История картографирования и исследования арктики русскими исследователями

ВВЕДЕНИЕ

Арктика – одна из наиболее труднодоступных и малозаселенных частей Земли. Само понятие, Арктика, подразумевает в себе северную полярную область земного шара, включающую в себя северные окраины Евразии и Северной Америки, почти весь Северный Ледовитый океан с островами, а также прилегающие части Атлантического и Тихого океанов.

Данная работа как раз и посвящена Арктике, а точнее: рассмотрению и анализу роли русских экспедиций в картографировании и изучении Арктики. Актуальность работы заключается в том, что на современном этапе эта область земного шара приобретает все большее значение. Арктический шельф имеет колоссальные запасы природного сырья и, как следствие этого, является местом соприкосновения интересов Европы, Азии и Америки. Соответственно, возрастает интерес и к истории Арктики (истории ее изучения, картографирования и проведения различных исследований). 

 Цель данной работы – выявить роль русских экспедиций в изучении этого региона земного шара. Для достижения поставленной цели потребовалось решить следующие задачи:

• рассмотреть освоение северных приполярных земель в средневековье;
• выявить итоги работы Великой Северной экспедиции;
• изучить исследования и открытия в Арктике XIX-го – начала XX веков;
• рассмотреть освоение Северного морского пути в советское время.

Основным объектом исследования являются Арктика и приполярные земли, история их открытия и картографирования. Предметом исследования – рассмотрение итогов открытия и исследования полярных земель на разных временных этапах.

Данная работа состоит из четырех глав. В первой главе рассматривается освоение приполярных земель на средневековом этапе. Вторая глава рассказывает об итогах и результатах Великой Северной экспедиции, она раскрывается в трех подглавах. В них последовательно рассматриваются открытие русскими исследователями Северо-Западной Америки, работа северных отрядов в начале XVIII в. и секретная экспедиция Василия Чичагова. В третьей и четвертой главах работы анализируются исследования Арктики и приполярных земель в период XIX – начале XX веков и во время существования советского государства. Также в работе приведены схемы маршрутов северных полярных экспедиций и схемы рельефа дна Северного Ледовитого океана.

Работа написана на основе анализа литературных источников, основными из которых являются труды Г.А. Аграната, И.П. и В.И. Магидовичей и К.Н. Чубакова, и материалов сети интернет. Для иллюстраций были использованы рисунки и карты из атласов Арктики [2] и Северного Ледовитого океана [4], а также иллюстрации из других литературных источников.

ГЛАВА 1. ОСВОЕНИЕ СЕВЕРНЫХ ПРИПОЛЯРНЫХ ЗЕМЕЛЬ В СРЕДНЕВЕКОВЬЕ

За исключением  берегов Скандинавского и Кольского  полуостровов, весь европейский и  азиатский приполярный север  был открыт русскими исследователями (купцами и охотниками). Они первыми плавали в Белом и Баренцевом море и его южной части – Печорском море. Пионерами открытий были новгородцы. Истощение промышленных угодий в коренных новгородских землях побудило в них стремление на север.

К концу XI в. новгородцы уже посещали Печору (самую далекую область севера Европы), а к Карелии и Белому морю проникли раньше. Они открыли часть Финляндии и «Карельскую землю», вышли к вершине Каяно моря (Ботнического залива).Также в XI в. новгородцам удалось проникнуть во внутренние районы Кольского полуострова. Кроме того, холопи-сбои на ладьях плавали у побережья Белого моря, обошли и колонизировали поморский и онежский берега Онежской губы с Соловецкими островами, Летний и Зимний берега Двинской губы, ознакомились с берегами Кольского полуострова. Новгородцами была открыта Мезенская губа, они обогнули полуостров Канин и освоили побережье Баренцового моря от Чешской до Печорской губы (рис 1.1).

Рис. 1.1. Освоение новгородцами европейского севера [9]

Также новгородские исследователи выявили так называемый «сладкий» путь через полуостров Канин по рекам Чижа и Чеша, открыли все морские реки севера. Одним из итогов их экспансии в этом регионе явилось возникновение рыбачьих поселков, а вслед за ними и появление земледельческих поселков. Холопи-сбои покорили на северо-западе корелов и саамов, а на северо-востоке ненцев. Конфликтов между коренными жителями и «пришельцами» не возникало.

