Мировоззренческая функция философии в управленческой деятельности военных кадров

РЕФЕРАТ

по дисциплине

"Философско-методологические проблемы  управленческой деятельности военных кадров"

Тема: "Мировоззренческая функция философии в управленческой деятельности военных кадров"

Аннотация: Мировоззренческая функция философии направляет практическую и теоретическую деятельность военных кадров в решении задач национальной безопасности. Философия создает определенный образ человека и мира, анализирует систему ценностей и интересов, активно участвует в формировании цели управления. Смысложизненные проблемы возникают в любой сфере деятельности, но особо значимы они для военной сферы - ведь военный человек решает задачи, поставленные государством, в условиях постоянного риска для собственной жизни. Военная профессия требует от человека полной самоотдачи, способности к самопожертвованию во имя интересов государства, высокой духовности и четкой жизненной позиции.

Ключевые слова: мировоззрение, ценности, целеполагание

Оглавление

Введение 4

Мировоззренческие функции философии 4

Роль мировоззренческой функции философии в военном управлении 13

Заключение 22

Литература 23

Введение

Специфическим и весьма важным видом человеческой деятельности во все времена была воинская деятельность. На протяжении всей истории России наши соотечественники постоянно вставали на вооруженную защиту Родины, посвящали себя воинской службе. Однако за последние годы объективные условия воинской деятельности в нашей стране кардинальным образом изменилось. Неэффективность проводимой военной реформы, падение престижа военной службы, фактический развал воспитательной работы на современном историческом этапе смены духовных ценностей и ориентиров в обществе, приводят к резкому снижению морально-психологического состояния военнослужащих. Оно проявляется, прежде всего, в отсутствии у большей части личного состава четкого преставления о целях и задачах военной службы, "размытости" идеалов и ценностей, нечеткости мировоззренческих и нравственных позиций, в нежелании выполнять воинской долг, росте преступности и различных форм аморализма. Этим объясняется определенная мировоззренческая растерянность наших военнослужащих, особенно молодых, утрата ими жизненной перспективы, целей и смысла воинской службы.

Поэтому тем более возрастает роль философского знания не только в осмыслении перечисленных выше проблем, но и в целом для реализации научного подхода для осуществления управления воинской деятельностью.

Значимую  роль здесь играют мировоззренческие функции философии, которые помогают решать возникающие проблемы управления на рациональной основе. Они служат целям ориентации человека в окружающей природной и социальной реальности.

Мировоззренческие функции философии

Существует  четыре основные мировоззренческие  функции философии: гуманистическая, социально-аксиологическая, культурно-воспитательная и объяснительно-информационная.

На первом месте среди функций философии  в соответствии с приоритетной значимостью  проблемы человека среди всех остальных  проблем философии стоит гуманистическая функция.

Нет на свете, наверное, ни одного человека, который  не размышлял бы над вопросом о  жизни и смерти, о неминуемости своего конца. Такие размышления  нередко действуют угнетающе  на человека. Вот что писал по этому поводу известный русский философ Н.А.Бердяев: "Будущее всегда в конце концов приносит смерть, и это не может не вызывать тоски" [1]. Тоска, в сущности, всегда есть тоска по вечности, невозможность примириться со временем.

Тоска направлена к высшему миру и сопровождается чувством ничтожества, пустоты, тленности  этого мира. "Всю жизнь, - свидетельствует Н.А.Бердяев, - меня сопровождала тоска. Это, впрочем, зависело от периодов жизни, иногда она достигала большей остроты и напряженности, иногда ослаблялась". Философия же "освобождена от тоски и скуки "жизни". Я стал философом..., - пишет он, - чтобы отрешиться от невыразимой тоски обыденной "жизни". Философская мысль всегда освобождала меня от гнетущей тоски "жизни", от ее уродства". И далее, уже обобщая историю развития человеческой мысли, Н.А.Бердяев заключал: "Философия всегда была прорывом из бессмысленного, эмпирического, принуждающего и насилующего нас со всех сторон мира к миру смысла" [2].

