Контрольная работа по «Проблемы социальной работы с молодежью»

Министерство образования и науки Российской Федерации

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Сыктывкарский государственный университет»

Институт социальных технологий

Кафедра социальной работы

дисциплина: «Проблемы социальной работы с молодежью»

Вариант 2

Сыктывкар 2014

1. Исследование молодежи и ее проблем в дореволюционной России и СССР.

В России исследования проблем молодежи имеет давние традиции. По своей направленности и по своему назначению они частично совпадают с традициями, известными из гуманитарных наук Европы и Америки. Как и там, в России в разные времена многообразные концепции молодежи выражали и продолжают выражать ожидания общества от новых поколений, это своего рода теоретическое зеркало естественного процесса смены поколений. В современных условиях они сводятся к трем установкам: молодежь — «ничейная земля», молодежь — общественная опасность, молодежь — надежда общества. В то же время теории молодежи в России несут на себе отпечаток социокультурных контекстов и контекстов развития гуманитарных наук. Эти сходства и отличия и рассматриваются в данной статье.

Развитие теорий молодежи в мире в целом и в России в частности происходит скачками. Три основных направления теоретического осмысления молодежи (по нашей группировке. См.: Ковалева, Луков, 1999) сложились в 1920-е — начале 1930-х годов. Были, правда, небольшие отклонения: например, книга американского социолога Г. Стэнли Холла «Юность» была издана в 1904 г., публикации немецкого психолога К. Грооса, содержавшие важные для становления теорий молодежи положения, появились в 1912 г., книга немецкого социолога К. Манхейма «Диагноз нашего времени», где развивались его ранее высказанные положения о смене поколений, опубликована в 1943 г. и т. д.

Первое направление характеризует молодежь как носительницу психофизических свойств молодости. Исследователи рассматривают не собственно молодежь, а молодость (юность) как период жизни индивида (Г. Стэнли Холл, Ш. Бюлер, В. Штерн, А. Фрейд, В. Райх и др.).

Второе направление трактует молодежь как культурную группу — через совокупность присущих ей культурных свойств и функций. (Э. Шпрангер, Р. Бенедикт, Б. Малиновский, М. Мид и др.).

Третье направление изучает молодежь как объект и субъект процесса преемственности и смены поколений, здесь на первый план выходит социальная функция молодежи (социологи марксистской школы, К. Манхейм).

Взлет социологии молодежи в 1960-е — начале 1970-х го¬дов (тоже с небольшими отклонениями за пределы этого периода) идет по тем же путям, прежде всего по второму (Ш. Эйзенштадт, Ф. Тенбрук, Т. Роззак и др.) и третьему (Г. Шельски, Л. Розенмайр и др.) направлениям.

Мы связываем обстоятельства скачка в теоретическом осмыслении молодежи в эти два периода с тем, что именно тогда молодежь особенно ярко проявилась через самореференцию в формах молодежного движения. Теоретические предпосылки для выделения молодежи как объекта специального исследования имелись еще в XIX веке, тем не менее, они не реализовались в теориях молодежи. Теоретические возможности для развития представлений о молодежи имеются в современной социологии, существенно изменившейся с распространением феноменологической социологией и утверждением постмодернистских тенденций, но эти возможности остаются по большей части потенциальными. В этом мы видим особенности самореализации молодежи и ее самореференции. Видимо, то, что относят к современным молодежным субкультурам, недостаточно в качестве самореференции молодежи, в этих формах не достигается того, что было характерно для массового молодежного движения 1920-х и 1960-х годов.

По крайней мере, с начала ХХ века исследования проблем молодежи в России велись в режиме известной автономии в рамках складывавшихся тогда общественных наук — психологии, социологии, антропологии, криминологии и т. д. Таковыми, в частности, были социальные обследования студенческой молодежи в ряде университетов России, проведенные в 1910-х годах (К характеристике современного студенчества, 1911, и др.). Но и число исследований по молодежной проблематике, и их масштабность в то время были очень незначительными, а какой-либо теории молодежи в связи с ними не формулировалось.

Тем не менее, на эмпирическом уровне собирался материал, впоследствии давший толчок для построения оригинальных теоретических концепций, связанных с осмыслением феномена молодежи.

