История банкротства в России

Федеральное агентство по образованию

Стерлитамакский филиал

ГОУ ВПО  «Башкирский государственный университет» 

Кафедра экономики и управления 
 

КУРСОВАЯ  РАБОТА

по дисциплине «Правовые основы проведения

процедур  банкротства»

    на тему: «История банкротства в России». 

                              Выполнил: студент  II курса ОЗО

                              спец. «Антикризисное управление» (3,5г.)

                              Вавилов А.Н. 

                              Проверил: Асс. Гаевская Н.Б. 

Дата сдачи:

Результат выполнения (оценка):

Подпись преподавателя: 
 

Стерлитамак 2010

Содержание. 

1. История законодательного регулирования  банкротства предприятий.

    История правового регулирования банкротства (несостоятельности), как и абсолютного большинства иных институтов права, связана с историческими особенностями развития государства и права России.

    В развитии института несостоятельности (банкротства) можно выделить три содержательных этапа. Первый – «имперский», связан с зарождением цивилизованных норм о несостоятельности, второй – «советский» связан с их искоренением. Третий – современный этап, олицетворяет собой возрождение и совершенствование законодательного регулирования несостоятельности банкротства в России.

    Рассмотрим вкратце каждый из этапов развития.

    Зарождение цивилизованных норм направленных на регулирование банкротства исследователи связывают с экономическими реформами Петра I. Развиваются торговые отношения, появляются иностранные участники. Складывающие отношения диктуют необходимость наличия четких правил «наказания» недобросовестных должников.

    Безусловно, некоторые нормы посвященные «наказанию» несостоятельных кредиторов содержало и более ранее законодательство, например, Русская Правда, Судебники XVI-XVII века. Однако, именно при Петре I, с развитием иностранной торговли, нормы приобретают целевой характер и назначение – не просто покарать должника, но и вернуть собственность кредиторов.

    А.Х. Гольмстен выделяет три направления, три струи в развитии российского конкурсного права - иностранное, национально-самобытное, канцелярско-кодификационное[1].

    Иностранное направление состояло в применении и приспособлении к российским особенностям норм иностранных конкурсных законов. Это было возможно, так как во многих крупных делах о несостоятельности того времени участвовали иностранные кредиторы, в государствах которых, в отличие от России, законы о банкротстве давно существовали.

    Иностранное направление привело к тому, что в России при отсутствии конкурсных Уставов сложились основные институты банкротства: споры решали особые суды (Коммерц-коллегии, городовые магистраты, Главный магистрат, Сенат); действовали кураторы, в обязанности которых входило создание конкурсной массы, реализация имущества должника, распределение вырученных средств между кредиторами; проводились общие собрания кредиторов; окончание конкурса погашало претензии кредиторов, оставшихся неудовлетворенными[2].

    В этот период огромное значение приобретают иностранные нормы, привносимые в Россию вместе с иностранными торговцами.

    В XVIII нормы о несостоятельности включаются в Вексельный устав 1729 г.; в Устав благочиния 1782 г.; в городовое Положение 1785 г. и др. Однако это еще не кодифицированные акты о банкротстве, а лишь отдельные разрозненные нормы.

    В 1740 г. было разработано несколько уставов, которые, однако, не обрели юридической силы, хотя и применялись отчасти на практике. Проекты разрабатывались также в 1753, 1756, 1768 гг.

    Первый безусловно действующий Устав о банкротах появился в России 18 декабря 1800 г., т.е. в самом конце последнего года XVIII в.

    19 век можно охарактеризовать как время бурного нормотворчества в части урегулирования несостоятельности (банкротства). В 1832 году принимается Устав «О торговой несостоятельности».

    Устав 1832 г. действовал до 1917 г., хотя конкурсное законодательство в течение этого периода претерпело некоторые изменения. Кроме того, в конце века готовилась серьезная реформа конкурсного законодательства, в связи с чем были разработаны проекты нового Устава, один из которых, составленный Н.А. Туром, является весьма обширным и интересным[3]. Однако задуманным реформам так и не удалось осуществиться грянули более серьезные реформы – власть и закон перешли Советам.

    Многие исследователи отмечают, что институт банкротства перестал существовать с приходом к власти Советов. Однако это не совсем так.

