которые очерчиваются светилами на небесном своде. Лишь при сбалансированности, гармонии архитектуры и окружающего мира достигалась, как считали носители традиции, цель благоприятного влияния «культурной среды» на человека, общество и государство.

Согласно «Ши цзи» («Исторические записки») Сыма Цяня (135—87/86 до н.э.; ),еще в IV в. до н.э. выбор места для захоронения умерших, почитаемых священными патронами рода, осуществляли кань юй цзя («гадатели по [небесному] своду и [земной] колеснице», каньюй — другое название фэн-шуй). Система фэн-шуй, восходящая к погребальному обряду, сформировавшаяся в качестве самостоятельной дисциплины в эпоху Хань и по сей день демонстрирующая свою жизнеспособность, учит, как следует располагать сооружения, чтобы поставить их под защиту благоприятных сил и предохранить от вредоносных, а также гармонизировать человеческую деятельность с природными явлениями. Главное внимание при выборе места уделялось возвышенности (горе, холму и т.д.) как небесной защитнице и воде (реке, озеру и т.д.) как источнику жизни. Если местность не имела подходящих естественных условий, их создавали искусственно — прорывали каналы, насыпали холмы, а также возводили высокие башни или пагоды, получившие распространение с приходом в Китай буддизма План всякой китайской постройки и композиция архитектурного ансамбля тесно связаны с представлениями древних китайцев о Вселенной: небо — ян, круг, творчество, движение.

Храмы и алтари, связанные с культом Неба, обычно имели в плане круг; алтари, связанные с культом земли, плодородия и злаков, — квадрат. Дворец и трон правителя должны были занимать сторону инь , т.е. обращены к югу .Согласно конфуцианскому учению, это означало править путем ритуала, соблюдая правильные отношения между правителем и подданными, высоким и низким : тот, кто обращен лицом к югу, — правитель, высокое; к северу — вассал, низкое; в соответствии с даосизмом, это позволяло осуществлять правление Поднебесной посредством недеяния (у вэй;), пребываяв покое и следуя естественному дао. Древнейшее ритуальное сооружение мин тан («пресветлый зал/престол»), служившее местом для инициации, моления Небу, официальных приемов правителя, представляло собой квадратное в плане строение без стен с четырьмя выходами и круглым верхом, которым соответствовали четыре стороны света, земля и небо. Древнейшие упоминания о мин тан содержатся в «Чжоу ли» («Чжоуские ритуалы», XI—III вв. до н.э.) и «Хуайнань-цзы» («[Трактат] Учителя из Хуайнани», II в. до н.э); по легендам, первый мин тан появился в эпоху мифического императора Хуан-ди (XXVII—XXVI вв. до н.э.).восходит к древнейшим представлениям (кон. II тыс. до н.э.) о пятеричном устройстве земной поверхности (у фан — «пять сторон»: север, юг, запад, восток и центр), символизирует сбалансированность человеческого общества по примеру мира природного. Центр (чжун ) понимается как канал стяжения Неба и Земли. Так, конфигурация поселения, относящегося к неолитической культуре Лянчжу (уезд Уцзиньсянь, пров. Цзянсу), по мнению археологов, совпадает с формой ритуального цуна (восьмигранной нефритовой регалии с круглым канальцем в середине; квадрат и круг в цуне символизируют Землю и Небо, отверстие в центре показывает канал,по которому осуществляется взаимосвязь Земли и Неба; изображения

