Возникновение и развитие социологии в конце XIX начало XX века

АННОТАЦИЯ 

     Цель  контрольной работы – рассмотреть возникновение и развитие социологии в конце XIX начало XX века.

     Задачи  контрольной работы – изучить, проанализировать и раскрыть особенности функционирования Российской социологии того периода, именно как самостоятельной дисциплины.

     Рассмотрен  и подробно раскрыт процесс развития социологической мысли конца XIX начало XX века. Сделано заключение, в котором подведены итоги проделанной работы.

     Практически все социологи России в 19-начале 20 века в прямой или косвенной  форме выходили на проблемы человека, индивида как социального существа (субъективная школа), считая его сознание и поведение основным критерием общественного прогресса, а в ряде случаев рассматривая этот феномен в качестве одного из основных составляющих компонентов, являющихся объектом социологического изучения. Именно гуманистическая направленность, человеческое измерение общественной науки является важнейшей характеристикой состояния и развития социологии в этот период времени.

ОГЛАВЛЕНИЕ

   ВВЕДЕНИЕ

     Социология  в Россию проникла с Запада, но быстро стала принимать собственные оригинальные формы и развиваться самостоятельно в собственных национальных культурных традициях и политических условиях. На это обстоятельство с некоторым удивлением указал немецкий философ и социолог Л. Штейн в своем благожелательном обзоре русской социологии XIX века. За период с конца 60-х годов XIX века до середины 20-х годов XX века социология прошла несколько этапов, постепенно достигая когнитивной зрелости, критериями которой являются стремление к теоретико-методологической интеграции, создание эмпирического уровня исследований и успешная институционализация (организация преподавания и научной работы). Все три критерия постоянно стимулируют друг друга. Их конкретная история позволяет уловить национальную и региональную специфику исследовательского процесса и его место, роль в более широком мировом процессе социального познания определенной эпохи.¹ Однако демонстрации этой истории должен предшествовать ответ на вопросы: в каких условиях и под влиянием, каких обстоятельств возникла русская социология? Что помогало и что мешало ее развитию? Эти вопросы остаются актуальными и в настоящее время.

     Целью данной контрольной работы является рассмотрение основных  этапов развития социологической мысли в России в конце XIX начало XX века .

     Цели  определяют задачи контрольной работы:

• Раскрыть причины появления и распространения социологии в России;
• Проанализировать становление и развитие социологической мысли в конце XIX начале ХХ века;

     Источниками для изучения темы являются в первую очередь   изданные труды замечательных мыслителей П. А. Кропоткина, Н. К. Михайловского, Л.И. Мечникова, М.М. Ковалевского, Е.И. Де, Л. Петражицкого и др.

     Задачи  определяют структуру исследования: контрольная работа состоит из введения, 2 параграфов и заключения.

     В введении даются основные направления реферата, освещаются важнейшие вопросы, которые будут рассмотрены и проанализированы в данной теме.

       Основная часть контрольной работы состоит из 2 параграфов, в которых более подробно и конкретно рассматриваются вопросы указанной темы.

     Подводит  итог контрольной работы заключение, в котором делается вывод проведенных исследований. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     1. Причины появления и распространения социологии в России

     Возникновение самой социологии, как и суммы вышеперечисленных ее зависимостей, определялось в первую очередь капиталистическим путем развития, на который Россия медленно, но неотвратимо вступала после реформы 1861 года. Этот хронологический рубеж и следует считать началом социологии в России, которая, как и в Западной Европе, возникла в русле позитивистской традиции. Следует сразу отметить, что именно социология (а не литературоведение, философия, история и т.п.) в итоге оказалась той идейной сферой, где позитивизм в России достиг самых больших результатов, причем не, только в национальном масштабе, но и в мировом.

     В 1842 году Конт выпустил заключительный том "Курса позитивной Философии". И через три года мы обнаруживаем первую четкую реакцию на него в России. О необходимости создания в стране новой науки — социологии — заявил талантливый исследователь Валериан Майков.

