Возникновение ревизионизма в партиях II Интернационала

      1.Победа марксизма в рабочем движении Западной Европы

      1.1 Возникновение ревизионизма  в партиях II Интернационала 

      Социал-демократия возникла на почве рабочего движения. Созданный Марксом и Энгельсом  в 1864 г. I Интернационал, приобщив к марксизму  передовых рабочих, способствовал созданию массовых социалистических рабочих партий во многих государствах Европы. Первый Интернационал, созданный в 1889 г., представлял собой уже не международное товарищество рабочих, а международное объединение социалистических партий. Первая партия, созданная в России в 1898 г., также получила название РСДРП (Российская социал-демократическая рабочая партия). В этот период марксистское рабочее движение еще было единым и разделяло важнейшие установки марксизма на ликвидацию капитализма и революционное переустройство общества. В то же время во II Интернационале, особенно после смерти Энгельса, начали углубляться разногласия по поводу основных постулатов марксизма. В начале XX в. при усилившихся межимпериалистических противоречиях, и особенно в связи с Первой мировой войной, единое социалистическое движение раскололось. Большевистская партия приступила к сплочению левых интернационалистических сил в международном рабочем движении. После победы Октябрьской революции в России эти левые силы выделились из социал-демократических партий и создали собственные политические партии, которые позже объединились в рамках III Коммунистического Интернационала. Правые социалистические и социал-демократические партии через ряд временных объединений: Бернский интернационал (1919–1923), Венский интернационал (1921–1923) восстановили свое единство в рамках Социалистического рабочего интернационала (1923), который после Второй мировой войны получил название Социалистический интернационал и успешно существует до настоящего времени.

      Среди оппортунистического направления  господствующее место занял ревизионизм, его главным идеологом был  Э. Бернштейн. Возникновение ревизионизма связано с наступлением монополистической  стадии капитализма, одним из порождений которой было формирование рабочей аристократии. Оно отразило процесс оппортунистического перерождения части руководящих деятелей западноевропейских партий Интернационал 2-й 2-го. Против взглядов Бернштейна выступил А. Бебель, однако он не поставил вопроса о несовместимости их с принадлежностью к социалистической партии. Борьбу против ревизионизма вели Г. В Плеханов, Ф. Меринг, П. Лафарг, Р. Люксембург и др. Но только В. Интернационал 2-й Ленин довёл до конца разоблачение бернштейнианства. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

  2. Эволюция экономических взглядов К. Каутского и Р. Гильфердинга 

      К. Каутский и Р. Гильфердинг выступали  в роли теоретиков ревизионизма и  реформизма на первом этапе общего кризиса капитализма. Они открыто  ополчились против ленинизма. Блокируясь с троцкистами и бухаринцами, они пророчили гибель Советской власти и, вопреки учению В. И. Ленина, уверяли, что победа социализма в одной стране невозможна. Теоретические положения, изложенные в работах Каутского и Гильфердинга, до сих пор являются источником «мудрости» современного реформизма и ревизионизма.

      Каутский  считал, что полная демократия –  не форма господства буржуазии, так  как буржуазия первоначально  была против всеобщего избирательного права и добились его именно рабочие. Такая демократия – кратчайший, вернейший и наименее дорогой путь к социализму.

      В работе «Материалистическое понимание  истории» К. Каутский попытался развить  новый вариант оппортунистической теории «врастания капитализма в  социализм» под вывеской «чистой» или  «политической» демократии».

      За  «чистую» или «политическую демократию» К. Каутский выдавал парламентарную буржуазную демократию в капиталистических странах, которая на деле не только не изменяет классового характера буржуазного государства, но маскирует его истинную классовую сущность. К. Каутский внушал пролетариату, что капиталистическое государство под «давлением сил демократии» существенно изменяется, перестает быть орудием эксплуатации угнетенного класса и служит интересам всех слоев общества. Он утверждал, что парламентарная демократия смягчает классовую борьбу, сближает интересы капиталистов и рабочих. «Гармония их интересов может быть связана с тем, что прогресс производительности труда, который приносит с собой промышленный капитал, идет на пользу не только ему одному, но также и рабочим, и ... рабочие так же заинтересованы в процветании хозяйства, как и капиталисты». Бывший марксист Каутский стал, как мы видим, откровенным проповедником классовой гармонии при капитализме. В своей теории «политической», или «чистой демократии» К. Каутский, продолжая линию на отрицание диктатуры пролетариата, утверждал, что произошло якобы коренное изменение капитализма и буржуазного государства в сторону демократии и социализма. Его теория, таким образом, продолжает попытки ревизовать марксистское учение о классовом характере буржуазного государства. Бывший «критик» полностью капитулировал перед Бернштейном.

