Литературные салоны и кружки первой половины 19 в. глазами их участников

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

федеральное государственное автономное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Северный (Арктический) федеральный университет»

Институт социально-гуманитарных и политических наук

Кафедра отечественной истории

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

ПО ИСТОРИИ РОССИИ 1800 – 1917 гг. НА ТЕМУ:

Литературные салоны и кружки первой половины 19 в.

глазами их участников

                                                                         Выполнил:

                                                                                 студент 3 курса

                                                                                        заочного отделения

                                                                                     Сухановская Т.И.

                                                                                 Преподаватель:

                                                                                             канд. ист. наук, доцент

                                                                                   Тетеревлева Т.П.

Архангельск

2011

План

Введение _____________________________________________________3

1.Литературные салоны и кружки первой половины 19 века

1.1. Салоны ___________________________________________________4

1.2. Литературные кружки ______________________________________ 8

2. Арзамасское общество безвестных людей _______________________12

Заключение __________________________________________________ 16

Список источников и литературы ________________________________17

Введение

Литературные кружки, общества, салоны играли большую роль в общественной и культурной жизни России в течение многих десятилетий. Первые кружки возникли еще в середине 18 в. К этому времени относится и возникновение первых литературных салонов, прежде всего салона И.И.Шувалова.

В начале 19 в. роль литературных кружков и салонов становится все более значительной. Начало 19 в. — время острых и бурных споров о путях развития русской литературы и русского языка. В это время сталкиваются защитники старинного "архаического" языка: А.С.Шишков, А.А.Шаховской, и сторонники обновления языка, которое связывалось прежде всего с именем Н.М.Карамзина. Бурно развиваются различные литературные направления. В русской словесности начала 19 в. соседствуют классицизм, сентиментализм и зарождающийся романтизм. Усиливается интерес просвещенной молодежи к политическим вопросам, возникает осознание необходимости политических и социально-экономических реформ, прежде всего отмены крепостного права. Все эти проблемы, как эстетические, так и политические, отразились на деятельности кружков начала 19 столетия.

Цель данной работы – рассмотреть наиболее выдающиеся литературные салоны и кружки первой половины 19 века, а также определить какое место среди них занимало литературное общество Арзамас.

1.      Литературные салоны и кружки первой половины 19 века

1.1. Салоны

Характер салонов первой половины 19 века изменялся в соответствии с развитием культурной и общественной жизни страны. С течением времени в салонах начинают принимать участие, не только великосветская знать и просвещенное дворянство, но и представители разночинной интеллигенции.

Примером типично великосветского салона может служить салон Елизаветы Михайловны Хитрово, урожденной Кутузовой. В доме на Английской набережной Хитрово провела то десятилетие, которое связало ее имя с именами интереснейших людей того времени. Можно говорить о сосуществовании тогда в доме на Английской набережной двух салонов: матери, Елизаветы Михайловны Хитрово, и дочери - блистательной Дарьи Федоровны Фикельмон. Мать и дочь собирали у себя цвет петербургского общества, писателей, поэтов, ученых. 

Также одним из наиболее известных великосветских салонов был салон Зинаиды Александровны Волконской, замечательной женщины своего времени. Культ высокого и чистого искусства определял характер ее вечеров. В ее салоне собиралось «самое блестящее общество первопрестольной столицы». Бывали у нее литераторы и поэты — Вяземский, Пушкин, Баратынский, Дельвиг, Мицкевич, Одоевский. Салон княгини Волконской существовал в Москве с 1824 по 1829 год. В ее доме останавливалась М. Н. Волконская, следуя в сибирскую ссылку за своим мужем — декабристом князем С. Г. Волконским. В 40-х годы 3. А. Волконская уехала в Италию, где прожила до своей кончины.

В Петербурге в эти же годы одним из наиболее интересных салонов был салон А. Н. Оленина. Алексей Николаевич Оленин сыграл значительную роль в истории русской культуры первой половины 19 века, как человек разносторонне одаренный и широкообразованный. В его гостиной собирались люди самых различных художественных направлений, писатели, художники, музыканты, ученые. Среди них Гнедич, Озеров, Крылов, Батюшков, Грибоедов, Жуковский, Катенин, Пушкин, Карамзин, Брюллов и Кипренский. Вместе с тем оленинский салон, наряду с художниками и поэтами, посещали и представители передовой дворянской интеллигенции.  «Предметы литературы и искусства оживляли разговор… Сюда обыкновенно привозились все литературные новости, вновь появившиеся стихи, известия о театрах, о книгах, о картинах, - словом, все, что могло питать любопытство людей, более или менее движимых любовью к просвещенью»[1] - писал С.С.Уваров часто бывавший в доме Оленина.

