Влияние первой мировой войны на экономику США. Мировой экономический кризис 1929-1933 гг

СОДЕРЖАНИЕ

Влияние первой мировой войны на экономику США. Мировой экономический кризис 1929-1933 гг……………………………………………..3

Послевоенное развитие США. Рейганомика………………………………........7

Торговля и торгово-экономическая политика США…………………………..11

Основные монополии, банки, финансовые группы……………………….......16

Список используемой литературы……………………………………………...20

Влияние первой мировой войны на экономику США. Мировой экономический кризис 1929-1933 гг.

В первой четверти ХХ в. США были в числе ведущих государств мира и наиболее благополучной в экономическом отношении страной. За период с 1925 г. по 1929 г. ВВП вырос на 14.3 % с 90.5 до 103.6 млрд. долл. Достаточно активно развивались автомобильная, химическая, электротехническая, радиотехническая и пр. отрасли.

С переходом промышленного капитализма к монополистическому центр мирового экономического развития переместился из Европы в Северную Америку. США развивались быстрее всех и производили больше всех. Их доля в мировом производстве постоянно увеличивалась. Еще сильнее позиции США укрепились после первой мировой войны, в частности за счет значительных прибылей от поставок странам Антанты вооружения и боеприпасов. Быстро росло промышленное производство, интенсивно расширялся основной капитал, увеличивался экспорт.

В послевоенное время одним из локомотивов роста стала автомобильная промышленность. Производство автомобилей с 1.9 миллиона штук в 1919 году возросло до 4.3 миллиона в 1926-м и до 5.6 миллиона в 1929 году. За автомобилями следовала и остальная промышленность. Индекс общего производства вырос с 67 единиц в 1921 году до 100 в 1923-25 годах и до 126 в 1929 году.

В 1922-29 годах производство стали в стране поднялось на 70%, нефти - на 156%. Валовый национальный продукт вырос на 54%. В тот же период дивиденды от американских акций поднялись на 108%, прибыли корпораций на 76%, заработная плата - на 33%. Новые потребительские товары, такие как радиоприемники, телефоны, холодильники, стали общепринятыми атрибутами повседневной жизни. Благодаря широкому внедрению системы потребительского кредита покупка этих товаров для многих американцев стала вполне реальной.

За годы экономической стабилизации во второй половине 1920-х гг. американская промышленность составляла 45% мирового промышленного производства.

В те годы в США значительно повысился уровень жизни. Содействовало этому широкое распространение продажи в кредит не только бытовой техники, но автомобилей и жилья. Этот факт сыграл злую "шутку" с американцами в 1929 г.

В 1929 г. разразился мировой экономический кризис, который продолжался до 1933 г. включительно и сильнее всех поразил именно США.

Кризис начался в Нью-Йорке с краха на фондовой бирже. Резкое падение курса акций имело обвальный характер, разразился мировой экономический кризис, продолжавшийся до 1933 г.

Падение курса акций было внезапным и явилось катастрофой не только для фирм и банков, но и для многих миллионов держателей акций во всем мире. Для многих компаний, покупавших акции в кредит, это падение означало финансовый крах. Банкротство банков вызвало резкое сокращение количества денег, которые находились в обороте. Цены на товары пошли вниз. Тут же начало сокращаться производство, падать импорт и экспорт.

Дефляция составила 40 процентов, а по некоторым товарам – до 60-70 процентов. Падение производства в США тоже было наибольшим — к 1933 г. на 46—50%. Оборот внешней торговли уменьшился втрое, выпуск автомобилей сократился на 80%, снизилась и выплавка чугуна. Общий национальный доход уменьшился в полтора раза.

Американские банки, испугавшись дальнейших банкротств, остановили выдачу кредитов Германии. Это усугубило внутреннюю ситуацию с производством в Америке, поскольку убрало платежеспособный спрос на американские товары в Европе. Одновременно прекращение американских кредитов парализовало торговлю и производство внутри Европы, поскольку Германия была не в состоянии выплачивать репарации самостоятельно.

