Каламбур как лингвистическое понятие

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Настоящая работа посвящена изучению лингвистических особенностей каламбура.

Необходимо отметить, что в настоящее время каламбур широко используется в ряде литературных жанров. При этом,  несмотря на обилие работ, посвященных частным аспектам каламбура, в лингвистике практически отсутствуют исследования содержательных характеристик этого приема и его характеристика как предмета изучения лингвистики.

Именно эти факты  определяют актуальность данного исследования.

Целью исследования является изучению каламбура как предмета изучения лингвистики.

Объект исследования: лингвостилистические особенности  и структура каламбура.

Конкретные задачи исследования таковы:

1. Описать каламбур как одно из средств комического.

2. Определить понятие каламбура.

3. Изучить контекстуальные характеристики каламбура и выявить сферу его семантико-стилистического распространения.

4. Рассмотреть основные  параметры типологизаций каламбуров  и выявить особенности отдельных типов каламбура.

Методика исследования, обусловленная многообразием рассматриваемых  проблем, включала различные формы  анализа: описательно-логический, компонентный.

Методическую базу исследования составили как общие работы по лингвистике, написанные В.С. Виноградовым,  Е.М. Верещагиным, В.Г. Костомаровым, так и труды А.А. Щербиной, В.З. Санникова,  Т.А. Гридиной, посвященные непосредственно исследованию природы и сущности каламбуров. 

Материалом исследования послужили романы, рассказы, фельетоны, статьи газет и журналов, тексты рекламных сообщений и объявлений.

Теоретическая ценность работы заключается в том, что в исследовании углубляется теория каламбура, и главное – рассматриваются его характерные черты и лингвистические особенности.

Практическая ценность работы состоит в возможности применения ее положений в курсах стилистики, типологической стилистики, русского языка и других.

ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОБОСНОВАНИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ КОМИЧЕСКОГО КАК ЭСТЕТИЧЕСКОЙ КАТЕГОРИИ

1.1 Общая природа  комического

Язык представляет собой  богатейший арсенал средств комизма  и осмеяния.

«Комическое - это категория эстетики, выражающая в форме осмеяния исторически обусловленное (полное или частичное) несоответствие данного социального явления, деятельности и поведения людей, их нравов и обычаев объективному ходу вещей и эстетическому идеалу прогрессивных общественных сил».¹ В данной работе мы будем придерживаться этого определения комического, так как оно, как нам кажется, в полной мере отражает суть комического. Комическое по своему происхождению, сущности и эстетической функции носит социальный характер. Его истоки коренятся в объективных противоречиях общественной жизни. Комическое может проявляться по-разному: в несоответствии нового и старого, содержания и формы, цели и средств, действия и обстоятельств, реальной сущности человека и его мнения о себе. Видом комического является, например, попытка безобразного, исторически обреченного, бесчеловечного лицемерно изображать себя прекрасным, передовым и гуманным. В этом случае комическое вызывает гневный смех и сатирическое, отрицательное отношение. Комична бессмысленная жажда накопления ради накопления, поскольку она находится в противоречии с идеалом всесторонне развитого человека. Комическое имеет различные формы: сатира, юмор и т. д.² 

Понятие «комическое» произошло от греческого «koikos» -- «весёлый», «смешной» и от «komos» -- веселая ватага ряженых на сельском празднестве Диониса в Древней Греции и перешло в русский язык со значением «смешное». Начиная с Аристотеля, существует огромная литература о комическом, его сущности и источнике; исключительная трудность его исчерпывающего объяснения обусловлена, во-первых, универсальностью комического (всё на свете можно рассматривать «серьёзно» и «комически»), а во-вторых, его необычайной динамичностью, его «природой Протея» (Жан Поль Рихтер), игровой способностью скрываться под любой личиной. Комическое часто противопоставляли трагическому (Аристотель, Ф. Шиллер, Ф. В. Шеллинг), возвышенному (Жан Поль Рихтер), совершенному (М. Мендельсон), серьёзному (Ф. Шлегель, И. Фолькельт), трогательному (Новалис), но достаточно известны трагикомический и высокий (т. е. возвышенный), серьёзный и трогательный (особенно в юморе) виды смешного. Сущность комического усматривали в «безобразном» (Платон), в «самоуничтожении безобразного» (немецкий эстетик-гегельянец К. Розенкранц), в разрешении чего-то важного в «ничто» (И. Кант), но чаще всего определяли формально, видя ее в несообразности, несоответствии (между действием и результатом, целью и средствами, понятием и объектом, и т.д.), а также в неожиданности (Ч. Дарвин); однако существует и комические «соответствия», и нередко впечатляет как раз комическое «оправдавшегося ожидания» (суждения признанного комика, «шута», в его устах сугубо смешны). Мало удовлетворяя в роли универсальных формул, разные эстетические концепции комического, однако, довольно метко определяли существо той или иной разновидности комического, а через нее и некую грань комического в целом.³

