Логика Аристотеля: учения о категориях и силлогизме; основные законы человеческого мышления.
МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Федеральное государственное
бюджетное образовательное
высшего профессионального образования
«Алтайский государственный аграрный университет»
Кафедра: Философии
Контрольная работа
по философии
Тема: Логика Аристотеля: учения о категориях и силлогизме;
основные законы человеческого мышления.
Барнаул 2013 г.
Содержание:
ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………………
ВВЕДЕНИЕ.
Наше мышление подчиняется логическим законам и протекает в логических формах независимо от науки логики. Многие люди мыслят логично, не зная, что их мышление подчиняется логическим закономерностям. Но следует ли из этого, что изучение логики излишне? Знание законов и форм мышления, их сознательное использование в процессе познания повышает культуру мышления, вырабатывает навык мыслить более “грамотно”, развивает критическое отношение к своим и чужим мыслям.
Современная логика включает две относительно самостоятельные науки: формальную логику и диалектическую логику. Исследуя мышление с разных сторон, диалектическая логика и формальная логика развиваются в тесном взаимодействии, которое четко проявляется в практике научно-теоретического мышления, использующего в процессе познания как формально-логический аппарат, так и средства разработанные диалектической логикой.
Логическая проблематика и тем более логика как наука не могли возникнуть раньше, чем само мышление стало предметом познания, а оно могло стать предметом мысли и познания только в сопоставлении с тем, что противостоит ему как мыслимое, т.е. в сопоставлении с бытием. Однако постановка вопроса о соотношении мышления и бытия, свидетельствуя о наличии философской проблематики, еще не означает зарождения логической проблематики в собственном смысле слова и тем более - науки логики. Логическая проблематика возникает тогда, когда ставится вопрос о том, каким условиям должно удовлетворять мышление, чтобы осуществлялись познание и цель его - истина, или, иначе говоря, когда ставится вопрос о правильном мышлении.
Говоря о зарождении логической проблематики в древней Греции, вряд ли можно указать более раннюю дату, чем время появления учений: О логике в смысле науки можно говорить лишь со времен Аристотеля (IV в. до н.э.). Логику, основанную Аристотелем, принято называть формальной. Это название закрепилось за ней потому, что она возникла и развилась как наука о формах мышления. Однако, следует отметить, что в своих сочинениях Аристотель вышел за рамки чисто формальной логики, что особенно заметно при чтении трактата “Топика”. Помимо трактата “Топика” важным вопросам логики посвящены следующие его труды: “Первая аналитика”, “Вторая аналитика”, “О софистических опровержениях”, а также отдельные места трактата “Метафизика”.
ЛОГИЧЕСКАЯ СИСТЕМЕ АРИСТОТЕЛЯ
Учение о понятии и предложении
.
Логика Аристотеля есть главным образом логика терминов, поэтому определение природы понятия и отношений между понятиями были предметом его внимания. Особенно важным для Аристотеля было выяснение свойств общего. В учении Аристотеля общее определяется как то, что относится ко многим предметам в силу их природы. То, что во многом относится к существенному, дает понятие о роде. То, что состоит в связи с родом и может быть выведено из рода, есть свойство. Если свойство по природе отличает целую группу предметов рода от другой группы, то такое свойство дает понятие о виде. А если к свойствам вида и рода присоединяется свойство единичного предмета, выделяющего его и отличающее его от всякого другого, то такое свойство дает понятие о том, что собственно принадлежит предмету, о его собственном признаке.
Никакое понятие не может быть, согласно Аристотелю, полностью адекватно своему предмету. Во всяком отдельном предмете, кроме характеризующего его свойства, есть некии неопределенный субстрат, который показывает свойство, отличающее этот предмет от других. Субстрат этот сам по себе уже неопределим, не может быть выражен в понятии. Именно поэтому единичный предмет не может быть исчерпан посредством понятия и адекватно отображен в нем.
Одними и теми же свойствами могут обладать несколько субстратов. Поэтому, каким бы конкретным ни было понятие, под него, возможно, подвести, по крайней мере, в мысли, несколько предметов.
Понятие, отдельно взятое, не образует предложения. Но и простое соединение понятий также еще не есть речь. Для того чтобы возникла речь, необходимо возникновение высказывания. Это происходит, когда соединение понятий содержит утверждение одного о другом или, напротив, отрицание. Там, где это произошло, имеется на лицо предложение.