Основные направления исследований молодежи в России в начале ХХ века отражают новые процессы, которые разворачиваются в динамичных условиях революционных перемен. Молодежь — активный участник трех русских революций, а всякое революционное преобразование в масштабах всего общества ведет к обновлению правящей элиты за счет прихода молодых поколений политиков, общественных деятелей. Октябрьская революция 1917 г. — не исключение.

На новом общественном фоне исследования молодежи пошли по трем основным направлениям.

Первое направление — разработка проблем рабочей молодежи. Эта категория в дореволюционный период российской истории фактически была вне поля научных интересов (некоторое внимание к отдельным аспектам — прежде всего в связи с анализом проблем детского труда — уделяли российские марксисты, но это все же скорее фрагменты, чем собственно исследования). В 1920-е годы формируется обширная литература по изучению рабочего подростка, молодых рабочих в аспекте психологии, педагогики и социологии. Среди работ этого рода и сегодня интерес представляют книги И. А. Арямова «Рабочий подросток» (Арямов, 1928), В. А. Зайцева «Труд и быт рабочих подростков» (Зайцев, 1926), Б. Б. Когана и М. С. Лебединского «Быт рабочей молодежи» (Коган, Лебединский, 1929) и др. Нередко рабочая молодежь в этих трудах изучалась вне четких дисциплинарных рамок, что, в частности, характерно для педологических исследований, где переплетались педагогические, психологические и социологические аспекты изучения молодых рабочих. С учетом интегральных тенденций в области современного социального знания междисциплинарность многих работ 1920-х годов представляется актуальной.

Второе направление — исследование учащейся молодежи. В 1920-е годы здесь также обнаруживается стремление к интегральным обобщениям чаще всего на основе педологических концепций. При всей спорности этих концепций в их рамках сложились важнейшие для последующих исследований молодежи теоретико-методоло¬гиче¬ские позиции таких крупных ученых, как П. П. Блонский (1925), Л. С. Выготский (1928). Развернувшаяся в СССР критика «педологических извращений» и запрет педологии в 1930-е годы сместили акценты в изучении учащихся и студентов. Не все из этих смещений были в научном смысле бесплодны (хотя очевидно, что в условиях жесткого идеологического контроля и политических репрессий определенная часть исследований носила характер имитации и реализовала задачу выживания научного сообщества). Из наиболее продуктивных для последующих десятилетий теоретических и социально-проектных конструкций, сохраняющих и сегодня свое эвристическое значение, следует назвать концепцию детского и юношеского коллектива А. С. Макаренко (Ма¬каренко, 1983). Сегодня в российской науке она воспринимается неоднозначно. Нападки на Макаренко как на разработчика концепции воспитания, ведущей якобы к тоталитарному подчинению личности, особенно характерны для начала 1990-х годов. Период нападок прошел, однако нового осмысления концепции Макаренко в связи с задачами работы среди детей и молодежи в изменившихся российских условиях (в том числе воспроизводящих беспризорность в среде детей и подростков) пока не возникло, что надо признать серьезным упущением и в научном, и в практически-прикладном аспектах (Луков Вл., Луков Вал., Ковалева, 2006).

Третье направление — исследование молодежного движения. В 1920-е годы отмечается необыкновенное внимание к этому вопросу. Это, разумеется, не случайно. Во-первых, именно тогда зачатки молодежных движений обретают ясную организационную форму на разных полюсах идейно-политического спектра. Быстро развиваются политические молодежные организации, другие организованные формы молодежной активности. Идет рост контактов молодежных организаций на международном уровне, формируются международные молодежные объединения. Во-вторых, в ранний период советской истории социальная субъектность молодежи обладает огромным потенциалом возможностей и имеет многообразные формы воплощения. Активность как черта личности и коллектива востребована, является важнейшей идеологической установкой, она не может быть на обочине и научного осмысления.

В целом исследования молодежи 1920-х, частью 1930-х годов — обширное поле для различного рода научных экспериментов, поисков, теоретических новаций. Некоторые темы вводятся в круг научных предметов под явным воздействием фрейдизма, психоаналитический уклон в изучении молодежи в то время очень заметен (Залкинд, 1925). Широко применяются идеи психотехники, ставятся педагогические эксперименты. Научные преувеличения (вульгарный социологизм, педология) — обычное явление тех лет, как и жесткая дискуссия в научном сообществе.

