Влияние ислама на конституции развивающихся стран востока

                                                   План.

Введение……………………………………………………………………………...3

1.Внедрение норм шариата в политику стран Востока…………………………...5

2. Проявление ислама  в Конституциях стран Востока…………………………..13

Заключение………………………………………………………………………….23

Список литературы…………………………………………………………………25

                                              Введение.

Многие государства  в настоящее время считаются  светскими (т.е. придерживающимися плюрализма религиозных учений), однако некоторые все также придерживается какой – то конкретной религии, которая соблюдается большинством населения и влияет на формирование внутренних и внешних отношений. Например, в мусульманских странах, ислам составляет часть представлений, восприятий, позиций и систем ценностей людей, принимающих решения, касающиеся международных отношений. Исламские институты (политические, дипломатические, экономические и культурные) также играют определенную роль в этих процессах. И чем сильнее влияние ислама в обществе, тем значимее данная роль.

Тем самым, тема моей работы очень актуальна, ведь в настоящее  время исламские страны меняют свое политическое поведение, и достаточно интересно узнать, какую роль во всем этом играет влияние шариата или «мусульманского права».

Цель моей работы - охарактеризовать степень влияния ислама на конституции развивающихся стран Востока.

Для достижения данной цели, мне необходимо решить следующие  задачи:

1) Рассмотреть характер  развития общественно-политической  мысли стран Востока;

2) Проанализировать характер норм шариата в политике стран Востока.

В ходе раскрытия темы работы были изучены справочные издания, энциклопедический, дипломатический  словари, статьи и доклады различных  авторов.

            1. Внедрение норм шариата в политику стран Востока.

Политизация ислама происходила  неодновременно в разных частях мусульманского мира, будучи обусловленной прежде всего внутренними социально-экономическими и политическими причинами каждой отдельной страны. Первыми (еще в 50-60-е годы) познали этот процесс такие страны, как Египет, Сирия, Ирак, где в эти годы имели место глубокие социально-экономические и политические изменения. Затем (в конце 70-х - начале 80-х гг.) пришла очередь Пакистана, Ирана, Марокко и некоторых других стран. В конце 80-х годов уже не оставалось мусульманских стран, где бы не были отмечены те или иные проявления политического ислама радикального характера¹.

Исламистских движений много: от весьма умеренных, хотя и критикующих  государственную власть, но готовых  идти с нею на компромисс, участвующих во властных структурах (в парламенте, даже в правительстве), до экстремистских, действующих в подполье и использующих методы террора. Ряд исламистских организаций имеет довольно сложную организационную структуру: в одной и той же организации могут быть подразделения, использующие мирные, легальные методы работы, и законспирированные структуры, прибегающие к террору. Например, египетские радикально-террористические группировки Аль-Гамаа Аль-Исламийа и Аль-Гихад являются структурными подразделениями основной организации исламистов Египта - Ассоциации братьев-мусульман. Поэтому исламистские движения могут легко переходить от легальных к нелегальным, от мирных к вооруженным методам борьбы. Исламские радикалы нередко поддерживают тесные контакты с местными криминальными структурами, с международным преступным бизнесом (контрабанда оружия и наркотиков, нелегальная миграция и т.д.).

Идеология исламистов впитала  в себя идеи салафитов XIX - начала XX веков (Джамаля ад-Дина аль-Афгани, Мухаммада Абдо, Рашида Риды, Абдеррахмана аль-Кавакиби), а также современных исламских мыслителей (Хасана аль-Банны, Сеййида Кутба, Абдель Кадера Оды, Мухаммада аль-Газали, Мустафы ас-Сибаи, Абу аль-Ааля аль-Мавдуди, Така ад-Дин ан-Набахани, имама Хомейни и др.). При всем разнообразии методов и программ исламистских движений общим для них являются политическая активность и организованность - то, чем они отличаются от других движений в исламе.

У суннитских и шиитских радикалов разное понимание государственного устройства, к которому они стремятся, а также разный подход к исламскому миропорядку. Шииты отвергают монархию, верховным авторитетом в государстве для них является имам. Шииты считают, что настанет день, когда во всем мире воцарится всеобщая справедливость - всеобщее человеческое общество имама Махди. По мнению суннитов, идеальным государственным устройством является то, которое было при пророке Мухаммаде и первых (праведных) халифах. У суннитов важное место занимает идея халифата как формы международного устройства мусульманского мира.