     Особенно  помогли реформы 1861 года, когда некоторые  запреты на изучение многих общественных проблем, существовавшие для национальных исследователей в эпоху Николая  I, были наконец-то сняты.

     Послереформенная  Россия, при всей противоречивости освобождения крестьян от крепостной зависимости, была во многом отличной от дореформенной России, особенно учитывая важнейшие тенденции развития общества, культуры и базовой, массовой личности. Именно эти тенденции и сформулировали национальные потребности в новой общественной науке — социологии, методику которой при этом предлагали брать у западных авторитетов — Д. Милля, Г. Бокля, Г. Спенсера, но особенно у О. Конта. С середины 60-х годов в русской литературе появляются работы, в которых неоднократно встречается словечко социология, которая, однако, понимается как философия истории "на научной основе".

     Спор, как называть эту науку — "социальной физикой", "философией истории" или "социологией" был не столь беспредметен, как может сейчас показаться. Один из комментаторов этого процесса отмечал, что, если бы речь шла просто о выборе того или иного названия, то в конечном счете можно было бы согласиться с любым из них или каким-либо другим, но вопрос заключался в ином – в междисциплинарных отношениях, объектах и степени толкования социальной реальности.

     Оформление  социологии на русской культурной арене  имело как гносеологическое значение, связанное с появлением новой  формы мысли, так и более широкий  социальный смысл. А именно — социология теоретически отражала в самой различной форме требования буржуазной модернизации существующих порядков в России. Известно, что одной из основных особенностей русской общественной жизни тех лет было сохранение в стране пережитков крепостничества. Переплетение нового и старого придавало особую историческую специфику и остроту многим противоречиям страны. ''Учреждения старины", густая сеть докапиталистических отношений деформировали и тормозили развитие капитализма не только в области политико-экономических отношений, но и в сфере культуры, в том числе и в социологии.

     Идеология громадной части русских социологов - мелкобуржуазный демократизм и  либерализм; поэтому в большинстве  доминирующих в это время идеологических конфликтов, особенно до революции 1905 ода, они выступали оппозиционерами и критиками царского режима. В рамках этой общей ориентации неизбежно были свои оттенки: одни видели негативные аспекты западного капитализма и стремились в утопической форме снять их (Н. Михайловский и другие), другие, напротив, призывали, открыто исходить из ценностей буржуазного общества и "пойти на выучку капитализму" (П. Струев и другие).²

     Так, проблема разложения феодального строя  и генезиса промышленного капитализма  и его культуры становится, как правильно отмечал В.И. Ленин, "главным теоретическим вопросом" в русском обществоведении. В сущности, эта же тема была главной для всей западной социологии, выступая в различных концептуальных оформлениях: дихотомия "военно-феодального" и "мирно-индустриального общества" Г. Спенсера, "механической и органической солидарности" Э. Дюркгейма, "общества" и "общности" Ф. Тенниса, этики протестантизма и капитализма М.Вебера.

     Русская передовая журналистика выступала  с критикой и требованием пересмотра всей деятельности, всех архаических заветов и преданий прошлого. Наука об обществе – социология – многим представлялась тогда наиболее надежным помощником в этом деле.

     Для становления социологии явно стимулирующим  фактором оказалось усложнение социальной структуры русского общества, бурный рост городских сословий, бывших до реформы почти незаметными группами на фоне крестьянства и дворянства. "Одному Штольцу 40-х годов после реформы, - указывал отечественный социолог А.А. Исаев, — соответствовали уже 5-10 Штольцев с русскими и нерусскими именами". Капитализм увеличил и сложно дифференцировал состав населения города, создал массу новых профессий, способствовал невиданной ранее постоянной мобильности населения, ломке старых культурных стандартов. Вся совокупность этих изменений вызвала в различных слоях русского общества (особенно у быстро растущей интеллигенции) жадный интерес к социальным проблемам. Кстати, Россия не только подарила миру термин "интеллигенция", но и первые теоретические формы самосознания этого слоя, вырастающего на разработке ряда социологических проблем - роли интеллигенции в общественных процессах, идей общественного долга, соотношения "толпы и героя" и т. п.

