Иллюстрации Гюстава Доре к Библии

Министерство образования и  науки Российской Федерации

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ПЕЧАТИ им. Ивана Федорова

Кафедра рекламного маркетинга

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

по дисциплине «Искусство и литература»

на тему:

«Иллюстрации Гюстава Доре к Библии»

Выполнила студентка группы ФР З 3-1

заочного отделения,

факультета рекламы 

Букатюк Н.С.

Руководитель контрольной работы:

Георгиевский А.С. проф.

Москва 2012

Гюстав  Доре

(1832–1883)

«Великий Доре», «величайший иллюстратор XIX века» – так называют художника исследователи его творчества. Л.Р. Варшавский пишет: «В истории иллюстрации Гюстав Доре занимает исключительное место. Выдающийся представитель не только французского, но и всего европейского искусства второй половины XIX века, он внес в сокровищницу мировой графики непревзойденные по своим художественным достоинствам рисунки, проявив глубокое проникновение в сущность явлений, отразив в них различные стороны жизни современного ему общества, всех его классов и социальных групп».  

 Поль Гюстав Доре родился 6 января 1832 года в Страсбурге. В декларации мэрии города от 9 января 1832 года значилось, что у Пьера Луи Христофора Доре родился сын, названный Луи Августом Гюставом. Отец Доре был инженером, строителем мостов. Он любил читать, и мальчик имел возможность просматривать иллюстрации. Это в значительной мере пробудило в нем влечение к рисованию.   

 Очень рано Гюстав  стал удивлять всех своими  недетскими, почти профессиональными  рисунками. Он начал рисовать  в четыре года, а в десятилетнем  возрасте выполнил иллюстрации  к «Божественной комедии» Данте.   

 В 1841 году семья  перебирается в Бур, городок,  окруженный богатой природой. Позднее  художник напишет: «Эти зрелища  были одними из первых моих  живых впечатлений. Они явились  теми сильнейшими импульсами, которые  образовали мой вкус».  

 В 1847 году Доре вместе с матерью снова переезжает, на этот раз в Париж, где Гюстава определяют в лицей Шарлемань. Здесь он получает хорошее образование. Здесь же он обретает друзей, впоследствии ставших известными людьми, – Эдмонда Абу (писатель), Ипполита Тэна (историк и теоретик искусства).  

 Едва поселившись в  столице, Гюстав отправляется  к главному редактору «Журналь пур рир» Ш. Филипону с серией рисунков «Подвиги Геркулеса». Филипон принимает его в число сотрудников с окладом 5000 франков в год.  

 Не получив специального  художественного образования, Густав  много времени проводил в залах  Лувра, изучая картины старых  мастеров, а также часто работал в Национальной библиотеке, где подолгу рассматривал старые гравюры.  

 Большое событие в  жизни молодого художника произошло  в конце 1847 года, когда Обер издал альбом его литографий «Подвиги Геркулеса». В предисловии он написал: «"Подвиги Геркулеса" задуманы, выполнены и литографированы художником пятнадцати лет, который научился рисовать без учителя и классических штудий. Мы решили сообщить об этом не только с целью вызвать особый интерес публики к работам юного мастера, но также отметить начало пути г-на Доре, который, мы верим в это, достигнет удивительных высот в искусстве».  

 В шестнадцать лет  Гюстав оказался в гуще бурных  событий – февральской революции  1848 года. «Доре был тогда в том возрасте, когда такие грандиозные события оказывают глубокое воздействие на впечатлительную натуру, – пишет биограф художника Б. Рузвельт. – Он изучал эти пульсирующие массы народа и в своем воображении превращал их в грандиозные картины. Днем и ночью он был на улицах Парижа, молчаливо следя за каждым эпизодом борьбы».  

 Доре рисует листы: «Луи-Филипп – экс-король марионеток» и «Организационный Совет Национальной гвардии», быстро ставшие популярными.  

