Критика Френсисом Бэконом «идолов познания»

Министерство Образования и  Науки РФ 
Гуманитарный университет   

г.Екатеринбург 
Факультет социальной психологии

Специальность:"Социально-культурный сервис и туризм" 
Форма обучения заочная 
Курс 1(2012)

студент:Щербинина Светлана Владимировна

Контрольная работа

Дисциплина: Философия 

Тема:

Критика Френсисом  Бэконом «идолов познания» 

Содержание

                 №  стр

1 Введение…………………………………………………………     3

2 Идолы рода  ……………………………………………………..     3-6

3 Идолы пещеры ………………………………………………….   6-7

4 Идолы театра  ……………………………………………………. .. 7

5 Идолы рынка  ……………………………………………………  7-9

6 Заключение   ………………………………………………………..  9

Список  используемой литературы ……………………………… 10                                                          
1. Введение

Фрэнсис Бэкон (1561-1626) считается основателем опытной науки Нового времени. Он был первым философом, поставившем перед собой задачу создать научный метод. В его философии впервые сформулированы главные принципы, характеризующие философию Нового времени. Взгляды Бэкона сформировались на основе достижений натурфилософии Возрождения и включали в себя натуралистическое миросозерцание с основами аналитического подхода к исследуемым явлениям и эмпиризма. Он предложил обширную программу перестройки интеллектуального мира, подвергнув резкой критике схоластические концепции предшествующей и современной ему философии 

Одно из его учений- это  учение об «идолах», или «призраках». Бэкон отнес ко Второй части «Великого восстановления наук», к своему учению о методе, ибо устранение препятствий к познанию со стороны этих «призраков» необходимо для успешного применения индукции. «Призраки и ложные понятия, которые уже захватили человеческий разум и глубоко в нем укрепились», затрудняют доступ истине. По мнению Ф. Бэкона, достоверно истинному познанию препятствуют предрассудки человека, возникновение которых детерминировано наличием у человека определенных идолов (призраков). "Идолы" - это иллюзии, источники ошибок, происходящие из самой человеческой природы или отдельных индивидуумов. Их можно отнести к обществу или к традиции.Идолы и ложные понятия, сковавшие человеческий разум, пустив в нем глубокие корни, не только препятствуют поиску истины, но онипродолжали бы вредить в процессе обновления наук, если бы люди, предупрежденные обэтом, не боролись, насколько возможно. Различать идолы необходимо для освобождения от них.

Есть четыре вида идолов, осаждающих человеческий ум: идолы  рода, идолы пещеры, идолы площади, идолы театра.Бэкон проводил различие между «призраками» врожденными и приобретенными. Врожденные «присущи природе самого разума»  они воздействуют на интеллект «или в силу самих особенностей общей природы человеческого рода, или в силу индивидуальной природы каждого человека, или как результат слов, т. е. в силу особенностей самой природы общения. К ним относятся идолы рода, пещеры и идолы площади. Приобретенные же «призраки» «вселились в умы людей либо из мнений и учений философов, либо из превратных законов доказательств» - это «идолы театра».

  Конечно, наиболее  надежный способ их удаления  из человеческого ума заключался  бы в наполнении последнего  аксиомами и концептами, выработанными  с помощью правильного метода, истинной индукции. Однако даже  индивидуализация идолов - уже большой прогресс. Каковы же основные идолы Ф.Бэкона? И как с ними бороться?

2. Идолы рода (idola tribus)

   Идолы рода  вскормлены  самой человеческой природой, человеческойсемьей, или родом. Это те призраки, которые присуще всему человеческому роду. Они связаны непосредственно с природой самого человека, а именно с природой человеческих чувств и природой человеческого ума и разума. Действия призрака рода, связанные с особенностями органов чувств человека, Ф. Бэкон связывает с тем, что чувства зачастую искажают картину мира.