Аристотель классифицирует предложения, разделяя их на четыре группы. Одну из них составляют утвердительные и отрицательные предложения (в первой понятия соединяются, а во второй отделяются друг от друга). Вторую группу составляют истинные и ложные предложения. Для логики Аристотеля различение истинных и ложных предложений фундаментально. Истинными предложениями он называет те, в которых утверждается соединение понятий таково, каково соединение их предметов в действительности. Ложными называются те предложения, в которых либо соединяется то, что разделено в действительности, либо разъединяется то, что в действительности соединено.
Соединение обоих оснований классификации предложений дает четвероякое их разделение на:
1. утвердительные истинные;
2. отрицательные истинные;
3. утвердительные ложные;
4. отрицательные ложные.
Третье основание для классификации предложений определяется характером их общности. То, что высказывается в предложении, может относиться к одному предмету или их множеству. Предложение, в котором высказывание относится к одному предмету - единичное. Предложение, в котором высказывание относится ко всем предметам известного вида - общее. Предложение с высказыванием не обо всех, а о нескольких предметах вида - частное. Кроме того, Аристотель выделяет предложения, называемые неопределенными. Это предложения, в которых не ясно указывается, к какой именно части класса относится высказывание.
Четвертое основание для классификации предложений - способность их быть высказываниями о возможности, действительности и необходимости. При различении этих трех видов предложений имеется в виду не отношение мыслимого к нашей мысли, а способность предложения отображать реальное состояние, т.е. нечто, относящееся к самой сущности предметов. В этом смысле, например, возможным считается не то, что признается таковым, а то, что возможно само по себе.
Согласно Аристотелю, можно выделить три вида возможного. Это, во-первых, возможное в обычном смысле, т.е. то что, будучи одним, может перейти в другое. Во-вторых, существует возможное, которое на деле всегда существует только в качестве действительного. Так как оно действительно, то тем самым оно и возможно, но оно никогда не встречается как возможное, а лишь как действительное. В-третьих, существует возможное, которое вечно остается только возможным и никогда не переходит в действительность.
Теория силлогизма.
Главная и наиболее оригинальная часть логики Аристотеля - его теория силлогизма. В трактате “Первая аналитика”, где излагается аристотелевская теория силлогизма, сказано, что “силлогизма есть речь, в которой, если нечто предложено, то с необходимостью вытекает нечто отличное от положенного в силу того, что положенное есть”/1/. Силлогизм состоит из трех суждений, два из них посылки, а третье - заключение.
Исследуя строение силлогизмов, он все термины в них представляет буквами, т.е. вводит в логику переменные. Аристотель, говоря словами Я. Лукасевича, “представил свою теорию в буквенной форме stoiceia, для того, чтобы показать, что получаемое заключение получается не как следствие содержания посылок, а как следствие их формы и сочетания; буквы являются знаками общности и показывают, что такое заключение будет следовать всегда, какой бы термин мы не избрали”/7/.
Из этого взгляда на переменные вытекает весь характер логики Аристотеля. Логика - это не есть конкретное учение о конкретных вещах или терминах. Логика - это наука о законах силлогизмов, выраженных в переменных.
Силлогизм Аристотеля вовсе не является выводом типа: “Всякое В есть А; всякое С есть В ; следовательно, всякое С есть А.” Только в дальнейшем он был истолкован как вывод, а у самого Аристотеля силлогизм - импликация (логическая операция, образующая сложное высказывание посредством логической связки) типа:
Если А присуще всякому В
и В присуще всякому С,
то А присуще всякому С.
Важное значение имеет то, что силлогизм-импликация Аристотеля отличается от вывода традиционной логики. Как импликация силлогизм Аристотеля есть предложение и потому должно быть либо истинным, либо ложным. А традиционный силлогизм как вывод может быть правильным или неправильным, но не может быть истинным или ложным, так как он не предложение, а ряд предложений, не спаянных в форму единства.
Форма силлогизм характеризуется числом переменных, их расположением и логическими константами. Две из них “и” и “если” не представляют специфических характеристик аристотелевской логики и входят как часть в более широкую и более основную логическую систему. Кроме них имеется еще четыре постоянных, характерных для логической системы Аристотеля. Это отношения между общими терминами: 1. “быть присущим всякому”, 2. ”не быть присущим ни одному”, 3. ” быть присущим некоторому”, 4. ”не быть присущим никому”.
Аристотелевская логика предполагает свое применение только к общим терминам, например, “животное” или “млекопитающее”. Но и эти термины характеризуют не саму его логическую систему, а лишь сферу ее применения.
