«Ленинградское дело» и другие дела генерала Абакумова

СОДЕРЖАНИЕ 

Стр 

ВВЕДЕНИЕ 

     Актуальность  темы исследования обусловлено тем, что всем нам хорошо известны имена  исторических деятелей, сделавших заметный вклад в мировую историю. Мы часто  наблюдаем за их жизнью и деятельностью, знаем подробную биографию не только самих лидеров, но и членов их семей. К сожалению, многие люди, в действительности создающие историю, остаются в силу ряда обстоятельств в тени и не получают столь значительной популярности.

     Разработанность темы в литературе. В художественной литературе как руководитель СМЕРШа Виктор Абакумов фигурирует в романе Владимира Богомолова «В августе сорок четвёртого». Однако его фамилия не упоминается: он «генерал-полковник» и «руководитель военной контрразведки».

     Как министр госбезопасности Виктор Абакумов фигурирует в романах Александра Солженицына «В круге первом»; «Архипелаг ГУЛАГ», Юлиана Семёнова «Отчаяние», братьев Вайнеров «Евангелие от палача» и Анатолия Рыбакова «Прах и пепел».

     В 2009 году Абакумов появился в качестве одного из основных персонажей в серии  полуфантастических книг Кирилла Бенедиктова «Блокада» (входящих в проект издательства «Популярная литература» «Этногенез»).

     В научно – исследовательских трудах, об Абакумове  хорошо отзывается Хлевнюк  О., Горлицкий Й. Холодный мир. Сталин и завершение сталинской диктатуры  М., 2011; Столяров К. А. Голгофа: Документальная повесть. — М., 1991; Судоплатов П. А. Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930—1950 годы. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2003. — С. 704.

     Цель  исследования – на основании изученной  литературы раскрыть основные стороны  жизни и деятельности В.С. Абакумова.

     Поставленная  цель позволила сформулировать задачи исследования:

     - дать краткую характеристику  биографии В,С, Абакумова;

     - проанализировать основные ступени  профессиональной деятельности  В.С, Абакумова.

     Структура работы.  Работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы. 

1. Основные вехи биографии и  деятельности 

1.1. Биография 

     Родился 11 (24) апреля 1908 г. в Москве в семье больничного истопника Семёна Семёновича и прачки Ефросиньи Петровны Абакумовых.

     Окончил 4-классное городское училище. В 1920—1921 годах — рабочий на заводах Москвы. В 1921—1923 годах служил добровольцем-санитаром во 2-й Московской бригаде частей особого назначения (ЧОН). С 1924 — рабочий, в 1925—1927 — упаковщик Московского союза промысловой кооперации, в 1927—1928 стрелок 1-го отряда военно-промышленной охраны ВСНХ СССР, в 1928—30 — упаковщик складов Центросоюза.[4]

     В 1930 г. вступил в ВКП(б). В январе-сентябре 1930 г. Абакумов был заместителем начальника административного отдела торгово-посылочной конторы Наркомата торговли РСФСР, а в 1932 г. перешёл на комсомольскую работу и был назначен секретарем ячейки ВЛКСМ на штамповочном заводе «Пресс». Кроме этого в 1931-32 гг. Абакумов был заведующим военным отделом Замоскворецкого райкома комсомола. 

1.2. Административная и политическая  карьера 

     Член ВКП(б) с 1930 года.

     В 1930 — заместитель начальника административного отдела торгово-посылочной конторы Наркомата торговли РСФСР и секретарь ячейки ВЛКСМ. В 1931—1932 — заведующий военным отделом Замоскворецкого райкома комсомола.

     В органах ОГПУ—НКВД с января 1932 г.: практикант экономического отдела полномочного представителя ОГПУ по Московской области, уполномоченный экономического отдела полномочного представителя ОГПУ по Московской области. С 1933 г. уполномоченный экономического управления ОГПУ, затем экономического отдела ГУГБ НКВД. Но в 1934 г. было выявлено, что Абакумов на конспиративных квартирах встречался с различными женщинами. В связи с этим он был переведен в Главное управление исправительно-трудовых лагерей и трудовых поселений (ГУЛАГ). В 1934—1937 гг. — оперативный уполномоченный 3-го отделения Оперативного отдела ГУЛАГа. В 1937—1938 гг. — оперуполномоченный 4-го (секретно-политического) отдела ГУГБ НКВД, заместитель начальника отделения 4-го отдела 1-го управления НКВД, начальник отделения 2-го отдела ГУГБ НКВД.

