Культура и ее ценности

Введение.

Культура - это обобщающее понятие, охватывающее различные классы явлений. Она представляет собой  сложное, многослойное, многоуровневое целое, включающее различные феномены.

Массовая культура - порождение индустриальной и постиндустриальной эпохи, связанная с формированием  массового общества. Отношение к  ней исследователей разного профиля - культурологов, социологов, философов  и пр., неоднозначно. Одних она  пугает и отталкивает своей агрессивностью и напором, отсутствием каких-либо морально-нравственных ограничений, других приводит в восторг, третьи проявляют  индифферентность. Феномен массовой культуры понимается по-разному. Некоторые  исследователи трактуют ее буквально, т.е. как культуру масс, создаваемую  массами, тем самым отождествляют  с народной культурой.

Интерес к традиционной культуре в современных исследованиях  существенно возрос. Это связано  с тем, что в условиях глобализации и информатизации традиция становится связующим звеном с исторической памятью и помогает сохранить  национально-культурную идентичность. Нередко она предстает как совокупность отдельных направлений, видов, жанров, даже объектов (народные керамические изделия, одежда, обряды, лубок и пр.). Часто ее пространство сужается, особенно в области искусствоведения, до художественного народного творчества, фольклора (народные песни, танцы, ремесла), а то и до словесной художественной традиции, относящейся к историческому прошлому (былины, предания, пословицы и пр.). При этом каждая научная дисциплина стремится сформировать свой предмет, свой круг интересов (например, в рамках этнографии, филологии и др.).

В данной работе предлагается рассмотреть отношение массовой культуры к ценностям традиционной.

Традиционная культура.

Традиционная культура представляет собой устойчивую, нединамичную культуру, характерной особенностью которой  является то, что происходящие в  ней изменения идут слишком медленно и поэтому практически не фиксируются  коллективным сознанием данной культуры.

В истории существовал  ряд цивилизаций, культуру которых  можно считать традиционной. Речь идет о Древнем Египте, Древнем  Китае, Шумере, Ассирии, Древней Индии  и пр. Данные традиционные общества воспроизводили существовавший образ  жизни тысячелетиями, когда прошлое  взрослых оказывалось будущим их детей. Гибель одних государств и  возникновение на их месте других не меняло сам тип культуры. Основание  культуры сохранялось, передавалось в  качестве социальной наследственности, обеспечивая воспроизводство традиционного  типа развития. Не только человек не ощущал разлада с обществом, но и  природа органично взаимодействовала  с данной культурой, многочисленными  примерами доказывая с ней  свое единство.  
Однако при всей самобытности, своеобразии данных культурных образований, им присущи некоторые общие черты:  
— ориентация на повторение некогда заданного образа жизни, обычаев, традиций и воспроизводство сложившихся социальных структур;  
— приверженность существующим образцам поведения;  
— господство сакральных, религиозно-мифологических, канонизированных представлений в сознании;  
— медленные темпы изменений видов, средств и целей деятельности.  
Первой исторической формой традиционной культуры была первобытная культура. Традиционный характер данной культуры обеспечил ей более длительное существование, чем у всех последующих исторических типов культуры. И все же на протяжении десятков тысяч лет в первобытной культуре происходили изменения,

которые были поименованы  археологами как разные ступени  каменного века, сменившиеся веками металла — бронзы и железа.  
Традиционная культура присуща доиндустриальному обществу, в котором основным родом занятия является сельское хозяйство, охота и собирательство. Как правило, в таких культурах отсутствует письменность.

У некоторых людей понятие  традиционной культуры вызывает односторонне положительную оценку. Иначе и  быть не может. Ведь традиционная (или  народная) культура — основа национального  духовного богатства. На ней во все  века строилось патриотическое, нравственное, эстетическое воспитание подрастающих поколений. Однако становится опасно, если любовь к традиционной культуре перерастает в некритическое  любование ей. На самом деле, в традиционной культуре, наряду с положительными сторонами, проявляются и некоторые отрицательные: консерватизм, этническая ограниченность, неразборчивость в выборе эстетических средств. Если трезво, не пряча голову в песок, обратиться к изучению образцов народного творчества, то в них можно обнаружить основания для бытового расизма,

антиинтеллектуализма, нетерпимости к инакомыслию, преклонения перед  любой властной силой, какой бы политической окраски она не была. Ученый должен не любоваться традициями, а давать объективную научную оценку всем образцам, без изъятия.

