Массовое мышление

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

План.

 

Введение_____________________________________________ 3

Глава 1 Понятие массового  мышления_____________________4-11

1. Исторические предпосылки___________________________4-7

1.2 Определение массового мышления______________________7-11

Глава 2 Субъекты стихийного массового поведения__________12-14

2.1 Публика и массы_____________________________________12

2.2 Толпа______________________________________________12-14

Глава 3 Концепция «массового человека»___________________14-21

3.1 Понятие и характерные  черты «массового человека»______14-19

3.2 Условия и причины  формирования «массового человека»__19-21

Глава 4 Психология масс_________________________________22-33

4.1 Теории массы_______________________________________22-26

4.2 Особые психологические  механизмы существования 

действующей толпы_____________________________________26-28

4.3 Слухи как условия  существующей толпы________________28-33

Заключение_____________________________________________34

Список литературы______________________________________35

 

 

 

 

 

 

Введение.

Большую часть жизни человек  проводит в привычных для себя группах со сложившейся групповой  моралью, системой ценностей; группах, осуществляющих непрерывный социальный контроль за его поведением и деятельностью.

Данная работа посвящена  рассмотрению проблемы массового мышления.

Случаются ситуации, когда человек (или целые группы людей) оказывается вне привычных для него условий, вне коллектива (понимаемого в данном случае предельно широко).

 Оторванность от привычной  социальной среды заставляет (неосознанно)  человека ассоциироваться с другими  людьми, находящимися в аналогичных  условиях, имеющих сходные потребности.  Чем в большей степени проявляется  реальная или мнимая угроза  удовлетворения общего (для данной  общности) интереса, тем острее противопоставление  «мы» — «они», тем большая  сплоченность (враждебность) к тем,  кто мешает.

Действительную опасность  для общественного порядка представляют массовые формы стихийного поведения, образующиеся при социальных катаклизмах, ложно понятых решениях государственных  органов, в случаях аварий и стихийных  бедствий

Целью данной работы является изучение феномена массового мышления. Нами была предпринята попытка описать  сам феномен, также исследовать  феномен массового человека и  поведение толпы.

Объектом исследования является массовое мышление. Предметом исследования является поведение человека в толпе,

 

 

 

 

 

 

 

Глава 1. Понятие массового мышления

1. Исторические предпосылки

 

С конца XIX века одной из проблем  философии стало массовое сознание. Ницше писал: "Когда сто человек  стоят друг возле друга, каждый теряет свой рассудок и получает какой-то другой".¹

Важной работой, идеи которой  затем были развиты многими авторами, был труд испанского философа Хосе Ортеги и Гассет "Восстание масс"². Эта работа хорошо известна, и в данном реферате мы рассмотрим тот контекст, в котором были сформулированы и затем разработаны некоторые ее положения.

Когда говорят "масса", речь идет не о классах и сословиях. Класс - часть общества, соединенная  устойчивой системой идеалов и интересов, занимающая определенное место в  историческом процессе и обладающее культурой и идеологией. Масса (и  ее крайняя, временная и неустойчивая форма - толпа) не есть часть общества, хотя и образует коллективы. В ней  отсутствует структура и устойчивые культурные системы, у нее другой "разум" и образ поведения, нежели у класса.

Ле Бон в своей основополагающей для данной темы книге "Психология масс"³ перечисляет подмеченные им особенности этого краткоживущего человеческого коллектива. Приведем его тезисы из раздела "Душа толпы".

В толпе "сознательная личность исчезает, причем чувства и идеи всех отдельных единиц, образующих целое, принимают одно и то же направление. Образуется коллективная душа, имеющая, конечно, временный характер, но и  очень определенные черты... Индивид, пробыв несколько времени среди  действующей толпы, под влиянием ли токов, исходящих от этой толпы, или  каких-либо других причин - неизвестно, приходит скоро в такое состояние, которое очень напоминает состояние  загипнотизированного субъекта". Толпа - качественно новая система, а  не конгломерат. В ней "нет ни суммы, ни среднего входящих в ее состав элементов, но существует комбинация этих элементов и образование новых свойств".

"Индивид в толпе  приобретает сознание непреодолимой  силы, и это сознание дозволяет  ему поддаваться таким инстинктам, которым он никогда не дает  волю, когда бывает один. В толпе  же он менее склонен обуздывать  эти инстинкты, потому что толпа  анонимна и не несет на себе  ответственности. Чувство ответственности,  сдерживающее всегда отдельных  индивидов, совершенно исчезает  в толпе".

