Возникновение психологических знаний

Министерство сельского  хозяйства Российской Федерации

Кемеровский государственный  сельскохозяйственный институт

Кафедра истории и  педагогики

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

по дисциплине «Психология»

 

 

 

 

 

 

Выполнил: студент экономического факультета, направления «Бух.учет, анализ и аудит»

 

 

Проверила:

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Кемерово, 2012

 

Содержание

 

 

1. Возникновение психологических знаний………………………………..3
2. Развитие психологии с эпохи Возрождения до середины XIX в………5
3. Преобразование психологических знаний с середины XIX в. до второй половиныXXв………………………………………………………….......8
4. Современное состояние психологии в нашей стране…………………..10
5. Лидерство. Теории происхождения лидерства. Стили лидерства……..12

Список использованной литературы…………………………………………...21

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1. Возникновение  психологических знаний

 
 
         Интерес к знаниям, которые мы сегодня относим к области психологии, возник давно. Проблемы, и по сей день волнующие психологов, привлекали к себе внимание, вероятно, еще в те древнейшие времена, когда в сознании человека впервые зародилась научная мысль. Дошедшие до нас письменные источники, принадлежащие древнегреческим философам и датированные последними веками до нашей эры, свидетельствуют о том, что этот интерес отчетливо проявился уже тогда, когда интегрированная (не разделенная еще на отдельные науки) философская мысль пыталась проникнуть в тайны мироздания.  
         В древние времена считалось, что душа присутствует в природе везде, где есть движение и теплота. Первое философское учение, основанное на вере во всеобщую одухотворенность мира, получило название «анимизм» (от лат. «ани-ма» — дух, душа). Анимизм явился и исторически первым учением о душе. Его основой выступило убеждение в том,, что у всего, что существует на свете, есть элементы души. Душа же понималась как независимая сущность, отделенная от тела и способная управлять всеми живыми и неживыми предметами.  
         С помощью такого, безусловно наивного с позиций нашего времени представления древним все же удавалось логично объяснять многие психологические явления, включая довольно сложные, например смерть и сон. Считалось, что, когда человек умирает, его душа навсегда покидает тело, а когда он спит, она временно отсутствует, возвращаясь при пробуждении.  
          В предпринимавшихся в то время философских попытках понять и объяснить природу душевных явлений красной нитью проходила мысль о независимости души от тела, о ее в нематериальном происхождении.  
         Вслед за этим возникли попытки натурфилософского истолкования души, т.е. ее понимания как материального явления, вместе с другими подобными явлениями логично вписывающегося во всеобщую материалистическую картину мира. Самые первые подобные описания и объяснения психики базировались на картине мира, которая содержала три основных начала: воду, воздух и огонь. В соответствии с ней все существующее на Земле представлялось состоящим из этих материальных начал, причем носителем души считалось огненное начало. Самой же душе приписывалась функция движения.  
         Позднее древнюю мировоззренческую картину, кратко описанную выше, сменило новое глобальное учение — атомистическое. В наиболее завершенном виде это учение предстало в трудах выдающегося древнегреческого мыслителя Аристотеля. Согласно этому учению мир представляется состоящим из множества мельчайших, неделимых частиц — атомов, которые обладают разной величиной и подвижностью. Наиболее мелкие и самые подвижные из них — это атомы души. Она с этого времени стала рассматриваться как материальный орган, оживотворяющий тело и управляемый таким же материальным началом — духом (разумом).  
Утверждалось, что атомы души живут вполне самостоятельной жизнью, могут проникать в тела и покидать их. Динамикой движения атомов души в учении Аристотеля объяснялись многие из тех явлений, которые изучаются и в современной психологии: восприятие, память, мышление, сновидения и др. Учение о душе как независимый раздел философии впервые было выделено и оформлено Аристотелем, а его трактат «О душе»1 можно рассматривать как одно из первых научно-психологических произведений.  
Примерно в это же время зародилось альтернативное материалистическому — идеологическое объяснение душевных явлений в трудах Платона и его последователей. В них была представлена классификация душевных явлений, их разделение на разум, мужество (в современном понимании — воля) и вожделение (в нынешней трактовке — мотивация). Каждый тип душевных явлений размещали в разных частях тела: разум — в голове, мужество — в груди, вожделение — в брюшной полости. Преобладание той или иной части души у человека связывалось с его индивидуальностью и соотносилось с социальным происхождением. Идея как нематериальная сущность души была объявлена в качестве вечной и неизменной первопричины всего существующего, а вещи стали рассматриваться как ее воплощения.  
Система Аристотеля, в том числе его взгляды на природу и происхождение души, была противоречивой. Она пыталась вобрать и совместить в себе материалистические и идеалистические представления о душе. Наряду с прогрессивными материалистическими воззрениями, которые получили дальнейшее развитие в последующие века, она включала ряд представлений идеалистического плана, приведших в конечном счете к запрету на попытки научного исследования души человека. Это произошло в эпоху средневековья, которая оказала отрицательное влияние на развитие научной мысли, в том числе психологической.  
       Принятый в учении Аристотеля анимизм под влиянием общей атмосферы, характерной для средневековья, породил представление о том, что душа является божественным, сверхъестественным началом и поэтому исследовать ее научными методами нельзя. Попытки подобного рода стали караться церковью, которая присвоила себе безраздельное и исключительно монопольное право заниматься этими вопросами. Поскольку философия того времени тесно смыкалась с теологией, то учение о душе стало частью теологического мировоззрения и полностью отошло во владение религии. Установленный ею запрет на естественнонаучное исследование душевных явлений просуществовал до XVII в.  
Однако исследование души на идеалистической основе продолжалось, и это в какой-то степени двигало науку дальше. Заслугой идеализма того времени явилось, в частности, то, что им была поставлена (но не решена) проблема дуализма — принципиальный вопрос о соотношении тела и души, показана невозможность наивно-материалистического объяснения сложных душевных явлений, относящихся к сфере разума и сознания человека. Представителями этого философско-мировоззренческого направления был введен в психологию ее основной метод, доминировавший в научных исследованиях на протяжении почти двух столетий — интроспекция. В этом же учении душа рассматривалась как высшее разумное начало, способное к самопознанию — рефлексии. Утверждалось, кроме того, что душа способна учиться приобретать знания, накапливать внутренний опыт, отличный от того опыта, который дают органы чувств. В XIV—XVI вв. появляется термин «психология», используемый как новое название для науки о душе.

