История российской адвокатуры

Северо – Кавказский филиал

Федеральное государственное  бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального  образования

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ ПРАВОСУДИЯ»

ФАКУЛЬТЕТ ПОДГОТОВКИ СПЕЦИАЛИСТОВ

ДЛЯ СУДЕБНОЙ СИСТЕМЫ

(ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ)

по дисциплине: История государства и права в России.

История российской адвокатуры

Выполнила:

   Студентка 1 курса 101 группы

        Очной формы обучения

Казакова Юлия Васильевна

Научный руководитель:

к.и.н., доцент

Линько Виталий  Васильевич

Дата представления работы 

«___»________________20   г. 

Краснодар 2013

Оглавление

Введение…………………………………………………………………...........………3

1. Исторические аспекты становления института адвокатуры в России ……..……5

1.1. Понятие адвокатуры, ее значение …………….……..………….….…...………..5

1.2. Адвокатура дореформенного периода………….……….....………………..……6

1.3. Надзор за деятельностью адвокатов.………...………………………………….11

1.4. Адвокатура Советского периода…………………………………………...……15

2. Адвокатская деятельности и адвокатура в Российской Федерации…….…...….22

2.1. Статус современной адвокатуры …………………………..…….…..………….25

2.2. Права и обязанности адвоката …………….…………………………………….20

Заключение…………………………………………………………………………….27

Список использованной литературы……………………………  …………………..29

Введение.

Говорят, что на ошибках  учатся. И оглядываясь назад, я  думаю, можно будет впредь избегать и множество неверно сделанных  шагов, и принять во внимание положительные  примеры прошлого. Это необходимо особенно сейчас, когда в судьбе адвокатуры наступает новый поворот, когда она пытается встать на одну ступень с западными адвокатами, стать полноценным звеном в цепи государство-общество. Вся история  адвокатуры, от далекого дореформенного периода и до наших дней, раскрывает перед нами все сложности пути России в ее социальных и правовых исканиях.

С момента зарождения в  России института адвокатуры, отношение  к нему и органов государственной  власти, и общества в целом, постоянно  менялось. Но никогда равнодушным  к себе общественное мнение адвокатура не оставляла, напротив, она вызывала живейший интерес, хотя практически  никогда стоящие перед современными адвокатами проблемы не были обществу понятны. Но это не было единственной трудностью адвокатуры. Ведь было еще  то, что власть в России питала против адвокатуры какое-то неодолимое предубеждение.

Адвокатура известна Российскому  праву чуть более века. Ее история  показывает, что на протяжении долгого  времени значение адвокатуры принижалось, и долгое время адвокатура не могла  найти должного законодательного регулирования. Но быть может, сейчас наступило то время, когда можно сказать, что  адвокатура обрела надлежащее правовое урегулирование?

Есть, как минимум, две  причины, почему для нас интересна  история становления адвокатуры в России. Первая - многие институты  дореволюционной адвокатуры сохранились  в последующих периодах правового  реформирования в советский и  постсоветский периоды. Вторая - сегодня, адвокат стал ключевой фигурой судебной системы, поскольку с одной стороны, именно он пользуется большим доверием общественного мнения, нежели судья  или прокурор, и с другой стороны, с введением суда присяжных и арбитражных судов роль адвоката реально неизменно возросла.

Адвокат (от латинского слова  «advocatus» - призывать на помощь). Юрист, отстаивающий интересы обвиняемого в суде. Согласно Статье 2 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»: «Адвокатом является лицо, получившее в установленном настоящим Федеральным законом порядке статус адвоката и право осуществлять адвокатскую деятельность». Современное Российское государство находится на этапе формирования нового правового обоснования деятельности адвокатуры, которая за время своего существования приобрела огромную значимость. Наличие в государстве лиц, способных грамотно и квалифицированно оказать юридическую помощь является залогом демократического развития общества в целом. Адвокатура известна Российскому праву чуть более века. Ее история показывает, что на протяжении долгого времени значение адвокатуры принижалось, и долгое время адвокатура не могла найти должного законодательного регулирования. Актуальность исследования настоящей курсовой работы обусловлена рядом обстоятельств: 31 мая 2002 г. был принят Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Принятию закона предшествовали бурные дискуссии и споры о его содержании. Одни эксперты связывали с принятием Закона «Об адвокатуре» решение всех накопившихся проблем. Так, Г. Резник отмечал, что Закон об адвокатуре должен покончить с вакханалией в адвокатском сообществе. Другие эксперты отмечали, что проект закона об адвокатуре разрушает ее до основания, что, проект закона об адвокатуре ущемляет права граждан России.