Человек в толпе обладает удивительно высокой восприимчивостью к внушению: "В толпе всякое чувство, всякое действие заразительно, и притом в такой степени, что  индивид очень легко приносит в жертву свои личные интересы интересу коллективному. Подобное поведение, однако, противоречит человеческой природе, и  потому человек способен на него лишь тогда, когда он составляет частицу  толпы".

"Толпе знакомы только  простые и крайние чувства;  всякое мнение, идею или верование,  внушенные ей, толпа принимает  или отвергает целиком и относится  к ним или как к абсолютным  истинам, или же как к столь  же абсолютным заблуждениям. Так  всегда бывает с верованиями,  которые установились путем внушения, а не путем рассуждения... Каковы  бы ни были чувства толпы,  хорошие или дурные, характерными  их чертами являются односторонность  и преувеличение... Сила чувств  в толпе еще более увеличивается  отсутствием ответственности, особенно  в толпе разнокалиберной".

"Толпа никогда не  стремилась к правде; она отворачивается  от очевидности, не нравящейся  ей, и предпочитает поклоняться  заблуждению, если только заблуждение  это прельщает ее. Кто умеет  вводить толпу в заблуждение,  тот легко становится ее повелителем;  кто же стремится образумить  ее, тот всегда бывает ее жертвой".

Дав описание толпы, Ле Бон  не поднимает вопроса о том, почему не всякое скопление людей превращается в толпу и не подчеркивает того факта, что он писал именно о толпе  индивидов - людей, живущих в атомизированном  обществе и не связанных общими ("тоталитарными") авторитетами и этическими нормами. Процесс перестройки мышления был  запущен протестантской Реформацией, которая положила начало философии  Просвещения, "заменившей народные догматы индивидуальным разумом" (по выражению де Местра).

Таким образом, главным признаком  массового общества и массовой культуры является тот факт, что человек  воспринимает себя и других как индивидов - неделимых атомов человечества. Господствующей идеологией в массовой культуре стал индивидуализм, который был укреплен социал-дарвинизмом и идеей конкуренции  как борьбы за существование. Испанский  историк Р.Граса пишет, что социал-дарвинизм  вошел в культурный багаж западной цивилизации и "получил широкую  аудиторию в конце XIX - начале ХХ в. не только вследствие своей претензии  биологически обосновать общественные науки, но прежде всего благодаря  своей роли в обосновании экономического либерализма и примитивного промышленного  капитализма. Самоутверждение индивидуума  было восславлено и стало подсознательной  частью культурного наследия Запада. Напротив, идея взаимопомощи была забыта и отвергнута"⁴.

Как пишет американский специалист по СМИ, профессор Калифорнийского  университета Г.Шиллер, "самым крупным  успехом манипуляции, наиболее очевидным  на примере Соединенных Штатов, является удачное использование особых условий  западного развития для увековечения как единственно верного определения  свободы языком философии индивидуализма... На этом фундаменте и зиждется вся конструкция манипуляции"⁵.

Эту тему затем вскользь затронул Ортега и Гассет в книге "Восстание масс". Индивид, склонный стать человеком массы и влиться  в толпу - это человек, выращенный в школе определенного типа, обладающий определенным складом мышления и  живущий именно в атомизированном  обществе массовой культуры. Это человек, который легко сбрасывает с себя чувство ответственности. В этом ему помогают и политики, применяющие "превращение в толпу" как  технологию власти. Изучению этой технологии в период прихода к власти фашистов в Италии, Германии и Испании посвящена  большая литература.

Ле Бон выдвигает одно важное положение, которое, видимо, опережало  его время. Но сегодня, с развитием  радио и телевидения, оно стало  очень актуальным. Суть его в том, что для образования толпы  не является необходимым физический контакт между ее частицами. Ле Бон  пишет: "Тысячи индивидов, отделенных друг от друга, могут в известные моменты подпадать одновременно под влияние некоторых сильных эмоций или какого-нибудь великого национального события и приобретать, таким образом, все черты одухотворенной толпы... Целый народ под действием известных влияний иногда становится толпой, не представляя при этом собрания в собственном смысле этого слова".

Идеи, высказанные Ле Боном, дополняли и развивали многие психологии и философы (например, и  З.Фрейд в книге "Массовая психология и анализ человеческого Я").