 

 

2. Развитие  психологии с эпохи Возрождения  до середины XIX в.

 

Эпоха Возрождения освободила все  науки  и  искусства  от  догматов  и ограничений, наложенных ни них религиозными представлениями.  Активно  стали развиваться и довольно быстро сделали значительный шаг вперед  естественные, биологические и медицинские науки, возродились и  преобразовались  различные виды искусств. Учение же о душе, как самое сложное и  запутанное,  оказалось одним  из  последних,  чье  право  на  самостоятельное  существование   было завоевано в борьбе с религией.

Значительным  стимулом  к  этому  явились  новые  философские  взгляды английских, французских,  голландских  и  других  европейских материалистов XVI—XVII вв., дополненные возобладавшей к этому времени в естественных науках механистической картиной мира.

ХуанЛуисВивес   (1492—1540)   одним   из   первых   в   Новое    время

противопоставил эмпирико-психологическое  познание метафизическим  учениям  о душе. В книге «О душе и жизни» (1538) он  выдвинул  новаторскую  для  своего времени идею о том, что индуктивный метод  есть  единственно  надежный  путь приобретения такого знания о людях,  которое  может  быть  использовано  для усовершенствования их природы. В 1575  г.  вышла  книга  врача  Хуана  Уарте (1529—1592)  «Исследование способностей   к   наукам»,   принесшая   автору всеевропейскую славу.

Одной из ведущих точных наук, оказавших сильное  влияние  на  развитие

многих других областей знаний, стала  в это время  механика.  Она  привела  к

созданию  сложных  машин,   способных   совершать   всевозможные   движения, напоминающие поведение  человека  и  животных.  Появился  соблазн  применить законы машинной механики к пониманию и объяснению движений человека.

Впервые механистический  принцип применительно  к  живым  системам  был реализован в XVII в. благодаря введению в научный  обиход  понятия  рефлекса как механического двигательного ответа сложно  организованной  биологической «машины» на  внешнее,  тоже  механические  или  физическое,  воздействие.  В органических потребностях человека естествоиспытатели того  времени  увидели аналог  энергетического источника машины;   в   анатомическом   устройстве организма,  сочленениях  суставов  —  нечто,  напоминающее  систему  рычагов машины. Под влиянием  механики  в  психологии  утвердился  новый  взгляд  на источники и механизмы поведения  человека,  возникли  биомеханика  и способ объяснения поведения человека, который  вполне  обходился  без  обращения  к внутренним, психическим, феноменам типа сознания, воли, разума, души.

Представления о душе претерпели ряд метаморфоз.  Но  какие  бы  тонкие дифференциации  ни  проводились  внутри   сферы   психического,   незыблемым оставалось  убеждение  в   том,   что   душа   является   движущим   началом жизнедеятельности.  Успехи  механистического  естествознания  разрушили  это

убеждение.