Философия, конечно, не дает нам вечности, но она  помогает осмыслить эту жизнь, помогает найти ее смысл и укрепить свой дух.

Потеря  высших мировоззренческих ориентиров в жизни может вести к самоубийствам, наркомании, алкоголизму, преступлениям.

Более ста  лет назад, в 1874 г. выдающийся философ B.C.Соловьев [3], размышляя над ростом числа самоубийств, отмечал, что самоубийства не могут быть удовлетворительно объяснены из одних внешних частных причин. Бывают случаи, когда и безо всякого внешнего повода, в самой счастливой обстановке люди сильные и здоровые равнодушно лишают себя жизни, объявляя, что жить не стоит, не из чего. Сокровища непосредственной жизни имеют цену лишь тогда, указывал В.С.Соловьев, когда за ними таится безусловное содержание, когда над ними стоит безусловная цель. Если же это содержание, эта цель перестали существовать для человека, а интересы материальной жизни обнаружили между тем все свое ничтожество, то понятно, что ничего более не остается, кроме самоубийства. Причина этого явления, по B.C.Соловьеву, в том, что человеку жить не из чего, что с исчезновением глубоких убеждений, всеобщих безусловных идей опустел мир внутренний и потерял свою красоту мир внешний. В.С.Соловьев приходит к выводу о том, что "безусловно необходимы для жизни человеческой убеждения и воззрения высшего порядка, т.е. такие, что разрешали бы существенные вопросы ума, вопросы об истине сущего, о смысле или разуме явлений, и вместе с тем удовлетворяли бы высшим требованиям воли, ставя безусловную цель для хотения, определяя верховную норму деятельности, давая внутреннее содержание всей жизни... Такие общие воззрения существовали и существуют, и притом в двух формах: религии и философии". "Историческижизнь народов, - подчеркивал B.C.Соловьев, - определяется прежде всего их основными убеждениями, их общим мировоззрением".

На протяжении многих столетий, начиная с эпохи  рабовладения, значительная часть человечества пребывает в отчуждении от собственности, от власти, от продуктов своей деятельности. Человек оказывается порабощенным и физически, и духовно. В.С.Соловьев проанализировал это положение человека в разные исторические эпохи и показал роль философии в его духовном освобождении [4]. Он спрашивает: что же делала философия? И отвечает: "Она освобождала человеческую личность от внешнего насилия и давала ей внутреннее содержание. Она низвергала всех ложных чужих богов и развивала в человеке внутреннюю форму для откровений истинного Божества... Она делает человека вполне человеком...".

К проблеме отчуждения человека и роли философии  в преодолении этого отчуждения обращались многие философы XX столетия. Одним из них был немецко-французский мыслитель А.Швейцер. Он видел в развитии цивилизации не только положительные стороны, но и многие негативные моменты. На человека, писал он, стало отрицательно действовать все убыстряющееся движение социума, резкое усиление темпов развития общественной жизни. Изменился, как он считает, весь образ жизни человека. В течение двух или трех поколений довольно многие индивиды живут только как рабочая сила, а не как люди. Бездумье стало для человека второй натурой. Ведя разговоры с себе подобными, он следит за тем, чтобы придерживаться общих замечаний и не превращать беседу в действительный обмен мыслями. Он не имеет больше ничего своего и даже испытывает в некотором роде страх, что от него может потребоваться это свое. В числе факторов, ведущих к духовному оскудению личности, находятся: рост специализации во всех сферах человеческой деятельности (в производстве, науке, управлении), усиление технизации общества, быстрый рост безликого естественно-научного знания, растущее влияние этой безликости на личность человека и т.п. Техницизм и сциентизм подчинили себе и мировоззрение, философию, и последняя все больше становится лишенной этического начала. Политизация общественной жизни и особенно все более дающая о себе знать тенденция к тоталитаризму подавляет человека, ведет к конформистской личности и тоже негативно действует на философию.

