Европейская политика Наполеона III

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ЕВРОПЕЙСКАЯ ПОЛИТИКА НАПОЛЕОНА III

1. Крымская война (1853-1856гг.) и позиция Франции.
2. Сближение Наполеона III и Александра II.
3. Наполеон в Италии.
4. Польское восстание 1863 и позиция Франции.
5. Наполеон III и Пруссия накануне австро-прусской войны.
6. Франко-прусская война (1867-1870 гг.)

   ГЛАВА 1. ЗАКЛЮЧЕНИЕ.

  ГЛАВА 2. КОЛОНИАЛЬНАЯ ЭКСПАНСИЯ НАПОЛЕОНА III.

     2.1 Война в Индокитае.

     2.2 Неудачная  попытка Наполеона III укрепиться  в Сирии.

     2.3 Англо-французская  экспедиция в Китае.

     2.4 Мексиканская  авантюра Наполеона III (1862 ― 1864 гг.)

 ГЛАВА 2. ЗАКЛЮЧЕНИЕ.

 ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.

  ГЛАВА 1. ЕВРОПЕЙСКАЯ ПОЛИТИКА НАПОЛЕОНА III.

   «Империя - это мир», - заявил в 1852 г. в одной из  своих речей Наполеон III. Вопреки этому показному, миролюбию Вторая империя почти непрерывно вела захватнические, грабительские войны с целью удовлетворения интересов крупных финансистов, промышленников, биржевых дельцов, жаждавших наживы, новых рынков сбыта и источников сырья. Всей европейской внешней политике Наполеона III была присуща склонность к авантюрным решениям. Возможно, ему не давали просвета лавры прославленного дяди - неутомимого воителя Наполеона Бонапарта.  Вследствие неустойчивости внутреннего положения Второй империи победоносные войны становились непременным условием ее существования.

   В европейской политике Наполеон III пропагандировал, прежде всего, идею возвращения Франции в те границы, которые существовали до 1815p., а также вынашивал планы объединения Европы во главе с Францией.

  1.1 Крымская война (1853-1856гг.) и позиция Франции.

   Началом  Крымской войны в 1853 г. Россия  обязана амбициям Николая I, пожелавшего  взять под контроль Босфор  и Дарданеллы и укрепить свои  позиции на Балканах. Конфликт  между Россией и Францией, или  так называемый Восточный кризис, разразился еще в 50-х гг., когда  возникли разногласия по поводу прав на Святые места в Палестине, одной из провинций Османской империи. Поначалу борьба между православием и католичеством была не особенно интенсивной, но в итоге турецкий султан стал оказывать явное предпочтение католической церкви. Николай I счел сложившуюся ситуацию оскорбительной и пошел на открытый конфликт с султаном. По расчету русского императора, война с Турцией была беспроигрышной - Англия считалась надежным союзником России, поскольку ей обещано содействие в завоевании Египта, Австрия также не являлась угрозой для России, так как в 1849 г., Николай I помог австрийскому императору Францу-Иосифу в подавлении венгерской революции.

   Поводом  для объявления войны 4 октября  1853 г. послужил разрыв дипломатических  отношений с Турцией и оккупация  Дунайских княжеств русскими  войсками. Поначалу русской армии  сопутствовала удача: наступление  турецких войск на Кавказе  было успешно остановлено, стратегическая  инициатива на Кавказе была  захвачена, русский флот одерживал  одну за другой блестящие победы.

   Возможность  победы России заставила недавних  противников, Англию и Францию,  объединить свои усилия, и в  январе 1854 г. в Черное море через  Босфор вошли эскадры коалиции. Нужно отметить, что это было  первое совместное предприятие  Англии и Франции за последние 700 лет. Следующий подобный случай представится двум державам не ранее, чем через 60 лет в связи с Первой Мировой Войной. Во Франции значительная часть общества поддерживала идею реванша за поражение в наполеоновских войнах и была готова принять участие в войне против России, при условии, что Англия выступит на их стороне. Итак, правительства этих государств потребовали вывода русской армии из Дунайских княжеств. После категорического отказа Николая, России была объявлена война. В марте 1854 г. Великобритания, Франция и Турция заключили Константинопольский союзный договор, согласно которому Англия и Франция обязались помочь Турции «отбросить нападение» русских войск. На запрос о цели такого действия западные державы отвечали, что имеют в виду не только защищать турок от всякого нападения со стороны моря, но и способствовать им в снабжении своих портов, препятствуя вместе с тем свободному плаванию русских судов. Весной 1854 года, объединив свои дипломатические усилия, Англия и Франция сообща добились выступления Австрии против России. Более того в результате непродуманных действий российской дипломатии им окончательно удалось стать хозяевами положения в Турции.