Начиная  с  Декарта,  термины  «тело»  и  «душа»   наполняются   новым содержанием. Под первым уже понимается  автомат-система,  организованная  по законам  механики.  Во  всех  предшествующих  теориях  устройство  организма мыслилось подобным любому другому неорганическому телу. Упорядочение  этого состава  возлагалось  на  душу.  Декарт  показал,  что  не   только   работа внутренних органов, но и поведение организма — его взаимодействие с  другими внешними телами — не  нуждается  в  душе,  как  организующем  принципе.  Оно нуждается  только  во  внешних  толчках   и   соответствующей   материальной конструкции. Что касается сущности тела, то она, согласно  Декарту,  состоит

в протяженности. Тело является протяженной субстанцией. Душа также  является субстанцией, т. е. особой сущностью. Она состоит  из  непротяженных  явлений сознания — «мыслей».

Стало быть, к мышлению отнесены  не  только  традиционные  интеллектуальные процессы  (разум),  но  и  ощущения,  чувства,  представления  —  все,   что осознается. Тем самым прежнее разграничение души на  различные  ее  формы  — рациональную,   сенситивную   (чувствующую),   движущую,   растительную — отклонялось. Единство души достигалось за счет  сознания,  перед  внутренним взором которого все психические феномены равны.

Философской основой нового  решения  проблемы  взаимосвязи  психики  и поведения явился дуализм  —  учение,  утверждавшее  раздельное,  независимое существование в мире двух начал: материи и духа.

С XVII в. начинается новая  эпоха в развитии  психологического  знания. Тело человека  и  животных  теперь  рассматривается  как  сложно  устроенная машина, однако продолжает сохраняться  идея,  что  работа  тела  человека  в отличие от тела животных  регулируется  не  органическими  потребностями,  а душой.

Попытку  вновь   соединить   тело   и   душу   человека,   разделенные

дуалистическим учением, вновь предпринял нидерландский  философ  Б.  Спиноза. Одновременно  был  введен  принцип   детерминизма   —   всеобщей   причинной обусловленности и естественной научной объяснимости любых явлений.  В  науку он вошел в форме следующего утверждения: «Порядок и связь идей те же, что  и

порядок и связь вещей».

В XVII в. публикуются работы немецкого  ученого  Лейбница,  содержащие первые идеи о  бессознательном  (неосознанное  восприятие)  и его связи с сознанием.

В  следующем,  XVIII  в.  на  свет  появляются  два  учения,   надолго

предопределившие развитие психологии как науки. Это —эмпиризм  и  сенсуализм.

Первый  представлял  собой  учение  о  внутреннем  опыте   и   законах   его приобретения человеком, о  приоритете  опыта  над  разумом,  а  второй  —  о доминировании  чувственного  познания  над  рациональным.  Оба   философских учения отрицали существование врожденных и неизменных  идей,  доказывали  их опытное происхождение и возможность развития.

Родоначальником эмпирической психологии, т. е. психологии как пауки  о внутреннем опыте, явился английский философ Д. Локк. С его именем  связывают учение о том, что человек с рождения представляет собой  «чистую  доску,  на которой время может написать любые письменах. Смысл данного  учения  состоит в утверждении  мысли  об  отсутствии  у  человека  врожденных  способностей, возможности их прижизненного развития.

Параллельно с этим  продолжает  совершенствоваться  и  идеалистическое учение о душе. Возникает представление о рефлексии  как  особой  способности души к самоанализу и самопознанию.

В научно-психологический  оборот вводится  понятие  об  ассоциации  как сравнительно простом и вместе с тем универсальном механизме  формирования  и приобретения опыта. Это понятие затем  становится  центральным  в  понимании основных психических процессов, от ощущений до мышления.  Новое,  основанное на ассоциации учение получает название ассоциационизма.

Активными защитниками  материалистического  ассоцианизма  выступили  в конце XVIII в. немецкие просветители Ирвинг, Абель, Маас  и  др.  Следуя  за Гартли, они доказывали, что любая связь представлений выводима  из  ощущений и оставленных ими следов в  мозгу.  Для  материалистов  принципы  ассоциации служили  орудием   борьбы   с   концепцией   спонтанной   активности   души. Закономерные связи внутри сознания  считались  частным  проявлением  законов природы.

