История развития законодательства

Введение.

          Охрана  окружающей природной среды от  преступных посягательств и предупреждение  экологических преступлений - одна  из наиболее актуальных проблем  современности, входит в число  основных задач Уголовного кодекса  Российской Федерации. Научно-технический прогресс и усиление антропогенного давления на природную среду неизбежно приводят к обострению экологической ситуации: истощаются запасы природных ресурсов, загрязняется природная среда, утрачивается естественная связь между человеком и природой, теряются эстетические ценности, ухудшается физическое и нравственное здоровье людей, обостряется экономическая и политическая борьба за сырьевые рынки, жизненное пространство.

Одним из важнейших объектов природы является лес. Этот компонент окружающей среды заключает в себе огромный ресурсный потенциал и выполняет различные экологические, экономические, культурные и рекреационные функции. В Лесном кодексе Российской Федерации определение леса отсутствует, однако в статье 5 этого правового акта сказано, что использование, охрана, защита и воспроизводство лесов осуществляется исходя из понятия о лесе как об экологической системе или как о природном ресурсе.

В современный период в стране широкое распространение получило такое преступление как незаконная рубка лесных насаждений (статья 260 УК РФ). С начала XXI века в Российской Федерации лесное браконьерство как негативное социальное явление изменилось качественно. Незаконные рубки леса в значительно большем объеме стали осуществляться организованно, профессионально, с использованием современных технических средств. Эти преступные посягательства представляют угрозу национальной безопасности, как в экологическом, так и в экономическом отношениях.

Нелегальная заготовка и контрабандный вывоз леса из России приняли столь огромные масштабы, что это предопределило возникновение уникального транснационального экономического феномена. Сопредельные государства, например, такие как Финляндия, Эстония, Китай практически прекратили вырубку собственного леса, рассчитывая на более дешевое сырье у нас в стране, невзирая на его криминальное происхождение.

Анализ состояния и динамики нарушений лесного законодательства с начала XXI века показывает, что объемы незаконных рубок леса в стране составляют более 30%, а в некоторых районах - до 70% от общего количества всей вырубаемой древесины. В отдельных, «лесных» регионах Российской Федерации (Амурская, Архангельская, Иркутская, Кировская, Тверская, Ярославская области и др.) доля незаконной рубки лесных насаждений составляет до 95% в структуре всех экологических преступлений.

       В связи с  этим, государство вынужденно использовать  для предотвращения этих негативных  последствий, один из самых строгих  рычагов воздействия на неправомерное  поведение человека – уголовную  ответственность.

Глава 1. История развития законодательства.

  1.1 Развитие Российского законодательства об уголовной ответственности за посягательства на леса

При решении проблемы уголовно-правовой охраны окружающей природной среды необходимо учитывать развитие уголовного законодательства, условия его формирования, тенденции и перспективы.

В России первые правовые нормы природоохранительного характера связывались с защитой частновладельческих прав на природные ресурсы. Законодательство России XV-XVI веков охраняло природные объекты великокняжеских, монастырских и общинных владений от посягательств на них со стороны иных лиц. Уголовное право в России как система стало формироваться с конца XVII века в Уложении 1649 г. Охрана природной среды нашла отражение в разделе об ответственности за имущественные преступления, и касалась она в основном вопросов ограничения охоты и охраны лесов.

При Петре I также принимались меры по охране животных - объектов охоты. Особой охране подлежали лоси. С представителей высших сословий за незаконную охоту на лосей взыскивали штраф 100 руб., а людям низших сословий грозило "наказание жестокое без всякой пощады" и "ссылка в Азов с женами и детьми на вечное житье". Указом 1704 г. запрещалось ловить рыбу переметами, поскольку этот способ массового лова препятствовал не только "великой", но и "малой" рыбе пройти к местам нереста.

