Контрольная работа по "Государству и праву". 19

Содержание. 

1. Задание 1. ……………………………………………………………….....3

2. Задание 2…………………………………………………………………..19

3. Задание 3…………………………………………………………………..20

4. Список  литературы……………………………………………………….22 
   

    Задание 1. Раскрыть процесс формирования государственного суда в римском частном праве. Дать понятие и определить виды исков в римском частном праве. Каковы особые средства преторской защиты.  

     Римское право выражало собой логику и структуру, созданную благодаря силе; великие кодексы ius civile и ius gentium являлись сводами правил, которые упорядочивали, регулировали и освящали державность, основанную на мощи легионов. Это деление, проводившееся римскими юристами, было принято многими современными правовыми системами. В Германии гражданское право регулирует имущественные отношения субъектов и в совокупности с торговым правом составляет частное право.

     Среди всех древних народов  римляне были самым склонным  к сутяжничеству, несмотря на  то, что их процессуальное право  было способно остудить чей  угодно пыл своей запутанностью,  изощренностью, иногда даже просто  надуманностью. Чем старше цивилизация,  тем дольше тянутся судебные  процессы. Первоначально заинтересованное  лицо осуществляло самосуд, попросту  расправляясь с нарушителем права. Однако, чтобы избежать беспредела, существовали границы применения самоуправства, которое, по сути, являлось лишь средством защиты против неправомерного нападения, направленного против лица или его имущества.

     Ответчик имел право просить  перенести процесс на место  своего жительства.

     Право разделялось на публичное  и частное; соответственно различались  indicia publica (суд по делам о нарушении государственных интересов) и iudicia privata (суды по делам о частных правах граждан).

     Что касается судебных органов  Древнего Рима, то нельзя говорить  о какой-либо их системе. В  различные периоды времени   их число, структура и компетенция   весьма существенно изменялись, при этом в Риме не существовало  отдельных исключительно судебных  органов. Все органы и должностные  лица, выполнявшие судебные функции,  помимо этого занимались так же политической, финансовой деятельностью, административным управлением и так далее.

       В Царский период (с.VIII–VI в.д.н.э.) римское государство еще сохраняло, хотя и в модифицированном виде, практически все органы управления родового строя: Народное собрание  ( куриатная комиция ), совет старейшин (Сенат) и царскую власть (Rex). В этот период истории Рима  между органами государственной власти еще не произошло четкого разделения их управленческих функций, и во многом  сферы регулируемых ими вопросов часто пересекались. Именно такое положение имело место в отношении судебной власти: и куриатные комиции, и рекс  выполняли некоторые судебные функции, о точном содержании которых све дения до наших дней не сохранились.

         К  VI в.д.н.э. общинная форма государственности изживает себя и ей на смену приходит  Римская рабовладельческая республика с ее  достаточно сложным аппаратом управления ибо лее четким разграничением  компетенции всех органов и должностных лиц. Именно с периодом республики связано появление магистратур, сыгравших огромную роль в становлении всей системы римского права. Различного рода судебные функции выполнялись следующими магистратами: народными трибунами, преторами, диктаторами и провинциальными магистратами из числа бывших преторов и консулов. Народный трибун, в частности, имел право по своему усмотрению арестовывать любого человека и производить его публичный допрос. Пре тор, большую часть компетенции которого занимали судебные полномочия, непосредственно производил  процессуальные действия, а в ряде случаев ( например экстраординарный процесс ) даже выступал в роли единственного судьи. Кроме того, преторам принадлежало право  толкования законов, что в свою очередь существенно расширяло их судебные полномочия.   На период установления диктатуры  вся полнота власти (в том числе и судебной) принадлежала диктатору, который имел право выносить любые решения, не подлежащие обжалованию.

