Гласность в деятельности суда и в уголовном судопроизводстве

Введение

Актуальность  темы исследования данной курсовой работы состоит в том, что принцип гласности судопроизводства служит одной из гарантий справедливого и демократического осуществления правосудия. Гласность является важнейшим условием социального контроля над судебной властью, за тем, как вершится правосудие, что заставляет каждого судью контролировать свое поведение. Достоверная судебная информация позволяет обеспечить доступность и открытость судебной системы для граждан и представителей СМИ, способствует формированию положительного общественного мнения о деятельности судебной власти, а также выполнению воспитательных задач правосудия.

В настоящее время в  стране достаточно сильно обострены  социальные противоречия и высок  уровень преступности. В этих условиях особое значение приобретает укрепление законности и правопорядка, совершенствование деятельности суда.

Во многом это зависит  от соблюдения основных принципов уголовного судопроизводства, в котором без  соблюдения гласности вообще невозможно говорить о реализации его принципов. Гласность – одно из важнейших проявлений демократичности государства, основа демократии, так как только информированность граждан предоставляет им возможность со знанием дела защищать свои права. Согласно ст. 123 Конституции РФ разбирательство дел во всех судах открытое. Слушание дела в закрытом заседании допускается в случаях, предусмотренных в федеральных законах.

Утверждение подлинной гласности – важнейшее направление на пути построения правового государства, на пути создания такой правовой системы, которая смогла бы надежно защитить не только интересы общества, но и отдельной личности. Только в том случае, если деятельность суда открыта, он сможет в полной мере осуществить отведенную ему роль – защитить нарушенное право и восстановить его посредством применения правовой нормы.

Объектом данной курсовой работы являются общественные отношения, регулирующие уголовное судопроизводство на основе принципа гласности.

Предмет исследования составляют нормы,  регулирующие деятельность судов в отношении соблюдения ими принципа гласности судебного разбирательства.

Целью данной курсовой работы является анализ применения принципа гласности в судебном разбирательстве. Для достижения поставленной цели необходимы следующие задачи:

– исследовать принцип  гласности в деятельности суда и  в уголовном судопроизводстве;

– выявить основные черты  открытого судебного разбирательства;

– изучить принцип гласности  уголовного судопроизводства в современном  российском праве;

– выявить основные черты  сопоставления гласности и тайны  в уголовном судопроизводстве;

– определение основных ограничений принципа гласности судебного разбирательства.

Информационная  база исследования дает понять, что степень разработанности данного принципа в теории велика, но все, же на практике возникает ряд трудностей, связанных с осуществлением принципа гласности в судебном разбирательстве. Для решения поставленных задач нами будут использованы научные достижения целого ряда авторов публикаций, ученых, специалистов в области науки уголовно-процессуального права, а также законодательные акты РФ, материалы судебной практики и некоторые другие источники. Одними, из которых являются научные статьи Смолькова И.В., Морозюк В., Трунов И., Петрухин И.Л., Левина М.И., которые указывают на огромную роль принципа гласности в деятельности судебных органов. Нормативную основу данной курсовой работы составляют: УК РФ, УПК РФ, Конституция РФ, Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод, Закон «О судебной системе», Закон «О средствах массовой информации».

Глава 1. Гласность  в деятельности суда и в уголовном  судопроизводстве  1.1. Принцип открытого судебного разбирательства

Конституция РФ устанавливает: «Разбирательство дел во всех судах  открытое. Слушание дел в закрытом заседании допускается в случаях, предусмотренных федеральным законом» (ч. 1 ст. 123). Статья 9 Закона о судебной системе упоминает принцип гласности в деятельности судов. Из содержания этой статьи следует, что термин «гласность» употребляется как синоним термина «открытое разбирательство дела в суде»¹. Гласности, как общему условию судебного разбирательства уголовных дел, посвящена также ст. 241 УПК.