1. Исторические  аспекты становления института  адвокатуры в России.

1.1. Понятие адвокатуры, ее значение.

Под адвокатурой принято  понимать совокупность юристов-профессионалов, объединенных в коллегии адвокатов  и имеющих задачей оказание юридической  помощи физическим и юридическим  лицам, включающей участие в различных  видах судопроизводства, разъяснение  правовых вопросов, подготовку юридических  документов (заявлений, жалоб, договоров  и т.п.)7. Функционирование адвокатуры является основным способом Обеспечения  положения ст. 48 Конституции РФ, ч. 1, которая гласит: «Каждому гарантируется  право на получение квалифицированной  юридической помощи». Поскольку  коллегии адвокатов являются практически  единственной формой объединения лиц, оказывающих профессиональную юридическую  помощь, адвокатура как институт отождествляется  именно с ними. В Федеральном Законе «Об адвокатуре в Российской Федерации» коллегия адвокатов определена как  «некоммерческое, самоуправляемое  профессиональное объединение, основанное на индивидуальном членстве лиц, занимающихся адвокатской деятельностью». Это  определение подчеркивает самостоятельность  адвокатских объединений, их независимость  от органов государственного управления. Указание на некоммерческий характер означает, что адвокатура не ставит целью извлечение прибыли. Гонорары, поступающие в коллегию за оказание правовой помощи адвокатами, используются для оплаты их труда, содержания технического аппарата, на хозяйственно-канцелярские расходы, а также для отчислений в страховые и пенсионные фонды. К принципам деятельности адвокатуры, помимо ее независимости и самоуправления, относят добровольность вступления в ее ряды, законность деятельности, гуманизм, соблюдение нравственных начал  профессии. Из этих принципов, содержание которых достаточно очевидно, в особом разъяснении нуждается принцип  законности. Строгое следование требованиям  закона - обязательное условие деятельности адвоката и адвокатуры. Это означает, что адвокат призван защищать подлинные (а не мнимые) права лица, не любые его интересы, а только законные. Средства и методы защиты должны быть основаны на законе. Адвокат не вправе в интересах клиента представлять правоохранительным органам подложные документы, сфальсифицированные доказательства, воздействовать на свидетелей и потерпевших, дабы склонить их к отступлению от правды и даче ложных показаний и т.п. Это значит, что адвокат не слуга клиента, он самостоятелен в выборе правовой позиции и средств защиты, при неизменном условии - не вредить клиенту, всегда оставаться защитником его законных интересов (но не ложных притязаний). Содержащееся в Положении об адвокатуре РСФСР от 20.11.1980 г. в числе задач адвокатуры «содействие осуществлению правосудия» требует пояснений. Функция адвоката односторонняя. Реализуя ее, адвокат, естественно, объективно содействует осуществлению правосудия. Но это - не главная его задача, и он не может предавать клиента ради «торжества правосудия». Существенно изменилось в годы реформ представление о «государственном руководстве адвокатурой». Практически не применяются статьи Положения об адвокатуре РСФСР», в которых говорится о государственном контроле. Численный состав, штаты, смета доходов и расходов коллегии адвокатов не утверждаются ныне исполнительными органами субъектов федерации. Ограничены функции Минюста по установлению правил оплаты труда адвокатов, поскольку при наличии соглашения адвоката с клиентом ставка гонорара определяется ими самими. Минюст не заслушивает отчеты Председателей коллегий адвокатов и т.д. То есть в результате ведущейся в стране судебно-правовой реформы адвокатура постепенно обретает независимость, а принцип самоуправления в адвокатских коллективах обретает реальное содержание. Эти достижения носят характер практических завоеваний адвокатуры. Юридическое оформление они получили в Федеральном Законе «Об адвокатуре в Российской Федерации».

1.2.  Адвокатура дореформенного периода.