В это же  время  возникает  учение  о  способностях  души,  которое  в

определенном  смысле  противостоит  ассоциационизму.   Если   ассоциационизм утверждает, что вся  психика  есть  ассоциации,  то  новое  учение  проводит мысль, согласно которой душа располагает имманентно присущими ей  свойствами — способностями, которые не сводимы и не выводимы из ассоциаций.

С XVIII в. учение о психике  связывается с мозгом (до этого  психические явления «размещали» во многих частях тела, включая  сердце  и  печень).  Это случилось  под   непосредственным   влиянием   достижений   в   исследовании физиологии   мозга,   особенно   центральной   его   части   —    головного.

Замечательными  достижениями  в  физиологии  центральной   нервной   системы ознаменовался конец XVIII— начало XIX в. Англичанин Ч.  Белл  и  француз  Ф. Мажанди открывают два вида нервных волокон: чувствительные  и  двигательные. Получает физиологическое подтверждение идея рефлекса,  возникает  конкретно- научное  представление  о  структуре  рефлекторной  дуги.  Из   философского понятия и гипотетического конструкта рефлекс  превращается  в  материальный, биологический факт. Вместе с тем растет критическое отношение к  возможности его использования для объяснения сложных психических явлений.

 

 

 

3. Преобразование  психологических знаний с середины XIX в. до второй половины XX в.

 

 

Следующий крупный шаг и одновременно радикальный поворот в учении о природе психики и поведения был сделан во второй половине XIX в. Поворот, о котором идет речь, был связан со многими важными событиями, которые произошли во второй половине XIX в. в научном мировоззрении. Прежде всего это успехи медицины, в частности психиатрической практики, отчетливо обнаружившей тесную связь, существующую между душевными явлениями и телесными процессами. Многочисленные наблюдения врачей-психиатров за больными свидетельствовали о том, что имеется определенная зависимость между нарушениями физиологической работы мозга и телесными изменениями, между болезнями тела и души. В свете этих данных становился необъяснимым дуалистический постулат о независимости материальных и идеальных явлений, требовалось по-новому понять и объяснить их взаимосвязь.  
Все более острым, не получавшим разумного решения становится вопрос о роли в жизни человека самих феноменов души. Если организм функционирует по законам физиологии, а тело работает по законам механики, то зачем человеку разум и другие психические процессы и явления?  
В исследованиях природы обнаруживалось все больше и больше целесообразного. Отчетливо видимым становился адаптивный, приспособительный характер биологических природных явлений, и только значение психики для жизни и деятельности организма по-прежнему оставалось загадкой.  
Механистическое объяснение поведения человека, поначалу весьма многообещающее, теряло свою привлекательность из-за примитивности, неспособности породить какое-либо новое ценное знание на уровне человека. Оно неплохо служило пониманию простых, однообразных движений, но не в состоянии было объяснить их вариативность, изменчивость, зависимость от  
психического состояния организма. Мысль как высшая форма разумного человеческого поведения никак не укладывалась в прокрустово ложе рефлекса.  
В середине XIX в. появляется, кроме того, теория эволюции Ч.Дарвина, которая анатомически сблизила человека и животных, показав общность их телесного устройства. В биологическом плане человек перестал быть существом особого рода; в его поведении обнаруживалось много общего с животными. Именно Дарвин сделал первый решительный шаг в признании единства психики животных и человека. В одной из своих работ он привел убедительные доказательства того, что эмоции есть не только у человека, но и у человекообразных обезьян.  