Элементарный  пример: если за банкой с водой поместить  карандаш или прямую палку, то она  «искривляется».Человеческий ум все равно, что кривое зеркало, отражающее лучиот предметов; он смешивает собственную природу вещей, которую деформирует и искажает. Человек зачастую познает природу не по аналогии с природой, а по аналогии с самим собой и от незначительного набора случайных фактов  люди переходят к предельно общим обобщениям.Так например происходит в представлении Коперника о движении планет вокруг Солнца. Ф.Бэкон считал неверным, что орбиты планет являются идеально круговыми, как утверждал Коперник, т.е. его точка зрения основана на учёте недостаточного количества фактов.

«идолы рода»- это те препятствия познанию, которые «находят основание в самой природе человека, в племени или в самом роде людей»  т. е. определяются устройством и функционированием органов чувств и разума, «механизмом» эмоций и их воздействием на разум и чувства. Бэкон решительно выступает против мнения Протагора, будто «чувство есть мера вещей». «Недостаточность чувств, — двояка: они или отказывают нам в своей помощи, или обманывают нас». Органы чувств бесполезны, когда в силу их слабости от нас ускользает множество вещей. Даже если чувство «схватывает» предмет, его свидетельства «покоятся на аналогии человека, а не на аналогии мира», т. е. несут субъективную окраску.

Недостатки органов чувств, согласно Бэкону, осложняют познание, но, тем не менее, они не являются для него неодолимым препятствием, ибо в показаниях органов чувств объективное может быть отделено от субъективного с помощью рационального  анализа, опирающегося на активное воздействие  на предмет исследования с помощью экспериментовт. е. в борьбе против идолов рода, коренящихся в особенностях органов чувств, Бэкон предлагал прибегать к опытам. В эксперименте «чувство судит об опыте, опыт судит о природе и о самой вещи». При таком подходе, заключает Бэкон, мы не придаем чрезмерного значения «непосредственному восприятию чувств самому по себе», а следовательно, и связанным с ним препятствиям познанию.

Анализируя проблему достоверности  чувственного познания, Бэкон не остановился  на результате античного скептицизма: чувства недостаточны для познания в силу своего несовершенства. С  его точки зрения, чувства недостаточны для познания объективной истины лишь «сами по себе», т. е. вне взаимодействия с другими средствами познания, находящимися в распоряжении человека. Здесь же обнаруживается превосходство материалистического истолкования опытного познания Бэконом над субъективизмом и агностицизмом Беркли, Юма и их последователей, для которых было характерно рассмотрение эмпирической стороны познания «самой по себе», а, следовательно, и абсолютизация ее недостатков.

Показав, что ошибки восприятий можно при определенных условиях устранить, Бэкон утверждает, что  его критика «идолов рода»  направлена не на дискредитацию познавательной роли органов чувств, а на выяснение  ее действительного значения. Поэтому  мы «предстаем бережными покровителями  чувств, а не малоопытными истолкователями», так что «мы самим делом чтим и охраняем чувства».

А каким образом «призраки  рода» порождаются свойствами человеческого  разума? Разум, замечает Бэкон, «оказывается гораздо более склонным к заблуждениям, чем чувствам». Этот вывод, безусловно, направлен против возвеличения схоластиками спекулятивного мышления и принижения чувств,Вселенная бесконечна, разум же отдельного человека ограничен, «из его ограниченности» как раз и вырастают «призраки».

Бэкон указывает, что способность  разума к абстрагированию, отвлечению общего от частного и к систематизации, при неосторожном обращении, также  может явиться источником заблуждений.  В качестве примеров произвольной систематизации явлений Бэкон приводит такие восходящие к Аристотелю схоластические представления о природе, как выдумка, что «в небесах все движется по совершенным кругам», как произвольное определение плотностей «элементов» — огня, воздуха, воды и земли — «один на десять». Эти догмы укоренились в сознании исключительно в силу длительного господства схоластики и затрудняли развитие естествознания.