По Указу царя от 1678 г. за порубку леса в заповедных засечных лесах с виновных взимался штраф: "За проложенную дорогу в лесу и за высечку дерева с гранью - 10 руб., а за проложенную стежку и за высеченное дерево без грани - 5 руб." Кроме того, виновный подвергался "битью кнутом в городах в торговые дни при многих людях...". За повторную порубку деревьев предусматривалась смертная казнь. Петр I объявлял некоторые леса заповедными, невзирая на принадлежность лесных угодий (казенные, помещичьи, монастырские). За порубку заповедных лесов виновные подвергались штрафу в 10 руб., а за "многую заповедных лесов посечку" - смертной казни. За умышленный поджог леса в качестве наказания определялась смертная казнь. В 1724 г. в дополнениях к указанному предписывалось виновных в порубке леса валодмейстеров (управляющих лесами) и сторожей наказывать кнутом и, вырезав ноздри, ссылать вечно на каторжные работы. Многие статьи Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. предусматривали ответственность чиновников лесного хозяйства и служащих за разрешение самовольной порубки леса или за участие в таких деяниях (штрафы, заключение в тюрьму, ссылка в Сибирь). Однако и эти меры не могли остановить интенсивное истребление лесов. Согласно отчету Министерства юстиции за 1860 г. за незаконную порубку казенных лесов было предъявлено обвинение 17 641 человеку, что составляло 25% от общего числа всех обвиняемых за различные преступления (72 489). 5 виновных были приговорены к ссылке и 34 - направлены в арестантские роты. 1

Несмотря на наличие в законодательстве России XVII-XIX веков некоторых природоохранительных уголовно-правовых норм в целом развитие их существенно отставало от развития законодательства об охране и использовании природных ресурсов. Только в петровский период было принято 60 указов об охране природы, в постпетровский период - более 140 законов, а в период александровских и предреформенных преобразований - более 300 законов.2 Однако законотворческая деятельность не соответствовала практике применения закона, поскольку казенные ведомства, крупные частные промышленники не были заинтересованы в его реализации, так как оно лишало бы их основных доходов. Гарантией соблюдения норм природоохранительного законодательства было бы установление уголовной ответственности за наиболее опасные его нарушения. Вялотекущий процесс реализации уголовно-правовых установлений и запретов затянулся более чем на 100 лет, механизм применения уголовно-правовых норм об охране природы, как будет показано, до настоящего времени работает не эффективно, зачастую вхолостую.

Процесс создания советского уголовного законодательства об охране природы берет свое начало с принятого на Втором съезде советов Декрета о земле, заложившего основы природопользования в стране. Первоначально в сферу уголовно-правовой охраны попали те ресурсы, которые в условиях гражданской войны и разрухи стали объектом наиболее интенсивного разграбления: леса и животный мир.

Для защиты лесов общегосударственного значения уже в 1917 г. был принят Декрет, объявивший преступными лесопорубки без надлежащего разрешения. В 1918 г. была издана норма, устанавливающая ответственность за нарушения порядка производства лесных заготовок.

Совет Труда и Обороны в 1920 г. принял Постановление "О борьбе с лесными пожарами", предусмотревшее отдачу под Суд военного трибунала лиц, умышленно или по неосторожности вызвавших лесной пожар.

Уголовная ответственность за посягательства на фауну основывалась на Декрете СНК "О сроках охоты и праве на охотничье оружие" и Декрете об охоте.

Процессу создания и развития уголовного законодательства об охране природы были присущи все противоречия становления советского законодательства в этот период: неустойчивость возникающих отношений, отсутствие опыта законодательной деятельности, отсутствие общих теоретических представлений о путях развития права при необходимости ломки дореволюционного законодательства. Право издавать законы, в том числе уголовно-правового характера, принадлежало как органам общего управления и общей компетенции, так и отдельным наркоматам и ведомствам. Более 50% деяний в сфере трудовых отношений и около 70% деяний иного характера объявлялись преступными органами ВЦИК и СНК.

Руководящие начала по уголовному праву 1919 г. так характеризовали этот период свободного революционного правотворчества: "Без особых правил, без кодексов вооруженный народ справлялся и справляется со своими угнетателями. В процессе борьбы со своими классовыми врагами пролетариат применяет их на первых порах без особой системы, от случая к случаю, неорганизованно".