Более специфически литературный и серьезный характер носили собрания у Жуковского, происходившие с перерывом с 1808 до середины 30-х годов. Первоначально кружок людей собирался у Жуковского по пятницам в течение 1808 и в начале 1809 года. Среди посетителей были и литераторы Батюшков, Гнедич, Вяземский, и такие видные сановники, как Сперанский и Оленин, и люди, интересовавшиеся литературными занятиями и в какой-то мере причастные к ним: Уваров, Дашков, Блудов, С. Румянцев (брат Н. П. Румянцева). Часто бывал и Крылов. После перерыва салон Жуковского был возобновлен в середине 30-х годов по субботам.

Салон Софьи Дмитриевны Пономаревой, получил широкую известность главным образом среди молодых литераторов. Широко образованная, способная женщина, она с 1815 года стала собирать у себя друзей, причастных к литературе. В гостиной С. Д. Пономаревой можно было встретиться почти со всеми петербургскими литераторами. По отзыву современников, это был наиболее демократичный из дамских салонов того времени, как по непринужденной атмосфере собраний, так и по составу посетителей. В 1824 году из-за скоропостижной смерти молодой хозяйки салон прекратил свое существование.

В 30-е годы салоны начинают носить более сдержанный, серьезный характер. Сказались изменения в общественной обстановке. После 1825 года — осторожнее, а подчас и опасливее становятся разговоры, сужается круг общения, реже устраиваются в салонах различные развлечения — театрализованные представления, шарады и т. п.

Наиболее интересным в этот период был салон Е. А. Карамзиной, вдовы историка. Друзья — литераторы и начинающие молодые писатели — постоянно собирались в доме Карамзиных еще при жизни хозяина. После его смерти Екатерина Андреевна продолжила эту традицию. Постоянными посетителями были: Жуковский, Пушкин, Хомяков, А. И. Тургенев. Атмосфера интеллектуальных интересов и доброжелательности объединяла очень разных посетителей. Гостиная Карамзиной была единственной в Петербурге, где не играли в карты и говорили по-русски.

Подлинным культурным центром Петербурга стал салон В. Ф. Одоевского. Князь Владимир Федорович Одоевский, представитель одной из древнейших дворянских фамилий, был человеком универсальных интересов и способностей — беллетрист, критик, журналист, ученый-естествоиспытатель, музыкант, педагог, библиотекарь. Частыми гостями салона были Жуковский, Вяземский, Шаховской, Крылов, Пушкин, Гоголь, затем — Лермонтов, Тургенев, Достоевский, Тютчев; ученые — барон Шиллинг, археолог Сахаров, музыканты — Виельгорский, Глинка. Также постоянными гостями Одоевского были писатели Кольцов, Белинский, а позже Достоевский. Современники замечали, что в салоне Одоевского существовало как бы два отделения: одно — светское, в гостиной около княгини, другое — демократическое, в кабинете у князя.

К концу 40-х годов демократические писатели перестают появляться в салоне Одоевского, их сменяют сановные посетители. В начале 50-х годов «субботы» Одоевского прекратили свое существование.

В конце 30-40-х годов наряду со светскими салонами стали появляться и разночинные собрания. Такими были, например, «среды» Н. В. Кукольника. В конце 30-х годов Н. В. Кукольник вместе с братом занимал квартиру в Фонарном переулке. Там и возникли его приемы по средам, которые посещали не только любители искусства и поклонники литературы, но и различного рода штатские и военные.

В начале 40-х годов в Петербурге демократический литературный салон стал собираться на квартире И. И. Панаева в доме Лопатина на Невском у Аничкова моста. В отличие от разношерстных собраний Кукольника это был чисто литературный кружок, который посещали, кроме хозяина, Белинский, живший в том же доме, князь Одоевский; известный историк Петербурга Башуцкий; В. П. Боткин; переводчик Шекспира Кетчер; И. С. Тургенев, Тютчев и Н. М. Языков. С 1845 года кружок стали посещать Некрасов, Достоевский и Григорович. На собраниях обсуждались новые произведения, шли горячие споры о будущем русской литературы, об историческом значении Москвы и Петербурга. Нередко, собравшись, друзья шли в театр, театральные интересы также были сильны в кружке.

