Земская реформа 1864 г.

 

АЛТАЙСКАЯ  АКАДЕМИЯ  ЭКОНОМИКИ  И  ПРАВА (ИНСТИТУТ)

 

КАФЕДРА ТЕОРИИ И ИСТОРИИ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

 

 

Регистрационный №_________

«_____»______________20    г.

 

 

КОНТРОЛЬНАЯ  РАБОТА

 

 

по дисциплине История государства и права России

 

Вариант работы № 22

 

 

Выполнил студент группы

отделения заочного

обучения

                                                  __ _____________________

                              фамилия

_ __________________

                                      имя, отчество

Домашний адрес_

_  
                                                   __________________________________

Телефон______________

Преподаватель

                      ученая степень, звание

________

                     фамилия. имя, отчество

ОЦЕНКА__________________________

                «_____»_____________20    г.

Подпись___________________________

 

 

 

Барнаул 2012   г.

 

Земская реформа 1864 г.

 

 

План.

 

 

Введение._________________________________________________________________    _3

1. Предпосылки Земской реформы.____________________________________ __________4

2. Земская реформа, ее основные положения и особенности._______________   _________9

3. Итоги земской реформы.____________________________________________ ________16

Заключение._________________________________________________________________17

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение.

 

Еще начиная с XVII века, в России создаются и действуют различные местные органы управления. Но лишь с середины XIX века формируется самоуправление на основе представительства различных слоев населения и самостоятельности в ведении местных дел.

Введение самоуправления –  прогрессивный этап развития государства, когда  модернизация осуществляется через децентрализацию и повышение  самостоятельности территорий. Государство делегирует, доверяет часть своих функций местным органам. Экономически эффективная и социальная значимость такого шага доказывалась опытом Запада. Органы самоуправления уже функционировали в большинстве стран Западной Европы, и успехи были очевидны.

В России на протяжении многих веков не государство естественным путем вырастало из общественных структур, а гражданское общество развивалось под жестким контролем государства. В этих условиях государство было (и пока остается) инициатором всех существенных преобразований, главным «двигателем» общественного развития. Демократические права и свободы в России, как правило, не завоевывались обществом в упорной борьбе, а даровались милостью монарха. Это обстоятельство существенно влияет на всю политическую культуру России. Это не могло не отразиться и на деятельности земских учреждений.

История земского самоуправления, и в частности Земская реформа 1864 г., свидетельствует о том, что вопросы, требовавшие теоретического осмысления при организации местного самоуправления в прошлом, не потеряли своей актуальности и сегодня. Современное состояние нашей страны показывает необходимость развития органов территориального самоуправления как необходимой базы формирования и развития институтов гражданского общества.

Сегодня, когда продолжается реформа местных органов и  проблема взаимоотношений между  федеральным центром и местными руководителями обрела особую актуальность, закономерен интерес к тому, как эти вопросы решались в дореволюционной России, через какие органы происходило управление социальными процессами на местах: в губерниях, уездах, городах, волостях, сельских поселений, а также, что входило в круг обязанностей лиц, стоящих во главе административных единиц России.

В этой связи исторический опыт деятельности земств приобретает  особую значимость. Поэтому во избежание  повторения ошибок прошлого необходимо детальное изучение проводимых во второй половине XIX в. земских реформ.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1. Предпосылки Земской реформы.

 

В первой половине 19 века сформировались социально-политические предпосылки  для буржуазных реформ в России. Крепостное право сдерживало развитие рынка и крестьянского предпринимательства.

Устройство земского самоуправления вызывалось и определялось потребностями  капиталистического развития страны, развития земледелия, промышленности, торговли, путей сообщения, ростом народонаселения. Экономическое развитие увеличило старые потребности, выдвинуло новые. Оно усложнило и умножило административные дела. Бюрократическая, чиновничья администрация, чуждая местным потребностям и интересам, уже не могла в новых условиях растущего буржуазного хозяйства сколько-нибудь удовлетворительно обеспечить эти потребности. При наличии сравнительно развитой промышленности, сельского хозяйства и торговли уже нельзя было мириться с отсутствием или непригодностью путей сообщения, систематическими неурожаями, низкой агрокультурой, падежами скота, почти сплошной неграмотностью населения.