Ещё Аристотель отметил, что смеяться свойственно только человеку (у некоторых высших видов животных, у человекоподобных обезьян и собак, наблюдаются зачаточные формы беззвучного смеха). Велико антропологическое значение комического; по словам И. В. Гете, ни в чем так не обнаруживается характер людей, как в том, что они находят смешным. Истина эта равно применима к отдельным индивидам, целым обществам и эпохам (то, что не кажется смешным одной культурно-исторической среде, начиная с обычаев, одежды, занятий, обрядов, форм развлечений и т.п., вызывает смех у другой, и наоборот), а также к национальному характеру, как это обнаруживается и в искусстве (роль юмора, особенно эксцентрического, в английской, остроумия во французской литературе, сарказма в испанском искусстве). Величайшим объективным источником комического является, сохраняя при этом «игровой» характер, история человеческого общества, смена отживших социальных форм новыми.  

 Единственный предмет комического - это человек (и человекоподобное в зверях, птицах и т.д.). Комическое поэтому чуждо архитектуре, а другим искусствам свойственно в разной мере. Наиболее благоприятна для универсальной природы комического художественная литература, где на комическом основан один из главных и наиболее игровой вид драмы – комедия.

1.2. Каламбур как одно из основных средств комического

Первые попытки классифицировать остроумие восходят к античной древности: они были предприняты Цицероном  и Квинтилианом. Цицерон дал первую формальную классификацию и разделил все остроумие на два основных типа⁴:

1. Смешное, проистекающее из самого содержания предмета;

2. Словесная форма  остроумия.

Более поздние исследователи  комического наиболее детально исследовали  различные словесные формы остроумия, упомянутые Цицероном, и отнесли  к ним:

- двусмысленность;

- неожиданные умозаключения;

- каламбуры;

- необычные истолкования собственных имен;

- пословицы;

- аллегорию;

- метафоры;

- иронию.

Таким образом, каламбур представляет собой ничто иное, как  одно из основных средств комизма.

Понятие «каламбур» впервые появилось во Франции в XVII – XVIII вв.

Многие исследователи  комического (З. Фрейд, К. Фишер, Т.Липпс) относят каламбур к низшему сорту  шутки. Однако для Франции XVII – XVIII вв. каламбур был высшей формой остроумия. Его легкость, блеск, беззаботная веселость эстетически соответствовали характеру жизни высших слоев общества, определявших духовную жизнь нации. Способность каламбурить высоко ценилась и служила своеобразной визитной карточкой человека.

Происхождение слова «каламбур» не выяснено до конца. Это связано, в частности, с тем фактом, что исторически существовали разные варианты написания этого слова (calambour, calembourg). В настоящее время существует лишь ряд предположений о происхождении этого слова.

Некоторые исследователи  связывают это слово то с названием города Калемберга, в котором будто бы жил во времена Лютера немецкий пастор Вейганд фон Тебен, славившийся шутками.⁵

Другие ученые высказывают мнение, что словом каламбур люди обязаны вестфальскому барону  Каленбергу, прославившемуся при дворе Людовика XIV в Паре или при дворе Станислава Лещинского в Лешевилле постоянными двусмысленными, невольными остротами: не владея в достаточной мере языком, он безбожно коверкал французскую речь.

