Культура Древнего Востока. Индобуддийский тип культуры. 2

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«Уральский государственный экономический университет»

ЦЕНТР ДИСТАНЦИОННОГО ОБРАЗОВАНИЯ

КОНТРОЛЬНАЯ  РАБОТА

По дисциплине:  КУЛЬТУРОЛОГИЯ

Вариант 6

Культура Древнего Востока

Индобуддийский тип культуры

Выполнена:

студентом                                                                     Болотнова Любовь Анатольевна                                                                                                                               Ф.И.О.(полностью)

группа ЭПБ-10 Ек

Проверена:

преподавателем:                         доцент, к.ф.н Епина Людмила Витальевна                                                                                            Ф.И.О.(полностью)

                                                                                                          (научная степень)

Екатеринбург

2010

План

Стр.

Введение

              Слово культура происходит от латинского слова  cultura, что означает первоначально обработка и уход за землей (лат. agricultura) с тем, чтобы сделать ее пригодной для удовлетворения человеческих потребностей, чтобы она могла служить человеку (отсюда — «культура техники земледелия»). В переносном смысле культура — уход, улучшение, облагораживание телесно- душевно-духовных склонностей и способностей человека; соответственно существует культура тела, культура души и духовная культура (в этом смысле уже Цицерон говорит о «cultura animi» - возделывание, взращивание духа). В широком смысле культура есть совокупность проявлений жизни, достижений и творчества народа или группы народов.[1]

Одна из важнейших задач понимания древнего мира - осмысление многообразия и уникальности древних культур, отдаленных от нынешних временем и пространством. Все они взятые вместе со своим многообразием и уникальностью в значительной степени повлияли на формирование и характер современной цивилизации. Именно в этой роли, своими достижениями, базой для создания нынешнего научно-технического мира, их культурное единство и обретает значимость. Культура Индии проникнута глубокими значениями и смыслами, которые свободно распознает индиец в загадочном облике своих богов и причудливой архитектуре древних храмов.

Индобуддийский тип культуры

1.        Индоарии. Ведическая культура индоариев. Комментарии к Ведам.

По одной из наиболее распространенных версий в середине II тыс. до н. э. в Индию с севера вторглись и постепенно расселились в восточном и южном направлениях племена ариев, говоривших на индоевропейских языках. Будучи преимущественно скотоводами, они длительное время сохраняли обряды, свойственные кочевникам. Но затем свою трудовую деятельность индоарии дополнили земледелием, применяя более тяжелый плуг с запряженными несколькими парами быков. Наряду с посевом ячменя выращивались культуры, требующие искусственного орошения (рис, кунжут, сахарный тростник и пр.), расширялись хлопковые плантации.

Индоарии этого периода — преимущественно сельские жители. Мощные городские центры отсутствовали, их заменили укрепленные пункты, в которых во время вражеских нашествий укрывалось население, загонялся скот, хранилось имущество. Ремесло представляли плотники, ткачи, кузнецы, гончары и др. Функции первых денег в меновой форме выполнял скот (коровы).[2]

Определенные достижения в области производственной деятельности по времени совпали с созданием величайших памятников духовной культуры, произведений по вопросам религии, философии, изучению окружающего мира. О религиозных верованиях периода разложения первобытно-общинного строя и складывания в Индии государственности дают представление Веды (букв. знание) — памятники древнеиндийской литературы конца II— начала I тыс. до н. э. Эти произведения, написанные на санскрите, содержат не только и не столько сведения о войнах, борьбе за власть, о тяжелом созидательном труде, но они, по мнению ариев, наполнены божественным откровением.

Веды. Значимость «священного знания» Вед, остающихся и поныне основными священными книгами индуизма, столь велика, что они представляют собой целый пласт культуры Древней Индии — ведическую культуру. Основу ее составляют четыре сборника: Риг-Веда (книга гимнов), Сама-Веда (сборник ритуалов и песнопений), Яджур-Веда (молитвенные формулы для совершения жертвоприношений), Атхарва-Веда (сборник песнопений и заклинаний). Наряду с религиозными аспектами Веды включали и басни, и сказки, порою с элементами сатиры.