     После прихода в НКВД Л. П. Берии, с декабря 1938 года — и. о. начальника, а после утверждения в должности с 27 апреля 1939 г. по 1941 — начальник управления НКВД по Ростовской области. Руководил организацией массовых репрессий в Ростовской области. При этом Абакумов, обладая большой физической силой, иногда лично жестоко избивал подследственных.[6]

     В 1941—1943 гг. — заместитель наркома внутренних дел СССР (с февраля 1941) и начальник Управления Особых отделов НКВД СССР, которое впоследствии было преобразованы в СМЕРШ. (с июля 1941). С апреля 1943 г. — начальник Главного управления контрразведки «СМЕРШ» и заместитель народного комиссара обороны.

     В 1944 году Абакумов участвовал в осуществлении депортации некоторых народов Северного Кавказа. За это он был награждён 2 орденами — Красного Знамени и Кутузова. А в январе-июле 1945, оставаясь руководителем СМЕРШ, был одновременно уполномоченным НКВД по 3-му Белорусскому фронту.

     С марта 1946 г. заместитель, c 7 мая 1946 по 14 июля 1951 гг. — министр государственной безопасности СССР.

     В 1945 присвоено звание генерал-полковника. Депутат Верховного Совета СССР 2-го созыва.

     В апреле 1946 Абакумов передал материалы, по которым были арестованы нарком авиационной промышленности А. И. Шахурин, командующий ВВС А. А. Новиков, главный инженер ВВС А.К. Репин и ряд других генералов. Это породило так называемое «дело авиаторов» (осужденные обвинялись в должностных преступлениях, инкриминировались выпуск и приемка некачественных самолетов, что подтверждено производственными и служебными документами).[2]

     В июне 1946 года Виктор Семенович Абакумов был назначен министром госбезопасности СССР вместо В. Н. Меркулова. При этом СМЕРШ, в котором до этого служил Абакумов, вошёл в министерство в качестве 3-го Управления.

     На  посту министра госбезопасности  руководил политическими репрессиями (в частности, участвовал в фабрикации Ленинградского дела).

     19 февраля 1951 года Абакумов направил Сталину совершенно секретную докладную записку «О необходимости выселения из западных областей Украины и Белоруссии, Молдавской, Латвийской, Литовской и Эстонской ССР участников антисоветской секты иеговистов и членов их семей».

     Результатом этой записки стала организованная МГБ и МВД операция «Север» по выселению Свидетелей Иеговы, а также представителей других религиозных объединений (адвентистов-реформистов, иннокентьевцев, Истинно-Православной церкви); операция началась 1 апреля 1951 года. Депортация уложилась в сутки.

     С 31.12.1950 по 14.07.1951 Председатель коллегии МГБ СССР

     В 1946-51 был также членом Комиссии Политбюро  ЦК ВКП(б) по судебным делам.

     За  время пребывания на посту министра госбезопасности Абакумов существенно  повысил возможности и силы МГБ.

     Большой жизнелюб, Абакумов любил фокстрот, футбол и шашлыки^{[источник не указан 753 дня]}. Носил тщательно подогнанную форму и модные костюмы, занимался теннисом, был мастером спорта по самбо.[3] 

1.3. Арест и казнь 

     12 июля 1951 арестован, обвинялся в государственной измене, сионистском заговоре в МГБ, в попытках воспрепятствовать разработке дела врачей. Причиной ареста послужил донос ^[4] Сталину от начальника следственной части по особо важным делам МГБ СССР подполковника М. Д. Рюмина. В доносе Абакумов обвинялся в различных преступлениях, главным образом в том, что он тормозил расследование дел о группе врачей и молодежной еврейской организации, якобы готовивших покушения против вождей страны. По некоторым данным, ход доносу дал Г.М. Маленков^[5]. Политбюро ЦК КПСС признало донос М. Д. Рюмина объективным, постановило снять Абакумова с должности и передать его дело в суд. Бывший министр был заключен в Лефортовскую тюрьму. По мнению историков, обвинения, выдвинутые против Абакумова, были явно надуманными.[6]

     После смерти Сталина и прихода к власти Хрущёва обвинения против Абакумова были изменены; ему вменялось в вину «Ленинградское дело», сфабрикованное им, согласно новой официальной версии, как участником «банды Берии». Бывший следователь МГБ СССР Николай Месяцев вспоминает, что Сталин подозревал Берию в покровительстве Абакумову. После пыток и избиений в тюрьме стал инвалидом/[2]

     Предан  закрытому суду (с участием ленинградских  партийных работников) в Ленинграде, на котором виновным себя не признал, и расстрелян 19 декабря 1954 в Левашовском лесу особого назначения. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 ноября 1955 года лишен всех наград и воинского звания.