Открытое (гласное) судебное разбирательство, возможность присутствия  во время слушания дела любых лиц  способствуют улучшению деятельности суда, вынуждают его более ответственно относиться к решению возникающих  вопросов, влияют на воспитание граждан  в духе укрепления законности и оказывает  профилактическое воздействие на окружающих.

Содержание этого принципа необходимо рассматривать в двух аспектах.

Во-первых, открытое разбирательство  дел в суде означает, что в судебном заседании могут присутствовать любые лица, не участвующие в производстве по делу, достигшие определенного  возраста и пожелавшие прийти на рассмотрение уголовного дела. Из этого общего правила  допускаются изъятия: в зал, где  слушается дело в открытом судебном заседании, по педагогическим соображениям не допускаются лица моложе 16 лет; из-за недостаточности площади зала председательствующий может распорядиться об ограничении  доступа посетителей.

Во-вторых, открытое разбирательство  дела предполагает возможность оглашения  материалов судебного разбирательства. Суд обязан допросить подсудимых, потерпевших, свидетелей, заслушать  заключения экспертов, осмотреть вещественные доказательства, огласить протоколы  и иные документы. Присутствующие в  зале суда имеют право записывать все происходящее в судебном заседании, вести аудиозапись. Фотографирование, киносъемка и (или) видеосъемка в  зале суда допускаются с разрешения председательствующего по делу.

Население получает информацию о работе суда также через печать , радио, телевидение и другие средства массовой информации.

Переписка, запись телефонных и иных переговоров, телеграфные  и иные сообщения могут быть оглашены в открытом судебном заседании только с согласия заинтересованных лиц. При  отсутствии такого согласия указанные  материалы оглашаются и исследуются  в закрытом судебном заседании. Аналогичный  порядок соблюдается при исследовании видео -, кинозаписи, носящий личный характер.

 Закон строго ограничивает  случаи, когда в порядке исключения  дело может слушаться в закрытом  судебном заседании.  Закрытое  разбирательство допускается по  мотивированному решению суда, прежде всего с целью защиты государственной или иной охраняемой федеральным законом тайны. Закрытое судебное разбирательство допускается, кроме того, по делам о преступлениях лиц, не достигших шестнадцатилетнего возраста, по делам о половых преступлениях,  а также по другим делам в целях предотвращения  разглашения сведений об интимных сторонах жизни участвующих в деле лиц. Закрытое судебное разбирательство уголовного дела возможно и тогда, когда необходимо обеспечить безопасность потерпевшего, свидетеля или других лиц, а также членов их семей либо близких родственников.  В закрытых судебных заседаниях соблюдаются все нормы уголовного судопроизводства.  При этом закрытым может быть  объявлено как все судебное заседание, так и его отдельная часть, о чем выносится судьей мотивировочное  постановление.  Приговор суда провозглашается всегда в открытом судебном заседании, иногда только его вводная и резолютивная части.

Изложенные правила, регламентирующие соблюдение принципа гласности в ходе разбирательства дел судом первой инстанции, подлежат соблюдению и при проведении судебных заседаний, созываемых для рассмотрения жалоб на решения и действия органов и должностных лиц, ведущих предварительное расследование  уголовных дел.  Однако в отношении некоторых видов судебных заседаний предусматривается прямой запрет их гласного проведения.

Кроме судебного разбирательства  дел по первой инстанции и в  некоторых других случаях открытое рассмотрение допускается в кассационном производстве и при разбирательстве  в судебном заседании вопросов, связанных  с исполнением приговора. 

1.2. Гласность в уголовном процессе

Часть 1 ст. 123 Конституции  Российской Федерации устанавливает: «Разбирательство дел во всех судах  открытое. Слушание дела в закрытом судебном заседании допускается  в случаях, предусмотренных федеральным  законом»². Несмотря на конституционное закрепление, гласность является общим условием судебного разбирательства, прежде всего потому, что она реализуется в полном объеме только на этой стадии уголовного процесса. Уголовные дела должны рассматриваться в открытом судебном заседании, кроме ряда исключений, предусмотренных ст. 241 УПК РФ.