7

животных, присутствующие на многих иунах, символизируют медиаторные силы, обеспечивающие связь Земли и Неба через центральный канал). В философском трактате «ГУань-цзы» («[Книга] учителя Гуаня», IV—III вв. до н.э.) указывалось, что «место Сына Неба в центре» (тянь-цзы чжун эр чу),т.е. правитель воспринимался как медиатор, соединяющий Землю и Небо.Идея правителя как «проводника», благодаря которому осуществляется связь между Небом и Землей, получила воплощение в композиции упоминавшегося выше храма мин тан. Реконструкции подобного храма эпохи Западного Чжоу (XI—III вв. до н.э.) представляют собой ансамбль из пяти залов, расположенных по принципу девятеричного квадрата (9 х 9), где главный зал (собственно мин тан) занимает южную позицию. Во время церемоний правитель, чей образ сополагалсяс небесным началом, находился в центре и, являясь посредником между Небом и Землей,осуществлял стяжение мира сакрального и людского, приводя вещи к гармонии. Традиция построения такого типа сооружений прослеживается до VI в., после чего прерывается. В современном китайском языке мин тан употребляется как метафора гармоничного миропорядка.На связь идеи «центра» («середины») с принципами градостроения указывает памятник «Люй-ши чунь цю» («Вёсны и осени господина Люя», III в. до н.э.): «Определи середину Поднебесной и там устрой столицу/государство , определи середину столицы/государства итам устрой дворец». В плане идеальной столицы, описанном в первом своде правил по строительству «Као гун цзи» («Записки о ремеслах», по разным источникам датируемом 770—476 или 475—221 до н.э.), также подчеркивается, что дворец правителя должен располагаться в центре. План строится по принципу девятеричного квадрата, восходящего к представлению об упорядочивающей сети цзин-вэй (букв, «основа и уток»), где соотносящиеся с Небом продольные линии «основы» следуют в направлении юг—север, а соотносящиеся с Землей поперечные линии «утка» — в направлении восток—запад: «Каждая сторона [столицы] по 9 ли [ 76], с каждой стороны по трое во-рот, 9 дорог цзин [ 7] и 9 дорог вэй , ширина дорог цзин —9 гуй. В центре дворец, слева — цзу справа — шэ ». Основных положений такой планировки придерживались при сооружении столиц во всех последующих династиях.Числа, являющиеся необходимым «инструментом» строительного дела в любой культуре, в китайской архитектуре несли особый символический и мистический смысл. Согласно «И цзину», нечетные числа относятся к небесным, ян [7], четные — к земным, инь [7]; Небо (ян [7[) обозначает сплошная черта и число 9 (цзю [7]), Землю (инь [7]) — прерывистая и число 6 (лю [ 1] ). В глазах древних китайцев числа обладали сакрально-нумерологическим значением. В частности, нечетное количество ворот, пролетов зданий, ярусов строений, Зодчество декоративных деталей, фигурок на ребрах скатов крыши как символа небесного начала было призвано снискать милость Неба, влияющего на судьбы людей и государства. «Небесная девятка» и кратные ей числа как прерогатива императорских дворцов и храмов подчеркивали исключительность сына Неба. Все величины конструкций даосского монастыря соотносились с числами «И цзина». Построенная на числах система архитектурной «иерархии» зеркально отражала принципы государственного устройства и общественных отношений, регулируемых конфуцианским ритуалом и правилом цзунь—бэй (разграничение высокого и низкого).Главенствующая роль конфуцианства в качестве государственного учения начиная с правления императора династии Западная Хань У-ди (140—87 до н.э.) и вплоть до падения династии Цин (1911) во многом способствовала «консервации» сложившихся архитектурных форм и принципов планировки. Ядром конфуцианской идеологии и этики было учение о ритуале —правилах благопристойного поведения. Согласно конфуцианскому канону «Ли цзи» («Записки о ритуале», IV—I вв. до н.э), «ритуал имеет три основы: небо и земля — основа существования, предки — основа рода, правитель-наставник — основа порядка» . Среди