Против ограниченности разума отдельного человека Бекон рекомендует объединение умственных усилий многих людей, общественную организацию научной работы, преемственность научной деятельности многих поколений. Против спекулятивных фантазий он предлагает новый индуктивный метод.

Наконец, указывает Бэкон, «призраки рода» возникают «из внушения страстей», овладевающих духовной жизнью человека. «Человеческий разум, — утверждает Бэкон, — не холодный свет, его питают воля и чувства», а это порождает субъективные искажения истины. Многообразны страсти, губительно влияющие на познание: «Человек скорее верит в истинность того, что предпочитает. Он отвергает трудное, потому что нет терпения расследовать; трезвое — ибо оно угнетает надежду; высшее в природе — из-за суеверия; свет опыта — из-за надменности и презрения к нему, чтобы не оказалось, что ум погружается в низменное и непрочное; парадоксы — из-за общепринятого мнения. Бесконечным числом способов, иногда незаметных, чувство пятнает и портит разум».

Познанию истины, продолжает Бэкон, часто вредит какое-нибудь очень сильное впечатление, внезапно поразившее и заполнившее воображение. В таком случае и все остальное разум представляет себе таким же, как и то, что овладело им вначале.  Далее, «люди часто множат предрассудки из соображений престижа, ибо, раз приняв какое-либо мнение, то ли в силу его распространенности, то ли под влиянием какой-либо склонности, они уже самолюбиво дорожат им и защищают его как нечто личное».

Бэкон направляет свою критику  «идолов» этой разновидности против религиозных предрассудков. Бэкон напоминает о наивной вере в религиозные обеты, которые якобы предохраняют от кораблекрушения. Верующие ссылаются на примеры спасшихся людей, забывая о тех, кто при подобных же обстоятельствах погиб.

В сфере науки вредное  влияние аффектов проявляется в  том, что разум легче «поддается положительным доводам, чем отрицательным, тогда как по справедливости он должен был бы одинаково относиться к  тем и другим». А это, безусловно, мешает исправлению ошибочных мнений и способствует укоренению догматизма, в силу чего в науках «то, что раз  признано, заражает и подчиняет себе остальное, хотя бы последнее было значительно  лучше и тверже».

Развитию познания, указывает  Бэкон, мешает и чрезмерное преклонение  перед древними авторитетами. Здесь  призраки рода соприкасаются с призраками театра. Бэкон предвидел, что методологические приемы старой философии, которые приобрели прочность предрассудка, будут мешать признанию разрабатываемых им новых методов, ибо «разум пленен и опутан привычкой».

Хотя препятствия познанию, порождаемые эмоциями, нельзя полностью  устранить, однако наносимый ими  ущерб Бэкон считал возможным  свести к минимуму, подвергая сомнению все, что «особенно сильно захватило  и пленило» разум. Эффективным средством  против вредного влияния аффектов должен служить строгий метод, предписывающий испытывать научные положения с  помощью разносторонних доводов  и «отрицательных инстанций».

 Бэкон считал «величайшим  препятствием на пути движения  наук» то отчаяние, которое порождала  схоластика, исключавшая возможность  новых открытий. В противоположность  этому, Бэкон стремился пробудить  у людей надежду, культивировать  положительные эмоции, способствующие  научному поиску.

3. Идолы пещеры (idola specus)

