Лингвокультурные характеристики английских прозвищ

Введение

Одним из продуктов языкового  народного сознания как материализации опыта поколений и отдельных  представителей данного народа являются имена собственные, многие из которых  не только передают национальный колорит  языка, но и составляют своеобразные суждения о жизни народа, дают систему  точных характеристик его менталитета  и национального самосознания.

Имена собственные (ИС) занимают значительное место в составе лексики любого языка. Специфика имен собственных всегда привлекала внимание исследователей: географов, культурологов, историков, лингвистов, переводчиков. Это связано, прежде всего, с тем, что имена собственные, среди которых наиболее значимую нишу в лексико-фразеологической системе языка занимают антропонимы, являются, несомненно, одним из важнейших компонентов языковой, и концептуальной картины мира. Обладая «сложной смысловой структурой, уникальными особенностями формы и этимологии, способностями к изменению и словообразованию, многочисленными связями с другими единицами и категориями языка» [10, с. 200], имена собственные являются опорными точками в межязыковой коммуникации, исполняют функцию межязыкового, межкультурного «мостика».

Среди антропонимических  категорий, составляющих совокупность идентификационных средств для выделения человека в социуме на современном этапе его существования, есть официальные и неофициальные.

В официальную антропонимическую  группу ситуативных имен входят реальные человеческие фамилии и имена (в русском языке еще и отчества). Но в бытовой коммуникации, которая составляет сферу неформального общения, занимающую значительное место в повседневной жизни индивидуума, большую роль играют прозвища – дополнительные, неофициальные именования человека, использующиеся для наиболее точной, личностной, оценочной характеристики называемого и выделяющие его в коллективе.   

Актуальность  темы курсовой работы. Поскольку прозвища – это дополнительные идентификаторы личности, на которых лежит отпечаток неофициальности, то данная категория ИС является наименее исследованной, хотя изучение прозвищ считается перспективным направлением в лингвистике.

Новизна работы заключается в том, что впервые исследуется мотивационный аспект и новые тенденции в образовании английских прозвищ.

Целью работы является изучение лексических особенностей английских прозвищ и рассмотрение / выявление классификации.       

Для достижения поставленной цели в курсовой работе необходимо решить следующие задачи:

– раскрыть культурно-исторические и лингвостилистические особенности английских имен собственных;

– дать классификацию прозвищ современного английского языка;

Материалом для  исследования, проведенного в курсовой работе, явились фразеологические единицы, номинирующие прозвища, выбранные методом сплошной выборки из лексикографических источников.

Теоретической основой исследования посдужили труды таких отечественных и зарубежных исследователей: О. А. Бирюкова,                                    В. Д. Бондалетов, С. И. Гарагуля, К. В. Зайцева, Д. И. Ермолович,                                 О. А. Леонович, Ю. В. Рылов, А. В. Суперанская, и др.

Для решения сформулированных выше задач использовались следующие методы исследования:

– семантического анализа;

– структурно-функционального анализа;

 – количественного анализа.

Объектом исследования являются английские прозвища.

Предметом исследования является изучение лингвокультурных характеристик  английских прозвищ.

Теоретическую значимость курсовой работы мы видим в том, что разработка мотивационной типологии и выявление структуры прозвищ в английской лингвокультуре определили место прозвищ в английской                    антропонимической системе.

Практическая  значимость работы заключается в возможности применения полученных результатов в курсах языкознания, лексикологии и стилистики английского языка, межкультурной коммуникации.

Структура работы. Курсовая работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка использованных источников.

Во введении формируются цель и задачи курсовой работы, раскрывается актуальность выбранной темы, указываются объект, предмет исследования.

В первой главе рассматривается прозвище как культурологическая и лингвистическая категория, раскрывается его национально-культурная специфика.

Во второй главе приводится анализ английских прозвищ и классификация.       

Заключение отражает основные результаты исследования и выводы работы.

Список использованных источников  состоит из 24 наименований.