В первой половине XIX века салоны существовали не только в Петербурге и Москве, но и в ряде провинциальных, преимущественно губернских городов. Провинциальные салоны и кружки являлись центрами просвещения нередко для целых уездов, способствуя культурному развитию местных помещиков и чиновников.

Однако, несмотря на значительную роль в культурной жизни России, дворянские салоны безусловно носили сословно-замкнутый характер. К концу 50-х годов XIX века время дворянских салонов пришло к концу. Наступил период, ознаменованный появлением в общественной и культурной жизни страны новой силы — разночинной интеллигенции, создавшей уже иные формы профессиональных и дружеских объединений.

1.2. Литературные кружки

Одним из первых литературных кружков начала 19 века стало Дружеское литературное общество, основанное в Москве группой друзей, выпускников Московского Университетского пансиона, молодыми литераторами братьями Андреем и Александром Тургеневыми, В.А.Жуковским и др. Еще в 1797 Андрей Тургенев создал и возглавил в пансионе литературный кружок, в 1801 году ставший литературным обществом. Члены Дружеского Литературного общества ставили своей задачей усиление национального начала в литературе и, хотя в какой-то мере и поддерживали карамзинистское новаторство в области языка, считали неправильным следование иностранным образцам, чем, по их мнению, грешил Карамзин. Впоследствии позиции членов Дружеского Литературного Общества и карамзинистов сблизились.

С 1801 в Петербурге действует литературное объединение «Дружеское общество любителей изящного», позже переименованное в Вольное общество любителей словесности, наук и художеств. Основателем его был писатель и педагог И.М.Борн. В общество входили литераторы, скульпторы, художники, священники, археологи, историки. Литературные пристрастия членов общества были крайне разнообразны. Сначала они находились под влиянием идей А.Н.Радищева и тяготели к классицистской литературе. Позже взгляды участников Вольного общества сильно менялись, что не помешало ему просуществовать, хотя и с большими перерывами, до 1825.

В начале 19 в. существовали и другие кружки , оказавшие влияние на развитие литературы того времени. Наиболее существенными объединениями первой четверти столетия были «Беседа любителей русского слова» (1811–1816) и «Арзамас» (1815–1818), общества, представлявшие противоположные течения в русской литературе и постоянно находившиеся в состоянии острого соперничества. Создателем и душой «Беседы» был филолог и литератор А.С.Шишков, лидер того литературного направления, которые было определено Ю.Н.Тыняновым, как «архаисты». Еще в 1803 Шишков в своем «Рассуждении о старом и новом слоге российского языка» критиковал карамзинскую реформу языка и предлагал свою, предполагавшую сохранение более резкой грани между книжным и разговорным языком, отказ от использования иностранных слов и введение в литературный язык большого количества архаической и народной лексики. Взгляды Шишкова разделяли и другие члены «Беседы», литераторы старшего поколения – поэты Г.Р.Державин, И.А.Крылов, драматург А.А.Шаховской, переводчик Илиады Н.И.Гнедич, а позже их молодые последователи, к которым принадлежали А.С.Грибоедов и В.К.Кюхельбекер.

Сторонники Карамзина, вводившего в литературу легкий, разговорный язык и не боявшегося русифицировать многие иностранные слова, объединились в знаменитом литературном обществе «Арзамас», речь о котором более подробно пойдет в следующей главе.

Многих членов литературных кружков первой четверти 19 в. сближали не только дружеские отношения и литературные взгляды, но и общественно-политические воззрения. Особенно ярко это проявилось в литературных объединениях конца 10-х – начала 20-х, наиболее значительные из которых оказались связанными с декабристским движением. Так, петербургский кружок «Зеленая лампа» (1819–1820) был основан членом Союза Благоденствия С.П.Трубецким, близким к декабристскому обществу Я.Н.Толстым и большим знатоком и любителем театра и литературы Н.В.Всеволожским. Членами «Зеленой лампы» были многие литераторы того времени, в том числе А.С.Пушкин и А.А.Дельвиг. Обсуждения литературных произведений и театральных премьер на заседаниях «Зеленой лампы» перемежались с чтением публицистических статей и политическими дискуссиями.

Многие декабристы (Ф.Н.Глинка, К.Ф.Рылеев, А.А.Бестужев, В.К.Кюхельбекер) входили в Вольное общество любителей российской словесности, основанное в 1811 при Московском университете.