 

2.  Определение массового мышления

Массовое мышление - собирательное понятие, обозначающее сознание значительной части людей, массы граждан, принадлежащих чаще всего к разным социальным группам, слоям и классам. Этим понятием характеризуются, если не господствующие, то во всяком случае весьма влиятельные в обществе воззрения и настроения, учет которых существенно важен для политики. Другие формы общественного сознания (классовые, национальные, этнические и т.п.) отличаются устойчивой определенностью своего носителя и соответственно относительной стабильностью своих содержательных характеристик, поскольку при помощи подобных форм сознания отражается и выражается существо интересов вполне определенного носителя такого сознания. Массовое же сознание характеризуется как раз тем, что его носителем является особая совокупность граждан, называемая массой (значительная совокупность граждан, объединенных в те или другие внеклассовые, межклассовые и надклассовые движения: религиозные, экологические, антивоенные и т.д., т.е. совокупность людей, социальные интересы которых во многом различны), а причины объединения этих граждан в определенную массу или движение связаны не столько с общим или сходным социально-экономическим или историко-этническим положением, сколько со сплочением участников вокруг определенной идеи, лозунга, цели, выражающих совпадение их устремлений лишь по данному вопросу или аспекту интересов. важно именно своей массовостью, распространенностью среди населения, причем независимо от экономического или социального положения людей, а в силу других причин: из-за популярности того или другого идола или лидера поклонения, из-за популистского характера лозунгов и обещаний определенных партий, из-за привлекательности целей движения и т.п. Массовость, широкая распространенность, хотя и важный, ключевой, но все же не единственный признак массового сознания: ведь и классовое сознание может распространиться в массах, стать массовым, охватывающим не один класс, но в этом конкретном случае, как правило, речь идет о сходстве или близости социально-экономического положения классов. Скажем, сознание, идеи, взгляды рабочего класса могут распространяться в среде городского плебса, среди низкооплачиваемых служащих или в среде крестьян-бедняков и т.д. Не только положение и интересы подобных классов и слоев, как классов-тружеников, малоимущих или неимущих очень близки; не менее важно и то, что все эти социальные группы эксплуатируются одними и теми же эксплуататорами, угнетаются одной бюрократией и т.п. И все же близость социально-экономического положения и интересов не стирает различий, не делает эти группы тождественными. Наглядным примером массового сознания может служить религия. Здесь и широкая распространенность религии, и ее глубокое проникновение в толщу народа независимо от классового положения и расхождения интересов разноклассовых приверженцев той или иной веры. Примером массового сознания, внушенного традицией, привычкой и активизированного лидером, может служить гапоновщина в России, выражавшая наивную веру миллионов и десятков миллионов самых отсталых, самых неподготовленных слоев рабочего класса и крестьянства в доброту русского царя, готовность масс во имя этой веры пойти на испытания и жертвы. Очень часто подобная мифология заражает широкие слои населения именно потому, что она не только переносит ответственность за беды миллионов, за нужды масс населения с их действительного и могущественного виновника - общественного устройства и защищающих его сил - на более "мелких сошек", более легко победимых противников, но также и потому, что благодаря подобной рокировке сохраняется надежда и вера в то, что стоит только захотеть верховному благодетелю царю, и без борьбы масс и жертв с их стороны все образуется, утрясется. Чтобы лучше разобраться с основными аспектами массового сознания, следует рассмотреть субъект массового сознания, содержание такого сознания, общественную роль массового сознания. Мы уже говорили, что носителем массового сознания является масса. Современная политология, как и социология, видит в массе ряд существенных особенностей. Прежде всего следует выделить статистический характер образующего ее множества граждан, причем само это множество не является каким-то самостоятельным целостным образованием, отличным от составляющих его элементов, граждан; важна не только статистическая, но и вероятностная природа этого множества, поскольку вхождение в него индивидов имеет неупорядоченный, случайный, сплошь и рядом ситуативный характер; существенно важен и отчетливо внегрупповой (или межгрупповой) характер подобного множества, "разрушающий" границы между всеми существующими в обществе социальными группами; смешанный состав - одна из отличительных черт такого множества. Есть и другие особенности, свойственные подобным множествам. Что касается содержательной стороны массового сознания, то в нем из-за неопределенности носителя субъекта, при общей формулировке оказывается совмещенным несовместимое, ибо возможны самые разные варианты. Так, если мы будем рассматривать массовое сознание связанное с определенной верой, то окажется, что его содержанием является моноидеология (причем в одном случае - христианство или его течение, в другом - мусульманство, в третьем - буддизм и т.д.). Если же мы выйдем за пределы массового религиозного сознания и обратимся к массовому сознанию, связанному с мирскими делами, то обнаружим совсем иную картину. Если под массовым сознанием подразумевать всю совокупность форм обыденного человеческого сознания, то мы обнаружим широкую совокупность знаний, представлений, иллюзий, чувств, настроений, отражающих все многоцветье общественного бытия, все, что, воздействуя на массы, вызывает в них отклик. Конечно, во всем многообразии духовной жизни людей находят свое место и все формы общественного сознания - философия и религия, политика и право, мораль и искусство, наука. Однако взятое в полном объеме массовое сознание не совпадает с общественным сознанием, ибо последнее включает также сознание классов и социальных групп, все многообразие их обособленной духовной жизни. Если говорить об общественной роли массового сознания, его влиянии на общественную жизнь, то, не ставя под вопрос огромную роль всех форм общественного сознания, особенно сложившихся исторически и уже неотделимых от человеческой истории, было бы большим заблуждением не видеть, что массовое сознание - один из важнейших каналов воздействия на массы и манипулирования массами и что в критические периоды общественных переломов, когда недовольство больших масс населения перерастало в бунты и революции, трудно отделаться от мысли, что каждая форма общественного сознания так или иначе участвовала в этом процессе и играла свою, только ей присущую роль.