Результатом всего этого явилась мировая  война, потрясающая основы человеческого бытия. Философия, указывает А.Швейцер, занималась в эти десятилетия всем, только не культурой. Она, невзирая ни на что, продолжала тратить усилия на выработку рационалистического всеобъемлющего мировоззрения в уверенности, что оно поможет решить все проблемы. Философия не задумывалась над тем, что мировоззрение, зиждущееся только на истории (политике) и естественных науках и соответственно лишенное таких качеств, как этичность, всегда будет оставаться "немощным" мировоззрением, которое никогда не сможет породить энергию, необходимую для обоснования и поддержания идеалов культуры. [5].

Одним из важнейших противовесов негативным тенденциям в обществе, ведущим к  его дегуманизации, является, по А.Швейцеру, философия, причем не всякая, а та, которая наполнена глубоким этическим содержанием. Мировоззренческие (в подлинном смысле слова) идеи "заключают в себе все, - говорит он, - что мы можем думать и предполагать о смысле нашего существования и назначении человечества; они дают нашему бытию направление и сообщают ему ценность".

Исходя  из уроков прошлого, А.Швейцер заявил: "Для общества, как и для индивида, жизнь без мировоззрения представляет собой патологическое нарушение высшего чувства ориентирования".

Следующей мировоззренческой функцией философии  является социально-аксиологическая функция. Она расчленяется на ряд подфункций, среди которых важнейшими являются конструктивно-ценностная, интерпретаторская и критическая подфункции. Содержание первой из них заключается в разработке представлений о ценностях, таких, как Добро, Справедливость, Правда, Красота; сюда же относится и формирование представлений о социальном (общественном) идеале.

Коснемся  лишь одного момента - общественного идеала. Вопрос об этом идеале оказывается тесно связанным с вопросом о характере взаимоотношений философии и политического режима. На первый взгляд кажется, будто здесь имеются однозначные отношения: философия есть причина, а политическая идея и политический режим - следствие.

В философских концепциях прошлого, начиная от Платона и Аристотеля, вплоть до Фихте, Гегеля, Маркса, и в концепциях многих современных философов мы находим в качестве составной части систему взглядов на государственное устройство с довольно-таки подробными рекомендациями для практических политических действий (так, Платон в своем учении о государстве рекомендовал упразднить частную собственность и семью, Фихте призывал в целях достижения социальной гармонии и обеспечения социального равновесия осуществить систему широко организованного и бдительного полицейского надзора). Однако, наличие в этих философских системах тех или иных учений о государственном устройстве столь же мало говорит о полной выводимости таких взглядов из философской онтологии, гносеологии или даже из социальной философии, сколь и их учения об устройстве (или структуре) организма животного, имевших место у философов вплоть до первой половины XIX века.

Но дело даже не столько в уровне развития частных наук об обществе, сколько  в том, что в рамках самой философии  нет строго-линейного, однозначного соотношения между отдельными ее частями. Содержание отдельных философских  систем, как бы ни казалось оно логичным и стройным, фактически нацелено на те или иные мировоззренческие проблемы (философия есть совокупность ответов  на эти вопросы). Но поскольку эти  проблемы относительно самостоятельны (например, проблема смысла жизни и, с другой стороны, вопрос о соотношении  сущности и явления в материально-предметном мире), постольку и между частями  философского знания может существовать и зачастую существует неоднозначная  связь. В результате одна и та же система взглядов на мир в целом  может сочетаться с разными трактовками  в сфере социально-философской, а  тем более с концепциями, находящимися вообще за пределами философии.