Вначале, Веды были результатом устного творчества и передавались из поколения в поколение. Затем жрецы обработали и записали их. При этом каждая Веда стала иметь свои ритуальные комментарии — Брахманы. Целесообразность этих дополнений вызывалась усложнением религиозного культа, потребностью в пояснении ряда текстовых неясностей, наконец, необходимостью адаптации к меняющимся общественным отношениям. Позднее ведическую литературу дополнили и религиозно-философские комментарии - Упанишады и Араньяки, посвященные различным вопросам ведической теологии. Что такое Упанишады? Прежде всего, Упанишады - это Священные санскритские тексты Санатана Дхармы, Вечной общечеловеческой Религии, утонченной психологической Науки, помогающей людям постичь Абсолютную Истину, Бога. Другое название Упанишад - Веданта, то есть "Завершающая часть Вед", "Лучшее из Вед", "Кульминация Ведического Знания". Упанишады - это Божественное Откровение, непревзойденная Чистота и Святость которого подтверждается на протяжении сотен и тысяч лет всеми мудрецами и подвижниками. Упанишады (в число которых входит и Бхагавад-Гита, которую еще называют Упанишадой всех школ ветвей Веданты - "Сарва-сакха-упанишад") - это авторитетный источник высшей Мудрости, сакрального Знания, которое можно получить только из Упанишад, и ниоткуда более. Такой из ряда вон выходящий статус Упанишады обрели не спроста, а из-за того, что они являются продуктом неземного, сверх-человеческого Разума, прямым воплощением Логоса. Упанишады - отражение небесного Света в прозрачном разуме человека, настроенного на трансцендентную волну Бесконечного.[3]

В частности, в Упанишады вошли своеобразные наставления, написанные философами и составившие основу всего духовного развития страны. Араньяки, в свою очередь, стали связующим звеном между Брахманами и Упанишадами, соединив ритуальную и философскую стороны религии. Таким образом, ведическую литературу составили веды (самхиты) и толкования к ним (брахманы, упанишады, араньяки). На Ведах также основана литература «священного предания», включавшая сутры (краткие руководства по вопросам жертвенного ритуала, правила домашней жизни, основы законодательного и обычного права) и служившая задачам религиозного обучения. Знанию Вед, их изучению придавалось исключительно важное значение и приравнивалось к незыблемым нравственным нормам: принесению жертв богам, помощи страждущим, гостеприимству.

Древнейшие стихотворные предания и легенды, дополненные героическими стихами, философскими, религиозными, правовыми и хозяйственными трактатами, переведенными на санскрит, представлены двумя массовыми по размеру эпическими поэмами: Махабхарата («Великая война потомков Бхараты»), состоящей из 107 тыс. двустиший, и Рамаяна («Сказание о подвигах Рамы»), содержащей 24 тыс. двустиший. Тексты оформились во второй половине I тыс. до н. э. Обе поэмы часто рассматриваются как священные книги, как руководство при решении спорных религиозных, философских или моральных вопросов. Порою здесь фантастические сцены чередуются с описанием образа жизни древних индийцев, их быта, духовных поисков и терзаний. Герои этих произведений — Кришна и Рама даже включены в индусский религиозный пантеон как аватары (воплощение) бога Вишну. Интересно, что известная заповедь: «Не делай другому того, что было бы неприятно тебе самому», встречающаяся в трудах Конфуция, Аристотеля, Канта и др., впервые прозвучала в строках Махабхараты.

Действительно, Веды, Махабхарата и Рамаяна стали подлинными энциклопедиями индийской народной мудрости, поражающими своей емкостью, образностью и отточенностью художественной формы.

Весьма ценно, что ведическая литература содержит сведения из различных областей знаний того времени: земледелия (удобрения, севообороты, шелководство, вредители растений и др.), медицины (перечень болезней, их признаки, целебные травы и около 760 целебных снадобий, сведений об анатомии, патологии, терапии и др), геометрии (соотношение сторон прямоугольного треугольника), ремесел (устройство гидравлических машин и пр.), военной техники (виды оружия, оборонительные сооружения), астрономии (определение положения многих звезд) и т. д.