      Но  К. Каутский пошел еще дальше. Он капитулировал и перед откровенно буржуазной идеологией. Открыто порвав с марксизмом, Каутский объявил устаревшей историческую формулировку «Коммунистического Манифеста», что пролетариям нечего терять, кроме своих цепей, приобретут же они весь мир. Не рискуя открыто отрицать необходимость завоевания власти пролетариатом, он утверждал, что это станет возможным лишь в отдаленном будущем, когда капиталистическое производство будет «находиться в большем расцвете», когда созреют «моральные и интеллектуальные предпосылки» для социализма. Иначе говоря, буржуазия, по его мнению, еще недостаточно богата для того, чтобы имело смысл ее экспроприировать, а пролетариат (уже совершивший Октябрьскую социалистическую революцию!), оказывается, если верить К. Каутскому, еще недоросло захвата власти. Таким образом, правая социал-демократия перешла на позиции откровенно буржуазной идеологии.

      В. И. Ленин в статье «О «демократии» и диктатуре» писал: «Буржуазии выгодно  и необходимо скрывать от народа буржуазный характер современной демократии, изображать ее демократией вообще или «чистой  демократией», и Шейдеманы, а также  Каутские, повторяя это, на деле покидают точку зрения пролетариата и переходят на сторону буржуазии».

      Р. Гильфердинг придерживался той  же теоретической и политической линии, что и Каутский. Его теория «организованного капитализма», или  «хозяйственной демократии», дополняет измышления К. Каутского о буржуазной демократии. Во вмешательстве государства в экономику Гильфердинг увидел ростки социализма. По утверждениям Гильфердинга, государство «чистой демократии» берет в свои руки хозяйство, организует его, направляя развитие экономики «в интересах всех слоев общества в целом». Кроме того, растет якобы и демократизация снизу. Рабочие увеличивают свое участие в организации хозяйства через представительство профсоюзов.

      На  съезде Германской социал-демократической  партии в Киле (1927 г.) Гильфердинг говорил, что «организованный капитализм» означает в действительности принципиальную замену капиталистического принципа свободной конкуренции социалистическим принципом планомерного производства, таким образом, рост государственно-монополистического капитализма Гильфердинг, так же как и Каутский, выдавал за рост социализма. Критикуя подобные взгляды, В. И. Ленин писал, что «самой распространенной ошибкой является буржуазно-реформистское утверждение, будто монополистический или государственно-монополистический капитализм уже не есть капитализм, уже может быть назван «государственным социализмом» и тому подобное». В. И. Ленин подчеркивал, что регулирование буржуазного государства не может изменить существа капитализма. В условиях государственно-монополистического капитализма монополия по-прежнему остается основной, экономической сутью империализма. Таким образом, экономическое регулирование в условиях государственно-монополистического капитализма крайне ограничено господством монополий. 
 
 
 