Не было какого-либо подобия системы, отвечающей традиционным представлениям о нормах права, и в уголовном законодательстве об ответственности за посягательства в сфере охраны ресурсов природы. Уголовно-правовые нормы содержались в актах административно-правового характера, направленных на организацию пользования природоресурсами, например в указанном Декрете СНК об охране ресурсов зоны Арктики. В качестве критерия криминализации деяния выступало нарушение правомочий государства на пользование природными ресурсами. Этим определялась общественная опасность деяния. Характер и степень ее, как правило, не зависели от размеров причиненного природе ущерба и экологических свойств элемента природной среды.

Дальнейшее послеоктябрьское развитие уголовного природоохранительного законодательства было связано с его кодификацией. Немаловажную роль сыграла отмена многих чрезвычайных мер и введение НЭПа, переход от сугубо административных мер управления социальными процессами к применению некоторых экономических методов. Так, устранялись абсолютные ограничения на производство охоты в ряде регионов. Позднее был разрешен лов рыбы для собственного потребления гражданами. Однако эти меры не улучшили состояние охраны природных ресурсов. В одной из докладных записок "О нуждах охраны природы в РСФСР" Государственного комитета по охране памятников природы, направленной во ВЦИК, подчеркивалось, что дело охраны природы в РСФСР находится в самом критическом положении. В докладной записке по охране памятников природы от 30 июля 1922 г. указывалось, что "отовсюду приходят вести о беспорядочном истреблении дичи, грозит исчезновением такой драгоценный пушной зверь, как соболь, выбиваются последние остатки бобра. Из разных мест Республики приходят вести об опустошении, производимом беспорядочной порубкой леса".

С учетом сложившегося положения в УК 1922 г. была закреплена уголовная ответственность за нарушение правил охраны природы. Она предусматривалась в одной статье, но за три вида преступных посягательств: несоблюдение соответствующих законов и постановлений, принятых в целях сбережения лесов; охоту в недозволенном месте, в недозволенное время, недозволенными орудиями, способами и приемами; разработку недр с нарушением установленных правил (ст. 99). Поскольку вопрос о систематизации уголовно-правовых природоохранительных норм в те годы не возникал, особенностью УК РСФСР 1922 г., сохранившейся до принятия в 1996 г. УК Российской Федерации, явилось то, что некоторые нормы об охране природы помещались в статьи, посвященные в целом охране иных социальных ценностей.

В первоначальной редакции УК 1926 г. были предусмотрены те же составы преступления: ст. 85 - охрана лесов, ст. 87 - охрана недр, ст. 86 воспроизводила ст. 99-а УК 1925 г. За период действия эти статьи неоднократно подвергались изменениям. До 30-х годов в уголовном кодифицированном законодательстве преобладала тенденция смягчения общих положений, определяющих преступность и наказуемость. Начиная с 30-х годов в нормах как Общей, так и Особенной частей стали отчетливо проявляться признаки расширения сферы преступного и усиления ответственности.

Такое понимание задач уголовной политики обусловливалось ошибочным представлением правительственной элиты государства об обострении классовой борьбы по мере развития социализма и необходимости усиления репрессий.

В сфере ответственности за нарушение правил природопользования в основном изменения коснулись ответственности за лесонарушения. Причем усиление ее было связано не столько с изменением редакции ст. 85 УК, сколько с квалификацией умышленного уничтожения или повреждения леса и лесных насаждений путем поджога, порубки леса, совершаемой "в организованном порядке" или "с контрреволюционным умыслом для подрыва общественной социалистической собственности или классово враждебными элементами" по Закону "Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной собственности" от 7 августа 1932 г. Вновь была введена уголовная ответственность за незаконную охоту (ст. 88.1 УК).