   Вслед за  присоединением Австрии к союзникам  по договору 2 декабря 1854 г. Франц-Иосиф  предложил России, Англии и Франции  начать совещания в Вене с  целью выработки соглашения, на  основании которого можно было  бы начать переговоры о мире. Конечно, Австрия должна была  принять в этом совещании активное  участие, хотя она еще и не  вступила в войну. Встречи,  разговоры, совещания послов Англии, Франции, России и австрийского  министра иностранных дел Буоля начались в декабре 1854 г. и длились до весны 1855 г., когда оборвались, не приведя ни к какому результату. Собственно, провал конференции обозначился довольно ясно уже к февралю 1855 г. Смерть Николая нанесла этой мертворожденной конференции окончательный удар, как только обнаружилось, что новый русский император не намерен подчиниться всем диктуемым ему условиям. Для союзников и речи не могло быть об отказе от победоносного окончания войны в Крыму. Для Наполеона III отступить от Севастополя можно было бы в самом крайнем случае лишь временно, для достижения больших стратегических выгод, вроде занятия Перекопа и овладения всем Крымом

   26 января 1855 года к союзникам присоединилось Сардинское королевство, заключившее договор с Францией, после чего 15 тысяч пьемонтских солдат отправились под Севастополь. Это было блестящим успехом дипломатической деятельности Наполеона III: в декабре он привлек Австрию обещанием не содействовать Сардинскому королевству в его возможных поползновениях отнять Венецию и Ломбардию у Австрии. После войны Франция заключила с Сардинией договор, в котором уже официально взяла на себя соответствующие обязательства (которые, впрочем, так и не были выполнены).

   Весной 1855 г., в марте, как раз когда Наполеон III собирался отправиться в Крым, в Европе усиленно говорили  о готовящейся перекройке карты  Европы, замышляемой императором  французов. Основа слухов была  в том, что при дворе Наполеона  III нетерпение и беспокойство  по поводу отчаянного русского  сопротивления возросли до крайней  степени и что за немедленное  военное выступление Австрии,  в самом деле, теперь готовы  были заплатить дорого. Слухи  сводились к следующему. Наполеон III готов отдать Австрии все  европейские владения Турции; за  это Австрия, во-первых, обязуется  выступить немедленно против  России и, во-вторых, уступить  Ломбардию и Венецию королю  Сардинии Виктору Эммануилу II. Бельгия полностью присоединяется  к Французской империи. А бельгийская  королевская династия в лице  герцога Брабантского воцаряется  в Польше (которая будет отнята  у России). Савойя и остров Сардиния  отдаются Французской империи. ¹

   До русской  дипломатии доходили сведения  о том, что эти планы очень  серьезно обсуждаются между французским  министром иностранных дел Друэн де Люисом и великобританским послом в Париже лордом Каули. Эти планы подразумевали, как необходимую предпосылку, не только вступление в войну всех вооруженных сил Австрии, но и пропуск французских войск через Галицию в русскую Польшу.

   Русские  войска потерпели ряд неудач  в сражениях под Инкерманом в Евпатории и на Черной речке. 27 августа после 22-дневной бомбардировки был предпринят штурм Севастополя, после которого русские войска вынуждены были покинуть город. Ноты Горчакова в Петербург все более и более ясно говорили о безнадежности положения России.

   Война тянулась  уже почти два года. Франция  послала в Крым более 300 тыс.  солдат. Из них едва одна треть  вернулась на родину. Эта война  стоила Франции свыше 1,5 млн. франков.² Во Франции известия с фронта вызывали рост общественного недовольства. 
Усиливалось революционное брожение. Участились выступления мелкобуржуазных республиканцев. Тревожная внутренняя обстановка заставила Наполеона III постараться быстрее кончить с восточной войной.