и общественное мнение. Под термином "общественное мнение" во Франции XVIII в. подразумевались публичные выражения личных мнений ограниченной, но довольно значительной части населения, которая, обладая большим экономическим и культурным капиталом, претендовала на участие в управлении и намеревалась воздействовать на политиков с помощью пасквилей и так называемой "общественной" прессы. В XIX в. под воздействием демократических взглядов, основанных на том, что единственным источником законности политики является воля народа, публично выраженные мнения "социальной элиты" превращаются в народное мнение, представительная система правления приводит к тому, что элита, состоящая из избранных представителей, считает себя естественной выразительницей интересов "народа" и рассматривает свои мнения как выражение общих интересов и благосостояния, исключив узкие и ограниченные интересы определенного класса или группировки. И лишь совсем недавно, в связи с появлением изобретенных общественными науками таких новых методов исследования, как опросы общественного мнения, анонимное анкетирование, быстрая и автоматическая обработка ответов компьютером, понятие общественного мнения стало почти полностью совпадать с содержанием, хотя существование объективного референта продолжает оставаться неясным. Этот метод дает возможность назвать "общественное мнение" и "демократичным", так как прямо или косвенно опрашиваются все, и "научным", так как мнение каждого методично регистрируется и учитывается. Вначале использованный в политике для выявления намерений избирателей накануне выборов этот метод смог представить данные, поразительные по точности предсказания и безупречные с научной точки зрения, так как точность и достоверность были проверены самими выборами. Другое дело, когда по просьбе высокопоставленных лиц, а чаще всего важнейших органов прессы институты опроса общественного мнения проводят опросы с целью определения, как "общественное мнение", то есть мнение большинства, относится к чрезвычайно разным и сложным вопросам, таким, как вопросы международной и экономической политики, на которые у большинства опрошенных нет определенного мнения и они даже не задумывались над ними. Хотя и находясь в меньшинстве, что объясняется спецификой вопросов, однозначные заявления об отсутствии мнения и их случайное распределение в зависимости от пола, уровня образования и социального положения, достаточны, чтобы понять, что вероятность наличия мнения распределяется неравномерно. Не уделяя этому никакого внимания, институт общественного мнения, не ограничиваясь сбором уже существующих мнений, создает часто из разных слоев общества "общественное мнение", которое является чистейшим артефактом, полученным при помощи записи и статистической агрегации положительных и отрицательных ответов на уже сформулированные, часто в расплывчатых и двусмысленных выражениях, мнения, которые ведущие опрос предлагают взятым наугад и подходящим для голосования по возрасту людям. Опубликование этих результатов в "общественных газетах", которые очень часто заказывали опрос, в большинстве случаев является политическим шагом, имеющим видимость законности, научности и демократичности, с помощью которого общественная или частная группировка, располагающая средствами заплатить за проведение опроса, может придать своему частному мнению видимость всеобщности, которая подразумевается под "общественным мнением". Распространяясь, практика проведения опросов общественного мнения привела к изменениям в политической игре: политики теперь вынуждены считаться с этой новой, находящейся под контролем политологов инстанцией, которая лучше, чем "представители народа", должна высказать, чего хочет и что думает народ. Институты опроса общественного мнения теперь вмешиваются в политическую жизнь на всех уровнях: они проводят конфиденциальные опросы для политических группировок с целью выяснения, придерживаясь логики маркетинга, самых плодотворных тем избирательной кампании, оценки самых перспективных для выдвижения кандидатов; они также находятся в центре передач, которыми средства массовой информации, посвящая их политике, стараются превратить телезрителей в судей "клятвенных обещаний" политиков; национальная пресса регулярно заказывает проведение опросов об актуальных вопросах политики с целью опубликования их результатов. По мере того, как все шире используются якобы научные методы, претендующие на способность измерения, воздействующего на "общественное мнение" влияния политики коммуникации основных политических лидеров, становится заметным возникновение нового понятия политики: политическое воздействие все больше становится искусством управления целого комплекса разработанных специалистами "коммуникативной политики" методов, направленных на "управление общественным мнением". Под этим подразумевается распространение более или менее подтасованных мнений, которые создаются институтами на основе личных и частных ответов, собранных у населения, которое в большинстве своем мало знает о тонкостях политической игры. Таким образом, опрос общественного мнения позволяет выдать за решенный любой важнейший вопрос политической акции, используя технику навязывания проблематики и подтасовки отдельных ответов, считая за таковые как личные мнения, так и выраженные посредством представителей коллективные мнения.