     Павел Судоплатов об Абакумове (из книги «Спецоперации»):

     «…Он  продолжал полностью отрицать предъявлявшиеся  ему обвинения даже под пытками, „признания“ от него так и не добились. …он вел себя как настоящий  мужчина с сильной волей… Ему  пришлось вынести невероятные страдания (он просидел три месяца в холодильнике в кандалах), но он нашел в себе силы не покориться палачам. Он боролся за жизнь, категорически отрицая „заговор врачей“. Благодаря его твердости и мужеству в марте и апреле 1953 года стало возможным быстро освободить всех арестованных, замешанных в так называемом заговоре, поскольку именно Абакумову вменялось в вину, что он был их руководителем.»

     В 1997 Военной коллегией Верховного суда Абакумов был частично реабилитирован: с него снято обвинение в измене Родине, а приговор был заменен 25 годами заключения без конфискации имущества и переквалифицирован по статье «воинско-должностные преступления».

     Из  постановления Президиума Верховного суда РФ от 17 декабря 1997 г.: «Абакумов… применял недопустимые и строжайше запрещённые методы следствия.[7]

     Абакумов  и его подчинённые… создали так  называемое Ленинградское дело. В 1950 году Абакумов расправился со 150 членами  семей осуждённых по „Ленинградскому  делу“, репрессировав их.

     Абакумовым были сфальсифицированы уголовные дела в отношении бывшего наркома авиационной промышленности Шахурина, Главного маршала авиации Новикова, вице-адмирала Гончарова, министра морского флота СССР Афанасьева, академика Юдина, большой группы генералов Советской Армии».

     В процессе своей деятельности Абакумов встал на путь авантюр и политических провокаций, фабриковал дела на невиновных людей, затем арестовывал их и, применяя запрещенные законом преступные методы следствия, добивался вымышленных  показаний с признанием вины в тяжких государственных преступлениях. Таким путем Абакумов сфабриковал так называемое «Ленинградское дело», по которому был необоснованно арестован ряд советских граждан. За допущенные нарушения законности Абакумов был отстранен от занимаемой должности и в 1951 г. арестован. По приговору Военной коллегии Верховного суда СССР расстрелян 19.12.1954 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР лишен всех наград и званий. 
 
 
 
 

     Глава 2. «Ленинградское дело» и другие дела генерала Абакумова 

     Телевизионный фильм по роману Солженицына «В круге первом» вернул для обывателя из небытия фигуру начальника Смерша генерал-полковника Виктора Абакумова.

     Он  показался многим зрителям даже симпатичным. Тем более что в последнее  время стало политически модно  писать об успехах Смерша в борьбе с немецкой агентурой и мастерски проведенных радиоиграх с противником. Да и суд над Абакумовым — уже при Хрущеве — не кажется торжеством справедливости. Арестовали за одно, обвиняли в другом, расстреляли за третье. Появились сразу несколько книг об Абакумове. Почти все доброжелательные. Неплохой в сущности человек, герой войны, стал жертвой политических интриг… Опер-фокстротчик    Сын больничного истопника и прачки, Виктор Абакумов проучился в школе всего четыре года. После армии был разнорабочим, упаковщиком, грузчиком, стрелком военизированной охраны. Карьера началась, когда его приняли в партию и определили на комсомольскую работу. В 1932 году заведующего военным отделом и члена бюро Замоскворецкого райкома комсомола взяли в аппарат госбезопасности.[6]

     В ОГПУ Московской области его презрительно называли «фокстротчиком». Будущий  министр увлекался танцами и  больше всего любил модный тогда  фокстрот — бальный танец, пришедший  из Америки. Еще больше он увлекался  женщинами и пользовался взаимностью. Абакумов вербовал молодых женщин и развлекался с ними на конспиративных квартирах, а потом писал от их имени донесения с обвинениями врагов народа.

     Его перевели на незавидную должность оперативного уполномоченного 3-го отделения отдела охраны Главного управления лагерей НКВД. В декабре 1936 года он получил специальное звание младшего лейтенанта госбезопасности. А через пару лет его приметил и оценил человек из ближайшего окружения Берии — Богдан Захарович Кобулов.

