Влияние информационного обеспечения антитеррористических операций

В.А. Корзунин. Влияние  информационного  обеспечения антитеррористических операций

Admin сб, 01/12/2007 - 23:23

Источник публикации: Пси-фактор http://psyfactor.org

Доклад на форуме «Психология и психопатология терроризма. Гуманитарные стратегии антитеррора». Санкт-Петербург, 23-25 мая 2004 г.

Известно, что  морально-психологическое и психофизиологическое состояние солдат и офицеров воюющей  армии, их боеспособность во многом зависят  от успешности военной кампании и  от той моральной и материальной поддержки, которое им оказывает  общество [1, 2, 3, 9].

Пристальный интерес  к состоянию психического здоровья и планомерное изучение психофизиологического  состояния комбатантов (лиц, участвовавших  в реальных боевых действиях) относится  к периоду войны в Афганистане  и последующих локальных войн и вооруженных конфликтов. Именно в то время многими отечественными учеными была проведена серия  научных исследований, направленных на изучение динамики психофизиологического  состояния военнослужащих в различные  периоды боевой деятельности. [4, 5, 6, 7, 10, 11, 12].

В процессе исследований было однозначно установлено, что психофизиологическое состояние военнослужащих в условиях реальной витальной угрозы определяется целым рядом факторов, среди которых  главенствующая роль принадлежит социальному. «...Человек способен перенести самые  тяжелые страдания и лишения  лишь в том случае, если он способен придать им смысл, ... если он находит  внимание и уважение со стороны окружающих...» [3].

С целью изучения влияния сформированного в обществе отношения к военным действиям, в том числе при активном участии  средств массовой информации (СМИ), на психофизиологическое состояние  военнослужащих был осуществлен  сравнительный анализ данных комплексного социально-психологического изучения, психологического и психофизиологического  обследования более 400 военнослужащих, участвовавших в боевых действиях  на Северном Кавказе в 1995-1996 гг. и 1999-2000 гг.

В ходе социально-психологического изучения и интервьюирования военнослужащих изучались неблагоприятные факторы, негативным образом воздействующие на психофизиологическое состояние  военнослужащих.

В процессе бесед  с военнослужащими было выявлено, что как в первую, так и во вторую кампании достаточно выраженным воздействием на психофизиологическое состояние комбатантов оказывали  средства массовой информации (СМИ).

Проведенный анализ показал, что в течение 1995-96 гг. в  ряде СМИ были сформированы устойчивые стереотипы в преподнесении читателям (зрителям) негативной информации о  характере ведения Федеральными войсками боевых действий на территории Чеченской Республики. По мнению некоторых  авторов первую чеченскую войну  населению нашей страны чаще всего  преподносили как «вредоносную кампанию» [7, 8, 9, 11, 12].

В печатных и  электронных средствах информации был сформирован образ российского  солдата как «жестокого захватчика», воюющего против чеченских женщин, стариков и детей. Им (российским военнослужащим) противостояли «благородные войны  Ислама, защитники свободной Ичкерии». Такое освещение событий в  СМИ зачастую приводило к непониманию  среди населения страны истинных целей и задач контртеррористической  операции 1995-1996 гг.

Особенно следует  остановиться на влиянии средств  массовой информации на психическое  состояние военнослужащих, участвовавших  в то время в боевых действиях. Практически 100% опрошенных военнослужащих отметили, что, по их мнению, по радио, телевидению  и в газетах:

· необъективно отражались события, происходившие в Чечне. Это приводило к непониманию среди солдат и офицеров той роли, которая возлагалась на армию (особенно на начальном этапе кампании);

· подвергалось сомнению правомерность боевых задач, которые выполняли российские военнослужащие на Северном Кавказе;

· всячески замалчивалась самоотверженность солдат и офицеров, проявлявшаяся в ходе боевых действий;

· не предавались широкой гласности многочисленные факты издевательства боевиков над мирными жителями и надругательства над телами погибших военнослужащих, о которых было хорошо известно всем солдатам и офицерам и др.

По мнению большинства  опрошенных такое воздействие СМИ  порождало у военнослужащих чувство  неуверенности, унижения, обиды, возмущения, уязвленного самолюбия за неудачи  начального периода военной кампании; в некоторых случаях – проявляясь сомнениями в возможности благополучного завершения военной кампании.

Негативным воздействием на психику военнослужащих обладала информация, распространяемая некоторыми СМИ, о возможных карательных  акциях со стороны боевиков по отношению  к членам семей военнослужащих. Около 15% военнослужащих срочной службы и  почти 30 % опрошенных офицеров выражали беспокойства за судьбу своих родственников, в отношении которых могут  последовать террористические акты.

Напротив, в военной  кампании 1999-2000 гг. российская армия  предстала в СМИ совсем в ином облике, чем несколько лет назад. Стали появляться многочисленные сообщения  об успешном проведении военных операций в Дагестане и на территории Чечни, о мужестве, храбрости и стойкости  военнослужащих. Кроме того, произошло  изменение глобальности целей военной  кампании. Понимание необходимости  непосредственного уничтожения  незаконных вооруженных формирований уступило место сохранению целостности  России и борьбе с международным  терроризмом (Р.Медведев, 2000, С. Ястржембский, 2001).