Постановлением СНК СССР "Об охране территории СССР от заноса и распространения сельскохозяйственных и лесных вредителей" от 29 ноября 1934 г. впервые была установлена уголовная ответственность за злостное нарушение изданных Наркомземом СССР правил по внутреннему и внешнему карантину растений. Однако действовавший в то время УК не был дополнен специальной статьей об ответственности за эти нарушения. Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 28 декабря 1934 г. было разъяснено, что злостное нарушение названных правил должностными лицами следует квалифицировать по статьям о должностных преступлениях, а частным лицом по аналогии - по статьям об умышленном уничтожении и повреждении государственного и общественного имущества. По статьям о должностных преступлениях предписывалось квалифицировать действия должностных лиц, нарушающих предписания о сохранении чистоты вод и воздуха. Ответственности частных лиц за эти деяния не предусматривалось.3

Дальнейшее развитие уголовного законодательства об охране природы связано с принятием новых уголовных кодексов республик СССР в 1959-1961 гг.

Уголовный кодекс РСФСР был принят в 1960 г. Вначале он содержал 12 норм об ответственности за посягательства, которые могли затрагивать отношения по охране природной среды. Это нарушение ветеринарных правил (ст. 160 УК), нарушение правил, установленных для борьбы с болезнями и вредителями растений (ст. 161), незаконное занятие рыбным и другими водными добывающими промыслами (ст. 163), незаконный промысел котиков и морских бобров (ст. 164), производство лесосплава и взрывных работ с нарушением правил охраны рыбных запасов (ст. 165), незаконная охота (ст. 166), незаконная разработка недр (ст. 167), незаконная порубка леса (ст. 169), умышленное причинение вреда природным объектам, взятым под охрану государством (ст. 230), умышленное уничтожение или существенное повреждение лесных массивов путем поджога (ч. 2 ст. 98), уничтожение или повреждение лесных массивов в результате небрежного обращения с огнем или источниками повышенной опасности (ст. 99), загрязнение водоемов и воздуха (ст. 223 УК). По сравнению с УК 1926 г. УК РСФСР 1960 г. дополнился четырьмя нормами, содержащими составы загрязнения водоемов и воздуха, производства лесосплава и взрывных работ с нарушением правил охраны рыбных запасов, причинения вреда природным объектам, взятым под охрану государства, и незаконной разработки недр.

Был принят Закон "Об охране природы в РСФСР", который определил основные направления государственной политики в сфере природопользования. Однако он не вышел на необходимое для того периода понимание характера экологических проблем и последствий негативного воздействия НТР на природу. Опасность экологических нарушений рассматривалась, прежде всего, с точки зрения экономических потерь от нерационального природопользования. В преамбуле Закона указывалось, что "природа, ее ресурсы в советском государстве составляют естественную основу развития народного хозяйства, служат источником непрерывного роста материальных и культурных ценностей, обеспечивают наилучшие условия труда и отдыха населения".

Поскольку очень многие предприятия в рассматриваемый период не оснащались очистными сооружениями, а интересы выполнения производственных планов доминировали над интересами защиты природы, ст. 223 УК РСФСР практически не применялась. Например, в 1963 г. по ней были осуждены 5, в 1965 - 5, в 1966 - 10, в 1967 - 12 человек.

Между тем уже в 1962 г. на специальной сессии ООН было обращено внимание на угрожающие для человечества масштабы антропогенного воздействия на окружающую среду. Для решения вопросов охраны природы от загрязнения на международном уровне и координации усилий государств в деле охраны природы была создана в рамках ООН международная организация (ЮНЕП). В рассматриваемый период наряду с расширением сферы преступного вновь отмечается общая тенденция к сужению объема принуждения, к смягчению его форм, к усилению воспитательной работы и все более широкому использованию силы общественности.4 Естественно, она коснулась и преступлений против природы. Наиболее ярко тенденция на ограничение уголовной репрессии проявилась в сфере борьбы с лесонарушениями. Из числа многих лесонарушений, наказуемых по ст. 85 УК 1926 г., в УК 1960 г. осталась уголовно наказуемой только порубка леса, да и та наступала после применения мер административного или общественного воздействия.

Однако после этого лесонарушения стали массовым явлением. В некоторых регионах дела о них составляли до 25% всех гражданских дел. Поэтому уже в 1962 г. законодатель дважды расширил рамки ст. 169 УК.

