Контрольная работа по "Философии". 340

Введение

С давних времен, с самого своего становления  Россия зарекомендовала себя, как  страна необычная, не похожая на других, а потому непонятная и вместе с  тем чрезвычайно притягательная.

Тютчев сказал в свое время про  Россию:

Умом России не понять,

Аршином общим не измерить:

У ней особенная стать — 

В Россию можно только верить.

Эти строки, безусловно, актуальны  и по сей день. Россия – страна, не подпадающая ни под какие мерки, шаблоны и законы логики. Но Россия, ее характер – это характер ее народа, характер сложный и весьма противоречивый.

19 и 20 век - это была эпоха  пробуждения в России самостоятельной  философской мысли, возникновение  новых течений в философии  демонстрируя предельное многообразие  подходов к проблеме человека. На протяжении столетий менялись  духовные установки и господствующие  мировоззренческие течения. Однако  тема человека оставалась неизменной, она служила фундаментом для  самых разных теоретических исканий.         

Панорама концепций человека, созданных  в этих веках, обширна. В нее входят представители различных философских  направлений.

Русская философия - сложный и многогранный процесс, который включает в себя многие направления как идеалистической, так и материалистической ориентации. Противоречивость ее определяет немалые  споры и в историческом прошлом, и в настоящее время. Заявив о  себе как о явлении мировой  духовной культуры, русская философия  тем не менее продолжает отстаивать свои права как на статус «философии самобытно русской», так и на статус философии как рационально-научного знания. В первом случае русская философия рассматривается как «национальное самосознание эпохи», выражение русского характера и русской души, во-втором речь идет исключительно о влиянии зарубежных философских направлений и школ

Русская философия  сер. 19 – сер. 20 века.

Конец XIX – начало ХХ века было временем короткого и блестящего расцвета русской духовной культуры, справедливо названной культурой «серебряного века». Философия занимала в этой культуре особое место.

Философия XIX -XX в. — это множество самых различных направлений философствования, многие из которых пришли из прошлого столетия и продолжают жить и развиваться в соответствии с современными реалиями. Эти новые явления нашего времени, естественно, порождают и совершенно новые, оригинальные направления философской мысли. Среди всего этого многообразия есть очень влиятельные, мировые школы, есть узкие, частые направления, но все вместе они продолжают мировую историю философии, основывающуюся на традициях, обогащающуюся новациями и никогда не останавливающуюся в своем развитии. Философия ХХ века представляет собой сложное духовное образование. Ее плюрализм объясняется как развитием науки и практики, так и развитием предшествующей философии XIX века.

Основными моделями современного философского мышления, философскими школами и  течениями являются позитивизм, структурализм, неотомизм, экзистенциализм, «философия жизни», психоанализ, герменевтика.

Во II половине XIX века русская философия вступает в новый период развития. Самые различные течения в русской интеллектуальной жизни, и в философии, в частности, проявляют все признаки внутренней зрелости. «Идеологические искания еще продолжаются, - писал В. Зеньковский, - их диалектика еще не закончена, но они уже настолько зрелы и отчетливы, что почти все готовы развернуться в форме системы». Достигает своего высшего напряжения и расцвета русский секуляризм, оформившийся в позитивизме К.Д. Кавелина, П.Л. Лаврова, Н.К. Михайловского, Н.К. Кареева. Есть все основания говорить об увлеченности русской мыслью естественно-научным материализмом И.М. Сеченова и И.И. Мечникова. Расширяется сфера влияния марксистской философии.

Развитие отечественного естествознания и опытных наук привело к укреплению позиций естественно-научного материализма. К.А. Тимирязев, характеризуя умственные движения в России второй половины XIX в.- «этой нашей русской эпохи Возрождения», писал: "...русская мысль движется наиболее естественно и успешно не в направлении метафизического умозрения, а в направлении, указанном Ньютоном, в направлении точного знания и его приложения к жизни".