Средствами массовой информации стал формироваться образ  военнослужащего как вооруженного защитника государственных интересов  России. Это привело к пониманию  солдатами и офицерами воюющих  частей и подразделений целей  антитеррористической операции на Северном Кавказе, дополнительному притоку  в Вооруженные Силы значительного  количества лиц, изъявивших желание  проходить военную службу на контрактной  основе [9, 11].

При этом не только материальная заинтересованность стала  побудительной причиной поступления  этих граждан на службу по контракту, но и причины морального характера. Многие военнослужащие — контрактники, в процессе интервьюирования, указывали на то, что служить по контракту они пошли потому как:

· остались «долги» за прошлую войну; 
· чтобы Россия осталась «единой и неделимой»;  
· из-за того чтобы «полностью разрушить это осиное гнездо» и др.

Конечно не только влияние СМИ, но и целенаправленные усилия командования и воспитательных структур ВС РФ по разъяснению целей  и задач антитеррористических мероприятий  позволили сформировать у военнослужащих частей и подразделений должное  отношение к военной кампании в целом и своей собственной  роли в ней.

Сравнение данных социально-психологического изучения военнослужащих во время 1-й и 2-й  кампаний показало, что во время  атитеррристической операции 1999-2000 гг. большинство солдат и офицеров имели  полноценную информацию о целях  и задачах военной кампании, о  моральной поддержке со стороны  государственных и общественных организациях, обладали информацией  о льготах и материальном вознаграждении за участие в боевых действиях (таблица 1).

Таблица 1. Информационное обеспечение военнослужащих во время  антитеррористической операции на Северном Кавказе (1999-2000 гг.)., (% опрошенных лиц)

Проведенные исследования свидетельствовали, что, несмотря на сравнимость  интенсивности боевых действий во время 1-й и 2-й военных кампаний, психофизиологическое состояние военнослужащих имело  существенные отличия. В частности, проведенные психофизиологические обследования военнослужащих срочной  службы во время штурма г. Грозного в январе 1995 г. и в декабре 1999 г. показали, что в первом случае отчетливые признаки нервно-психической неустойчивости были характерны для 64% военнослужащих, в то время как во втором случае этих лиц было не более 18% от общего количества всех обследованных.

В таблице 2. приведена  структура и процентное соотношение  жалоб на состояние здоровья, предъявленных  военнослужащими во время участия  в боевых действиях. Представленные данные свидетельствуют, что в ходе антитеррористической операции 1999-2000 гг., количество жалоб, предъявленных  военнослужащими на состояние здоровья, было значительно меньшим, по сравнению  с аналогичным периодом 1995 г. То есть, военнослужащие, которые вели боевые действия в предместьях г. Грозного в декабре 1999 г., по сравнению с  личным составом, участвовавшим в  уличных боях в г. Грозном в  январе 1995 г., значительно реже предъявляли  жалобы на состояние здоровья и, в  первую очередь, на головокружение, чувство  тяжести в голове, тахикардию, неприятные ощущения в животе и др.

Одновременно, военнослужащие — участники боев за г. Грозный (1999 г.) отличались более низким (почти  на 20%) уровнем ситуационной тревожности, по сравнению с военнослужащими, штурмовавшими город в 1995 г., что  также может быть расценено как  следствие менее выраженного  нервно-психического напряжения (рис.1).

Таблица 2. Структура  и количество жалоб (% случаев)* на состояние  здоровья, предъявленных военнослужащими  во время 1-й и 2-й кампаний

*Примечание: сумма  жалоб не равняется 100%, так  как в ряде случаев военнослужащие  предъявляли несколько жалоб.

Выявленные отличия  в психофизиологическом состоянии  комбатантов, участвовавших в активных боевых действиях на Северном Кавказе, в полной мере относятся и к  военнослужащим, которые находились на лечении в военно-медицинских  лечебных учреждениях по поводу боевых ранений. Крупнейшим организатором  военно-медицинской службы Е.И. Смирновым, на опыте Великой Отечественной  войны было замечено, что во время  наступательных операций Красной Армии  психическое состояние раненых  отличалось значительно в лучшую сторону по сравнению с состоянием раненых в период неудач на фронтах [2].

Для изучения психофизиологического  состояния раненых, участвовавших  в боевых действиях на Северном Кавказе, было обследовано 186 реконвалесцентов на разных этапах антитеррористической операции. Из них, 77 человек были обследованы  в 1995-1996 гг. во время лечения в  клиниках ВМедА им. С.М. Кирова и 109 военнослужащих — в 2000 г. Характер ранений военнослужащих обеих групп был примерно одинаков.

Результаты сравнительного анализа данных психологического и  психофизиологического обследования раненых свидетельствовали о  наличии достоверных различий по целому ряду изучаемых характеристик. В частности, установлено, что для  раненых, находившихся на лечении в 1995-1996 гг. в большей степени была характерна повышенная ранимость, чувствительность, нервно-психическая неустойчивость, тревожность, ипохондрическая фиксация, склонность к аутичности мышления (шкалы Hs, Ну, Mf, Pt, Sc, методика СМИЛ, при 0,05>p>0,0005.