 

 

 

 

Глава 2 Субъекты стихийного массового поведения

2.1 Публика и массы

В основе различных форм стихийного массового поведения  лежит особая психология.

Субъектом стихийного массового  поведения может быть любая, достаточно многочисленная группа людей, выделяющих себя по какому-либо признаку и осознающих свое единство в реализации совместных действий.

Публика — это большая  группа людей, формирующаяся на основе общих интересов, не имеющая внутренней организации, эмоциональное состояние  которой допускает рациональное осмысление и обсуждение ситуации. В основе формирования публики лежит  наличие общего объекта внимания — популярной личности, уличного происшествия, зрелищных мероприятий в театре или на стадионе, митинга, демонстрации и т.п.

Масса — это совокупность индивидов, составляющих многочисленную, аморфную группу людей, не имеющих в  большинстве прямых контактов между  собой, но связанных общим и постоянным интересом.

 

2.2  Толпа

Самым сложным и самым  важным субъектом стихийного массового  поведения является толпа. Это контактная, внешне неорганизованная общность людей, отличающаяся высокой степенью конформизма  ее членов, действующая крайне эмоционально и единодушно.

Как наиболее яркое выражение  стихийного массового поведения, толпа  — это крайне сложный объект для  изучения и управления. Это связано  с тем, что она может быстро переходить из одного состояния в  другое, следовательно, меняется состояние  и поведение людей.

Случайная толпа — скопление  людей, желающих получить информацию о  событиях или явлениях, очевидцами которых они стали по случайному стечению обстоятельств.

Основной контингент, составляющий случайную толпу, — лица, испытывающие острую потребность в острых впечатлениях. Как правило, случайная толпа формируется при всевозможных уличных происшествиях, дорожных авариях, пожарах, появлении необычных машин и механизмов, людей с непривычным внешним видом или поведением. Случайная толпа (толпа зевак) по своим характеристикам во многом напоминает публику и также способна быстро переходить в другие, более опасные виды толпы.

Экспрессивная толпа —  группа людей, совместно выражающая чувство радости, скорби, гнева или  протеста.⁶

На форму проявления чувства, характер экспрессии оказывают влияние  как сами события и явления, послужившие  поводом, так и стереотипы поведения, правила и традиции, характерные  для данной социальной среды, ее этнокультурные, профессиональные и другие особенности.

Для экспрессивной толпы  характерно высокое эмоциональное  напряжение, но сама толпа сравнительно легко поддается управлению. В  своем поведении она подчиняется  определенному ритму, который может  задаваться песней, маршем, скандированием лозунгов и т.п. Этот ритм может возникать  как спонтанно благодаря самодеятельности самих участников толпы, так и  внедряться с помощью громкоговорящих  установок и т.д. Более сложная  разновидность толпы (с точки  зрения поддержания общественного  порядка) — конвенциональная толпа, представляющая собой группу людей, поведение которых укладывается в какие-то принятые для данной ситуации нормы, но далеко выходит за рамки  обычного поведения.

Наиболее сложный и  опасный для общественного порядка  вид толпы — действующая. Это  контактная общность людей, осуществляющая активные действия относительно определенного  объекта. Индивиды, составляющие данную сущность, связаны определенной целью  и стремятся к ее достижению на основе совместных действий.

Агрессивная толпа отличается высшей степенью возбуждения и особо  опасным характером поведения, в  основе которого лежат негативные чувства  по отношению к определенному  объекту.

Поводом для формирования агрессивной толпы могут быть события и факты, затрагивающие  действительные или ложно понятые  интересы, касающиеся материальной или  духовной сфер жизнедеятельности людей.