На досудебной стадии уголовного процесса гласность присутствует лишь частично, поскольку весь процесс  сбора доказательств проходит в  рамках тайны следствия, и никто  не может ознакомиться с материалами  дела до вынесения соответствующего протокола следователем (ст. 215 УПК  РФ). В средствах массовой информации могут быть опубликованы сведения лишь о фактах совершения преступления или  о проведении следственных действий правоохранительными органами. Иначе говоря, в Российской Федерации гласность закреплена на конституционном уровне прежде всего потому, что служит средством контроля за судебной деятельностью. Что же касается досудебной стадии, то здесь нельзя не согласиться с мнением И.В. Смольковой, что «недозированная гласность способна нанести неправомерный ущерб правам и интересам граждан, общества и государства». Поэтому необходимо соблюдать оптимальное сочетание интересов личности, расследования и правосудия с интересами гласности.

В свою очередь следственные органы должны нести строгую ответственность  за доброкачественность информации, передаваемой для публикации в печати. В этих случаях также не следует  забывать о специфике производства некоторых следственных действий. Нередко  сотрудники правоохранительных органов с целью улучшения показателей своей работы распространяют важные сведения, которые в дальнейшем осложняют производство по уголовному делу, в частности, процесс опознания. Особенно часто это происходит при расследовании уголовных дел, связанных с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ, оружием и иными предметами, которые могли бы стать доказательствами. Такие действия могут повлечь нарушение установленных ст.193 УПК РФ правил опознания, а полученная информация становится недопустимой и не может быть положена в основу обвинения. Кроме того, проведение опознания осложняется и так называемыми результатами журналистских расследований. В. Морозюк предлагает, решая эту проблему, в Закон «О средствах массовой информации» внести положение о публикации только тех сведений, на которые было дано письменное согласие органов предварительного расследования, у которых находится дело в производстве³.

 В ходе предварительного расследования, а именно при производстве целого ряда следственных действий, могут быть выявлены обстоятельства частной жизни лиц, в отношении которых производятся эти процессуальные действия, их личная, семейная и иная тайна, а также обстоятельства частной жизни других лиц, поэтому доступность сведений, полученных о личности, не должна стать основанием для их тиражирования в средствах массовой информации. Для этого в ч.3 ст.161 УПК РФ предусмотрен особый порядок опубликования таких данных: с разрешения прокурора, следователя, дознавателя, в объеме который не умалял бы интересам следствия и с согласия самого участника процесса, сведения, о частной жизни которого подлежат разглашению. Таким образом, на досудебном производстве всегда должна прослеживаться четкая грань между гласностью и следственной тайной, иначе нарушение этой грани нанесет ущерб не только интересам следствия, но и законным правам личности.

Рассмотрим осуществление  гласности на стадии судебного разбирательства. Гласность является общим условием, при реализации которого «судебный  процесс обретает «дар речи» там, где государство считается с  правом граждан, и где последние  могут на равных разговаривать с государством». И. Трунов утверждает: «Недостаточно знать, что правосудие есть, необходимо видеть, как оно осуществляется», – и с этим мнением трудно не согласиться⁴.

Гласность в судебном процессе представляет собой возможность  присутствовать в суде любой инстанции  всем желающим, освещать все происходящее в средствах массовой информации. При этом не следует забывать, что  фото-, кино-, видеосъемка в зале суда могут производиться только по разрешению председательствующего в судебном заседании (ст.241 УПК РФ). Это прежде всего связано с тем, что судебный процесс с применением технических  средств, которые могут отвлекать  от разбирательства дела, вызывать скованность при допросах у участников процесса, не будет являться эффективным, поэтому следует помнить, что  средства фиксации процесса не должны создавать помех для лиц, участвующих  в судебном разбирательстве. Гласность  на данной стадии уголовного процесса тесно граничит с презумпцией  невиновности. Исходя из этого, средства массовой информации, не обладая полной и достоверной информацией, не могут  предрешать исход процесса, требовать  от суда квалификации действий осужденного  по соответствующей статье уголовного кодекса, а также «давать рекомендации»  по назначению наказания. Поэтому, публикация сведения материалах дела в печати, средства массовой информации, прежде всего, должны осторожно и в то же время точно подбирать формулировки, характеризующие действия, как осужденного, так и органов правосудия.