Через год после биржевого краха стали закрываться банки, и с 1930 по
1933 гг. в стране были закрыты 9 тысяч банков. Были ликвидированы 2/3 предприятий, финансовая система практически не действовала, золотой стандарт исчез, а международное движение капитала замерло.

Стремясь стимулировать внутреннее производство, все страны Европы и США начали вводить высокие пошлины на импортные товары. В результате экспорт в целом стал невыгоден, производство снизилось еще сильнее.

Невиданного размаха достигла безработица. Так, только, по официальным данным, в 32 странах число безработных за три года кризиса (1929-1932) увеличилось с 5,9 млн. до 26,4 млн., происходило массовое разорение фермеров и т.д.

Падение курса акций затронуло от 15 до 25 млн. американцев. Охваченные паникой люди стремились разменять банкноты на золото. Росло число безработных, несколько миллионов были полубезработными. С членами семей безработные составляли почти половину всего населения. Заработная плата снизилась более чем вдвое. Многие лишились жилья, возникли «гуверовские городки» — поселения безработных на окраинах городов, выстроенные из ящиков и строительных отходов. Население голодало — только в Нью-Йорке в 1931 г. от голода погибли 2 тыс. человек.

Промышленный кризис переплетался с аграрным. Сбор пшеницы упал к 1934 г. на 36%, кукурузы — на 45%. Цены на сельскохозяйственные продукты снизились на 58%, а более 40% фермерских доходов шло на погашение задолженности и налоги. За годы кризиса разорились около 1 млн. ферм, они были принудительно проданы, и фермеры лишились собственности на землю.

Для сдерживания падения цен и сокращения предложения продуктов на рынок их уничтожали — пшеницу сжигали в топках паровозов и пароходов, молоко из цистерн выливали в водоемы, картофельные и хлопковые поля заливали керосином или запахивали.

В США в этот период утвердилась философия «американского индивидуализма», не признающего государственного регулирования экономики, его вмешательства в дела частного бизнеса, хотя в годы первой мировой войны оно применялось. Вступивший в президента Герберт Гувер (1874—1964) первоначально ограничился введением торгового протекционизма, считая, что кризис будет преодолен автоматически и страна справится с ним за 60 дней. В 1930 г. для резкого сокращения ввоза товаров в США был принят высокий таможенный тариф. В ответ на это другие страны тоже повысили ввозные пошлины.

Положение в стране ухудшалось — она была охвачена массовыми выступлениями, организовывались походы голодных и безработных в Вашингтон (в 1931—1932 гг.), поход ветеранов первой мировой войны (1932 г.); фермеры Среднего Запада бойкотировали закупки сельскохозяйственной продукции, противились принудительной продаже ферм, участвовали в голодных походах. Был создан Национальный Совет безработных. В 1930 г. состоялась общенациональная демонстрация, в которой участвовали 1,2 млн. безработных.

В горной, текстильной, автомобильной, швейной отраслях развернулось стачечное движение. Оно становилось все более массовым. В 1933 г. численность стачечников превысила миллион человек.

В целях предотвращения банкротства Гувер с конца 1931 г. предпринял попытки государственного кредитования банков, промышленности, транспортных предприятий. Для этого была создана Национальная кредитная корпорация, которая в январе 1932 г. была преобразована в Реконструктивную финансовую корпорацию. Для оказания помощи крупным фермерам организовано правительственное «Федеральное фермерское бюро». Задачи этого бюро заключались в поддержании уровня цен на сельскохозяйственную продукцию. Деятельность бюро не увенчалась успехом и в конечном итоге привела к дезорганизации рынка и дальнейшему разорению фермеров. Социальные противоречия продолжали обостряться. К марту 1933 г. число безработных достигло 17 млн. человек.

Таким образом обещание Гувера быстро преодолеть кризис оказалось невыполненным.