8

функций архитектуры  подразумевалось способствование сохранению традиционного ритуала, служившего гарантом гармонии и стабильности государства и критерием общественных и межличностных отношений. Мерилом «правильности» отношений «высокого и низкого» в архитектуре стал включенный в качестве раздела в конфуцианский канон «Чжоу ли» («Чжоуские ритуалы») упоминавшийся выше свод ремесленных положений «Као гун цзи», согласно которому цзунь [Л («высокое») соотносится с чжун («центр»). Выработанные в древности правила, регламентирующие размеры сооружений и типы конструкций для разных слоев общества, веками сохраняли силу. При династии Тан (618—907) на основе «Као гун цзи» был издан государственный свод указов «Као гун дянь» («Уложение о ремеслах»), который придал легитимность ранговой дифференциации архитектурных строений, выражающей отношения цзунь—бэй. В период  династии Сун (960—1279) была проведена унификация деревянных конструкций и деталей, на основе которой в 1103 г. императорский зодчий Ли Цзе подготовил обширный труд «Ин цзао фа ши(«Методы архитектуры»/«Строительные стандарты»), В нем обобщался опыт китайского зодчества, закреплялись правила возведения зданий, изготовления деревянных конструкций и мелких деталей, а также вводилась система модуля доу-гун. В начале XVIII в., в период реформ цинского императора Кан-си (1662—1722), вышел свод законов, запрещающих самовольное строительство и отход от установленного образца при реконструкции зданий, дабы ненарушить сложившуюся систему отношений цзунь—бэй. Установленные в 1734 г. «Правила инженерно-строительных работ» («Гунчэн цзофа цзэли»), регламентирующие размеры и варианты декора для 27 типов зданий, явились апофеозом стандартизации архитектуры.Наглядным примером «архитектурного решения» отношений цзунь—бэй служат ворота (мэнь),функция которых в конфуцианском Китае от утилитарного «вход—выход» повысилась до значения «лицо» (мянь) хозяина. Разрыв между «высоким» и «низким» социальным статусом владельца дома подчеркивался конструктивным различием ворот (парадного входа) и их количеством. Описание парадных ворот не только давало представление о размерах дома, но и сообщало, на какой ступени иерархической лестницы находится его хозяин. Эту черту архитектуры искусно обыгрывали в литературе. В танской поэзии образ «ворот, покрытых красным лаком» (чжу мэнь) стал метафорой богатства и»__ знатности, а «дощатая дверь» (чай мэнь) — символом убогого жилища простолюдина. Воплощение принципа цзунь—бэй наблюдается И в сыхэюань (замкнутом дворе со строениями по всем четырем сторонам), в котором посредством размещения главного дома, боковых флигелей, заднего помещения, строений, расположенных фасадомк главному дому, реализовывалась этика семейных отношений между старшим и младшим, отцом и сыном, мужем и женой. В дворцовых ансамблях комбинация больших и малых дворов сыхэюань выражала этическую систему отношений правителя и подданных, императора и его жен, наложниц, детей. Иерархический принцип распространялся и на правила архитектурного декора. Существовало пять сакральных цветов: желтый символизировал силу, величие, богатство, могущество и признавался цветом императора; красный — счастье, дружбу; зеленый (голубой, синий) —вечный мир, покой; белый — чистоту, свет, согласие и траур; черный — разорение, опустошение. Так, крыши императорских дворцов и храмов покрывались желтой черепицей, крупные сановники могли украшать крыши своего жилища зеленой черепицей, чиновники — серой. В зависимости от ранговой принадлежности здания в соответствующие цвета окрашивались колонны и деревянные детали .В архитектурном декоре и орнаменте находили выражение не только национальные этические ценности, но и эстетические идеалы. Основными мотивами декора были разного рода «благопожелательные» изображения, передававшиеся устойчивыми символами. Например, пожелание большого