    До 1922 года критерии и правовые последствия несостоятельности (банкротства) не были урегулированы. Имперские законодательство о банкротстве было ликвидировано. Страна переживала кризис, на грани банкротства было абсолютное число предприятий.

    Для советского права вопрос о несостоятельности стал особенно актуальным в эпоху осеннего кризиса 1923 г. То немногое, что имелось в действующем законодательстве по этому вопросу применительно к отдельным видам юридических лиц, касается преимущественно порядка их ликвидации. Основную директиву действующего права в отношении распределения имущества несостоятельного выражает ст. 266 ГПК., согласно которой в случае, если поступившие к судебному исполнителю суммы недостаточны для удовлетворения всех обращенных на должника взысканий, таковые распределяются следующим образом: прежде всего удовлетворяются полностью требования, перечисленные в ст. 101 Г. К. (зарплата, к которой относятся и страховые взносы, алименты, соцстрах), и претензии залогодержателя в порядке, определением названной статьей Г. К., затем налоги; после этого удовлетворяются претензии государственных и кооперативных учреждений и предприятий, не подпадающие под действие ст. 101 ГК.; остающиеся затем суммы распределяются пропорционально претензиям остальных кредиторов. Расчет причитающихся каждому взыскателю сумм составляется судебным исполнителем в течение трех дней со дня получения денег.

    Как подчеркивают современники, «фактически несостоятельность — довольно обычное явление, и судебная практика стала вводить одну за другой статьи старого устава о несостоятельности с их паразитическим учреждением — конкурсными управлениями. Верх. Суд РСФСР дважды разъяснял, что у нас общего конкурсного порядка нет и что необходимо ограничиться ст. 266 ГПК и назначением солидарных ликвидаторов в порядке примечания к ст. 309 ГК. В то же время Верх. Суд дважды просил ускорить издание особого закона, ибо иначе изжить волокиту традиции старого конкурсного порядка не удастся[4].

    В последующем, Пост. ВЦИК и СНК РСФСР 28 ноября 1927 в ГПК было включено Положение «О несостоятельности частных лиц, физических и юридических» и пост. ВЦИК и СНК РСФСР 20 октября 1929 – Положения «О несостоятельности государственных предприятий и смешанных акционерных обществ и «О несостоятельности кооперативных организаций». (ГПК гл. 37, 38, 39). С течением времени данные нормативные акты потеряли свое значение и не применялись.

    Как отмечали современники, «капиталистические элементы в СССР ликвидированы, и частных предприятий не существует. Неуклонный подъем материального благосостояния советских граждан обуславливается своевременное исполнение ими своих обязательств. В отдельных же случаях их задолженность, интересы кредиторов обеспечиваются обычным порядком, т.е. путем обращения взыскания на имущество без объявления их несостоятельными. Не применяется объявление несостоятельности также к гос. и кооперативным хоз. организациям, т.к. последовательное проведение хоз. расчета, рентабельность социалистических организаций исключают их несостоятельность. В случае же задолженности социалистических организаций кредиторы производят взыскание также в обычном порядке. Плановый характер социалистического народного хозяйства делает невозможной ликвидацию социалистических хоз. организаций в силу объявления их несостоятельными по требованию кредиторов. Социалистические организации возникают в плановом порядке и только в плановом порядке ликвидируются. В соответствующих случаях происходит, как правило, не ликвидация социалистических организаций, а их реорганизация»[5].

    Таким образом, в советский период государства и права институт несостоятельности (банкротства) утратил свое значение и был ликвидирован.

    Возрождение института банкротства можно связать со становлением в России основ рыночных отношений в конце 80-х начале 90-г гг, когда встала необходимость законодательного урегулирования оснований и последствий несостоятельности.

    Первым законодательным актом стал Закон РФ от 19 ноября 1992 г. №3929-I "О несостоятельности (банкротстве) предприятий"[6]. Закон действовал шесть лет. За время его правоприменения были приняты десятки разноуровневых актов, выработалась огромная практика, показавшая множество недостатков действующего акта; параллельно велась разработка нового законодательного акта.

    Несмотря на свои новаторские идеи, Закон 1992 года далеко не являлся идеальным.