Формированию агрессивной  толпы предшествует достаточно продолжительный  период (от нескольких часов до нескольких суток) нарастания психологической  напряженности, как в отдельных  группах, так и в районах. В  то же время сама агрессивная толпа  и в пространстве, и во времени  локализована.

Как правило, такая толпа  может перемещаться на расстоянии нескольких километров, время ее существования  ограниченно (6—8 часов).

Поведение агрессивной толпы  может выражаться как в форме  массовых беспорядков, так и в  форме нарушения общественного  и личного спокойствия, нормального  хода общественной жизни, работы транспорта, предприятий, учреждений, оказания неповиновения  представителям власти или угрозы насилием.

Одной из ярких разновидностей действующей толпы является спасающаяся. Такая толпа представляет собой  группу людей, находящихся в состоянии  паники. Эмоциональное состояние  предельного напряжения — паники — может возникнуть в самых  различных обстоятельствах, когда  людьми овладевает чувство острой опасности. Источником такой опасности могут  быть: стихийные бедствия, катастрофы, аварии, пожары, необычные природные  явления, преступные действия отдельных  лиц или групп и т.д.

Особое внимание обратим  на то, что приведенная классификация  весьма условна. В практическом плане  наиболее важное свойство толпы —  превращаемость.

 Коль скоро толпа  образовалась, она способна сравнительно  легко превращаться из одного  вида (подвида) в другой.

Превращения могут происходить  спонтанно, т.е. без чьего-либо сознательного  намерения, но могут быть спровоцированы умышленно. На использовании свойства превращаемости и строятся по большей  части приемы манипуляции толпой с теми или иными целями.⁷

 

 

 

Глава 3. Концепция  массового человека.

3.1 Понятие и характерные черты "массового человека"

Впервые серьезное осмысление проблем массового общества, появления "массового человека", возрастания  уровня урбанизации и технизации в обществе, а также усиления тенденций  демократизации общественно-политической и культурной жизни было предпринято  в работах Ф. Ницше, О. Шпенглера, Х. Ортеги-и-Гассета, а также К.-Г. Юнга и Г. Лебона.

Появление на рубеже XIX - ХХ вв. "среднего человека" или "массового  человека", а также массового  общества было достаточно быстро осмыслено  как результат глобальных изменений  ценностной системы, которые стали  необходимым условием для появления  нового типа общества.

К.-Г. Юнг и Густав Лебон  в своих работах пишут, что  массовый человек – это продукт  деятельности эпохи Просвещения, Реформации и промышленной индустриальной революции.

Авторы вычленяют следующие  факторы-характеристики массового  человека, а именно:

- способность группы влиять  посредством внушения на сознательную  и бессознательную психику этого  индивида;

- инстинктивная склонность  человека к подражанию;

- менее требовательная  интеллектуальная и моральная  природа коллективного мышления  и действия;

- "мягкое и безболезненное  ускользание в царство детства,  в рай без заботы", т.е. склонность  человека изыскивать ситуации, в  которых с него будет снята  ответственность.

"Массовый человек"  оказывается помещенным в урбанизированную  среду, составленную из множества  таких же изолированных, или  атомизированных индивидов. Однако  Юнг, комментируя эту ситуацию, подчеркивает, что психического  равновесия это человеку не  придает, напротив, массовый человек  особенно предрасположен к массовым  психическим эпидемиям. При этом  даже его физического присутствия  в группе не требуется для  того, чтобы такая эпидемия могла  вспыхнуть .

Итак, массовый человек –  это человек, принадлежащий массе, а массы - безымянны и безответственны. Приведенные в активное состояние, они ищут выхода своей активности и энергии, например, опору в виде вождя, который даст им ориентиры и возьмет на себя всю ответственность за них и их действия.

На наш взгляд, точки  зрения Х. Ортеги-и-Гассета, Ф. Ницше, О. Шпенглера как крупных социальных философов и социологов, на эти  проблемы являются особенно интересными  и принципиальными ввиду того, что они были современниками и  очевидцами происходящих перемен.

Фактически они были первыми  исследователями, кто выделил как  принципиально важные понятия "массового  человека" и "массового общества" и попытался дать им определение.