К середине 1820-х общественная ситуация в России сильно изменилась. Александр I отказался от идей реформ, которые он лелеял в течение двух десятилетий. Внутренняя политика государства стала намного более жесткой. Начались гонения на либеральных профессоров и журналистов, ужесточилась ситуация в университетах. В результате положение литературных обществ, преследовавших какие-либо общественно-политические цели, оказалось сложным. Наиболее крупным литературным объединением середины 20-х стало «Общество любомудрия», основанное в 1823 выпускниками Московского университета для изучения литературы и философии. У истоков кружка стояли писатель и музыковед В.Ф.Одоевский, поэт и философ Д.В.Веневитинов, будущий славянофил, в то время молодой выпускник Московского университета И.В.Киреевский, молодые ученые, которым в будущем было суждено стать университетскими профессорами – С.П.Шевырев и М.П.Погодин. Собрания любомудров происходили в доме Веневитинова. Члены общества серьезно штудировали западную философию, изучали труды Спинозы, Канта, Фихте, но особое влияние на них оказал немецкий философ Ф.Шеллинг, чьи идеи произвели огромное впечатление на поколение 20-х – 30-х годов, в частности на складывавшую идеологию славянофилов. После восстания декабристов В.Ф.Одоевский предложил распустить общество, опасаясь преследований, так как многие любомудры были близки к декабристам.

В 30-е года 19 в. существовало много интересных литературных кружков, создававшихся в основном студентами или выпускниками Московского университета, находившегося вдалеке от более официального, чиновничьего Петербурга.

Среди литературных кружков 30-х заметное место занимал кружок Станкевича. Это было литературно-философское объединение, сложившееся в 1831 вокруг личности Николая Владимировича Станкевича, студента, а затем выпускника Московского университета. В его кружок входили и люди, которым позже было суждено пойти совершенно разными путям. Здесь встречались будущие славянофилы К.С.Аксаков и Ю.Ф.Самарин, будущие западники В.П.Боткин и Т.Н.Грановский, В.Г.Белинский и М.А.Бакунин. Здесь друзья изучали философию, историю, литературу. Роль кружка Станкевича в распространении в России идей Шеллинга и Гегеля была огромна. В 1839 тяжело больной Станкевич уехал лечиться за границу, откуда уже не вернулся, и кружок распался.

Другим известным объединением 1830-х был кружок Герцена и Огарева, куда, кроме них, входили их друзья по Московскому университету. В отличие от кружка Станкевича, Герцен, Огарев и их окружение куда больше интересовались политическими вопросами. Немецкая классическая философия казалась им слишком отвлеченной и туманной, их больше вдохновляли идеалы Великой Французской революции и социалистические учения философов-утопистов, прежде всего Сен-Симона. Не удивительно, что Герцен и Огарев привлекли большее внимание властей. В 1834 по вздорному обвинению кружок был разогнан, его лидеры арестованы и отправлены в ссылку.

Кружком, возникшим в начале 30-х в Московском университете, стало и «Общество 11 нумера», сплотившееся вокруг молодого В.Г.Белинского и получившее свое название по номеру комнаты, которую будущий критик занимал в университетском пансионе. Члены кружка не ограничивались обсуждением литературных новинок и театральных премьер, они штудировали философские труды, обсуждали европейские политические события. На собраниях общества часто читались произведения его членов. Белинский познакомил здесь друзей со своей драмой «Дмитрий Калинин». Это вызвало большое недовольство властей, приведшее к его исключению из университета.

Невозможность свободно выражать свои мысли даже в дружеском кругу сковывала деятельность литературных кружков и обществ, поэтому большая часть подобных объединений 1830 –1840-х оказалась недолговечной.

2.      Арзамасское общество безвестных людей

В истории русской литературы и общественной мысли пушкинской поры Арзамас занимает особое место. Этот литературный кружок, в составе которого находились такие виднейшие писатели, как К. Н. Батюшков, В. А. Жуковский, А. С. Пушкин, получил в историографии и критике самую различную оценку. Одни полагали, что Арзамас сыграл очень важную роль не только в современном ему литературном движении, но и в развитии русской общественности. Другие авторы, наоборот, отказывали Арзамасу в каком бы то ни было серьезном значении. Каждая из этих точек зрения была основана на мемуарных данных.

Но мемуаристы – члены Арзамаса – сами же и давали материал для самых противоречивых оценок.