С начала 1930-х годов в научную полемику все больше вмешивается власть, приверженность к той или иной научной теории все чаще оценивается с позиций политической лояльности и благонадежности, а анализ научных достижений в исследовании молодежных проблем, имевшем место в СССР после 1934 г. (года убийства С. М. Кирова и последовавших массовых репрессий в среде ученых-обществоведов), может сегодня вестись только с учетом реальных условий сталинской эпохи для научного творчества в сфере общественных наук.

Для современного знания о молодежи большое значение имеют исследования — теоретические и эмпирические, — которые проводились с середины 1960-х годов, когда возникли новые условия для развития в СССР общественных наук, возродилась социология, существенно изменилась ситуация в психологии и педагогике и т. д. Созданная в 1964 г. при Центральном Комитете комсомола группа социологии стала первой (после длительного, на несколько десятилетий перерыва) в стране собственно социологической лабораторией, и не случайно развитие в СССР социологии как науки теснейшим образом связано с разработкой проблем молодежи, с обеспечением исследований, проводившихся по инициативе и при организационном и финансовом обеспечении комсомольских органов (Социология молодежи, 1996).

Эмпирические исследований по молодежной проблематике в 1960–1980-е годы приобрели огромный размах. Проведение всесоюзных, региональных, местных опросов молодежи (а именно анкетные опросы в то время ассоциировались с социологией как наукой) вошло в постоянную практику партийной и комсомольской работы. Научные коллективы и отдельные ученые специализировались на различных тематических блоках, из которых наиболее активно изучались проблемы труда и трудового воспитания молодежи, идейно-поли¬тиче¬ского воспитания, общественной активности, ценностных ориентаций молодежи, жизненного старта и т. д. В этих исследованиях сложился научный авторитет таких ныне известных российских социологов, как Н. М. Бли¬нов, Б. А. Гру¬шин, С. Н. Иконникова, И. М. Ильинский, А. И. Ковалева, И. С. Кон, В. Ф. Левичева, В. Т. Лисовский, М. Н. Рут¬кевич, М. Х. Т謬т¬ма, В. Н. Шубкин и др.

Для сегодняшнего состояния исследований проблем молодежи особое значение имеет то обстоятельство, что уже несколько десятилетий изучением молодежной проблематики как базовой для себя параллельно занимаются — иногда в конкуренции научных школ, но чаще в совместной работе, — во-первых, академические институты, и прежде всего социологические институты АН СССР, затем РАН, во-вто¬рых, ведущие университеты и вузы страны — в Москве, Ленинграде (Санкт-Петербурге), Барнауле, Екатеринбурге, Красноярске, Новосибирске и других городах России и, наконец, в-третьих, крупнейший специализированный научный комплекс в области изучения молодежных проблем, расположившийся в московских Вешняках, — Высшая комсомольская школа (1969–1990) и ее Научно-исследовательский центр (1976–2002), позже созданный на этой базе Институт молодежи (1991–2000), Московская гуманитарно-социаль-ная академия (2000–2003), а ныне Московский гуманитарный университет (с 2003 г.).

Эти «три кита» российской социологии молодежи находились в сложнейшем положении в начальные годы реформ (особенно в 1990–1993 гг.), но в основном не растеряли научный потенциал и в последнее время вновь вышли на проведение общероссийских и региональных исследований. Очевидно возрождение социологии молодежи и в содержательном, и в научно-организационном смысле.

Особой формой развития научного знания о молодежи стали государственные доклады о положении молодежи в Российской Федерации. Первый доклад был подготовлен под научным руководством И. М. Иль¬ин¬ского в 1993 г., второй — под научным руководством И. М. Ильинского и А. В. Ша¬ронова 1995 г., третий — под руководством В. А. Лукова в 1996 г., четвертый и пятый — под руководством В. А. Лукова, В. А. Родионова и Б. А. Руч¬кина в 1998 и 2000 гг., шестой — под руководством В. А. Родионова и Э. Ш. Камалдиновой в 2002 г., седьмой — под руководством Ю. А. Зубок и В. И. Чупрова в 2003 г. Надо отметить, что если в других странах подобным докладам нередко не придается особого значения как формам представления научного знания (считается, что это главным образом справочник, в котором выражена ведомственная позиция, малоинтересная для исследователя), в России ситуация иная. Государственные доклады (а по их модели — и региональные доклады) определили современный механизм сбора и анализа огромной по объему и разнообразной по содержанию информации о молодежи. В связи с подготовкой докладов были проведены оригинальные общероссийские исследования, сама работа над текстом докладов ведется в атмосфере научной полемики между видными учеными в этой области — представителями разных школ в социологии, социальной психологии, демографии, криминологии и т. д.