Чтобы понять все трудности  на пути становления русской адвокатуры в первую очередь необходимо вспомнить, что же было в России до судебной реформы 1864 года.

Оглядываясь, в дореформенный  период истории российской адвокатуры нам раскрывается вся безотрадность  организации судебного представительства  того времени. Чем же было это прошлое, и действительно ли в последствии с появлением «маленькой общины» прежний режим сгинул весь, без остатка? Ответить на эти вопросы будет не трудно, ведь законы того времени отличаются чрезвычайной краткостью в отношении судебного представительства.

И еще до этих судебных реформ роль адвокатов выполняли ходатаи  по чужим делам, стряпчие, которые  оставили о себе весьма неблагоприятные  воспоминания. Они находились в полной зависимости от судей и практически  не имели никаких прав. Более того, по Уложению 1649 г. ходатаи могли быть подвергнуты телесному наказанию  и даже тюремному заключению, а  после троекратного осуждения лишались права ходатайствовать по чужим  делам.

По системе, установленной  Указом от 5 ноября 1723 г., как и ранее, "тяжущиеся" (т.е. граждане) дела готовились не стряпчими, а государственными чиновниками. "Тяжущиеся" стороны должны были только представлять свои прошения, документы  и доказательства, после чего суд  объяснял дело и управлял его ходом  до окончательного решения.

Задача стряпчего, формальное участие которого в то время сводилось  к сбору и составлению бумаг, заключалась в стремлении запутать дело, затянуть его рассмотрение, воздействуя  закулисными средствами на всемогущую неповоротливую судебную канцелярию. Граждане, собственно, для этого  и обращались к стряпчему. И только с такой позиции оценивались  его знания и деловые способности.

В 1775 г. Екатерина II подписала  указ "Учреждения о губерниях". По нему стряпчие являлись помощниками  прокурора и защитниками казенных интересов. Каких-либо требований в  виде образовательного или нравственного  ценза к стряпчим не предъявлялось. Не существовало и внутренней организации.

Прогрессивно настроенные  люди тогдашней России понимали ненормальность сложившегося положения. Ими предпринимались  определенные попытки хоть как-то урегулировать правозаступничество. Так, Высочайше утвержденный 14 декабря 1797 г. доклад Правительствующего Сената по ситуации в Литовской губернии констатировал, что люди в судах по делам ходящие злоупотребляют знанием законов и прав тамошних. Вместо того чтобы помогать тяжущимся в получении, а судам в отдании справедливости, часто умножают только ябеды, распри, ссоры и бывают причиной вражды и разорения фамилий.

Чтобы бороться с этими  явлениями, в докладе был увеличен сословный и имущественный ценз адвокатов. Адвокат должен был быть дворянином и иметь свои деревни  в данном повете или, по меньшей мере, в Литовской губернии.

Предусматривался ряд  оснований, влекущих отрешение от стряпчества, среди которых упоминались и  такие, как если стряпчий предстанет перед судом пьяный или, проведя  время в пьянстве, пренебрежет  тяжбу или будет изобличен  в картежной игре, и др.

Комиссия по составлению  законов 1820 г. также весьма негативно  характеризовала стряпчих. Она отмечала, что в России те, кои носят имя  стряпчих, находятся в таком неуважении, какого большая часть из них действительно  заслуживает, судя по примерам, как  некоторые из них исполняют принятые на себя обязанности, о чем могут  засвидетельствовать самые присутственные места. Никто не может с благонадежностью вверить им попечение о своих  выгодах и положиться на них. Случалось, что они помогали той или другой стороне, затягивали и запутывали дела, и вместо того, чтобы мирить тяжущихся, по невежеству или с умыслом, раздражали их еще более и всегда почти бывали главнейшими виновниками ябед и несправедливых, неясных решений в низших инстанциях, которые потом столь трудно, а иногда и невозможно было переделать в высшей инстанции.¹

Древнее русское право, вплоть до издания Свода законов 1832г., не содержало правовых норм, относящихся к организации института поверенных. Свод законов, впервые предоставив право всякому, кто может по закону быть истцом и ответчиком, производить тяжбу и иск через поверенного, определил, что "поверенный, действуя в суде вместо верителя, представляет его лицо". Свод законов обозначил круг лиц, которым запрещалось заниматься судебным представительством. Это, в частности: малолетние, удельные крестьяне по делам крестьян их ведомства, духовные особы, монахи и монахини, чиновники, лица всякого сословия, которые были преданы суду за преступления, наказуемые лишением прав состояния, лица, подвергшиеся по суду за уголовное преступление телесным наказаниям, чиновники и канцелярские служащие, исключенные со службы за преступление и "дурное поведение", лица, состоящие под надзором полиции.