1. Прозвища как вид антропонимов: проблемы и перспективы развития
1. Имя собственное в истории языка и культуры

В традиционных грамматиках  имя личное представлено как подкласс имени существительного, относящийся  к именам собственным. Под термином «личное имя» «понимается прежде всего «индивидуальное именование субъекта» [18, с..366], официально закрепленное за ним при рождении.                    О. А. Леонович отмечает, что «из всех ономастических категорий личные имена первыми получили документальное отражение. В основе их лежали апеллятивы, которые использовались в качестве прозвищ для обозначения людей» [12, с. 140].

Имя собственное отражает, прежде всего, национально-языковую картину  мира, которая, по словам М. Шингаревой, «отображает обиходно-эмпирический, культурный или исторический опыт некоторого языкового коллектива» [20, с. 83]. Поэтому имя, «несущее на себе печать конкретной в каждом случае национальной ментальности» [15, с. 27], является компонентом лексической системы любого языка.

Изучением антропонимов занимается анторопонимика (греч. antropos – «человек»), изучающая имена, фамилии, прозвища и псевдонимы людей, которая является разделом ономастики (от греч. onomastike, т.е. «искусство давать имена»). Термин оним или онима (собственное имя) – это «слово или словосочетание, которое служит для выделения именуемого им объекта среди других объектов: его индивидуализации и идентификации» [14, с. 121].

Известно, что антропонимы (имена, фамилии, прозвища, псевдонимы, а в русском языке еще и  отчества) являются важнейшим звеном, связывающем человека с непосредственным окружением и обществом в целом. Человек живет не просто среди людей, но и среди имен, которые образуют вокруг каждого человека определенный континуум, особое национально-культурное постранство, единое для всего языкового коллектива и индивидуальное для любого отдельного его члена.

На ранних стадиях развития общества имя – неотъемлемый компонент  личности, его второе «я», его душа: «Nomen, omen» («Имя – судьба»), говорили в древности. Узнать имя человека значило сделать его безоружным перед силами зла. Именно поэтому у древних было принято пользоваться субститутами настоящего имени. Следы этих обычаев обнаруживаются и на более поздних этапах цивилизации. Например, в куртуазном романе Кретьена де Труа «Эрек и Энида» (XII в.) Эрек узнает настоящее им жены, полученное ею при крещении, лишь в момент женитьбы.

«Во многих древних культурах, – пишет Ю. А. Рылов, – имя считается настоящим духовным центром человека, в котором в символической форме скрывается его сущность <…> В настоящее время (по крайней мере, в европейских культурах) имя утратило свою магическую значимость, но приобрело важное юридическое и бюрократическое значение, хотя идея omen, nomen продолжали волновать авторов и в XX веке. Так, П. А. Флоренский считал, что «именем выражается тип личности, онтологическая форма ее, которая определяет далее ее духовное и душевное строение», а итальянский исследователь В. Тартамелла связывает фамилию с судьбой ее носителя, утверждая, что фамилия значительно влияет на поведение человека и, как следствие, на его статус в обществе. Указанный автор заявляет о создании новой научной дисциплины – психогномии, которая призвана заниматься влиянием фамилии на нашу интеллектуальную, профессиональную и общественную жизнь» [16, с. 10].

Антропонимические традиции европейских народов, несмотря на наличие  значительного количества сходных  черт (заключающееся в наличии  личного имени и фамилии, то есть компонентов, один из которых является сугубо индивидуальным, а другой передается по наследству), отличаются неповторимой самобытностью и оригинальностью, отражающей взгляд народа на мир и на место в нем индивида.