Капитализм требовал серьезного улучшения  местного хозяйства.

Успех всех мероприятий  по развитию торговли и промышленности зависел всецело от губернских властей. Но правительственные чиновники не торопились разрешать вопросы, связанные с торговлей и промыслами. Дальнейшее развитие хозяйства наталкивалось на косную и бездеятельную чиновничью среду. Создавалось противоречие между капиталистическим развитием и тормозящим это развитие бюрократическим аппаратом царского самодержавия. Передача местного хозяйственного управления из рук бюрократии в руки общественных сил казалась естественным выходом.

Местное самоуправление в дореформенный  период  строилось в полном соответствии с системой крепостнического хозяйствования. Центральной фигурой в нем оставался помещик, сосредоточивший в своих руках экономическую, административно-судебную и политическую власть над своими крестьянами. В целом, дореформенная система местного самоуправления отражала в большей степени интересы дворянско-помещичьего класса. Преобладал принцип бюрократизма и централизма, не учитывающий нужд местного населения, местной промышленности и местного торгового оборота. Картина усугублялась нерасчлененностью административных, судебных и хозяйственных правомочий, возлагавшихся на местную администрацию.

На губернском уровне главным лицом  в системе местного управления являлся  губернатор. Наказом 1837 года губернаторы  наделялись широким кругом полномочий: полицейскими, надзорными, административно-хозяйственными и др. Закон отводил губернатору место непосредственного начальника вверенной ему губернии.

Следующее по назначению место после губернатора занимал  губернский предводитель дворянства, исполнявший разнообразные полицейские, следственные, попечительские и иные функции. Уездный предводитель дворянства возглавлял аппарат уездных чиновников. Личный состав чиновников, на которых лежало управление, был ниже всякой критики.

Особенно большим препятствием дальнейшему капиталистическому развитию было негодное состояние путей сообщения. К концу 50-х и к началу б0-х годов появились новые дороги, шоссе, но их эксплуатация была крайне затруднена из-за плохой организации дорожной повинности. К тому же нередко дороги проводились без всякого учета экономических потребностей местности. Дороги находились на попечении уездной полиции и содержались натуральной повинностью крестьянского населения. По мере проведения новых дорог тяжесть этой повинности для крестьян еще более увеличивалась. Естественно, что последние всеми способами уклонялись от подводной и дорожной повинности и плохо ее исполняли.

Скверные дороги задерживали капиталистическое  развитие, приносили прямые убытки купцам и промышленникам, но местные  правительственные власти были бессильными  улучшить дорожное хозяйство.

Бедствия от неурожаев  и голода, от падежей скота и  плохих дорог дополнялись еще одним постоянным злом — многочисленными и опустошительными пожарами. Для борьбы с пожарами в селениях особенно необходим был противопожарный инвентарь, соответствующие инструкции, организация страхования от огня, нужно было распространение кирпичного и черепичного производства на местах. Царское правительство было не в силах удовлетворить все эти потребности.

В тяжелом состоянии находилось медицинское дело. Оно было сосредоточено в двух ведомствах. Больницами в уездных и губернских городах ведали учрежденные еще во второй половине XVIII века приказы общественного призрения. В селах государственных крестьян медицинскую помощь должно было оказывать ведомство государственных имуществ и уделов.

Население фактически не пользовалось медицинской помощью. Больницы приказов общественного призрения были организованы так скверно, что жители избегали пользоваться ими. Только в особых случаях, при тяжелом ранении или отравлении, крестьяне обращались в больницы. Нередко в одном терапевтическом отделении «лечились» и заразные, и хирургические, и душевнобольные. Естественно, что больницы, как правило, пустовали.

Амбулаторная помощь в царской  России в начале 60-х годов совершенно отсутствовала. Часто уезд обслуживал один врач — заведующий городской больницей.

В результате почти повсеместного  отсутствия медицинской помощи в  царской России свирепствовали самые  страшные заболевания: чума, холера, оспа, сибирская язва, тиф, сифилис, дизентерия, «злая корча» (эпилепсия). Особенные опустошения приносили чума и холера.

