Германская революция

Содержание

Введение …………………………………………………………………………………………….2

Глава I. Историография …………………………………………………………………………….4

1. Историография германской революции (1920-е – середина 1950-х гг.) ………………..5
2. Изучение Ноябрьской революции историками-марксистами в 1950-е – 1960-е гг. …...7
3. Западногерманская немарксистская историография ……………………………………11

Глава II. События ноября 1918 – января 1919 гг. в Германии …………………………………17

1. Начало революции ………………………………………………………………………...17
2. Образование республиканских органов власти …………………………………………24
3. Первый Всегерманский съезд советов …………………………………………………...30
4. Формирование политической системы республики ……………………………………36
5. Борьба левых сил за власть советов ……………………………………………………...42

Заключение ………………………………………………………………………………………...56

Список источников и литературы ………………………………………………………………..58

Введение

Германская революция 1918 – 1919 гг. вызывала и вызывает заметный интерес. Написано о ней немало. Библиография Института марксизма-ленинизма при  ЦК СЕПГ, составленная в 1959 г. и не претендовавшая на полноту, числила 2351 название (без  периодики). Библиографии 1969 и 1988 гг. прибавили ещё несколько сот работ, так что их число приблизилось к 3 тысячам. Библиография Г. П. Майера, вышедшая в ФРГ в 1977 г., содержала более двух тысяч названий. Список работ на русском и частично украинском языках 1960 г. включал несколько десятков книг и свыше 250 научных статей¹. По замечанию Я. С. Драбкина, едва ли о какой-нибудь другой революции высказаны такие противоречивые, нередко взаимоисключающие суждения.

Невозможно отрицать факт большого вклада советских учёных в изучение событий революции 1918 - 1919 г. в Германии. Но созданная советской историографией картина самого значительного в Европе после Великой Октябрьской революции антиимпериалистического движения искажена, возможно, даже в большей степени, чем история других демократических движений и революций XX в. Авторы рекомендованных для изучения студентами работ словно бы продолжают споры Ленина и Каутского, Либкнехта и Эберта, что не позволяет подняться над субъективным видением действительности. Примерно с таких же позиций написана и монография германского публициста Себастиана Хаффнера², который, благодаря своим историческим работам, был признан профессиональным сообществом в качестве историка.

Ноябрьская революция  долгое время характеризовалась  отечественными авторами как буржуазно-демократическая, исходя, прежде всего, из её итогов и резкого отличия от Октябрьской революции в России, считавшейся образцом революционных действий пролетариата. Но, может быть, не так уж и неправы те исследователи, которые полагают, что в 1918 г. в Германии была предпринята попытка пойти по «третьему пути», минуя капитализм и «большевистский социализм», то есть попытка воплощения в жизнь идеала «демократического социализма»? Другое дело, что эта попытка не увенчалась успехом. Почему так произошло, что помешало немецким социалистам: политическая культура населения или собственные просчёты, неблагоприятная международная обстановка или раскол рабочего движения, то обстоятельство, что массы, вследствие ухудшения их экономического положения, основное внимание уделяли материальным факторами, экстремизм левых? Может быть, действительно главную роль сыграли «предательство лидеров СДПГ» и принципиальная невозможность реализации социал-демократической модели перехода к социализму на рубеже 1910 - 1920-х гг.? На эти вопросы предстоит попытаться найти ответы. Но чтобы понять судьбу германской революции, требуется взглянуть на неё как на попытку мирного, реформистского, парламентского пути к социализму. В новом осмыслении нуждается и деятельность коалиционного Совета народных уполномоченных, а затем и правительства Ф. Эберта.

Исходя из этого, можно  определить цели исследования: охарактеризовать германскую революцию 1918 – 1919 гг.; дать ответы на вопрос, насколько велики были возможности левых радикалов прийти к власти в Германии, и на вопрос о возможности осуществления «третьего пути». Из поставленных целей вытекают следующие задачи:

1. выявить движущие силы Ноябрьской революции (социальные группы, наиболее активно участвовавшие в революционных процессах);
2. показать роль вооружённых сил в событиях ноября 1918 – января 1919 гг.;
3. охарактеризовать германские советы как организации, вызванные к жизни революцией: определить объём их реальной власти, дать оценку их деятельности;
4. показать роль профсоюзов в процессах, происходивших в Германии в ноябре 1918 – январе 1919 гг.