В свете этих данных возник интерес к поиску общего между человеком и животными в других отношениях, например в интеллектуальных и речевых способностях. Он был реализован исследованиями в области зоопсихологии, которые активно проводились в конце XIX—начале XX в.  
Со второй половины XIX в. психология становится самостоятельной наукой. Ее основным методом объявляется интроспекция. Благодаря оригинальным работам немецкого ученого В.Вундта в психологию входит научный лабораторный эксперимент. Создаются первые в мире психологические лаборатории, сначала в Германии, затем в России и в США.  
На стыке психологии и физиологии организма возникает особая пограничная наука — экспериментальная психофизиология органов чувств. Вместе с ней появляются психофизика, психометрика (измерение психических явлений), где широкое применение находят естественнонаучные, в частности математические, методы. Последняя четверть XIX в. проходит под знаком успехов именно этих областей знаний.  
Вслед за этим появляется психология индивидуальных различий (дифференциальная психология — в современном названии). Стимулом к ее развитию явились успешные попытки использования математических методов в психологии англичанином Ф.Гальтоном. Он ввел метод близнецов для выяснения соотношения между наследственностью и средой в детерминации индивидуальных психологических различий.  
Новый существенный вклад в становление психологии на экспериментальной основе сделал Р.Кеттел. Он предложил серию тестов, направленных на изучение личности. В начале XX в. количество тестов, используемых в психологии, стало стремительно возрастать.  
Неудовлетворенность искусственным лабораторным экспериментом породила интерес к экспериментированию в естественных условиях, к изучению реальной жизненной психики и поведения людей. Пионерами в разработке методологии естественного эксперимента выступили А.Ф.Лазурский (психология личности) и В.М.Бехтерев (психология малых групп). В эти же годы, в начале XX в., развитие на экспериментальной основе получают: детская и педагогическая психология (С.Холл, В.М.Бехтерев, В.Штерн, Э.Клапаред, К.Гросс, АП.Нечаев), зоопсихология (Ллойд-Морган, Ж.Леб, ВА.Вагнер, В.Келер), социальная и культурно-историческая психология (Штейнталь, ГЛацарус, А.А.Потебня, Г.Тард, Э.Дюркгейм, В.Макдауголл, П.П.Блонский, Л.С.Выготский), психотехника (Ф.Тейлор, Г. Мюнстерберг).  
В начале XX в. в психологии возникает кризисная ситуация. Ее причин было несколько: отрыв психологии от практики; почти тупиковая ситуация, связанная с многолетним использованием интроспекции в качестве основного метода научного исследования, оказавшегося несостоятельным; невозможность объяснить ряд основополагающих проблем самой психологии, в частности — связь психических явлений с физиологическими и поведением человека. Одновременно обнаружился значительный разрыв между теорией и практикой. Множество теоретических конструкций, которыми располагала психология к тому времени, не были достаточно хорошо обоснованы и подтверждены экспериментальными данными, а те из них, которые приводились в доказательство соответствующих теорий, не выдерживали критики с точки зрения статистической достоверности. Положения, постулаты интроспективной, атомистической (ассоциативной) психологии очень трудно было примирить с новыми фактами, тенденциями преобразования, проявившимися в различных других областях знаний. К этому времени образцом науки становятся точные и естественные знания. Психология соответствующим требованиям не отвечала.  
Кризис привел к краху сложившихся основных направлений в психологии. Возникшие попытки его преодоления были направлены на решение сформулированных выше проблем. Таких попыток оказалось несколько, и наибольшую известность из них получили три, вскоре оформившиеся в самостоятельные направления: бихевиоризм, гештальтпсихология и психоанализ (фрейдизм). 