Центральной фигурой этого движения был И.М. Сеченов (1829-1905), Основная идея всех исследований и философских обобщений Сеченова заключается в невозможности отделить психические процессы от нервных процессов, с ними связанных. Почему? Потому что мы всегда имеем в человеке «цельный натуральный процесс». Сеченов исходил из положения, что жизнь на всех этапах развития есть приспособление организмов к условиям существования и что «в длинной цепи эволюции организмов усложнение организации и усложнение действующей на нее среды являются факторами, обусловливающими друг друга». Признавая неразрывную связь организма с условиями его существования, ученый особенно подчеркивал определяющий характер влияния среды на содержание психической деятельности человека. Сеченов отмечал, что содержание психической деятельности определяется, прежде всего, воспитанием, условиями его социального бытия. «...Характер психического содержания,- доказывал он, - на 999/1000 дается воспитанием в обширном смысле слова и только на 1/1000 зависит от индивидуальности. Этим я не хочу, конечно, сказать, что из дурака можно сделать умного: это было бы все равно, что дать человеку, рожденному без слухового нерва, слух. Моя мысль следующая: умного негра, лапландца, башкира европейское воспитание в европейском обществе делает человеком, мало отличающимся со стороны психического содержания от образованного европейца». Из этого принципиального положения Сеченова следовали два важных момента: во-первых, отнесение к природе человека собственно физиологических процессов, общих всем людям и генетически связывающих их со всем остальным животным миром, и, во-вторых, определение сущности человека на основе культурно-исторических критериев, признание ее социальной специфики. Оба этих момента необходимо дополняют друг друга, но первостепенное значение сохраняется за физиологической стороной, составляющей исходное начало всякой психической деятельности.

Одним из ярких представителей естественно-научного материализма был Д.И. Менделеев (1834 – 1907). Деятельность этого ученого многогранна, но наиболее ярким и известным его открытием был периодический закон химических элементов, ставший одним из основных законов современного естествознания. Для материалистической философии он имеет принципиальное значение, ибо выявляет фундаментальные взаимосвязи природы.

Менделеев признавал вечность вещества вместе с эволюционной изменчивостью. Закон  сохранения материи и энергии  считал краеугольным принципом науки  и критерием научности. Основой  мироздания полагал три первичных  начала: «нераздельную, однако и не сливаемую познавательную троицу вечных и самобытных: вещества (материи), силы (энергии) и духа…».

В частичке вещества он усматривал целый организм, живущий, движущийся и вступающий во взаимодействие с другими в соответствии с объективными закономерностями. Познание закона Менделеев считал сутью научного исследования, основой теории и практики. Называя наблюдение и опыт телом науки, он признавал большую роль обобщения - именно с их помощью наука поднимается до понимания закономерностей. В своей исследовательской деятельности Менделеев использовал элементы диалектики. «Стихийная» диалектика была положена в основу его периодической системы, она обосновала его понимание многообразия и взаимодействия мира, утверждение скачкообразного характера в явлениях химизма.

Материализм стал основой марксистской философии, в ней, по словам В.Зеньковского, «мы находим какое-то фатальное тяготение к материализму метафизическому».

Марксистская  философия характеризуется целостностью и единством методологического  подхода, которого так не хватало  русской философской культуре

Тезис Маркса – «не сознание определяет бытие, но бытие определяет сознание» - есть исходный пункт как в историософии, так и антропологии Плеханова. Он не отрицает известной независимости  в «идейной диалектике» и даже готов допустить, что «открытие  законов в области естествознания не зависит от общественных отношений». Но надо подчеркнуть, что антропология у Плеханова та же, что была у  Маркса. Внутренний мир человека слагается  в зависимости от экономических  отношений – это основа всех построений Плеханова, его поправка к учениям французских материалистов. Однако русский философ избегает вульгаризации этой зависимости. «В области идеологии, - замечает он, - многие явления могут быть объяснены только косвенным образом посредством влияния экономического развития». Он идет дальше: структура цивилизованных обществ настолько сложна, что в строгом смысле слова нельзя говорить о состоянии духа и нравов, соответствующих данной форме общества». Учение Маркса о «надстройках» целиком принимается Плехановым. Поэтому, он говорит об изменении человеческой природы под влиянием производственных отношений. «Воздействуя посредством своего труда на природу вне его, - пишет он, - человек производит изменения в своей собственной природе». «Когда человек подчинит своей воле производственные отношения, тогда кончается царство необходимости, воцаряется свобода». Весь диалектический процесс истории освещается у Плеханова (вслед за Марксом) в соответствии с утверждением царства свободы.