   В октябре  1855 г. Александром II было получено  известие о том, что Наполеон III желает начать с ним "непосредственные" сношения. Он давал понять, что  пришел к заключению о ненадобности  дальше продолжать войну. В  Лондоне вошли во вкус войны  французскими и турецкими войсками. Королева требовала «выгнать  русских из Крыма». «Эти французы  рехнулись на почве страха и жульничества; я боюсь, что император столь же деморализован, как его правительство. Уверен, если мы отвергнем условия, французы заключат мир по собственному усмотрению и наше положение станет жалким. Французы так громко кричат о мире, что, я боюсь, перепугают Австрию, и та захочет взять назад те жесткие условия, которые она предложила навязать России», - писал лорд Кларендон своей жене, находясь в поездке во Франции с королевой Викторией . Англичане же, напротив, хотели продолжения войны с целью отхватить весь Крым до Перекопа и "вернуть" его Турции, а затем высадиться на Кавказе, создать "Черкессию" для Шамиля, а самого Шамиля обратить в своего вассала, призванного преграждать продвижение русских на юг. Наполеон III не желал такого усиления Англии, Россию он рассматривал как полезный противовес англичанам. Он разрешил графу Морни завязать сношения с Россией. Граф считал, что французам и русским пора прекратить бесполезную войну. Горчаков, русский посол в Вене, узнав об этом из разговора с главой большого банкирского дома Сину, считал, что не только мир, но и прямое сближение между Францией и Россией уже после заключения мира может быть в высшей степени полезно для обеих. Условия мира, по мнению Горчакова, не должны были затрагивать национальное достоинство России. Посол явно намекал на военный флот на Черном море. Морни это понял и ответил Горчакову мягким отказом: нельзя требовать от Наполеона III и от Англии, после всех жертв, понесенных ими под Севастополем, чтобы они отказались от этого требования.³ За этим последовали тайные переговоры в Париже. Но канцлер Нессельроде совершил бестактный поступок, сообщив венскому двору о начавшихся сношениях России с Парижем, что вызвало несомненную тревогу Франца-Иосифа. Буоль немедленно сообщил Наполеону III, что Австрия готова полностью присоединиться к западным державам и предъявить России ультиматум. 
Францией и Австрией был предъявлен (отдельно друг от друга) ультиматум, состоящий из 4 пунктов каждый. Надо отметить, что   
"четыре пункта" Наполеона III были куда менее унизительными , чем ультиматум Австрии. В случае же отказа от этих требований, Австрия объявляет войну России. После нескольких совещаний в Петербурге Александр II принял предварительные условия и решил отправить в Париж для дальнейших совещаний графа Орлова.

   Таким образом,  в феврале 1856 г. в столице Франции открылся Парижский конгресс, в работе которого участвовали Россия, с одной стороны, и союзники по Крымской войне: Османская империя, Франция, Англия, Австрия, Сардиния, а также Пруссия. Утром 30 марта 1856 г. все участники конгресса от имени представленных ими держав подписали Парижский мирный договор. Сто один пушечный выстрел возвестил об этом историческом событии в столице Франции. Тотчас после подписания договора конгресс в полном составе отправился в Тюильри к императору. Наполеон III очень милостиво принял явившихся, причем все заметили, как особенно ласково и долго он говорил с графом Орловым, выделяя и отличая его перед всеми.

   Франция, похоже, получила большинство в Крымской войне. Прежде всего эта война укрепила престиж молодой Второй империи. Более того, именно французской армии принадлежат самые впечатляющие победы в последних атаках Севастополя. Кроме того, в результате этой войны Франции удалось вытеснить Россию не только из Черного моря, но и с позиции доминирующей державы в Европе. «Верховенство в Европе перешло из Петербурга в Париж», — писал об этом времени К. Маркс.  После поражения России в Крымской войне начинают возрастать «восточные амбиции» Наполеона III. Он всячески пытается представить себя другом и покровителем арабов. «Я, — говорил Наполеон III во время посещения Алжира, — император арабов точно так же, как и французов».

   Таким образом, Крымская война стала толчком к складыванию нового баланса сил, уничтожив европейскую систему, покоившуюся на Венских трактатах 1815 г.

   1.2 Сближение Наполеона III и Александра II.