Ахиллесовой пятой судопроизводства является проблема оптимизации соотношения  гласности и тайны в уголовном  процессе. Поэтому наряду с закреплением гласности, в ст.241 УПК РФ включены случаи, которые рассматриваются в закрытом судебном заседании. К ним относятся:

– разбирательство уголовного дела, которое может привести к разглашению государственной или иной охраняемой федеральным законом тайны;

– рассмотрение уголовного дела о преступлениях, совершенными лицами, достигшими возраста шестнадцати лет;

–рассмотрение уголовных дел о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности и других преступлениях может привести к разглашению сведений об интимных сторонах жизни участников уголовного судопроизводства либо сведений, унижающих их честь и достоинство.

В связи с принятием  УПК РФ 2002 г. этот список был дополнен еще одним основанием: если этого  требует интересы обеспечения безопасности участников судебного разбирательства, их близких родственников, родственников  и. л близких лиц. Однако трудно согласиться  с мнением законодателя по поводу того, что закрытое судебное заседание  сможет обеспечить реальную безопасность для участников уголовного процесса, поскольку после окончания расследования  обвиняемый, его защитник - адвокат, также законный представитель и  иные участники процесса знакомятся с материалами уголовного дела, в  котором четко прописано какой  свидетель или потерпевший дал  те или иные показания, их место жительства и место работы. В УПК РФ существует положение, закрепленное в ч.9 ст.166, о сохранении в тайне данных об участниках уголовного процесса. Для  этого указывается их псевдоним  и приводится образец личной подписи, однако на практике подобная процедура применяется весьма редко. Кроме того, при рассмотрении доказательств на судебном следствии подсудимый находится в зале заседания суда, и даже если после судебного разбирательства он будет заключен под стражу, осужденный сможет расправиться с изобличающими его гражданами через родственников, своих соучастников, оставшихся на свободе, или сам после отбытия наказания.

 Одним из элементов гласности является провозглашение приговора. В российском законодательстве существует только одно императивное требование, касающееся прозрачности судебного решения - все судебные решения оглашаются публично (статья 31 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» и ст. 18 УПК РФ). В соответствии с УПК РФ, по общему правилу приговор провозглашается в полном объеме без пропусков и сокращений его текста, кроме случаев рассмотрения уголовного дела в закрытом судебном заседании. В этом случае суд может ограничиваться оглашением только резолютивной части приговора, если сведения, содержащиеся в описательной части, в данный момент нецелесообразно оглашать. Правил законодательного характера, устанавливающих процедуры или создающих механизм доступа к текстам судебных решений иных лиц, в том числе публикаций их в Российской Федерации не существует. Оригинал судебного решения и его копия являются частью конкретного тома уголовного дела, а по просьбе заинтересованных лиц могут быть сделаны их дополнительные копии, однако на практике для получения доступа к ним или дальнейшей публикации обычно необходимо специальное разрешение судьи. Такое противоречие возникает, прежде всего, потому, что среди представителей судейского корпуса, в том числе и большей части представителей научного общества, нет представления о необходимости свободного доступа ко всем судебным решениям. В связи с этим в Российской Федерации до сих пор не существует каких-либо правил законодательного характера относительно требований, предъявляемых к способу и пределам опубликования, способам принятия решения о характере ограничений и отборе судебных решений.