Рассмотрим традиционную культуру с философской, социологической  и социальногуманитарной точки  зрения:

1. Традиционная культура в философии.

Философский подход к рассмотрению традиционной культуры предполагает выделение  двух ее аспектов — субстанционального (это те элементы социокультурного опыта, которые транслируются) и  функционального (учитывающего, каким  «коммуникативно-трансляционно-трансмутационным»  способом «внутри- и межпоколенного взаимодействия людей» осуществляется эта передача). Иными словами, традиционная культура здесь определяется как «механизм воспроизводства социальных институтов и норм, при котором поддержание последних обосновывается, узаконивается самим фактом их существования в прошлом». Традиционная культура функционирует как система, обеспечивающая воспроизводство в системах современной культуры тех образцов прошлой деятельности, которые выдержали испытание временем и были в аналогичных социокультурных условиях.

Эта культура непосредственно связана  с традицией, характеризующей такие  самоорганизующиеся и саморегулирующиеся системы человеческой деятельности и связанный с ними социокультурный  опыт, функционирование и развитие которых не связано с институциональными формами обеспечения через специальный  аппарат власти. Правомерность этих образцов жизнедеятельности определяется самим фактом их существования в  прошлом, а их эффективность оценивается  через точность следования прецедентному  образцу. Основными формами трансляции этой культуры при этом выступают  фольклорно-мифологические формы и  ритуалы. Постоянное воспроизведение  однажды заданных образцов поведения  выступает в качестве обычаев, постепенно утрачивающих свою сакрально-ритуальную составляющую. Отсюда консерватизм, статичность, экстенсивность развития.

2. Традиционная культура в социологии

Весьма содержательную трактовку  народной культуры в рамках социологического подхода предлагает К. Б. Соколов. Исследователь  исходит из того, что одной из основных функций традиционной культуры является утверждение определенной картины мира. Оставаясь в рамках этой логики, автор считает необходимым  исследовать фольклор с точки  зрения теории субкультурной стратификации. Исследователь опирается на тезисы Б. Асафьева и Б. М. Бернштейна о создании «каждой культурой» и «каждым социальным слоем» близкого им искусства и, соответственно, о существовании в каждом социуме различных культур, обслуживающих определенный класс, а также на субкультурную концепцию М. С. Кагана. Автор отмечает существенное усложнение субкультурной структуры современного города, включающей десятки субкультур разного рода. При этом у каждой субкультуры формируется особая картина мира и особый образ жизни, воплощаемые своеобразным фольклором.

Данная концепция была представлена чуть ранее в обстоятельном  исследовании, подготовленном коллективом  Государственного института искусствознания  под руководством К. Б. Соколова, «Художественная  жизнь современного общества», первый том которого посвящен исследованию специфики проявления в художественной культуре субкультур и этносов. В  статье, посвященной субкультурной  стратификации современного фольклора, автор выделяет следующие субкультуры, создающие специфический фольклор: национальные субкультуры этнических меньшинств, гуманитарную интеллигенцию, субкультуры предпринимателей и  представителей чиновничьей номенклатуры, субкультуры разных конфессий —  от православных до кришнаитов, молодежные субкультуры, субкультуры кадровых рабочих-профессионалов, лимитчиков и  бомжей, субкультуры уличных подростковых группировок. Особый интерес представляет фиксированные автором новые  субкультурные образования, возникшие  в результате экономических трансформаций  в обществе, вокруг которых и в  среде которых также сложился определенный фольклор — «мобильные профессионалы» («яппи»), «новые русские».