Был увеличен объем криминализации в ст. 163 УК РСФСР (она стала предусматривать ответственность за незаконную добычу водных животных не только в водоемах, имеющих общегосударственное значение, но и в любых реках, озерах и т.п.), но сужен в ст. 166 УК, которая в отличие от ст. 86.1 УК 1926 г. установила ответственность лишь за повторное (после наложения административного взыскания) нарушение. В ч. 2 ст. 166 указывалось на характер причиняемого вреда (крупный ущерб) и особые свойства животного (особо охраняемые). В 1972 г. круг признаков, отягчающих ответственность, был расширен указанием на место (заповедник) и способ (с использованием автомототранспортных средств) охоты.

В период с 1980 по 1991 г. существенных изменений в содержании рассматриваемых норм в УК РСФСР и в УК других республик не произошло. Изменилось содержание лишь одной статьи (ст. 169 УК РСФСР). По прежней редакции нельзя было привлечь лицо к ответственности за порубку кустарников. Это было явным пробелом в законодательстве, поскольку порубка кустарников может причинить вред не меньший, чем порубка деревьев. В части первой ст. 169 УК было дано более точное определение лесов первой группы. Вторая часть статьи была изменена как в отношении диспозиции, так и в отношении санкции. Из диспозиции исключена незаконная порубка в виде промысла, но введено понятие систематичности.

За рассматриваемый период (в 1988 г.) в УК РСФСР была принята одна новая статья, содержание которой в какой-то мере связано с охраной природы, - это ст. 230, устанавливающая ответственность за жестокое обращение с животными.

С провозглашением в декабре 1991 г. России суверенным государством начался процесс интенсивного обновления всех отраслей права, в том числе в сфере охраны природы. 19 декабря 1991 г. был принят Закон РСФСР "Об охране окружающей природной среды", задуманный как комплексный, головной нормативный акт прямого действия. В ст. 85 Закона сформулировано определение экологического преступления. По сути, он играл и играет до сих пор роль Основ экологического законодательства Российской Федерации. До принятия конкретных законов природоохранительного и природоресурсного характера Российской Федерацией и ее субъектами регулирование природопользования и охраны окружающей природной среды практически осуществлялось на основе многочисленных, зачастую рассогласованных и несовершенных ведомственных нормативных актов. Уголовно-правовые нормы экологического характера до принятия в 1996 г. нового УК Российской Федерации существенных изменений не претерпели. В 1992 г. в УК были изменены санкции статей, содержащие штраф как вид наказания. Установлены его размеры, кратные минимальной оплате труда, определяемой законодательством РФ, или размеру заработка (дохода) за определенный период. В 1994 г. в ст. 149 УК включена норма об ответственности за загрязнение лесов.

Реформа, как уголовного, так и иных отраслей права оказалась далеко не простым делом. На ее ходе сказались утверждение новых политических режимов после разрушения СССР; недолгая эйфория, последовавшая за этим; социальные конфликты; этническая рознь; экономические трудности; рост преступности; коррупция в органах власти; беспощадная борьба за собственность и власть; идеологический, духовный, экологический и ряд других кризисов, которые все еще не может преодолеть общество. Все явственнее стали обозначаться признаки моральной деградации отдельных слоев населения, воспринявших демократические свободы как вседозволенность. Пренебрежение к закону и нравственности, гражданскому долгу, общественной дисциплине породило ряд негативных явлений, способных отбросить страну за черту цивилизации. В этой обстановке требуется, помимо призывов к консолидации сил, создание условий нормального функционирования и экономического обеспечения государственных и межгосударственных механизмов, способных обеспечить стабилизацию социальных процессов. В числе этих механизмов важнейшее значение имеют правовые формы и деятельность тех институтов государства, которые их реализуют, обеспечивая законность и правопорядок.

