Воззрения Платона по проблеме общества и государства

Содержание:

   1.Воззрения Платона по проблеме общества и  государства.                    2

Воззрения на общество и государство.                                                                 2 Цели и задачи государства Платона.                                                                     2 Формы государства.                                                                                                4 Основы идеального государства.                                                                           6

  2.Проблема познаваемости мира и её решение в истории философии.  10

  3.Периодизация всемирной истории на основе анализа

формационной и цивилизационный концепций развития общества.      13

Периодизация                                                                                                         13

Формационный  подход                                                                                         13

Цивилизационный подход                                                                                    14

Воззрения Платона по проблеме общества и  государства.

Воззрения на общество и государство.

С учением о  человеке и душе тесно связана  теория государства Платона. Антропология и этика греческого философа, так же как и его онтология, имели целью создание совершенного человеческого общества, а поскольку жизнь греческих сообществ протекала в полисах - городах-государствах - создание идеального государства. Платоновская этика ориентирована не на формирование совершенной личности, а скорее на формирование совершенного человеческого рода, совершенного общества. Она имеет не индивидуальную направленность, как, например, у стоиков или эпикурейцев, а социальную и потому органически сращена с политической теорией Платона.

Платон делит  людей на три разных типа в зависимости  от того, какая из частей души оказывается  в них преобладающей: разумная, аффективная (эмоциональная) или вожделеющая (чувственная). Если преобладает разумная, то это  люди, которые стремятся созерцать красоту и порядок идей, устремлены к высшему благу. Они привержены правде, справедливости и умеренности во всем касающемся чувственных наслаждений. Их Платон зовет мудрецами, или философами, и отводит им роль правителей в идеальном государстве. При преобладании аффективной части души человек отличается благородными страстями - храбростью, мужеством, умением подчинять вожделение долгу. Это качества, необходимые для воинов, или "стражей", которые заботятся о безопасности государства. Наконец, люди "вожделеющего" типа должны заниматься физическим трудом, ибо они с самого начала принадлежат к телесно-физическому миру: это - сословие крестьян и ремесленников, обеспечивающих материальную сторону жизни государства.

Есть, однако, добродетель, общая для всех сословий, которую Платон ценит очень высоко: это мера. Ничего сверх меры - таков принцип, общий у Платона с большинством греческих философов; к мере как величайшей этической ценности призывал своих сторонников Сократ: умеренность как добродетель мудреца чтили Аристотель, стоики и эпикурейцы.

Согласно Платону, справедливое и совершенное государство - это высшее из всего, что может  существовать на Земле. Поэтому человек  живет ради государства, а не государство - ради человека. В учении об идеальном  государстве мы находим ярко выраженное господство всеобщего над индивидуальным.

Цели  и задачи государства Платона.

Многие  считают,  что  целью  идеального  общества  является  максимальное  удовлетворение  желаний  каждого  человека,  при  условии,  что  они  не  противоречат  желаниям других людей. Для Платона же все эти желания и стремления не имеют никакой  ценности, так как направлены на достижение тех или иных целей в материальном, то есть призрачном, мире. В знаменитом отрывке о пещере (Государство) он уподобляет этот мир искаженным теням на одной из стенок этой пещеры, лицом к которой прикованы узники. По  одним  лишь  этим  теням  нельзя  получить  представление  о  том,  что  на  самом  деле происходит, как в самой пещере, так и  за ее пределами. Для того чтобы постичь истину необходимо  освободиться  от  оков  и  выйти  наружу,  навстречу  божественному  свету. Оковами же, по Платону, являются чувства и ощущения. Когда душа пользуется телом, - говорит  он, -  исследуя  что-либо  с  помощью  зрения,  слуха  или  какого-нибудь  иного чувства (ведь  исследовать с помощью тела  и с помощью чувства одно  и то  же!),  тело влечет  ее  к вещам,  непрерывно  изменяющимся,  и от  соприкосновения с ними  душа

сбивается  с  пути,  блуждает,  испытывает  замешательство  и  теряет  равновесие  точно пьяная.

Смерть,  как  считает Платон,  освобождает  душу  от  этой  порочной  зависимости,  но лишь на некоторое время. Потому что, по мнению философа, душа обремененная тягой к материальному все  равно будет возвращаться на землю в различных телесных оболочках.