    Один из наиболее ярких отрицательных моментов старого закона, отмечавшийся многими учеными, - применение в качестве критерия несостоятельности) принципа неоплатности[7]. Как отмечают исследователи, нормы Закона создавали «принцип домино», стимулирующий кризис неплатежей и повсеместно господствующий в российской экономике. Действовавшие легальные понятие и признаки банкротства защищали недобросовестных должников и тем самым разрушали принципы имущественного оборота[8].

    8 ноября 1998 года был принят Федеральный закон №6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» [9]. Он принес кардинальное изменение в подходе к определению критериев несостоятельности юридических лиц. Внес новые процедуры банкротства. «Если предыдущий Закон о банкротстве отвечал интересам в том числе и предприятия-должника, помогая суду объективно оценивать его финансовые и материальные возможности погасить долг, то новый однозначно принял сторону кредитора»[10]. Между тем и этот закон был признан не отвечающим требованиям как кредиторов, так и должников.

    Процедуры банкротства была значительно упрощены, теперь банкротом можно было сделать практически любую организацию. Этим активно начали пользоваться недобросовестные конкуренты и другие заинтересованные лица. Они могли начать процедуру банкротства организации по незначительным суммам и довести ее до конца. При этом процедуру банкротства нельзя было остановить, даже если должник готов был погасить свой долг. В результате менялись собственники предприятий - должников, продавалось за бесценок дорогостоящее оборудование и недвижимость, останавливалось производство и т.д[11].

    Уже в 1999 году возникли высказывания о необходимости дальнейшего реформирования[12].

    Федеральный закон от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"[13] принес новые нормы, новые правила и порядок банкротства.

    При формировании Закона о несостоятельности (банкротстве) 2002 г. были учтены выводы Конституционного Суда РФ по проверке отдельных положений Закона о несостоятельности 1998 г.[14], а именно полностью гарантированы законные интересы должника на момент возбуждения производства по делу, где последний вправе заявить в процессе разбирательства обоснованности требований лица, инициирующего банкротство.

    Таким образом в новом Законе акценты смещены в пользу должника: «"Продолжниковский" характер нового Закона выражается во включении новой процедуры банкротства - финансового оздоровления - альтернативной ликвидации должника в ходе конкурсного производства, в усложнении процедуры возбуждения производства по делу, в предоставлении учредителям (участникам) должника или собственнику имущества должника - унитарного предприятия возможности принимать участие в судьбе должника, в уравнивании в правах конкурсных кредиторов и уполномоченных органов и ряде других особенностей»[15].

    Обратимся к генезису понятия банкротства (несостоятельность).

    Понятие несостоятельности сформировалось еще в дореволюционном праве России.

    Известный цивилист Г.Ф. Шершеневич понимал несостоятельность как "состояние имущества, официально засвидетельствованное, которое дает основание предполагать недостаточность его для покрытия всех долгов собственника". "Платежная неспособность и неоплатность, - с его точки зрения, - являются фактическими условиями несостоятельности, но несостоятельность со всеми своими последствиями наступает тогда, когда суд устанавливает наличность этих условий. Другими словами, для несостоятельности недостаточно расстроенного по известным признакам состояния имущества, а необходима еще судебная санкция". Банкротство он определял как "неосторожное или умышленное причинение несостоятельным должником ущерба кредиторам посредством уменьшения или сокрытия имущества"[16].

    "Банкротство - деликт своеобразный: он слагается из двух элементов, из которых один (несостоятельность) понятие гражданского права, другой (банкротское деяние) понятие уголовно-правовое"[17].

    Новейшее законодательство о банкротстве рассматривает понятие «банкротства» и «несостоятельность» как синонимы. Между тем изначально понятия «банкротство» и «несостоятельность» означали разные явления. В российском дореволюционном законодательстве, равно как и в законодательстве стран с развитыми правопорядками банкротство являлось частным случаем несостоятельности, о банкротстве должника говорили, когда причиной несостоятельности являлось совершенное определенными лицами преступление. В какой-то степени можно было говорить о том, что термин «банкротство» отражал уголовно-правовую сторону несостоятельности[18].

    За историю своего развития банкротство (несостоятельность) получала различные определения.