Объект исследования: революция 1918 – 1919 гг. в Германии. Предмет исследования: революционные процессы, происходившие в Германии в конце октября 1918 г. – середине января 1919 гг.

Хронологические рамки исследования: 3 октября 1918 г. (назначение Макса Баденского на пост рейхсканцлера и начало «парламентаризации» Германии) – 19 января 1919 г. (выборы в Национальное учредительное собрание).

Методы исследования: историко-генетический метод. Он относится к числу наиболее распространённых в исторических исследованиях. Суть его состоит в последовательном раскрытии свойств, функций и изменений изучаемой реальности в процессе её исторического движения, что позволяет в наибольшей мере приблизиться к воспроизведению реальной истории объекта. По форме выражения информации об исследуемой реальности он является описательным. Историко-генетический метод позволяет показать причинно-следственные связи и закономерности исторического развития, охарактеризовать исторические события и личности. Данный метод направлен, прежде всего, на анализ развития.

Таким образом, историко-генетический метод представляет собой наиболее универсальный, гибкий и доступный  метод исторического исследования. Однако следует отметить, что он тяготеет к описательности, фактографизму и эмпиризму.

Источники. Современные исследователи располагают весьма значительным объёмом источников по истории германской революции 1918 – 1919 гг. Источники можно подразделить на следующие группы:

1) работы теоретиков марксизма (в том числе «Германская революция» К. Каутского);

2) статьи и речи государственных и политических деятелей Германии;

3) протоколы заседаний съездов, конференций политических партий Германии, советов, профессиональных союзов;

4) программные документы политических партий;

5) законодательные акты, изданные СНУ;

6) материалы эпистолярного характера (письма, дневники и др.);

7) материалы прессы (в том числе печатных органов политических организаций Германии); 8) произведения мемуарного жанра. К ним относятся воспоминания: Ф. Шейдемана «Крушение Германской Империи»; Г. Носке «От Киля до Каппа»; независимца Э. Барта, одного из членов СНУ, «В мастерской Германской революции»; Р. Мюллера (бывшего председателя Исполнительного Комитета советов рабочих и солдатских депутатов Германии) «Мировая война и Германская революция». Следует упомянуть и книгу «Бунт в Вильгельмсгафене: глава революционного движения в немецком флоте, 1918 – 1919», написанную в 1943 г Эрнстом Шнайдером, бывшим вождём Революционного комитета в Вильгемсгафене.

Глава I. Историография

У историографии германской революции 1918 – 1919 гг. – своя история. В советской историографии одним  из первых обзоров мнений исследователей была редакционная статья «Вопросов  истории», в которой в 1958 г. были подведены  итоги научной дискуссии в  журнале о характере и особенностях германской революции³. Систематический обзор многих работ советских авторов, вышедших в в 1930-е – 1960-е гг., дал В. Г. Брюнин⁴. В 1980 г. М. И. Орлова опубликовала общую статью о марксистской историографии Ноябрьской революции⁵. Обстоятельный критический разбор германской немарксистской историографии революции 1918 – 1919 гг. дал в 1961 г. В. И. Биллик⁶. М. И. Орловой написана специальная монография  «Германская революция 1918 – 1919 гг. в историографии ФРГ» (М., 1986).

В ГДР обзоры литературы о Ноябрьской революции и образовании  КПГ составляли: в 1960 г. Г. Кольбе, в 1970 г. – Г.-Й.. Фибер и Г. Вольгемут, в 1980 г. -  З. Итерсхаген и К. Вробель. К. Маммах опубликовал в 1958 г. статью «Замечания о реформистской историографии Ноябрьской революции». Й. Петцольд выпустил в 1963 г. книгу о легенде об «ударе кинжалом у спину». Общая характеристика изучения революции в ФРГ был дана в коллективном труде «Непреодолённое прошлое».