      3. Методология экономических концепций современного социал-реформизма 

      Современная социал-демократия, защищая интересы не какого-то одного класса или социального  слоя, представляет собой довольно неоднородное идейно-аполитическое  течение, которое поддерживают рабочие, служащие, интеллигенция, лица свободных профессий, государственные чиновники, простые товаропроизводители, представители реформистских кругов буржуазии. Поэтому ее экономические теории не тождественны ни одной из трех традиционных систем политэкономии (в настоящее время границы между ними отчасти размыты) – буржуазной, мелкобуржуазной и марксистской. Они генетически связаны в той или иной степени с каждой из трех систем, главным образом с первой. Вместе с тем специфика социальной базы социал-демократического движения, складывающейся преимущественно из лиц наемного труда, его способность выражать жизненные интересы трудящихся (в области заработной платы, социального обеспечения, условий труда и т.д.), глубокая внутренняя дифференциация в партиях Социнтерна обусловливают относительное обособление социал-реформизма [Социал-реформизм – это идеология и политическая социал-демократии, в том числе в области экономики] от концепций собственно буржуазной политэкономии, причем степень их обособления может увеличиваться или уменьшаться в зависимости от конкретно-исторических условий. Своеобразие социал-демократических концепций во многом связано с существованием трех течений внутри партий Социнтерна. Контуры размежевания между ними, правда, довольно расплывчаты. Правореформистские идеологи и политики, в значительной степени склонные отождествлять интересы общества с интересами крупного капитала, в своих доктринах реформирования и модернизации капитализма видоизменяют постулаты буржуазной политэкономии с учетом специфики состава и электората указанных партий. Их отношение к марксизму, как правило, негативно. Многие из них, в частности деятель Итальянской социалистической партии (ИСП) А. Сабатини, делают акцент на "идеологическом кризисе марксизма", высказываются за полное преодоление марксистских парадигм. Центристское (умеренное) течение, отражающее взгляды средних слоев общества, часто примыкает к позициям правого крыла, но проявляет сравнительно большую готовность к реформам тред-юнионистского характера. Левые социал-демократы, выражая настроения части рабочего класса, служащих и интеллигенции, нередко обстоятельно и довольно логично критикуют капитализм, обнаруживают стремление к антикапиталистическим преобразованиям, ссылаясь на те или иные положения марксизма. При этом они подчеркивают, что "реальный социализм" в СССР и других странах строился в соответствии с доктриной сталинизма, но в коренном противоречии с сущностью учения К. Маркса. В 50–60-е годы руководство партий Социнтерна проводило политику деидеологизации, фактически означавшую заимствование и адаптацию буржуазных воззрений, в том числе в области политической экономии, где она во многом солидаризировалась с кейнсианством. Однако за последние два десятилетия в ходе реидеологизации относительное обособление социал-демократических доктрин вновь усилилось. Правда, содержание этого процесса в 70-е и 80-е годы было неодинаковым. В середине 70-х годов наблюдалось полевение во многих партиях Социнтерна. Социал-демократия выдвинула радикальные модели реформ в области экономики и качества жизни, заметно отличавшиеся от кейнсианских представлений. В 80-е годы под давлением неконсервативных сил сдвиг влево приостановился, а в некоторых партиях (особенно в социалистических партиях Италии, Португалии и Испании) даже сменился попятным движением. Однако, поскольку в буржуазной политэкономии на авансцену выдвинулись неоконсервативные течения, стоящие правее кейнсианства, относительное обособление социал-демократии от господствующих школ буржуазной политэкономии в настоящее время выражено более отчетливо, чем в 50–60-е годы. Методологически социал-реформизм имеет много общего с буржуазной политэкономией и философией: стремление к синтезированию органически не связанных и даже конкурирующих воззрений, технологический детерминизм, представление о доминировании сферы обращения над производством (меновая концепция) и т.д. Вместе с тем его методология не лишена значительного своеобразия. Так, в буржуазной политэкономии, особенно в кейнсианстве, широко применяется абстрагирование от социальных аспектов процесса воспроизводства и сосредоточение на анализе количественных, функциональных взаимосвязей последнего, чтобы обойти противоречия классов и общественных групп. Данный методологический прием получил в западной литературе название "социальный вакуум". Социал-демократы не могут пользоваться этим приемом, ибо поддерживающие их трудящиеся требуют ответа на острые социально-экономические вопросы. Поэтому в экономических воззрениях социал-демократов всегда присутствует анализ социальных проблем, связанных со взаимоотношениями и противоречиями между трудом и капиталом. Левые же социал-демократы пытаются частично использовать марксистскую методологию, элементы классового подхода. Социал-демократы высказываются за третий путь - между капитализмом и "реальным социализмом". Последний они неизменно подвергали резкой и непримиримой критике. Вместе с тем социал-демократы приветствовали перестройку в СССР, связав с ней надежды на демократизацию советского общества, которая благотворно сказалась бы на обстановке во всем мире. Социал-демократии имманентно противоречие между ее функциями "реформатора" и "менеджера" капитализма, что накладывает отпечаток на ее экономические концепции и находит отражение в коллизиях между теорией и практикой партий Социнтерна. С одной стороны, нередко высказывается критическое отношение к существующей на Западе общественной системе. Так, в новой, Берлинской (1989) программе СДПГ "фундаментальный исторический опыт" интерпретируется в том смысле, что "ремонта капитализма недостаточно. Необходим новый экономический и общественный строй". С другой стороны, партии Социнтерна, особенно в периоды их пребывания у власти, стремятся сохранить стабильность процесса воспроизводства капитала, удовлетворить запросы частного бизнеса. Это выражается, например, в правовой поддержке и поощрении частной собственности, в предоставлении предпринимателям значительных налоговых льгот и субсидий, а подчас и в рестриктивных акциях в отношении профсоюзов. Такая линия получает соответствующее теоретическое обоснование. Стремлением сохранить широкий простор для маневра между трудом и капиталом во многом определяются представления социал-демократии о демократическом социализме как программной цели. Она избегает детальных жестких дефиниций желаемого общественного устройства, ограничиваясь его наиболее общим, этическим определением, гносеологически восходящим к неокантианству и бернштейнианству. "Демократический социализм представляет собой международное движение за свободу, социальную справедливость и солидарность. Его цель состоит в том, чтобы добиться международного порядка, при котором можно будет укрепить эти основные ценности, а каждый человек получит возможность вести полнокровную жизнь и полностью развить свои личные качества и таланты, пользуясь гарантиями человеческих и гражданских прав в демократическом обществе", – говорится в Стокгольмской декларации принципов Социнтерна (1989). При этом "основные ценности" (свобода, справедливость и солидарность) объявляются равнозначными для социал-демократов, тогда как либералы и консерваторы отдают приоритет первой из них в ущерб двум другим. Такое определение демократического социализма делает акцент на общечеловеческих интересах, приемлемых как для работающих по найму, так и для предпринимателей. В то же время следует подчеркнуть, что основополагающая черта экономической идеологии партий Социнтерна – глубокая приверженность делу социальной защиты трудящихся, формированию всесторонне развитой системы социального страхования (по безработице, болезни, утрате трудоспособности по возрасту или вследствие несчастного случая и т.д.). Социал-демократия теоретически разрабатывает и активно претворяет в жизнь (правда, не всегда последовательно) такие проекты реформ, которые отдают приоритет удовлетворению жизненных потребностей лиц наемного труда, что нередко вызывает острую критику со стороны буржуазных экономистов и политиков, особенно неоконсервативных. Осуществление подобных реформ позволяет указанным партиям распространять свое влияние на широкие слои населения большинства стран Запада. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