Идолы пещеры исходят от отдельного человека. Эти призраки связаны с наличием у любого человека индивидуальных особенностей его физиологии, психики, которые, в свою очередь, связаны с индивидуальными особенностями его характера, воспитания и с традициями того общества, в котором живет этот человек.  «Призраки пещеры» происходят от присущих индивиду душевных и физических свойств, они зависят от воспитания, привычек и случайных обстоятельств.Каждый из нас, помимо общих заблуждений, свойственных человеческому роду, имеет свою собственную пещеру, в которой свет природы рассеивается и гаснет по причине специфической природы каждого индивида или воспитания и влияний других людей, или из-за книг, которые он читает, и авторитета тех, кем он восхищается и кого уважает; или по причине различия впечатлений, в зависимости от того, находят ли последние душу, уже занятой предубеждениями, или свободной и спокойной. Дух людей "различен, склонен к изменчивости и почти случаен". Поэтому, пишет Бэкон, прав был Гераклит, когда сказал "Люди ищут знаний в своих маленьких мирах, а не в большом, общем для всех мире".Идолы пещеры "берут свое происхождение из особой природы души и тела индивида, еговоспитания и привычек или других случайностей". Так, например, может случиться, чтонекоторые привязываются душой к своим частным наблюдениям "или потому, чточувствуют себя их авторами-открывателями, или потому, что затратили на них весь свойум и привыкли к ним". Основываясь на каком-либо сконструированном имифрагменте знания, они экстраполируют его на философские системы: "Даже Гильберт отизучения магнита перешел немедленно к конструированию философии, соответствующейтому, что привлекало его внимание". Он подчеркивает, что мыслители часто портят философию под влиянием занятий, которыми они более  всего  поглощены. Так, Аристотель «свою натуральную философию совершенно предал своей логике и тем самым сделал ее спорной и почти бесполезной». Подобная ошибка настолько широко распространена, что до сих пор «естественная философия еще не была чистой, а лишь отравленной и испорченной: в школе Аристотеля — логикой, в школе Платона — естественной теологией, во второй школе Платона, Прокла  и других — математикой». Подобную же ошибку допускали некоторые естествоиспытатели.Есть такие, кто восхищается античностью, и такие,кого притягивает новизна; мало тех, кому удается держаться середины, т.е. не презиратьтого, что есть справедливого в учении древних, и не забывать его в связи с открытиями  современных. Таковы схоластики, которые ищут истину не в изучении вещей, а в «тайниках» своего ума

Бэкон ссылается на известный  образ пещеры из произведения Платона  «Государство». Но если Платон невысоко оценивал чувственное познание человека, то Бэкон стремится к выяснению  трудностей с целью их преодоления..

Бэкон предостерегал против ошибочного способа судить о мироздании в целом по аналогии с более  узким кругом предметов, хотя бы и  более известных. Но критика Бэконом  методологических основ натурфилософии Аристотеля ни в коем случае не означает, что он ставит под сомнение значение логики Аристотеля для анализа понятий. Он лишь указывает, что логика Аристотеля была неправильно применена к  исследованию природы.

  Бэкон не только  выясняет природу «идолов пещеры»,  но и разрабатывает способы их преодоления. В помощь индукции он привлекает «уединенные примеры». Это примеры чего-то необычного в природе, встречающиеся при максимальном расширении опыта о том или ином предмете исследовании . Сходную роль должны играть и «отклоняющиеся примеры». Это так называемые уродства; они «восстановляют разум против навыков», разрушая предрассудки.

Таким образом, средством  очищения от индивидуального опыта, который препятствует достоверному познанию истины, по мнению Бэкона-это коллективный опыт.

4. Идолы театра (idola theatri)

   Идолы театра проникли  в человеческую душу с помощью  различных

философских доктрин из-за наихудших правил доказательства. Бэкон  называет их

идолами театра, считая "все  философские системы сказками, предназначенными бытьразыгранными на сцене, пригодными для создания выдуманных театральных  миров". Сбаснями мы сталкиваемся не только в современных философских  доктринах и "античныхфилософских  сектах", но и во "многих научных  принципах и аксиомах, утвердившихся  всилу традиции, слепой беспечной  веры". При всем том Бэкон не склонен обвинять древних или  отказывать им в уважении. Мы, говорит  он, ищем новый метод, не знакомый древним, позволяющий умам более скромным достичь больших результатов:"Как говорят, и хромой, поставленный на верную дорогу, быстрее преодолеет трудный перевал; ведь не знающий пути чем больше торопится, тем больше плутает".

Наличие этих идолов связано  с верой в авторитеты и догматическом  следовании доктрин этих авторитетов. Ф. Бэкон пишет не только о вере в авторитеты философии, но и о  вере в авторитеты наук. Вера в авторитеты  препятствует достоверному познанию истины.