Для истории «Арзамаса» Вигель Филипп Филиппович — лицо первостепенное; в его «Записках», ценнейших среди мемуарных полотен первой половины 19 века, много страниц отведено литературной жизни пушкинской эпохи; в них запечатлены арзамасцы и их противники, живописуются собрания «Арзамаса» и «Беседы».

На заседаниях общества он не первенствовал, а скромно держался в тени. Литература никогда не была для него кровным делом, особой вражды к беседчикам он не испытывал и даже считал, что «Беседа» во многом принесла пользу. Близость Вигеля к арзамасскому содружеству диктовалась в первую очередь деловыми соображениями, желанием поддерживать приятельские отношения с людьми, которые могли быть ему полезны.

Вигель писал в своих воспоминаниях: «С какой целью составилось это общество, теперь бы этого не поняли. Оно составилось невзначай, с тем, чтобы проводить время приятным образом и про себя смеяться глупостям человеческим»[2].

В тоже время С.С. Уваров утверждал, что в Арзамасе «занимались строгим разбором литературных произведений, применением к языку и словесности отечественной всех источников древней и иностранных литератур, изысканием начал, служащих основанием твердой самостоятельной теории языка, и пр. В то же время под влиянием Арзамаса писались стихи Жуковского, Батюшкова, Пушкина»[3].

Само общество возникает, как ответ на появление комедии одного из членов «Беседы» А.А.Шаховского «Липецкие воды или Урок кокеткам», где под видом поэта Фиалкина был высмеян В.А.Жуковский.

Свое название «Арзамас» получил от шутливого произведения Д.Н.Блудова «Видение в арзамасском трактире, изданное обществом учёных людей». Среди арзамасцев были и давние сторонники Карамзина, и его былые противники, бывшие члены Дружеского литературного общества. «Арзамас» имел свой разработанный ритуал. Каждый из его членов получил шутливое прозвище, которое бралось из баллад Жуковского. На встречах членов общества обязательно съедали жареного гуся, так как считалось, что город Арзамас славится этими птицами. Во время заседаний читались иронические, а подчас и серьезные сочинения, направленные против членов «Беседы», обязательно велись шутливые протоколы.

 Основную группу членов составили сторонники Карамзина, активно выступавшие в литературной полемике против А. С. Шишкова и Беседы любителей русского слова, — В. Пушкин, Дашков, Вяземский, Батюшков, Жуковский; к ним примкнуло несколько любителей, интересовавшихся литературой Д. Н. Блудов, А. И. Тургенев, С. С. Уваров, Ф. Ф. Вигель, А. А. Плещеев и др.; наконец, встречались лица, совершенно чуждые литературе (Полетика). Соединение в одну группу таких различных по своим идейным воззрениям людей, как заведомые консерваторы Северин, Кавелин, Блудов, Уваров, с одной стороны, и левый «либералист» Вяземский — с другой, не могло принести положительных результатов. Последующий приход в Арзамас будущих декабристов М. Ф. Орлова, Н. И. Тургенева, Н. М. Муравьева, предъявлявших к деятельности арзамасцев требования идейной принципиальности, окончательно показал, насколько непрочным было данное объединение.

Протоколы Арзамаса, великолепно отражающие пародийно-шутливый тон заседаний, запечатлевшие царившее на них неподдельное веселье и передающие всякого рода глумления над Шишковым и «беседчиками», дают, однако, немного материала для выяснения положительной программы этого кружка. Основные литературно-полемические произведения арзамасцев, имеющие программный характер, написаны именно до 1816 г., в разгар полемики с Шишковым и Беседой.

Собрания арзамасцев проходили в Москве, заседания пародировали заседания «Беседы», начинались выбором председателя, который надевал красный (якобинский) колпак и обращался к собравшимся: «Граждане…». Похвальное слово председателя обычно вышучивало кого-либо из архаистов. Каждый новый член “Арзамаса” проходил через обряд посвящения и произносил «похвальную речь» своему «покойному» предшественнику из числа здравствующих членов Беседы. Вот что пишет об одном из обрядов Вяземский: «Когда образовалось Арзамасское общество, пригласили и В.Л.Пушкина принять в нем участие. Притом его уверили, что это общество – род литературного масонства и что при вступлении в ложу нужно подвергнуться некоторым испытаниям, довольно-таки тяжелым. Пушкин, который уже давно был настоящим масоном, легко и охотно согласился… Тут воображение Жуковского разыгралось… Он придумал и устроил разные мытарства, через которые новобранец должен был пройти. Тут пошли в дело и в символ и Липецкие Воды Шаховского и Расхищенные Шубы его и еще бог весть что…»[4]