Ортега-и-Гассет и Ницше  утверждают, что "массовый человек" был всегда, но в кризисный момент масса восстала и начала вести  себя агрессивно. Для Ортеги-и-Гассета "толпа" явление новое. "Люди, составляющие эти толпы, были и ранее, но не были толпой. Теперь они заняли места, отведенные для узкого круга  лиц, для меньшинства". Для Ортеги-и-Гассета  масса не является чисто социальной категорией и не определяется чисто  количественными характеристиками. Он подчеркивает, что "масса" - это  качественная характеристика человека нового типа. "По одному человеку можно  понять, масса это или нет. Масса  это любой, кто не мерит себя особой мерой, ощущает себя, как все, и  не удручен по этому поводу. Эта  масса, в свою очередь, может быть разделена на два класса, или слоя – первые – те, кто хотят от жизни большего, не боясь тягот  и социальных обязательств. Вторые – те, для кого жить – значит плыть  по течению, но оставаться самим собой  и не пытаться перерасти себя"⁸.

Ницше утверждает, что "массового  человека" породила господствующая в Европе на протяжении почти 2000 лет  мораль. Апогей и торжество этой "стадной" морали приходится именно на конец XIX - начало ХХ вв. Мораль рассматривается  автором как принцип, направленный против "мощных", который полезен  и выгоден для "униженных".

Ницше восхищается некоторыми качествами, которые характерны, как  он считает, лишь для аристократического меньшинства, а большинство –  это только средство для возвышения меньшинства. Простые люди, как правило, глубоко неполноценны, и, если необходимо их страдание для создания великого человека, то это не страшно. "Что  означает обнаружившаяся в моральных ценностях воля к власти? Ответ: три силы скрыты за ней: инстинкт стада против сильных и независимых; инстинкт страждущих и неудачников против счастливых; инстинкт посредственности против исключения".

По Ницше, только стадный  инстинкт признает индивида в согласии с целым и в интересах целого, отсюда - ненависть к одиночкам  и, соответственно, единиц против целого. "Инстинкт стада видит в середине и среднем нечто высшее и наиболее ценное: это - то положение, которое  занимает большинство. Стадо ощущает  исключение, стоящее как над ним, так и под ним, как нечто  ему враждебное и вредное".

Ницше не просто делит человечество на сильных и слабых, на исключительных и посредственных, на индивидуальностей  и стадо - он обосновывает естественность жестокой и непримиримой борьбы между  элитой и "средним человеком"⁹.

Шпенглер придерживается мнения, что "массовый человек" явление, присущее исключительно периоду  конца XIX - начала ХХ вв., поскольку этот период соответствует концу "истории  большого стиля", осуществлявшейся двумя первосословиями дворянством  и духовенством. На первый план выходит  третье сословие буржуазия, которая  приносит с собой эпоху цивилизации.

Эпоха цивилизации совпадает  с периодом формирования большого города, "мировой столицы", а это  характерно для всех развитых цивилизаций. "Мировая столица, этот чудовищный символ и хранилище полностью  освободившегося духа, сосредоточие, в котором сконцентрировался  ход всемирной истории... Мировые  столицы - это ограниченные по числу  гигантские города всех зрелых цивилизаций... Все теперь провинция - и село, и  малый город, и город большой, за исключением нескольких крупных  точек... И существуют только жители столиц и провинциалы".

Человек становится жертвой  каменной пустыни, абсолютного и  самодовлеющего города. Шпенглер определяет "мировые столицы" как массовые города, которые становятся приютами для нужды, что, однако, не уменьшает  их притягательности для человека. Человек большого города не способен жить ни на какой другой почве, кроме  искусственной, то есть почве мировой столицы. Мегаполисы могут полностью обескровить деревню не только все возрастающей урбанизацией, но и тем, что человек, живущий в них, может найти себе родину в любом подобном городе, но не в ближайшем селе.

Конец "истории большого стиля" обезличивает человека, лишившегося  руководства со стороны первосословий  как носителей высшей духовности и культуры и потерявшего своюукорененность  в истории. "Цивилизация застает  это понятие в готовом виде и уничтожает его понятием четвертого сословия - массы, принципиально отвергающей  культуру с ее органическими формами. Это нечто абсолютно бесформенное, с ненавистью преследующее любого вида форму, все различия в ранге, всякое упорядоченное владение, упорядоченное  знание... Тем самым четвертое  сословие делается выражением истории, переходящей во внеисторическое. Масса - это конец, радикальное ничто".

Шпенглер четко выделяет массу как некое самоконституирующееся  целое, качественно отличное от классических сословий феодального общества и  буржуазии. Он напрямую связывает появление  этого сословия с нарастающей  тенденцией потери культурной традиции, корней, а главное - с утратой элитой власти.