9

потомства, сохранения рода и преемственности поколений заключали в себе плоды граната, виноградная кисть, девять фантастических львов, которые символизировали «девять поколений в одном дворце». Пожелание покоя и мира в Поднебесной в определенном контекстевыражали цветы, символизирующие сезон года, бамбук, множество парящих летучих мышей. Знаками семейного счастья считались пион, персик, седовласый старец (символ супружеской жизни до седых волос); ласточка, ива, цветы и травы обозначали приход весны и рождение новой семьи. Большое жалованье, зажиточность, богатство символизировал пион как атрибут элитарной эстетики; комбинация пиона и вазы являлась пожеланием богатства, знатности и покоя, а пион вместе со сливой, бамбуком, платаном — богатства, знатности и долголетия. Знаком долголетия в народной культуре служило и изображение бога долголетия Шоу-сина ,которое вырезали или прикрепляли на воротах, дверях или створках окон. Другие символы долголетия — сосна, журавль, плоды персика — характерны для бронзовой малой пластики резьбы. В орнамент нередко включали иероглиф шоу [2\ («долголетие») либо как самостоятельный знак, либо в комбинации с другими иероглифами, например фу («счастье», «благо») и вань («десять тысяч», «несчетное множество»), что означает «десять тысяч благ, десять тысяч лет жизни». Изображение сороки как мотива орнамента символизировало радость, удачу. Традиция считать сороку предвестницей удачи восходит к древнейшей антологии китайской поэзии «Ши цзину» , позднее к ней обращалась танская поэзия. Мотивы орнамента демонстрируют также присущие китайской культуре идеалы самосовершенствования и духовного очищения. Символом «четырех благородных мужей» (сы цзюнь-цзы) служат изображения хризантемы, сливы мэйхуа, орхидеи и бамбука, веками воспевавшиеся китайской литературой. В поэтической традиции образ бамбука символизирует возвышенные духов-ные качества. Сунский поэт Су Ши(Су Дун-по, 1037—1101) писал: «В доме может не быть мяса, но недопустимо не посадить бамбук; без мяса человек лишь потеряет в весе, а без бамбука он потеряет возвышенность духа».В архитектурном декоре наряду с этим обыгрывалась религиозная и мифологическая символика. Наиболее часто встречаются изображения восьми буддийских драгоценностей и восьми архатов ,которые в собственно китайской традиции восходят к даосской легенде о «восьми бессмертных» образы четырех священных животных — дракона, феникса, тигра и черепахи, владык соответственно Зодчество восточной, южной, западной и северной стран света. В сооружениях погребального культа встречается орнамент с фигурой совы. Изображения дракона и феникса — символа императора и императрицы — служат непременным атрибутом декора императорских дворцов и храмов. Значение даосизма в судьбе китайской архитектуры не менее важно, чем роль конфуцианского ритуала. С даосской традицией генетически связана упомянутая выше система фэн шуй. Идеи JIao-цзы о «преодолении твердого мягким», о всепроникающем дао, «неисчерпаемости пустоты», «следовании естественности» оказали влияние на конструктивную систему, определив сейсмостойкость гибких деревянных соединений, выбор строительных материалов (к которым относятся пластичные, «мягкие» материалы — дерево, глина, черепица), сказавшись в пространственной композиции классического парка. JIao-цзы учил: «Человек следует Земле, Земля следует Небу, Небо следует дао, а дао следует самому себе» («Дао дэцзин»; пер. Ян Хин-шуна; ). Явления природы бесконечны в своих изменениях и проявлениях, потому при устройстве садов и парков требовалось умение следовать естественному.Подражание природному — главенствующий принцип садово-паркового искусства, определивший многообразие его форм. В первом теоретическом трактате об устройстве садов и парков «Юань е» («Изящество парков») Цзи Чэна, законченном в 1634 г., в разделе «Следование [рельефу] земли» указывалось: «Основой парка является свобода направлений; в рельефе земли имеются высоты и низины, поэтому форма

10

[парка] должна  следовать естественному ландшафту. Сочетание противоположностей — выпуклого и вогнутого, извилистого и прямого, пикообразного и плоского — вот путь к достижению естественности». Свободный принцип организации ландшафта касался и парковых строений, которые разрешалось, более того, рекомендовалось размещать, не соблюдая правил центральной оси и симметрии. Во многих китайских парках можно увидеть галереи и беседки, словно взбирающиеся вверх по горному склону, горбатые мостики, наслаивающиеся друг на друга стены. Причудливость форм парковых сооружений безгранична, как неисчерпаема фантазия самой природы.Знаменитые сучжоуские «полупарки» (бань юань) с оригинальным приемом выполнения каждой садовой постройки в наполовину усеченном виде обязаны своим появлением такому природному явлению, как «сокращенная» форма луны в определенной фазе лунного месяца (полумесяц).

«Следование естественности»  культивировало идеал «возвращения к естественности», чтоприменительно к парковому искусству означало создание атмосферы уединения и отрешенности, побуждающей к созерцанию. Парки ограждали от «суетного мира» с помощью стен или естественных гор (как в случае загородной летней резиденции цинских императоров Би шу шаньчжуан в Чэндэ). В классических пейзажных садах воссоздавались все элементы живой природы, созерцание которых восстанавливало духовное равновесие и приводило в умиротворение. Неизбежная количественная ограниченность пейзажей классического сада компенсировалась бесконечностью вариаций. Небольшой по размеру сад Ваншиюань (Сад рыболова) в Сучжоу, являя собой классический образец «сада внутри сада», «вида за пределами вида», позволяет увидеть в «малом — большое», в «предельном — безграничное». Многозначный и глубоко символичныйязык китайской архитектуры формировался тысячелетиями, вобрав в себя красоту природы, мудрость древности, фантазию творчества. Китайский архитектурный ансамбль подобен иероглифу, который располагает ограниченным набором черт и подчиняется строгому порядку написания, но благодаря бесконечному многообразию их комбинаций, варьированию «белого и черного» —«пустоты и наполненности», «одухотворен-ному ритму и живому движению» (ци юньшэн дун), способен передавать смыслы всей «тьмы вещей».