 

 

4. Современное состояние психологии в нашей стране

 

Отечественная психологическая  мысль также имеет давние традиции. Своими корнями они уходят в XIX в. (если иметь в виду только развитие психологии учеными, специализирующимися в этой области знаний). Исторически появление интереса к психологии в нашей стране было связано с теми же процессами, которые предшествовали ее выделению в качестве самостоятельной науки за рубежом (до революции история нашей страны повторяла основные шаги европейской цивилизации).  
Психологические воззрения отечественных ученых во второй половине XIX в. находились на острие борьбы между наукой и религией. Одной из наиболее известных ранних заявок на построение нового психологического знания явилась работа И.М.Сеченова «Рефлексы головного мозга». Она внесла значительный вклад в развитие психофизиологии, нейропсихологии, физиологии высшей нервной деятельности. Идеи И.М.Сеченова непосредственно повлияли на работу таких известных отечественных ученых, как В.М.Бехтерев, И.П.Павлов. Особенно значительный вклад в разработку психологических идей был внесен признанными в мире трудами последнего.  
Немаловажная роль в развитии психологических знаний на рубеже веков принадлежала таким ученым, как А.Ф.Лазурский, Н.Н.Ланге, Г.И.Челпанов. А.Ф Лазурский много занимался вопросами личности, особенно изучения характера человека. Н.Н.Ланге известен как один из основателей экспериментальной психологии в России. Он занимался изучением ощущений, восприятия, внимания. Особенно заметную роль в истории отечественной дореволюционной психологической мысли сыграл Г.И.Челпанов, который известен как основатель первого и старейшего в нашей стране психологического института (1912 г.).  
Борьба между материализмом и идеализмом, развернувшаяся в стране вскоре после Октябрьской революции, привела к прекращению активной научной деятельности многих лабораторий и ученых, особенно тех, кто придерживался в философии идеалистических позиций. Такая судьба постигла, в частности, Г.И.Челпанова. В этой борьбе использовались далеко не научные методы аргументации и воздействия на оппонентов, причем под соответствующим политическим и идеологическим прессом психологическая наука продолжала существовать и развиваться в течение почти 70 лет.  
К счастью, благодаря наличию многих талантливых ученых, которые после революции пришли в науку, психологию не постигла судьба генетики и кибернетики (хотя во многом история развития этих наук в нашей стране похожа). Это СЛ.Рубинин теин, Л.С.Выготский, А.Р.Лурия и ряд других. Именно их работам мы в первую очередь обязаны тем, что в настоящее время психологам в нашей стране не приходится начинать с нуля. Им удалось не только сохранить и развить науку, но и вырастить новые поколения ученых, которые впоследствии продолжили соответствующие исследования. Это — А.Н.Леонтьев, Б.ГАнань-ев, А.В.Запорожец, Д.Б.Эльконин, П.Я.Гальперин и др.  
Основные труды отечественных психологов данного поколения приходятся на 30—60-е годы. Для этого периода характерно возникновение и развитие нескольких школ и направлений. Одно из них возникло в Грузии, его возглавил Д.Н.Узнадзе. Школа Д.Н.Узнадзе взяла на вооружение понятие установки и широко использовала его для анализа многих психологических явлений. Другое, пожалуй, самое сильное, направление оказалось связанным с именем Л.С.Выготского. Его в основном придерживались ученые, работающие в Москве, в частности, в МГУ, ряде научных институтов. В центре внимания этой группы ученых находились в основном вопросы общей и педагогической психологии. Третью школу создал С.Л.Рубинштейн, руководивший в свое время научными исследованиями на кафедре психологии МГУ и в Институте общей и педагогической психологии. Впоследствии он был подвергнут критике, которая велась с применением далеко не научных методов воздействия, и отстранен от должности. С.Л.Рубинштейну принадлежит заслуга написания первого и единственного в нашей стране по фундаментальности содержания и широте охвата психологической проблематики труда под названием «Основы общей психологии» (впервые появился в начале 40-х годов и был переиздан в 1989 г.1)- В эту работу вошли (насколько позволяла жесткая цензура того времени) передовые достижения отечественной и мировой психологической науки.  
Основные достижения отечественной психологической науки касались в основном следующих ее разделов: общей психологии, возрастной и педагогической психологии, психофизиологии.  
Б.Г.Ананьев внес большой вклад в изучение вопросов восприятия, психологии педагогической оценки, общих интегральных вопросов человекознания, в котором психология играет роль ведущей науки. Заслугой Б.Г.Ананьева явилось создание факультета психологии при Ленинградском (ныне С.-Петербургском) университете, подготовка плеяды известных в нашей стране ученых, объединенных под названием «ленинградской школы».  
Аналогичную организаторскую роль при создании отделения и факультета психологии в Московском государственном университете сыграли С.Л.Рубинштейн и А.НЛеонтьев. А.НЛеонтьев также внес существенный вклад в разработку проблем восприятия, памяти, сознания, личности и развития психики. Им была разработана теория, получившая название психологической теории деятельности, в русле которой оригинальную трактовку приобрели познавательные процессы.  
А.В.Запорожец совместно с Д.Б.Элькониным заложил основы детской психологии. В сферу основных научных интересов А.В.Запорожца, организатора и многолетнего руководителя Института дошкольного воспитания Академии педагогических наук СССР, входили вопросы возрастного развития, воспитания детей. Д.Б.Эльконин известен как автор весьма популярного учебника по детской психологии, теории детской игры, концепции периодизации возрастного развития и (совместно с В.В.Давыдовым) новой концепции обучения детей младшего школьного возраста.  

 

5. Лидерство.  Теории происхождения лидерства.  Стили лидерства.

 

Феномен лидерства занимает особое место в психологии в силу своей яркости и занимательности.

Феномен лидерства — одна из наиболее изучаемых проблем современной психологии. Именно здесь накоплен основной массив исследований, концепций и попыток теоретического обобщения. При изучении этого раздела политической психологии наиболее продуктивно постоянное обращение к истории проблемы, углубленный исторический экскурс в проведенные ранее исследования. В исследованиях феномена лидерства пока еще нет «окончательного диагноза», который позволил бы кратко суммировать и обобщить достижения, отбросив заведомо неверные концепции.

До конца XIX — начала XX веков основные подходы к проблеме теории лидерства носили сугубо описательный характер. Анализ стал достоянием XX века. Различные теории вплотную попытались объяснить природу лидерства и выявить факторы, влияющие на этот феномен. В обобщенном виде можно выделить несколько групп подобных теорий.