Таким образом, в Российской Федерации пока не нашли своего законодательного решения такие формы транспорентности как обеспечения доступа в  залы судебных заседаний, доступности  информации о будущих судебных процессах, возможность ознакомления с материалами  судебных процессов, с архивными  материалами, а также представления  о возможных пределах ограничения  транспорентности, с неустановлением  которых наблюдается тенденция  к «сверхпрозрачности» уголовного судопроизводства, которая не может  быть оправданной, поскольку влечет за собой нарушение прав и интересов  личности, общества и государства.

Глава 2. Принцип  гласности и тайна в уголовном  судопроизводстве

2.1. Гласность и тайна в уголовном судопроизводстве

Гласность и тайна проходят через всю мировую историю  уголовного судопроизводства. Не случайно эти два процессуальных института  продолжают оставаться в поле пристального внимания международного права. Так, на основании п.1 ст.6 европейской Конвенции  о защите прав человека и основных свобод либо п.1 ст.14 Международного пакта  о гражданских и политических правах суд вправе рассмотреть дело в закрытом заседании. При этом пресса и публика могут не допускаться  на все судебное разбирательство  или его часть по соображениям морали, общественного порядка или  государственной безопасности в  демократическом обществе, а также  когда того требуют интересы несовершеннолетних или для защиты частной жизни  сторон, или - в той мере, в какой  это, по мнению суда, строго необходимо – при особых обстоятельствах, когда гласность нарушала бы интересы правосудия.

В соответствии со ст.345 УПК  РФ отступление от правил гласности рассматривается как существенное нарушение уголовно-процессуального закона, влекущее отмену приговора⁵. В то же время положения ст.123 Конституции РФ и ст.18 действующего УПК позволяют с определенной категоричностью утверждать, что безусловным основанием к рассмотрению уголовного дела в закрытом судебном разбирательстве являются только сведения, составляющие государственную тайну. Существует и более широкое толкование этих оснований, согласно которому упомянутое исключение связывается не только с государственной тайной, но и с другими сведениями, разглашение которых влечет уголовную ответственность. Можно предположить, что возникновению такой точки зрения способствовал отсылочный характер ч.1 ст.123 Конституции РФ. Однако в случае, если тайна задолго до судебного разбирательства уже разглашена виновным, то рассмотрение дела при закрытых дверях теряет всякий смысл. Другое ограничение принципа гласности судопроизводства ч.2 ст.18 УПК связывает с рассмотрением уголовных дел в отношении лиц, не достигших 16-летнего возраста, дел о половых преступлениях, а также других дел (независимо от их категории) в целях предотвращения разглашения сведений об интимных сторонах жизни участвующих в них лиц. Безусловно, закрытые судебные заседания нужны, прежде всего, с точки зрения охраны общественной безопасности и личных интересов граждан, а также в целях обеспечения безопасности государства.

Федеральным законом от 06.03.2006 N 35-ФЗ "О противодействии терроризму" предусмотрено, что в закрытых судебных заседаниях по решению суда могут рассматриваться уголовные дела о преступлениях террористического характера, под которыми понимаются: терроризм (ст.205 УК), захват заложников (ст.206 УК), заведомо ложные сообщения о терроризме (ст.207 УК), организация незаконного вооруженного формирования (ст.202 УК) и посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля, а также нападение на лиц, пользующихся международной защитой, и другие преступления, если они совершены в террористических целях. Необходимость в закрытых заседаниях диктуется интересами охраны тайны, которую составляют специальные приемы и методы разведки, контрразведки и оперативно-розыскной деятельности, а также деятельности по вооруженному захвату террористов и освобождению заложников⁶.