Послевоенное развитие США. Рейганомика

К началу президентства Рейгана экономика США уже многие годы пребывала в глубоком кризисе. Высокая инфляция в 1970х годах, вызванная прежде всего резким повышением цен на нефть, сочеталась с высокой безработицей. Это явление получило название стагфляция. В результате политического давления значительно увеличилась денежная масса в виде наличных долларов. Установленный президентом Никсоном контроль за ценами и уровнем заработной платы был отменен[3]. Чтобы предотвратить резкие изменения цен и импортных поставок нефти, был создан стратегический нефтяной резерв США. Кроме того, президент Картер для контроля над энергоресурсами создал Министерство энергетики США. Полагают, что окончание стагфляции связано с сокращением денежной массы, проведенным Федеральной резервной системой под руководством Пола Волкера, и перепроизводством нефти в 1980х годах.

Ядро провозглашенной революции Рейгана составляла «рейганомика», ориентированная на предложение экономической программы, которая понималась как ответ на экономические проблемы 70-х годов. Согласно ей должны были быть значительно снижены налоги, предложены возможности амортизации и вычеркнуты или упрощены, препятствующие инвестициям государственные предписания, чтобы вызвать рост экономики. Потери доходов должны были быть краткосрочно предотвращены экономией на социальных программах, а долгосрочные — покрываться увеличением доходов из расширяющегося народного хозяйства — и все это при уравновешенном бюджете. Было совершенно ясно, что здесь возникнут целевые конфликты, тем более, что одновременно должны были значительно возрасти оборонные расходы.

Рейган действительно добился принятия основных положений своей экономической программы с утверждением бюджета на первое полугодие 1981 года. Было решено сократить налоги на 25%, 5% в первом и по 10% в два последующих года. С 1985 года налоги были индексированы с темпом инфляционного роста цен, так что за обесцениванием денег не следовало больше автоматически повышение реальных налогов. Налоговая квота действительно снизилась для большинства налогоплательщиков. Однако, не в последнюю очередь перед лицом угрожающе растущего дефицита бюджета, еще при Рейгане было предпринято 13 повышений налогов, которые отменили почти четверть сокращений налогов. К этому прибавилось повышение взносов по социальному страхованию. В общем, налоговые поступления как процент совокупного общественного продукта снизились за время президентства Рейгана с 20 до 18,6%, что примерно соответствовало доле сразу после второй мировой войны.

То, что «консервативная революция» не состоялась, нагляднее всего демонстрирует тот факт, что объем федерального бюджета при Рейгане постоянно возрастал, а именно, с 699,1 миллиарда долларов в 1980 году до
859,3 миллиарда долларов в 1987 году (соответственно стоимости доллара в
1982 году). Если даже не принимать в расчет военные расходы, то бюджет в этот период вырос с 535,1 до 609,5 миллиарда долларов. При этом дефицит государственного бюджета временами полностью уходил из-под контроля и достиг в 1986 году рекордной высоты в 221 миллиард долларов. В этом дефиците государственного бюджета вследствие снижения налогов и одновременно повышения расходов был повинен сам президент, который, как консерватор, твердо придерживался принципа уравновешенного государственного бюджета и хотел его видеть закрепленным в конституции.

Сокращений социальных программ было давно недостаточно, чтобы удерживать разрастающуюся дыру в бюджете. Характерно, что сильнее всего сокращены были те программы, которые касались самых бедных и хуже остальных организованных групп населения, которые к тому же принимали наименьшее участие в выборах президента или в Конгресс. Продовольственные карточки были отменены, и пособия для матерей-одиночек значительно сокращены. Одновременно социальные программы, полезные для среднего слоя, остались почти неизменными, так же как и пенсионное страхование и связанное с ним страхование на случай болезни. При Рейгане в американском обществе произошла поляризация между бедными и богатыми, перераспределение в пользу богатых, в то время как одновременно увеличилось число тех, кто жил ниже границы бедности.