Теории  «героев» и «теории черт». Теории данной группы — из самых древнейших. Кратко упомянем лишь некоторые их истоки. Как известно, значительная часть политико-психологических черт и особенностей детерминирована социокультурными обстоятельствами. Так, древние египтяне приписывали своему императору «божественные черты»: «властное высказывание» в устах, «понимание в сердце», но «язык его — усыпальница справедливости». Гомеровская Илиада раскрыла четыре необходимых, по мнению древних греков, качеств вождей: справедливость (Агамемнон), мудрость (Нестор), хитрость (Одиссей) и доблесть (Ахилл). Перечни таких или похожих качеств встречаются в самых разных культурах: Правда, модели поведения лидеров и «наборы» лидерских «черт» со временем не раз менялись. Тем не менее, образы героев были, есть и всегда будут. Во всяком случае, пока сохраняются сторонники понимания истории как творения «героев», великих людей. Значит, будут множиться и списки «героических» черт.

В XX веке известные представители  «героической» теории (Т. Карлайл, Е. Дженнингс, Дж. Дауд и др.) пытались изучать  качества, «передающиеся по наследству»  и «способствующие завлечению масс». Затем, вслед за «героической», уже  «теория черт» попыталась дать ответ на вопрос, какими свойствами должен обладать лидер как особый субъект деятельности. Ее сторонники (Л. Бернард, В. Бинхам, О. Тэд, С. Килбоурн и др.) считали, что лидером человека делают определенные психологические качества и свойства («черты»). Лидер рассматривался ими через призму ряда факторов, Во-первых, к таким факторам относились его «способности» — умственные, вербальные и т. д. Во-вторых, «достижения» — образование и физическое развитие. В-третьих, «ответственность» — зависимость, инициатива, упорство, желание и т. д. В-четвертых, «участие» — активность, кооперация и т. д. В-пятых, «статус» — социально-экономическое положение, популярность. В-шестых, важными признавались «ситуативные черты» личности.

Выделим основные качества, которые сторонники этой теории считали необходимыми для лидера:

сильное стремление к  ответственности и завершению дела;

энергия и упорство в  достижении цели, рискованность и  оригинальность в решении проблем;

инициативность;

самоуверенность;

способность влиять на поведение  окружающих, структурировать социальные взаимоотношения;

желание принять на себя все последствия действий и решений;

способность противостоять  фрустрации и распаду группы.

Можно по-разному относиться к подобным взглядам. Однако обратим внимание на любопытные результаты, которые принесло комплексное исследование лидерского поведения, проведенное в прикладных целях по заказу госдепартамента США в 1979 году. Оно показало, что наиболее важные черты современного политического лидера — это неформализованные организаторские навыки, избегание бюрократических подходов, терпимость к фрустрации, прямота суждений, способность выслушать чужое мнение, энергичность, ресурс роста и юмор. Согласимся, что годы идут, а качества, приписываемые лидеру, остаются неизменными. При этом забавно, что интеллектуальные способности до сих пор не считаются обязательными для лидера.

Страсть в смысле ориентации на существо дела, страстной самоотдачи делу... Глазомер, способный с внутренней собранностью и спокойствием поддаться воздействию реальностей... требуется дистанция по отношению к вещам и людям... Проблема состоит в том, чтобы втиснуть в одну и ту же душу и жаркую страсть, и холодный глазомер» (Избранные произведения, — М.: Прогресс, 1990. — С. 690-691.).

При всей своей занимательности, теории «героев» и «черт» мало продуктивны  в научном отношении. Они позволяют  красиво описывать яркий феномен, но не приближают проникновение в  его суть. Несмотря на общее признание  этого, теории такого рода продолжают множить число своих сторонников, создавать все новые списки необходимых лидерских качеств. В определенной мере, это инерция прежних, описательных подходов. Научное изучение феномена лидерства пошло дальше.

Теории  среды. Основное положение группы теорий, объединяемых под этим названием, гласит: лидерство является функцией окружения, т. е. определенных времени, места и обстоятельств, в том числе культурных. Этот подход игнорировал индивидуальные различия людей, объясняя их поведение исключительно требованиями среды. Так, согласно Е. Богардусу, тип лидерства в группе прежде всего зависит от природы группы и проблем, которые ей предстоит решать.

В. Хоккинг предполагал, что лидерство — функция группы, которая передается лидеру, только когда группа желает следовать выдвинутой им программе. В этой связи X. Персон выдвинул две гипотезы: 1) каждая ситуация определяет как качества лидера, так и самого лидера; 2) качества индивида, которые определяются ситуацией как лидерские качества, являются результатом предыдущих лидерских ситуаций. Не вызывая отторжения, такие выводы, однако, также мало чего проясняли.