    В советский период государства несостоятельность определялась следующим образом: Несостоятельность - такое положение имущества определенного лица, при котором это лицо не в состоянии удовлетворить законные требования кредиторов[19]. Несостоятельность – установленная судом неспособность должника к полной оплате денежных требований кредитора[20].

    С принятием первого Закона «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» в 1993 году несостоятельность (банкротство) приобрело следующее значение - неспособность удовлетворить требования кредиторов по оплате товаров (работ, услуг), включая неспособность обеспечить обязательные платежи в бюджет и внебюджетные фонды, в связи с превышением обязательств должника над его имуществом или в связи с неудовлетворительной структурой баланса должника (Ст.1).

    Федеральный закон от 8 января 1998 г. №6-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" несколько иначе изложил понятие банкротства: - это признанная арбитражным судом или объявленная должником неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей (ст.2).

    Действующий закон отбросил «прозрачные» формулировки и закрепил следующее легальное понятие несостоятельности (банкротства) – это признанная арбитражным судом неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей (ст.2).

    Еще раз подчеркнем, что это легальное понятие. Между тем, действительное понятие банкротства не охватывается определением, данным в ст. 2 Закона. Как верно подчеркивает В.В. Залесский, «основанием для признания должника банкротом является не просто установленная судом неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, а совокупность ряда условий. При этом указанная неспособность должника устанавливается по отношению не ко всем кредиторам, а лишь к кредиторам по денежным обязательствам и обязательным платежам, и с учетом не всей суммы задолженности, а исчисленной в соответствии с Законом»[21].

    Помимо того, что понятие не охватывает категории «несостоятельность» (которую можно определить лишь в результате анализа ряда статей Закона), данное в ст.2 определение противоречит п.3 ст.65 ГК РФ, в котором говорится не только о судебном (принудительном), но и о добровольном банкротстве, возможном при наличии желания должника и воли кредиторов. Закон процедуры добровольного банкротства не содержит, что делает его осуществление невозможным.

    Это не единственное противоречие Закона и норм гражданского законодательства. Причины – непоследовательное реформирование института банкротства.

Рассмотрим современное  законодательное регулирование  банкротства.

2. Современное законодательное регулирование банкротства предприятий

    На правовое регулирование современного института несостоятельности банкротства направлены десятки разноуровневых актов.

    В качестве основной тенденции эволюции законодательства о несостоятельности (банкротстве) следует признать, что оно развивается по схеме: общий закон - специальный закон - другие нормативные акты[1].

    Общие положения о банкротстве содержатся в Гражданском кодексе Российской Федерации[2] (ст.65). Специальный закон – Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)». В настоящее время данный закон действует с изменениями и дополнениями от 22 августа 2004 года[3]. Другие нормативные акты – целый комплекс актов принятых во исполнение и дополнение общего и специального закона.

    В число «других нормативных актов» можно включить ряд специальных законодательных актов, полностью или в части, регулирующих особенности банкротства тех или иных видов юридических лиц. Это:

    - Федеральный закон от 25 февраля 1999 г. №40-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" (с изм. и доп. от 2 января 2000 г., 19 июня, 7 августа 2001 г., 21 марта 2002 г., 8 декабря 2003 г., 28 июля, 20 августа 2004 г.)[4];

    - Федеральный закон от 24 июня 1999 г. №122-ФЗ "Об особенностях несостоятельности (банкротства) субъектов естественных монополий топливно-энергетического комплекса" (утратит юридическую силу с 1 января 2005 года)[5];

    - Федеральный закон от 8 мая 1996 г. №41-ФЗ "О производственных кооперативах" (с изм. и доп. от 14 мая 2001 г., 21 марта 2002 г.)[6];

    - Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. №208-ФЗ "Об акционерных обществах" (с изм. и доп. от 13 июня 1996 г., 24 мая 1999 г., 7 августа 2001 г., 21 марта, 31 октября 2002 г., 27 февраля 2003 г., 24 февраля, 6 апреля 2004 г.)[7].

    Это не абсолютный перечень актов. Вкупе с названными, действуют акты, устанавливающие особенности процедур банкротства в отношении отдельных видов хозяйствующих субъектов (градообразующих организаций, организаций ТЭК, сельскохозяйственных организаций).