В ФРГ в 1978 г. был издан  обзор Э. Ессе и Г Кёлера «Германская революция 1918 – 1919 гг. Развитие исторических исследований». Его авторы оспорили тезис, что социал-демократией был «упущен шанс», выразили сомнения, что советы могли продвинуть вперёд демократизацию общества и государства.

1. Историография германской революции (1920-е – середина 1950-х гг.)

Первые работы, посвящённые  Ноябрьской революции, были изданы в 1920-е  гг. В 1924 – 1925 гг. появился трёхтомный труд Рихарда Мюллера о революционном движении в Германии. Р. Мюллер выделил в революции, начавшейся в 1918 г., три этапа: первый – до конца декабря 1918 г., второй – до рождения Веймарской республики, третий – до капповского путча 1920 г.⁷ В СССР в 1927 г. вышла книга историка Пауля Фрёлиха «К истории германской революции»⁸.

Серьёзным историческим трудом была «Иллюстрированная история  германской революции», вышедшая в  свет в 1929 г. Её авторы высказали следующую  мысль: германский пролетариат осуществил, прежде всего, буржуазную революцию, на которую германская буржаазия была неспособна. Вместе с тем, авторы называли германскую революцию пролетарской, притом не только по её движущим силам, формам и методам борьбы, но также по характеру, целям и задачам⁹.

В 1927 г. появилась книга  бывшего подполковника генерального штаба германской армии Альфреда Нимана «Революция сверху – переворот снизу». Он видел причину поражения Германии в войне в революции. Ниман утверждал, что революция не являлась закономерным явлением, а была результатом подрывной деятельности революционеров. Но при этом он свидетельствовал, что «Эберт, хотя и убеждённый социалист и пацифист, но в основе настроенный патриотично, заключив уже 10 ноября соглашение с «Верховным командованием как носителем реальной власти», этим «спас Германию от развития по русскому пути»¹⁰. Ганс Герцфельд, автор вышедшей в 1928 г. книги «Германская социал-демократия и распад единого национального фронта во время мировой войны», подчёркивал, что революция была следствием не поражения, а набоорот, поражение было резульаттом систематической подрывной работы независимцев и социал-демократов вообще.

Герман Онкен, профессор Берлинского университета, охарактеризовал революцию как «внезапный и всеобщий переход от организованной силы к хаосу». Ноябрьские события, по его утверждению, были «революцией без сознательного стремления к революционному творчеству и без революционных вождей». Позитивным в событиях 1918 г. Онкен признавл лишь то, что в Германии была тогда предотвращена «большевистская революция». Истоки революции 1918 г. он видел в деятельности «русских агентов»¹¹.

Артур Розенберг, бывший функционер КПГ, в 1932 г. констатировал, что «в Германии поначалу победила буржуазная революция»¹². Он утверждал, что советы вообще не имели никакого отношения к социализму.

 Социалист Август Винниг писал в 1929 г., что социал-демократические руководители не хотели революции. Но в ноябре 1918 г. «социал-демократы большинства, противники революции, сами призвали к революции. Революция, которую они теперь считали неотвратимой, должна была стать их революцией, а не революцией спартаковцев или независимцев». Это помогло СДПГ захватить и удержать власть, так что «революционные группы не смогли их выключить, отодвинуть в сторону»¹³. Винниг считал, что старую государственность погубил внешний враг, обладавший превосходством сил. Но в ходе революции возглавившие её лидеры СДПГ добились сввоей цели: было создано буржуазное конституционное государство, а не «социалистическое» Независимцы, по его мнению, несмотря на «социалистическую» риторику, добивались того же.

Вышедшая в 1936 г. в нацистской Германии книга Г. Тидемана «Советсская Россия и революционизация Германии в 1917 – 1919 гг.» посвящена доказательству тезиса о том, что Ноябрьская революция была совершена врагами Германии «на русские деньги»¹⁴.