С VIII в. до н.э. Британские острова  начали заселяться индоевропейскими племенами  – кельтами, гаэлами, бриттами и  белгами. Они принесли свои личные имена, которые были схожи с греческой и славянской системами именования. В современной системе личных имен английского языка мы можем обнаружить всего лишь следы эпохи кельтов. Этот факт может быть объяснен с исторической точки зрения: германские племена, переселившиеся на Британские острова, оттеснили кельтов на запад и север, а оставшиеся кельтские племена либо погибли, либо были ассимилированы завоевателями. Тем не менее некоторые кельтские личные имена, приобретя англизированную форму, популярны и в настоящее время. Пример тому – мужское имя Brian (Bryan, Brien) – от кельтского brigh (сила).

Довольно популярным словообразовательным компонентом у кельтов был gwyn (gwen) – «белый (-ая), белокурый (-ая), блаженный (-ая), святой (-ая)», который служил для образования личных имен. Примерами современных английских личных имен с этим формантом являются: Gwen (жен.); Gwyn (муж.); Gwenda (жен.) – gwen + da (хороший); Gwendolen (жен.) – gwen + dolen (круг) и др.

Древнеанглийские имена  и этимология их происхождения рассматриваются в книге Э. Уикли «Джек и Джилл» (1974), в предисловиях к Оксфордскому словарю английских личных имен Э. Г. Уитиком (1948). словарю личных имен П. Хэнкса и Ф. Ходжиз (1996), а также в диссертации К. Б. Зайцевой «Английская антропонимия и ее стилистическое использование» (1979). Анализ и изучение упомянутых работ позволяет сделать следующие выводы:

I. Личные имена  кельтов и англосаксов по составу  были:

1) однотемные;

2) двухтемные;

3) производные. 

К однотемным имена относилось, например, имя Hwita «белый, светлый, блестящий». Двухтемные имена, в частности гаэльские, представляли собой, например, два существительных в именительном падеже – Faolchadh faol (волк) и chadh (воин) или предложное сочетание – Cuganmathair (пес без матери, осиротевший пес).

Что касается производных  личных имен, то они образовывались от апеллятивов, и для этого использовались различные суффиксы (например, патронимический суффикс -an): Man(n)ing < man (человек).

Рассмотрение личных имен англосаксов показывает, что для  образования как однотемных, так  и двухтемных личных имен древние  англичане использовали лексику, имеющую  «доброжелательный» характер. Ониверили в магическую силу имен, образованных от таких слов, считая, чтоподобные имена дают их носителям покровительство, счастье, благополучие, любовь, защиту от болезней, почет и т.д.

II. По семантике  однотемные древнеанглийские имена  можно подразделить на следующие группы, обозначающие:

1) национальную принадлежность;

2) общественный статус;

3) вид оружия и военные  действия;

4) живую и неживую природу; 

5) мифологические существа;

6) строения;

7) названия, соотносимые  с конкретной и абстрактной  нарицательной лексикой;

8) качество и признаки  предметов и людей; 

9) действие.

По данным К. Б. Зайцевой (2009), в настоящее время в английской антропонимике лишь 8 % приходится на имена древнеанглийского периода   [10, с. 55].

После норманнского завоевания 1066 года древнеанглийские имена, употреблявшиеся  на протяжении столетий, почти полностью  исчезают. Кроме своего языка и  культуры, нормандцы принесли на британские острова и свои антропонимы, которые довольно быстро вытеснили древнеанглийские, особенно у знати и городских жителей. Англичане были вынуждены использовать новые нормандские имена по политическим причинам как свидетельство того, что новый режим ими принимался и поддерживался. В результате этого в употреблении остались только считанные англосаксонские имена, например: Alfred, Edgar, Edmund, Edward, Hilda. Mildred и некоторые другие. Интересно отметить, что если проследить историю каждого из вышеперечисленных имен, то мы увидим, что их носителями были люди, представлявшие верхушку общества, в том числе и короли (например, Alfred the Great, который был королем Эссекса).

В период норманнского завоевания начинают появляться фамилии. «Словарь русской ономастической терминологии» Н. В. Подольской так определяет термин фамилия: фамилия – это вид антропонима. Наследуемое официальное именование, указывающее на принадлежность человека к определенной семье <…> Фамилия прибавляется к имени личному для уточнения именуемого лица; исторически имя личное первично, фамилия – вторична; различие между личным именем и фамилией функциональное, социальное и отчасти структурное [14, с. 155–156].