1.4 Шведский социализм. Формирование целей западноевропейской социал-демократии 

       (СДПШ) - основана в 1889 гду. Образование партии было подготовлено социалистической агитацией А. Пальма в 70-80-х гг. 19 в. и ростом рабочего движения в Швеции. Учредительный съезд СДПШ (19-22 апр. 1889г., Стокгольм) принял устав, предусматривавший коллективное членство профсоюзов в СДПШ, и текущую программу непосредственных требований (введение 8-час. рабочего дня и др.). III съезд СДПШ (23-26 марта 1894г., Гётеборг) принял новый устав и избрал правление партии. IV съезд (22-24 июля 1897г., Стокгольм) принял программу СДПШ, аналогичную Эрфуртской программе германской социал-демократии 1891г.. В 1898г., с введением обязательного присоединения к СДПШ профсоюзов (отменено в 1900г.), входящих в Центральное объединение профсоюзов Швеции (ЦОПШ), оформилась организационная структура партии. В СДПШ шла беспрерывная борьба между оппортунистическим и революционным направлениями. Реформистское руководство партии (лидер с 1907г. К. Я. Брантинг) вступило в начале 20 века в блок с буржуазными либералами по вопросу введения в стране всеобщего избирательного права. В 1905-06г. в партии усилилась левая молодежная оппозиция (лидер Ц. Хеглунд), выступавшая против правого руководства СДПШ с антимилитаристскими лозунгами и примкнувшая к решениям Циммервальдской конференции 1915г. и Кинтальской конференции. На X съезде (февр. 1917г.) из партии вышло левое крыло, образовавшее в мае 1917г. Левую социал-демократическую партию Швеции, переименованную в 1921г. в Коммунистическую партию Швеции. После ухода левых СДПШ быстро эволюционировала вправо, вошла в бурж. пр-во Н. Эдена (1917-1920г.), а затем сформировала однопартийные социал-демократии правительствва во главе с К. Я. Брантингом (1920г., 1921-23гг., 1924-26гг.). После смерти в 1925г. Брантинга лидером СДПШ стал П. А. Хансон (до 1946г.). В 30-х гг. СДПШ, исходя из реформистских позиций, провозгласила возможность построения "демократического социализма" особого сканд. типа на базе сотрудничества всех классов. В 1944 СДПШ приняла типично реформистскую программу. В 1960 эта программа была заменена новой. Последняя содержит открытую пропаганду лозунгов "демократического социализма". Практически политика СДПШ ограничивается проведением социальных реформ, регулированием рынка труда и т. п., в то время как принципиальные требования (социализация промышленности и недр, введение республики, отделение церкви от государства) фактически забыты. С 1932г. СДПШ непрерывно (исключая лето 1936г.) - правящая партия, в 1932-36 формировала однопартийное пр-во, в 1936-1939г. - в союзе с аграриями, в 1939-45г. - в коалиции с др. буржуазными партиями, в 1945-51гг. - однопартийное, в 1951-57г. - в союзе с аграриями, с окт. 1957 - однопартийное. Лидеры СДПШ начиная с сент. 1936 беспрерывно являются премьер-министрами Швеции (в 1946-69гг.)