Исламская концепция  мирового порядка исходит из делимости  народонаселения мира на две группы: мусульманская община - "умма" и все прочие люди. "Дар аль-Ислам" (мир ислама) - страны, в которых  действует исламская форма правления. Защита мира Ислама является священным долгом каждого мусульманина. "Дар аль-Харб" (мир войны) - государства, объявившие войну мусульманам, а также государства, от которых может исходить любая угроза миру Ислама. "Дар аль-Сульх" (мир договора о мире) - государства, в которых власть находится в руках невраждебных, примирившихся правителей. При этом Коран признает и делимость мусульманского мира.

Предварительным условием мирных отношений между мусульманским  и немусульманским мирами является признание последним единобожия. В целом в исламе очевидно признается существование международного сообщества. Но отношение ислама к этому сообществу активно, поскольку распространение ислама является религиозным долгом и обязанностью исламского государства. Все в зоне распространения ислама - от мусульманина до государства - должны бороться за расширение этой зоны. Вооруженное насилие вошло в историю распространения ислама.

Один из идеологов  радикальных исламистов - Абу аль-Ааля Мавдуди - в своих ранних работах  доказывал, что цели ислама и национализма диаметрально противоположны, так как конечная цель ислама -построение всемирного государства, в котором нет различий между расами, нациями и классами, а потому ислам не может принять национализм, который стремится создать национальное государство. Вся концепция национализма иррациональна, доказывал Мавдуди, так как она разрушает связи между человеческими существами. Ислам же, наоборот, рассматривает всю планету как местопребывание человечества, уничтожая, таким образом, все искусственные границы между людьми.

С точки зрения исламистов-шиитов, страны Запада являются "миром неверия"². Многие страны, традиционно считавшиеся исламскими, в том числе и Россия, на сегодняшний день представляют собой "мир войны". Правительства этих стран находятся в руках неверных. Классический случай такого рода - Алжир и Египет. Иран же представляет собой "мир Ислама". С учетом того, что наиболее радикальные круги Запада выделили ислам в качестве основного врага, а это обрекает мусульман на цивилизацинное, геополитическое и духовное уничтожение, мусульманин обязан осознавать себя политиком, для которого небезразлична судьба его страны в мировом масштабе. Реальный путь исламского политического движения сегодня - это оппозиция.

В своей практической деятельности исламисты вдохновляются такими историческими примерами, как революция аль-Махди в Судане, борьба санусидов в Ливии, революция Абдель-Кадера в Алжире, Рифская исламская республика в Марокко, участие братьев-мусульман в первой палестинской войне 1948 г., а также в борьбе против англичан в зоне Суэцкого канала, Исламская революция в Иране ³.

Следует отметить, что  исламистские движения могут претерпевать существенную трансформацию как  в идеологии, так и в политической практике. Но гораздо чаще исламский радикализм легко переходит в политический экстремизм и в терроризм, особенно в районах, где накоплено много оружия, где имеют место конфликтные ситуации.

Повсеместное возрастание  роли ислама в общественной жизни  и усиление активности исламистских движений оказывают большое влияние на приоритеты не только внутренней, но и внешней политики правящих кругов даже тех мусульманских государств, которые в течение довольно длительного времени были сугубо светскими, и где религия была отделена от политики. Реакция политических элит большинства этих стран на процессы была многоплановой, временами противоречивой: от попыток использовать исламистов в политической борьбе до жестоких репрессий, направленных против наиболее активных участников исламистских организаций. В Алжире, Бангладеш, Египте, Йеменской Арабской республике в конституции вносятся поправки, согласно которым основой законодательства этих государств становится шариат. В Алжире, где долгие годы была однопартийная система, в 1988 г. было разрешено религиозным партиям участвовать в политической жизни.