     Уже первые историки русской социологии, как отечественные, так и зарубежные (Н. Кареев, О. Лурьев, Ю. Геккер), верно, заметили, что главные теоретические достижения социологической мысли в России были одновременно ответом на вопрос: "Что считать наиболее важным для блага народа?". Свое стремление помочь угнетенному народу (часто беспомощное) русские интеллигенты переносили в писательскую и исследовательскую деятельность, не очень их разграничивая. Отсюда публицистичность социологической литературы в России, ее подчеркнутая гуманистическая ориентация, совпадающая с литературной ориентацией на страдающего человека, хотя в итоге не обошлось и без "веховского" высмеивания этой линии, и сциентистского отрицания ее. В свою очередь русская реалистическая литература конца XIX века жадно впитывала социальную проблематику.

     Взаимодействие художественной литературы (особенно публицистики) и социологии — важная тема, требующая самостоятельного рассмотрения. Укажем здесь только на то, что имена Спенсера, Конта, Михайловского и других социологов, их высказывания, названия трактатов и систем столь обильно замелькали в устах литературных героев и в авторской характеристике их, что это обстоятельство обратило невольное внимание литературных пародистов. В одном из произведений А. Чехова даже появился лакей — страстный любитель чтения, читающий все подряд от вывесок лавок до сочинений... О. Конта.

     Одновременно действию отмеченных факторов мешали (иногда в существенной степени) многие патриархально-традиционные элементы старого общества и культуры. Прежде всего, следует упомянуть долгую вражду с царской администрацией. Боязнь мертвящего воздействия последней на социальную науку — общая черта психологии русских научных кругов. Вспомним хотя бы "высочайшие" решения Павла I и Николая I, запрещавшие официальное использование терминов "общество", "революция" и "прогресс". После реформы возникают и растут социальные слои, с мнением которых приходилось считаться: соответственно этому меняются формы самого "ответа". Причем дело, конечно, не в простом ограничении научного лексикона (хотя и это весьма показательно!), а в том, что абсолютизм и православный провиденциализм были преградой объективному рассмотрению социальных проблем. Вот один типичный пример.

     Сопротивление со стороны титулованной рутины любым научным нововведениям, учебным программам и планам превращало, как признавались различные исследователи, иногда даже довольно невинные явления (чтение книжек не только по социологии или политической экономии, но даже по бактериологии, гигиене, санитарии и биологии) в дело... политики, в процесс полулегальный. Не только студент, но и уже сложившийся ученый не был застрахован от доносов, нелепого контроля, всевозможных внешних помех в исследованиях и процессе обучения.

     В этой ситуации подавляющая часть русских социологов, так или иначе, была жертвой полицейского пресса. Это другая особенность нашей социологии, отличающая ее от западной. Ссылки, вынужденная эмиграция, тюрьма, увольнения, грозные предупреждения и т. п. - вот вехи биографии Д.Щапова, Л. Оболенского, Л. Мечникова, С. Южакова, Н. Стронина, Е. Де Роберти, Б. Кистяковского, П. Сорокина. А ведь многие из них были людьми далеко не радикальных настроений.

     Другим  отрицательным фактором в распространении  и оформлении социологии явились  предрассудки некоторых ученых в  отношении новой дисциплины, особенно в старых университетских разделах гуманитарной науки: истории, государствоведении и т. д. Как Правило, их отношение к социологии варьирует от безразличия до откровенной враждебности. Недоброжелательство ломалось очень медленно. И только в первое десятилетие XX в. междисциплинарные отношения резко изменились. Началось повсеместное признание социологии, и постепенно социологическая точка зрения стала широко использоваться в истории, правоведении, политической экономии, психологии, этнографии именно как новая плодотворная теоретическая перспектива в сравнении с традиционными подходами.

     Однако, несмотря на действие негативных факторов, социология в России возникла и стала  развиваться. ³ 

     2. Становление и  развитие социологической  мысли в конце XIX начале ХХ века

     Социологическая мысль в России XIX была представлена множеством направлений, которые отражали весьма сложный спектр существующих в то время общественно-политических течений. Различные социологические доктрины теоретически обосновывали направленность, цели, а порой и программные установки этих течений.