      Заключение 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

      Старейшими  социал-демократическими партиями являются Социал-демократическая партия Германии (1869), Социал-демократическая партия Дании (1871), Испанская социалистическая рабочая партия (1879), Норвежская рабочая партия (1887), Социал-демократическая рабочая партия Швеции (1889), Лейбористская (трудовая) партия Великобритании (1900) и др. Многие социал-демократические партии стояли у руля власти. Так, например, Норвежская рабочая партия более 60 лет являлась правящей партией в Норвегии, Социал-демократическая партия Швеции с 1932 г. у власти. В Германии, Великобритании, Испании и других странах социалисты и социал-демократы неоднократно завоевывали власть на выборах и формировали правительство.

      Лидеры  западноевропейской социал-демократии Э. Бернштейн и К. Каутский считаются  основателями социал-демократической  идеологии и соответствующего партийно-политического  движения. Они подвергли решительному пересмотру важнейшие марксистские установки, не отвечавшие, с их точки зрения, новым условиям борьбы пролетариата за свои права. [c.359] Учитывая практический опыт большевиков, пришедших к власти в России, которые для того, чтобы удержаться у власти, как писал Каутский, “выкинули за борт свои демократические и социалистические принципы”, социал-демократы стали использовать для системы своих взглядов понятие “демократический социализм”.

      Социалистический  интернационал, воссозданный после  Второй мировой воины в 1951 г., во Франкфуртской декларации провозгласил свою официальную доктрину, известную под названием "Демократического социализма". Эта доктрина исходит из основной для социалистов идеи, что к социализму можно прийти только демократическим путем. [c.360] У каждой партии могут быть свои представления о демократическом социализме, но суть для всех одна: демократия – это метод решения проблем, который соответствует сущности социализма и обеспечивает продвижение к нему. Чем больше демократии, тем больше социализма. По этой канве каждый пусть вышивает свои узоры. Все иные средства борьбы деформируют социалистическую цель и делают ее недосягаемой.

      До 70-х гг. Социнтерн был организацией западноевропейского масштаба, в  настоящее время он значительно  вырос – теперь в него входят 139 партий из 120 стран. И в Латинской Америке, и в Азии, и в Африке есть партии, входящие в эту организацию. После распада мировой системы социализма некоторые коммунистические партии заявили о своем переходе на позиции социал-демократии и желании вступить в Социнтерн. Становлению социал-демократии как всемирного движения способствовала эволюция во взглядах, которую они проделали к этому периоду времени. Во-первых, социал-демократия отошла от поддержки холодной войны и антикоммунизма. Во-вторых, с распадом колониальной системы империализма они пересмотрели свой взгляд на эволюцию. Если ранее они абсолютизировали этот путь, то теперь признали некоторые типы революции (национально-демократические как освобождение от колониального гнета и демократические как освобождение от диктатуры, например, в Португалии или Чили). Социал-демократы выступили против неоколониализма. Но они по-прежнему отрицали возможность социалистической революции. Если в стране существуют демократические свободы, то социалистические революции неприемлемы.