В СССР в 1934 г. были опубликована исследовательская работа Ф. Г. Аленина  «Советы в германской революции». Аленин писал, что Берлинский совет  с первого же дня не обладал  реальной влаастью, которой обладал Совет народных уполномоченных. Автор показал, что Берлинский исполком действовал крайне нерешительно, не умел занять самостоятельной позиции. Вывод Аленина звучал так: «Германская революция 918 г., будучи по своим движущим силам и задачам пролетарской, не могла, в силу предательства с.-д. вождей, с первого шага решить эти стоявшие перед ней задачи»¹⁵.

В 1946 г. в Западном Берлине  была выпущена книга Ф. Фриденсбурга (написана в 1934 г.).  Фриденсбург считал, что в 1918 г. в Германии произошла не революция, а имел место «крах», вызванный неудачным исходом войны. Ни народ, ни вожди не были готовы к республике и демократии¹⁶.

Вальтер Ульбрихт написал  в Москве в 1939 – 1940 гг. труд «Поражение Германиии в первой мировой войне и Ноябрьская революция». По его утверждению, большиство рабочего класса требовало социализма. Во многих местах советы боролись за решительную демократизацию, но, оставаясь в плену реформистских иллюзий, не добились успеха. В. Ульбрихт подчеркнул, что стремление к социализму не должно было заслонять первоочерёдность требования демократизации. Поэтому Ноябрьская революция осталась буржуазной революцией, которая «устранила монархию, дала рабочим некоторые демократические права и социально-политические улучшения. Место монархии занаял буржуазно-демократическая республика, в которой власть, замаскированная буржуазным парламентаризмом под социал-демократическим руководством, оставалась в руках монополистического и банковского каитала и помещиков. Основная задача Ноябрьской революции – уничтожить в Германии основы империализма и старый государственный аппарат, создать предпосылки для демократии и социализма – не была решена»¹⁷. Решить национальную и социальную задачи не позволили отсутствие революционной марксистской партии и предательство социал-демократии.

2. Изучение Ноябрьской революции историками-марксистами в 1950-е – 1960-е гг.

В начале 1950-х гг. выяснилось, что по принципиальным вопросам германской революции у советских историков сложились разные мнения. Но любая попытка рассматривать германскую революцию как буржуазно-демократическую объявлялась в то время «ревизией» положений «Краткого курса истории ВКП(б)». Во введении к диссертации В. И. Биллика (1953) революция 1918 – 1919 гг. характеризовалась как буржуазно-демократическая, хотя в СССР тогда было принято считать её «очень слабой буржуазной революцией»¹⁸.

Положение изменилось в 1956 г. Журнал «Вопросы истории» решил открыть научную дискуссию. Она началась в мае 1956 г. статьёй Я. С. Драбкина «О характере и движущих силах Ноябрьской революции в Германии». За ней последовала статья В. И. Биллика «О своеобразии Ноябрьской революции в Германии» (июнь 1956 г.). Вскоре были опубликованы статьи В. Ф. Шелике «О некоторых проблемах революции 1918 – 1919 гг. в Германии» (декабрь 1956 г.), Н. Г. Обушенкова «О спорных вопросах германской революции 1918 – 1919 гг.» (декабрь 1957 г.). По центральному вопросу все сошлись на том, что вполне правомерно считать германскую революцию буржуазно-демократической¹⁹.

В ГДР А. Шрайнер относительно характера революции резюмировал: «На повестке дня истории стояла пролетарская революция. Началось движение как народная революция, т. е. как буржуазная революция. Не удалось превратить её в социалистическую революцию»²⁰.

Затем и в ГДР началась дискуссия о характере революции. Роберт Лейббранд отвергал характеристику революции как буржуазной, которая прежде считалась общепринятой, и обосновал тезис, что она была пролетарской (социалистической), потерпевшей поражение. Такой пересмотр в 1956 г. поддержал и А. Шрайнер²¹. Напротив, В. Нимц поддержал точку зрения Я. С. Драбкина, считавшего революцию 1918 – 1919 гг. буржуазно-демократической²². По мнению Роланда Бауэра, Ноябрьская революция и по задачам, и по движущим силам , и по характеру была пролетарской, социалистической²³.