Возникновение и развитие фамилии как общественно-исторической и языковой категории тесно связано  с главными этапами социально-экономического развития человечества. До определенной ступени развития человечество не имело  фамильных имен. В том случае, когда личное имя не в состоянии  было индивидуализировать того или  иного члена языкового коллектива, прибегали к помощи дополнительного индивидуализирующего знака-прозвища.

1.2 Взаимосвязь  английских фамилий и прозвищ

По определению Н. В. Подольской, прозвище – это «дополнительное имя, данное человеку окружающими людьми в соответствии с его характерной чертой, сопутствующим его жизни обстоятельством или по какой-либо аналогии» [14, с..115]. Автор выделяет групповые (или коллективные), школьные, возвеличивающие, уничижительные, насмешливые и другие прозвища.

По мнению А. В. Суперанской, личные имена отличаются от прозвищ главным образом тем, что в первых нарицательное значение основ не столь очевидно, как во вторых. В прозвищах оно всегда свежо, в то время как в личных именах нарицательное значение основ почти всегда затемнено. Прозвища всякий раз создаются вновь, личные имена переходят из поколения в поколение [18, с. 66].

Тенденция перехода коннотативных  имен собственных, т. е. прозвищ, в фамилии наблюдается уже в период норманнского завоевания. Процесс превращения прозвища в наследственное фамильное имя был сам по себе продолжителен и неодинаков для разных социальных групп населения и для разных районов страны. Одним из основных факторов, способствовавших переходу прозвища в фамилию, как указывает О. А. Леонович, «была потеря его мотивировки, утрата информации о причинах его возникновения»                     [12, с. 21].

Подчеркивая большую выразительность  прозвищ, И. Р. Гальперин отмечал: «Известно, какую сильную эмоциональную нагрузку обычно несет на себе кличка. Она, подмечая какую-нибудь случайную, но характерную черту, прилипает к человеку, иногда успешно конкурируя с собственным именем»            [5, с. 137].

До сегодняшнего дня в  основе многих английских фамилий лежат  прозвища, номинирующие происхождение  их владельцев (из определенной местности, города или страны): Scott, Norman, Cornwall, Kent и др.

Некоторые фамилии были образованы от прозвищ, в которых нашли свое отражение топографически примечательные пункты определенной местности: Brook, Hill, Cliff, Fields. Подобное прозвище мог получить человек, живущий в непосредственной близости от какого-нибудь примечательного  объекта сельского ландшафта. Так, нередки фамилии, отражающие особенности  растительного мира (Aspen, Beech, Wood, Tree, Shaw), фамилии, образованные от названий рек (Tees, Calder, Becker, Brooker) и т. д. Фамилии могли происходить и от прозвищ горожан, имеют в своей основе названия примечательных пунктов города – улиц, рынков, площадей и т. п. (Gateman, Townsend).

Очень широко в английских фамилиях представлено лексическое  поле названий различных профессий  и должностей. Они входят в состав примерно 20 % всех фамильных имен.

Этимологический анализ английских профессионально-должностных фамилий  позволяет воссоздать всю социально-экономическую  структуру английского общества XI–XV вв. именно того периода, когда формировалась основа современной английской фамильной ономастики. В основном, эти фамилии происходят от прозвищ, обозначавших должность, профессию или ремесло их носителей. Также можно выделить ряд подгрупп [1, c, 102]:

1) Фамилии от названий должностей.

В этой группе представлены фамилии, восходящие к различным  титулам, чинам и должностям, носители которых в средневековой Англии занимались непосредственным обслуживанием  короля, членов королевской семьи  – привилегия, которой пользовался  круг лиц, занимавших высокое положение  в обществе. В книге мы встречаем: Stewart, или Stuart («королевский сенешаль»), Barber, Spencer («управляющий»), Page («подавал полотенце»), Spooners, Pottinger («готовил королевский суп»), Kitchener («поворачивал вертел»), Says или Sayers («пробовал еду, прежде чем ее подавали на королевский стол, проверяя, не отравлена ли она»).