Исследователям Вед и ведической литературы не удалось составить всеобъемлющую и полную картину ведических божеств, разобраться в их системе и взаимосвязи. Ведические боги порою сочетают в себе признаки и свойства божеств, повторяющиеся или дублирующиеся. Нет среди них упорядоченности и иерархии (соподчинения). Значительное большинство из них связано с природой. Другие олицетворяют определенные качества души. Ведическая мифология называет 33 земных, атмосферных и небесных высших бога. В ряде древних книг их - 333 или даже 3339. При этом верховным богом является тот, к кому в данный момент направлено обращение. Наиболее популярен в Ведах бог Индра, в имени которого олицетворяются сила, плодородие, мужское начало. Это творец солнца, неба, зари, он дружелюбен к ариям, вдохновляет поэтов и певцов. Сопровождают его божества дождя и ветра. Бог Варуна — судья и хранитель закона — царит над миром, богами и людьми, посылая возмездие за грехи в виде болезней и бедствий. Агни — бог огня, похищенный с неба одним из жрецов. Сома — бог дождя и божественного напитка и др.

Веды довольно туманно повествуют о сотворении мира. То ли он создан из некоей неразличимой пустоты, то ли его первоосновой стал тысячеглазый, тысяченогий и тысячеголовый первочеловек Пуруша, расчлененный богами. За порогом смерти, по мнению ариев, — царство бога мертвых Ямы. В загробном мире человек встречается с тенями своих предков, получает новое тело, наделенное здоровьем и красотой.

Во второй половине I тыс. до н. э. была завершена редакция Брахман — комментариев к Ведам для жрецов, а также Упанишад (религиозных-философских трактатов) и в их составе араньяк (лесных книг).

2. Социальная структура: варны и касты. Мир и человек в системе ценностей брахманизма, буддизма и индуизма (понятия «сансара», «карма», «нирвана»)

Восходящая к древнеиндийским варнам и освященная индуизмом система каст издревле была основой социальной структуры Индии. Принадлежность к той или иной касте была связана с рождением человека и детерминировала его статус на всю его жизнь.

Варново-кастовая система в целом именно благодаря своей жесткой иерархичности составляла костяк социальной структуры Индии. Уникальная по форме, она не только оказалась эффективной альтернативой слабой политической администрации, но и успешно компенсировала эту слабость, хотя такого рода компенсация никак не способствовала политической стабильности государств в Индии.

Класс - варна - каста - одна из нерешенных проблем востоковедения. В исследовании этих проблем не последнее место должно быть отведено и юридическим категориям, без учета которых нельзя понять и объяснить возникновения классов и форм зависимости в Древней Индии.

Самой «высокой», «чистой» варной были брахманы. Их называли авадхья - неприкосновенные. Формированию варны жреческой верхушки брахманов способствовала монополизация ими на определенном этапе исторического развития отправления религиозных церемоний, знание ведических гимнов. При этом, брахманы, выполнявшие жреческие функции и знающие священное учение занимали наиболее почетное место в обществе. По официальным представлениям, брахман - высший из людей. Его занятие - изучение священных книг, участие в суде и управлении, выработка законов и предписаний. Ему принадлежит все, что он видит, он может «потребовать все, что захочет» (по крайней мере, в рамках закона). Наблюдение за сменой времен года, разливами рек и прочими явлениями, наблюдение, столь необходимое для руководства общественно-экономической жизнью, являлось ещё одной функцией выходцев данной варны.

На фоне общей социальной мобильности, вызванной развитием феодальных отношений, позиция высшей варны брахманов подверглась сравнительно небольшим изменениям. Положение брахманов определялось усилившейся в связи с феодализацией общества ролью индуизма, открыто освящающего социальное неравенство, власть и привилегии немногих и бесправие большинства людей.

Вторая варна - это варна кшатриев, воинов, военной и светской аристократии, из её среды выходили цари, военачальники, сановники. Согласно системе варн, кшатрии должны были взимать налоги с крестьян и пошлины с купцов, торговцев и ремесленников.

Особая воинская верхушка, - кшатрии начала складываться в процессе завоевания ариями речных долин Северной Индии. В эту категорию первоначально входили только арии, но в процессе ассимиляции завоеванных племен эта варна иногда пополнялась местными вождями и главами родовых групп, на что, в частности, указывает существование в  Древней Индии особой категории «вратья - кшатриев», т. е. кшатриев по обету, а не по рождению. Здесь, таким образом, тесно взаимодействовали как внешние, так внутренние процессы начавшегося разложения родового общества у завоеванных и завоевателей.

В маурийский период к кшатриям, сосредоточившим в своих руках военную, политическую и экономическую власть, стали относить в основном тех, кто принадлежал непосредственно к царскому роду и к категории привилегированных наемных воинов.