После распада СССР и коренной трансформации социального строя в России в исследованиях молодежи наметились новые тематическое области.

Во-первых, возникли и получили на базе исследований проекты по организации социальной работы с молодежью в новых условиях. На этом направлении исследований большое значение стало придаваться анализу мирового опыта социально-молодежной работы, его адаптации к российским условиям (Колков, 1997).

Во-вторых, существенно расширилась исследовательская практика в изучении различного рода проблемных точек в положении молодежи. В учебных пособиях по социологии молодежи стали специально выделяться обширные разделы о девиантном поведении молодежи (Лисовский, 2000; Волков и др., 2001); появились обстоятельные исследования по наркотизации, алкоголизации молодежи и т. д. (Шереги, Арефьев, 2003; Актуальные проблемы наркоситуации в молодежной среде, 2004). Активно изучается влияние на молодое поколение новой информационной ситуации (Карпухин, Макаревич, 2001). На более фундаментальной основе изучается социализация молодежи, в том числе и специфика социализации таких категорий молодежи, которые раньше не анализировались в этом аспекте, например неслышашей молодежи (Ковалева, Реут, 2001), молодежи с особыми потребностями (Жулковска, Ковалева, Луков, 2003).

Новые стороны в исследованиях молодежи появились по мере утверждения в ряде российских научных школ феноменологических концепций и качественных исследовательских методов. Более основательными в этом аспекте стали микроисследования молодежных сообществ (Омельченко, 2004; Луков, Агранат, 2005).

2. Объясните, почему со стороны государства требуется особое внимание к молодежи.

В настоящее время вопросы молодежной политики приобретают особую актуальность. Если в предыдущее десятилетие численность молодежи в Российской Федерации росла, то вплоть до 2025 г. ее численность будет снижаться в силу демографических причин, причем это снижение по отношению к 2012 г. будет драматическим - более чем на четверть. Особенно сильное снижение численности молодежи будет в самых продуктивных и с экономической, и с социальной точек зрения возрастах - 23-28 лет - от 35 до 50%. Это означает, что на карту в ближайшем будущем будут поставлены и экономический рост страны, без которого невозможно повышение благосостояния населения, и само воспроизводство населения в России.

Поэтому необходимо обеспечить решение целого комплекса взаимосвязанных задач с тем, чтобы избежать указанных негативных сценариев или, по крайней мере, значительно смягчить их последствия. От модели государственной молодежной политики, которая объективно опиралась на количественные показатели (рост охвата молодежи, ее вовлеченности в различные молодежные практики), требуется переходить к повышению качества по всем направлениям развития молодежи и ее деятельности. На первый план выходит рост человеческого капитала молодежи, что потребует: существенного роста качества образования молодежи, наращивания молодежью социальных и экономических компетенций; повышения культуры и дисциплины труда, производительности труда, ответственности за выполняемую работу; формирования нравственного поведения, семейных ценностей, ответственности за воспитание детей; роста патриотизма, гражданского участия и ответственности, высокого уровня правосознания; продвижения установки на изменение мира и окружающей действительности к лучшему, включение молодежи в инновационную и предпринимательскую деятельность; обретения ценностей и культуры здорового образа жизни молодежи.

Повышение человеческого капитала предъявляет серьезные требования к здоровью молодого поколения, невозможно без его сохранения – без формирования здорового образа жизни, резкого снижения травматизма, сокращения смертности в дорожно-транспортных происшествиях (ДТП), отказа от курения, потребления наркотиков и психотропных средств.

В то же время наращивание человеческого капитала, рост конкурентоспособности молодежи на рынке труда требуют изменения институциональной составляющей молодежной политики, создания принципиально новых инфраструктур в молодежной среде, инвестирования в данную сферу ресурсов, как государственных, так и частных, формирования условий для самоорганизации и самореализации молодежи.

В связи с этим необходим анализ проведения государственной молодежной политики в России с 1991 г. по настоящее время и полученных результатов, сопоставление российского опыта выстраивания государственной молодежной политики с опытом наиболее конкурентоспособных стран и быстроразвивающихся стран, входящих, наряду с Россией, в БРИКС - Бразилии, Индии, Китая и Южной Африки.