Анализируя формы силлогизма, Аристотель выделил три основных вида (три “фигуры”), в которые могут быть сведены все отдельные его “модусы” (свойство предмета, присущее ему лишь в некоторых состояниях). Принципом, на основе которого Аристотель разделил модусы силлогизма на фигуры, оказалось положение среднего термина в качестве субъекта или предиката посылок. ”Мы узнаем фигуру по положению среднего термина”/1/.
Цель силлогизма - обосновать отношение А к В. Для этого необходимо найти нечто общее как для А, так и для В. Найти его возможно тремя способами:
1. утверждение А относительно С, а С относительно В;.
2. утверждение С относительно их обоих;.
3. утверждение А и В относительно С.
“Отсюда очевидно, что всякий силлогизм строится по какой-нибудь из этих фигур”/1/. В этой схеме А - предикат силлогистического заключения, В - его субъект, С - его средний термин. В первой фигуре средний термин - субъект по отношению к А (к “большому термину”) и предикат по отношению к В (к “меньшему термину”). Во второй фигуре средний термин - предикат, а в третьей - субъект по отношению к большему и меньшему терминам.
Аристотель разделил все силлогизмы на “совершенные” и “несовершенные”. “Совершенные” - это, по сути, аксиомы силлогистики: не требующие доказательства и недоказуемые самоочевидные утверждения. “Несовершенные” силлогизмы лишены очевидности и доказываются. Недоказуемые непосредственные положения составляют фонд основных истин.
Теория определения.
В теории определения, разработанной Аристотелем, раскрывается двоякая точка зрения на определение и определяемое.
Согласно первой точке зрения на определение, задача определения в том, чтобы указать такие свойства определяемой сущности, которые, не составляя самой этой сущности как таковой, все же следовали бы из нее.
В случае определения
таких индивидуальных сущностей
эти сущности, правда, воспринимаются
чувствами, но оказываются неделимыми
и в возможности и в
Согласно второй точке зрения Аристотеля на определение неделимые простые сущности имеют бытие не только как сущности в себе, но и как сущности для нас. Простые сами по себе, они делимы, так как составляют предмет мысли нашего ума. Какой бы простой не была мыслимая сущность, мы можем мыслить ее только при условии, если мыслим отношение ее к какой-то другой сущности.
Совмещение обеих указанных точек зрения на определяемые сущности указывает на черты определения как элемента и условия достоверного знания.
По Аристотелю, “материя” определяемого не должна быть отделяема от “формы” и, наоборот, “форма” - от “материи”.
Так, согласно Аристотелю, определением понятия затмения Луны будет: “лишение Луны света вследствие расположения Земли между ней и Солнцем”/2,II/.
Учение о доказательстве.
В проблеме доказательства Аристотель различает знание достоверное и вероятное. Началом доказательства не может быть ни правдоподобное, ни неправдоподобное знание и умозаключение должно быть построено из необходимых посылок.
В теории доказательства утверждается, что исходные начала доказательства - сущности, природа которых не доступна доказательству, но доказательство все же способно получать из сущностей свойства, вытекающие из их природы.
Ценность, в глазах Аристотеля, этого способа получения свойств из сущностей представится еще большей, если учесть, что сущности, познание которых имеет в виду Аристотель, в большенстве не простые, а сложные.
Задача доказательства - привести к усмотрению, что некоторое свойство принадлежит предмету или некий предикат принадлежит субъекту.
Возможные виды силлогизмов не исчерпываются его научной формой. “...[Всякое] доказательство есть некоторого рода силлогизм, но не всякий силлогизм - доказательство”/1,I/. И он выделяет в классе силлогизмов “риторические” и ”диалектические”, вполне корректные по логической связи между посылками и заключениями, но начала их - только вероятные положения, принятые на веру.
Силлогизм, лишенный того, что делает его доказательным, не способен дать знания о необходимой причинной связи. Для такого знания лучше, если причинная связь интерпретированна в понятиях содержания, например, “смертность принадлежит человеку”. Аристотель часто дает именно такую интерпретацию.
И в посылках, и в заключении речь идет о свойствах всеобщего, и каждом случае иной оказывается только степень общности. Аристотель неоднократно и настойчиво разъясняет, что не может быть доказательства о единичном как таковом, о чувственно воспринимаемым как таковом, о переходящем как таковом. Доказательство возможно только о всеобщем и хотя бы постоянном. “Если бы общего не было, то не было бы и ... никакого доказательства”/2,I/.