Вследствие недостатка медицинской  помощи, прежде всего при родах, число  умиравших в первый год младенцев  составляло третью часть общего количества умиравших за год, тогда как в других странах смертность младенцев составляла четвертую и пятую часть общего числа.

Такая смертность населения являлась серьезным препятствием для капиталистического развития. Растущая промышленность требовала многочисленных кадров рабочей силы, значительной резервной армии труда. Государству нужна была многомиллионная армия, которой не угрожали бы повальные эпидемии. Запущенность медицинского дела была вопиющей, но царская бюрократия не была способна что-либо изменить в этом отношении.

Капитализм не мог успешно развиваться  при почти поголовной неграмотности сельского населения. Государство нуждалось в сильной, дисциплинированной, хорошо обученной армии. Крымская война показала важность этого дела. Новобранцы из крестьян из-за отсутствия элементарного образования плохо осваивали солдатское дело. Сколько-нибудь значительный подъем сельского хозяйства был немыслим без известного знакомства с данными агрономии и ветеринарии, без умения пользоваться сельскохозяйственными машинами, применять усовершенствованные способы обработки полей, выращивать лучшие породы скота, предупреждать его эпидемии и т. д. Нельзя было успешно развивать промышленность, внедрять новые машины при отсутствии элементарных технических знаний.

Распространение образования становилось очень важной потребностью капиталистического развития, тем более необходимой после отмены крепостного права, когда крестьянство приобрело права и получило возможность заводить торговые и промышленные предприятия, заключать всякого рода сделки, предъявлять иски и т. д. Между тем, до введения земских учреждений в России почти не было сельских школ.

Если при крепостном праве бывали случаи, когда отдельные помещики-филантропы заводили школы для своих крестьян, то после отмены крепостного права и этих школ не стало. Лишь в немногих селениях государственных и удельных крестьян существовали сельские школы. Высочайшие повеления и указы царского правительства об улучшении дела начального народного образования оказывались безуспешными. Царская бюрократия не могла удовлетворить эту насущную потребность капиталистического развития страны.

Более всего упреков и нареканий  вызывала организация управления земскими повинностями. Все земские повинности разделялись на денежные и натуральные. Денежные повинности в свою очередь, по уставу 1851 года, подразделялись на государственные, губернские и частные (сословные). Дела по земским повинностям составляли:1) определение их размера (составление сметы); 2) раскладка денежных земских повинностей; 3) сбор и расходование денежных сумм; 4) отчетность по этим действиям.

На исполнение многочисленных местных (земских) нужд взимались так называемые земские сборы. Они все время  росли. Вся тяжесть сборов ложилась исключительно на одних крестьян.

Кроме тяжелых земских сборов на плечи крестьян ложились другие различные повинности, исполнявшиеся натурой: исправление дорог, поставка подвод, снабжение квартирами войск. Натуральные повинности были тяжелейшей формой крепостной зависимости эксплуатируемого населения России того времени. Управление натуральными повинностями находилось в руках местной полиции — земских исправников и становых приставов. Губернские учреждения не заботились о них, а полиция, занятая другими обязанностями, формально относилась к делу. При исполнении натуральных повинностей господствовал полный произвол местных властей. Никакой уравнительности в раскладке повинностей между уездами не существовало.

Отмена крепостного  права также неминуемо влекла за собой реформы в области центрального и местного управления. Хотя потребность в создании органов местного самоуправления вполне назрела еще до отмены крепостного права. При его сохранении осуществление земской реформы было невозможно. Более 20 миллионов крепостных, лишенных гражданских прав, не могли принимать участие в каких бы то ни было общественных делах, даже непосредственно касающихся их быта. Все государственные, центральные и местные учреждения покоились на основе крепостного права и были проникнуты сословным, крепостническим духом. В тех условиях, в которых жило крепостное население России, даже ограниченное самоуправление было немыслимо.

С отменой крепостного  права разрушался фундамент старого  здания царской администрации. Третья часть населения России получала известные гражданские права, могла более легко вступать в буржуазные отношения, приобретала непосредственный интерес к местным хозяйственным делам. Естественно, что она должна была получить хотя бы некоторое право голоса в этих делах. Дальнейшее существование сословных учреждений местного управления теряло всякий смысл.