Новгородскими ушкуйниками  был открыт крайний северо-восток Европы - Подкаменная Югра (бассейн Печоры) и Камень (Северный Урал). Основную массу населения в Югре в то время составляли вогулы (манси) и остяки (ханты). Снаряженные в Югру отряды, взимавшие дань, добирались до Печоры. До XIII в. они перешагнули на восток за Каменный пояс, т. е. за Уральские горы.

Конкурирующие с Новгородом княжества предъявляли права на Терский берег, или на Зимний берег и Печорский край. В XIV в. цепь низовских поселков и княжеских заимок протянулась от верхней Волги через Вагу вдоль Двины до ее устья, и отсюда распространялась по берегу Белого моря. Между княжествами шла борьба за северные территории.

В XV в. Москва объединила под властью все северные русские поселения. Движение на северо-восток продолжалось, значительную роль играли поморы. Опорным пунктом их продвижения было селение Холмогоры в низовье Северной Двины. В XV в. в устье Печоры был основан Пустозерск. Возможно, раньше русские охотники плавали на север за моржовой костью и открыли Новую Землю. На этом пути они должны были открыть острова Колгуев и Вайгач. Но история не сохранила имен русских мореходов открывших приполярные области и острова северо-восточной Европы, [9].

 Паралельно с открытием и освоением северных земель шла их опись и картографирование. Русские землемеры того времени уже довольно точно показали систему Северной Двины, но, в то же время, с большими искажениями ими были положены на карту р. Онега, Онежское и Ладожское озера. Такая же судьба постигла и Белое море. Хотя форма Мезенской губы была показана относительно правильно, но отсутствовали Онежский п-ов и Кандалашская губа, а Двинская губа имела неверные очертания. Необъяснимо отсутствие на картах Псковского и Чудского озер – вместо них была нанесена р. Великая, впадающая в Финский залив. Сравнительно правильно были засняты озера Ильмень, Белое и Лача.

В поисках морского зверя и «рыбьего зуба» поморы уже в ХІІ в. начали отрываться от берега материка и уходить в открытое море на север все дальше.

В последней  четверти ХV в. русские наткнулись на землю Грумант (Шпицберген). Регулярные плавания туда были налажены уже к концу ХV в. Возможно, к этому времени они обошли его с севера и установили, что Грумант состоит из трех островов: Большого Беруна (Западный Шпицберген), Полуночной земли (Северо-Восточная Земля) и Малого Беруна (о. Эдж), [8].

В XII – XIII в. русские промышленники-поморы в поисках «драгоценной рухляди» (пушнины) и новых лежбищ моржей через Югорский Шар или Карские Ворота вышли в Карское море. Они «бежали парусом» на восток по морю через «злые места» до п-ова Ямал. На его западном побережье поморы обнаружили богатые залежи моржей. Через сухой волок (водораздел) они перетаскивали свои ладьи к верховьям р. Зеленой, текущей в Обскую губу.                                                                                 

Спускаясь по р. Зеленой поморы заходили в устья  Оби и Таза. На Тазе промышленники организовали несколько торговых пунктов (острожков) и вели там «немой торг» с местными жителями – хантами и ненцами. Низовья Таза и были ядром Мангазеи, о которой тогда мечтали все русские торговцы пушниной.

Истощение промышленных угодий на своих родных землях побуждало отдельные княжества, государства в период средневековья к стремлению на север. Открытие и освоение новых земель носило почти сугубо меркантильный характер. Северные земли привлекали к себе прежде всего ресурсами своего животного мира: морским зверем, пушниной и т. д. Основными открывателями земель были торговцы и охотники.

ГЛАВА 2. ВЕЛИКАЯ СЕВЕРНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ 

Великая северная экспедиция одна из крупнейших русских экспедиций (1733-1743 гг.), проект которой разрабатывался Сенатом совместно с Адмиралтейств-коллегией в Петербургской Академии наук, в ней участвовало несколько тысяч человек. По существу, она объединила несколько экспедиций, выполнивших огромный комплекс исследований северной территории Сибири - от устья Печоры и острова Вайгач до Чукотки, Командорских островов и Камчатки. Впервые были нанесены на карту берега Северного Ледовитого океана от Архангельска до устья Колымы, побережье острова Хонсю, Курильские острова. Это название точно ее характеризует, потому что более грандиозного географического предприятия до нее не было.