В свое время Дж. Шнейдер  с удивлением обнаружил, что количество генералов в Англии в разные времена  было прямо пропорционально количеству военных конфликтов, в которых  участвовала страна. Это стало наиболее яркой иллюстрацией справедливости теорий среды. Для оценки их сути воспользуемся высказыванием А. Мэрфи: ситуация вызывает лидера, который и должен стать инструментом разрешения проблемы. То есть ситуация ситуацией, но и сам лидер что-то значит.

Личностно-ситуационные теории. Эта группа теорий является как бы симбиозом двух предыдущих. В ее рамках одновременно рассматриваются  как психологические черты лидера, так и условия, в которых происходит процесс лидерства. В частности, по мнению С. Казе, лидерство генерируется тремя основными факторами: личностными качествами лидера, группой его последователей и сложившейся ситуацией или «событием» (например, проблемой, которую решает группа).

Р. Стогдилл и С. Шартл  предложили описывать лидерство через понятия «статус», «взаимодействие», «сознание» и «поведение» индивидов по отношению к другим членам организованной группы. Следовательно, лидерство рассматривается скорее как система отношений людей, а не как характеристика изолированного индивида.

X. Герт и С. Миллз  считали, что для понимания  феномена лидерства надо уделять  специальное внимание таким факторам, как черты и мотивы лидера, его общественный имидж, мотивы  его последователей, черты лидерской  роли, а также учитывать «институциональный контекст» и «ситуацию».

Таким образом, в разных вариантах теории данной группы пытались расширить достоинства предыдущих подходов. Однако достичь желаемого  удалось не во всем.

Теории  взаимодействия-ожидания. Согласно взглядам Дж. Хоманса и Дж. Хемфилда, теория лидерства должна рассматривать три основные переменные: действие, взаимодействие и настроения. Это предполагает, что усиление взаимодействия и участие в совместной деятельности связано с усилением чувства взаимной симпатии, а также с внесением большей определенности в групповые нормы. Лидер в этой теории определяется как, прежде всего, инициатор взаимодействия.

Например, теория «усиления ожиданий» Р. Стогдилла основана на простом утверждении. У членов группы, считал он, в процессе взаимодействия усиливаются ожидания того, что каждый из них будет продолжать действовать соответствующим образом. Роль индивида определяется взаимными ожиданиями, экспектациями, и, если его действия совпадают с ожиданиями группы, ему будет разрешено к ней присоединиться, т. е. его допустят («примут») в группу. Лидерский потенциал человека зависит от его способности инициировать нужные взаимодействия и ожидания.

Согласно теории «целевого поведения» (path-goal theory) M. Эванса, степень проявления внимания лидером определяет осознание последователями будущего поощрения, а степень инициирования структуры лидером определяет осознание подчиненными того, какое именно поведение будет поощрено. Близкая к ней «мотивационная теория» (Р. Хау, Б. Басе) понимала лидерство как попытку изменения поведения членов группы через изменение их мотивации. Ф. Фидлер считал, что «лидерское поведение» зависит от требований конкретной ситуации. Например, «ориентированный на работу» лидер будет эффективным в крайних ситуациях (слишком легкая или слишком тяжелая работа). Лидер же, ориентированный «на взаимоотношения», обычно эффективен при решении «умеренных», как бы «промежуточных» проблем.

«Гуманистические» теории лидерства. Группа теорий лидерства, получивших название «гуманистические», во главу угла ставила развитие эффективной организации. По мнению представителей этого подхода, человек по самой своей природе — «существо мотивированное», а организация по своей природе всегда структурирована и контролируема. Главной функцией лидерства является модификация организации с целью обеспечения свободы индивидов для реализации их мотивационного потенциала и удовлетворения своих нужд — однако, при одновременном достижении целей организации.

Д. Мак-Грегор разработал две теории организующего лидерства. Первая, так называемая теория X, основана на предположении, что индивиды обычно пассивны, противостоят нуждам организации и, следовательно, их необходимо направлять и «мотивировать». Вторая, теория Y, основана на предположении, что люди уже обладают мотивацией и стремятся к ответственности, поэтому необходимо так их организовывать и направлять, чтобы они одновременно реализовывали и свои цели, и цели организации. Две эти теории отражали, по сути, два этапа развития организации.

С. Аргирис также указывал на наличие конфликта между организацией и индивидом. По его мнению, природа организации предполагает структурирование ролей ее членов и контроль над исполнением ими своих обязательств. В природе человека заложено стремление к самореализации через проявление инициативы и ответственности. Значит, эффективное лидерство должно принимать это во внимание и опираться, прежде всего, на эти качества.