     В провинции  власть магистратов   «была, по существу, неограниченной»,  то есть им принадлежала вся  полнота  власти, в том числе  и судебной. Кроме того, в период  республики несколько возрастает роль народных собраний (они принимали судебные решения, в отношении которых Сенат не имел права их изменения),  сам же Сенат судебным органом не являлся, но мог назначать судебные комиссии и «давать указания о производстве  по делам об измене, заговоре, изготовлении ядов и злонамеренном убийстве».

       С 82 г.д.н.э. по 27 г.д.н.э. в Древнем  Риме существовал целый ряд  военных диктатур, во время которых  судебные правомочия некоторых  органов и должностных лиц  несколько изменились: при Сулле  произошло значительное снижение  роли народных собраний, а Сенат  при обрел ряд судебных правомочий, при Цезаре диктаторская власть  включала в себя власть на  родных трибунов  и т.п.

     С  окончанием периода военных  диктатур в Риме начинается  период империи, состоящий из  двух временных  отрезков: принципата  и домината. По мере роста благосостояния  и усложнения жизни народные  собрания, сенат, магистраты и  принцепсы принимали новые законы; правовой корпус рос также  стремительно, как и сама Империя,  и всегда устремлялся к новым  пределам. Образование юристов, наблюдение  за деятельностью судей, защита  прав граждан требовали придать  законодательству такую стройность  и конкретность, которые позволили  бы ему стать упорядоченным  доступным. И до тех пор,  пока Принципату не удалось  окончательно укрепиться в Риме, сначала силой оружия, а затем  силой привычки, новое законодательство  не находило полного признания  ни у мыслителей, ни у практикующих  юристов.  С точки зрения компетенции  судебных органов разница между  этими отрезками времени невелика. В период принципата  еще сохранялись  республиканские органы государственной  власти и управления,  которые  теоретически  выполняли ряд   судебных функций, но фактически  вся судебная власть была сосредоточена  в руках императора - принцепса  (Октавиан обладал правом высшего  гражданского и уголовного суда, Август  отнял судебные полномочия у народных собраний  плюс  был организован ряд  новых государственных органов, подчинявшихся непосредственно императору, в состав которых входил  и юридический отдел канцелярии), а в период домината (с 284 г.н.э.) все республиканские органы были упразднены, а магистраты  превратились в муниципальных должностных лиц, что означало переход всех судебных органов и должностных лиц в непосредственное подчинение императора.

     Гибкость "права народов" содействовала  передаче римского права средневековым  и современным государствам. Через  каноническое право средневековой  церкви оно проникло в практику  государств и пропитало собой  последующие кодификации гражданского  права. Для римской юриспруденции  было характерным представлять  правоотношение преимущественно  в процессуальных категориях.

     В современном гражданском процессе  неудовлетворенный интерес формулируется  в виде иска. Если истец не  добился от ответчика необходимого  поведения, ответчик принуждается  к исполнению этого обязательства  через суд. Таким образом, право  лица существует в двух аспектах: материальном и процессуальном.

     "В римском праве чисто процессуальное  понимание иска (когда под иском  имеется в виду попытка начать  процесс) исключено, поскольку  иск предоставлялся судящим магистратом  на основании предварительного  рассмотрения дела, и только тогда  наступали правовые последствия  от обращения в суд".¹ Если позиция современного права звучит как "я имею право, так как я имею иск", то для Рима характерна другая формула: "я имею право, так как мне предоставлен иск".

     В процессе эволюции судопроизводства  суд из состязательного (стороны  изо всех сил старались доказать  свою точку зрения) превратился  в следственный (судья мог провести  расследование).

     Процесс приобрел письменную  форму (записывались все действия  суда, истца и ответчика), появились  адвокаты и возможность подать  апелляцию. Адвокат мог прибегнуть  к аргументации любого сорта.  В подавляющем числе случаев  проигравший мог обратиться в  суд более высокой инстанции.  В этих чертах римский процесс  довольно схож с современным.

     Как уже было отмечено выше, стороны согласовывали выбор  судьи и определяли его по  жребию (при формулярном процессе).