Необходимо отметить, что  субкультурный подход к анализу  фольклора оказался столь продуктивным, что вызвал ряд публикаций, следующих  этому принципу. Среди них фундаментальностью отличается исследовательский проект «Современный городской фольклор», где применяется следующая схема  его исследования, отраженная в композиции книги: традиции субкультур — ритуалы и обряды современного города — картина городского пространства — жанровый состав вербального фольклора — речевой обиход города. Исследуя субкультуры в аспекте той информации, которые в их границах передается традиционным способом, авторы выделяют мифологию и обряды туристов, профессиональных программистов, врачей, солдат срочной службы, студентов, парашютистов и многих иных групп. Эти социальные страты, в количественном отношении не представительные (к примеру, мир больницы, прихрамовой среды, коммунальных квартир), обладают, тем не менее, собственным видением мира, приоритетами, жизненной стратегией, модой, сленгом, стилем жизни, бытовыми привычками, особым отношением к представителям всех иных субкультур и, конечно, фольклором.

В рамках социологического подхода выстраивает свою теорию традиционной культуры А. В. Захаров. Ключевым для него является вопрос о том, что  есть традиция — содержание культуры или способ ее функционирования и, соответственно, какая методология является здесь  более приемлемой и адекватной самому предмету исследования. Автор субстанциональному подходу предпочитает функциональный и пытается выявить специфику  этого способа трансляции культуры по сравнению со всеми иными способами  социальной коммуникации. О традиционной культуре, по его мнению, можно говорить, когда современность «интерпретируется, оценивается, легитимируется сквозь «призму» прошлого, когда прошлое делается исходной точкой для понимания настоящего». Для автора основным является, прежде всего, не эстетическое или морально-нравственное содержание артефактов определенной культуры, но тот общественный способ, «которым производятся, тиражируются, потребляются духовные (символические) ценности». Подобный подход является весьма продуктивным, так как позволяет рассматривать  с аналогичных позиций и массовую и элитарную культуру.

3. Традиционная культура: социогуманитарный подход.

«Социогуманитарный» подход доминирует в коллективной монографии, посвященной особенностям функционирования традиционной культуры в современных  условиях. Авторы выделяют в традиционной культуре два блока, включающие «нормы-ценности-смыслы-символы» («представления о природе, космосе, месте человека в мире, религиозно-мифологические понятия об отношениях человека с  некими высшими и низшими силами, представления об идеалах мудрости, силы, героизма, красоты, добра и  зла, о формах «правильного» и  «неправильного» поведения и  устроения жизни, о служении людям, отечеству (буквально — стране, земле  отцов) и др.»), воплощенные в культурных текстах разной знаковой природы, а  также «формы их функционирования и  социальной трансмиссии».

Авторы в качестве наиболее существенных выделяет следующие составляющие традиционной культуры: культурный текст  в широком (не только вербальном) смысле; социального носителя — субъекта культуры; социальные механизмы трансмиссии  культуры; социальные функции культуры в обществе. Подобный подход к анализу  народной культуры представляется продуктивным, так как позволяет рассматривать  в качестве ее элементов не только готовые результаты деятельности, но также и «технологии поведения» — институализацию, регламентацию  и регулирование — как механизмы  включения индивида в определенную социальную общность, а данной общности — в окружающий мир. Данный метод  анализа культуры является не только оправданным, но и в отдельных  случаях, при изучении конкретно-исторических типов культур и локальных  социокультурных общностей, необходимым.

Подобное рассмотрение культуры позволяет установить ее параметры  как принципиально отличной от всех иных, сделать функционирование культуры в границах «качественно определенной»  социальной общности «эмпирически воспринимаемым». В рамках этой парадигмы возможно создание модели актуальной культуры определенного общественного образования и описание универсальных для любой человеческой общности, и вместе с тем имеющих конкретно-исторический характер ее культурных форм, в качестве которых выступают знания, обычаи, традиции, ценности, идеи, нормы, верования, язык, мифы, представления и т. п.