Таким образом, отмена крепостного  права обеспечила возможность проведения земской реформы, и она же определила безотлагательную необходимость этой реформы.

После крестьянской реформы, отменившей крепостное право, оставалось другое препятствие, с которым капитализм не мог мириться и устранение которого было исторической необходимостью, — сословное, бюрократическое уездное и губернское управление. До тех пор, пока оно целиком оставалось в руках царских чиновников и безвластных представителей дворянского сословия, ни о каком подъеме местного хозяйства не могло быть и речи. Передача его выборным представителям всех сословий являлась насущной потребностью капиталистического развития.

Непосредственная связь  крестьянской реформы с реформой местного управления сознавалась и в правительственных кругах. Но от сознания необходимости преобразования местного управления до его осуществления, было ещё далеко. Правительство не торопилось вводить земское, выборное от всех сословий самоуправление. На первых порах оно ограничилось образованием крестьянских учреждений. Они были призваны для того, чтобы, создав видимость самостоятельного сельского управления, усилить зависимость крестьян от местной администрации и обеспечить исправное исполнение повинностей в пользу помещиков и государства. Для этого были образованы сельские и волостные сходы, на которых избирались: сельский староста, сборщик податей, волостное правление, волостной старшина и волостной суд. Вопросы, которыми они занимались, касались, главным образом, отбывания всякого рода повинностей, раскладки и сбора податей. Это были сословные учреждения, созданные правительством с фискальной целью. Ограниченные в своей компетенции крестьянские учреждения находились в полной зависимости от местной администрации и полиции.

Подтолкнула царизм к  реформам и сила общественного мнения, давление со стороны буржуазии и  части помещиков, вставших на капиталистические  рельсы и потому заинтересованных в  буржуазных реформах. Помещики-крепостники и сам царь предпочли бы обойтись без реформ. Крестьянская реформа оказалась недостаточной уступкой - она не внесла успокоения, а вызвала новый взрыв возмущения народа. Лишив крестьян лучшей части их земельных наделов, оставив их, в сущности, подчиненными помещикам, крестьянская реформа породила волну народных восстаний. В 1859-1861 годах в России сложилась обстановка, которую многие характеризовали как революционную ситуацию. Отсюда необходимость новых реформ, новых уступок. Отмена крепостного права, будучи важной предпосылкой создания земства, не могла автоматически привести к образованию земских учреждений. Одной из основных причин, вызвавших эту реформу, было революционное движение в стране.

Вопрос о местном  самоуправлении окончательно назрел в конце 50-х годов. 27 марта 1859 года при Министерстве внутренних дел была создана под председательством Н.А. Милютина комиссия для разработки закона «О хозяйственно-распорядительном управлении в уезде». В нее вошли образованные и либерально настроенные чиновники министерств внутренних дел, юстиции и государственных имуществ. Комиссии было предписано, чтобы проектируемые органы местного управления не выходили за рамки хозяйственных вопросов местного значения. В апреле 1860 года Милютин представил Александру II подготовленный комиссией проект «Временных правил» о местном управлении, которое строилось по принципу выборности и бессословности. Но в апреле 1861 года под давлением реакционных придворных кругов Милютина и министра внутренних дел С.С. Ланского, обвиненных в «либерализме», уволили в отставку. Новый министр внутренних дел П.А. Валуев, назначенный также председателем комиссии по подготовке реформы местного управления, был известен своими консервативными взглядами и стоял на позиции защиты корпоративных прав дворянства. Однако он не решился пойти на ликвидацию основных принципов земской реформы, положенных в ее основу комиссией Милютина, - выборности и бессословности, а лишь изменил систему выборов в земские учреждения, которая давала преимущество дворянам-землевладельцам и крупной буржуазии и существенно ограничивала представительство основной массы населения - крестьянства, совсем устраняла от участия в выборах рабочих и ремесленников.