Отсюда  следует  вывод  о  том,  что  приблизится  к  божественному  можно  только  через правильное воспитание души. И такое воспитание является главной  целью платоновского государства.  Поскольку  душе  предстоит  освободиться  от  привязанности  ко  всему телесному,  и  в  наибольшей  степени  от  желаний,  то  основной  задачей  идеального государства становится обеспечение умеренной и уравновешенной жизни всех граждан. А для  этого  необходимо  поддерживать  однородность  и  единомыслие  во  всем  обществе,  с тем,  чтобы  не  допускать  разногласий  и  столкновений  интересов,  вызывающих  те  или иные  чувства,  утяжеляющие  душу. Но  человека  нельзя  заставить  думать  определенным образом,  поэтому  государство  должно  воспитывать  всех  граждан  по  одному образцу, прививая  одинаковое,  правильное  мировоззрение.  Для  того  же  чтобы  общество  было идеальным, необходимо, очевидно, и идеальное мировоззрение, и идеальные законы. Для защиты  же  от проникновения чуждых  идей  и инакомыслия,  следует максимально, насколько это возможно, оградиться от влияния других стран. 

Необходимо  также,  для  сохранения  ровного  и  незамутненного  чувствами  состояния души, чтобы обеспечение  себя всем необходимым для жизни и защита от врагов не были бы связаны с большими трудностями и сильными переживаниями. Одиночке осуществить это крайне трудно, поэтому и необходимо создание хорошо организованного общества. А для  того,  чтобы  легче  было  понять,  каким  же  должно  быть  такое идеальное общество, нужно рассмотреть то, как справляются с поставленными задачами и целями различные, уже существующие, типы государств.

Формы государства.

Отрицательный тип государства  выступает в четырех формах: как  тимократия, олигархия, демократия и тирания. В сравнении с идеальным государством, каждая из этих форм есть последовательное ухудшение или извращение формы идеальной. В отрицательных формах государства вместо единомыслия налицо раздор, вместо справедливого распределения обязанностей — насилие и насильственное принуждение, вместо стремления правителей и воинов-стражей к высшим целям общежития — стремление к власти ради низких целей, вместо отречения от материальных интересов — алчность.

Первой во времени  из этих отрицательных форм выступила, по Платону, тимократия, т. е. власть, основанная на господстве честолюбцев. Уже с первыми признаками упадка возникает страсть к обогащению и стремление к стяжанию. В тимократии первоначально сохранялись черты совершенного строя: здесь правители пользуются почетом, воины свободны от земледельческих и ремесленных работ и от всех забот материальных, трапезы общие, упражнения в военном искусстве и в гимнастике процветают. Однако со временем охотники до драгоценных металлов начинают втайне собирать и хранить золото и серебро в стенах своих жилищ, и, при участии в этом жен, образ жизни меняется на роскошный. Так начинается переход от тимократии к олигархии — господству немногих над большинством. Это правление, основывающееся на переписи и на оценке имущества, так что в нем властвуют богатые, а бедные не имеют участия в правлении В подобном городе «был бы по необходимости не один город, а два: один из людей бедных, другой — из богатых, и оба они, живя в том же самом месте, злоумышляли бы друг против друга». В олигархическом государстве расточители — богачи; подобно трутням в пчелином улье, они превращаются в конце концов в бедняков, но в отличие от пчелиных трутней, лишенных жала, многие из этих двуногих трутней — с жалом: преступники, злодеи, воры, отрезыватели кошельков, святотатцы, мастера всяческих злых дел.

В олигархическом государстве  не  выполняется основной закон  жизни общества. По Платону, закон  этот в том, чтобы каждый член общества «делал свое» и притом столько  свое». Напротив, в олигархии, во-первых, часть членов общества занимаются каждый самыми  различными делами — и земледелием, и ремеслами, и войной. Во-вторых, в олигархии право человека на полную распродажу накопленного им самим имущества приводит к тому, что такой человек превращается в совершенно бесполезного члена общества: не составляя части государства, он в нем лишь бедняк и беспомощный человек. 