     Отличие римского судопроизводства  от современного состоит и  в самой организации процесса. Если сегодня существуют суды  первой и второй инстанций,  где существует строгое разделение  полномочий, то в Риме в период  республики и период принципата  это были, по сути, два этапа  одного процесса. Производство в  этих двух стадиях не имеет  ничего общего с современностью. Сегодня суд первой инстанции  рассматривает дело от начала  до конца и выносит решение,  которое может быть обжаловано  в течение установленного срока,  и тогда суд второй инстанции  его пересматривает. В Риме in iure спорное дело подготавливалось к решению, а рассматривалось вплоть до вынесения приговора in iudicio. Спор мог закончиться на первом этапе только в случае признания иска ответчиком.

     Во всех формах гражданского процесса в Римском частном праве с древнейших времен преобладает  состязательная форма процесса, которая предполагает достаточно высокую  степень активности участвующих  сторон  и в то же время требует установления ограничительных ра мок этой активности. Именно эта особенность процессуального разбирательства и привела к естественной эволюции  сложных и жестких процессуальных форм   в формы более гибкие и более простые. Существует несколько форм судебного разбирательства.

     Легисакционный процесс. Эта форма процесса является наиболее древней. Она упоминается  уже в Законах  XII  таблиц  в качестве ординарной и единственно возможной для чисто судебного разбирательства.   В то время защита прав  осуществлялась  путем   представления  legis actio (законных оснований), откуда и пошло название «легисакционный». Данная форма процесса характеризовалась самой жесткой в истории  гражданского процесса Рима  регламентацией процессуальных действий  вследствие  огромной роли  формальностей в нем. При этом виде процесса споры  решались на основании обычного права, не имевшего по большей части  общих правил регулирования отношений, что влекло за собой  необходимость  очень точной формулировки  иска  в соответствии  с нормами обычного права. Для того чтобы предъявленный иск подлежал удовлетворению, необходимо было точное соответствие его букве закона, если же эта формальность не соблюдалась, иск считался необоснованным, и истец проигрывал дело.  Это очень наглядно показывается на примере, приведенном  Гаем («Институции Юстиниана» 4.2.)², суть которого сводится к следующему: если в иске виноградные лозы  назвать виноградными лозами, а не деревьями, то иск удовлетворен не будет, так как не будет соответствовать закону, упоминающему исключительно деревья.  Это то, что касается содержания иска. Кроме этого для рассмотрения дела в суде необходимо было наличие в суде самого предмета спора (горсти земли со спорного участка, вещи, части строения и т.д.) и каждая из сторон заявляла свое право на  него, касаясь его палкой (или чем-нибудь в этом роде). Эта процедура получила название vin dicta. Более того, к формальной стороне процесса следует отнести и строго определенные речевые формулы, произносимые при  рассмотрении дела сторонами магистратом и  судьей. Из этого следует, что легисакционный процесс проходил в две стадии:  перед магистратом и перед назначаемым им судьей. Еще одной особенностью этой формы процесса  является то, что она протекала преимущественно в устной форме, а письменная форма употреблялась намного реже (по предположениям некоторых авторов, такое положение имело место в силу низкого уровня образования населения,  хотя  этот вопрос весьма спорен, так как речь идет  исключительно о римских гражданах).

     Таким образом, из сказанного  выше легисакционный процесс  в Римском частном праве можно  охарактеризовать как наиболее  древнюю, отличающуюся высокой степенью формализма  (и  как  следствие  довольно жесткую) форму процесса, проходящую в две стадии и предназначенную для  разбора  дел, затрагивавших интересы римских граждан.

     Формулярный процесс. Эта форма судопроизводства представляет собой основу  развития всех остальных форм процесса. Охарактеризовать ее в качестве основополагающей  позволяют следующие особенности: во-первых, она впервые позволила участникам процесса отойти от жестких формальных условий легисакционного процесса, что намного ускорило развитие права, во-вторых, именно благодаря ей   окончательно утвердился новый вид права – право преторское ( ius praetorium ),  посредством которого стало возможным достаточно быстрое и гибкое реагирование  законодателя на все изменения в правовой системе той эпохи.