 Гюстав становится  самым молодым участником Салона 1848 года с сериями рисунков  «Новый Велизарий», «Союз – сила» и «Сцены из жизни пьяниц». С той поры Доре почти ежегодно участвует в выставках Салона, экспонируя как живописные, скульптурные, так и графические произведения.  

 В 1852 году Доре неожиданно порывает с журналом, чтобы посвятить себя иллюстрации. Он начинает со скромной работы над оформлением небольших и дешевых популярных изданий. Художник пытливо ищет свой путь. Уже в иллюстрациях к «Гаргантюа и Пантагрюэлю» (1854) Доре показывает себя художником могучего воображения, умело облекающего породившую его мысль в форму конкретного образа.  

 Как пишет Л.А. Дьяков: «Образы, созданные Доре, народны по своей сути. Гаргантюа и Пантагрюэль в иллюстрациях Доре воспринимаются как полноправные участники народной жизни, они естественно "вписываются" в толпы людей, интерьеры, природу. И все это в соответствии с народным пониманием героев как реальных людей…  

 Гениальные иллюстрации  Доре к "Гаргантюа и Пантагрюэлю" явились началом нового типа иллюстрированной книги, где рисунки неразрывно сливаются с текстом и свободно чередуются большие и маленькие изображения. Здесь была найдена счастливая гармония между литературной и иллюстративной частью. При этом художник, не отказывая себе в праве на творческий вымысел, стремится передать неповторимые особенности образного строя произведения».   

1854 год для Доре явился не только плодотворным, но и решающим. В этом году появляется альбом литографий Доре «Парижский зверинец». Г. Гартлауб отмечает. «Великолепные листы с их свободной самостоятельной переработкой полученных впечатлений от Домье обнаруживают единственно присущую уже тогдашнему Доре способность патетического искажения жеста, костюма и ландшафта, которая, собственно, не столько придает этим листам забавный характер, сколько вносит в них оттенок призрачности. Юноша уже созрел для восприятия решающего явления, уготованного ему современностью, – явления Домье».  

 В 1855 году художник  заканчивает рисунки к «Озорным  рассказам» Бальзака. «Образы, созданные Доре, убедительно раскрывают характеры, темпераменты и нравы героев: любвеобилие, хитрость, подозрительность, ханжество, добродушие, чревоугодие, фанатическую исступленность, веселость нрава, – отмечает Л.А. Дьяков. – Современники не верили, что рисунки к "Озорным рассказам" были выполнены молодым человеком, живущим в Париже и проводящим время среди богемы на улице Мучеников».  

 С осени того же  года Доре приступил к изучению Данте для создания иллюстраций к «Божественной комедии». Грандиозные гравюры художника к «Аду» появились в 1861 году, «Чистилище» и «Рай» были выполнены в 1869 году.  

 Теофиль Готье писал в газете «Монитор» в 1861 году: «Нет другого такого художника, который лучше, чем Гюстав Доре, смог бы проиллюстрировать Данте. Помимо таланта в композиции и рисунке, он обладает тем визионерским взглядом, который присущ поэтам, знающим секреты Природы. Его удивительный карандаш заставляет облака принимать неясные формы, воды – сверкать мрачным стальным блеском, а горы – принимать разнообразные лики. Художник создает атмосферу ада: подземные горы и пейзажи, хмурое небо, где никогда нет солнца. Этот неземной климат он передает с потрясающей убедительностью…»  

 А вот мнение Г.  Гартлауба о гравюрах «Ада»: «Несомненно значительный шаг вперед в развитии героически-патетической стороны дарования художника и вместе с тем часто поражающее нас умение приспособиться к большому формату. Эффектная композиция и в то же время подлинная способность к внутреннему видению пространства и ландшафта порою сливаются здесь воедино, производя необыкновенно сильное впечатление».   