Хотя призраки театра  не врожденны и не проникают в разум тайно - Бэкон считает излишним заниматься опровержением ложных теорий   по отдельности, признавая порочными сами принципы построения наук в прошлом; и  предлагает строить науки на совершенно новом, эмпирическом основании, а «те нелепые и как бы обезьяньи изображения мира, которые созданы в философиях вымыслами людей, мы предлагаем совсем рассеять»

В борьбе против «идолов  театра» должны быть устранены и  порочные доказательства. Бэкон показывает, что схоластическая философия порочна как в своих основаниях, так и по методу. Она не может вести к познанию природы, ибо пренебрегает фактическим изучением вещей, систематическим накоплением и обработкой опыта; ее метод культивирует только искусство оперирования терминами, ее способы доказательства «подчиняют мир человеческим размышлениям, а размышления — словам».

5. Идолы рынка (площади) (idola fori)

"Есть также идолы,  зависящие, так сказать, от  взаимных контактов человеческого  рода: мы называем их идолами  площади, соотнося с торговлей  и общением". В самом деле, "связь  между людьми осуществляется  при помощи языка, но имена  даются вещам в соответствии  с уразумением народа, и достаточно  некритического и неадекватного  применения слов, чтобы совершенно  сбить с толку разум. Определения и объяснения, которыми часто пользуются ученые для самозащиты, также не способствуют восстановлению естественной связи разума и вещей". Иными словами, Бэкон исключает гипотезы, которым грозит опровержение, с единственной целью - спасти их от критики. "Слова насилуют разум, мешая рассуждению, увлекая людей бесчисленными противоречиями и неверными заключениями".    Человек пользуется языком для передачи информации, чтобы убедить в чем-либо других людей или ввести их в заблуждение.Идолы площади, по мнению Бэкона, наиболее тяжкие из всех, "потому что они внедрены в разум согласованием слов и имен". Люди "верят, что их разум господствует над словом, но случается и так, что слова обращают свою силу против разума, что делает философию и другие науки софистическими и бездеятельными

Ф.Бэкон   считает, что слова и термины – это всего лишь на всего имена, знаки, а поэтому они и не отображают сущностную природу вещей. Стопроцентная гарантия существования, с точки зрения Ф. Бэкона, имеется только у единичных вещей.

Слова сами являются источником глубочайших заблуждений — «идолов  рынка», или «идолов общественной площади». Этот последний род «идолов» свидетельствует о всей глубине  понимания Бэконом сложности  познания. Критика схоластики и ее античных источников («призраков театра»), а также ходячих мнений («призраков пещеры») характерна для многих философов  нового времени; спекуляция на трудностях чувственной ступени познания («идолах  рода») свойственна берклеанству и  юмизму, на особенностях рациональной ступени познания — кантианству. Бэкон же в учении об «идолах» не только охватывает все это разнообразие проблем, но и ставит вопрос о трудностях познания, связанных с его речевой  формой.

«Призраки рынка» непосредственно  связаны с «призраками театра». Ложные абстракции, полученные путем  спекуляций, пригодны не для понимания природы, а для спора,слова же способны прикрывать дефекты спекуляций, породивших такое множество заблуждений.

«Призраки театра» можно преодолеть с помощью научной критики, и одну философскую систему можно заменить другой. «Призраки рода» врожденны и их невозможно устранить полностью, но все же изучение их источника позволяет людям свести приносимый ими вред к минимуму. Наконец, образование, уравнивающее знания людей, позволяет защититься от «призраков пещеры». «Призраки» же площади неотделимы от общественной природы человека. «Люди верят, что их разум повелевает словами. Но бывает и так, что слова обращают свою силу против разума».Не поняв природы языка, человек не в силах «помешать обманчивому и чуть ли не колдовскому характеру слова, способного всячески сбивать мысль с правильного пути, совершая некое насилие над интеллектом, и, подобно татарским лучникам, обратно направлять против интеллекта стрелы, пущенные им же самим».