      Законодательной базой для возникновения   per  formulas agere  стал изданный во II вднэ  lex Aebutia, а наиболее раннее упоминание формулы содержится в lex latina tabulae Bantinae.

  Своим  возникновением формулярный процесс обязан «сложившемуся несоответствию  между нумизматической и правовой ситуациями эпохи».³ К тому моменту времени   система привлечения к ответственности и размеры наказаний в денежном выражении, закрепленные в использовавшемся тогда обычном праве  уже не  были равноценны правовому характеру нарушений законности. Это поставило вопрос о необходимости создания новой системы  воздействия  на  нарушителей  существовавшего порядка (процесс per formula) и ее законодатель ной базы (ius praetorium). Начало создания таких средств защиты прав относится к периоду,  предшествующему их  законодательному  закреплению, однако только с принятием  правовой базы  нововведений  формулярный процесс и формирующееся в его результате преторское право получили приоритетное значение в области судопроизводства. «Отныне претор был волен не только отказать в цивильном иске, но и навязать сторонам новые правила».⁴ До  вступления в силу  lex Iulia iudiciorum privatorum, отменившего в 17г.д.н.э. легисакционную форму процесса, в Риме существовали обе процессуальные формы. Старая форма исков сохранилась исключительно в случаях, когда дело должно было слушаться в суде центумвиров, требование должно было быть предъявлено в сакраментальной форме  и в случае угрозы ущерба, хотя последний случай предполагал и альтернативный вариант преторского средства. Как и  легисакционный, формулярный процесс проходил в две стадии.

   Отличие состояло  лишь в том,  что претор из простого арбитра  спора превращался в лицо, разбирающее  спор по существу. В результате  первичного рассмотрения претором  последний составлял так называемую  формулу, обязывающую судью, который  окончательно будет  рассматривать спор, вынести решение, исходя из указанных в преторской формуле условий.

     Экстраординарный  процесс. Экстраординарная форма процесса (или иначе когниционное производство) возникла как противопоставляемые формулярному процессу судебные разбирательства с особой процедурой (с использованием средств  extra  ordinem).

       Основным отличием данной формы  процесса от предыдущих являлось то, что  при когниционном производстве исчезает фигура частного судьи, и все дело рассматривается одним магистратом (или чиновником). Утрачивают свое значение формулы и судебные договоры, а “решение судьи становится приказом государственного органа и именно с ним … связывается преклюзивный эффект процесса”⁵, а в круг административных полномочий судьи входит назначение судебного разбирательства на конкретный день. Другой важной особенностью экстраординарного процесса стала возможность заочного разбирательства дела на основании материалов  этого  дела  при участии только истца (если не являлся истец, дело разрешению  не подлежало).

        В классическую эпоху никаких  определенных форм данного процесса  не существовало, но со временем  форма  унифицировалась и стала   единой для всех. Что касается  доказательств, то их форма осталась прежней, но при этой форме процесса появилась возможность истребовать вещь в натуральном выражении, чего раньше быть не могло. Кроме того, “исполнение  судебного решения перестало быть частным делом, а входило в компетенцию судебно го магистрата” ⁶, располагавшего необходимыми средствами для его реализации. Помимо прочего, магистрат мог заменять себя особым специальным судьей  - iudex pedaneus.

         Таким образом, экстраординарная  форма процесса  представляет собой отличную от предыдущих форму судебного разбирательства, характеризующуюся  высокой степенью гибкости,  наличием тесной  связи  с административным управлением и  появлением некоторых  новых  элементов  судопроизводства, таких как заочное разбирательство.

Производство  in iure.