 «В 1860-х годах "деревянная  гравюра начала приобретать популярность  у публики, которая вскоре превратилась  в манию. Каждый автор, который  писал книгу, хотел, чтобы Доре иллюстрировал ее; каждый издатель, который публиковал книгу, стремился выпустить с иллюстрациями Доре". По сообщению друга и биографа художника Б. Джеррольда, количество рисунков Доре достигло к маю 1862 года сорока четырех тысяч» (П. Лакруа).   

 Доре обычно делил свой рабочий день на три части: утро посвящалось графике, полуденные часы – живописи, вечера – снова графике. Друг художника, живописец Бурделен, так описывает его метод работы: «Я видел, как Гюстав заработал 10 тысяч франков за одно утро. Перед ним находилось около двадцати досок, он переходил от одной к другой, набрасывал рисунок с быстротой и уверенностью, которые изумляли. За одно утро он сделал двадцать великолепных рисунков. Затем он со смехом отбросил карандаши в сторону, вскинул голову особым образом и сказал мне весело: "Неплохая утренняя зарядка, мой друг. Этого достаточно, чтобы прокормить семью в течение года. Ты не думаешь, что я заслужил хороший завтрак? Клянусь, я голоден как раз на эту сумму. Пойдем"».  

 В 1862 году Доре создает иллюстрации к «Сказкам» Шарля Перро. Сент-Бев, получив это издание Доре, назвал его «подарком для короля». Блестящий критик Поль де Сен-Виктор, увидел в «Сказках» Перро «наивный и заманчивый маскарад. Кажется, что видишь Оберона в костюме маркиза, прогуливающегося с Титанией в воздушном портшезе в сопровождении Ариэля и Пэка, переодетых пажами».  

 Шедевры импровизации, выдумки, остроумия – рисунки  для «Приключений барона Мюнхгаузена»  Р.-Э. Распе (1863). В 1863 же году появился большой цикл гравюр Доре к «Дон Кихоту» Сервантеса. Можно смело сказать, что эти иллюстрации до сих пор остаются непревзойденными.   

 «Какой дар! – воскликнул  Т. Готье, увидев «Дон Кихота» Доре. – Какое богатство мысли, сила, интуитивная глубина, какое проникновение в сердце различных вещей! Какое чувство реального и в то же время химеричного!»  

 Шестидесятые годы  – наиболее плодотворный период  в творчестве Доре-иллюстратора. В 1864 году он создает иллюстрации к «Легенде о Крокемитене», «Капитану Кастаньету», а в 1865 году иллюстрирует двумястами тридцатью рисунками двухтомную Библию.  

 Л.А. Дьяков пишет:  

 «Обращаясь к Ветхому  завету, он даст его в плане  древнего космизма, стремясь передать грандиозные процессы, переживаемые человечеством на заре цивилизации. Все в этих листах предельно грандиозно и космично: вздыбленные скалы, бескрайние долины, бездонные ущелья, чудовищные деревья, несметные человеческие потоки, яркие вспышки света, прорезающие ночную мглу, подавляющая своими масштабами архитектура древних храмов и дворцов.   

 Вот почему "фон", "атмосфера" является здесь  главным, определяющим моментом.   

 Иллюстрируя Новый  завет, Доре более академичен и суховат, несколько скован и сдерживает свою фантазию, хотя в отдельных листах, например в "Апокалипсисе", дает полную волю своему воображению».   

 Прибывшего в середине шестидесятых годов в Лондон Доре ждал восторженный прием. Принц и принцесса Уэльские пригласили его на обед, где он был представлен королеве Англии. Жизнь художника складывается вполне благополучно. В гости к художнику приезжают такие знаменитости, как Гуно, Мейербер, Оффенбах, Эжен Сю, Александр Дюма, Гюго, Полина Виардо, Аделина Патти, Ференц Лист. Большая ксилографическая мастерская художника в столице Англии была завалена работой.  