1.  Открытие русскими исследователями Северо-Западной Америки

В конце 1730 г., после возвращения из Первой камчатской экспедиции, Витус Беринг составил две докладные записки в Адмиралтейств-коллегию. Он высказывал уверенность в сравнительной  близости Америки от п-ова Камчатка и целесообразности установления торговых контактов с местными жителями, также он отмечал необходимость промышленного развития Сибири. Беринг выдвинул план по изучению северных земель и установлению границ распространения на север Азии. В плане Беринга также присутствовал пункт о нанесении на карту северного побережья континента. Он предложил еще выяснить возможность достижения морским путем устья Амура и Японских о-вов. Можно сказать, что Беринг выдвинул план новой большой экспедиции.

В 1733 г. Правительство поставило Беринга во главе Второй Камчатской экспедиции, назначив ему в сотрудники по экспедиции А.И.Чирикова. Они должны были пересечь Сибирь и от  Камчатки отправиться для исследования противоположных берегов Северной Америки, а несколько отрядов должны были нанести на карты северные берега Росси от Печоры до крайнего северо-востока и по возможности до Камчатки. Академический отряд экспедиции – исследовать внутренние районы Сибири. Работу экспедиции предполагалось закончить через шесть лет. Общее начальство над всей экспедицией возлагалось на В. Беринга.

В начале сентября 1740 г. В.Беринг отплыл из Охотска на Камчатку. На восточном берегу полуострова, у Авачинской губы, его экспедиция перезимовала. 4 июня 1741 г. В.Беринг на судне «Святой Петр» и А.Чириков на «Святом Павле» вышли к берегам Америки, [9].

Беринг сначала пошел на юго-восток (к 45˚ с. ш.) в поисках мифической земли «Жуана-да-Гама». Эта несуществовавшая земля помещалась на некоторых картах XVIII в., в том числе на имевшейся карте, в распоряжении В.Беринга. По вине этой неверной карты погибла почти половина его команды. Потеряв напрасно больше недели и убедившись, что даже клочка суши в этом месте не существует, оба судна взяли курс на северо-восток. 20 июня на море наблюдался густой туман, и корабли Беринга и Чирикова потеряли друг друга из виду. Потратив несколько дней на поиски, «Святой Петр» двинулся дальше на северо-восток (рис 2.1.).

17 июня 1741 г. судно достигло американский берег. Команда увидела вдали величественный снеговой хребет Св. Ильи. Не решаясь подойти ближе из-за слабого переменного ветра, Беринг двинулся на запад вдоль побережья. Чрез три дня был открыт о. Каяк, а чуть севернее – маленькая бухта. 21 июля В.Беринг пошел на запад в штормовую погоду, дрейфуя к югу. На судне уже треть команды болела цингой, кроме того, не хватало пресной воды. 2 августа исследователями был открыт о. Туманный, 4 августа – Евдокеевские о-ва. 10 августа, когда уже три недели «Св. Петр» лавировал против сильного встречного ветра и мало продвинулся вперед, а цинга усиливалась, командор решил идти прямо на Камчатку.

По пути на Камчатку моряки открыли «безлесые пустынные  острова», на одном из которых похоронили первую жертву экспедиции, матроса Никиту Шумагина. Там «Св. Петр» стоял неделю, и за это время русские впервые встретились с местными американцами – алеутами. Беринг дал этим островам имя Н.Шумагина. От них моряки все время шли на запад. Иногда на севере появлялась земля (Алеутские острова), которую моряки принимали за Америку. Все это время была очень бурная погода, на корабле не хватало воды и провизии. 4 ноября вдали показались высокие горы, покрытые снегом. Моряки решили, что это Камчатка. Они не нашли удобной гавани и стали на некотором растоянии от берега, потом неожиданно высокая волна выбросила судно через бурун в бухту, спокойную и тихую. Это было исключительным везением, люди смогли выбраться на сушу. Здесь 6 декабря 1741 г. умер В.Беринг. Земля, к которой причалило его судно, получила позднее его имя – о. Беринга, а всю группу островов назвали Командорскими. Также в честь Беринга были названы пролив и море. К несчастливому капитан-командору пришла исключительная посмертная слава. После смерти Беринга командование на себя принял Свен Вексель как старший офицер. 26 августа 1742 г. экспедиция достигла Петропавловска.