В то же время не стоит  забывать и о минусах закрытого  судебного разбирательства. По этому  поводу И.Л. Петрухин заметил, что на практике соучастники иногда превращаются в свидетелей, чтобы обвинению  было на чем держаться, агентов делают очевидцами преступления или даже потерпевшими от него, а то и просто «добывают» показания у непричастных к преступлению⁷. Для недобросовестных следователей важно, чтобы эти субъекты не отказались в своих показаниях в суде. Обстановка «закрытости», секретности к этому располагает.

Вопрос о форме судебного  разбирательства дел о преступлениях, совершенных лицами, не достигшими 18-летнего возраста, рассматривается  и Минимальными стандартными правилами  ООН, касающимися отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила), п.8.1 которых  предусматривает, что право несовершеннолетнего  на конфиденциальность должно уважаться  на всех этапах, чтобы избежать причинения ей или ему вреда из-за ненужной гласности или из-за возможного нанесения  ущерба репутации. Перечисленные нормы  международного права согласно ч.4 ст.15 Конституции РФ являются для российского  правосудия обязательными⁸.

Итак, хотим того или нет, неотъемлемой чертой уголовного судопроизводства является двуединство гласности  и тайны. Ахиллесовой пятой судопроизводства является проблема оптимизации соотношения  гласности и тайны в уголовном  процессе.

Доступность (для общественного  ознакомления) сведений, добытых о  личности в особом, уголовно-процессуальном порядке, и их тиражирование в  средствах массовой информации не всегда благо. Если учесть, что приговор, как  правило, содержит сведения, являющиеся личной или семейной тайной осужденного (оправданного) или других лиц, а  обстоятельства, установленные судом, далеко не всегда становятся результатом  добровольно представленной допрошенными лицами информации, в большинстве своем полученной в принудительном порядке, то нетрудно заметить, что сосредоточенная в приговоре информация – особого свойства, которая вне уголовного процесса вряд ли стала бы всеобщим достоянием. Следовательно, она составляет личную тайну, право на сохранение, которой гарантировано Конституцией РФ, а ее разглашение, вне зависимости от формы, есть не что иное, как очевидное попрание прав человека. Не случайно существует врачебная тайна, которая тоже зачастую разглашается при публичном оглашении приговора.

Дискуссия, развернувшаяся между юристами и журналистами по поводу гласности судопроизводства, в основном сводится к двум моментам: первые обвиняют вторых в том, что  те тенденциозно освещают ход и результаты правосудной деятельности, а представители  СМИ жалуются на то, что суды безосновательно  ограничивают их право на доступ к  процессуальной информации. Обращает на себя внимание то, что в этой дискуссии  практически не показывается "обратная сторона медали" - тайна судопроизводства. Предметом обсуждения она стала  лишь в той части, в которой  непосредственно ограждает судопроизводство от нежелательного внешнего воздействия. Что же касается права на личную и семейную тайну, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных  и иных сообщений, защиту своей чести  и доброго имени (ст.23 Конституции  РФ), то эти вопросы выпали из поля зрения дискутирующих⁹.

В соответствии с действующим  законодательством практически  каждому доступны сведения, почерпнутые  из различных процессуальных источников, в том числе нередко составляющие личную или семейную тайну участников уголовного судопроизводства. Сложившаяся  ситуация - нонсенс: суд, защищая права  одних, нарушает права других.

При решении вопроса о  соблюдении в уголовном судопроизводстве прав граждан на личную и семейную тайну, в том числе и тайну  переписки и телефонных переговоров, включая публичное оглашение  приговоров, целесообразно учитывать  мнение участвующих в деле лиц. Если лицо возражает против гласного процесса, в результате которого сведения, составляющие его личную тайну, будут доступны для общественности, то он должен иметь  на это право вето.

2.2. Принцип гласности уголовного судопроизводства в современном российском праве

В Российской Федерации гласность закреплена на конституционном уровне, прежде всего потому, что служит средством контроля за судебной деятельностью.