Третья группа ученых утверждает, что честь открытия истинного происхождения этого слова принадлежит известному французскому драматургу Сарду, который открыл корень этого слова в одном рукописном сборнике, составленном драматургом Фюзелье, жившим в XVIII столетии.

Фюзелье был постоянным гостем, у главного сборщика податей  Марселя, любившего песни и веселые компании. Среди гостей Марселя присутствовал аббат Шерье, не имеющий ни стихотворного таланта, ни слуха, ни голоса, и, соответственно, не участвующий в пении. Однажды (у Фюзелье даже записан день этого события - день рождения на свет каламбура - 26-го февраля 1720 г.) гости изъявили желание, чтобы он сочинил песню и исполнил ее. Аббату ничего не оставалось, кроме как подчиниться воле большинства.

Им были придуманы  и спеты первые две строки песни:

Pleurons tous en ce jour (будем все плакать в сей день)

Du bois de calambour (о каламбуровом дереве)

Описание каламбурового  дерева можно найти в «Ботаническом подробном словаре», написанном Андреем Мейером и изданном в Москве в 1783 году: «Каламбур или орлиное дерево есть зеленоватое и приятный запах имеющее драгоценное дерево, привозимое из Индии большими кусками. Оное употребляется на разную лепную работу, на делание четок, также и брадобреями для придания хорошего запаха той воде, которою бреют. Оно содержит в себе много масла и соли, укрепляет мозг, но в медицине редко употребляется. В аптеках оное редко имеется». Из этого можно видеть, что каламбуровое дерево действительно существовало.

По-видимому, аббат посчитал, что кроме рифмы от песни ничего и не требуется. Его песню сопроводил хохот присутствующих и этот нелепый «каламбур» стали передавать из уст в уста. Фюзелье упоминает о том, что «это слово обратилось в поговорку». Самого автора, аббата Шерье, начали с этих пор звать «каламбуровым аббатом», - так и появилось понятие каламбур.⁶

Существует также предположение, что слово каламбур произошло от итальянского выражения «calamo burlare» - шутить пером или из греческого «kale» - прекрасная и французского «bourde» -  чепуха, вранье.

Так или иначе, но большинство  ученых сходится во мнении, что происхождение слова «каламбур» носит случайных характер. Однако с течением времени из значения слова «каламбур» исчез элемент случайности. Оно стало одним из средств комизма и осмеяния, построенного на игре слов, игрового принципа организации текста и стало предметом многочисленных исследований.

ГЛАВА 2. КАЛАМБУР КАК ЛИНГВИСТИЧЕСКОЕ ПОНЯТИЕ

2.1. Теоретические  основы определения каламбура  в лингвистической науке, его сущность и структура

Несмотря на значительную историю существования слова  «каламбур» и многочисленные лингвистические  исследования данного феномена, в настоящее время до сих пор не существует единого понятия каламбура. Можно привести определения каламбура, взятых из различных словарей.

Каламбур (фр. calembour) – игра слов, основанная на нарочитой или невольной двусмысленности, порожденной омонимией или сходством звучания и вызывающая комический эффект.⁷

Каламбур – шутка, основанная на комическом использовании сходно звучащих, но разных по значению слов.⁸

Каламбур (англ., фр. calembour) – фигура речи, состоящая в юмористическом (пародийном) использовании различных значений одного и того же слова или двух, сходно звучащих слов.⁹

Каламбур – остроумная шутка, основанная на использовании  слов, сходных по звучанию, но разных по значению, или на использовании  разных значений одного и того же слова; игра слов.¹⁰

Наиболее полное и  четкое определение каламбура можно  найти в Большой Советской энциклопедии: «каламбур - стилистический оборот речи или миниатюра определенного автора, основанные на комическом использовании одинакового звучания слов, имеющих разное значение, или сходно звучащих слов или групп слов, либо разных значений одного и того же слова и словосочетания».¹¹

Однако и оно не учитывает два существенных момента:

- возможность использования предложений в качестве материала для построения каламбура;

- роль графических средств в создании этого приема.

Таким образом, в качестве рабочего определения каламбура  в данном исследовании принимается  определение из Большой Советской  Энциклопедии с учетом этих дополнений.