Государственная молодежная политика - один из важнейших инструментов развития страны, роста благосостояния ее граждан и совершенствования общественных отношений. Только путем формирования у современной молодежи таких качеств, как ответственность, целеустремленность, инициативность, толерантность можно возродить силу, мощь и величие России. И совершенно очевидно: какие ресурсы будут вложены в молодежную политику, таковыми и будут развитие страны, ее политическая и экономическая стабильность.

Кроме того, создание новой модели государственной молодежной политики предполагает определение основных вызовов, стоящих перед молодежью – тех проблем, которые должны быть решены в средне- и долгосрочной перспективе. А следовательно, необходимо четко задать те цели, задачи, приоритеты и инструменты молодежной политики, которые отвечают новым условиям развития российской молодежи.

3. Описать технологии социальной работы с молодежью «Центра социальной помощи семье и детям г. Сыктывкара».

Во исполнение Указа  Главы Республики Коми от 10.01.1997 года №3 «О муниципальных центрах социального обслуживания населения» и в целях оказания помощи различным категориям населения, нуждающимся в социальной поддержке был открыт муниципальный Центр социальной помощи семье и детям. Центр был организован на базе существующей сети учреждений социальной защиты населения и территориальных центров помощи семье и детям.

ГБУ РК «Центр социальной помощи семье и детям города Сыктывкара» в своем структурном подразделении имеет 5 территориальных   центров   социальной   помощи   семье   и   детям    и    4 специализированных: реабилитационный  центр для детей и подростков с ограниченными возможностями «Надежда»; «Центр экстренной психологической помощи населению города Сыктывкара; Территориальный центр социальной помощи молодежи; Территориальный центр социальной помощи женщинам «Райда».

В настоящее время в учреждении реализуются 13 технологий социальной работы:

- технология социального сопровождения семей, испытывающих трудности в социальной адаптации «Социальная поликлиника». По данной технологии работают все отделения учреждения.

- технология социальной работы с несовершеннолетними беременными и молодыми матерями (Отделение помощи женщинам, оказавшимся в трудной жизненной ситуации «Райда»)

- технология работы психолога с обращениями граждан по проблемам семьи (все отделения)

- технология психологической коррекции детской и подростковой агрессивности (Отделение экстренной психологической помощи населению)

- технология информационного обеспечения слабозащищенных категорий молодежи (Отделение помощи лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и замещающим семьям)

- технология социальной работы с несовершеннолетними, занимающимися самовольным уходом из дома «Ребенок на улице» (Отделение профилактики безнадзорности несовершеннолетних «Огонёк»)

- технология социального сопровождения семей с несовершеннолетними, находящимися на индивидуальном обучении в общеобразовательных учреждениях (Отделение реабилитации несовершеннолетних с ограниченными умственными и физическими возможностями «Надежда»)

- технология активизации участия родителей в процессе реабилитации детей с ограниченными возможностями (Отделение реабилитации несовершеннолетних с ограниченными умственными и физическими возможностями «Надежда»)

- технология  проведения социальных экспедиций в отдаленные микрорайоны и поселки города как комплексной формы предоставления социальных услуг населению (Аппарат ГУ РК «ЦСПСиД г. Сыктывкара», отделения)

- технология социальной работы с семьями, воспитывающими детей, не посещающих ДОУ «Карусель» (Отделение профилактики безнадзорности несовершеннолетних «Семья)

- технология социальной работы с женщинами-матерями, воспитывающими детей-инвалидов, по развитию их трудового потенциала (Отделение реабилитации несовершеннолетних с ограниченными умственными и физическими возможностями «Надежда»)

- технология социального сопровождения женщин, подвергающихся домашнему насилию (Отделение помощи женщинам, оказавшимся в трудной жизненной ситуации «Райда»).

Технология социального сопровождения семей, испытывающих трудности в социальной адаптации, «Социальная поликлиника»

Цель технологии: социальное сопровождение семей, испытывающих трудности в социальной адаптации.