   Окончание Крымской  войны и подписание парижского  мира привело к складыванию  новой обстановки на международной  арене. Позиции России в мире  были существенно ослаблены после  Венского конгресса,  кроме того  их ослабление было обусловлено тем, что распался автро-русский-прусский союз. На международной арене также происходили следующие изменения, которые оказывали не самое благоприятное влияние на положение России:  Австрия теперь начала оглядываться на Англию и постепенно началось складывание анло-австро-франузского блока. Кроме того, продолжалось ослабление влияния России на балканские народы.  Все эти факторы подрывали и без того упавший после Крымской войны авторитет России.

   Александр II осознавал, что пришло время поиска новых союзников. С их помощью российский император стремился получить поддержку для отмены условий Парижского мира и наконец преодолеть международную изоляцию России.  Таким союзником для России снова стала Франция. Ведомые общими интересами в европейском регионе, страны  стремились к всевозможному сплочению отношений. Дело в том, Францией руководило стремление обеспечить содействие России против Англии, так как англо-французское соперничество в Европе и колониях достигло в то время большой остроты. Кроме этого, Наполеон преследовал цель вытеснения Австрию из Италии и, более того, стремился занять ее место. В России, в свою очередь, были еще свежи воспоминания о предательстве Австрии, совершенном ею в начальные годы крымской войны. Таким образом, отношения Франции с Россией после Парижского мира улучшались чуть не с каждым месяцем. В 1856 г. на торжества коронования Александра II в Москве Наполеон III послал одного из самых доверенных своих лиц, графа де Морни, который еще во время Крымской войны говорил о необходимости поскорее мириться. Народу, окружавшему в день обряда коронования Успенский собор и весь Кремль, бросилось в глаза, что Морни в сопровождении всей свиты остановил свои кареты очень далеко от собора, и все французское посольство с непокрытыми головами прошло пешком довольно длинный путь. Другие посольства так не поступали. В дальнейшем Морни не переставал выказывать исключительное почтение к царю. Всюду, по любому поводу и без всякого повода Морни не переставал говорить о пользе Франко-русского союза для обеих империй и о том, что этот союз может дипломатически господствовать в Европе и во всем мире. Аристократия в Петербурге приняла графа Морни очень хорошо. Женившись на русской (княжне Трубецкой), французский посол стал и в Москве и в Петербурге совсем своим человеком. Царь явно к нему благоволил и принимал его запросто. Морни удалось без труда добиться нескольких ценных экономических льгот для французских капиталистов в России, и он, торжествуя, доносил Наполеону в Париж: «Я вижу в России рудник для французской эксплуатации». Весной 1857г. Делегация Морского министерства великого князя Константина Николаевича посетила Париж по приглашению Наполеона III,который подтвердил свое намерение к установлению тесного сотрудничества с Россией.⁴

   Кроме того переломным  моментом в истории франко-русского  сближения стала встреча министров  иностранных дел в Штутгарте.  Несмотря на то, что усилия  французской дипломатии были  сосредоточены на решении итальянского  вопроса, а российской- на  пересмотре статей Парижского мира, эта встреча положила начало официальному дипломатическому сближению двух стран. Негласный франко-русский союз подкреплялся позицией Англии. Пальмерстон продолжал антирусскую политику на Кавказе, Персии и Турции. Одновременно с этим отношения Англии и Франции начинали портиться.

   Однако в целом  создать франко-русский союз Морни не удалось. Это было обусловлено рядом причин: во-первых, для создания франко-русского союза требовалось расторгнуть союзные отношения, продолжавшие соединять Англию и Францию и после Крымской войны. А принять Россию в этот союз Англия ни за что не хотела, да и России подобный «тройственный союз» был не нужен. Во-вторых, Наполеон III сам сильно повредил делу, проводимому графом Морни, обнаружив при личном свидании с Александром II, что он заинтересован вопросом эмансипации Царства Польского. «Со мной осмелились заговорить о Польше», — с раздражением заявил царь своим приближенным об этом инциденте.

    Но, если дело и не дошло до франко-русского союза, то, тем не менее, Наполеон III мог быть вполне уверен, что и Александр II и Горчаков крепко держатся за идею дипломатического сотрудничества России с Францией, и что, во всяком случае, если Франция нападет на Австрию, то Россия не только не поможет австрийцам, но займет по отношению к Франции позицию дружественного нейтралитета.⁵

   1.3 Наполеон в Италии.