Ленин не мог  пройти мимо того факта, что марксистская философия оказалась в противоречии с новейшими открытиями в естествознании,  особенно в физике. Создатель этой философии Энгельс придерживался механистической трактовки сущности материи, т.е. сводил материю к телесности, веществу. В конце XIX в. наука пришла к выводу, что реальное бытие вовсе не сводится к одной только телесности, к атомам, а имеет еще и некое энергийное состояние («поле»), может существовать и распространяться в пространстве независимо от вещественного объекта. Это открытие побудило многих ученых не только отвергнуть материализм («материя исчезла»), но и стать на позиции субъективного идеализма («материя есть плод чистой мысли»). Началось брожение и в рядах русских марксистов.

Решение этой проблемы Ленин видел не в отходе от диалектического материализма, а  в развитии «революционной сути» диалектического материализма применительно к современному естествознанию.

Согласно  Ленину, «исчезновение материи» - это  всего лишь очередной миф идеалистической философии; исчезает не материя, а существующий предел наших знаний о материи, исчезают такие ее свойства, которые раньше казались абсолютными, неизменными. В материи всегда сохраняется некая постоянная константа, не колеблемая никакими открытиями в науке. Эта константа не онтологического, а гносеологического характера: «...единственное «свойство» материи, с признанием которого связан философский материализм, есть свойство быть объективной реальностью, существовать вне нашего сознания». Ленин проводит принципиально важное разграничение между философской категорией материи и изменчивыми конкретно-научными представлениями о ней.  То же относится к категориям пространства, времени, причинности, необходимости. Материалистическая философия, по Ленину, ограничивается признанием объективного существования обозначаемых ими реальностей, представляя их конкретное исследование частным наукам. Процесс познания Ленин в «Материализме и эмпириокритицизме» характеризовал лишь в общих чертах как процесс противоречивый, сложный, бесконечный, связанный с практикой как основой познания и критерием истины. Он определяет материализм в познании как теорию отражения, рассматривающего наши восприятия и представления как образы существующих независимо от сознания и мышления явлений. Подчеркивая объективность содержания формирующихся в результате процесса отражения образов, Ленин вместе с тем считал их идеальными, а не материальными по своему характеру

Одно  из проявлений русской философской  мысли на рубеже ХХ столетия – религиозно-философский  Ренессанс.

Расцвет русской светской и церковной  философской мысли в начале XIX в. был подготовлен предыдущим веком – и в лице славянофилов, и творческими исканиями таких писателей, философов, по сути, как Достоевский и Толстой. Существенное место здесь занимает знаменательное явление – философское творчество Вл. Соловьева. Расцвет и подъем русской религиозно-философской мысли непрерывно связан с творчеством И.В. Киреевского и А.С. Хомякова, духовно-нравственные идеи которых как бы обозначили направление, наметили канву будущих философских исканий. Они же охватывают фундаментальные философские вопросы: пути и характер познания, которое не может не быть связано одновременно и с ростом духовным, а также обретение подлинной человеческой свободы в процессе творческого созидания. С.Л. Франк, раскрывая суть отечественной философии, подчеркивал: «Русская философия в гораздо большей степени, нежели западно-европейская, является именно мировоззренческой теорией, - ее суть и основная цель никогда не лежат в области чистого теоретического, беспристрастного познания мира, но всегда – в религиозно-эмоциональном толковании жизни, и она, таким образом, может быть понята именно с этой точки зрения, посредством углубления в ее религиозно-мировоззренческие корни».