В СССР «Вопросы истории» в  феврале 1958 г. поместили статью «О характере  и некоторых особенностях Ноябрьской революции 1918 г. в Германии» И. А. Жолдака, считавшего, что следует говорить о «Германской буржуазной революции 1918 – 1923 гг.». Понятие «Ноябрьская революция» он предлагал сохранить лишь для первого её этапа²⁴. В. Д. Кульбакин в том журнале в ноябре 1958 г. изложил собственные аргументы в пользу характеристики революции как буржуазно-демократической²⁵.

В конце 1958 г. журнал «Вопросы истории» подвёл итоги дискуссии. Большинство её участников «пришло к выводу о том, что Ноябрьская революция была буржуазно-демократической революцией, проведённой  в известной мере пролетарскими методами и средствами»²⁶. В итоге обсуждения удалось установить, что в первый период революции, когда была свергнута монархия, главными движущими силами революции были рабочие, солдаты и матросы, т. е. промышленный пролетариат и часть мелкой буржуазии города и деревни. Но пролетариат оказался неспособен последовательно осуществить свою гегемонию. «Субъективную слабость» германского пролетариата сводили к трём моментам: 1) предательству классовых интересов» правыми лидерами социал-демократиии и профсоюзными вождями; 2) колебаниям и соглашательству независимцев; 3) отсутствию (или слабости) революционной марксистской партии. По пункту первому считалось, что лидеры СДПГ организовали заговор против революции. Первым звеном этого заговора был союз, заключённый Эбертом с генералом Грёнером, вторым – соглашение между профсоюзными лиюерами и предпринимателями о «деловом сотрудничестве». Говорилось о неосуществимости центристской концепции «третьего пути», т. е. попытки соединить рабочие советы с парламентаризмом.

Видное место в ходе дискуссии занимал вопрос о роли советов. Важным вопросом, поставленным на обсуждение, был вопрос о том, имели ли советы на начальном этапе революции реальную власть, которую затем потеряли из-за собственной нерешительности и давления извне, или они изначально были лишь номинальными «контролёрами» при сохранившеся старой администрации. Всеми исследователями было отброшено утверждение, что советы были просто «органами буржуазной власти».

В ходе дискуссии, а затем  и в работах 1960-х гг. стало ясно проводится различие между меньшинством советов, руководившихся спартаковцами, левыми радикалами, левыми независимцами, которые боролись за разрушение старого государственного аппарата и установление пролетарской власти, и большинством советов, которые сдавали свои позиции Национальному собранию и местным органам власти.

В ходе дискуссии обсуждался также вопрос о периодизации Ноябрьской революции, прежде всего, о её хрологических рамках. Большинство исследователей считало, что первым её этапом были ноябрьские дни, примерно до середины месяца В качестве дальнейших рубежей назывались: I Всегерманский съезд советов, янваарские бои и выборы в Национальное собрание. Окончание революции едва ли не все связывали с разгромом Баварской Советской республики (май 1919 г.). Почти никто не предлагал включить в хронологические рамки революции период до Капповского путча 1920 г. (как было в «Иллюстрированной истории» 1929 г.). Лишь И А. Жолдак рекомендовал говорить о «германской революции 1918 – 1923 гг.) В ГДР утвердилось мнение, что в январе 1919 г. революция закончилась. События в Бременской и Баварской Советских республиках происходили вне рамок Ноябрьской революции²⁷.

В 1960-е гг. советские и  восточногерманские исследователи  продолжали изучение Ноябрьской революции. Так, в 1962 г. Вальтер Нимц выпустил книгу «Ноябрьская революция 1918 г. в Германии»²⁸.

Одним из самых значительных произведений марксистского направления  является монография Я. С. Драбкина²⁹. Автор был активным участником широкой дискуссии по вопросу о характере Ноябрьской революции, развернувшейся в СССР и ГДР в 1956 – 1958 гг., отстаивая точку зрения о буржуазно-демократическом характере Ноябрьской революции, общепринятую в марксистской литературе; его перу принадлежала книга «Революция 1918 – 1919 гг. в Германии: краткий очерк» (1958). Отвечая на вопрос о предпосылках революции, Я. С. Драбкин характеризует обстановку, сложившуюся в Германии к осени 1918 г., и приходит к выводу, что объективные условия поставили на повестку дня устранение империалистического господства и переход к социализму. Вместе с тем, в книге обращается внимание на нерешённость в Германии к тому времени существенных задач буржуазно-демократической революции. Автор обстоятельно освещает состояние рабочего движения, отмечая организационную слабость революционных элементов в рядах пролетариата и недостаточную политическую его зрелость.