     К 1858 году  наблюдается значительное усиление  влияния Сардинского королевства,  которое теперь являлось объединяющим  центром для итальянских земель, что неизбежно усложняло отношения  с Австрией. В это время дипломатическая  активность Наполеона III также  возрастает. 20 июля 1858 г. Он пригласил первого министра Сардинского королевства Кавура прибыть в курорт Пломбьер. Переговоры носили тайный характер. В результате император и Кавур условились о ближайшем распределении дипломатических ролей. Итогом переговоров стало соглашение, по которому  Сардинское королевство уступало Наполеону III  две провинции: Савойю и графство Ниццу. Он, в свою очередь, обещал не только выступить в союзе с Виктором-Эммануилом II, королем Сардинским против Австрии, но и воевать до тех пор, пока Ломбардия и Венеции не будут полностью освобождены от австрийцев. Обе эти итальянские области, принадлежащие пока Австрии, должны были поступить в державное обладание сардинского короля. Но это соглашение оставалось секретным не более, чем полгода.

     Однако Наполеону  III для претворения его планов  в отношении Австрии все же  не хватало официального соглашения  с России. Несмотря на то, что  переговоры продвигались непросто, он прикладывает все усилия  для заключения франко-русского  договора. Переговоры усложнялись  тем, что каждая из сторон  преследовала сугубо свои интересы: Наполеону нужна была поддержка  в войне с Австрией, российская  же дипломатия стремилась добиться  поддержки относительно пересмотра  статей Парижского договора по  вопросам нейтральности Черного  моря. Перегоры завершились подписанием в феврале 1859г. Секретного договора о нейтралитете и сотрудничестве между Францией и Россией.  Россия обязалась соблюдать нейтралитет в случае вступления Франции и Сардинии в войну с Австрией, но также обязывалась поставить русские наблюдательные посты у австрийских границ. Обязательства со стороны Франции носили менее четкий характер, но сам договор все же ознаменовал выход России из изоляции.

     Однако, несмотря  на всю тайну пломбьерских переговоров, австрийцы уже к осени 1858 г. почувствовав опасность, стали усиленно готовиться к войне. Не менее обширные приготовления развернулись  в самой Франции и в Сардинском королевстве. 1 января 1859 г. в Тюильрийском дворце, в Париже, происходил обычный новогодний прием дипломатического корпуса. Неожиданно Наполеон III, остановившись перед австрийским послом графом Гюбнером, произнес следующие слова: «Я сожалею, что наши отношения с вашим правительством стали менее дружественными, чем были прежде».

     Это стало  негласным подтверждением предстоящей  войны и ее неизбежности. Однако  оставался открытым важный вопрос: нужно было добиться, чтобы Австрия  объявила войну Сардинскому королевству  по собственной инициативе. Дело  в том, что конституция Германского  союза предоставляла право Австрии  требовать от Германского союза  военной помощи в случае оборонительной  войны. В связи с этим было  необходимо  устроить все таким  образом, чтобы дипломатической  точки зрения война носила  наступательный характер со стороны  австрийцев.

    Однако австрийский  император, оказавшись в этом  опаснейшем положении, проявлял  большую осторожность,  не отвечая  на какие провокации со стороны  врагов. Такая тактика непременно  вынудила их изменить тактику.  Вскоре Кавур искусно распространил слухи о дезорганизации, царящей в сардинской армии и о ее слабости, подкрепив это слухами о якобы полной  растерянности при дворе Виктора-Эммануила II. Более того он предрекал скорейший арест министру Кавуру за государственную измену, за то, что тот продал Наполеону III Савойю и Ниццу.  Французская дипломатия в Вене и мелких  итальянских государствах уверяла, что Наполеон III опасается войны с Австрией и, не имеет намерений выступать с армией, но скорее прибегнет только к дипломатической помощи. Эта новая тактика увенчалась полным успехом.  Вся совокупность этих ложных сведений неминуемо вселила решимость в австрийского императора  объявить войну Сардинскому королевству, чтобы раз и навсегда покончить с этой постоянной угрозой.