После разлучения, как уже было сказано, в тумане обоих судов А. Чириков на «Св. Павле» пошел на восток (см. рис 2.1.). Он на полдня раньше Беринга увидел американскую землю. В поисках удобной гавани Чириков повернул на северо-запад и только через три дня нашел подходящее место. На берег отправились 11 вооруженных людей на разведку, а после недели их ожидания - еще четверо. Все они пропали без вести. Значительные потери поставили экспедицию в крайне тяжелое положение, и 25 июля А.Чириков решил возвращаться на Камчатку. По дороге назад экспедиция открыла п-ов Кенай, некоторые из Алеутских о-вов. Из-за штиля и туманов судно шло до Петропавловска десять недель. Рапорт Чирикова о результатах его плавания был первым в истории описанием северо-западных берегов Америки. В мае-июне 1742 г. А.Чириков повторил на «Св. Павле» плавание на восток от Камчатки, но дошел только до о. Ату и из-за туманов и противных ветров повернул назад, [9].

Рис. 2.1. Плавание Беринга и Чирикова [9]

Открытия и исследования русских мореплавателей нашли отражение в серии оригинальных карт, составленных А.Чириковым. Результаты плаваний «Св. Петра» и «Св. Павла» были отражены в «Атласе Российском» (1745 г.), изданном Петербургской Академией наук и оказавшем влияние на развитие западноевропейской картографии. Открыв северо-западную часть побережья Америки и острова Алеутской гряды, экспедиция Беринга — Чирикова послужила отправным моментом для организации многочисленных промысловых экспедиций и хозяйственного освоения обширных районов Тихоокеанского Севера во второй половине XVIII в, [11].

2.  Работа северных отрядов в начале XVIII в.

«Для подыскания известия имеется ли проход Северным морем», были организованы четыре отряда,  получившие отдельные участки северного побережья Азии. Их общая задача заключалась в описи берегов Ледовитого океана от Печорского до Чукотского морей и проверка на практике возможности плавания вдоль берегов Сибири, [9].

Подразумевалось проводить исследование побережья  Северного Ледовитого океана несколькими  отрядами, каждый из которых, фактически, представлял отдельную экспедицию. Для этого побережье океана было разбито на пять участков: самый западный участок побережья от Печоры до Оби должен был исследовать отряд под командованием Муравьева (позже его сменил Малыгин). Этот отряд подчинялся непосредственно Адмиралтейств-коллегии. Все остальные отряды находились под общим руководством Витуса Беринга. Арктическое побережье России от Оби до Енисея обследовал отряд Овцына и Стерлегова, восточнее Енисея работал отряд Минина. Участок побережья к западу от Лены был поручен отряду Прончищева, Харитона Лаптева и Челюскина, а побережье океана  к востоку от Лены обследовал отряд Лассниуса и Дмитрия Лаптева. Кроме того, имелось два сухопутных отряда. Академический  отряд состоял из учёных — членов Российской Академии наук. В его задачи входило исследование внутренних районов Восточной Сибири. Отряд Петра Скобельцына и Василия Шатилова должен был отыскать удобный речной путь от Верхнеудинска до Охотска, [7].

Первым начал  свою деятельность западный отряд. В его распоряжении было два новых коча. Первым командовал С.В.Муравьев (начальник отряда), вторым – М.С.Павлов. Экипаж обоих кочей состоял из 51 человека. Но попытки Муравьева и Павлова выполнить задачу отряда оказались неудачными, кроме того они постоянно ссорились друг с другом и скверно обращались с подчиненными. На них поступило много жалоб и доносов. В результате они оба были разжалованы в матросы. Новым начальником западного отряда назначили Степана Гавриловича Малыгина, его помощниками были лейтенанты – А.И.Скуратов и И.М.Сухотин. 22 июня 1736 г. они вышли из Архангельска на восток. Отряд в составе двух ботов и коча «Экспедицион» сумел достичь лишь западного побережья Ямала и из-за сплошного льда был вынужден возвратиться на зимовку. В июле 1737 года экспедиция вновь вышла в плавание и в августе достигла прохода в Обскую губу из пролива между полуостровом Ямал и островом Белый (ныне пролив Малыгина). Поднявшись по Оби корабли 2 октября прибыли в Березово (рис 2.2.).

Рис. 2.2. Маршруты Малыгина [9]

В результате шестилетней  деятельности отряда были составлены карты юго-восточной части Баренцова моря и приобской части Карского моря.