     Весьма  содержательные и принципиальные объяснения развития общества, движущих сил исторического  процесса содержатся в трудах русских  мыслителей XIX-XX вв., в том числе  П. Чаадаева, А. Герцена, В. Белинского, Н. Чернышевского, Н. Данилевского, П. Лаврова, Н. Михайловского, П. Струве, М. Туган-Барановского, М. Ковалевского, П. Сорокина.

     Как же характеризовались наиболее влиятельные  в то время направления социологической  мысли в России?

     2.1 Анархизм М.Бакунина  и П.Кропоткина.

     Теоретическое содержание и практическая направленность анархизма были всесторонне обоснованы в трудах русских мыслителей и  революционеров Михаила Бакунина (1814-1876) и Петра Кропоткина (1842-1921). Они  в свою очередь опирались на труды  таких западноевропейских теоретиков анархизма, как Ш.Фурье, М.Штирнер и П.Прудон. Как считал Бакунин, суть анархии выражена в словах: “Предоставьте вещи их естественному течению”. Отсюда одна из центральных идей анархизма – идея свободы личности как ее естественного состояния, которое не должно нарушаться никакими государственными институтами.

     Исходя  из того, что личность должна быть свободной  и ей нельзя ничего навязывать, Бакунин  в то же время указывал на “всецело социальный” характер свободы, ибо  она может быть осуществлена “только через общество” и “при самом строгом равенстве каждого со всеми”.

     Человек, по словам Бакунина, вступает в противоречие с общественными институтами, ограничивающими  его свободу. Тем более он борется  с государством как аппаратом  чиновников, перерастающим в их бюрократическую корпорацию, подавляющую народ и существующую за счет его порабощения.

     Сегодня это звучит весьма актуально.

     Государство, по Бакунину, - это всегда власть меньшинства, противопоставленная народу сила. Оно  остается “законным насильником воли людей, постоянным отрицанием их свободы”. В конечном счете оно явно или не явно закрепляет, привилегии какого-нибудь меньшинства и реальное порабощение огромного большинства”. Массы людей не понимают этого из-за своего невежества. Их же действительные интересы заключаются в устранении государства, которое их порабощает. На это должен быть направлен их справедливый бунт свободы”.

     Восприняв ряд социалистических идей Прудона, Бакунин развил их в своей теории социализма и федерализма. Основные из этих идей сводились к тому, что социализм,, как общественный строй, должен быть основан на личной и коллективной свободе, на деятельности свободных ассоциаций. В нем не должно быть никакой правительственной регламентации деятельности людей и никакого покровительства со стороны государства, последнее вообще должно быть устранено. Все должно быть подчинено удовлетворению потребности и интересов личности, коллективов промышленных и иных ассоциаций и общества как совокупности свободных людей. Отношения между всеми субъектами общества строятся на принципах федерализма, то есть их свободного и равного союза.

     Социалист-анархист, по заявлению Баунина, живя для самого себя, в то же время служит всему  обществу. Он естественен, умеренно патриотичен, но зато всегда очень человечен. Такая вот занимательная характеристика свободного анархического анархиста.

     Идеи  анархизма получили свое дальнейшее развитие в работах П.Кропоткина, который утверждал, что анархизм есть нечто большее, чем простой  способ действия или же идеал свободного общества. Анархизм, кроме того, представляет собой “философию как природы так и общества”. Как и Бакунин, Кропоткин резко выступал против государства и “государственного социализма”, считал, что трудящиеся сами в состоянии “выработать строй, основанный на их личной и коллективной свободе”. Теоретик анархии считал возможным установление “безгосударственного коммунизма” на основе “союза сельскохозяйственных общин, производственных артелей и ассоциации людей по артелям”.