Обособлению кшатриев среди своих соплеменников - вайшьев-простолюдинов способствовали представления, что кшатрии - полновластные распорядители богатства, приобретаемого войной, в том числе и рабов-военнопленных.

Название третьей варны - вайшьи произошло от слова виш - народ, племя, поселение. Это основная масса трудового люда, земледельцев, крестьян, ремесленников и торговцев - подлинный демос. В хозяйствах богатых общинников трудились безземельные наемные работники, представители «неприкасаемых» каст, которые в основном и создавали прибавочный продукт, присваиваемый различными категориями эксплуататоров, рабы. Вайшья чаще всего как полноправный общинник-землевладелец сам мог быть эксплуататором

Четвертую варну составляли шудры. В их среде - обнищавшие, оставившие общину крестьяне, чужаки, отпущенные на волю рабы, но рабский труд в решающих отраслях экономики Древней Индии значительной роли не играл. Шудра мог иметь семью, его дети наследовали имущество, путь к обогащению не был ему закрыт каким-либо запрещением. И тем не менее он не свободен.

Шудру можно продавать и покупать. Даже отпущенный своим господином, он не освобождается от обязанности услужения, «ибо они рождены для него». Он тот, «чье имущество может быть отобрано хозяином». В глазах закона шудра нечестив, общения с ним надо избегать, его наказывают строже, ему запрещены религиозные обряды. Так, в дхармасутрах шудры устраняются от участия в жертвоприношениях, которые становятся прерогативой высших варн, они не проходили обряда посвящения - «второго рождения», на которое имели право только свободные члены общины, называвшиеся «дважды рожденными» - двиджати.

Древнеиндийское государство возникло как рабовладельческое, тем не менее, в праве отсутствует отчетливое противопоставление свободных и рабов. Касты заслоняют собой классы. Это выражается в том, что сборники законов гораздо определеннее говорят об отношениях между кастами, чем между классами, т. к. именно деление общества на касты провозглашается древнеиндийским законодательством основным делением людей, существующим извечно, и именно изложение прав и обязанностей каст является основным содержанием древнеиндийских сборников законов.

Усиление имущественной дифференциации во второй половине I тысячелетия до н.э. все чаще стало проявляться в расхождении варнового статуса и фактически занимаемого человеком места в обществе. В Законах Ману можно найти упоминание о брахманах, пасущих скот, брахманах-ремесленниках, актерах, слугах, к которым предписывается относиться «как к шудрам».

Люди низших варн не могут свидетельствовать против людей высших варн. Показания «рабов, родственников и детей» «ненадежны», и потому лучше к ним не прибегать. При разногласии между отличным и хорошим свидетелем предпочтение должно быть отдано показаниям отличного и т. д.

Позднее, вследствие падения роли свободных общинников в общественной жизни вайшьи стали мало отличаться от шудр и линия раздела стала проходить уже между знатью - брахманами и кшатриями, с одной стороны, и простонародьем - вайшьями и шудрами - с другой.

По «Законам Ману» вайшьям и шудрам, не должно было позволять отклоняться от предписанных им функций, так как в противном случае в мире воцарился бы хаос. Отсюда в древних текстах делался естественный вывод о том, что кшатрии не могут благоденствовать без поддержки брахманов, а брахманы - без поддержки кшатриев. Только в союзе друг с другом могут они преуспевать и править миром.

Таким образом, внутри каждой варны развивалось социальное неравенство, деление на эксплуатируемых и эксплуататоров, но кастовые, общинные, большесемейные границы, скрепленные правом, религией, сдерживали их слияние в единую классовую общность. Это и создавало особую пестроту сословно-классовой социальной структуры Древней Индии.

Проблема возникновения каст также одна из дискуссионных проблем востоковедения. В настоящее время можно считать установленным, что варна как социальный институт значительно более раннего происхождения, чем каста.