Необходимо отметить, что  до издания Судебных уставов 1864г. судебное представительство было свободной профессией, не связанной организационно-корпоративными обязательствами. В разные исторические периоды сфера деятельности поверенных была различной. В древние времена, когда уголовный процесс не отделялся от гражданского, участие поверенных допускалось в делах обоего рода. После того как судопроизводство начало делиться на две формы - гражданскую и уголовную (Судебники 1497-1950гг.), роль поверенных стала меняться. Уголовный процесс теперь составляли стадии; состязательный суд и следственный розыск привел к тому, что границы розыска расширялись и он постепенно оттеснил обвинительный процесс на второй план. К участию в розыскном процессе поверенные не допускались.

Уголовные дела разбирались  в порядке следственного и  тайного производства. Один из членов суда рассматривал акты предварительного следствия и делал из них извлечения или выписку, которая представлялась другим членам суда и служила процессуальным основанием для вынесения приговора. Та часть процесса, которая составляет судебное следствие и является самым важным этапом для установления истины, отсутствовала. Ни о допросе свидетеля на суде, ни о разработке доказательств не было и речи. Само собой разумеется, что участие адвокатов в процессе не предполагалось. Они могли лишь быть уполномочены совершать вместо подсудимых "рукоприкладство под записками" в маловажных делах, оканчивавшихся в первой инстанции.

С развитием судопроизводства возникают зачатки института  правозащиты в уголовном суде, которую обеспечивали подсудимому прокуроры и стряпчие, возбудившие преследование за преступление. Обязанность наблюдения за соблюдением интересов подсудимого возлагалась на депутатов, избиравшихся из представителей того сословия или ведомства, к которому относился обвиняемый. Депутаты присутствовали на следствии, наблюдали за правильным его производством, а в случае необходимости могли высказывать собственное мнение. Прокуроры и стряпчие имели право предлагать суду свои заключения о невиновности подсудимого.

Гражданский процесс основывался на тех же принципах, что и уголовный. Предварительная подготовка к суду состояла в том, что тяжущиеся обменивались состязательными бумагами: прошением, ответом, возражением и опровержением.

Печально, что данный проект никакого дальнейшего движения не получил, но вместо этого в 1832 году была сделана  частичная попытка ввести некоторую  организацию в представительство  сторон для коммерческих судов. С  этой целью был создан институт присяжных  стряпчих. Но и от этой реформы уже  заранее ничего нельзя было ожидать, исчерпываясь усилением надзора  и репрессий, она ничего по существу не меняла. Присяжные заседатели не внесли ни малейшего штриха в картину  создавшегося положения. Поэтому неудивительно, что в замечаниях, доставленных от членов Государственного Совета и из Министерства Юстиции на проект положения  о присяжных поверенных, критики  проекта ссылаются на институт присяжных  стряпчих, как на доказательство от противного. «Разительным примером могут  служить существующие ныне при коммерческих судах присяжные стряпчие, которые, несмотря на 20-летнее существование, не приобрели в публике решительно никакого доверия и ни малейшего  авторитета»; и это вполне закономерно, т.к. при коммерческих судах присяжные  стряпчие играли ту же роль канцелярских чиновников, но только под другим названием.

«Определяемые по непосредственному  усмотрению председателя настоящие  присяжные стряпчие коммерческих судов  вовсе не соответствуют своему назначению. Они, вследствие существующего порядка  их определения, если не хуже, то ни в  каком случае не лучше вольнопрактикующих ходатаев».²

1.3. Надзор за  деятельностью адвокатов.

С появлением адвокатуры в  России возникла потребность в надзоре  за деятельностью поверенных. Надзор за действиями присяжных поверенных принадлежал и совету, и судебной палате. Первый был органом ближайшего надзора, вторая - орган высшего надзора, действующий, в свою очередь, под  контролем сената.