Лидеры многих мусульманских  стран стали более активно  использовать исламскую риторику и  символы, подчеркивая свою приверженность исламским ценностям, оказывать  большую поддержку исламским  институтам (школам, университетам, мечетям), более внимательно относиться к исполнению таких обрядов, как молитвы, пост, паломничество. Президент Египта А. Садат в средствах массовой информации начинает именоваться "Господин правоверный президент", король Иордании Хусейн стал подчеркивать свое происхождение из племени пророка Мухаммада, Саддам Хусейн, на совести которого сотни казненных исламских активистов, в том числе духовный лидер иракских шиитов аятолла Мухаммад Б. Садр, также "открыл" свое родство с Пророком. Король Саудовской Аравии заменил свой титул "ваше королевское высочество" на более скромный, но религиозно значимый - "хранитель двух священных городов" (Мекки и Медины). Тунисский президент Зейн Абидин Бен Али и пакистанский премьер Беназир Бхутто совершили паломничество в Мекку сразу после вступления в должность. Под влиянием исламистов повсеместно в мусульманском мире вводятся ограничения или запрет продажи алкогольных напитков, значительно увеличился объем религиозных программ на радио и телевидении.

Заметно увеличилось число мусульманских государств, лидеры которых начинают отдавать предпочтение (по крайней мере на словах) "мусульманскому кругу стран" в своей внешней политике: большее внимание уделяется вопросам координации позиций мусульманских государств, например, в ООН, позитивнее воспринимаются инициативы, направленные на реализацию идей исламской солидарности, активнее начинают работать уже существующие международные межправительственные организации мусульманских государств, прежде всего Организация Исламская конференция, и возникают новые.

Таким образом, исламисты, в отличие от прочих правоверных, представляют собой политическую оппозицию  существующим в большинстве мусульманских  стран режимам, а также "официальному исламу", который, как они считают, является орудием в руках правящих элит. Иными словами, исламизм - это больше политическое, чем религиозное движение, так как его представители не выступают с идеями реформирования собственно религии как системы догм и обрядов. Они требуют изменения места и роли религии в жизни общества, отвергая господствующую идеологию, политическую практику существующего режима и государственное устройство как не соответствующие нормам мусульманской религии. Энергия этих движений направлена на существенные преобразования всей системы социально-политических и экономических отношений в обществе, то есть на изменение общественного устройства, причем не только в рамках отдельно взятого мусульманского государства, но и во всем мире. Речь идет, по сути дела, о создании исламского мирового порядка и остальной мир должен задуматься о характере этого порядка.

2. Проявление ислама в конституциях стран Востока.

В предыдущем разделе  работы я рассмотрел как проявляется  влияние ислама в политической и  общественной жизни государств Востока, а в данном вопросе рассмотрю как конкретно проявляется это влияние в Основном законе страны. Данное исследование я проведу на примере Турции.

20 января 1921 г. был принят Закон об основах организации (первая конституция новой Турции), который готовился, когда шли военные действия. Принятие Конституции 1921 г. было направлено на обеспечение единства народа в тяжелых условиях военного времени. Это было особенно важно, так как Конституция 1921 г. утверждала существование и определяла характер государства, несмотря на то, что она принималась между двумя определявшими обстановку сражениями с греками (9-10 января и 31 марта-1апреля) при местечке Иненю. Обстановка осложнялась и внутренними восстаниями против национальных сил.

Основной тезис Конституции 1921 г. заключался в Ст. 1: «Власть безусловно принадлежит нации»… В статье 7 говорилось об исламе: «Такие права, как осуществление постановлений, касающихся религии, опубликование всех законов, их изменение и отмена, заключение мира и договоров… принадлежат ВНС (Великий национальный совет).

При выработке законов  Собрание руководствуется положениями  религиозного права и юридическими нормами, наиболее соответствующими требованиям времени, правам и обычаям. В Турции это расценивали как соблюдение ВНС предписаний шариата.

Упоминание предписаний шариата в Конституции 1921 г. было уступкой религиозным и консервативным кругам в сложной обстановке, определявшейся не только военными действиями, но и внутренними разногласиями. Вместе с тем сложность внутриполитических противоречий уже после победы над интервентами, влияние клерикальных кругов, популярных в стране, сказались и в Законе об основах организации (Конституции) 1924 г. Вспоминая об этом в 1927 г., Кемаль говорил, что упоминания норм шариата «не соответствуют современному характеру нового Турецкого государства и нашему республиканскому режиму - это уступки, которые в то время революция и республика не сочли опасными. Нация должна при первом удобном случае устранить их из «Закона об основах организации».