Во всех доказательствах, выясняющих принадлежность некоторого свойства, некоторой сущности, причина - всеобщая.
Исследование причинного отношения Аристотель считает основной задачей научного знания : “рассмотрение причины, почему есть данная вещь, есть главное в знании”/2,I/. Для Аристотеля “знать, что есть данная вещь и знать причину того, что она есть, -это одно и тоже”/2,II/. Это понятие о причине делает ясной роль среднего термина в умозаключении и доказательстве. Средний термин есть также понятие, общее двум понятиям, отношение которых рассматривается в силлогизме и доказательстве.
Особенно ясно выступает свойство среднего термина быть причиной в достоверных доказательных умозаключениях. Во всех таких умозаключениях их достоверность - не только достоверность какой-то причины, а именно истинной причины.
Очень характерно для Аристотеля, что единичные предметы, термины которых выступают в умозаключении доказательства, рассматриваются сами по себе все же как универсальные. Даже если для непосредственного созерцания фигура единична, то сама по себе она универсальна.
Доказательство у Аристотеля становится методом науки. Однако Аристотель вводит в учение важное ограничение. Связано это с его убеждением в том, что общность может существовать только между подчиненными одно другому понятиями. Каждая отдельная наука имеет свой особый высший род, но переход от одного рода к другому невозможен.
Всякое доказательство опирается на некоторые положения, как на исходные начала. Иногда начала выводятся из некоторых предшествующих им начал посредством нового доказательства. Однако этот процесс не может идти до бесконечности. Согласно выражению Аристотеля, “по направлению вверх” идут и относящиеся к сущности и случайные признаки, “однако и то, и другое не бесконечно.
Аристотель различает три вида недоказуемых начал : 1.аксиомы; 2.предположения; 3.постулаты.
Аксиомы - положения, обусловливающие возможность какого бы то ни было знания либо в науке, либо в группе взаимозависимых наук. Пример аксиомы для всех наук - начало или закон противоречия. Начало - это не гипотеза, а то, что необходимо знать человеку, если он познает хоть что-нибудь. Аксиомы имеют силу для всего существующего, а не специально для одного какого-либо рода.
Предположениями Аристотель называет положения, которые сами по себе доказуемы, но в пределах данного научного рассуждения принимаются без доказательства. Предположение не безусловно и имеет значение лишь для того, для кого оно сформулировано и выдвинуто. Функция предположений в суждении - в обосновании заключений: “[предположения] - это [суждения], при наличии которых получается заключение благодоря тому, что они есть”/2,I/.
Постулатами (“требованиями”) Аристотель называет положения, которые принимаются в пределах данного научного рассуждения, но принимаются или при полном отсутствии у исследователя мнения по поводу исследуемого объекта, или даже при наличии несогласия учащегося, исследователя с постулируемым положением.
Законы мышления.
Из чеырех законов мышления традиционной логики Аристотель установил, по крайней мере, два: закон [запрещения] противоречия и закон исключенного третьего. Законы тождества и достаточного основания у Аристотеля намечены в учении о научном знании как знании доказательном (закон достаточного основания) и в тезисе, согласно которому “невозможно ничего мыслить, если не мыслить [каждый раз] что-нибудь одно” /3,IV/(закон тождества).
В краткой форме закон [запрещения] противоречия звучит как “вместе существовать и не существовать нельзя” /3,IV/, а в полной как утверждение: “невозможно, чтобы одно и тоже вместе было и небыло присуще одному и тому же в одном и том же смысле” /3,IV/. В “Метафизике” сформулирован и логический аспект закона [запрещения] противоречия в словах о том, что “нельзя говорить верно, вместе утверждая и отрицая что-нибудь”. Этот закон прямо обосновать нельзя, однако можно опровергнуть противоположный ему взгляд, показав его нелепость.
Закон [запрещения] противоречия у Аристотеля абсолютен, но он действует только в сфере актуального бытия, а в сфере возможного он не действует. Поэтому и становление, по Аристотелю, существует как реализация одной из возможностей, которая, будучи реализованной, актуализированной, исключает другие возможности, но только в действительности, но не в возможности.
У Аристотеля можно найти и другие принципиальные ограничения сферы действия закона противоречия. Его действие не распространяется на будущее, так как это связано со сферой возможности. Будущее чревато многими возможностями, настоящее же бедно, поскольку актуализируется нечто одно, но оно потенциально богато.