Первостепенной задачей  второго отряда была опись побережья между устьями Оби и Енисея. Его начальником был назначен в 1733 г. Дмитрий Леонтьевич Овцын. В январе 1734 года в Тобольске была построена 24-вёсельная дубель-шлюпка «Тобол», на которой в мае того же года отряд вышел в море. Однако, походы 1734—1736 гг. были недальними, так как из-за мощных льдов в Обской губе приходилось возвращаться в Тобольск. По приказу Адмиралтейств-коллегии было построено новое экспедиционное судно — бот «Обь-Почтальон», который в июне 1737 года прибыл в Обдорск, где зимовал отряд Овцына. Овцын стал командиром судна и в августе 1737 года на двух судах по свободному ото льдов морю отряду удалось достичь Енисейского залива, выполнив свою задачу. Весной 1738 г. Овцын на «Тоболе» поднялся до Енисейска и отправился оттуда сушей в Петербург с докладом о своем успехе – вторичном открытии морского пути с Оби на Енисей. Но по дороге Овцына арестовали – по доносу – за связь с ссыльной семьей Долгорукова и разжаловали в матросы. За командование «Тобола» был оставлен И.Кошелев. В 1739 г. он представил в Адмиралтейств- коллегию краткое описание карт по результатам работ отряда Д.Овцына за 1734 – 1737 гг. После ареста Овцына начальником отряда стал штурман Ф.А.Минин. В конце июля 1738 года Минин со своим помощником Стерлеговым вышел в море и 16 августа достиг мыса, расположенного на 73°29′ с. ш. и возвратился на место зимовки. Летняя компания 1739 года была задержана по вине местной администрации и не принесла заметных результатов. По приказу Минина в январе 1740 года Стерлегов отправился в сухопутную экспедицию на восток от Енисея. Ему удалось пройти на северо-восток от реки Пясина и описать побережье от мыса Северо-Восточный до 75°29′ северной широты. В 1740 и 1742 годах Минин на боте «Обь-Почтальон» пытался пройти к устью Хатанги, но сплошные льды воспрепятствовали этому (рис 2.3.).

Рис 2.3. Маршруты Минина и Стерлегова [9]

На составленной Мининым по итогам плаваний карте были впервые нанесены около 1 тыс. км побережья Таймырского п-ова и многочисленные мелкие прибрежные острова, в том числе о. Диксон. Но в Адмиралтейств-коллегии Минину и Стерлегову просто не поверили, и на карте Морской академии (1741 г.) вместо крупного выступа суши была показана сравнительно ровная линия побережья, [9].

Третий отряд должен был  описать побережье на запад от устья Лены. Начальником экспедиции был В. В. Прончищев, который взял с собой из Якутска в экспедицию молодую жену. Отряд начал свою работу летом 1735 года. В Якутске была построена дубель-шлюпка «Якутск», который 25 августа достиг устья реки Оленек, где зазимовал из-за обнаруженной течи. В августе 1736 года началось новое плавание и судно достигло Хатангского залива, а затем направилось вдоль восточного берега Таймыра на север. Достигнув мыса, впоследствии получившего его имя и самого северного пункта (77°25′), Прончищев был вынужден лечь на обратный курс. Он был смертельно болен и «Якутск» вел Семен Иванович Челюскин. 28 августа они подощли к устью Оленька. Через день от цинги скончался Проничищев, а его жена умерла 12 сентября; их похоронили рядом (жена Прончищева стала первой женщиной полярным исследователем). К декабрю Челюскин завершил составление карты побережья от устья Лены до залива Фаддея и обработку других материалов отряда, который не выполнил свою задачу – достичь Енисея морским путем.

Новым начальником отряда был назначен Харитон Прокофьевич  Лаптев. В июне 1739 года «Якутск» из устья Лены двинулся на северо-запад к острову Бегичева, а затем вдоль восточного берега полуострова Таймыр. Достигнув 22 августа широты 76°47′, судно повернуло назад и зазимовало на Хатанге. Летняя компания 1740 года длилась всего месяц и закончилось тем, что дубель-шлюпка была раздавлена льдами. Потеряв несколько человек, отряд пешком добрался до места прошлогодней зимовки (рис 2.4.). Получив разрешение Адмиралтейств-коллегии, Х.П.Лаптев разделил отряд на три партии и начал описание берегов Таймыра с суши. Группе Челюскина удалось достигнуть самой северной точки Евразийского материка, носящей ныне его имя.