Дальнейшее развитие олигархии приводит, по Платону, к  последовательному развитию ее в  еще худшую форму государственного устройства — в демократию. Это власть и правление большинства, но правление в обществе, в котором противоположность между богатыми и бедными обостряется еще сильнее, чем при олигархии. Развитие роскошного образа жизни в олигархии  неудержимая и неукротимая потребность в деньгах приводят молодых людей в лапы ростовщиков, а быстрое разорение и превращение богатых в бедняков способствует возникновению зависти, злобы бедных против богатых и злоумышленных действий против всего государственного строя, гарантирующего богатым господство над бедными. Неуклонно развиваясь, имущественная противоположность становится заметной даже во внешности тех и других. С другой стороны, самые условия общественной жизни делают неизбежными не только частые встречи с богатыми, но даже совместные действия: в играх, в состязаниях, на войне. Рост возмущения бедных против богатых приводит к восстанию. Если восстание заканчивается победой бедняков, то они часть богачей уничтожают, другую часть изгоняют, а государственную власть и функции управления разделяют между всеми оставшимися членами общества. Это и есть демократия.

Наихудшей формой отклонения от идеального государственного строя  Платон признал тиранию. Это власть одного над всеми в обществе. Возникает  эта власть, подобно предыдущим формам, как вырождение предшествующей ей демократической формы правления. Та же болезнь, которая заразила и погубила олигархию от своеволия, еще больше и еще сильнее заражает и порабощает демократию. По Платону, все, что делается слишком, вознаграждается великой переменой в противоположную сторону: так бывает со  сменой времен года, в растениях, всех телах и ничуть не меньше в правлениях: избыток свободы должен приводить отдельного человека, так же как и полис (город-государство), не к чему иному, как к рабству. Поэтому и тирания происходит именно из демократии, как жесточайшее рабство — из высочайшей свободы. Тиран вырастает не из чего более, как из корня, называемого представительством. В первые дни и в первое время он «улыбается и обнимает всех, с кем встречается, не называет себя тираном, обещает многое в частном и общем, освобождает от долгов, народу и близким к себе раздает земли и притворяется милостивым и кротким в отношении ко всем». Тирану необходимо непрерывно затевать войну, чтобы простой народ чувствовал потребность в вожде. Так как постоянная война возбуждает против тирана ненависть и так как граждане, способствовавшие его возвышению, будут мужественно осуждать оборот, который приняли события, то тиран, если захочет удержать власть, вынужден будет исподволь уничтожать своих осудителей, «пока не останется у него ни друзей, ни врагов, от которых можно было бы ожидать какой-нибудь пользы» .

Основы  идеального государства. 

Рассматривая  слабые  стороны  всех  перечисленных  выше  государств  Платон часто приводит аллегорию с кораблем. Олигархию он сравнивает с кораблем, на котором пост кормчего покупается. При этом богач, имеющий достаточное количество денег для этого, может и не разбираться ни в навигации, ни в постановке парусов.  Естественно,  что  корабль  в  этом  случае  будет  управляться  хуже,  чем  если  бы  шкипером  на  корабле  был  человек  хоть  и  не  настолько  богатый,  но  более  сведущий  в  морском  деле.  Демократия  похожа  на  судно,  где  кормчий  избирается большинством голосов.  А  поскольку  находящиеся  на  корабле-государстве  представители  различных профессий,  слабо  разбираются  в  судовождении,  то  выберут  не  более  знающего,  а  более понравившегося  кандидата.  Если  же  править  судном  станет  человек,  захвативший  и удерживающий  власть на нем  силой,  также  как и  в  государствах  с  тираническим  типом правления, то и здесь кораблем не будут управлять верно, поскольку тиран может быть и сильным и коварным, но не знающим морского дела во всех тонкостях. 

В конечном итоге Платон подводит нас к выводу о том, что  в идеальном государстве каждый должен заниматься тем, что у него лучше всего получается.  Против этого трудно возразить. Ведь только так можно получить наибольшую отдачу от каждого гражданина. В современном обществе часто приходится наблюдать, как люди не  могут  реализовать  себя  на  работе,  потому  что  не  имеют  возможности  занять должность,  которая  бы  полнее  соответствовала  их  способностям.  Тогда  как  другие беспрестанно меняют род  занятий, не принося обществу  той пользы, которую бы могли принести, занимаясь тем, что у них получается лучше. И естественно, что если такой род занятий  определен  для  каждого  человека,  то  любая  смена  рода  деятельности  для  этих людей влечет за собой уменьшение эффективности их труда, так как это будет переход от

лучшего к худшему. 