Сегодня в правосудии наступил период "недозированной" гласности, которая по-своему ведет к ущемлению  прав участников уголовного судопроизводства, и в особенности тех, которые  связаны с охраной личной либо семейной тайны. В этом смысле, возражая классику революционной идеи, замечу, что в уголовном судопроизводстве гласность это меч, который не всегда сам исцеляет наносимые им раны. На роль такого "меча" может претендовать лишь двуединство гласности и тайны в судопроизводстве, их разумное соотношение.

Сложившаяся практика судов  основана на действующем УПК. Между  тем было бы полезно в этой связи  обратиться и к нормам международного права. Может быть, тогда обнаружилась бы возможность расширить круг оснований  для рассмотрения уголовных дел  при закрытых дверях. Что же касается нового УПК, то и в нем нет радикальных изменений, хотя целесообразно было бы предусмотреть варианты оглашения приговоров в закрытом судебном заседании, с их последующим депонированием в доступном для заинтересованных лиц месте. Аналогичный подход к сохранению личной тайны в судопроизводстве уже наблюдается во многих государствах – членах Совета Европы. Сложившаяся в них традиция использовать иные средства (помимо чтения вслух) для объявления решения суда заслуживает изучения. Например, депонирование судебных решений в канцелярии, доступной для всех. Европейский Суд по правам человека считает, что подобная практика не противоречит п.1 ст.6 европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод¹⁰.

Не могу не высказаться  относительно интернетного бума по размещению в нем решений судов России, в том числе и военных, в  которых помимо обстоятельств того или иного уголовного дела порой  содержится подробная информация об осужденных (оправданных), жертвах преступлений и свидетелях. Такую практику вряд ли можно назвать правомерной, поскольку  помимо прочего она затрагивает  безопасность участвующих в деле лиц.

В настоящее время информацию в том числе и о уголовном  судопроизводстве граждане чаще всего  узнают из новостей, газет и журналов, а так же интернета. Поэтому журналисты  являются связующим звеном между  уголовным судопроизводством и  отправлением принципа гласности в  нем, и гражданами Российской Федерации. В связи с этим законодатель упрочил и расширил право журналиста присутствовать в открытом судебном заседании по уголовному делу, добавив  в него так же обязанности и ограничения.

Журналист не является  участником уголовного процесса и, соответственно, не может обжаловать решение судьи  в кассационном (апелляционном) порядке. Законодатель ввел такой институт, как аккредитация журналистов при  судах. В соответствии со статьей 48 Закона о СМИ предусматривает  необходимость аккредитации представителей СМИ при судах на основе типовых  правил¹¹. Такие правила разрабатываются судами самостоятельно.

Так же представители СМИ  могут ознакамливаться с материалами  уголовных дел, а также получать копии состоявшихся в открытом судебном заседании решений. УПК РФ каких-либо указаний на этот счет не содержит. В  Концепции информационной политики судебной системы признается необходимым  выдавать журналисту судебный акт, вступивший в законную силу, по просьбе руководителей средств массовой информации, интересы которых он представляет. В исключительных случаях с согласия лиц, принимающих участие в деле, и при наличии ходатайства редакции журналист может ознакомиться с иными материалами дела, рассмотренными в судебном заседании. Просьбы СМИ о представлении материалов нерассмотренных дел удовлетворению не подлежат. Однако указанные правила в силу пункта 4 части 1 статьи 10 ФЗ «Об органах судейского сообщества» носят лишь рекомендательный характер¹².

Таким образом, российское законодательство предусматривает два основания  к рассмотрению дел в закрытых судах. Первое носит безусловный  характер. Что же касается второго, то в зависимости от ситуации оно  допускает альтернативность, т.е. судейское  усмотрение.

Участвуя в осуществлении  принципа гласности судопроизводства, журналист выступает субъектом  комплекса правоотношений. Правоотношения между журналистом как одним из лиц, присутствующим в судебном заседании по уголовному делу, и судом регулируются уголовно-процессуальным законом, в частности, статьями 241, 257-258 УПК РФ.