Лечащие врачи  неоднократно отмечали, что у раненых  зачастую возникали эксплозивные (взрывчатые) реакции по незначительному поводу, или же, напротив, такие реконвалесценты  надолго «уходили в себя» после  просмотра телевизионных репортажей с Северного Кавказа (либо после  чтения газет с информацией на «чеченскую» тематику) .

Весьма показательными являются высказывания некоторых раненых, находившихся в тот период на стационарном лечении. Так, сержант В. находившийся в 1996 г. на лечении по поводу контузии и множественных осколочных ранений, полученных от разрыва гранаты. «...Сейчас времени думать много. А тут еще  посмотришь телевизор, как все преподносится, поубивал бы всех. Иногда вообще никого не хочется видеть. Лежишь и целый день смотришь в потолок».

У части военнослужащих отмечалась отчетливая тенденция к  трансформации нервно-психического напряжения в функциональные психосоматические  и соматические расстройства. Так, в 1995-1996 гг. реконвалесценты в процессе обследования предъявляли большее (в 1,8 раза) количество жалоб (по сравнению  с обследованием 2000 г.) на плохое самочувствие, сниженное настроение, быструю утомляемость, инсомнические нарушения и др. (0,01>р<0,05). Военно-профессиональная направленность реконвалесцентов была снижена, практически 100% респондентов не испытывала желания вновь оказаться  в районе боевых действий.

Напротив, для  военнослужащих, участвовавших в  антитеррористической операции на Северном Кавказе в 1999-2000 гг., был характерен более низкий уровень нервно-психического напряжения на фоне оптимистичности  и уверенности в благоприятном  исходе лечения. Многие реконвалесценты (около 40%) высказали желание после  лечения вновь вернуться в  свои боевые подразделения.

Установлено, что  раненые военнослужащие в 2000 г. отличались большей толерантностью к стресс-факторам и достаточно развитыми адаптационными способностями личности (шкала ЛАП, методика МЛО «Адаптивность», p<0,05). Одновременно данный контингент реконвалесцентов отличался от контингента раненых 1995 г. (на уровне тенденций к достоверным  различиям, более высокими показателями поведенческой регуляции и коммуникативных  качеств) (табл.3).

Таблица 3. Результаты сравнительного анализа обследования раненых, находившихся на лечении в 1995-1996 г. и 2000 гг. по методике МЛО «Адаптивность»

Таким образом, результаты проведенных исследований свидетельствуют о наличии существенных различий психофизиологического состояния  военнослужащих, участвовавших в  антитеррористической операции на Северном Кавказе в 1995-1996 гг. и 2000 гг.

Определена значимая роль средств массовой информации в  формировании у военнослужащих, участвующих  в боевых действиях, отношения к  военной кампании в целом и  своей собственной роли в ней.

Использованная  литература

1. Шапошников Б.М. Воспоминания. Военно-научные труды. М.:Воениздат, 1974. — 574 с. 
2. Смирнов Е.И. Война и военная медицина. 1939-1945 годы (Мысли и воспоминания). — М.: Медицина, 1976. — 462 с. 
3. Сидоров П.И., Литвинцев С.В., Лукманов М.Ф. Психическое здоровье ветеранов Афганской войны. Архангельск, Издательство АГМА, 1999. — 384 с. 
4. РешетниковМ.М. Психопатология героического прошлого и будущие поколения // Актуальные вопросы военной и экологической психиатрии —СПб.:ВМедА, 1995. — С.38-45.  
5. Литвинцев С.В., Снедков Е.В. Психиатрическая помощь военнослужащим в Афганистане. СПб.: ВМедА, 1997. — 52 с.  
6. Снедков Е.В. с соавт. Стрессогенные психические расстройства у раненых // Актуальные вопросы военной и экологической психиатрии. СПб.: ВМедА,1995 — С.79-82. 
7. Актуальные вопросы реабилитации военнослужащих, получивших боевые травмы и ранения/Под ред. Ю.Л. Шевченко. СПб.: ВМедА, 1996. — 140 с. 
8. Довгуша В.В., Кудрин И.Д., Кудрин А.И., Маклаков А.Г., Чермянин С.В. Преморбидные состояния в экстремальной медицине и экстремальной психологии. СПб.: ГУП НИИ ПММ, 2003. — 282 с. 
9. Война и психическое здоровье/Под ред. С.В. Литвинцева и В.К. Шамрея. СПб.: ВМедА, 2002. — 326. 
10. Медицинская реабилитация раненных и больных/Под ред. Ю.Н.Шанина. СПб.: «Специальная литература», 1997. — 960 с. 
11. Актуальные проблемы психофизиологической коррекции функционального состояния военнослужащих/Под ред.Ю.В.Лобзина. СПб.: ВМедА,2001. — 384 с. 
12. Маклаков А.Г. с соавт. Проблемы прогнозирования психологических последствий локальных военных конфликтов//Психологический журнал, 1998. Т.19,№2.  — С.15-26.