Наконец, в 1996 г. был принят вошедший в законную силу с 1 января 1997 г. новый УК РФ. Появление в УК главы 26 УК РФ "Экологические преступления", следует считать важным шагом по совершенствованию правовой охраны природной среды. Ее введение является одной из новелл УК. С позиции правовой науки и правоохранительной практики уголовно наказуемые деяния в сфере экологии имеют свои специфические родовые и видовые особенности, позволяющие определить их как самостоятельную группу преступлений. Именно поэтому выделение в специальную главу Уголовного кодекса экологических преступлений следует оценивать как весьма плодотворное достижение в области совершенствования уголовно-правового регулирования охраны природной среды и повышения ответственности за вред, причиняемый естественной основе существования человека. В специальной главе об экологических преступлениях действующего УК РФ содержится 17 статей. В нем предусмотрена также ответственность за экоцид (ст. 358), уничтожение или повреждение природных комплексов или объектов, взятых под охрану государства (ст. 243), жестокое обращение с животными (ст. 245 УК). Эти составы преступлений размещены в других главах УК, но они устанавливают ответственность за деяния, сопряженные с причинением вреда природной среде. Экологические отношения выступают здесь дополнительным объектом посягательства. Новый УК ориентирован на признание окружающей природной среды биологической основой жизни, здоровья, деятельности человека. С этих позиций в теоретическом аспекте экологические преступления есть, по сути, преступления против человека и всего живого на Земле путем воздействия на среду обитания. Существенно меняются и представления об общественной опасности данных преступлений, тогда как ранее их относили к разряду малозначительных, второстепенных, сил и средств на борьбу с ними выделялось мало, в государственных программах борьбы с преступностью они не значились.

Таким образом, появилось, наконец, четкое определение в законе круга экологических преступлений, позволяющих выстроить их систему, и узаконено само название этих посягательств, прежде вызывавшее споры. Суть, однако, не в том. Главное - изменился подход к общественной и правовой оценке экологических правонарушений, особенно преступлений.

Глава 2. Характеристика состава преступления, предусмотренного ст. 260 УК РФ.

2.1 Объект преступления.

Юридическая ответственность за экологические правонарушения и преступления - есть лишь одна из форм обеспечения экологической безопасности населения, охраны природной среды и рационального использования ее ресурсов. Она осуществляется наряду с экономическими, политическими, нравственно-воспитательными, образовательными мерами, мерами по возмещению причиненного природе или здоровью человека вреда и иными

В комплексном виде законодательное закрепление ответственности по экологическому праву произведено в статье 81 Закона РСФСР от 19 декабря 1991 г. "Об охране окружающей природной среды"

Она предусматривает, что за экологические правонарушения должностные лица и граждане несут дисциплинарную, материальную, административную, гражданско-правовую либо уголовную ответственность, а предприятия, учреждения, организации - административную и гражданско-правовую в соответствии с названным законом и иными законодательными актами Российской Федерации и ее субъектов.5

Введение специальной главы об ответственности за экологические преступления является одной из новелл нового УК РФ. В прежнем УК было более десятка норм об охране природы, но содержались они в различных главах, в основном среди норм о хозяйственных преступлениях. Ныне в рассматриваемой главе семнадцать статей. Предусмотрена ответственность за экоцид (ст. 358 УК), уничтожение или повреждение природных комплексов или объектов, взятых под охрану государства (ст.243 УК), сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни или здоровья людей либо окружающей среды (ст.237 УК). Эти составы преступлений размещены в других главах УК, но они устанавливают ответственность за деяния также сопряженные с причинением вреда природной среде. Таким образом, появилось, наконец, четкое определение в законе круга экологических преступлений, позволяющее выстроить их в систему, и узаконено само название этих посягательств, прежде вызывавшее споры. Суть, однако, не в этом. Главное - изменился подход к общественной и правовой гонке экологических правонарушений и преступлений.

Прежнее уголовное экологическое законодательство в основном было ориентировано на то, чтобы пресечь расхищение природных ресурсов. Оно рассматривало природную среду как своеобразную "кладовку" природных богатств, отражало безнадежно устаревшую концепцию приоритета экономических интересов перед экологическими и интересами охраны прав человека на жизнь в благоприятных природных условиях. Игнорировало оно и особую важность защиты здоровья человека, экологического благополучия населения при решении хозяйственных, военных, научных и иных проблем.