Подъем общественно-демократического движения в стране заставил самодержавие пойти даже дальше тех задач, какие оно ставило ранее перед комиссией Милютина. Валуеву было поручено в связи с реформой земских учреждений подготовить также проект «нового учреждения Государственного совета». По этому проекту предполагалось при Государственном совете учредить «съезд земских гласных» из представителей губернских земств и городов для предварительного обсуждения некоторых законов перед внесением их на обсуждение в Государственный совет. Главные законы начала этой реформы Валуев представил императору в феврале 1862 года. Император в принципе одобрил их и передал на обсуждение на дворянские собрания. Но к этому времени обстановка в стране существенно изменилась. Революционная волна была сбита, и самодержавие отказалось от своего намерения допустить «представителей населения к участию в законодательстве», решив ограничиться лишь учреждением органов местного управления на уровне губернии и уезда. Наряду с этим было решено также отказаться и от проектируемой низшей земской единицы - волостного земства.

К марту 1863 года проект «Положения о губернских и уездных земских  учреждениях» был подготовлен. После  обсуждения в Государственном совете он был утвержден 1 января 1864 года Александром II и получил силу закона.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. Земская реформа, ее основные положения и особенности.

 

Проведение крестьянской реформы требовало неотложной перестройки  системы местного управления. В ходе этой реформы правительство стремилось создать необходимые условия  для хранения власти в руках дворян - помещиков, и все дискуссии, связанные с преобразованием местного управления, вращались вокруг этой проблемы. Если наиболее консервативные представители дворянства настаивали на создании открытых и существенных привилегий для своего класса в проектируемых земских органах, то группы либералов, ориентирующихся на капиталистический путь развития России, предлагали создать всесословные земские организации. Только в марте 1863 г. специально созданная комиссия подготовила окончательные проекты положения о земских учреждениях и временных правил для них.

Опасаясь влияния земских учреждений, правительство предоставило им право  ведать лишь вопросами исключительно  местного интереса и местного хозяйства. На них возлагалось: заведование  капиталами, имуществами и средствами земства; содержание земских зданий и путей сообщения; меры по обеспечению “народного продовольствия”, мероприятия по благотворительности, взаимное земское страхование имуществ; попечение о развитии местной торговли и индустрии; санитарные меры, роль в хозяйственных отношениях в области здравоохранения и образования. Земские собрания и управы были лишены права как учреждения общаться между собой, они не имели принудительной власти, т.к. полиция им не подчинялась; их деятельность контролировалась губернатором и министром внутренних дел, имевшими право приостанавливать исполнение любого постановления земского собрания. Земские сборы обеспечивали финансовую базу деятельности земских учреждений. Бюджет утверждался земским собранием. Он складывался в основном из налогов на недвижимость, прежде всего — на землю, при этом главная тяжесть ложилась на владения крестьян. В пределах своей компетенции земства обладали относительной самостоятельностью. Но с самого начала земские учреждения проектировались как местные и общественные, не имевшие своих исполнительных органов и проводившие свои решения через полицейский и бюрократический аппарат государства.

Государство должно было осуществлять жесткий контроль за деятельностью  земств. Этот контроль носил либо форму общего надзора правительственной власти за законностью, принимавшихся земскими органами решений и постановлений, либо форму прямого специального наблюдения и утверждения конкретных действий земских учреждений. Губернатор в семидневный срок мог наложить вето на любое распоряжение земского органа, для министерства внутренних дел этот срок был значительно увеличен. Сами распоряжения земских учреждений чаще всего могли быть реализованы при посредстве налогово-фискальных органов государства или через полицию, власть которой была значительно укреплена в ходе ее реорганизации.

Создание земских учреждений тормозилось попытками правительства  сосредоточить всю местную власть в руках бюрократических органов. В 1859 г. полицейская власть в уезде  вручалась уездному земскому присутствию, состоявшему из исправника, дворянского и двух сельских заседателей. Управление всей городской и уездной полицией сосредотачивалось у исправника в уездном управлении. Правительство спешило сконцентрировать административно-полицейскую власть в бюрократическом аппарате на местах, чтобы оставить проектируемым земским учреждениям только узкий круг местных хозяйственных вопросов.