В  идеальном  государстве Платона  за  детьми  наблюдают  специальные  должностные  лица  с  тем,  чтобы  определить,  кто  из  них  больше  приспособлен  к  тому,  чтобы  быть ремесленником  и  земледельцем,  кто  воином  и  защитником  государства,  а  кто  способен постичь высшее благо и стать правителем. И система воспитания и отбора, разработанная великим философом, призвана им помочь в этом. Таким образом, формируются три класса идеального  общества:  дельцы (ремесленники  и  крестьяне),  стражи  и  правители.  Но каждый родитель имеет, как правило, свои планы относительно будущего своего ребенка, зачастую  расходящиеся  с  задатками  мальчика  или  девочки.  Чтобы  не  допустить вмешательства родительских  чувств  в процесс причисления ребенка к тому  или иному сословию,  Платон  считает необходимым воспитывать детей всех  вместе  и так,  чтобы взрослые не знали, кто именно является их ребенком.  После того,  как будущее ребенка определено, переход его в любое другое  сословие становится  невозможным.  Так как это будет означать  использование гражданина  не  по назначению,  и приведет  к ослаблению  государства.  Именно  это,  по  мнению  Платона, может  привести  к  превращению  идеального  государства  в  тимократическое,  с последующим  разложением  и  деградацией  в  олигархическое  и  т.д.  На  основании  этих соображений  древнегреческого  философа  многие  обвиняют  его  идеальное  общество  в кастовости. Но если вдуматься, то даже современное демократическое общество является боле кастовым, чем то, которое предлагает построить Платон.  Потому  что  и  в  наше  время  будущее  ребенка,  в  значительной  мере,  зависит  от положения и достатка  его  родителей,  а не  от  его природных  задатков. И  в  этом  смысле общество Платона - антикастовое. 

Кроме  того,  кастовость  подразумевает  стремление "высших"  слоев  населения  сохранить  за  собой  какие-то  привилегии.  Однако,  сейчас  большинство  людей,  как  нам кажется,  предпочло  бы "низшее"  сословие,  платоновского  общества.  Потому  что  оно больше соответствует тому образу жизни, к которому мы привыкли. Жизнь же стражей и правителей  подразумевает  гораздо  большую  отреченность  от  мирских  благ.  Так, например,  им  запрещается  иметь  какую-либо  собственность.  Связано  это  с  тем,  что  в отличии  от  дельцов,  они  обладают  властью,  и,  поэтому,  у  них  не  должно  быть  никаких личных интересов которые могли бы повлиять на их решения. По этой же причине жены и дети у этих сословий тоже должны быть общими. 

Платон,  в  своих  работах,  очень  мало  уделяет  внимания  сословию  дельцов,  и некоторые  исследователи  видят  в  этом  пренебрежение "человеком  труда".  Нам  же кажется,  что это вызвано,  в первую  очередь,  тем,  что к представителям  этого класса  он выдвигает гораздо меньшие требования, по сравнению со стражами и правителями. Хотя Платон и не высоко ценит крестьян и ремесленников за то, что при отборе они показали свою неспособность заниматься философией, и постичь божественное. Но их души, при правильной организации жизни общества, меняя свои телесные оболочки, будут все более и более приближаться к источнику света. 

Допускать же человека из низшего сословия, с душой еще далекой от совершенства, к управлению людьми и государством, было бы непростительной ошибкой. Это неизбежно приведет  и к злоупотреблениям,  и к неверным  действиям,  продиктованным  не божественной  необходимостью,  а эмоциями,  личными отношениями и предвзятыми

мнениями. Таким  образом, каждый человек в идеальном  государстве должен занимать то положение, которому соответствует состояние  его души, в этой жизни.  Однако расставить граждан на различные  посты и должности идеальным образом еще полдела. Необходимо еще и обеспечить реализацию их способностей. И Платон говорит о том, что в идеальном обществе ничего не должно совершаться без приказа. Каждый имеет своего  начальника,  которому  должен  беспрекословно  подчиняться.  Это  положение логично вытекает  из  всего выше  сказанного.  Если  пост  занимает  человек,  который наилучшим образом подходит для этого, то и его распоряжения тоже будут наилучшими. И,  кроме того,  человек,  привыкший подчиняться приказам,  как в работе,  так  и  в повседневной жизни, меньше озабочен заботами о том, что и когда ему делать. И получает

возможность жить  как  та  божья  птица,  которая  не  заботится  о  дне  завтрашнем  и  хлебе насущном. 