Пережив на несколько веков  титулы и должности, их породившие, эти фамилии являются едва ли не единственными памятниками давно  прошедших традиций и обычаев. Социальные характеристики человека находим в  основах следующих фамилий: Knight, Squire, Gent, Sheriff, Justice:

2) Фамилии от названий профессий, связанных с сельским хозяйством, сельскохозяйственными работами.

Отметим ряд фамилий с основами, относящимися к уходу за животными. Так, на севере страны нередки фамилии Hurd, Hird, Heard, происходящие от herd «пастух». Hoggart и Poacher ухаживали за свиньями, Gozzard пас гусей, Shepherd – овец. Packman на своей лошади (packhorse) отвозил продукты в город. К наиболее распространенным фамилиям относится Farmer:

3) Фамилии от названий профессий, связанных с городскими ремеслами.

Многочисленные фамилии, связанные с различными отраслями  ремесленного производства, объясняются характерной для хозяйственной системы эпохи феодализма узкой специализацией отраслей производства, жестко ограниченной цехами и гильдиями: Barkers, Barbers, Chandlers. Mercer торговал в розницу, Grosser – оптом. Фамилия Chapman произошла от cheapman «тот, кто торговал дешево». Единственно грамотным человеком в то время мог быть Clarke. Некоторые английские фамилии ведут свое происхождение от почти забытых или совсем исчезнувших средневековых профессий и должностей. Среди них такие, как Archer, Bowman, Stringer, Fletcher («мастер, изготовлявший стрелы»), и др. Barker работал с корой для обработки седел, Crocker делал горшки, Wakeman («сторож») будил людей.

4) Фамилии от названий, связанных с торговлей сукном.

После сельского хозяйства  и ремесел производство и торговля сукном являются наиболее богатым источником создания профессионально-должностных английских фамилий. Здесь мы встречаем Woollen, Woolley, Packer (от woolpacker), Sherman, Comber, Webber, Tailor имн. др.

О. А. Леонович выделяет группу т. н. описательных фамилий, которые отражали биологические особенности человека. Они в своем большинстве происходят от прозвищ, характеризовавших своих носителей по наиболее примечательным физическим или духовным качествам. Физические и физиологические характеристики человека нашли свое отражение в следующих фамилиях: Bigg, Strong, High, Low, Little, Longman, Strongman, Elder, Small, Armstrong (распространенная в Шотландии и на севере Англии) и т. д. Характеристики моральных качеств и умственных способностей человека отразились в таких фамилиях, как Bed, Good, Wise, Friend, Trueman, Love, Merry и т. д. Многие описательные фамилии пошли от прозвищ, отражающих условия жизни их носителей: Poore, Rich, Ragman (от ragged man «человек в обносках») и др. К описательным относятся также фамилии, образованные от прозвищ участников ежегодных мистерий, которые устраивались на улицах и площадях средневековых городов Англии. Они были, частым явлением в жизни страны, и принимать участие в этих постановках считалось почетным делом, требующим серьезного отношения. Зачастую участник мог играть одну и ту же роль из года в год, роль становилась его прозвищем, а отсюда ужелегко объяснить происхождение многих фамилий, не входящих ни в один из рассмотренных выше классов: King, Baron, Earl, Lord, Cardinal, Legate, Count, Duke, Caesar, Queen, Satan и др. Описательные фамилии нередко происходили от прозвищ, даваемых «от противного». Так, один из ближайших друзей Робин Гуда Little John был огромного роста. Вот почему совершенно справедливо замечание О. А. Леоновича «о бесплодности непосредственного выведения фамилий из реалий (часто это приводит к неверному их толкованию)»                 [12, с. 29].