Лаптев и его сотрудники, главным образом С.Челюскин, открыли крупный полуостров Таймыр и засняли более 3,5 тыс. км побережья Азии между Енисеем и Леной. Адмиралтейств-коллегии Х.Лаптев представил карту, на которой впервые нанесен п-ов Таймыр, реки Пясина и Хатанга, ряд притоков этих рек, а также часть озера Таймыр с реками Верхней и Нижней Таймырой. Карту дополняла научная работа «Описание меж реками Лены и Енисея», содержащая большой географический и этнографический материал.

Рис 2.4. Маршруты экспедиции Харитона Лаптева [2]

Четвертый, Ленско-Камчатский отряд получил очень широкое  основное задание – описать северные берега Азии на восток от Лены до пролива, ведущего в Тихий океан, если такой  существует.

В Якутске для  отряда была построена дубель-шлюпка «Иркутск». В 1735 году, спустившись до устья Лены вместе с дубель-шлюпкой «Якутск» Ленско-Енисейского отряда, отряд 18 августа достиг реки Хараулах, где зазимовал. В ходе зимовки от цинги скончалось 37 человек и командир отряда П.Лассиниус, ремонта требовал бот «Иркутск». Новый командир Д.Я.Лаптев, прибыв к месту зимовки, продолжил работы в августе 1736 года. Но лишь в июне 1739 года в тяжелых ледовых условиях бот сумел выйти в Восточно-Сибирское море. При попутном ветре быстро продвигаясь на восток, бот в конце августа достиг устья реки Индигирки, где встал на зимовку. В 1740-41 годах Д.Лаптев сделал две безуспешных попытки пробиться сквозь сплошные льды на восток, но все же сумел добраться только до мыса Баранов Камень. Летом 1742 года отряд вёл работы в бассейне реки Анадырь, где и закончились его действия.

Общая длина  заснятой отрядом береговой линии  составила 2,5 тыс. км. Также им была описана р. Анадырь до устья, выполнена съемка пути от Анадыря до Пенжинской губы.

За 10 лет изнурительного труда, ценою многих жизней северные отряды положили на карту берега Северного Ледовитого океана от устья Печоры до мыса Большой Баранов. Они завершили открытие всего материкового побережья Карского моря и лежащей к востоку от Таймыра акватории Ледовитого океана. К востоку от этого моря они положили на карту берега Восточно-Сибирского моря до устья Колымы и побережье за ней до Большого Баранова мыса. Были описаны большие участки нижнего, а иногда и среднего течения всех крупных рек бассейна Ледовитого океана к востоку от Печоры до Колымы включительно. Впервые сравнительно точно нанесены на карту Байдарацкая, Обская и Тазовская губы, Енисейский и Пясинский заливы и т. д. Также были собраны данные о климате, приливах и ледовом режиме обследованных морей, выявлены мели и скалы, представляющие опасность для судоходства, определены фарватеры, [9].

2.3 Секретная экспедиция В. Чичагова

В течение многих лет Ломоносов упорно настаивал  на посылке специальных научно-исследовательских  экспедиций для освоения Северного морского пути. А когда эти экспедиции были утверждены, помор-академик, заседая вместе с моряками в Адмиралтейств-коллегии, вникал в каждую мелочь их снаряжения.

В марте 1764 г. Ломоносов составил подробный план и маршрут плавания. Спустя год, в марте 1765 г., за месяц до своей смерти, накануне выхода в море первой экспедиции капитана бригадирского ранга Василия Яковлевича Чичагова, целью которой было пройти через Северный Ледовитый океан в Тихий, Ломоносов написал своеобразную инструкцию для отправляющейся в путь экспедиции. Академик хлопотал о том, чтобы каждый корабль получил необходимые физические и астрономические приборы и чтобы штурманы умели обращаться с ними. Многие мореходные инструменты он сам изготовлял в мастерских Академии наук. Ломоносовым были составлены особые формы корабельных и экспедиционных журналов, в частности метеорологический журнал.

Выдающийся  гидрограф вице-адмирал А.И.Нагаев составил для экспедиции Чичагова «Наставление мореплавателям», для ведения счисления и морской съемки, а академик С.Я.Румовский написал инструкцию “Способ находить длину места посредством луны” и вычислил таблицы расстояний луны от солнца для меридиана Петербурга.