После побед на фронтах национально-освободительной войны в Турции были приняты меры по укреплению государственного строя. Среди них главными были устранение султаната и халифата.

Эти меры были необходимы для решительного шага - провозглашения Турецкой республики. Она была провозглашена ВНСТ 29 октября 1923 г. И сразу же ее президентом единогласно был избран Мустафа Кемаль. И все же, вопреки позиции Кемаля, оппозиция отыгралась в парламентской комиссии (по «Основам организации»), которая «втиснула во 2-ю статью Конституции 1921 г.: «религия Турецкого государства - ислам, официальный язык - турецкий», чем причинила ущерб делу лаицизма». Эта статья была уступкой консервативным членам ВНСТ, но уступкой кратковременной. Предстояли весьма кардинальные меры в области государственного строительства.

После провозглашения Республики встал вопрос о новой конституции. Но до ее принятия необходимо было устранить формальные аспекты влияния шариата. С этой целью в марте и апреле 1924 г. ВНСТ был принят ряд законов, в том числе: 3 марта - об упразднении Халифата и низложении Халифа, о высылке членов османской династии из Турции и лишении их гражданства, чем был сделан самый важный шаг на пути к лаицистскому государству; об упразднении министерства по делам шариата и вакуфов в этом законе говорилось, что право применения религиозных норм принадлежит ВНСТ и правительству, что для проведения в жизнь предписаний мусульманской религии учреждается Управление по делам культов при Совете министров9; об унификации просвещения - по этому закону министерству просвещения передавались все научные, образовательные учреждения, все медресе и школы, ранее относившиеся к министерству по делам шариата и вакуфов, в том числе и частные. Законом о просвещении обеспечивался переход к лаицистской системе образования. 8 апреля 1924 г. были упразднены шариатские суды. В Законе говорилось о компетенции действующих «мировых, основных, уголовных судов» и об упразднении палаты по делам шариата при кассационном суде.

20 апреля 1924 г. ВНСТ  приняло новый Закон об основах  организации (Конституция), которым  был закреплен республиканский  строй в Турции. В статье 1 Закона  говорилось: «Турецкое государство - Республика». В ст. 102 подчеркивалось, что это положение (Республика) не может быть изменено и не может предлагаться к пересмотру.

Некоторые статьи Конституции 1924 г. отводятся исламу: Статья 2 - «Религия государства - ислам. Официальный язык - турецкий. Столица - город Анкара»14. И на этот раз статья об исламе была уступкой консервативным членам меджлиса, как было с дополнением к Конституции 1921 г.15 В Законе об основах организации 1924 г. были и другие статьи, связанные с религиозными прерогативами. Предусматривалась основанная на шариате форма присяги депутатов ВНСТ (статья 16) и президента страны (статья 38). Упоминались предписания Аллаха. В статье 26 говорилось: «Ведению Великого Национального Собрания подлежит непосредственное проведение в жизнь постановлений шариата…». К этому относится, в частности, совершение намаза во время перерыва в работе, что могло осуществляться и в Меджлисе. Особенностью Конституции было положение, что «никто не может преследоваться за религию… всякие религиозные обряды могут совершаться свободно, если они не противоречат общественному спокойствию, общепринятым правилам и законам».

В начале апреля 1928 г. ВНС рассматривало ряд поправок в Конституцию 1924 г., что было направлено на внедрение основ лаицизма. Большая группа депутатов внесла предложение изменить статьи Конституции, связанные с религией. Они писали в записке в Меджлис: «Принципу отделения религии от государства не нужно придавать смысл безбожия. Разделение религиозных и государственных дел образует гарантию того, что религия не будет оружием в руках тех, кто управляет или кому пришлось бы управлять»19.

10 апреля 1928 г. депутаты  ВНСТ единогласно приняли следующие  поправки к Конституции: из  статьи 2 было изъято положение:  «религия государства - ислам»; в статьях 16 и 38 была изменена присяга депутатов и Президента республики с шариатской на гражданскую. Из статьи 26 был исключен пункт, в котором говорилось, что ВНСТ проводит в жизнь предписания шариата. Турецкие историки отмечают, что Турция обеспечила этим вхождение в число лаицистских современных стран.