Вместе с тем подобный подход обладает и существенными  недостатками и, прежде всего, объединением различных принципов рассмотрения данного феномена. Ощущая проблематичность применения совокупного определения  народной культуры, которое предлагается в монографии, автор раздела, посвященного обоснованию подобного подхода, Н. Г. Михайлова предлагает «сформировать  предмет изучения «наборным способом»  и включить в народную культуру ее исторически сложившиеся разновидности (городскую, крестьянскую, слободскую), творческую продукцию современных  субкультур, адаптированные формы профессиональной культуры, а также ее различные  промежуточные формы. Действительно  традиционная культура является достаточно сложным феноменом, сущностные особенности  которого трудно фиксируемы, что отмечает и сама автор, определяя ее как  «собирательное понятие, не имеющее  четко определенных границ и включающее культурные пласты разных эпох от глубокой древности до настоящего времени». В качестве ее основных признаков  выделяются: осознание субъект-носителем  идентификации с народом (что  позволяет авторам определять данную культуру как «народную») и неспециализированный характер культурной деятельности. Однако в качестве комментария можно  отметить, что данные признаки не могут  выступать в качестве сущностных характеристик этого вида культуры: идентификация с народом характерна и для субъекта высокой культуры (другое дело, что именно акцентировать  в содержании этого понятия его  этногенетическую или этносоциальную составляющую). Принцип неспециализированности деятельности не позволяет включать в это явление, к примеру, изделия  народных промыслов, создаваемых мастерами, обретающими опыт в процессе долгой практики. (К слову, неудовлетворительность этих признаков народной культуры отмечает и К. Б. Соколов). Действительно же существенным качеством народной культуры, выделенным Н. Г. Михайловой, представляется ее способность функционировать вне институционально-организационных форм (это «культура по преимуществу или исключительно устной традиции, бытующая и в прошлом и в настоящем по фольклорному типу, т. е. передаваемая от лица к лицу, от поколения к поколению в акте непосредственной коммуникации»).

Массовая культура.

Стремление видеть товар  в сфере духовной деятельности в  сочетании с мощным развитием  средств массовой коммуникации и  привело к созданию нового феномена - массовой культуры.

Массовая культура - это  культура масс, культура, предназначенная  для потребления народом; это  сознание не народа, а коммерческой индустрии культуры; она враждебна  подлинно народной культуре. Она не знает традиций, не имеет национальности, ее вкусы и идеалы меняются с головокружительной быстротой в соответствии с потребностями  моды. Массовая культура обращается к  широкой аудитории, апеллирует к  упрощенным вкусам, претендует на то, чтобы  быть народным искусством.

Существуют довольно противоречивые точки зрения по вопросу о времени  возникновения «массовой культуры». Некоторые считают ее извечным побочным продуктом культуры и поэтому  обнаруживают ее уже в античную эпоху. Гораздо больше оснований имеют  попытки связать возникновение  «массовой культуры» с научно-технической  революцией, породившей новые способы  производства, распространения и  потребления культуры.

в собственном смысле массовая культура проявила себя в США на рубеже XIX-XX веков. Известный американский политолог Збигнев Бжезинский любил  повторять фразу, которая стала  со временем расхожей: «Если Рим  дал миру право, Англия - парламентскую  деятельность, Франция - культуру и  республиканский национализм, то современные  США дали миру научно-техническую  революцию и массовую культуру».

Феномен появления массовой культуры представляется следующим  образом. Для рубежа XIX-XX веков стала  характерной всеобъемлющая массовизация жизни. Она затронула все ее сферы  экономику и политику, управление и общение людей. Активная роль людских  масс в различных социальных сферах была проанализирована в ряде философских  сочинений XX века.

В наши дни масса существенно изменилась. Массы стали образованными, информированными. Кроме того, субъектами массовой культуры сегодня являются не просто масса, но и индивиды, объединенные различными связями. Поскольку люди выступают одновременно и как индивиды, и как члены локальных групп, и как члены массовых социальных общностей, постольку субъект "массовой культуры" может рассматриваться как двуединый, то есть одновременно и индивидуальный и массовый. В свою очередь понятие "массовая культура" характеризует особенности производства культурных ценностей в современном индустриальном обществе, рассчитанное на массовое потребление этой культуры. При этом массовое производство культуры понимается по аналогии с поточно-конвейерной индустрией.