     Как только Берия стал наркомом внутренних дел, Абакумов поехал начальником областного управления в Ростов.    3 февраля 1941 года НКВД поделили на два наркомата — внутренних дел и госбезопасности. Берия вызвал Абакумова в Москву и сделал заместителем наркома внутренних дел. 19 июля 1941 года Сталин поставил Абакумова во главе Управления особых отделов НКВД СССР — военной контрразведки.

     Главный особист    19 апреля 1943 года особые отделы из НКВД забрали и на их основе создали Главное управление контрразведки (ГУКР) Смерш наркомата обороны (на флоте было собственное управление контрразведки). Комиссар госбезопасности 3-го ранга Абакумов подчинялся напрямую самому Сталину. Благодаря широким полномочиям и личному покровительству Сталина Смерш превратился в мощное ведомство. Замечательные радиоигры, борьба с немецкой агентурой — не это было главным в работе особистов. Положение о военной контрразведке перечисляло задачи: пресекать шпионаж и попытки диверсий, вскрывать вредительство, ликвидировать «всякого рода антисоветские проявления в Красной армии (контрреволюционная агитация, распространение антисоветских листовок, провокационных слухов и т.п.)», а также выявлять «недочеты в боевой и политической подготовке».[5]

     Особисты  следили за поведением и настроениями солдат и офицеров. Проверяли и высший командный состав — тех, кто входил в номенклатуру ЦК, наркоматов обороны и ВМФ, а также шифровальщиков. Смерш давал допуск к секретной работе и проверял командируемых за границу. 
   Аресты военных по выдуманным обвинениями продолжались, несмотря на то, что каждый человек был нужен на фронте. Обвинительные заключения по делам арестованных генералов свидетельствуют: многие военачальники в своем кругу откровенно говорили о причинах катастрофы лета 41-го и о роли самого Сталина в подрыве обороноспособности страны.

     В годы войны был арестован 101 генерал  и адмирал. 12 умерли во время следствия. 8 освободили за отсутствием состава  преступления. 81 был осужден Военной  коллегией Верховного суда и особым совещанием. Особисты держали под  подозрением всю армию и заставляли огромное число людей доносить на боевых товарищей и сослуживцев.

     После ареста Берии в июне 1953 года в  материалах 2-го спецотдела МВД обнаружились документы об установке оперативной  техники на квартирах Буденного, Жукова и Тимошенко. «Прослушку» устанавливали по указанию начальника главного управления контрразведки Смерш Абакумова. Вождь хотел знать, о чем в домашнем кругу говорит главный конник...

     В 1946 году генерал-полковник Абакумов назначен министром госбезопасности. Якобы этим назначением Сталин создавал противовес Берии, контролировавшему силовиков. В реальности Берия уже был полностью устранен от этой сферы, а в конце 1945 года даже перестал быть наркомом внутренних дел. Сталин был всевластен, ему не требовались противовесы. Он выдвинул Абакумова потому, что был обеспокоен ростом авторитета военных, вернувшихся с войны героями. А кто лучше военной контрразведки сумеет с ними разобраться? [3]

     Абакумов  понравился вождю и тем, как умело  справился с фильтрацией бывших военнопленных. В конце войны Смерш занимался солдатами Красной армии, попавшими в немецкий плен, и советскими гражданами, оказавшимися на территории Германии по своей воле или по принуждению. Почти все они прошли через фильтрационные лагеря.

     Бывший  первый заместитель председателя КГБ СССР Филипп Бобков вспоминал, что в министерстве Абакумова встретили хорошо: свой, начинал с рядовых должностей. Говорили: он настолько близок к Сталину, что даже гимнастерки шьет из того же материала. Министр мог неожиданно заглянуть к рядовому оперативнику, посмотреть, как тот ведет дело, проверить, сколь аккуратно подшиты бумаги.

     Виктор  Семенович Абакумов многим казался  свойским парнем. Любил вечером пройтись по улице Горького пешком, со всеми  любезно здоровался и приказывал адъютантам раздавать старухам по сто рублей. Они крестились и благодарили.