     Этот  свободный “анархический коммунизм” в отличие от государственного авторитарного коммунизма мыслился Кропоткиным как общество равных между собой людей, целиком основанная на самоуправлении. Оно должно состоять из множества союзов, организованных для всякого рода производства: земледельческого, промышленного, умственного, художественного и т.п. Таков социалистический анархизм на практике. Речь шла о создании самоуправляющегося федерального союза свободных ассоциаций людей, отношения между которыми строились бы на принципах солидарности, справедливости и безначалия и регулировались бы в основном моральными нормами.

     Проблемам нравственного регулирования отношений  между людьми П.Кропоткин предавал большое значение. Он считал, что  нравственные чувства глубоко кренятся в биологической природе людей. В процессе общественной жизнедеятельности эти их чувства получают их дальнейшее развитие и обогащение, приобретают социальный смысл и значение. Таковы изначальные нравственные чувства взаимной поддержки и солидарности, лежащие в основе морали.

     И все таки в России анархизм не стал доминирующим течением общественной мысли, в том числе и в области социологии. Наибольшее влияние на умы людей анархизм имел в начале 70-х годов прошлого столетия. Затем его влияние пошло на убыль. В начале 80-х годов Российская философско-социологическая мысль по сути дела отмежевалась от анархизма, а в ряде случаев открыто порвала с ним. В дальнейшем были свои приливы и отливы влияния анархизма на общественное сознание, обусловленные исторической обстановкой и, конечно же, тем, что отдельные идеи анархизма до сих пор не утратили своей привлекательности в силу их либеральной гуманистической направленности.⁴ 

     2.2 Социологические взгляды народников П. Лаврова и Н. Михайловского

     Заметное  влияние на становление и развитие общественной мысли в России оказала социология народничества. Виднейшими ее представителями были П. Лавров (1823-1900 год) и Н. Михайловский (1842-1904 год). Они придерживались так называемого субъективного метода в социологии, который получил всестороннюю разработку в их многочисленных трудах.

     Основную  задачу социологии П. Лавров усматривал в изучении мотивов деятельности личности и их нравственных идеалов. При этом особое внимание уделялось  анализу “солидарных”, как он писал, действий людей, направляемых их общими интересами. Социология: по словам Лаврова, изучает и группирует повторяющиеся факты солидарности между людьми и стремится открыть законы их солидарных действий. Она ставит себе теоретическую цель: понять формы солидарности, а так же условия ее упрочения и ослабления при разном уровне развития людей и форм их общежития. Под солидарностью Лавров понимал “сознание того, что личный интерес совпадает с интересом общественным” и “что личное достоинство всех солидарных с нами людей”. Солидарность - это “общности привычек, интересов, эффектов или убеждений”, все это обусловливает сходство поведения и деятельности людей.

     В своих работах П. Лавров ставил и  по своему решал целый ряд фундаментальных  проблем социологии, в том числе  о движущих факторах исторического процесса, его объективной и субъективной сторонах, роли личности в истории, механизме и направленности общественного прогресса. Он размышлял о “социологических законах” развития общества, которые он пытался истолковать с позиций того же субъективного метода.

     Основным  двигателем истории по мнению П. Лаврова, являются действия критически мыслящих личностей, составляющих передовую  часть интеллигенции. “Развитие  критической мысли в человечестве, ее укрепление и расширение есть…  главный и единственный агент  прогресса в человечестве” – писал он.

     Разработку  субъективного метода в социологии продолжил Н. Михайловский. Он прямо  заявил, что “объективная точка  зрения, обязательная для естествоиспытателя совершенно непригодна для социологии”, что в социологии этот метод бессилен. А бессилен он потому, что он не выполним. Он неизбежно оценивает их и не только с познавательных, но и иных, прежде всего с нравственных позиций, принимает их или отвергает. Поэтому делает вид Н. Михайловский, “в социологии неизбежно применение субъективного метода”. Подобный метод породил его субъективную социологию.