Критический анализ массовой культуры акцентировал в ней характеристики «низкой», примитивной культуры, «культуры масс», создающей угрозу «высокой культуре», или подчеркивал использование элитами массовой культуры, возбуждающей «низменные инстинкты» для духовной эксплуатации масс, массовой стандартизации и обезличивания. При более оптимистических подходах массовая культура рассматривалась как в целом вполне удовлетворительная форма культуры, характерная для зрелого индустриального общества с высоким уровнем образования, высоким уровнем жизни, с развитой системой массовых коммуникаций. В современной социологии понятие «массовая культура» все более утрачивает свою критическую направленность. Подчеркивается функциональная значимость массовой культуры, обеспечивающей социализацию огромных масс людей в условиях сложной, изменчивой среды современного индустриального урбанизированного общества. Утверждая упрощенные, стереотипные представления, массовая культура, тем не менее выполняет функцию постоянного жизнеобеспечения для самых различных социальных групп. Она обеспечивает также массовое включение в систему потребления и тем самым функционирование массового производства. Массовая культура характеризуется всеобщностью, она охватывает широкую срединную часть общества, затрагивая специфическим образом и элиту, и маргинальные слои.

Массовая культура утверждает тождественность материальных и  духовных ценностей, в равной степени  выступающих как продукты массового  потребления; понятие «бестселлер» приобрело в ней универсальный  характер. Для Массовой культуры характерно возникновение и ускоренное развитие особого профессионального аппарата, задачей которого является использование  содержания потребляемых благ, техники  их производства и распределения  в целях подчинения массового  сознания интересам монополий и  государственного аппарата, искажения  и заглушения протеста.

Отношение массовой культуры к ценностям традиционной.

Манипуляция общественным сознанием - реально существующий социальный феномен, практикуемый в любом социально дифференцированном обществе. Везде вышележащие слои пытаются управлять сознанием нижележащих, в своих жизненных интересах. Чем сильнее дифференцировано общество, тем выше потребность верхушки в манипуляции низами. Поэтому самый высокий уровень манипуляции сознанием наблюдается в обществах холопской традиции – здесь она играет роль ключевого системного стабилизатора.

«Современному» обществу манипуляция, как системный стабилизатор, требуется существенно меньше, чем  при холопской традиции. Рыночная демократия преобразуется из традиционной системы естественным путём – одним лишь сочетанием естественных человеческих стремлений с объективными условиями, главное из которых - достаточный уровень экономического развития. Разумеется, конкретные имеющие власть «современного» государства вполне способны использовать манипуляцию гражданами в своих шкурных интересах, и часто к ней прибегают. Но её системную роль не сравнить с той, которую играет промывание мозгов в развитых авторитарных обществах.

В Европу современность была занесена с набором мифов, разрушивших традиционное общественное сознание. Главным из которых было утверждение Т.Гоббса о том, что природное, врождённое свойство индивидуума - подавлять и экспроприировать другого человека. (Из которого логично следует естественное состояние людей – аморальная война всех против всех, которая, будучи введённой цивилизацией в рамки закона, и становится рыночной конкуренцией - основой «современного» мироустройства и буржуазной морали).