Но, рассматривая самоуправление как осуществление местными выборными  органами определенных задач государственного управления, нужно признать, что самоуправление эффективно лишь тогда, когда исполнение принятых его представительными органами решений осуществляется непосредственно его исполнительными органами. Если же правительство сохраняет за собой осуществление всех задач государственного управления, в том числе и на местном уровне, а органы самоуправления рассматривает только как совещательные органы при администрации, не предоставляя им собственной исполнительной власти, то о реальном местном самоуправлении не может быть и речи.

Признание учреждений земского самоуправления общественно-хозяйственными союзами отразилось в законе и  на определении их отношения к  правительственным учреждениям  и частным лицам. Земства существовали рядом с администрацией, не будучи связаны с ней в одну общую систему управления. В целом местное управление оказалось проникнуто дуализмом, основанным на противопоставлении земского и государственного начала.

Устроители земской  реформы не решились открыто провести сословный принцип формирования новых местных органов. Однако неприемлемым для них было и всеобщее избирательное право. Поэтому для выборов земских учреждений предполагалось разделить все уездное население на три части (курии), в каждой из которых, преобладает одно из главных исторически сложившихся в то время сословий. Избирательная система должна комбинировать сословное начало с началом имущественного ценза. Кроме того, куриальная система позволяла правительству заранее планировать число выборщиков от сословий регулировать их соотношение в земских учреждениях. Таким способом оно всегда могло обеспечить в них преимущество для представителей правящего класса.

Каждые три года жители уезда разных сословий избирали от 14 до 100 с лишним гласных — депутатов  уездных земских собраний. Выборы проводились по куриям, на которые разделялось все уездное население. Законом предусматривалось создание трех избирательных курий.

Первую курию составляли землевладельцы, имевшие 200 десятин  и более земли (включая надельное  землевладение крестьян, еще не перешедших на выкуп) или другое недвижимое имущество стоимостью 15 тыс. руб., или годовой доход в 6 тыс. руб. Тон в этой курии задавали дворяне (помещики), однако со временем все большую роль начали играть представители других сословий — купцы, скупавшие дворянские земли, богатые крестьяне, приобретавшие землю в собственность.

Вторую курию составляли горожане, владевшие купеческими свидетельствами, торговыми и промышленными предприятиями  с годовым доходом не менее 6 тыс. руб., владельцы городских недвижимых имуществ стоимостью не менее чем 500 руб. — в небольших и 2 тыс. руб. в крупных городах.

Третья курия главным образом  состояла из представителей сельских обществ, крестьян, для которых не был установлен имущественный ценз, но была введена многоступенчатая система выборов: сельские общества выбирали представителей на волостные сходы, те — выборщиков, а последние — гласных в уездное земское собрание.

От выборов, таким образом, отстранялись рабочие, мелкая буржуазия, интеллигенция. Система выборов  обеспечивала значительное преобладание в земствах помещиков. Председателями губернских и уездных съездов были предводители дворянства. В результате первых земских выборов 1865-66 дворяне составили 42% уездных и 74% губернских гласных, крестьяне соответственно — 38,5% и 10,6%, купцы — 10,4% и 11%.¹

Земское собрание и земская управа (исполнительный орган, состоящий из председателя и двух членов) избирались на три года. Гласные уездных земств избирались в куриях, а губернских — в уездных земских собраниях. Председателями уездного и губернского земских собраний являлись уездный и губернский предводители дворянства. Земские собрания являлись распорядительными органами, они избирали исполнительную власть — губернские и уездные земские управы (три, пять человек). Председатель уездной управы утверждался в  должности губернатором, председатель губернской управы - министром внутренних дел.

Высокий имущественный  ценз при выборах в земские  учреждения полностью отражал взгляд законодателя на земства как на хозяйственные  учреждения. Такая позиция поддерживалась рядом губернских земских собраний, особенно в губерниях с развитым зерновым хозяйством. Оттуда довольно часто раздавались голоса о необходимости предоставления права крупным землевладельцам участвовать в деятельности земских собраний на правах гласных без выборов. Это справедливо обосновывалось тем, что каждый крупный землевладелец более всех был заинтересован в делах земства потому, что на его долю приходилась значительная часть земских повинностей, а он был лишен в случае неизбрания возможности защищать свои интересы.