     Как и Лавров, Михайловский придерживался  мнения о существовании правды –  истины и правды – справедливости. Сам он поэтому поводу высказывался так: “Безбоязненно глядеть в  глаза действительности и ее отражению – правде-истине, правде объективной, и в тоже время, сохранять и правду –справедливость, правду субъективную – такова задача всей моей жизни”. Он развивает учение о двуединой правде, органически сочетающей в себе объективную и субъективную правду. С позиций этой двуединой правды он рассматривает проблемы общественной жизни и различных наук, в том числе социологии, этики, эстетики, политики и т.д.

     Много внимания уделял Михайловский решению  проблемы взаимодействия личности и  общества. На первом плане у него, разумеется, личность, обладающая своей особой индивидуальностью и неповторимостью. Критически мыслящие личности с их более или менее яркими индивидуальностями являются главными действующими лицами в обществе, определяют развитие его культуры и переход к высшим формам общественного устройства. “Социологическая теория борьбы за индивидуальность проходит красной нитью через все его произведения”.

     Сосредоточив  усилия на защите индивидуальности, Михайловский как бы опускает, не анализирует проблему влияния социальной среды на формирование социальных потребностей и интересов человека и тем самым на его поведение. Он больше привлекает внимание человека к сформулированному им закону антагонизма между быстро развивающимся и усложняющимся обществом и превращением личности в носителя его частной функции. В результате развития общественного разделения труда не только крестьяне, но и рабочие превращаются в односторонне развитых людей в “палец от ноги общественного организма”.

     Во  многом сохраняет свое теоретическое и практическое значение теория общественного прогресса Михайловского, его критика позитивиста Г. Спенсера, который по сути дела игнорировал особенности развития общества по сравнению с природой. Михайловский же считал, что в основе развития общества лежат не биологические, а социальные процессы, в том числе разделение труда, борьба нового уклада общественной жизни со старым, передовых и реакционных идей и общественных идеалов. Он указывал на прогресс общества и прогресс личности. Ни один из этих видов прогресса не должен осуществляться за счет другого.

     Оба этих мыслителя, выдающиеся представители  русского революционного народничества, оказали значительное влияние на развитие социологической мысли  в России. Они “завершили течение  Русской мысли, идущее от Герцена и Белинского”, и стали “властителями дум эпохи вхождения в народ и кающегося дворянства”.⁵

     2.3 Психологическое направление

     Психологическое направление социологии в России сложилось в 1890-х годах. Именно в  это время вышли фундаментальные труды наиболее ярких его представителей Е.В. Де-Роберти, Н.И. Кореева и других. В теоретическом отношении их труды базировались на идеях, высказанных французами Т. Тардом и Г. Лебоном, немцами М. Лацарусом, Х. Штейнталем, американцами Н. Уордом и Ф. Гиддингом, а так же русскими социологами П. Лавровым и Н. Михайловским, которые, как и указанные мыслители запада были склонны к известной психологизации в объяснении явлений общественной жизни.

     Главные труды Е.В. Де-Роберти (1843-1915) и Н.И. Кореева (1850-1931) касались фундаментальных проблем общественного развития – его изначальных причин и движущих сил, основного содержания и направленности, прогресса и регресса в развитии общества, роли масс и личности в истории и так далее. Все эти проблемы решались ими исходя из признания главной роли в поведении и деятельности людей их индивидуальной и коллективной психологии.

     Такой теоретический и методологический подход к исследованию общественных явлений Е.В. Де-Роберти развивал в своих трудах “социология”, “Социальная психика”, “Новая постановка основных вопросов социологии”, “Философия и ее задачи в 20 веке”, и д.р. Его работы по теоретической социологии тесно смыкались с работами по социальной психологии и философии.

     Е.В. Де-Роберти не редко называют представителем позитивистской философии. Это имеет свои основания. В соответствии с основными установками философско-социологического позитивизма Де-Роберти стремился “поднять империческое знание общественных фактов на высоту точной теории”. При этом он заявлял, что “всемирная история рас, народов, государств является колоссальным по своим размерам сплошным социологическим опытом”. В духе позитивизма О. Конта он называл социологию опытной наукой об обществе, как и В.Парета, говорил о необходимости использовать экспериментальный метод “в изучении социальных явлений и ввести этот метод в так называемые нравственные политические науки”.