Предшественники и провозвестники русского философского Ренессанса выявили  основные темы русской религиозной  философии в целом – о творческом характере познания, преображающем  человеческую личность, о свободе  человеческого духа как его величайшем призвании, и, наконец, о творческом снисхождении Божественной Любви как  источнике жизни, духовного роста  и свободы человека. Главнейшие направления  русской религиозной философии  начала ХХ века – это философия  истории, анализ всеохватывающих сил  Логоса, христианское основание социальной философии, проявившееся, главным образом, в идее соборности, свобода творчества и свобода духа. К числу наиболее ярких представителей русской религиозной  философии ХХ века относятся С.Н. Булгаков, П.А. Флоренский, Н.А. Бердяев

Сергей Николаевич Булгаков

Сергей  Николаевич Булгаков (1871–1944) родился в семье священника в Ливнах Орловской губернии.  После учебы в Ливенском духовном училище и в Орловской духовной семинарии поступает на юридический факультет Московского университета. Булгаков вспоминал: «Меня влекла область филологии, философии, литературы, я же попал на чуждый мне юридический факультет в известном смысле для того, чтобы тем спасать отечество от царской тирании, конечно, идейно. А для этого надо было посвятить себя социальным наукам, как каторжник к тачке, привязать себя к политэкономии».

С 1895 года начинается его преподавательская деятельность. Он публикует целый ряд статей, а в 1897 году увидел свет первый значительный труд Булгакова «О рынках при капиталистическом  производстве», написанный с позиций  «легального марксизма». Принимая и  экономические и философские  концепции Маркса как нечто абсолютное, он старался быть максимально последовательным, доводить любые марксистские идеи до их последнего логического завершения. Булгаков считал тогда стиль проявлением  научности, которой он служил, посвящал себя. Позднее в «Автобиографических  заметках» он пишет: «Я был как  в тисках в плену у «научности», этого вороньего пугала, поставленного  для интеллигентской черни». Г.В. Плеханов называет Булгакова «надеждой  русского марксизма», но этой «надежде»  не суждено было сбыться. С 1898 года Булгаков находился в двухлетней командировке в Германии, Франции и Англии. Здесь он увлекается немецкой классической философией, особенно Кантом и Шеллингом. Возвращение Булгакова в Россию совпадает с постепенным переходом  к идеализму, завершившимся интересом  к религиозно-философской проблематике. По его собственному признанию, путь напряженнейших вероисканий вел  его «через сомнения к утверждению  старых, не упраздненных, а лишь обновленных  ценностей». Основными вехами на этом пути стало участие Булгакова  в сборнике «Проблемы идеализма» (1902), и написание работы с красноречивым  названием «От марксизма к  идеализму» (1903). Революция 1905 года привела  его к окончательному разочарованию  в идеях марксизма и частично – социализма. Относительную правоту  последнего Булгаков никогда не отрицал, считая социализм «социально-политическим минимумом» христианской политики.

Поворот «от  марксизма к идеализму» начал  новую эпоху в жизни Булгакова. По его собственному признанию, в  этом он был многим обязан Вл. Соловьеву. «Философия Соловьева, - писал Булгаков, - дает современному сознанию целостное  и последовательно развитое христианское миросозерцание». Он не только философски освободился от доктрины экономического материализма, не только принял основные положения идеализма, но и всецело  перешел к религиозному миропониманию.

Начиная с 1907 года в творчестве Булгакова начинает заметно возрастать философско-религиозная  проблематика: в 1911 году выходит его  сборник (в 2 томах) «Два града», в 1912 –  первая часть монографии «Философия хозяйства» с подзаголовком «Мир как хозяйство», в которой проблематика политической экономики и социальной философии марксизма подвергается коренной переработке с позиций  религиозной философии. Публикуя первую часть «Философии хозяйства» издательство анонсировало ее вторую часть –  «Определение хозяйства (этика и  эсхатология)», но замысел Булгакова  изменился, и в результате появилась  книга «Свет невечерний. Созерцание и умозрение», которую считают  своеобразным итогом всего периода  философского развития Булгакова и  предельной точкой эволюции его мировоззрения  в рамках религиозной философии. Дальнейший шаг в этой эволюции –  принятие сана священники летом 1918 года. С 1922 года Булгаков живет за пределами  России.