Присяжные поверенные каждого  округа судебной палаты объединялись их общим собранием, выбранным ими  советом и судебною палатой в  сословие.

Общее собрание состояло из присяжных поверенных всего округа (помощники присяжных поверенных в него не входили). Порядок его  созыва определялся законом. Если в  данном округе существовал совет, то собрания происходили силою самого закона, который возлагал на председателя совета обязанность созывать его. Если же совета не было, то общее собрание назначалось при наличии в  округе более 20 присяжных поверенных. Собрание назначалось судебной палатой  по просьбе поверенных, председательство возлагалось на одного из членов судебной палаты для выбора.³ Если в собрание явилось менее половины всего числа состоящих в округе присяжных поверенных, то оно считалось несостоявшимся и назначался новый срок. Это условие оставалось в силе и для вновь назначенного собрания.

Собрание обладало определенными  функциями:

• определение числа членов совета в указанных законом пределах: от пяти до пятнадцати;
• Собрание могло изменить их число, которое определялось предыдущими собраниями. При решении этого вопроса во внимание принималось как общее число присяжных поверенных округа, так и объем труда, ложившегося на совет;
• избрание председателя, товарища председателя и членов совета. Это была главнейшая обязанность собрания. Выборы происходили закрытой подачей
• голосов; избранным считался получивший наибольшее абсолютное большинство, а при равенстве голосов - старший по внесению в список присяжных поверенных
• слушание отчета о действиях совета за минувший судебный год. Он прочитывался до производства выборов в совет на следующий год. Объявлял, таким образом, совет подлежащим отчетности перед общим собранием, закон тем самым давал последнему право обсуждать действия совета. На этом основании совет представлял общему собранию свои предложения по общим вопросам внутренней жизни института присяжных поверенных.

В этом порядке развивался институт помощников, учреждались консультации, и вообще указания общего собрания принимались советом во внимание, ложась в основу его дальнейшей деятельности. Эта же функция привела на практике и к созданию, кроме ежегодного общего собрания, упоминаемого законом, не упоминаемых им общих собраний, на которых не происходили выборы в совет. Их необходимость обуславливалась  недостатком времени для разрешения всех накопившихся вопросов в одном  общем собрании, а иногда - и безотлагательность, представлявшихся вопросов.

Совет присяжных поверенных, в свою очередь, совмещал обязанности  административного и судебного  характера. Он состоял из избранных  общим собранием председателя, товарища председателя и членов, в количестве от пяти до пятнадцати. Его функции  в высшей степени были важны и  обширны:

• он был посредником между присяжным поверенным и его доверителем и в этом качестве: назначал по очереди поверенных как для безвозмездного хождения по делам лиц, пользовавшихся на суде правом бедности, так и для ходатайства по делам лиц, обращавшихся в совет с просьбой о назначении им таковых; определял количество вознаграждения по таксе. В случае несогласия по этому предмету между адвокатом и тяжущимся, когда не было заключено между ними письменного условия рассматривал жалобы на действия присяжных поверенных и наблюдал за точным исполнением ими законов, установленных правил и всех принимаемых ими на себя обязанностей сообразно с пользой их доверителей;
• он заведовал всеми делами корпорации, подвергаясь отчетности перед общим собранием, и распределял процентный сбор между присяжными поверенными;
• он являлся непосредственным начальством присяжных поверенных, "принимая" или "увольняя" их. В этом качестве совет подлежал, за некоторыми исключениями, апелляционному контролю судебной палаты и определял дисциплинарные взыскания с них.

Надзор за деятельностью  присяжных поверенных был необходим  для ограждения доверителей, как  бы ни незначительно было число таких  поверенных, состоящих при суде, а между тем, их число обусловливало  открытие совета и его отделений. На те исключительные случаи, когда совет не был образован по недостатку присяжных поверенных, закон постановил правило, по которому, "где нет совета присяжных поверенных или отделения оного, там права и обязанности его принадлежат местному окружному суду".