Из-за протеста Конгресса потерпела неудачу самая крупная программа децентрализации в истории западной демократии, «новый федерализм» Рейгана, которая имела целью как значительное сокращение федеральных отчислений, так и «обратный» перевод социально-государственных задач и одновременно налоговых ресурсов на отдельные штаты. Сокращение федеральных субсидий штатам было, однако, значительным, в сфере жилищного строительства и городского развития почти драматическим. Темпы роста федеральных средств в штатах номинально замедлились уже при администрации Картера, реально же в результате высокого темпа инфляции даже снизились. Годы президентства Картера поэтому могут рассматриваться как переходный период к «новому федерализму» Рейгана. Это также относится к сфере политики дерегуляции: здесь отмена предпринятых в федерально-государственном масштабе ограничений конкуренции в воздушном и автомобильном сообщении началась еще при Картере и была продолжена при Рейгане упразднением положений о защите окружающей среды и об охране труда.

Администрация Рейгана успешно боролась с инфляцией и безработицей.
Индекс инфляции снизился с 12,5% в 1980 году до 4,5% в 1988 году. Квота безработных в этот же период опустилась с 7 до 5,4%. Было создано 18 миллионов новых рабочих мест, хотя многие места приходились на группу с самым низким доходом. При этом не следует забывать о том, что экономический подъем следовал за тяжелым спадом 1981—82 годов (с квотой безработных в 10%) и что стремительно, почти драматически возрастал внешнеторговый дефицит.

Внешняя политика Рейгана являлась уклончиво антикоммунистической, как она проявилась не только по отношению к Советскому Союзу, но и в ее первоначальных идеологически-закоснелых чертах также и по отношению к Центральной Америке и особенно к сандинистам в Никарагуа. То, что при Рейгане осуществлялась политика разрядки, относится к парадоксам его президентства. Борьба за власть с Советским Союзом была выиграна, потому что пришедший в 1985 году к правлению Михаил Горбачев закончил свою экспансионистскую мировую политику и, благодаря реформам, приблизил конец Советского Союза и Варшавского договора. Рейган прикрепил, правда, эту победу на свой флаг, однако она была в большей степени подарена Горбачевым, чем завоевана. Остальные достижения во внешней политике происходили, в основном, посредством символических акций, как, например, вторжение на маленький остров Гренада в 1983 году, которое должно было положить конец влиянию Кубы на Карибском море, и воздушная бомбардировка Ливии в 1986 году как мера наказания обвиненной в терроризме страны. При этом американская внешняя политика в основном осталась гибкой и прагматичной, как показал быстрый вывод американских войск из Бейрута после покушения с применением бомбы, в котором было убито 200 американских солдат. Как раз в сфере внешней политики конкурировали различные политические институты, такие как Совет Национальной Безопасности, министерство иностранных дел, министерство обороны, ЦРУ и сотрудники Белого дома. Именно эта ситуация сделала возможной аферу Иран—контрас, о которой стало известно в 1986 году благодаря иностранным сообщениям в прессе.

Президентство Рейгана было отмечено парадоксами: как консерватор президент создал большую в американской истории гору долгов. Несмотря на принципиальный поворот «рейганомики» против заклейменного как «социалистическое» кейнсианства, с помощью вооружения была создана массивная инвестиционная программа, которая по своему экономическому воздействию сводилась к «военному кейнсианству». Если в начале своего президентства Рейган видел в Советском Союзе еще «империю зла», то в 1987—88 годах взаимопонимание с этой страной стояло на переднем плане. Хотя Рейган способствовал убеждению общественности в том, что федеральное правительство неспособно решать актуальные проблемы, он, однако, оживил институт президента и показал, что политическая система реагирует на президента.

Сами противоречия и целевые конфликты, заложенные в рейгановском консерватизме, содействовали его крушению. То, что консервативная претензия, как ее риторически блестяще представил Рейган, не осуществилась, проявляется во многих аспектах: социальное государство «нового курса» по- прежнему существовало, концепция Рейгана «новый федерализм», по существу, провалилась. Социально-моральные вопросы, стоящие на самом верху повестки дня «новых правых», не были приняты Рейганом. В вопросах гражданских прав, эмансипации женщин и контроле за рождаемостью американская общественность осталась либеральной.