В новом УК содержание главы "Экологические преступления", как и других, приводится в соответствие с иерархией социальных ценностей, принятых в правовом демократическом государстве (личность, общество, государство), общепринятыми международными нормами и требованиями борьбы с современными формами и видами экологической преступности. УК ориентирован на признание окружающей природной среды биологической основой жизни, здоровья, деятельности человека. С этих позиций экологические преступления есть по сути преступления против человека и всего живого на земле путем воздействия на среду обитания. Существенно меняются и представления об общественной опасности данных преступлений, тогда как до сих пор они относились к разряду малозначительных, второстепенных, сил и средств на борьбу с ними выделялось мало, в государственных программах борьбы с преступностью они не значились.6

Отношения по поводу использования и охраны лесов регулируются Федеральным законом "Об охране окружающей среды" от 10 января 2002 г., Лесным кодексом Российской Федерации от 29 января 1997 г., правовыми актами Правительства РФ, субъектов РФ и органов местного самоуправления, принятыми в пределах их компетенции, а также земельным законодательством. Отношения в области использования, охраны, воспроизводства древесно-кустарниковой растительности, не входящей в лесной фонд и в леса, не включенные в лесной фонд, регулируются помимо названных актов также гражданским и водным законодательством (ст. 5 Лесного кодекса РФ).7

Под лесом понимается совокупность плотнорастущих деревьев и древесно-кустарниковой растительности на определенной земельной площади. Лесной фонд состоит из лесов и предоставленных для ведения лесного хозяйства земель лесного фонда, не покрытых растительностью. Исходя из природоохранного, экологического, экономического и социального значения лесного фонда, его местоположения, производится деление лесного фонда на первую, вторую и третью группы. Леса первой группы, в свою очередь, делятся на категории защитности, а леса третьей группы - на освоенные и резервные. К первой группе относятся леса, выполняющие защитные функции, и леса особо охраняемых территорий. В лесах этой группы, как правило, допускается лишь санитарная рубка деревьев и кустарников и рубки ухода. В частности, к лесам первой группы и особо защитным участкам лесов всех групп относятся: водоохранные защитные полосы по берегам водных объектов; защитные противоэрозийные леса, защитные полосы вдоль железных и автомобильных дорог, леса в пустынных, полупустынных, степных, лесостепных и малолесных горных районах, лесопарки, зеленые зоны вокруг городов и населенных пунктов; леса первого и второго поясов зон санитарной охраны источников водоснабжения, курортные леса; леса особо охраняемых природных территорий - особо ценные лесные массивы в лесах любой категории, памятники природы, леса, имеющие научное или историческое значение, орехопромысловые зоны, лесоплодовые насаждения и притундровые леса; леса природно-заповедного фонда - заповедников, заповедных лесных участков, заказников, национальных природных парков. Особо защитные участки леса с ограниченным режимом лесопользования выделяются государственным органом управления лесным хозяйством Федерации на основании материалов лесоустройства или специальных обследований, согласованных с государственными органами охраны окружающей природной среды, и утверждаются органами исполнительной власти субъектов Федерации. На этих участках может быть полностью или частично запрещено применение сплошно-лесосечных рубок, а в необходимых случаях и применение других рубок. Решение о запрещении рубок принимается соответствующими органами государственной власти субъектов Федерации по предложению государственных органов управления лесным хозяйством. Леса второй группы помимо защитных функций имеют ограниченное эксплуатационное значение. К третьей группе отнесены леса многолесных районов страны, имеющие в основном эксплуатационное значение. Кроме перечисленных групп лесов имеются насаждения, не входящие в лесной фонд: лесные насаждения и другая древесная и кустарниковая растительность на землях обороны и городских поселений (городские леса). Использование указанных насаждений, уход за ними, их охрана регулируются ст. 10-12 и гл.10 Лесного кодекса РФ. В лесной фонд и в леса, не входящие в лесной фонд, не включается древесно-кустарниковая растительность, расположенная на землях сельскохозяйственного назначения, в том числе для садоводства и личного подсобного хозяйства; землях транспорта (полосы отвода); землях населенных пунктов, в том числе предоставленных для дачного, жилищного и иного строительства (за исключением городских лесов); землях водного фонда (полосах отвода каналов); землях иных категорий (ст. 11 Лесного кодекса РФ).8