      Социалистический  интернационал сегодня не имеет  центрального руководящего органа. Есть конгрессы, которые собираются раз  в три года, а также исполкомы, бюро, региональные организации. Конгресс не принимает решений, обязательных для всех партий. Все решения принимаются на основе консенсуса, т.е. из совместной резолюции убирается все, что не приемлет хотя бы одна партия. Социал-демократия остается плюралистичной, не признающей необходимость какой-либо общей идеологии. Свое стремление к демократическому социализму каждая партия может обосновывать чем угодно: идеями Платона, пророка Мухаммеда, взглядами учителя Конфуция или же учением Маркса. Идеологически разнородные, но политически однонаправленные силы объединяет Социнтерн. Членом этой организации не может стать партия, отвергающая политический плюрализм, т.е. такая партия, которая, будучи у власти, подавляла политическую оппозицию. Среди руководителей Социнтерна и его видных деятелей последних десятилетий можно отметить В. Брандта, У. Пальме.Б. Крайского. Ф. Миттерана и др. Сегодня председателем Социнтерна является Пьер Моруа – бывший премьер-министра Франции, а первым заместителем – Гру Харлем Брунтланд, еще недавно возглавлявшая правительство Норвегии. [c.361]

      Важной  вехой на пути развития социал-демократического движения стал XVIII конгресс Социнтерна, состоявшийся в 1989 г. в Стокгольме. Это был юбилейный конгресс, приуроченный к 100-летию со дня основания Второго Интернационала и 200-летию Великой французской революции. Конгресс принял “Декларацию принципов” – по сути, новую программу Социнтерна, разработанную с учетом на перспективу, взамен предыдущей, принятой в 1951 г. В этом документе демократический социализм был охарактеризован как движение за свободу, справедливость и солидарность. Социал-демократы выступили за политическую, социальную и экономическую демократию в глобальном масштабе. Согласно социал-демократам, либералы и консерваторы выпячивают ценность свободы в ущерб ценностям справедливости и солидарности, а коммунисты, наоборот, справедливость и солидарность в ущерб свободе. В экономической концепции социал-демократии подчеркивается плюрализм собственности. Частная собственность должна быть разрешена и может вполне сосуществовать с государственной. Форма собственности должна соответствовать характеру производства. Необходимо индикативное планирование в производстве. В последнее время социал-демократы выдвинули концепцию “Экологического социализма”. Согласно этой концепции, только то имеет право на существование, что не наносит ущерба человеку и природе. Экономический рост ради только экономического роста ни к чему.

      В конце 90-х гг. социал-демократы вновь  активизировали свою деятельность. В  мае 1998 г. в Осло состоялся международный  политический форум Социнтерна, на котором его лидеры обсуждали вопрос о роли всеобщей солидарности в защите прав человека и борьбе с нищетой. В конце 90-х гг. в большинстве европейских стран социал-демократы, оттеснив правых, вернулись к власти, инициатива вновь перешла к левым силам.

      Эволюция  коммунистической идеологии. Международное коммунистическое движение возникло после Октябрьской революции в России в 1917 г. и в период с 1919 по 1943 г. развивалось в основном в рамках Коммунистического Интернационала, объединявшего коммунистические партии. Всего состоялось семь конгрессов Коминтерна, на которых разрабатывались узловые теоретические проблемы стратегии и тактики коммунистического движения, его идеологии. Особое значение имел VII Конгресс Коминтерна (1935), разработавший стратегию антифашистского фронта, а также тактику единого антиимпериалистического фронта в колониальных и зависимых странах. Основные идеи этой новой стратегии и тактики были изложены в докладе Г. Димитрова “Наступление фашизма и задачи Коммунистического Интернационала в борьбе за единство рабочего класса против фашизма”. [c.362]