     Роль истца заключалась в том,  что он  выступал инициатором  производства по делу путем   досудебного ознакомления  ответчика  с  иском, содержавшим требования  истца. Сбор доказательств и  подготовка материалов дела также  проводилась на  досудебном  этапе.  После это го истец  обращался  с иском к претору  с просьбой  выдать необходимую  истцу  формулу для дальнейшего рассмотрения  дела судьей (в легисакционном  процессе претор выступал только  как арбитр спора и формула  не составлялась). Претор мог,  в свою очередь, провести предварительное  расследование по делу  и имел право отказать в защите иска или же не включить в формулу ряд фактов, в нем содержащихся. В этом случае  истец мог настаивать на наиболее полном представлении всех угодных ему обстоятельств дела.

     Роль ответчика заключалась в том, что он должен был явиться к претору (под угрозой применения санкций  за  неисполнение)  и должен был защищать себя  «надлежащим образом», т.е.  быть активным участником процесса: заключать договоры и стипуляции, выставлять  exeptio и т.д. Если же ответчик не исполнял этих обязанностей, то он считался  indefensus (незащищенным), что влекло решение дела не в его пользу. Так, при вещных исках претор намеренно производит перемену положения сторон во владении не в пользу ответчика, а при личных исках indefensio приводило к немедленному  введению истца во владение всем имуществом ответчика. Несмотря на активность сторон в ходе процесса, составление формулы находилось в исключительном ведении претора. Составленную формулу претор вручал истцу, а тот знакомил с ней ответчика, при этом процесс переходил в стадию litis cotestatio и производство in iure прекращалось, а иск погашался (в легисакционном процессе первая стадия разбирательства заканчивалась подтверждением  материалов дела  приглашенными свидетелями сторон).

     Отказ в иске мог быть дан претором в случае, когда последний сочтет предъявленный иск юридически необоснованным или истец и ответчик договаривались между собой.

     Неявка сторон в формулярном  процессе престала носить определяющий  характер по отношению к исходу  дела, что имело место при легисакционном  процессе. Стало возможным заочное  разбирательство, а так же  появилась  альтернативная   процессуальная форма – реституция.

     Производство in iudicio  представляет  собой вторую стадию судебного разбирательства в указанных формах  процесса  и состоит в рассмотрении дела частным судьей.

Роль  судьи.  Для рассмотрения дела во второй стадии стороны определяли частного судью, утверждаемого претором (преимущественно в легисакционном процессе) или же  судья назначался претором из установленного списка. На этой стадии производства судья нес полную  единоличную юридическую ответственность за свои действия и свое решение, но в то же время он имел право обратиться за советом или консультацией к тому, к кому он считал нужным (к юристам, друзьям и т.д.). Помимо этого судья оставался зависимым от власти претора, который мог вмешиваться в ход процесса и даже мог запретить судье выносить решение по делу, что влекло срыв процесса. Однако если решение судьей выносилось, то оно было окончательным и обжалованию не подлежало. При вынесении решения судья должен был исходить только из формулы, составленной  претором, поэтому в случае некорректности первой вынесенное решение могло существенно урезать законные интересы  истца. К такому рода некорректностям можно отнести, например, формулы с превышением требования.

     Доказывание проходило в процессе рассмотрения дела судьей. Бремя доказывания  возлагалось на обе стороны следующим образом: истец должен был доказать те факты, на которых он обосновывал свои требования, а ответчик – те, которые лежали в основе его возражения.  Actori incumbit probatio, reus excipiendo fit actor – доказывание ложится на истца, ответчик, возражая, становится в положение истца. В качестве доказательств рассматривались  свидетельские показания, показания сведущих лиц, осмотр  на месте, документальные данные, присяга. При этом не существовало обязанности свидетелей являться в суд для дачи показаний (исключение – свидетели  формальных юридических сделок), а вместо отсутствующих добровольно представленных свидетелей могли учитываться их письменные показания. Под сведущими лицами понимали людей, по роду деятельности разбирающихся в тех или иных вопросах. Присяга как отдельный вид доказательства не применялась, но для  установления некоторых обстоятельств судья обязывал    одну из сторон принести ее (кроме этого, все свидетельские показания давались под присягой). В процессе доказывания использовались также письменные доказательства, получившие в то время достаточно широкое распространение, но все еще  не считаемые вескими доказательствами. В общих чертах процесс доказывания  имел все основные особенности открытого состязательного процесса.