По логике СЛМ данное «утверждение Гоббса» - не миф, а типичная полуправда, неправомерно возведённый в абсолют  частный случай общего правила. Согласно которому человек (да и, вообще, любое живое существо с неавтоматическим поведением) всегда стремится к максимальной эффективности своих действий в разрезе баланса получаемых им ощущений. Практической реализацией этого стремления может быть как «современная», эгоистичная война каждого с каждым, так и высокоморальный солидарный коллективизм - всё зависит от условий природно-социальной среды, определяющих рентабельность каждой из поведенческих моделей.  
     Людская борьба за доминирование в архаичном коллективе стратегически убыточна – как в личном, так и в командном зачёте. Низкая ресурсообеспеченность людей, мизерная производительность их труда и типичная форма последнего - приводят к тому, что почти все свои скудные силы (ресурсы) социум вынужден тратить на банальное выживание, просто не имея физической возможности содержать затратную иерархическую социальную структуру, увенчанную прожорливой элитой. А без этой структуры невозможно стабилизировать иерархическое эксплуататорское общество, возникающее после побед в борьбе за полновесное доминирование одних над другими (недовольные соплеменники легко, коллективным усилием, могут или поменять эксплуатирующих их работодателей, или свою «прописку», или каким иным способом восстановить попранное равноправие). В то же время коллективизм и равноправное сосуществование дикарей - имеют очевидные плюсы, толкающие к созданию общественных систем «традиционного» сосуществования, солидарно минимизирующего (оптимизирующего) затраты людей на поддержание своей жизнедеятельности. Поэтому число дикарей с каменным топором, желающих нарушить общинно-племенную солидарность - «повоевать против всех» и аморально потиранить соплеменников - будет неизбежно стремиться к нулю, наглядно опровергая универсальность правила Гоббса.  
  Когда же, с ростом производительности труда, появляются дополнительные жизненные блага (сверх прожиточного минимума), достаточные для централизованного отчуждения, перераспределения и расхода на непроизводительные общественные институты (прежде всего, на - государственные), это сразу же используется для фиксации результатов успешной борьбы за социальные высоты. Что полярно меняет рентабельность «нетрадиционного» поведения – для успешного элитного индивидуума оно становится гораздо выгоднее высокоморального солидаризма.  
      Западная Европа, по удачному для неё стечению обстоятельств, оказалась в авангарде мирового социального развития, поэтому уже в 18-ом веке «современность» смогла достаточно глубоко проникнуть в народные слои самого передового на тот момент английского общества. Что, естественно, создало у обществоведов-философов того времени, вроде Гоббса, иллюзию всеобщности наблюдаемой «современной» поведенческой стратегии. То есть, соответствующие обществоведческие труды стали лишь одним из следствий масштабной утраты традиционности. Они, как и прочие философии, создавались без всякого специального злого капиталистического умысла, и роль их в распространении «современности» - ничтожна. Соответственно, вскрытие ошибок Гоббса никакого ущерба современности нанести не может. Вернуть «современную» человеческую массу в состояние традиционности можно только одним способом - на длительное время поместив её в экстремальные условия биоэнергетического дефицита.  
     В кризисе советской системы, действительно, сыграла определённую роль западная антисоветская пропаганда, не гнушавшаяся и откровенной ложью.

Заключение.

В данной работе традиционная культура была рассмотрена с философской, социологической и социогуманитарной  точки зрения. Я сравнила традиционную культуру и современное общество, выявила их особенности, проанализировала современные тенденции развития традиционной культуры и общей культуры современного общества в условиях глобализации, представив свое видение перспективы  развития традиционных культур в  современном мире.

Подводя итог проведенной  работе, важно отметить, что изучение особенностей традиционной культуры во все времена привлекало ученых-культурологов, поскольку только посредством таких  знаний можно сформировать полноценное  представление о жизни людей  зарубежных государств.

Однако в современном  мире в изучении традиционной культуры сменились акценты, ученые стали  исследовать ее как некий исчезающий вид культуры, которого, возможно, скоро  почти не останется. Это тесно  связано с таким явлением, как  широкое распространение массовой культуры. Она создает такое пространство (или его иллюзию), на первый взгляд уютное и комфортное, предоставляющее необходимую информацию, развлекающее, обеспечивающее отдых, психологическую разрядку.

Традиционной культуре, которой  свойственна самобытность, противопоказана  глобализация, которая имеет сегодня  необратимый характер, поскольку  она стирает культурные границы  между государствами, заставляя  всех подражать выдуманным идеалам  сильных мира сего.

В результате, в погоне за идеалами, государства и народы теряют и свою самобытность, и национально-культурную преемственность поколений.

Список литературы.

1. Гуревич П.Г. Философия культуры. - М., 2004. 372с.
2. Захаров А. В. Традиционная культура в современном обществе // Социологические исследования. 2004. № 7. – 185 с.
3. Козлова Н.Н. Безвкусица масс и вкус интеллектуалов. // Общественные науки и современность. 2004. № 3
4. Мукерджи Ч., Шадсон М. Новый взгляд на популярнуюкультуру // Массовая культура и массовое искусство. «За и против». — М.: Изд-во «Гуманитарий», 2003
5. Народная культура в современных условиях. – 2007.415с
6. Омельченко В. М. Традиционная культура в современном мире. – М.: Просвещение, 2006. – 276 с.