Каламбур – стилистический оборот речи, основанный на комическом использовании разных значений одинаково или сходно звучащих (графически оформленных) слов, а также на разных значениях одной и той же из названных единиц. Результатом такого использования являются семантически многоплановые тексты, отличающиеся юмористической или сатирической направленностью.

При  этом каламбур может  быть как самостоятельным произведением, так и его частью.

В целом, каламбур можно определить как игру слов, построенную на столкновении привычного звучания с непривычным и неожиданным значением. При этом каламбуры создаются благодаря умелому использованию в целях достижения комического эффекта различных созвучий, полных и частичных омонимов, паронимов и таких языковых феноменов, как полисемия и видоизменение устойчивых лексических оборотов.

Для более четкого  представления структурно-семантических  особенностей каламбура, удобства описания его информативной структуры необходимо рассмотреть общую структуру каламбура.

Первая попытка создать  обобщенную схему прима принадлежит  В.С. Виноградову. По его мнению, каламбуры состоят из двух компонентов, каждый из которых может быть словом или словосочетанием.¹²

Первый компонент  такого двучленного образования  является своеобразным лексическим основанием каламбура, опорным элементом, стимулятором начинающей игры слов, ведущей иногда к индивидуальному словотворчеству. Опорный компонент (стимулятор, основание) можно также рассматривать в качестве лексического эталона «игровой инструкции», который всегда соответствует существующим орфографическим, орфоэпическим и словоупотребительным нормам языка.

Второй член конструкции – слово (или словосочетание) – «перевертыш», результирующий компонент, или результанта, представляющая собой как бы вершину каламбура. Лишь после реализации в речи второго компонента и мысленного соотнесения его со словом-эталоном возникает комический эффект, игра слов.

Следует предупредить, что опорный компонент (стимулятор) каламбура необязательно находится в непосредственной близости от результирующего компонента. Он может появляться в более широком контексте, занимать постпозицию по отношению к результанте или подразумеваться.

Многих лингвистов несколько смущает и термин «стимулятор» так как опорный компонент играет пассивную роль, являясь лишь посылкой в своеобразной «предкаламбурной ситуации», где роль стимулятора принадлежит скорее второму компоненту, действующему наподобие пускового механизма, который активизирует опорный компонент, выводя его из состояния нейтральности. Также отмечается и еще один момент: роль второго компонента нередко играет не одна точно определенная языковая единица, а контекст, и даже больше того – его подразумеваемые элементы.¹³

Однако в этой схеме, по мнению С.Н. Флорина и С.К. Влахова, неточно определена роль обыгрываемых элементов каламбура и полностью игнорируется роль контекста.¹⁴

При учете всех замечаний  исследователей, предъявляемых к  обобщенной схеме каламбура В.С. Виноградова, каламбур можно представить в виде ядра и базисного контекста. При этом в состав ядра входят минимум два элемента, объединенные одинаковой или сходной фонетической (графической) формой и различные по содержанию. Базисный контекст рассматривается как минимальное необходимое условие реализации элементов ядра в каламбур.

Таким образом, можно  сделать следующие выводы.

Элементом, обеспечивающим каламбуру успех, является непредсказуемость того или иного звена в цепи речи, так называемый эффект неожиданности. Появление каждого элемента речевой цепи как бы предопределяется всеми предшествующими элементами и предопределяет все последующие элементы: одновременно или последовательно читатель воспринимает два значения, одно из которых не ожидал. Это объясняет особенно ясно, почему авторы так охотно кладут в основу каламбуров фразеологизмы, то есть такие сочетания слов, которые не создаются в момент говорения или писания, а воспроизводятся в готовом виде: читатель знает точно, какой компонент за каким надо ожидать, а это делает особенно острым эффект обмана его ожиданий.

Сущность каламбура  заключается в столкновении или, напротив, в неожиданном объединении двух несовместимых значений в одной фонетической (графической) форме.¹⁵ То есть основными элементами каламбура являются, с одной стороны, одинаковое или близкое до омонимии звучание (в том числе и звуковая форма многозначного слова в его разных значениях), а с другой – несоответствие до антонимии между двумя значениями, компонентов фразеологических единиц и «свободных слов», слова и его компонентов, слова и произвольных кусков его, типа шарад, слова и его ложной, произвольной, «народной» этимологии, а также устойчивого и омонимического ему словосочетания.