Неоднородность каст в значительной мере затрудняет выяснение вопроса об их происхождении. Касты - это и этнические группы (например, отсталые племена, зачисляемые в состав «неприкасаемых»), и кланы воинов-завоевателей (раджпутские племена), и профессиональные группы, и религиозные секты, общины. Вне зависимости от их первоначального происхождения касты по мере развития феодальных отношений «выстраивались» в иерархии индусского общества в соответствии со своим положением в социально-экономической структуре феодального общества. Последняя, самая низшая группа «неприкасаемых» каст, включала земледельцев и слуг общины, лишенных каких-либо владельческих прав, находящихся в полурабской, полукрепостной зависимости от полноправных общинников. «Неприкасаемый», скорее всего внеобщинник, и становится главным объектом эксплуатации. Неприкасаемость возникает вместе с кастовым делением общества, по мере расширения отношений эксплуатации в результате насильственного подавления восстаний шудр - рабов, покорения отсталых племен и пр. Здесь же содержатся многочисленные предписания о самых унизительных религиозных, ритуальных, бытовых ограничениях, применяемых к ним.[4]

Брахманизм.  В начале I тыс. до н. э. оседлость для индоариев стала повседневным образом жизни. Сложились многочисленные княжества, часто враждовавшие между собой. С постепенным усложнением культа ведичеекой религии усилились роль и авторитет жрецов-брахманов. Изменились состав и характер пантеона богов. И хотя установки ведичеекой религии, ее боги и традиции не претерпели резких перемен, многочисленные религиозные учения раннего рабовладельческого общества в Индии в первые века до н. э. составили религиозное течение — брахманизм, освещавший племенную раздробленность и исключительность.

              Согласно новой космогонической теории творец вселенной Брахма рождается из золотого яйца, плавающего в огромном океане. Сила его мысли разделяет яйцо на две части — небо и землю. В процессе последующего созидания формируются стихии (вода, огонь, земля, воздух, эфир), боги, звезды, время, рельеф и т. д. Создаются люди, мужское и женское начало, противоположности (жар — холод, свет — тьма и пр.), животный и растительный мир.

              Переход к брахманизму еще не выявил единой иерархии богов. В каждой местности почиталось свое высшее божество. Бог Шива, в культе которого соединились различные по своему характеру религиозные верования, считался воплощением разрушительных сил природы и символом плодородия. Бог Вишну выступал в качестве бога — хранителя всего существующего. Значительная роль отводилась анимистическим представлениям и культу предков.

              Освещая общественное неравенство, брахманизм объявлял страдания и бедствия людей несущественными, поскольку весь мир явлений — лишь иллюзия. Единственно реальным остается существование мирового духа. Важнейшим ключевым элементом брахманизма, сохранившимся в индийской религии и философии, является сансара - теория перерождения; по этому учению со смертью человека его душа переселяется в новое существо (человека, животное, растение, Бога). Эта цепь воплощений бесконечна и зависит от человеческой судьбы — кармы.

              Карма, хотя и предопределена свыше, может быть скорректирована поступками человека. Его высокая духовность и добродетельность, самодисциплина, отказ от ненависти, подавление зависти, изучение Вед, почитание брахманов и т. д. могут привести в цепи перерождений к высокому положению в обществе, а в будущем открывают перспективу к дальнейшему совершенствованию. В свою очередь, недостойное поведение чревато тяжелыми последствиями: воплощение пьяницы в моль, убийцы — в хищное животное, вора — в крысу и т. п.

              Более успешную попытку преодоления в системе брахманизма варно-кастового строя, где путь к спасению был открыт только для брахманов-жрецов, осуществил буддизм, зародившийся также VI в. до н. э.

              Буддизм — самая ранняя по времени появления мировая религия, которой ныне следуют около 700 млн. человек. Расцвет этой религии в Индии пришелся на V в. до н. э. — начало н. э. Основателем буддизма считается реальное историческое лицо — Сиддхартха Гаутама (623—544 гг. до н. э. по буддийской традиции, 563/560 — 483/480 гг. до н. э. — по оценке историков). Происходил он, по преданию, из царского рода племени Шакьев (одно из имен Будды — Шакьямуни — «отшельник из Шакьев»). С самого детства он поражал своими способностями. Окруженный роскошью и великолепием, он проводил жизнь в прекрасных дворцах, побеждал соперников на рыцарских турнирах. Но однажды, когда ему исполнилось 29 лет, впервые жизнь повернулась своей жестокой и прозаической стороной, ранее ему неведомой. На одной из увеселительных прогулок он увидел людей, далеко не столь счастливых: дряхлого старика, больного проказой человека, монаха-отшельника и мертвеца. Потрясение оказалось столь велико, что, оставив все — счастливую семью, роскошь и наслаждения, он отправился в длительное семилетнее странствие. Предаваясь самому суровому аскетизму, познав после долгих раздумий причину зла, впав в нирвану, он стал Буддой (санскр. букв. просветленный, осененный истиной, пробужденный к новой жизни) и проповедником учения, получившего название буддизма. Более сорока лет проповедей создали много учеников и последователей учения Будды, среди которых появились и первые в религиозной жизни женщины.