Мировоззрение С. Булгакова не укладывается в общую  формулу. Большинство исследователей выделяют  в творчестве мыслителя  три периода: легальный марксизм (1896-1900), религиозная философия (1901-1918), богословие (с 1919 г.).

Тип своего мировоззрения Булгаков определял  как «религиозный материализм» и  ставил в центр своей философии  темы материи и истории, мира и  человека. Но смысл бытия мира и  человека обретается только в их связи  с Богом. Тварное бытие несет  образ Божий, присутствующий в качестве статичного, структурного принципа, но оно также наделено подобием Богу, которое выступает в качестве динамического принципа. Благодаря  последнему мир движется к соединению с Богом, и мировая история представляется как Богочеловеческий процесс. Наряду с этим принимается типичная для христианского платонизма концепция пребывающих в божественном разуме «замыслов», или «прообразов» вещей и явлений тварного мира, вследствие чего в философии Булгакова возникают 
понятия «мира в Боге», всеединства, Софии.

Это понятие, которое при первом приближении  можно истолковать как предвечный замысел божий о мире и человеке, позволяет Булгакову избежать того «размывания» физической субстанции мира, которое зачастую происходит в рамках идеалистической философии. С помощью  понятия Софии Булгаков пытается установить непрерывную иерархию сущностей  от Бога до человека.

Пониманием  характера, свойств русской мысли  диктовалось то, какие задачи Булгаков   ставил перед ней, как смотрел  на свою эпоху и на перспективы  России. «То что я любил и  чтил больше всего в жизни своей, - писал он, - некричащую благородную  скромность и правду, высшую красоту  и благородство целомудрия, все это  мне было дано в восприятии родины». Он  приходит к заключению, что  ищущая Бога душа народа, так же как  весь духовный склад интеллигенции, ручается за религиозное возрождение, которое рано или поздно должно наступить  в России. Истинная и искренняя  религиозность рассматривалась  как противоположный полюс мещанства, а, тем самым, борьба с мещанством и означала бы ожидаемое религиозное  возрождение, реформу не внешнего только, но и внутреннего человека. Вытекающей отсюда задачей русской мысли  Булгаков сначала назвал подлинное  осмысление и усвоение философии  Вл.Соловьева, исследующей с позиции  разума содержание религиозного сознания и предлагающей философское оправдание веры, т.е. сплетающей в одной системе  религию,   философию,   науку  и  жизнь.   Затем  цель  была сформулирована шире: пересмотреть «при свете христианского идеала»  социальную науку, социальные идеалы  и   саму  общественную  жизнь,   именно  этим   создав   самостоятельную  научную   мысль   в   России, в которой он был уверен.

С размышлений о характере русского капитализма в работах Булгакова  начинает проявляться внимание к  чертам России, отличающим ее от других мировых образований. В своих  историко-экономических исследованиях  он подошел к выделению особенностей русского типа капитализма, охарактеризованного им как «бюрократический». Но определили его видение России мысли другого плана, зафиксированы уже в 1902 году в переломной работе «Иван Карамазов как философский тип». Булгаков указывал на то, что пропасть между общественным и нравственным идеалом и действительностью в России гораздо больше, нежели в Европе. Эта раздвоенность русской жизни приводила, по словам Булгакова, к тому, что самой примечательной   национальной   чертой   стала   мучительная   «болезнь   совести», которую Булгаков относил  к еще  не реализованным  в  истории преимуществам русского народа.