 Биографы художника  отмечают, что с 1860 по 1870 год Доре уделял много времени живописи и что в течение этого периода он легко преодолевал все «технические» трудности масляной живописи. В шестидесятые – начале семидесятых появляются огромные полотна – «Титаны» (1866), «Смерть Орфея» (1869), аллегории на военные темы 1871 года, «Медный змий», «Изгнание торгашей из храма», «Сон жены Пилата», «Избиение младенцев», «Снятие с креста» и другие произведения на библейские и евангельские сюжеты. Но были другие произведения: «Цыгане», «Уличные музыканты», «Монахи во время службы», экспонированные на мюнхенской выставке 1869 года.  

 В 1871 году художник  создает блестящий цикл карикатур  «Версаль и Париж», где в острых и удивительно верно схваченных типажах весьма лаконично дал характеристику депутатам Национального собрания 1871 года, собрания политических вампиров, национального позора и катастрофы.   

 Далее Доре создает многочисленные рисунки к двум фолиантам, рассказывающим о жизни Лондона (1872) и Испании (1874). Л.Р. Варшавский отмечает: «В этих рисунках он добивается большой выразительности, цельности, отражая социально-политическую жизнь, и достигает небывалых высот. "Смотреть на мир, как Бальзак" – было излюбленной фразой и девизом Доре. В иллюстрациях, рисующих жизнь столицы старой Англии и своеобразный быт Испании, запечатлено художником решительно все, вплоть до самых потаенных уголков городов и дальних сел. Быт показан во всей своей полноте. Значительно раскрыт и характер народа».   

 В этой связи можно  привести рассказ Джеррольда: «Когда мы посетили Ньюгейт, он попросил тюремщика, сопровождавшего нас, оставить его на несколько минут у окна, через которое был виден двор с бродящими по кругу заключенными. Когда мы вернулись, то увидели, что он не рисовал, но глаза его вбирали каждую деталь сцены. "Я скажу вам, – обратился Доре к тюремщику, – что представляет каждый из этих людей". И он указал на вора, подделывателя документов, грабителя с большой дороги, взломщика. Тюремщик был изумлен, ибо художник точно определил "профессию" каждого из его подопечных».   

 После «Лондона» Доре успел создать только иллюстрации к «Неистовому Роланду» Ариосто (1879). Художник умер 23 января 1883 года.

Д. К. Самин

«Сто великих художников»

«Изгнание Адама и Евы из рая» 
Данная иллюстрация показывает, как опасен грех. Ведь человек был создан, как венец творения. Но он пал. Не выдержал испытания заповедью.

Господь говорил Адаму  и Еве, что они могут есть плоды с любого дерева, кроме одного, иначе, как он сказал, если они вкусят его, то смертью умрут.

Мы видим, что Господь  не просто строг, а даже жесток. Он не только их из рая, но еще и проклинает.

Вспомним, как все это  произошло. Змий подполз к Еве  и стал ласково нашептывать, как  прекрасен этот плод, и если они  с Адамом его попробуют, то им откроется  познание добра и зла.

Что значило познать зло  Ева и не догадывалась, поэтому  доверилась змию.

Адам совершил грех вслед  за супругой, вкусив яблоко. Услышав голос Божий, он ужаснулся и первое, что пришло ему в голову — это как бы поскорее скрыться. Хотя он прекрасно знал, что от Бога скрыться невозможно.

Тогда Адам говорит Богу: «Та жена, которую Ты дал мне, она дала мне плод, и я ел!» То есть — Господь виноват в том, что дал ему такую жену. Какие дерзкие слова! Может быть Ева, слыша это, готова упасть пред Богом на колени, признать свою вину и возопить о прощении? Так ли она поступает? Нет! Она говорит: «Это тот змей, которого Ты сотворил, он мне сказал, и я ела!»