   Бэкон ставит вопрос  о происхождении значения Языковых  терминов и выражений. «Идолы  площади», утверждает он, проникают  в «человеческий разум в результате  молчаливого договора между людьми  об установлении значения слов  и имен», что подчеркивает стихийный характер формирования их значений в процессе общения между людьми. Если, например, ученые предлагают свои определения вновь вводимых научных терминов, то последние становятся элементами языка только в том случае, если они будут приняты и закреплены в языковом общении, которое производит отбор общественно необходимого.

.

Другая разновидность  «призраков рынка» связана с названиями существующих вещей, но это названия «неясные и плохо определенные»; значение этих терминов «происходит из плохих и невежественных абстракций», «необдуманно и необъективно» отвлеченных от вещей.

  Придавая большое  значение точному выражению значения  слов, Бэкон предложил создание  так называемой философской грамматики, которая в отличие от грамматики  обычной исследовала бы «не  аналогию между словами, но  аналогию между словами и вещами, т. е. смысл». Бэкон выдвигает требование строгости определения научных терминов. Оценивая высоко характерный для точных наук, в особенности для математики, метод строгого и непротиворечивого выражения — точного определения исходных терминов и строгого построения на их основе системы знания, — Бэкон полагал, что этот метод должен быть принят каждой научной дисциплиной, чтобы она была в состоянии излагать мысли «простой и незапутанной речью».

   Несмотря на признание  значения определений для точного  выражения мысли, Бэкон, однако, не считал этот метод достаточным  сам по себе для естествознания, интересы которого он ставит  на первое место. «То, что  в наблюдении не определено  и смутно, — утверждает он, —  в представлении ложно и неверно». Чтобы устранить путаницу в значениях слов, их определения должны быть «привязаны» к строго установленным фактам, исключающим возможность разногласий «необходимо дойти до частных явлений, их рядов и порядка».

6.Заключение.

  Мы познакомились  с основными идолами теории  Ф.Бэкона. Данная классификация,  по мнению Бэкона, нужна для  детального анализа каждого призрака, чтобы в дальнейшем бороться  с ними. Задачу учения о «призраках»  Бэкон видел не в их полном  искоренении, ибо они «не могут  быть полностью удалены» из  человеческого разума. Если призраки  приобретенные устранить трудно, то врожденные и вовсе невозможно.

 Однако остается еще много вопросов по данной теории: почему именно эти идолы указаны? Почему нет еще подразделений, более подробной классификации, каждого идола? Достаточно ли она полна и строги ли ее деления?  Но на все подобные вопросы ответ может быть только один: никакая классификация столь сложных явлений, которые Бэкон рассматривает в учении о «призраках», не может быть законченной.

Учение Бэкона оказало  влияние на виднейших мыслителей Нового времени. Недаром учение о  «призраках» М. Мерсенн воспринял  как главную часть «Нового  Органона». Вслед за Бэконом проблемой  освобождения разума от пагубного влияния  страстей, субъективных склонностей, привычек, традиционных предрассудков занимались Декарт, Гоббс, Спиноза, Кондильяк и  другие выдающиеся материалисты. Влияние  бэконовского учения об «идолах» не ограничилось XVII и XVIII вв. В наши дни американский профессор Р. Макайвер направляет его  против идей маккартизма, расовой сегрегации и шовинизма. Классификация Бэкона сыграла выдающуюся историческую роль в оценке субъективныхособенностей познания.

Список литературы:

1 Бэкон Ф Новый  органонМ.,1984

2Бэкон ф Сочинения  в 2-хтомах М.,1972

3Михайленко Ю.П. Бекон и его учения. М.,1975

4Реале Дж.,  Антисепри Д. Западная философия  от истоков до наших дней  в 4-х томах. Т 3 Новое время.  СПб.: Петрополис,1994