Трудно  вычленить в творчестве Булгакова то, что сугубо касалось России, потому что заботой о ней, о настоящем и будущем русского народа проникнуто все, что было им написано, в том числе и в самых ранних, «марксистских» работах, отражавших отношение к России и понимание ее, отринутое самим автором весьма скоро как заблуждение. Именно мысли о России более всего показывают, куда шел мыслитель от марксизма, в наибольшей степени служат своеобразными мостками между негативным этапом отказа от марксизма доследующими позитивными этапами в его творчестве. С полным правом его называют национальным мыслителем: типические черты метущегося междуполярными суждениями, а тем самым между полярными сторонами души, русского человека не просто были подмечены ими в интеллигенции и в народе (см. сб. «Вехи), но как бы писались с себя. Тема России увлекала Булгакова – об этом свидетельствуют содержательные статьи 1902 года: «Душевная драма Герцена» и «Васнецов, Достоевский, Вл. Соловьев, Толстой (параллели)».  Идею народности Булгаков воспринимал как  религиозную, связывая ее с общей идеей существования нравственного миропорядка или промысла Божия. Народы имеют свою нравственную задачу, историческую миссию, которая наперед предусмотрена этим миропорядком, поэтому не только могут, но и должны сказать собственное слово в истории. Уже сам факт существования великого народа, по мысли Булгакова, свидетельствует, что ему суждено «на свой лад послужить добру». Характерные черты народа, по мнению Булгакова, отражены и воплощены в его выдающихся представителях, именно они несут в себе национальную идею. Так, апофеоз русского народа – Пушкин, и далее - Васнецов, Достоевский, Вл. Соловьев, Толстой: «Мы в своей национальной совокупности являемся их творцами». Они признаются самобытными плодами русской культуры благодаря передаче средствами живописи, литературы, философии веры, прошедшей через горнило сомнения. Их творчество содействует пониманию религиозной психологии народа: «Гений религиозного чувства, а не художественная техника делает Васнецова мастером, которому мы удивляемся» . Победу веры над безверием считал Булгаков темой Достоевского и темой Вл. Соловьева. Лик Христов открылся русскому народу в его безмерных и нескончаемых исторических страданиях, как писал Булгаков в 1906 году. С религиозным предназначением русского народа, с выработанными им свойствами - «всечеловеческой душой» и «синтетическим складом» - Булгаков, вслед за Достоевским, связывал устройство человеческой жизни на началах христианской свободы

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Русская философия  имеет многовековую историю –  от первых осмыслений этических проблем  в рамках принятого Русью христианства до апокалиптического взлета философской  культуры «серебряного века». Русская  философия «состоялась» - об этом свидетельствует  ее история, но она продолжает быть «становящейся» - об этом свидетельствует  значительное количество оригинальных философских проблем, поставленных, но нерешенных русскими мыслителями  и как бы оставленных в наследство представителям новой философской  культуры.

Опыт, накопленный  русской философией, вновь подтверждает пророческие слова Н.А. Бердяева: «Во всякой культуре налицо взаимодействие двух принципов: традиции и творческой свободы. Без традиции в исторической судьбе народа нет ни преемственности, ни смысла, и каковы бы ни были превратности исторической судьбы, вечные ценности прошлого неискоренимы – и к ним  неизбежно возвращаются». К истории  русской философии мы возвращаемся и будем возвращаться в спорах об основных чертах русской духовной  культуры, и философской культуры, в частности, в определении специфики развития философской мысли  советского периода. Проблемы ждут своего анализа, и это еще одно свидетельство неисчерпаемости отечественного философского опыта. Серьезной «информацией к размышлению» в исследовательской работе может быть мнение глубокого знатока истории русской философии В.В. Зеньковского: «Русская философия не теоцентрична (хотя в значительной части своих представителей глубоко и существенно религиозна), не космоцентрична (хотя вопросы натурфилософии очень рано привлекали к себе внимание русских мыслителей), - она больше всего занята темой о человеке, его судьбе и путях, о смысле и целях истории…». Человек есть высшая тайна, она неисчерпаема, как неисчерпаема философия, ставящая в центр своих поисков эту проблему.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Антология мировой философии: В 4 т. М., 1993.
2. Алексеев П.В. Философия России XIX-ХХ столетий. Биографии, идеи,           труды. М., 1999
3. Булгаков С.Н. Философия хозяйства. М., 1990.
4. Булгаков С.Н. Свет невечерний. М., 1994.

5. Булгаков  С.Н. Тихие думы. М., 1996.