Здесь комментарии излишни. Так же, происходит и с нами. И  мы оправдываем себя и стараемся, заглушив голос своей совести, не видеть собственной вины. Но виноват  не Бог, виноват не тот, кто спровоцировал  нас на грех, — виноваты мы сами, потому что падки на грех и не стойки в добродетели, грех вожделен нам, он хорош для нас и приятен.

«Распятие»

Казнь распятия на кресте была самой позорной, самой мучительной и самой  жестокой. Такой смертью казнили  в те времена только самых отъявленных  злодеев: разбойников, убийц, мятежников и преступных рабов. Мучения распятого человека невозможно описать. Смерть была настолько медленная, что многие мучились на крестах по несколько дней. По еврейскому закону, повешенный на реве считался проклятым.

Когда все было приготовлено, воины распяли  Иисуса Христа. Это было около полудня, по-еврейски в 6-м часу дня. Когда  же распинали Его, Он молился за Своих мучителей, говоря: "Отче! прости им, потому что они не знают, что делают".

Рядом с Иисусом Христом распяли  двух злодеев (разбойников), одного по правую, а другого по левую сторону  от Него.

Враги не перестали оскорблять Иисуса Христа и на кресте. Они, проходя, злословили и, кивая головами, говорили: "Э! Разрушающий  храм и в три дня созидающий! Спаси Себя Самого. Если Ты Сын Божий, сойди с креста".

При кресте Спасителя стояли Матерь Его, апостол Иоанн, Мария Магдалина  и еще несколько женщин, почитавших Его. Невозможно описать скорбь Божией матери, видевшей нестерпимые мучения  Сына Своего!

Между тем, во время страданий Спасителя  на Голгофе произошло великое  знамение. С того часа, как Спаситель  был распят, т. е. с шестого часа (а по нашему счету с двенадцатого часа дня), солнце померкло и наступила  тьма по всей земле, и продолжалась до самой смерти Спасителя .

Около девятого часа Иисус Христос громко воскликнул: "Боже Мой, Боже мой! Для  чего Ты Меня оставил?" Этими словами  Господь в последний раз напоминал  людям, что Он есть истинный Христос, Спаситель мира. Тогда один из воинов побежал, взял губку, намочил ее уксусом, надел ее на трость и поднес к иссохшим губам Спасителя.

Вкусив  уксуса, Спаситель сказал: "Совершилось". После этого Он громким голосом  произнес: "Отче! в руки Твои предаю дух Мой". И, преклонив голову умер. И вот, завеса в храме, закрывавшая святое святых, разодралась надвое, с верхнего края до нижнего, и земля потряслась, и камни расселись; и гробы отверзлись; и многие тела усопших святых воскресли, и, вышедши из гробов по воскрешении Его вошли в Иерусалим и явились многим.

Сотник  же и воины с ним, которые стерегли распятого Спасителя, видя землетрясение, испугались и говорили: "истинно, человек этот был Сын Божий". Наступил вечер пятницы. В этот вечер надлежало вкушать Пасху. Иудеям не хотелось оставлять на крестах тела распятых до субботы, потому что пасхальная суббота, считалась великим днем. Поэтому они просили у Пилата позволения перебить голени распятым, чтобы они скорее умерли и можно было их снять с крестов. Пилат позволил. Воины пришли и перебили голени разбойникам. Когда они подошли к Иисусу Христу, то увидели, что Он уже умер, и потому не перебили у Него голеней. Но один из воинов, чтобы не оставалось никакого сомнения в Его смерти, пронзил копьем Ему ребра, и из раны потекла кровь и вода.

 
Иисус должен был принять  смерть, ни на секунду  не поколебавшись, уверенный в том что смерть не есть конец. Это и не было концом. Его тело поместили в гробницу, откуда оно исчезло при загадочных обстоятельствах. Христиане верят, что Иисус действительно восстал из мертвых. 
Его осуждение и смерть привели к образованию новой религиозной общности, выходящей далеко за рамки традиционных догм иудаизма, на которых был воспитан Иисус.