В стране продолжались реформы  с целью снижения влияния ислама. К ним относится закон ВНСТ 3 декабря 1934 г. о запрете служителям всех культов ношения духовной одежды вне церковной службы22. 26 ноября 1934 г. ВНСТ приняло закон об упразднении титулов, званий, как-то эфенди, бей, паша и др.

5 февраля 1937 г. в  Закон об основах организации  (Конституции) 1924 г. было внесено  дополнение, в результате чего  статья 2 была приведена в соответствие  с задачами страны: «Турецкое государство республиканское, националистическое, народническое, этатистское, лаицистское, революционное. Официальный язык - турецкий. Столица - Анкара».

«Эти изменения 1937 г. заложили основные черты государства», отмечают турецкие историки. Во время перехода к многопартийной системе в 1945 г. в Конституцию изменения не вносились.

На страже основных принципов  конституционного строя Турции стоит  армия, офицерство которой традиционно  и непреклонно хранит кемалистские республиканские принципы. С 20-х годов двадцатого столетия армия является защитником и гарантом осуществления лаицизма, как одной из основ Республики. Важно, что подготовка армии не ограничивается учебными заведениями самой Турции. Осуществляется она и на Западе, а с середины 20-го века особенно в США. В «Известиях» отмечалось: «Турция, самая цивилизованная страна того (мусульманского) мира, держится на контроле армии - офицеров, поголовно закончивших Вест-Поинт».

После военного переворота 1960 г. в Турции в 1961 г. была принята новая Конституция. В ней, как и в предыдущей, отмечался лаицистский характер государства. В главе 2 говорилось: «Турецкая Республика - националистическое, демократическое, светское и социальное государство…». В конституции подчеркивался принцип отделения церкви от государства, в статье 19 говорилось о запрете отдельным личностям или партиям использовать религию в политических целях: «Никому не может быть разрешено эксплуатировать религию или злоупотреблять ею для даже частичного установления фундаментального социального, экономического, политического или правового порядка в стране на религиозных догмах»26. Предусматривались жесткие санкции в отношении индивидуумов и политических партий, нарушающих Конституцию.

Конституция и соответствующие  законы использовались для запрета партий, обвинявшихся в нарушении принципа лаицизма. Партии подлежали роспуску по решению Конституционного суда.

В 1982г. был совершен следующий  военный переворот. Под наблюдением военных, Консультативным меджлисом была разработана ныне действующая Конституция Турецкой Республики 1982 г., принятая в результате референдума 7 ноября. В ней подобно тому, что имелось в двух предыдущих, важна специальная статья 4 о «неизменных постановлениях», в которой говорится о том, что не могут быть изменены, а также не могут вноситься предложения об изменении статей: 1-й - Турецкое государство - республика; 2-й - Турецкая Республика является демократическим лаицистским и социально-правовым государством…, исповедующим национализм Ататюрка…; 3-й - Турецкое государство, страна и нация - единое целое. Его язык - турецкий… Перевод Конституции Турецкой Республики опубликован в книге: «Турецкая Республика. Справочник». М., 1990. В переводе Конституции (статья 3) фраза о языке страны упущена. О других ошибках в переводе далее.

В конституции нашло  отражение беспокойство усилением  влияния исламистских кругов. Уже  в Преамбуле Конституции раскрываются включенные еще в 1937 г. в Закон  об основах организации (конституцию) 1924 г. 6 основных принципов развития общества, говорится, что никакие взгляды и соображения, в том числе религиозные верования, не могут противопоставляться турецким национальным интересам…, принцип лаицизма не может допускать вмешательства священных религиозных чувств в государственные дела и политику В упомянутом переводе Конституции 1982 г. в Преамбуле допущено искажение политического характера - турецкое layiklik - лаицизм переведено как национализм30b. Это искажает существо основ политики Турции.. На лаицистский характер государства указывается и в ряде статей и, естественно, во 2-й статье Конституции. Что касается религии, то в Конституции признается право граждан на свободу совести, религиозной веры и убеждений. Но особое внимание отводится запрету на вмешательство религии в дела государства.