Таким образом, благодаря стараниям Ломоносова экспедиция Чичагова в научном отношении была обеспечена так, как ни одна из прежде бывших русских и иностранных экспедиций. Впервые русские корабли могли во время плавания определять долготу места не только по счислению, но и инструментально по недавно перед этим разработанному способу лунных расстояний. Кроме того, не менее заботливо была подготовлена и материальная часть экспедиции.

В том же году в Архангельске специально для экспедиции были построены три судна, названные  по фамилиям их командиров: Чичагова, Панова и Бабаева. Суда эти были построены особенно прочно. Всего на них было 178 человек, в том числе взятые по совету Ломоносова три кормщика и двадцать шесть поморов-промышленников. Экспедиция была прекрасно снабжена провизией и одеждой. Все ее участники еще перед выходом в море получили всякого рода поощрения.

B 1765 г., через три недели после смерти Ломоносова, из Колы, где экспедиция провела зиму, она вышла в море. 3 августа на 80°26' с. ш. ее встретили непроходимые льды, суда повернули обратно и уже в конце августа вернулись в Архангельск. До этого в 1764 г. лейтенант Немтинов оставил на базе экспедиции в Клокбае партию Рындина и по условию должен был ее сменить в 1765 году.

Немтинов на пинке “Лапоминк”, выйдя из Архангельска в июле 1765г., почти целый месяц пытался войти в Клокбай, но из-за льдов не смог этого сделать. 15 августа на совете было решено вернуться в Архангельск. Таким образом, партия Рындина вынуждена была остаться на вторую зимовку. Между тем, несмотря на помощь, оказанную русскими поморами, во главе с Василием Бурковым, зимовавшими в тридцати верстах от зимовки Рындина, несколько человек заболело цингой. Чтобы сообщить о бедственном положении партии, кормщик Василий Меньшаков вышел 1 августа 1765 г. со Шпицбергена на промысловом карбасе. 13 сентября он прибыл в Архангельск.

Адмиралтейств-коллегия осталась крайне недовольна действиями Чичагова и приказала ему в 1766 г. опять идти в район к северо-западу от Шпицбергена и оттуда снова  пытаться пройти к Берингову проливу. Второе плавание Чичагова также было неудачно. 18 июля 1766 года на 80°30' с. ш. дальнейший путь на север преградили тяжелые льды и Чичагов повернул на юг. На обратном пути он зашел в Клокбай и взял на борт партию Рындина, из которой к этому времени восемь человек умерло. Одновременно с Чичаговым в Клокбай пришел и лейтенант Немтинов. 21 сентября Чичагов вернулся в Архангельск, снова не выполнив задачу.

С морской точки зрения обе экспедиции Чичагова были проведены безукоризненно. Три парусных корабля среди льдов, в штормах и туманах все время держались вместе, не теряя один другого из виду. Что же касается маршрута, предложенного Чичагову, то теперь мы твердо знаем, что задача, поставленная ему Ломоносовым, была невыполнима. Пройти через Северный Ледовитый океан не только на парусных судах, но даже на современных мощных ледоколах невозможно, [11].

ГЛАВА 3. АРКТИКА  В XIX – XX вв.

3.1 Исследования  Европейских северных земель

В XIX – XX вв. продолжилось изучение и открытие арктических земель. Начало всестороннему исследованию Шпицбергенского архипелага положили английские китоловы по фамилии Скорбси, сюда же можно отнести и шотландского спортсмена Джеймса Ламонта. А уже в 1861 г. Отто Торелль возглавил первую шведскую полярную экспедицию на Шпицберген. Важнейшим ее результатом была первая сравнительно точная опись больших участков наименее известных берегов Западного Шпицбергена и первое научное исследование Северо-Восточной Земли и Семи островов. Кроме того, было доказано, что Гольфстрим достигает северной окончености Шпицбергена. Летом 1863 г. норвежскому китобою Эллингу Карлсену удалось впервые обойти кругом весь архипелаг. Большая научная экспедиция принца Альберта Монакского летом 1906 г. провела комплексное изучение о. Западный Шпицберген. Успех этой экспедиции возбудил в Норвегии повышенный интерес к архипелагу. Правительство и частные лица давали средства для новых исследований. В 1907 и 1910 гг. Гуннар Исаксен, который был во главе норвежской экспедиции, положил на карту большую часть северо-западного выступа Шпицбергена.