Любой антропоним, будучи именем существительным, постоянно отвлекается от своей прямой задачи – обозначить, «дать этикетку» индивиду и обрастает целым рядом семасиологических функций, что свидетельствует о «прозвищных корнях» личного имени, которое может быть связано с социальной, региональной или возрастной характеристикой человека, с принадлежностью человека к определенной эпохе.

2. Лингвокультурные характеристики английских прозвищ

2.1 Лексические особенности английских прозвищ

Понятие прозвища (nickname) в  англоязычной лингвистике трактуется по-разному и в весьма неопределённых границах. Э. Партридж, определяя английский термин nicknames как «дополнения или заместители имён»                  [32, с. 76], противоречит этому определению, когда в понятие nicknaming включает пренебрежительное или фамильярное использование дериватов личных имен. Иногда к nicknames данный исследователь причисляет уменьшительные формы личных имен.

В западной лингвистике единообразия в том, что считать прозвищем, нет. По мнению Д. И. Ермоловича, «зарубежные лингвисты пользуются чисто интуитивным представлением об этой лексической категории» [8, с. 87]. Как мы уже отмечали, в русской ономастике прозвище рассматривают как вид антропонима, который либо номинирует определенную черту характера или внешности человека, либо связан с теми или иными жизненными обстоятельствами.

Лингвистов, исследующих  прозвища, чаще всего интересуют мотивация  и конкретные причины, приводящие к  возникновению прозвища у конкретного  человека. Такой исторический подход может быть интересен, однако мотивация прозвища может оказаться подвижной, с течением времени она уточняется и меняется.

Кроме того, нельзя не обратить внимания на тот факт, что причина  возникновения прозвища может оказаться  настолько случайной, что в современном употреблении прозвище иногда ощущается как немотивированное. Так, маршал авиации времён второй мировой войны Артур Конингем имел прозвище Маrу. Но образовалось оно не от женского имени, а из слова Maori (так называется одна из новозеландских народностей), которым маршала звали первоначально, поскольку ранее он служил в Новой Зеландии.

А вот американский адмирал  У. Холси, отличавшийся мягким характером, из-за ошибки журналиста получил прозвище Bull, который печатая о нем на пишущей машинке материал в газету нажал по ошибке на букву u вместо i.

Рассмотренные нами прозвища довольно экспрессивны и кажутся  нам мотивированными. Однако, лежащие  в их основе образы отнюдь не характеризуют носителей прозвищ.

Способность прозвищ возникать  благодаря совершенно неожиданной  мотивации, которая затем не поддаётся расшифровке, удачно подметил и обыграл Л. Кэрролл в своей сказке «Алиса в Стране чудес»:

«The master was an old Turtle – we used to call him Tortoise» –

«Why did you call him Tortoise if he wasn't one?» Alice asked.

«We called him Tortoise because he taught us,» said the Mock Turtle angrily... [24, с. 138–139].

Здесь причиной возникновения  прозвища, по Л. Кэрроллу, становится простое созвучие tortoise – taught us. В сказке это звучит комично, но, как мы убедились в случае с прозвищем Maori – Mary, подобный путь происхождения прозвищ имеет место и в действительности.

«C точки зрения употребления, – пишет Д. И. Ермолович, – можно отвлечься от конкретных мотивов наречения человека прозвищем и даже от того, насколько смысл прозвища соответствует реальным качествам его носителя. Большинство прозвищ, конечно, образны, но эта образность имеет обобщённый характер. Одни прозвища действительно называют какую-то черту характера или внешнюю примету; другие же расплывчато-образны, допускают различные толкования или вообще не связаны с характеристиками человека. Кроме того, имеется довольно большая группа прозвищ, у которых мотивация или внутренняя форма отсутствует (чаще всего это отфамильные прозвища типа Coop от Cooper, Willie от Wilson, Rocky от Rockefeller и т.п.). Функция таких прозвищ не в том, чтобы как-то характеризовать человека, а просто в использовании нестандартного способа именования, в трансформации антропонима, что (по аналогии с варьированием личных имен) придаётим эмоционально-оценочную насыщенность» [9, с. 89].