Масса чрезвычайно опасна, она откровенно враждебна всему  немассовому. Поскольку она находится  за пределами любой культуры, она  отвергает культуру с ее зрелыми  формами. Это - безликая, бесформенная толпа, ненавидящая все духовные и культурные ценности, стремящаяся  к их уничтожению.

Шпенглер считает, что  цивилизационные тенденции фиксируются  тогда, когда гуманистическая традиция и высокая культура Запада подвергаются атаке со стороны массового общества, направленного на подавление индивидуальности. Масса - продукт этого города, уничтожающего  деревню. Он рисует картину полного  духовного вырождения: лишенная духовных корней масса, бесформенная, враждебная всякой форме, бродит по каменным лабиринтам, поглощающим остатки человечности. Она не имеет родины, это - ожесточенная, несчастная, полная ненависти к прочным  традициям старой культуры толпа, которая  обречена на бессмысленное, бесцельное, почти животное существование. "Посреди  края лежат древние мировые столицы, пустые обители угасшей души, которые  неспешно обживает внеисторичное человечество. Всяк живет со дня на день со своим  малым счастьем и терпит. Массы  гибнут в борьбе завоевателей за власть и добычу сего мира, однако выжившие заполняют бреши своей первобытной плодовитостью и продолжают терпеть"¹⁰.

 

3.2 Условия и  причины формирования "массового  человека"

Причины появления "среднего человека" или "массового человека" философы и социологи видят в  сущности изменений, произошедших вследствие европейского кризиса рубежа веков. Ортега-и-Гассет видит их в улучшении  качества жизни масс, неограниченных возможностях, которые они получили, а также в огромном потенциале жизненных сил и новом взгляде  на мир. И как следствие - в ощущении вседозволенности для "массового  человека". "Мы живем в эпоху  уравнивания: уравниваются богатства, культура, слабый и сильный пол, континенты. Нашествие масс выглядит как прилив огромных сил и возможностей. Быстрота, с которой все меняется, энергия  и напор, с которым все совершается, угнетает людей архаического склада - разлад их жизненного ритма с ритмом эпохи". Скорее всего, философ сам  ощущал себя тем самым человеком  архаического склада.

Ницше считает, что человеческое стадо было всегда, на рубеже веков  он отмечает только обострение антагонизма  массы и элитарного меньшинства. Шпенглер утверждает, что появление "массового человека" и нашествие  масс происходят из-за сильного роста  урбанизации и технизации жизни.

Признается и особо  подчеркивается в работах Ницше, Ортеги-и-Гассета и Шпенглера  поляризация общества и своеобразная концентрация на его полюсах масс и элиты. Жестокая борьба между массами  и элитарным меньшинством присутствует в культуре, в политике. Не менее  важной и принципиальной проблемой  для этих философов является проблема кризиса современного европейского общества и его последствий.

Вывод Ортеги-и-Гассета состоит  в том, что современная ему  эпоха вовсе не имеет ничего общего с упадком и бессилием; в его  видении, это - эпоха неисчерпаемых  сил и огромных возможностей, но она может стать и эпохой заката вековой европейской культуры. Техника  не может уничтожить культуру, поскольку  является ее порождением, но может способствовать "массовизации" и варваризации жизни.

Ницше указывал на неизбежность существенных изменений в духовной жизни человека, которые проявятся  в ХХ в. Он связывал эти изменения  в основном с развитием техники, однако воздерживался от прямых оценок технического прогресса. Свое мнение по этому вопросу Ницше сформулировал  не в форме вывода, а в форме  предположения: он утверждал, что психические  нагрузки человека будут возрастать и не в последнюю очередь из-за появления новых типов культуры, овладения человеком, не имеющего для  этого адекватно развитого мышления, гигантскими силами природы. Все  эти процессы могут вызвать саморазрушение человека. Гегемония стада и его  морали вызовет все большее падение  интереса к истинному и прекрасному, преобладание иллюзии и заблуждения.

Шпенглер прямо настаивает на закате европейской культуры и  замене ее цивилизацией, которую он понимал как "технику". Шпенглер, единственный из этих философов, кто  поднял проблему технизации жизни и  ее последствий, диктата бездуховной  технократической цивилизации.

Для Шпенглера и Ортеги-и-Гассета  кризис европейской культуры порожден изменениями в мировоззрении  людей. Именно изменение условий  жизни и, как следствие этого, изменение миропонимания, вызвали  появление "среднего человека", для  Ницше же "средний человек" был всегда, и современные перемены лишь обострили конфликт стада и  элиты. Для этих мыслителей основная борьба в культуре проходит по линии: принцип личности и принцип коллектива, противостояние оригинальности и общественного  мнения, элиты и посредственности.