Чем  меньше  у  человека  повседневных  хлопот,  чем  меньше  он  обременен  земными заботами,  тем  свободней  становится  его  душа.

 И  этому   способствует,  в  частности,  тщательная  регламентация  жизни   законами.  При  этом  законы  должны  не  только закреплять  определенные права и обязанности и определять наказания, но и воспитывать. Закон должен превратиться в мораль, стать священным и непререкаемым, чтобы мысль о недопустимости  его  нарушения  была  сильнее  страха  перед  наказанием.  В  этом  учение Платона совпадает с учением Конфуция о государстве.  Наказания  в  тщательно  разработанной  античным  философом  системе  законов призваны либо оградить все общество от влияния дурного человека, либо устранить  его физически.  Смертная  казнь  при  этом  фигурирует  очень  часто,  что  и  неудивительно, учитывая отношение Платона к смерти и его веру в переселение душ.  Особенно часто смертной казнью наказываются преступления против религии, в том числе  и  атеизм. Что  при  известной  доле  цинизма можно  расценить,  как  предоставление для  неверующих  возможности  самим  убедиться  в  существовании  загробной  жизни,  не откладывая эту поучительную экскурсию в долгий ящик. 

Платон  допускает  внесение  изменений  в  его  законы,  но  этим  должны  заниматься только  правители.  В  целом  же,  и  здесь  он  тоже  сходится  с  Конфуцием,  чем  меньше изменений,  тем  лучше.  Привычка  и  традиция  освобождает  человека  от  необходимости обдумывать  каждый  свой  шаг,  каждый  поступок,  каждое  слово,  что  позволяет  сконцентрироваться на божественном. 

Сформулировав  два  основных  принципа,  по  которым  должно  функционировать идеальное  платоновское  государство:  соответствие  способностей  гражданина занимаемому  посту  и  неукоснительное  подчинение  законам  и  приказам,  мы  только подошли к самой главной особенности данного общества, которая заключается в том, что и предназначение каждого человека, и  законы должны определять философы. При  этом, как мы  знаем, Платон  понимает  под  ними  не  только,  и  не  столько  людей  знающих  или образованных,  а  людей  скорее  просветленных,  в  религиозном  смысле  этого  слова. Они увидели свет, но вернулись в пещеру с тем, чтобы помочь другим душам освободиться от телесного  и  материального.  Они  как  мудрые,  заботливые  воспитатели,  наставляющие неразумных детей на истинный путь.  При этом хороши все способы: и кнут, и пряник, и откровенный обман. В целом же, идеальное  общество  Платона  можно  назвать  яслями  для  душ,  где  все  телесное отодвигается на второй план, или вовсе игнорируется. 

Признавая трудности  практического осуществления проекта  идеального государства, Платон в уверен в реализуемости своего замысла. Но для него гораздо важнее философски осветить  идеальную  действительность  государства  и  тем  самым  показать,  что  образец совершенного  государства,  доступный  каждому желающему,  есть на небе,  существует  в идеальной действительности.

Проблема  познаваемости мира, ее решение в  истории философии.