По сравнению с предыдущей Конституцией нынешняя в большей мере детализирует все сферы государственной жизни, в которые вмешательство религии не допускается. В статье 24 говорится: «Никому не может быть разрешено эксплуатировать религию или злоупотреблять ею или религиозными чувствами или тем, что освящено религией, любым образом для целей личного или политического влияния или для установления, даже частичного, фундаментального социального, экономического, политического или правового порядка в стране на религиозных догмах».

Таким образом, в Турции четко запрещается использование  религии в целях изменения  государственного строя. В упомянутом переводе нынешней Конституции допущено искажение ее положения о запрете вмешательства религии в дела государства. В переводе это представляется как запрет на приспособление религии к делам государства во всех перечисленных в статье областях, чем искажается политический и юридический смысл Конституции. Устремление к установлению в стране порядка на религиозных догмах, что запрещено, вовсе не приспособление религии к делам государства30d.. После принятия Конституции в 1983 г. было разрешено создание политических партий, что осуществлялось путем воссоздания партий, бывших до военного переворота, в том числе происламских.

Положения Конституции, запрещающие антилаицистскую антигосударственную деятельность, и законы, принимавшиеся в развитие соответствующих положений Конституции, использовались для прекращения деятельности исламистских партий, нарушавших лаицистский фундамент государственного устройства Турции, провозглашавших прямо или косвенно цель - установление в Турции правления на основе шариата. Конституционный суд (статья 149 Конституции) по предложению Совета национальной безопасности (статья 118), в котором определяющую роль играют военные, запрещал происламские партии за деятельность, противоречащую Конституции.

В феврале 1997 г. Совет  национальной безопасности призвал  к «обузданию» исламистов. В январе 1998 г. Конституционный суд запретил ПБ по обвинению в том, что она намерена ввести исламское правление в стране.

Под давлением обстоятельств, связанных с требованиями ЕС, приняты  поправки в Конституции, которые  относятся главным образом к  правам человека. Среди принятых в 2004 г. поправка (к статье 10), впервые  признавшая равенство прав мужчин и женщин. В статью добавлена фраза: «Мужчины и женщины имеют равные права. Государство обязуется гарантировать эти права». Значение ее трудно переоценить, хотя реальное осуществление прав женщин в Турции - дело не близкого будущего.

Были приняты поправки (статьи 15, 17, 87), в которых речь идет об отмене смертной казни, что требуется в ЕС. В статью 90 внесено весьма важное для Турции положение о преимуществе международных соглашений по правам человека перед национальными законами. Эта поправка уместна, так как с правами человека в Турции большие проблемы.

Таким образом, дела с  влиянием ислама на Конституцию обстоят  в Турции, а вот в ряде других исламских стран (например, Иран и Пакистан) религия обладает большей юридической силой, чем законы и Конституция, и носит наименование «Мусульманское право» или шариат.

                                                        Заключение.

В работе была рассмотрена  проблема влияния шариата на политическую жизнь стран Востока. Для раскрытия  данной проблемы была реализована цель работы. Была дана характеристика степени влияния ислама на общественно-политическую жизнь стран Востока. Данные характеристики способствовали ответам на поставленные задачи. Был рассмотрен характер развития общественно-политической мысли стран Востока на современном этапе, была дана характеристика степени вмешательства ислама в военно-политические силы стран Востока, а также был дан анализ характеру норм шариата в политике стран Востока.

Исходя из вышеизложенного  и изученного материала, можно сделать некоторые выводы, из которых следует, что в системе международных отношений в последние десятилетия произошли серьезные структурные сдвиги, обусловленные окончанием «холодной войны», конфронтации двух мировых держав и их стратегических союзников. Эти изменения предопределили сотрудничество различных государств в разрешении глобальных международных проблем, отход от силовых методов и выдвижение на первый план мирных, компромиссных, средств урегулирования кризисных ситуаций в разных уголках земного шара.

Однако глобальные перемены на мировой арене не привнесли  спокойствия и гармонии в международные  отношения, более того, многие аналитики  отмечают определенную хаотичность  современных международных процессов. В XXI век человечество вступило с  неурегулированными региональными конфликтами, локальными войнами, тяжелым экологическим наследием, не утихающими религиозными и этническими спорами. Все указанные явления имеют место на Ближнем и Среднем Востоке.