Торговля и торгово-экономическая политика США

Более чем за два столетия существования Соединенных Штатов в качестве страны их внешняя торговля и глобальная экономическая политика резко изменили свою направленность. В первые годы истории США их государственная власть и деловое сообщество основное внимание уделяли развитию внутренней экономики, независимо от того, что происходило за рубежом. Однако со времени Великой депрессии тридцатых годов XX века и Второй мировой войны страна, в общем и целом, стремилась к снижению торговых барьеров и координации мировой экономической системы. Подобная приверженность свободной торговле имеет экономические и политические корни. Соединенные Штаты все больше стали рассматривать открытую торговлю не только как средство продвижения своих экономических интересов, но и как верный путь к налаживанию мирных отношений между странами.

В течение значительной части послевоенного периода Соединенные Штаты занимали господствующее положение на многих экспортных рынках. Это явилось результатом мощи и стабильности экономики США, того факта, что машина их индустрии не была затронута войной, и американских успехов в развитии технологии и технических методов производства в обрабатывающей промышленности. Однако к семидесятым годам прошлого столетия разрыв между экспортной конкурентоспособностью Соединенных Штатов и других стран стал сокращаться. Более того, нарушения стабильности цен на нефть, мировой спад и повышение курса доллара по отношению к другим валютам в период семидесятых годов XX века в своей совокупности отрицательно сказались на состоянии торгового баланса США. Дефицит торгового баланса США еще больше увеличился в восьмидесятые и девяностые годы прошлого столетия, поскольку в Америке тенденция к приобретению иностранных товаров по своим масштабам постоянно обгоняла спрос на американские товары в других странах.

В восьмидесятые и девяностые годы XX века растущий дефицит торгового баланса в Соединенных Штатах привел к уменьшению политической поддержки либерализации торговли со стороны Конгресса США. В эти годы американские законодатели рассматривали широкий перечень протекционистских предложений, инициаторами многих из которых были отрасли американской промышленности, оказавшиеся не в состоянии конкурировать на рынке с аналогичными отраслями других стран. Кроме того, Конгресс все более неохотно давал президенту свободу действий в ведении переговоров о заключении новых соглашений по либерализации торговли с другими странами. В довершение всего, после окончания «холодной войны» американцы ввели ряд торговых санкций против стран, которые, по мнению США, нарушали общепринятые нормы поведения в отношении прав человека, терроризма, торговли наркотиками и создания оружия массового уничтожения.

Несмотря на эти неудачи в достижении свободной торговли, в девяностые годы XX века Соединенные Штаты продолжали добиваться либерализации торговли на международных переговорах. США ратифицировали Североамериканское соглашение о свободе торговли (НАФТА), завершили так называемый уругвайский раунд многосторонних торговых переговоров и присоединились к многосторонним соглашениям, устанавливающим международные правила защиты интеллектуальной собственности и торговли финансовыми и основными телекоммуникационными услугами.

Все же к концу девяностых годов прошлого столетия будущее направление торговой политики США оставалось неопределенным. Официально эта страна сохраняла приверженность свободной торговле, поскольку участвовала в новом раунде многосторонних торговых переговоров; прилагала усилия к разработке региональных соглашений о либерализации торговли с участием Европы, Латинской Америки и Азии и стремилась решить свои двусторонние торговые споры с рядом других стран. Однако отсутствовала уверенность в том, что удастся получить поддержку в проведении подобной политики. Тем не менее, это не означало, что Соединенные Штаты собираются уйти из мировой экономики. Ряд финансовых кризисов, особенно кризис, потрясший Азию в конце девяностых годов XX века, наглядно продемонстрировали взаимозависимость глобальных финансовых рынков. В процессе работы над созданием механизмов, имеющих своей целью разрешение или предотвращение подобных кризисов, Соединенные Штаты и другие страны стали рассматривать идеи реформ, проведение которых потребует в предстоящие годы налаживания все более широкого согласования усилий и сотрудничества в международном масштабе.