Основными задачами социального сопровождения являются: диагностика; определение направления и путей реабилитации; процесс реабилитации

Краткое описание технологии:

С каждой семьей, включенной в реабилитационный процесс, заключается социальный контракт, в котором оговариваются все условия социального сопровождения: права и обязанности обеих сторон Контракта, а также уровень их ответственности. Контрактная система, предусматривает встречные обязательства клиента (т.е. семьи) при получении помощи со стороны социальных служб, а именно - трудоустройство, участие в общественных работах, в программах социально-психологической реабилитации и пр. Реабилитационная работа с семьями проводится в несколько этапов:

I. Предпрогнозный этап:

1.Запрос, первоначальная  диагностика;

2.Определение круга участников, комплектование реабилитационной  группы;

3.Первичные ознакомительные  встречи;

4.Определение проблемы.

II. Диагностический этап (углубленная диагностика):

1.Изучение всей имеющейся  документации у ребенка;

2.Сбор информации по  месту учебы ребенка или из  ДОУ, медицинских учреждений;

3.Посещение семьи, проведение  экспертизы ЖБУ;

4.Беседы;

5.Тестирование;

6.Реализация диагностического блока Карты реабилитации семьи;

7.Составление комплексного  социального портрета семьи;

8.Изучение продуктов деятельности  ребенка.

III. Прогностический этап:

1.Доклад специалиста по  социальной работе;

2.Межведомственный консилиум;

3.Доклад психолога;

4.Определение образа желаемого  будущего семьи.

IV. Ресурсный этап:

1.Возможности ребенка;

2.Микроклимат в школе, классе;

3.Возможности семьи;

4.Алгоритм деятельности  педагога, ориентированного на прогнозирование  ЛРР;

5.Психологический инструментарий индивидуального развития ребенка;

6.Возможности реабилитационного  пространства;

7.Возможности дополнительного  образования;

8.Влияние референтной  группы.

V. Рефлексивный этап (ближняя  и средняя перспектива):

1.Итоги исследования родителей;

2.Реализация комплексной программы действий специалиста по социальной работе и психолога;

3.Контрольные промежуточные  срезы;

4.Итоги исследования ребенка.

VI. Результативный этап (дальняя  перспектива):

Снятие проблемы семьи, ребенка.

Целевая группа: семьи, состоящие на контроле учреждения.

Технология утверждена приказом Управления по социальным вопросам № 23 от 19.03.2004г.

Технология социальной работы с несовершеннолетними беременными и несовершеннолетними матерями

Цель технологии:

- проанализировать специфику  детско-родительских отношений;

- выявить уровень эмоциональных  связей между девочкой-подростком  и ее матерью;

- определить характерологические  особенности девочек, родивших ребенка  в подростковом возрасте.

Краткое описание технологии:

Проблема юного материнства в последнее десятилетие является актуальной. Это связано с ростом сексуальной активности подростков, который ведет к увеличению количества не планируемых беременностей и родов у девушек-подростков. Следовательно, увеличивается и количество юных матерей. Однако существующие службы, как здравоохранения, социального обеспечения, так и образования, оказались не подготовленными для оказания им медицинской помощи, социального обслуживания и поддержки.

С целью развития и совершенствования системы оказания социальной помощи несовершеннолетним матерям в 2005 году было проведено социологическое исследование, направленное на изучение социально-экономического положения несовершеннолетних матерей в городе Сыктывкаре. В проведенном исследовании интерес представляли социальный статус и семейное положение несовершеннолетних матерей; основные проблемы, с которыми приходится сталкиваться несовершеннолетним матерям после рождения ребенка; обращаемость в учреждения социальной сферы и удовлетворенность оказанной помощью. В качестве метода сбора информации был применен анкетный опрос как способ наиболее эффективно собрать социологическую информацию по изучаемому вопросу в сложившихся условиях. Метод анализа информации - представление точных данных в процентном соотношении и дальнейшее их сопоставление с соответствующими выводами.

Исследование проводилось на базе отделения “Райда”. Всего в анкетировании приняло участие 30 респондентов – несовершеннолетние матери, состоящие на контроле отделения “Райда”.

При составлении социального портрета несовершеннолетних матерей были получены следующие результаты: во-первых, юные матери – это чаще всего девочки-подростки 15,16,17 лет, в своем большинстве воспитывающиеся в полных семьях, где отношения между ее членами характеризуются как ровные, доброжелательные. Однако, учитывая, что социальный опыт подростка формируется в родительской семье, а отсутствие привития культуры половых отношений – основная причина беременности несовершеннолетних.