    К правоотношения по возбуждению банкротства применимы положения Арбитражно-процессуального кодекса РФ от 24 июля 2002 г. №95-ФЗ (с изменениями от 28 июля 2004 г.) (Глава 28 «Рассмотрение дел о несостоятельности (банкротстве)»)[8]. В этой связи необходимо заметить, что институт банкротства - комплексный правовой институт: являясь, по определению, институтом гражданского права, он, примерно наполовину, включает в себя нормы процессуального права (в Российской Федерации - арбитражного процессуального права). Связано это с тем, что нормы законодательства о банкротстве, в отличие от других норм гражданского права, могут быть реализованы только через судебные акты[9]. Поэтому законодатель из современного понятия банкротства исключил «внесудебное банкротство».

    Наряду с нормами, регулирующими особенности возбуждения и осуществления процедур банкротства, можно выделить Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ (с изм. и доп. от 27 мая, 25 июня 1998 г., 9 февраля, 15, 18 марта, 9 июля 1999 г., 9, 20 марта, 19 июня, 7 августа, 17 ноября, 29 декабря 2001 г., 4, 14 марта, 7 мая, 25 июня, 24, 25 июля, 31 октября 2002 г., 11 марта, 8 апреля, 4, 7 июля, 8 декабря 2003 г., 21, 26 июля 2004 г.)[10]. Статьи 195-197 которого предусматривают уголовную ответственность руководителей или собственников коммерческой организации.

    Наряду с законодательными актами можно выделить целую группу подзаконных актов (преимущественно Постановлений Правительства):

    - Постановление Правительства РФ от 9 июля 2004 г. №345 "Об утверждении Общих правил ведения арбитражным управляющим реестра требований кредиторов"[11];

    - Постановление Правительства РФ от 29 мая 2004 г. №257 "Об обеспечении интересов Российской Федерации как кредитора в делах о банкротстве и в процедурах банкротства"[12];

    - Постановление Правительства РФ от 6 февраля 2004 г. №56 "Об Общих правилах подготовки, организации и проведения арбитражным управляющим собраний кредиторов и заседаний комитетов кредиторов" (с изм. и доп. от 28 июля 2004 г.)[13];

    - Постановление Правительства РФ от 25 июня 2003 г. №367 "Об утверждении Правил проведения арбитражным управляющим финансового анализа"[14];

    - Постановление Правительства РФ от 14 февраля 2003 г. №100 "Об уполномоченном органе в делах о банкротстве и в процедурах банкротства и регулирующем органе, осуществляющем контроль за саморегулируемыми организациями арбитражных управляющих" (с изм. и доп. от 29 мая 2004 г.)[15].

    При правоприменении данных актов необходимо учитывать, что подзаконные нормативные акты могут приниматься только во исполнение положений законодательных актов и не должны им противоречить. В случае возникновения противоречий, безусловно, применяются положения законодательных актов.

    Учитывая возросшее, в последние годы, значение обзоров судебно-арбитражной практики необходимо выделить, в частности, Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 8 апреля 2003 г. №4 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие настоящего Федерального закона»[16]. Последнее направлено на разъяснение ряда спорных вопросов и имеет огромное значение для правильного правоприменения норм о банкротстве. Также можно выделить: Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 15 августа 2003 г. N 74 "Об отдельных особенностях рассмотрения дел о несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций"[17].

    Применения судами на при разрешении судебных споров обзоров судебной практики не вызывает в настоящее время споров в теории. Тогда как есть одно обстоятельство, которое может вызвать только негодование. Как подчеркивают исследователи, в последнее время арбитражные суды внимательно прислушиваются к аргументам, основанным на теории права; … были ситуации, когда в решении арбитражного суда содержались отсылки к его теоретическим работам (статьям или монографиям) - безусловно, это неправильно, но показательно с точки зрения важности и значимости теоретических аргументов при решении практических вопросов[18].

    Данное обстоятельство может говорить только об одном – недостаточности норм действующего законодательства о несостоятельности (банкротстве). Представляется, что такая практика должна быть искоренена, а судебные решения должны выноситься исключительно на нормах Закона, каким бы он не был. Ведь именно практика применения показывает недостатки законодательства, и именно практика является главным основанием для его дальнейшего совершенствования.