При этом каламбур, как и любой стилистический прием, является носителем определенной информации. Его информативная структура представляет собой сложное образование, поскольку, как уже было сказано выше, в состав каламбура входят, по крайней мере, две языковые единицы, имеющие в свою очередь сложную семантическую структуру, элементы которой в свою очередь в определенной степени влияют на формирование содержания всего приема.

В семантической  структуре каламбура выделяется четыре постоянных и два переменных компонента:

а) предметно-логическая;

б) экспрессивно-стилистическая;

в) ассоциативно-образная;

г) функциональная;

д) фоновая

е) социально-локальная.¹⁶

В основе создания любого каламбура лежит предметно-логическая информация, в качестве которой могут служить:

а) экстралингвистическая  действительность;

б) языковой материал.

Предметно-логическая информация – это фактическая  тема каламбура, события, факты, которые легли в основу создания этого приема и явились толчком к его появлению.

В любом языке  имеется определенный набор языковых средств для создания каламбуров. В том случае, когда этот прием создается не для описания экстралингвистической ситуации, его предметно-логической основой является сам языковой материал.

Использование каламбура, как и любого стилистического  приема, имеет конкретное назначение и подчинено определенной цели. Сведения о назначении этого приема и составляют основу его функциональной информации.

В произведениях  для детей обязательным компонентом функциональной информации является образовательный так как каламбур для ребенка – своеобразная умственная гимнастика, развивающая его мыслительные способности, культуру речи, воспитывающая чутье языка.

Помимо этого, функция каламбура — привлечь читателя к описываемым событиям и заставить его не только посмеяться над ними, но и изменить их ход.

Социолокальная  информация, содержащаяся в каламбуре, может указывать на социальную, территориальную, профессиональную, возрастную и прочие коммуникации.

Носителем этого  вида информации являются элементы ядра каламбура. Они могут включать единицы разных словарных пластов английского языка: американизмы, диалектизмы, термины, просторечия, профессионализмы и т.д.

Каламбур может  нести также социолокальную информацию об отправителе и получателе речи (то есть об авторе и потенциальных читателях).

Следовательно, можно утверждать, что и при  создании каламбура в него заранее закладывается информация, обусловленная многими историческими и социальными факторами.

В последнее  десятилетие внимание лингвистов привлекает так называемый фоновый компонент семантической структуры языковых единиц.

С точки зрения принадлежности фонового компонента к  той или иной категории культурных сведений каламбуры подразделяются на два вида:

а) каламбуры, опирающиеся  на факты, составляющие основной фонд сведения социальной культуры общества;

б) каламбуры, содержание которых связано с текущими событиями  и явлениями массовой культуры.¹⁷

Вторая категория  фоновых каламбуров отличается недолговечностью фоновых знаний, входящих в их информативную структуру. Каламбуры подобного рода строятся на именах государственных и общественных деятелей разного ранга, и содержат фоновые знания, долговечность которых зависит от той роли, которую эти лица играли в общественной текучесть политической жизни страны, и важности событий, отраженных в каламбуре. С течением времени фоновые знания, необходимые для их адекватного декодирования, могут сохраниться лишь в памяти узкого круга читателей.

Учитывая характер взаимосвязи каламбура и текста произведения, а также роль этого прима в развитии структурно-семантической организации произведения, контекстуальные каламбуры можно подразделить на два основных вида:

а) доминантные,

б) ограниченного  действия.

В зависимости от того, вводят ли каламбуры последующий за ними контекст или резюмируют содержание предшествующего, они подразделяются на интродуктивные и резюмирующие.

Доминантные каламбуры  играют ведущую роль в формировании главенствующей темы произведения. Они служат ключом к пониманию авторского замысла и в предельно сжатой форме отражают ведущий мотив произведения.