     Судебное решение (iudicatum). Судья при вынесении решения по делу пользовался формулой, предполагавшей исключительно денежный характер принуждения, и при этом он мог быть ограничен в размере присуждаемой суммы в некоторых случаях. В остальных же он мог поступать по своему усмотрению (натуральная форма присуждения  стала возможной значительно позже). Вынесение судьей решения по делу было равнозначным  установлению предмета тяжбы  на первой стадии процесса: с этого момента  процесс считался погашенным, и  повторное рассмотрение дела не допускалось ни при каких обстоятельствах (введение так называемой  exeptio  rei iudicatae). При этом  получило окончательное оформление учение о положительном эффекте судебного решения: решение признавалось как истинное и имеющее для участников обязательную силу. Судебное решение могло быть двух видов: освободительным  и осудительным, а его законная сила обеспечивалась двумя средствами: истцу выдавался бесспорный иск о выполнении решения, содержание которого определено судебным решением, и каждая из сторон получала exeptio rei iudicatae на случай попытки повторного рассмотрения  дела. Для применения этой экцепции требовалось соблюдение ряда условий относительно предмета, правового основания и лиц, предъявляющих требование.

     Исполнение решения.  Само по себе вынесение решения по делу, несмотря на его обязательность для сторон, еще не означало его выполнения. Ответчик  мог отрицать законность вынесенного решения и просить у претора реституции (в классическую эпоху) или же подать апелляцию (в эпоху империи). Если же ответчик не прибегал к защите своих интересов, истец имел право насильственного взыскания долга. Взыскание могло носить личностный характер, а могло быть  обращено на имущество осужденного в форме bonorum venditio. «В последнем случае кредиторы вводились во владение имуществом должника…, спустя некоторое время они выбирали из своей среды  magister bonorum, который продавал имущество должника с аукциона. Покупатель (emptor bonorum) становится собственником купленного имущества, и вместе с тем обязан уплатить долги должника (в пределах покупной  цены имущества)».⁷

     Кроме сказанного выше, производство in iudicio предполагало наличие определенных временных рамок: периода времени с момента установления предмета спора до вынесения судебного решения.

Понятие и виды исков.

     Общее понятие иска (actio) дано в Дигестах. «Иск есть не что иное, как право лица осуществлять судебным порядком принадлежащее ему требование».

     Вещные иски (actiones in rem) являлись средством защиты вещных прав (права собственности, владения и т.д.) какого-либо лица и были направлены против любого, кто мог оказаться нарушителем соответствующего правила (например, права собственности), и тогда владельцу вещи противостоял неопределенный круг лиц – нарушителей вещного права. Вещный иск, таким образом, дается против любого третьего лица, которое будет нарушать право данного лица. Примерами вещного иска могут служить иски виндикационный, негаторный, иск о наследстве и др. По мнению Ульпиана, "иском на вещь мы истребуем нашу вещь, которой владеет другой».

     Личные иски (actiones in personam) защищали обязательственное право какого-либо лица (например, право требования передачи имущества по договору). Такие иски предъявлялись против заранее известного конкретного лица, а возможный нарушитель права заранее определен, т.е. владельцу похищенной вещи противостоял определенный круг лиц: например, если Тиций по договору займа предоставил Авлу некоторую сумму денег, то именно Авел, и только он, может нарушить право Тиция (требование возврата суммы займа), поэтому и иск возможен персонально против Авла.

     Цивильные иски были основаны на праве, зафиксированном в законах, и подразделялись на: иск строго права (action stricti juris) и иск, построенный на принципе справедливости (actio bonae fidei). Рассматривая иск строгого права, судья был связан буквой договора; при рассмотрении иска второго типа судья был более свободен и мог оценивать возражения ответчика по справедливости.