Соединенные Штаты верят в систему открытой торговли, на которую распространяется принцип законности. Со времени Второй мировой войны президенты Соединенных Штатов утверждали, что участие в мировой торговле предоставляет американским производителям доступ к широким иностранным рынкам и дает американским потребителям возможность более широкого выбора при покупке продуктов. В последнее время лидеры Америки отмечали, что конкуренция со стороны иностранных производителей также позволяет поддерживать низкие цены на многие товары, смягчая тем самым воздействие инфляции.

Американцы заявляют, что свободная торговля приносит выгоду и другим народам. Экономисты уже давно считают, что торговля позволяет странам уделять основное внимание производству тех товаров и услуг, высокое качество которых эти страны могут обеспечить с наибольшей эффективностью. Таким образом, они повышают производственные мощности всего мирового сообщества. Более того, американцы убеждены в том, что торговля содействует росту экономики, социальной стабильности и развитию демократии в отдельных странах, а также что этот вид экономической деятельности способствует мировому процветанию, утверждению законности и обеспечению мира в международных отношениях.

Открытая система торговли требует, чтобы страны предоставляли справедливый и свободный от дискриминации доступ на рынки друг друга. Преследуя эту цель, Соединенные Штаты готовы обеспечить другим странам благоприятные условия доступа на свои рынки, если эти страны будут поступать аналогичным образом, снижая свои собственные торговые барьеры посредством заключения многосторонних или двусторонних соглашений.

Соединенные Штаты также часто настаивают на том, чтобы зарубежные страны провели дерегулирование своих отраслей промышленности и предприняли шаги по обеспечению такого положения, при котором оставшиеся регулирующие правила были бы прозрачными, не носили бы дискриминационного характера по отношению к иностранным компаниям и соответствовали бы международной практике. Заинтересованность американцев в дерегулировании частично объясняется беспокойством по поводу того, что некоторые страны могут использовать регулирование в качестве косвенного средства недопущения на свои рынки экспортных товаров других стран.

Несмотря на общую приверженность принципам свободы от дискриминации, Соединенные Штаты присоединились к некоторым торговым соглашениям о преференциях. Иногда ради достижения политических целей Соединенные Штаты отступают от своей общей политики содействия свободной торговле, ограничивая объем импорта в страны, которые, по существующему мнению, нарушают права человека, поддерживают терроризм, терпимо относятся к торговле наркотиками и представляют угрозу международному миру.

Нет ничего нового в том, что Соединенные Штаты прибегают к торговым санкциям для достижения своих политических целей. Со времени Американской революции, произошедшей много более 200 лет назад, американцы пользуются санкциями и мерами по контролю над экспортом.

Однако после окончания «холодной войны» подобная практика приобрела более широкие масштабы. Тем не менее, в Конгрессе и федеральных органах власти продолжается обсуждение вопроса о том, является ли использование торговой политики действенным средством достижения внешнеполитических целей.

Основные монополии, банки, финансовые группы

Монополии – крупные хозяйственные объединения (картели, синдикаты, тресты, концерны и так далее), находящиеся в частной собственности (индивидуальной, групповой или акционерной) и осуществляющие контроль над отраслями, рынками и экономикой на основе высокой степени концентрации производства и капитала с целью установления монопольных цен и извлечения монопольных прибылей.

Банковские монополии — крупнейшие банки их объединения, господствующие в проведении банковских операций и на этой основе извлекающие монопольно высокие прибыли.

Монополии подавляют конкуренцию - важную движущую силу экономического прогресса.