За нарушение своих  обязанностей присяжные поверенные подлежали ответственности перед  гражданским или уголовным судом, или же особой дисциплинарной ответственности. Задачей первой являлось удовлетворение нарушенных поверенными имущественных интересов их доверителей. Чтобы предъявить поверенному иск не требовалось особого разрешения, а сам иск предъявлялся в то судебное место, где адвокат вел дело. Уголовная ответственность своим предметом имела преступные деяния присяжных поверенных. Они подлежали уголовному суду на общем основании, без всяких изъятий в органах и порядке производства. Наконец, целью дисциплинарной ответственности было ограждение достоинства корпорации, применимо к действиям, составлявшим нарушение обязанностей присяжного поверенного.

Предостережение - это указание ошибки. Оно применялось при наиболее легких нарушениях обязанностей поверенного, допущенных в первый раз.

Выговор - выше предостережения, но способ его исполнения не определялся. Это открывало возможности для  деления его на степени:

1) выговор поручалось  исполнить одному из членов  совета, без оглашения имени наказанного  даже между поверенными;

2) выговор давался в  присутствии полного состава  совета, с приглашением наказанного  выслушать его.

Срочное запрещение практики - третья дисциплинарная мера, так же допускала "степенение".

Таким образом, профессиональная адвокатура, организованная на основе Судебных Уставов, явилась новым  учреждением, как по своему содержанию, так и по форме. Вместо большей частью невежественных и недобросовестных ходатаев пришли юристы-профессионалы, объединенные в самоуправляющиеся организации. Были предусмотрены меры, чтобы тяжущиеся и подсудимые, не имеющие средств для оплаты адвокатского гонорара, не оставались без защиты.

Адвокаты стали одновременно правозаступниками и поверенными  своего клиента. Допустив адвоката в  судопроизводство по уголовным и  гражданским делам, законодатель тем  самым подчеркнул значение юридической  помощи для обеспечения прав личности и соблюдения принципа законности.

1.4. Адвокатура  Советского периода.

Днём рождения советской  профессиональной адвокатуры принято  считать 26 мая 1922г., когда решением III сессии ВЦИК IX созыва было утверждено первое Положение об адвокатуре. Коллегии защитников создавались при губернских отделах юстиции. С этого времени начался рост численности коллегий адвокатов, создания сети юридических консультаций. Частнопрактикующие адвокаты были объявлены вне закона.

В 20-е годы было опубликовано несколько книг по этике, но «в дальнейшем официально провозглашалось, что у  советских людей есть только одна этика - коммунистическая, применимая ко всем сферам общественной жизни, а  поэтому не разрешалось разрабатывать  никакие специальные правила  этики для отдельных профессий» до 70-х годов. Другой источник обучения - юридическое образование - берет  начало в СССР с открытием юридического факультета Московского Государственного Университета, но право не воспринималось серьезно, как наука до более позднего времени при Сталине.

Адвокаты-коммунисты также  обязаны были расширять бесплатную юридическую помощь населению, в  первую очередь - рабочим и крестьянам. Активное участие коммунистов в  работе коллегий адвокатов позволило  в короткие сроки покончить с  традициями старой адвокатуры.

Начало многочисленных дебатов  по вопросам права и большой роли адвокатуры в его обеспечении  и защите приходится на 1930 е гг. Так, А. Вышинский выступал за усиление роли адвокатуры в защите интересов пролетарского  государства, за то, чтобы адвокатура осуществляла контроль над местными политиками и юристами путем принесения протеста на отдельные действия судов  и следователей. В то же время в 1935 г. адвокатура пострадала от чистки, проходившей по всей стране с разной степенью интенсивности и влияния. Однако в ноябре 1936 г., быть может, потому, что адвокатов признали неизбежным злом, был образован отдел правовой защиты в Комиссариате юстиции СССР, первоначально, правда, не имевший большого влияния. С этого момента стала проводиться активная кампания за увеличение численности адвокатов, особенно из числа трудящихся. Однако она не была успешной, поскольку многие адвокаты все еще оставались «буржуазными» специалистами, а так называемые адвокаты из народа не обладали достаточным опытом и юридическими знаниями.

Вторая чистка в 1938 г. вновь  не смогла создать новое соотношение  социальных сил среди адвокатов  и усилить влияние Коммунистической партии в их рядах. Структура адвокатуры, право ее рядовых членов избирать членов президиума и председателя —  все это затрудняло тотальный  контроль над ней. Однако уже через  год, в январе 1939 г., с либеральным  поведением при выборах в коллегиях  было покончено и коммунистов  стали «загонять» в коллегии и  «делать» адвокатами. Итак, 16 августа 1939 г. Закон об адвокатуре был одобрен  Советом Министров СССР, который  руководил действиями 8 000 адвокатов  при населении страны в 191 млн. человек.