      После Второй мировой войны мировое  коммунистическое движение поддерживало связи в рамках Международных  совещаний коммунистических и рабочих  партий (1957, 1969, 1969), а также континентальных  совещаний в Европе, Латинской Америке, Африке и Азии. Международное коммунистическое движение, руководствовавшееся революционной марксистско-ленинской доктриной, было в середине 80-х гг. до распада мировой системы социализма мощной политической силой. Правда, к этому времени пик влияния этого движения, приходившегося на послевоенные годы, когда СССР внес решающий вклад в освобождение мира от фашизма, уже прошел. В 80-е гг. коммунистические партии существовали в большинстве стран мира. Коммунистическое движение охватывало 90 млн. человек, причем 86 млн. приходилось на 15 социалистических стран (из них 47 млн. приходилось на долю китайской компартии). В 80 несоциалистических странах было около 4 млн. коммунистов, хотя нужно отметить, что точной статистики не было. Некоторые компартии не публиковали сведений о своем количестве, более 20 из них находилось на нелегальном положении в странах с авторитарными или фашистскими режимами. Массовые компартии в несоциалистическом мире были в Италии, Франции, Испании, Португалии, Финляндии, Греции, на Кипре, в Японии, Индии, Чили. В некоторых странах, например, в США, Канаде, компартии были малочисленными, объединяя по несколько тысяч человек. Поиск путей обновления коммунистического движения начался в 50-е гг. в СССР после смерти Сталина, однако заметных успехов не принес. В других странах социалистического блока поиск новых моделей социализма (Чехословакия, Венгрия) тоже оказался безуспешным. Своеобразный опыт Югославии, стоявшей особняком в коммунистическом лагере, существенно не повлиял на судьбы этого движения. Интересный опыт разработки и применения новой коммунистической стратегии и тактики в рамках концепции и политики “еврокоммунизма” продемонстрировала Коммунистическая партия Италии (Э. Берлингауэр) и др. Творческую стратегию и тактику разрабатывали и реализовывали в 70-е гг. коммунисты Франции, Испании, Греции, Кипра, Португалии и др. стран. Однако руководство КПСС относилось к этому крайне отрицательно. В 1987 г. на встрече в Москве по случаю 70-летия Великой Октябрьской социалистической революции рядом представителей компартий были высказаны предложения о необходимости обновления коммунистического движения, но с распадом СССР реализовывать данный лозунг оказалось некому. Среди оставшихся социалистических стран решительно по пути обновления социализма, широко используя рыночные отношения, стали развиваться Китай и Вьетнам. Политические режимы Кубы и Северной Кореи придерживаются прежних позиций и держатся на авторитете их первых лиц. [c.363]

      С распадом СССР и мировой системы  социализма коммунистическое движение и отдельные компартии значительно изменились. Одни компартии сменили название (в Польше, Венгрии), в других произошли расколы (Италия). Но практически во всех странах, где были компартии, они остались и продолжают свою деятельность в новых условиях. Так, в России, в Белоруссии и на Украине компартии широко представлены в парламентах этих стран. В главных законодательных и представительных органах власти Франции, Италии, Испании, Португалии и других государств также есть коммунисты. Продолжают оставаться сильными позиции компартий в органах местного самоуправления Франции, Италии, ФРГ, Португалии, Кипра. В парламентской ассамблее Совета Европы коммунисты сформировали политическую группу “Объединенные левые”. В июле 1997 г. в Мадриде состоялась координационная встреча руководителей коммунистических, лево-социалистических и “зеленых” партий из 16 европейских стран.

      Коммунисты  выступают за преобразование капитализма, ищут социалистическую альтернативу капиталистической  системе. По словам Председателя Компартии Люксембурга А. Бисдорфа, “с распадом мировой системы социализма международный капитализм стал монополистом и развязал себе руки. В этих условиях задача коммунистов состоит в разъяснении трудящимся, что финансовый капитализм – это не последняя и не окончательная форма общества”.

      Чешские коммунисты понимают социализм как  социально справедливое, демократическое  общество, заложенное на развитии самоуправления во всех областях общественной жизни, включая формирование самоуправляемых  форм собственности.

      Итальянские коммунисты поставили задачу радикально обновить коммунистическую концепцию, в которой необходимо дать ответ  на процесс капиталистической модернизации, развернувшейся во всем мире и получившей название “глобализации экономики”. Этот процесс приводит к тому, что хотя в экономике дела обстоят хорошо, в обществе они идут плохо.

      Французские коммунисты считают, что необходимо сделать идею коммунизма вновь жизненной  и привлекательной. Идентификация  коммунизма с опытом СССР и стран  Восточной Европы, с их точки зрения, несостоятельна. Идея коммунизма существовала до советского опыта и провал этого опыта не является доказательством ошибочности самой идеи коммунизма как справедливого общества без угнетения и эксплуатации. [c.364]

      Они считают, что в современном демократическом обществе сохраняются различия между правящим классом и трудящимися, а также угнетение и эксплуатация в новых формах.

      Итак, учитывая изменения в современном  мире. многие коммунистические партии стали модернизировать свои программы, а в ряде случаев использовать некоторые социал-демократические концепции и подходы, творчески применять новые теоретические наработки к своеобразным условиям своих стран. Это создает определенные предпосылки для повышения их роли и авторитета в обществе, для координации усилий коммунистов, социал-демократов и других “левых” партий, дальнейшего развития социалистической идеологии.