Серьёзным достижением является данный в монографии всесторонний анализ развития революции. Не ограничиваясь событиями в Берлине (хотя, естественно, о них говорится особенно подробно), автор показывает разнообразную картину движения в Руре и Силезии, Мекленбурге и Баварии, Вюртемберге и Гамбурге, а также многих других районах страны. Учитывая значительные местные различия, он стремится, выявить, прежде всего, наиболее характерные общие черты движения, особенно же в деятельности советов, созданных в ноябрьские дни.

В книге на обширном материале  показывается, что, хотя господство монополистов и юнкерства было поколеблено, вопрос о взятии власти трудящимися так и не был поставлен в масштабе всей страны (имели место лишь попытки в отдельных местах). В Германии советы не сыграли той роли, какую они играли в развитии русской революции 1917 г. Имея реальную возможность превратиться в действительные органы власти, германские советы в своей массе не стали ими. Особенно наглядно проиллюстрировано это в монографии на примере Исполкома столичного рабочего и солдатского совета — одного из важнейших учреждений германской революции 1918 г. Автор характеризует беспомощность берлинского Исполкома по отношению к «правительству народных уполномоченных» и вместе с тем стремится вскрыть причины аналогичного положения, сложившегося почти повсеместно. В качестве главной из них он называет «предательский курс руководства германской социал-демократии». По его мнению, и правые социал-демократы, и независимцы несут (хотя и не в равной степени) историческую ответственность за то, что Ноябрьская революция не вышла за рамки буржуазно-демократических преобразований.

Я. С. Драбкин отмечает, что в ходе революции влияние спартаковцев-коммунистов росло. Добиться существенных успехов в деле завоевания большинства рабочего класса немецким коммунистам помешали, по его мнению, прежде всего, организационная слабость и серьёзное запоздание разрыва с центристами.

В данной монографии обстоятельно охарактеризованы те силы, против которых  была направлена деятельность «Союза Спартака» и КПГ. Их лагерь не рассматривается  как нечто однородное. Автор проводит чёткую дифференциацию между его отдельными составными частями, выявляет факторы, позволившие германской буржуазии сохранять манёвроспособность, несмотря на весьма неблагоприятное положение, в котором она оказалась на первом этапе революции. Решающим здесь было то, что правящие круги проявили немалую гибкость, доверив свои судьбы правым социал-демократам.

3. Западногерманская немарксистская историография

В западной части Германии в 1950-е гг. сообщество профессиональных историков вновь приступило к всесторонней разработке темы революции 1918 – 1919 гг.

В 1955 г. К. Д. Эрдман, либерал, сторонник «европеизма, утверждал: в 1918 – 1919 гг. у правящих социал-демократов был один лишь выбор: или социальная революция в союзе с силами, стремившимися к пролетарской диктатуре, или парламентская республика в союзе с консервативными элементами и старым офицерским корпусом.

Рассматривался вопрос о  правомерности тесного сотрудничества вождей германской социал-демократии с военными в период революции. Г. Котовский писал в 1960 г., что Эберт, заключив союз с Грёнером, сумел организовать отпор сторонникам «большевизации» Германии и предотвратить гражданскую войну. Близкий к ХДС историк К. Бухгейм, разделяя точку зрения тех, кто считал, что демократизация и парламентаризация кайзеровской империи привели бы социал-демократию к успеху и без революции (Артур Розенберг и др.), видел в войсках Западного фронта «мощную демократическую силу». Высоко оценивая пакт Эберта и Грёнера, он усматривал в сотрудничестве лидеров социал-демократии и армии доказательство континуитета (преемственности) истинно немецкой «консервативно-демократической традиции», а крушение Веймарской республики объяснял ослаблением этого сотрудничества³⁰. Эта концепция означала: необходимо сближение ХДС и СДПГ.