Существуют следующие основные формы банковской монополии:

- Банковские картели - соглашения банков, в известной мере ограничивающие их самостоятельность и свободную конкуренцию между ними путем установления единообразных процентных ставок, проведения одинаковой дивидендной политики и т.п.

- Банковские синдикаты, или консорциумы, - соглашения между несколькими банками для совместного проведения крупных и выгодных финансовых операций (обычно по выпуску ценных бумаг), которые не в состоянии осуществить один банк.

- Банковские тресты — форма объединения, при которой собственность входящих в нее банков объединяется и деятельность подчиняется единой власти. Возникает в результате поглощения одним банком-гигантом своих конкурентов или слияния нескольких банков. Все эти формы типичны для США и Великобритании.

- Банковские концерны - объединения многих банков, формально сохраняющих самостоятельность, под финансовым контролем одного крупного банка, скупившего контрольные пакеты их акций. Как в промышленности, так и в банковском деле монополии не уничтожают конкуренцию. Эта конкуренция происходит:

1.                       между немонополизированными банками;

2.                       между банковскими монополиями и банками-аутсайдерами;

3.                       между самими банковскими монополиями;

4.                       внутри банковских монополий.

Между самими банковскими монополиями ведется ожесточенная борьба за клиентуру. Для расширения сферы своего влияния и привлечения клиентуры у конкурентов каждый банк-монополист учреждает свои филиалы там, где раньше действовали только филиалы других банковских монополий.

Развертывается также борьба между банками-монополистами за контроль над предприятиями, в которых они участвуют. Если, например, акциями промышленной компании владеют два или несколько крупных банков, то каждый из них стремится захватить контрольный пакет акций.

Наконец, сами банки играют активную роль в образовании и развитии промышленных монополий. Объединение ряда кредитуемых предприятий в монополистический союз выгодно для банка, так как уменьшает риск банкротства предприятий-заемщиков и вместе с тем увеличивает размеры их финансовых операций, при ведении которых банки получают прибыль.

Процесс монополизации имеет позитивные и негативные последствия. Позитивным является то, что у гигантских предприятий и их объединений больше возможностей развивать современное производство, финансировать крупные научно-исследовательские лаборатории, получать новые научные результаты, внедрять новейшую технику и технологии, осуществлять переквалификацию работников, а следовательно, приспосабливаться к уровню развития производительных сил, к структурным сдвигам в экономике. Поэтому не удивительно, что на современном этапе развиваются такие формы сотрудничества гигантских корпораций, как организация совместных предприятий, фирм, обмен патентами, научно-технической информацией и тому подобное. Образование таких межфирменных объединений, консорциумов связано в первую очередь с реализацией больших научно-технических программ. Создаются также корпоративные исследовательские организации.

Отрицательной чертой монополизации экономики является, прежде всего, практика установления монопольных цен. Покупатели вынуждены покупать товары по завышенным ценам, поскольку крупные компании изготовляют подавляющую массу продукции. Монополия тормозит научно-технический прогресс. Это происходит потому, что монополизация производства и сбыта, дает возможность крупным компаниям получать определенное время высокие прибыли, даже не внедряя новые достижения науки и техники в производственный прогресс.

Финансовые группы - основная организационная форма финансового капитала высшая ступень частнокапиталистической монополизации. Финансовые группы начинают формироваться с переходом к империализму на основе процесса концентрации и централизации капитала, развития монополий и государственного монополистического капитализма; представляют собой сращивание кредитно-финансовых монополий (банков, страховых компаний) с торгово-промышленными и транспортными монополиями.

В условиях современного государственного монополистического капитализма усиливается универсализация ведущих финансовых групп, что способствует более высокой степени монополизации экономики в руках современной плутократии. Большая часть финансовых групп утратила отраслевую специализацию.

Широкое развитие получил процесс интернационализации финансовых групп, при котором значительная часть активов финансовых групп оседает за границей, а внутри страны эти группы активно сотрудничают с иностранными монополиями. Это характерно для американских финансовых групп, а также для финансовых групп Западной Европы, Японии.