Обостренной формой закона [запрещения] противоречия является закон исключенного третьего, этот закон выражен так: “Не может быть ничего посредине между двумя противоречащими [друг другу] суждениями, но об одном [субъекте] всякий отдельный предикат необходимо либо утверждать, либо отрицать”/3,IV/.
Действие этих законов таково, что закон [запрещения] противоречия не обязательно влечет за собой закон исключенного третьего, но закон исключенного третьего предпологает действие закона [запрещения] противоречия.
Научная база логики Аристотеля.
Во всех сочинениях Аристотеля, посвященных вопросам логики рассматриваются обобщенные и, в известной мере, формализованные виды умозаключения и доказательства.
Но логика Аристотеля
возникла не в безвоздушном пространстве
логических абстракций. Она возникла
как попытка логического
В филосовской /5/ литературе выдвигалось предположение, что научной базой логики Аристотеля были его наблюдения и исследования, посвященные вопросам морфологии и физиологии животных. По-видимому, именно биология, в частности зоология, представляла в глазах Аристотеля пример систиматики, классификации предметов на роды и виды. Различение биологического рода и вида, выступающее в биологической классификации, в логическом плане основывается на операции определения, на которой, в свою очередь, основывается в том же логическом плане доказательство.
И все же имеются серьезные доказательства о том, что основой для Аристотеля оказалась не столько современная ему биология, сколько математика. Известно, что в логических сочинениях Аристотеля почти все иллюстрации, необходимые для обоснования и разъяснения логики, почерпнуты из геометрии.
Согласно Аристотелю,”предметом [изучения] математических наук являются понятия, а не какая-либо [материальная] основа. А в другом месте он добавляет, что наука, “не имеющая дело с материальной основой, точнее и выше науки, имеющей с ней дело, как арифметика по сравнению с гармонией”/2,I/. Правда, основа этой науки и ее понятий - физическая реальность. В связи с этим математические объекты, в известном отношении, Аристотель ставит ниже, чем собственно “формы”, именно потому, что предметы математики - только абстракции и обладают индивидуальностью не в самой действительности, а только в мысли.
Но, признавая
умопостигаемую реальность объектов математики,
благодаря которой
ЗАКЛЮЧЕНИЕ.
Деятельность Аристотеля принадлежит как истории философии, так и истории науки. В кругу наук, разработкой и созданием которых занимался Аристотель, первое место принадлежит логике. Аристотель - автор оригинальной, чрезвычайно тщательно разработанной логической системы, оказавшей огромное влияние на развитие логической науки.
Великая заслуга Аристотеля состоит в том, что он впервые сделал приемы рассуждения предметом научных изысканий, именно приемы рассуждения как целостные образования, а не только те или иные компоненты рассуждения.
Все, что было сделано в логике до Аристотеля - это было всего лишь подходами, попытками уяснить отдельные методы и принципы, без какой-либо их систематизации и объединения в единую стройную систему. В трактате “О софистических опровержениях” Аристотель пишет: “в искустве красноречия имелось многое и давно сказанное. Что же касается учения о умозаключениях, то мы не нашли ничего такого, что было бы сказано до нас, а должны были сами создать его с большой затратой времени и сил.
Аристотель сделал фундаментальное для всей логики открытие, вводя переменные. Тем самым было показано, что логика - это не есть конкретное учение о конкретных вещах или терминах, а логика - наука о законах силлогизмов, выраженных в переменных. Изучая различные суждения, формальная логика отвлекается от их конкретного содержания, выявляя структуру, общую для различных по содержанию предметов.
Список литературы.
- Аристотель. Первая Аналитика //Собрание сочинений, Москва, ”Мысль” - 1978 г., т. 2, с.117-254.
- Аристотель. Вторая Аналитика //Собрание сочинений, Москва, ”Мысль” - 1978 г., т. 2, с.255-346.
- Аристотель. Метафизика //Собрание сочинений, Москва, ”Мысль” - 1978 г., т. 1, с.63-308.
- Аристотель. Топика //Собрание сочинений, Москва, ”Мысль” - 1978 г., т. 2, с.347-532.
- Аристотель. О софистических опровержениях //Собрание сочинений, Москва, ”Мысль” - 1978 г., т. 2, с.533-593.
- В.Ф.Асмус Античная философия // Москва, Высшая школа, 1976 г., 543с.
- ..Лукасевич Аристотелевская силлогвистика с точки зрения современной формальной логики //