     Слышал  я и другие отзывы. Один из кадровых офицеров КГБ рассказывал мне  о своем отце, офицере Смерша. Он в 1943 году попал в контрразведку  переводчиком. Последний год войны  прослужил в центральном аппарате главного управления, переводил самому Абакумову. Называл Абакумова бабником и хапугой, рассказывал сыну, как однажды в первые дни оккупации Германии был вызван в кинозал. Там сидели Абакумов и несколько его офицеров в окружении каких-то женщин, повсюду бутылки шампанского, пиво. Абакумов смотрел трофейный фильм и распорядился:

     — Ну-ка, Колька, переводи, что там они говорят! 
Охота на людей Жукова    В МГБ Абакумов закончил дела, затеянные еще в Смерше. Василий Сталин пожаловался отцу на плохое качество самолетов. Сталин поручил проверку Абакумову. Абакумов состряпал дело и посадил наркома авиационной промышленности Алексея Шахурина, главного маршала авиации Александра Новикова, офицеров штаба ВВС. Маршала Новикова использовали для более крупного дела — из него выбивали показания на маршала Жукова. Он подписал показания, в которых говорил, что Жуков «пытается умалить руководящую роль в войне Верховного Главнокомандования, и в то же время, не стесняясь, выпячивает свою роль в войне как полководца, даже заявляет, что все основные планы военных операций разработаны им».[2]

     На  основе этих показаний Жукова сняли  с поста главнокомандующего Сухопутными  войсками и отправили в Одессу командовать округом. На квартире Жукова в Москве был проведен негласный  обыск. Цель, докладывал Абакумов Сталину, состояла в том, чтобы «разыскать и изъять на квартире Жукова чемодан и шкатулку с золотом, бриллиантами и другими ценностями...»

     «В  процессе обыска чемодан обнаружен  не был, — доложил Абакумов, —  а шкатулка находилась в сейфе, стоящем в спальной комнате. Дача Жукова представляет собой по существу антикварный магазин или музей, обвешанный внутри различными дорогостоящими художественными картинами, причем их так много, что четыре картины висят даже на кухне...»

     На  основе докладной Абакумова Сталин принял решение:

     «Освободить т. Жукова с поста командующего Одесским военным округом, назначив его командующим  одним из меньших округов».

     За  связь с Жуковым посадили больше семидесяти человек. Эти генералы были арестованы на основании материалов прослушивания. Поэтому их дела не хотят рассекречивать и по сей день. Аресты среди окружения Жукова шли почти до самой смерти Сталина.

     Герой Советского Союза генерал-лейтенант  Владимир Крюков, бывший командир кавалерийского корпуса, был очень близок к маршалу Жукову, поэтому его посадили. Затем арестовали его жену Лидию Русланову, замечательную исполнительницу русских народных песен. Генерала Крюкова доставили к самому министру госбезопасности. Абакумов втолковал: «Будешь упорствовать, будем бить и искалечим на всю жизнь».

     Бывший  директор авиационного завода, освобожденный  из заключения после смерти Сталина, рассказывал: «Меня допрашивал министр  госбезопасности Абакумов, который  потребовал, чтобы я признался. Я  отрицал. Тогда министр приказал следователю бить меня до тех пор, пока я не подпишу такие показания. Допросов с резиновой дубинкой было подряд семь. Их я выдержал, но перед восьмым допросом сдался и сказал неправду».

     Писари  и забойщики    Когда Абакумова арестуют, он скажет на допросе:

     — Мы можем бить арестованных. В ЦК меня и моего первого заместителя Огольцова многократно предупреждали о том, чтобы наш чекистский аппарат не боялся применять меры физического воздействия к шпионам и другим государственным преступникам, когда это нужно.

     В следственной части у Абакумова было разделение труда. Одни, малограмотные, выбивали показания. Другие, с образованием, писали протоколы. Они так и назывались: «забойщики» и «писари». На процессе по делу Абакумова в декабре 1954 года генеральный прокурор СССР Роман Руденко сказал:

     — Я не хочу расшифровывать некоторые формы пыток с тем, чтобы не унижать достоинство тех лиц, к которым они применялись, которые остались живы и присутствуют на процессе.

     Руденко, пишет бывший председатель Верховного суда СССР Владимир Теребилов, «видимо, имел в виду случаи, когда, например, допрашиваемого раздевали и сажали на ножку перевернутой табуретки с тем, чтобы она попала в прямую кишку...»

     Именно  Абакумов в 1948 году по указанию Сталина  организовал убийство народного  артиста СССР, председателя Еврейского антифашистского комитета Соломона Михоэлса. Сидя в камере, Абакумов подробно рассказал, как он распорядился раздавить Михоэлса и его спутника грузовой автомашиной и ночью бросить тела на одной из улиц Минска.