По мнению В. Н. Куницыной, прозвища «относятся к прагматически отмеченной лексике, в структуре значения которых доминирует прагматический компонент. В основе создания оценочного потенциала прозвищ лежат такие прагматические факторы, как этноцентризм, стереотипизация, предубеждения и отрицательное отношение к отдельным социальным группам, положительное отношение к тем или иным индивидам, проявляющееся в выражении похвалы, любви, привязанности, нежности»               [11, с. 157].

Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод, что прозвище, с одной стороны, тесно связано со своим носителем и содержит информацию о нем, а с другой − имеет относительную самостоятельность и способность приписывать объектам те или иные признаки. Эта способность является следствием закрепления за такого рода именем определённого «значения», которое складывается преимущественно из трёх компонентов: номинативного значения, называющего объект, обозначенный именем; денотативного значения, включающего типичные черты, отражающие культурно-исторические сведения, и сигнификативного значения, связанного с наличием в имени понятийного компонента. Такие имена, кап правило, не переходят в разряд общих имен, актуализируя свое значение на какой-либо черте, характере, жизненной позиции.

2.2 Классификация  английских прозвищ

Каждый исследователь  по-своему подходит к классификации  прозвищ. Классификация Д. И. Ермоловича, который называет следующие критерии, по которым можно определить семантику прозвищ:

1) зависимость прозвища от ситуации;

2) состав прозвища;

3) характер коммуникативной сферы, в которой прозвища становятся индивидуальными.

Исходя из первого критерия, имена бывают ситуативные и внеситуативные.

Ситуативные имена возникают в конкретной речевой ситуации по определенному поводу. Они «возникают прежде всего тогда, когда имя референта неизвестно или не имеет значения, но человека требуется как-то выделить среди остальных» [9, c. 88].

Но ситуативные имена  – это не просто наименования. По словам                     Д. И. Ермоловича, «они заключают в себе способ дать человеку такую лаконичную характеристику, какая в противном случае могла бы потребовать более развернутой формулировки» [8, с. 90].

«В английском языке, – пишет данный исследователь, – очень продуктивной является модель образования прозвищ на основе прилагательного, нарицательного существительного или глагольного сочетания, к которым добавляются титульные приложения Mr, Mrs, Miss, Lady, Sir и некоторые другие. Такие прозвища, как правильно, используются по конкретному поводу, однократно или несколько раз в пределах одной ситуации» [8, с. 91–92].

Внеситуативные имена закрепляются за человеком в различных ситуациях. В одних случаях функции внеситуативного прозвища может выполнять нарицательное наименование, отражающее более или менее постоянные признаки человека, например: Boss – «Хозяин», Crookback – «Горбун», Nosey – «Носатик», the Dancing Chancellor – «Танцующий канцлер» (прозвище К. Хаттона, английского канцлера XVI века, известного своим искусством танцевать). В других случаях прозвища «основаны на случайных признаках человека или разнообразных ассоциациях. Если такие прозвища обретают устойчивость, то есть используются более или менее регулярно применительно к одному и тому же человеку, они часто теряют связь с первоначальной мотивировкой» [8, с. 94].

Перечислим несколько  подобных прозвищ: Buffalo Bill – прозвище американского импресарио У. Коди, постановщика развлекательных шоу; Capability Brown – прозвище английского архитектора Л. Брауна, часто повторявшего «It's capable» или «It has great capabilities» («В этом что-то есть», «В этом заложен большой потенциал»); Elvis the Pelvis – прозвище эстрадного певца Элвиса Пресли, обязанного этой кличкой своей манере мелко трясти бедрами во время выступлений; Hopeless – прозвище американского комика Боба Хоупа, полученное в результате перестановки его подлинного имени и фамилии – Les Норе.