    Вскоре в Варшаве  происходит встреча  двоюродного  брата принца Наполеона Бонапарта  в и Александра II. В ходе переговоров  русский царь выразил полную  готовность дипломатически помогать  Наполеону III в подготовке разгрома Австрии. Вследствие этого неудивителен категорический отказ как со стороны Наполеон III, так и со стороны Александр II от предложения Малмсбери о посредничестве и их предложили созвать «конгресс держав». Одновременно, сбивая Франца-Иосифа и его министра Буоля с толку, французские агенты и их сотрудники внушали австрийским дипломатам, аккредитованным при европейских дворах, что не следует на этот «конгресс» допускать Виктора-Эммануила — Австрия последовала этим советам и столь нелепым требованием сама провалила конгресс. Между тем Кавур и Наполеон III придвинули армию к самой границе. Тогда Буоль, кругом обманутый ложными сведениями, предъявил 23 апреля 1859 г. Сардинии ультиматум. Дипломатия добилась той цели, что и преследовала: теперь Австрия была целиком и полностью лишена права на поддержку со стороны Германского союза. Становилось очевидным, что военные действия начнутся в самой выгодной для французов и сардинцев дипломатической обстановке.⁶

    Австрийская армия  не смогла в одиночку противостоять  объединенной армии Франции и  Сардинского королевства и, потерпев  ряд крупных поражений, она  стала отступать. Когда финал  войны казался очевидным, произошло  неожиданное событие: в ставку  Франца-Иосифа явился флигель-адъютант  Наполеона III с предложением о  заключении перемирия, что и  было безотлагательно сделано.  Нужно ли говорить в каком  возмущении пребывала вся демократическая  Италия, узнав о предательстве  своего недавнего союзника.

    Однако если  на первый взгляд поступок  Наполеона кажется нелогичным  и даже странным, тем не менее,  можно выделить ряд объективных  причин которые вынудили его  пойти на этот шаг.  Во-первых, то была угроза для Франции,  которая потенциально возникала  со стороны Германских государств в случае затягивания войны. Во-вторых, Наполеон считал неразумным осознанно идти на большие человеческие жертвы в своей армии ради Сардинского королевства, а особенно в виду того, что сами итальянские солдаты не отличались выдающимся боевым искусством. Наконец, французский император отнюдь не желал появления у границ Франции нового государства, в случае объединения Тосканы, Пармы и Модены с Сардинским королевством.  Наполеон хорошо понимал, что тогда его армии придется покинуть Рим, что может привести к ликвидации светской власти папы. ⁷

     Но можно  ли однозначно осуждать поступок  Наполеона III? Я считаю, что скорее  нет, чем да. Несмотря на, что  своим поступком он поставил  в затруднительное положение  Кавура, нельзя не восхититься его патриотизмом, его стремлением отстаивать и оберегать интересы Франции в любой ситуации, не идя ни на какие компромиссы. В результате его политики в отношении Сардинского королевства Франция получила значительный территориальный прирост в лице Савойи и Ниццы, не допустив при этом появления нового и сильного государства у своих границ и не дав возможности Германскому союзу угрожать себе не Рейне.

  1.4 Польское восстание 1863 и позиция Франции.

   В самом начале  Польское восстание заставило  Наполеона III занять двойственную  позицию: с одной стороны он  всячески демонстрировал восставшим  свое одобрение, но в тоже  время он не желал вызвать  тем самым охлаждения отношений  с русским царем. Наполеон III не медлил и обратился к Александру II с предложением о восстановлении Царства Польского. Русский царь категорически отверг это предложение. Тогда Наполеон III приступил к следующим действиям в Европе. Напомнив Австрии, что той грозит утрата Галиции в случае восстановления независимости Царства Польского, Наполеон всячески старался добиться ее участия, пообещав взамен Силезию и турецкие провинции вдоль Адриатического моря. Нужно так же отметить, что Австрия,  выступая с какими бы  то ни было протестами по этому вопросу, ставила себя в неестественное положение в виду того, что она сама же участвовала во всех трех разделах Польши. Несмотря на это, Франц-Иосиф в конце концов уступил Наполеону III. Австрийское министерство иностранных дел только выговорило себе право выступить не одновременно с двумя западными державами и составить свою ноту в более сдержанных выражениях.