 
Проблема познаваемости  мира является одной из важнейших  в философии. Она стояла как центральная  в Древней Греции, в средние  века и Новое время (И. Кант, Гегель), особенно остро встала эта проблема в нашем столетии (Франк, Гартман, Витгенштейн). На всем протяжении развития философии в ней сталкивались различные подходы и направления: гносеологический оптимизм и агностицизм, сенсуализм и рационализм, дискурсивизм (логоцизм) и интуитивизм и др. 
Сама проблема: «Познаваем ли мир, а если познаваем, то на сколько?» выросла не из праздного любопытства, а из реальных трудностей познания. Область внешнего проявления сущности вещей отражается органами чувств, но достоверность их информации во многих случаях сомнительна или вообще неверна. Одним из направлений в гносеологии является агностицизм. Его специфика заключается в выдвижении и обосновании положения о том, что сущность объектов (материальных и духовных) непознаваема. Это положение первоначально, когда философское знание окончательно еще не порвало с представлением о богах, касалось именно богов, а затем уже природных вещей. Древнегреческий философ Протагор сомневался в существовании богов. Он писал: «О богах я не могу знать, есть они, нет ли их, потому что слишком многое препятствует такому знанию, - и вопрос темен, и людская жизнь коротка». По отношению природных явлений он обосновывал взгляд, согласно которому «как оно кажется, так оно и есть». Разным людям свойственны разные понимания и разные оценки явлений, поэтому «человек есть мера всех вещей». Сущности же самих вещей, сокрытые их проявлениями, человек вообще не способен постичь. Древнегреческий философ Пиррон (360 – 270 гг. до н.э.) считал, что от проникновения в глубь вещей должен воздерживаться. Его обоснование не лишено интереса. Пиррон считал, что человек стремится к счастью. Счастье же, по его мнению, слагается из двух компонентов: отсутствия страдания; невозмутимости. Состояние же невозмутимости, безмятежности достижимо при познании, но не всяком. Чувственные восприятия достоверны. Если нечто кажется горьким или сладким, то соответствующее утверждение будет истинным. Заблуждения возникают, когда от явления мы пытаемся перейти к его основе, сущности. Ни о чем нельзя сказать, что он поистине существует, и никакой способ познания не может быть признан истинным или ложным. Сама сущность постоянно изменчива. Всякому утверждению о любом предмете может быть с равным правом противопоставлено противоречащее ему утверждение. 
Вследствие этого единственно достойное человека отношение к вещам может состоять только в воздержании от суждений, проецируемых на «ускользающую» сущность. Выгодой, проистекающей от воздержания от всяких суждений о подлинной сущности, как раз и будет невозмутимость, или безмятежность, человеческого духа. 
В Новое время, характеризовавшееся быстрым развитием экспериментального естествознания, сложились две наиболее влиятельные агностические разновидности агностицизма – юмизм (Д. Юм 1711 – 1776) и кантианство (И. Кант 1724 – 1804). 
Д. Юм обратил внимание на причинность, на ее трактовку учеными; согласно принятому тогда пониманию, в причинно-следственных связях качество следствия должно быть равно качеству причины. Он указывал на то, что вследствие есть немало такого, чего нет в причине. Юм сделал вывод: объективной причины нет, а есть лишь наша привычка, наше ожидание связи данного явления с другими и фиксация этой связи в ощущениях. Мы в принципе не знаем и не можем знать, полагал он, существует или не существует сущность предметов как внешний источник ощущений. Он утверждал: «Природа держит нас на почтительном расстоянии от своих тайн и представляет нам лишь знание немногих поверхностных качеств». 
Кант, как известно, исследовал познавательные способности человека и специфику естественнонаучного познания. Его привлекла активность человека в познавательной деятельности, созидание им форм, отсутствующих в природе, соединение «субъективного» и «объективного» в познании. Материальные объекты, как он считал, воздействуют на человека, вызывают множество разных ощущений, они самим объектом не упорядочиваются, а хаотичны, но приводятся в определенный порядок автоматически, без участия рассудка, посредством априорных (т.е. не выводимых из опыта) форм живого созерцания – «пространства» и «времени». Обретая пространственные и временные характеристики, представления затем оформляются посредством категорий рассудка и предстают перед субъектом в качестве явлений, соотносимых с воздействовавшими на органы чувств «вещами в себе». Сами явления как проявления сущности есть результат взаимодействия объектов и субъектов, но они представляются существующими объективно. В процессе познания мы имеем дело фактически не с «вещами в себе», а с явлениями; «вещи в себе», т.е. сущность воздействующих на человека объектов, остается непознанной. О том, пишет Кант, каковы вещи могут быть сами по себе, «мы ничего не знаем, а знаем только их явления, т.е. представления, которые они в нас производят, действуя на наши чувства».