Н. Тургенев, вернувшийся в Петербург из-за границы в октябре 1816 г., естественно заинтересовался Арзамасом, членом которого состоял его брат и в составе которого находились видные писатели. Начиная с первого же дня прихода в Арзамас (11 ноября 1816 г.), он начинает подготовлять почву для выяснения возможности использовать Арзамас в пропагандистских целях. Он вступает в политический разговор с Блудовым, Карамзиным и др. В дневнике под 11 ноября Тургенев отмечает: «Вчера был я при заседании Арзамаса. Ни слова о добрых намерениях сего общества. После заседания говорил с Карамзиным, Блудовым и другими о положении России и всем том, о чем я говорю всего охотнее. Они говорят, что любят то же, что и я люблю. Но я этой любви не верю. Что любишь, того и желать надобно. Они же желают цели, но не желают средств. Все отлагают – на время…»[5] 

4 февраля 1817 г. Тургенев выступил в Арзамасе с речью, в которой пытался подражать традиционному шуточному стилю кружка и, в то же время, провести в ней ряд политических идей. Еще большим событием явилась речь М. Ф. Орлова, выступившего в Арзамасе 22 апреля. Следствием этой речи Орлова явилось решение об осуществлении и ранее высказывавшегося в Арзамасе предложения издавать журнал. Вскоре руководство кружком переходит к Орлову и Тургеневу. Внимание членов кружка все более и более останавливается на вопросах политических. В 1818 г. Арзамас распался. Внешней причиной этого распада явился отъезд из Петербурга Дашкова, Блудова, Полетики, Вяземского, Вигеля и других. Внутренняя же причина была значительно более серьезной. Арзамас, не представлявший собой, с точки зрения политической, прочного объединения, мог существовать как камерный кружок с узкими задачами, но не как общество со сложными литературно-общественными задачами.

Заключение

Литературный быт изменяется постоянно. Эти изменения захватывают не только типы и виды отдельных явлений, но и касаются и больших областей. Передающих друг другу свою литературно-бытовую функцию. Функцией кружков и салонов в русской литературе являлась, с одной стороны, связь между читателем и писателем. А с другой – связь между членами одной литературной партии.

Кружки и салоны имеют крупное эволюционное значения в известные литературные периоды. Они сыграли большую роль в творчестве некоторых русских писателей. На место литературного кружка и салона во второй половине 19 века становится журнал.

Арзамас просуществовавший лишь 3 года оставил неизгладимые следы в истории русской литературы. Его возникновение и характер деятельности обусловливались положением литературных партий того времени.

Сама история решила исход литературной битвы “Беседы” и “Арзамаса”, шишковцев и карамзинистов и, шире, архаистов и новаторов. Но эта битва внесла в русскую литературу сложный синтез новаторства и архаизма.

Список литературы

1.      Арзамас. В 2-х томах. М., 1994.

2.      М.Аронсон, С.Рейсер. Литературные кружки и салоны. Л., 1929.

3.      Гиллельсон М. И. Молодой Пушкин и арзамасское братство. Л., 1974.

4.      История русской литературы.Т.5.Ч.1.М., Л.,1941

5.      Арзамас и арзамасские протоколы. Ввод.ст. М.С.Боровковой-Майковой. Предисл. Д.Благого, Л.,1933

6.      Из истории русской культуры. Т.5(19 век).М., 1996

15

[1] Цит. по: М.Аронсон, С.Рейсер. Литературные кружки и салоны. Л. 1929. С.146

[2] Цит.по: История русской литературы.Т.5.Ч.1.М., Л.,1941. с.327

[3] Цит.по: История русской литературы.Т.5.Ч.1.М., Л.,1941. с.328

[4] П.А.Вяземский. Старая Записная книжка.Соч. Т.8, с.413. Цит. по: М.Аронсон, С.Рейсер. Литературные кружки и салоны. Л. 1929.С.99

[5] Н.И.Тургенев.Дневник.Запись 12 ноября 1816г. Арх.бр.Тургеневых.Т.3.С.7. Цит.по: М.Аронсон, С.Рейсер. Литературные кружки и салоны. Л. 1929.С.102