   Итак, 17 апреля английский  и французский послы представили  Горчакову свои ноты; два дня  спустя, 19 апреля, Горчакову была  вручена и австрийская нота. В  отличие от того резкого тона, который характеризовал ноту, написанную  английским министром иностранных  дел лордом Джоном Росселем, французская  нота была выдержана  в более  вежливых тонах, указывала на  всеевропейское значение польского вопроса и предлагала перенести его на новый европейский конгресс. Австрийская нота ограничивалась вялыми рассуждениями о беспокойстве, которое вносит неразрешенный польский вопрос в жизнь Габсбургской монархии, а также самой России и Пруссии.

   У царя начались  длительные совещания относительно  того, не грозит ли России война  с Англией, Францией и, может  быть, с Австрией, ведь к такой  войне Россия была решительно  не готова ни в военном, ни  в финансовом отношении. Казалось, уступка требованиям трех держав, да еще при почти нескрываемой  угрозе со стороны двух из  них, подвергала риску целостность  Российской империи. Но согласиться  на конгресс было равносильно  тому, чтобы заранее примириться  не только с отделением Царства  Польского, но и с неизбежной  постановкой вопроса о Литве,  Белоруссии и Правобережной Украине. Эти условия были неприемлемы, и ноты были вежливо отклонены царем.

   Тем временем восстание  в Польше и Литве все более  разрасталось. В России нарастало  большое возбуждение. В Петербург  летели адресы, заявления, резолюции,  которые требовали отклонения  вмешательства иностранных держав. В среде дворянства и купечества  разгорались шовинистические страсти.  Также и в белорусском, и  украинском крестьянстве польские  притязания вызывали лишь ожесточение.

   За ситуацией из  Петербурга внимательно наблюдали  французский посол герцог Монтебелло и английский посол лорд Нэпир. Они настойчиво доносили в Париж и Лондон о том, что Россия ни в каком случае не уступит без вооруженной борьбы. Если Англия и Франция, писали они, не собираются воевать, тогда лучше всего бросить опасную затею. Оба посла прибавляли от себя совет: прекратить игру с огнем.⁸

   Наполеон III, несомненно, не имел намерений воевать с Россией, так как в тот момент был слишком занят только что начатой войной в Мексике. Однако, предостережения своего посла он все же оставил без внимания.  Несмотря на то, что оба английский лорда Пальмерстон и Россель были расположены еще меньше, чем Наполеон III  к войне с Россией, им было выгодно натравливать французского императора на Александра II. Таким образом они на время выводили из строя двух своих опасных соперников. Ввиду слабости русского флота на тот момент, сама же Англия решительно ничем не рисковала. Было принято решение представить русскому правительству новые ноты, на этот раз более угрожающие, чем апрельские. России был выдвинут целый ряд новых и более жестких требований относительно решения польского вопроса, согласиться на которые, означало признать полное политическое поражение империи. Горчакову было известно о существующих между державами разногласиями в отношении Польши, что позволяло ему держаться независимо. Вскоре в Лондоне, Вене и Париже получили ноты, в которых все требования вновь отклонялись решительно и безусловно. Польский вопрос объявлялся делом, касающимся исключительно России, но не Европы.

   Англия и Наполеон III попали в трудное положение.  Сначала лорду Росселю и французскому  императору показалось целесообразным, чтобы их представители попробовали  еще устно припугнуть Горчакова.  Дело в том, что английское  и французское правительства,  своими выступлениями спровоцировав  поляков на отказ от амнистии  и на продолжение безнадежного  восстания, тем самым взяли  на себя тяжкую ответственность  за жестокие репрессии царского  правительства: муравьевское кровавое усмирение было летом 1863 г. в полном ходу. Принять поэтому дипломатическую пощечину от Горчакова и никак на нее не реагировать казалось невозможным. И вот лорду Нэпиру и герцогу Монтебелло, которые с самого начала считали польское дело безнадежным, а вмешательство западных держав бесцельным и рискованным, пришлось направлять по адресу Горчакова угрозы, в которые они сами не верили, и проявлять возмущение, которого не ощущали. Горчаков, на этот раз уже окончательно удостоверившись, что никакой военной интервенции в пользу поляков не будет, снова отвечал послам самым категорическим отказом. Смысл его элегантных французских фраз сводился к одному: никакого вмешательства Россия не потерпела в апреле, когда еще восстание продолжалось, не потерпит подавно и теперь, в июле, когда оно уже окончательно догорает.