Из сказанного выше можно  получить общее представление о  природе каламбура, но еще трудно очертить его границы, указать, где  рубежи между понятиями острота – игра слов – каламбур (в отличие от авторов, считающих термины «каламбур» и «игра слов» синонимами, мы склонны придавать последнему более широкое значение: на наш взгляд, каламбур – это вид игры слов), где кончаются говорящие имена и начинается построенный на их основе каламбур; в какой момент авторизация фразеологизма перерастает в каламбурное его обыгрывание сколько и каких признаков достаточно для осуществления этих метаморфоз.

2.2. Типологии  каламбуров, основные лингвистические особенности типов каламбура

Каламбур как игра слов и как особый стилистический прием является предметом исследования лингвистики.

Подтверждением данного факта  могут служить многочисленные работы, посвященные исследованию особенностей каламбуров и созданию их классификаций.

Впервые попытка классифицировать каламбуры была сделана немецким лингвистом Л. Райнерсом, который полагал, что классификация каламбуров должна иметь, прежде всего, практическое значение, и поэтому предлагает различать 4 формы каламбуров¹⁸:

1) игра слов, которая возникает из-за двусмысленности одного слова, т.е. от одинакового звучания двух обозначений;

2) игра слов, которая покоится  на созвучии двух слов;

3) игра слов, при которой лишь  часть одного слова сходна  с другим и при которой слова  преобразовываются; 

4) игра слов, при которой сходство  звучания достигается посредством  перевёртывания предложения. 

В настоящий момент существует множество классификаций каламбура и соответственно выделено множество лингвистических особенностей каламбура.

Основанием для многих классификаций являются элементы дефиниций, в которых идет речь о «звучании слова», о «значении слова « или «группы слов», о «словосочетаниях». Соответственно, каламбуры можно разделить на построенные:

- преимущественно на фонетической основе;

- преимущественно на лексической основе;

- преимущественно на фразеологической основе.

Деление это условно, на что указывает наречие «преимущественно»: нельзя говорить о каламбуре, построенном исключительно на фонетической основе – фонетика неотделима от графики (и семантики); трудно говорить о единственно лексической основе, так как каламбур обусловлен именно несоответствием между звучанием и значением; даже фразеологические каламбуры большей частью связаны с фонетическим началом, а, кроме того, значительную роль в обыгрывании фразеологического единства играют лексемы. Эта условность распространяется и на более дробные деления трех «основ»: омонимический каламбур нередко вместе с тем и антонимичен, а еще чаще неотличим от игры слов на многозначности, «корневая игра» не может не быть омонимичной (точнее – паронимичной) и так далее.

Несмотря на схематичность  и условность эта классификация  довольно полно охватывает все виды и формы каламбуров, позволяет  представить их в определенном порядке  с учетом их особенностей и наметить некоторые возможности их воспроизведения.

Для фонетического каламбура характерно преобладания звуковой стороны над смысловой.

Такой каламбур удовлетворяется  тем, что его элементы напоминают друг друга благодаря сходству, в  данном случае благодаря рифмоподобному созвучию и общности начальных слогов. В данном случае речь идет не о игре со словами, а об игре созвучиями. В этом приеме обычно просто суммируются сходные по звучанию слова, изредка способствуя приращению смысла. Использование фонетических каламбуров особенно характерно для рекламы: ЧерезвыЧÀЙно ЧÀЙный ЧÀЙ, В хорошем ЧÀЕ души не ЧÀЕм, ИзуЧÀЯ. ВыруЧÀЯ. СкуЧÀЯ… Любовь не слуЧÀЙна!, ДОСТОинство ДОСТОйное ДОСТОяния (реклама банковских услуг), ГОСТИница «Урал» — все ГОСТИ довольны!

Часто такой каламбур реализуется в тексте при суммировании близких или даже одинаковых по звучанию, но разных по значению слов.

По такому типу строятся каламбуры многих писателей, например, Д.Минаева. Вот один из них:

На пикнике, под тенью ели

Мы пили более, чем ели.

И зная толк в вине и в эле,

Домой вернулись еле-еле.

Второй по употребительности  вид фонетического каламбура – обыгрывание сходства в звучании слов или словосочетаний (так называемая парономазия). Вот несколько примеров парономазии: Анализ мочи – на стол мечи (И.Ильф. Записные книжки); От гурии до фурии один шаг (В. Аpдов. Почки).