Социал-демократических историков заинтересовал тезис Артура Розенберга о том, что социал-демократическое правительство должно было, прежде всего, разбить позиции антидемократических сил, господствовавших в армии, государственном апарате и экономике, создать «новую, близкую народу демократию». Оно должно было развивать, а не подавлять движение советов. Но Эберт и Носке видели в деятельности этих органов самоуправления лишь «мятеж и беспорядок». Они не замечали, что «реальная власть в Германии оказалась в руках добровольческих корпусов, а не Национального собрания» В результате рабочие разочаровались в революции, советы не заняли значительного места в государственной и экономической жизни. В этом возрождении представлений Каутского и Гильфердинга о сочетании советов и парламентаризма широкие слои западногерманской общественности усмотрели нереализованную альтернативу союзу Эберта и Грёнера. В 1956 г. Эрих Маттиас впервые публично оспорил тезис о «неотвратимости союза Эберта и Грёнера»³¹.

Первое в историографии  ФРГ иссследование В. Тормина (1954), специально посвящённое Ноябрьской революции и роли в ней советов, было озаглавлено «Между диктатурой советов и социальной демократией». Германские советы рассматривались как форма забасточчных комитетов, а не органов революционной власти³².

В 1964 г. Эбергард Кольб выпустил книгу «Рабочие советы в германской внутренней политике 1918 – 1919 гг.». Кольб поставил под сомнение наличие в Германиии в 1918 – 1919 гг. реальной «угрозы большевизма». Тем не менее, считал он, именно страх перед большевизмом был определяющим мотивом политики лидеров СДПГ. Кольб подразделил советы на «радикальные» и «демократические». «Демократические» советы представляли из себя «интеграционные органы новой демократическо-республиканской формы», и их удушение он считал серьёзной ошибкой социал-демократов³³.

У. Бермбах в статье о поражении системы советов в революции (1967) доказывал, что совместить эту систему с парламентаризмом не было возможности, но считал возможным «соединение социальной революции с парламентской демократией»³⁴. Р. Рюруп в том же году утверждал, что в Германии произошла «настоящая революция», и возможности правых социал-демократов продвинуть её вперёд «далеко не были исчерпаны»³⁵.

У. Клюге является автором работы «Солдатские советы и революция» (1975). Он считал (вполне в духе концепции «третьего пути»), что в условиях революции можно было создать новую «народную армию», которая была бы чем-то средним «между Красной Армией и рейхсвером». Но вместо этого руководство СДПГ избрало ошибочный путь. Оно не поддержало солдатские советы, стремившиеся к демократизации армии, а опиралось сначала на войска Западного фронта, а потом на «добровольческие корпуса». Став союзником консервативно настроенного офицерского корпуса, лидеры СДПГ укрепили позиции последнего. Клюге утверждал также, что 9 ноября 1918 г. не может быть истолковано как революция, т. е. политический переворот в духе значительной смены руководящих групп в сфере военной, бюрократической и экономической. И последовавшие внутриполитические перемены до весны 1919 г. не заслуживают такого обозначения». Он писал, что что рабочие не играли существенной роли, именовал рабочие и солдатские советы «народным движением, состоящим из буржуазных и пролетарских групп». По его мнению, цель советов – «в рамках парламентарно-демократической системы ослабить влияние и права старых элит и обеспечить право участия в обсуждении и принятии решений тех традиционно непривилегированных групп населения в армии, на предприятиях,  коммунах, которые стояли вне партий и групп»³⁶.

В 1976 г. К. Д. Эрдман выводил крушение Германской империи из военного поражения. По его словам, «старый режим не был свергнут планомерно подготовленным восстанием. Он рухнул сам, когда матросы взбунтовались, и их мятеж в стране, уставшей от войны, перебросился на тыловые гарнизоны и рабочих. Это событие не было революцией в смысле социального переворота. Но оно создало ситуацию, когда стали возможными революционные новообразования и революционные  действия. Только с таким ограничением можно говорить о «Ноябрьской революции»»³⁷. Рабочие советы, считал Эрдман, возникли в Германии стихийно.