              Подвергнув осуждению брахманизм за пристрастие к богатой и обеспеченной жизни, преобладание внешних форм религиозной жизни, а джайнизм — за жесткую аскезу, Будда высказался за средний путь. От древнеиндийских племенных религий он унаследовал анимистическое представление об одушевленности всего живого в природе; о карме как законе переселения душ, по которому место человека в жизни определяется его грехами или добродетелями в предыдущих существованиях.

Центральным в учении Будды считаются «четыре благородных истины»:

1.      Жизнь есть страдание;

2.      Причина страдания — стремление к наслаждению;

3.      Прекращение страдания приходит через уничтожение желаний, путь к которому лежит через реализацию ряда условий и норм поведения, предполагающих предотвращение и пресечение зла, способствующих возникновению и поддержанию добра.

4.      В конце этого пути наступают полная свобода и озарение — нирвана, своеобразная пассивная, с точки зрения христианской культуры, этика, так как призывает к терпимости и бесстрастию, равнодушию ко всему как к доброму, так и злому.

              Выдающийся правитель династии Маурьев Ашока (273—232 до н. э.) провозгласил буддизм государственной религией. Им были осуществлены разорительные для государственной казны пожертвования церкви, построены многочисленные храмы, созданы могущественные монашеские общины и др.

Не став господствующей религией в Индии, буддизм при Кушанах получил наибольшее распространение там, где рабовладельческие отношения были наиболее развитыми, — в долине Ганга, на северо-западе страны. Буддийское духовенство, приспосабливая культ и вероучение к племенным и общинным верованиям, оформляет в 1—11 вв. н. э. новую форму буддизма.

Теперь Будда из учителя (гуру), указавшего путь к спасению и первым вошедшего в нирвану, окончательно превращается в божество. Культ могущественного Будды требует огромных храмов. Создается учение об аде и рае. Формируется культ святых, достигших ступени Будды, но временно не вошедших в нирвану. Все большая роль отводится обрядовой стороне культа с элементами магии. В этих целях значительно шире, чем раньше, используются произведения изобразительного искусства.

              Человек в буддизме не является ни чьим-то благословенным изобретением, ни хозяином собственной судьбы. В традиционном буддизме человек – лишь невольный исполнителем всеобщего мирового закона – Дхармы. Этот закон существует не для человека, но реализуется и постигается именно в нем. Однако именно человек, совершая добрые и дурные поступки, приводит в действие некий этический механизм, который лежит в основе мироздания. С точки зрения буддизма , человеческая жизнь – это не бесценный дар, как в христианстве, а лишь один из моментов в цепи перерождений. Буддисты не стремятся к вечной жизни после смерти, так как считают ее данностью, а не высшей целью. Вечная жизнь, по мнению буддистов, – вечная заложница смерти. В буддизме существует так называемая доктрина «зависимого происхождения». Ее суть в том, что источник страдания для человека – жажда жизни, желания, привязанность к жизни. Буддисты считают мир иллюзорным, а, следовательно, иллюзорны и удовольствия, которые он сулит. Человек находиться в зависимости от закона причинно-следственных связей (кармы). Живые существа обречены, согласно буддистской точке зрения, на вечные перерождения, и условием всякого нового существования является итог всех предыдущих, а именно сумма всех добрых поступков, или накопленных заслуг, и дурных поступков, накопленных анти-заслуг.

              Человек, как субъект, разделен на тысячи фрагментов, соответствующих прошлым и будущим жизням. Поэтому вся цепочка элементов «зависимого происхождения» связывает не несколько жизней в «круговороте рождений и смертей», а мгновенные состояния одной – единственной, этой жизни. Буддизм рассматривает человека (так же как и все существующее во вселенной и саму вселенную) как сочетания различных энергетических частиц – дхарм.

              Сам факт рождения человека означает для буддиста лишь включение в бесконечный процесс бытия, где смерть не конец этого процесса, а переход к иной форме существования сознания – к промежуточному существованию, которое неизбежно предшествует новому рождению.