Одной из форм кантианского агностицизма являлся «физиологический идеализм» физиолога Мюллера (1821 – 1858), обосновывавшего свой агностицизм, в отличие от Канта, данными физиологической  науки; родственна с мюллеровской концепцией «теория иероглифов», немецкого физика и физиолога Г. Гельмгольца (1821 – 1894). 
В дальнейшем наиболее значительной разновидностью агностицизма был конвенциализм Пуанкаре (1854 – 1912). Согласно конвенциализму наши теории и гипотезы являются лишь соглашениями между учеными, но эти теории не способны отражать достоверно сущность исследуемых предметов, или предметных областей действительности. В наши дни встречаются многие разновидности агностицизма, в том числе «технический агностицизм» Башляра (1884 – 1962), замыкающий познавательную деятельность преимущественно на созданной человеком технической реальности. Есть квантово-механический, кибернетический, психиатрический, социальный агнностицизм. 
Во всех своих разновидностях агностицизм сохраняет свое своеобразие как течение внутри гносеологии, отрицающее (полностью или частично) достоверное познание сущности материальных систем. Он не отвергает возможности познания мира, но не идет дальше признания познаваемости явлений (как проявлений сущности материальных объектов). 
Противоположностью такой позиции является гносеологический оптимизм. Он имеет многих ярких своих представителей. Достаточно вспомнить Демокрита, Платона, Аристотеля, Ф. Аквинского, Н. Кузанского, Ф. Бекона, Р. Декарта, Шеллинга, Гегеля, К. Маркса, Ж.-П. Сартра и др. Среди них имеются представители идеализма и материализма, сенсуализма и рационализма и других философских направлений. Агностицизм ограничивает человека в его стремлении к познанию действительности. 
Сторонники гносеологического оптимизма не отвергают сложности познания, сложности и трудности выявления сущности вещей. Вместе с тем у разных его представителей имеются различные аргументы, доказывающие несостоятельность агностицизма. Одни из них опираются при этом на ясность и отчетливость мысли об объектах и их сущности, другие – на общезначимость получаемых результатов, третьи – на невозможность существование человека без адекватного отражения законов объективного мира, четвертые указывают на практику как на ведущий критерий при определении достоверного знания о сущности вещей и т.п. Данная позиция находится в полном соответствии со здравым смыслом, с точки зрения которого ближайшие сущности причины обыденных явлений познаваемы. 
 
Все эти подходы имеют определённое теоретическое обоснование. Но решающими аргументами в пользу познавательного оптимизма являются: развитие общественной практики и материального производства, успехи экспериментального естествознания, подтверждающие истинность знания. Теоретико-познавательная ситуация имеет свою структуру, включающую субъект и объект познания, а также «посредника», связывающего их в единый процесс. 

Периодизация всемирной истории на основе анализа

формационной и цивилизационный концепций развития общества.

Периодизация  истории — особого рода систематизация, которая заключается в условном делении исторического процесса на определённые хронологические периоды. Эти периоды имеют те или иные отличительные особенности, которые определяются в зависимости от избранного основания периодизации. Для периодизации могут избираться самые разные основания: от смены типа мышления до смены способов коммуникации и экологических трансформаций. Многие учёные для создания периодизации используют экономико-производственные критерии: это как социально-экономические отношения и средства производства (марксистская теория формаций), так и основная сфера производства.

Наиболее известные  подходы:

Формационный  подход

В советской  исторической науке наибольшее распространение  получила схема пяти формаций (так  называемая «пятичленка»), которая была разработана советскими учёными на основе произведений Маркса и Энгельса, в частности работы «Происхождение семьи, частной собственности и государства» Фридриха Энгельса. Суть концепции заключалась в том, что любое человеческое общество проходит в своём развитии пять последовательных этапов первобытнообщинную,  рабовладельческую, феодальную, капиталистическую и коммунистическую формации. Данная схема в качестве непререкаемой догмы вошла во все учебные и справочные марксистские издания, а советские историки прикладывали значительные усилия, чтобы найти последовательную смену формаций в истории любого общества.

Так называемые «творческие марксисты» воспринимали пятичленную схему как главный  ошибочный конструкт марксистской теории и именно против нее были направлены их основные критические высказывания. В очень высокой степени развитие творческого марксизма в СССР следует связывать с дискуссией об азиатском способе производства — шестой формации, существование которой постулировал Маркс, но отвергали советские учёные.

Исходя из озвученных в ходе дискуссии новых идей сформировались новые формационные схемы, отличные от схемы пяти формаций. В одних  концепциях формаций шесть — между первобытностью и рабовладением исследователи располагают «азиатский (политарный) способ производства» (Семенов; Коранашвили; Капустин; Нуреев и др.). В других формаций четыре — вместо рабовладения и феодализма «большая феодальная формация» (Кобищанов) или единая докапиталистическая формация — «сословно-классовое общество» (Илюшечкин). Кроме однолинейных формационных схем, появились многолинейные, фиксирующие отличия развития западной цивилизации и не западных обществ. Многолинейный подход к всемирной истории наиболее последовательно отстаивал Л.С.Васильев.