Сталинское руководство  расширило определение «антигосударственной деятельности» и часто возлагало  бремя доказывания на обвиняемого. В Уголовном кодексе СССР 1934 г. лицам, обвинявшимся в антигосударственной деятельности, было отказано в праве на защиту и апелляцию. Статья 111 Конституции СССР 1936 г. упоминала о праве на защиту, однако допускала разные его толкования. В результате была сведена к нулю роль адвоката как защитника обвиняемого в уголовном процессе, особенно в делах о политических преступлениях (тогда применялась печально известная ст. 58 УК СССР об антигосударственной агитации).

В годы «большой чистки» (1936—1938 гг.), особые совещания, тройки ОГПУ, решали судьбу обвиняемых по политическим преступлениям  без адвоката. Если адвокат защиты присутствовал при разбирательстве  на обычном уголовном процессе, он был обязан признать вину своего клиента. В 1939 г. среди либеральных юристов  и ученых шли дебаты о необходимости  допуска защитника к уголовному делу на более ранней стадии процесса, однако проект Уголовно-процессуального  кодекса, над которым работали эти  либеральные юристы и ученые, так  и не был принят.

Роль адвокатуры не только не повышалась, но и продолжала сохранять  подчиненное положение в советской  правовой системе. Кроме того, адвокаты страдали от сокращения сферы их деятельности, так как разрешение споров по гражданским  экономическим делам было перенесено из судов, как это было при НЭПе, в государственные органы. Лишь немногие адвокаты допускались к политическим делам. Президиум коллегии адвокатов в ходе консультации с КГБ отбирал тех адвокатов, кто мог иметь специальные свидетельства-"допуски". Пытаясь добиться расположения влиятельных лиц, некоторые адвокаты требовали еще более строгого наказания для своих клиентов, нежели прокуроры, хотя такие адвокаты являлись скорее исключением, чем правилом. Несмотря на приниженное положение адвокатуры, в целом члены коллегии по-прежнему сохраняли верность своей профессии. Даже при отсутствии единой общегосударственной ассоциации адвокатура во многом сохранила свою корпоративную целостность, имела ограниченную автономию особенно в вопросах дисциплины и платежей.

Положение дел стало меняться при Н.С. Хрущеве, который стремился  усилить роль права и профессиональных юристов в строительстве социализма. В речи на 6-й сессии Верховного Совета СССР в 1957 г. он призвал адвокатов  «помогать усилению социалистической законности и отправлению правосудия». В этих целях были внесены изменения  в Основы уголовно-процессуального  законодательства СССР (1958 г.) и в  отдельные уголовно-процессуальные кодексы союзных республик. Появилось  гораздо больше возможностей участвовать  на более ранних стадиях уголовного разбирательства дел некоторых  категорий клиентов. Защитник мог  уже на стадии предварительного расследования  представлять интересы несовершеннолетних, инвалидов, людей, не говоривших на языке, который использовался в суде (ст. 22 Основ). В 1961 г. Верховный Совет  СССР издал Указ об особенностях судопроизводства, по которому вводился, в частности, открытый процесс при полном составе  суда, а защите давалось достаточное  время для подготовки к процессу.

Ощущая определенную поддержку  Н.С. Хрущева, либеральные юристы, а  среди них были и адвокаты, приступили к разработке проекта Основ уголовно-процессуального  законодательства СССР, в ходе которой им, отстаивавшим право обвиняемого на защиту, пришлось столкнуться с консервативно настроенными представителями правоохранительных органов и аппарата ЦК КПСС.

Реформа законодательства потребовала  внести изменения в уставные документы  коллегий. Например, в 1961 г. коллегии адвокатов  Москвы и Ленинграда заменили общие  собрания всех членов коллегии конференциями  представителей консультаций коллегии (причем впоследствии это было закреплено и в Положении РСФСР об адвокатуре 1980 г.), что существенно сузило возможности  для влияния рядовых адвокатов  на решение профессиональных проблем.⁴