Градостроение

Прототипами китайских  городов служат древнейшие поселения  в долинах рек Хуанхэ, Вэйхэи Ханьшуй периода неолита (V тыс. до н.э.), но точкой отсчета в истории градостроения считается период становления древних государств Ся, Шан-Инь и Западная Чжоу (XXIII—VIII вв. до н.э.).

Именно тогда складываются традиции регулярной планировки китайских  городов, которую в последствии восприняли и в других странах Дальнего Востока, в частности в Японии при строительстве столиц Нара и Киото. Города Китая можно подразделить на две группы — с регулярной (к северу от р. Янцзы) и относительно свободной планировкой (к югу от Янцзы). Конфигурация городов первой группы представляла квадрат или прямоугольник, вытянутый по оси север—юг и разделенный на четыре основных района двумя широкими главными магистралями, пересекающимися в центре города под прямым углом. Эти магистрали соединяли четверо городских ворот, из которых южные были главными. Город со всех сторон был защищен насыпным валом или глинобитной (а позднее кирпичной) стеной и каналом или рвом с водой. Сетка дорог членила город на прямоугольные кварталы, которые первоначально назывались^«

11

фан с эпохи Сун —цзе фан. Пространство улиц внутри кварталов образовывалось стенами жилых усадеб, на улицу выходили только ворота, ведущие в дом. Наружные стены домов возводились из обожженного или сырцового кирпича. На юге страны стены часто белили. На фоне такой однообразной плоской застройки выделялись башни городских ворот и башни Гулоу (Барабанная башня) и Чжунлоу (Колокольная башня). В крупных административных центрах вблизи этих сооружений располагались резиденции местных правителей и государственные канцелярии. От окружающей застройки они отличались большими размерами, высокими изогнутыми крышами у дянь и парадными входами. Остальные районы иногда оживлялись комплексами монастырей или высокими пагодами, зданиями союзов крупных ремесленников ,торговцев, землевладельцев, учебных заведений, рынков, складов. Комплексы богатых монастырей иногда занимали целые кварталы. В городах второй группы, со свободной композицией, отсутствие строгой планировки чаще всего объясняется гористым рельефом. Силуэт таких городов был разнообразнее благодаря зданиям пагод и монастырей, поставленных на возвышенностях, городские стены следовали рельефу местности. Для наиболее удаленных от Янцзы городов был характерен своеобразный тип улиц ,обычно торговых, в виде галерей, образованных нависающими над улицей верхними этажами ,опирающимися на деревянные столбы. На характер застройки некоторых южных городов, например Ханчжоу и Сучжоу, значительно повлияло обилие рек и водоемов. Жилые дома с садами или парками имели свободную живописную планировку, гармонично вписывающуюся в природный ландшафт. Город перерезали каналы, их украшали каменные арки мостов. В целом архитектура южных городов отличалась большим изяществом форм благодаря тонким деревянным колоннам, ажурным решеткам, украшениям на углах сильно изогнутых крыш зданий. Сооружению столицы как символическому центру Поднебесной придавалось исключительное значение. При выборе места, составлении плана и строительстве руководствовались двумя приоритетами: подчеркнуть идею безграничной власти Сына Неба, создать гармонию с окружающим ландшафтом. Обязательным условием ставилось наличие обширных окрестностей, гор ,защищающих столицу с севера, и реки с юга, на которую «взирал» храм-дворец мин тан. План идеальной столицы, составленный в эпоху Восточная Чжоу (770-221 до н.э.), оказал непосредственное влияние на планировку древних столиц Сяньян (221— 207 до н.э.), ханьская Чанъань (206 до н.э. — 220 н.э.), Лоян и танская Чанъань (III—VI, VII—X вв.), Бяньлян (совр. Кайфэн, X в.), Нанкин(XIV в.). Китайское градостроение продемонстрировало вершину своего мастерства при сооружении Бэйцзина (Пекина) и его ведущих дворцовых, храмовых и парковых ансамблей в период династий Мин и Цин.