Уже в  начале XX века в отечественной философии  была осознана необходимость размежевания философии и теории государственного устройства. Важный вклад в прояснение этого вопроса внес глава московской школы философии права П.И.Новгородцев. Он писал, имея в виду задачи (или функции) философии: "В содержание общественной философии вовсе не могут войти ни построения абсолютно гармонических "последних" состояний, ни представления о переходе к этим сверхприродным нормам жизни. Общественная философия должна указать путь к высшему совершенству, но определить этот путь она может лишь общими и отвлеченными чертами. В этом могут признать ее неполноту и границы; но прежде всего она сама должна с ясностью представить себе эту границу, чтобы не впасть в недоразумения и ошибки" [6]. Функции философии, по П.И.Новгородцеву, состоят лишь в разработке общественного идеала, который и может быть положен затем в основание самых разных конкретных представлений о государственном устройстве. "Оставаясь на почве чисто философского анализа, далее этого определения идеала как вечного требования идти нельзя". "Философское разрешение этой проблемы не может иметь в виду указания конкретной программы действий".

Общественный  идеал, как отмечал П.И.Новгородцев, имеет свои корни в живой человеческой личности. Этот идеал устанавливается философией в связи с основной нравственной нормой, каковою является понятие личности в ее безусловном значении и бесконечном призвании. "В силу безусловного своего значения личность представляет ту последнюю нравственную основу, которая прежде всего должна быть охраняема в каждом поколении и в каждую эпоху как источник и цель прогресса, как образ и путь осуществления абсолютного идеала". В данном утверждении нет никакого противопоставления личности обществу. Наоборот, такое противопоставление будет в том случае, если исходить из абстрактных, произвольных представлений об "интересах общества", оказывающихся на поверку интересами стремящейся властвовать личности. Если исходить из конкретного рассмотрения личности во всей полноте ее нравственных определений, то в ней тогда обнаружится и стремление к общему и сверхиндивидуальному. Тогда открывается возможность и установить связь отдельных лиц между собой, и вывести основания общественного идеала. П.И.Новгородцев указывает: "Безусловный принцип личности с необходимостью приводит к идее всечеловеческой, вселенской солидарности... Общественный идеал можно определить как принцип свободного универсализма".

В этой формулировке общественного идеала содержится гораздо  более смысла, чем в иных конкретных планах. "Здесь нет картины законченного счастья, нет осуществленной гармонии душ, но зато даны вечные предуказания, намечающие путь для бесконечных стремлений. Это - идеал не только демократический, но и вселенский, идеал общечеловеческого объединения и всемирного равенства и гражданства".

С конструктивно-ценностными  задачами философии переплетаются  и составляют единство задачи по интерпретации  социальной действительности и по критике  ее структур, состояний, тех или иных социальных действий. Интерпретация  и критика связаны с ориентацией  на ценности, общественные идеалы, с  оценкой социальной действительности под соответствующим углом зрения. Философ постоянно сталкивается с расхождением социальной действительности с идеалами. Размышления над социальной действительностью, ее сопоставление  с общественным идеалом приводят к критике этой действительности. В критике выражается неудовлетворенность  субъекта объектом, желание его изменить. Философия критична по своему существу. "Рожденная противоречиями действительности, стремясь теоретическим путем вскрыть, разрешить эти противоречия, философия всегда несет в себе критический заряд... Даже тогда, когда философ (Спиноза, Гегель) говорит о разумности мира и призывает к примирению с действительностью, даже тогда, когда он, как, например, Шопенгауэр или буддисты, стремится уйти от земных тревог и проповедует нирвану, он непременно, исходя из своего понимания истины и пути к ней, начинает с критики - с опровержения иных, на его взгляд, неверных представлений, господствующих среди людей и приобретающих силу предрассудка... Основой и сущностью критической работы философа является обнаружение и раскрытие противоречий, несоответствия между принятой системой понятий и ценностей и тем содержанием, которое в них вносится новым этапом развития мировой истории... Критикуя идеи старого мира, философ критикует - вольно или невольно - сам этот мир" [7].

Одной из функций философии является культурно-воспитательная функция. Знание философии, в том числе требований к познанию, способствует формированию у человека важных качеств культурной личности: ориентации на истину, правду, доброту. Философия способна оградить человека от поверхностных и узких рамок обыденного типа мышления; она динамизирует теоретические и эмпирические понятия частных наук с целью максимально адекватного отражения противоречивой, изменяющейся сущности явлений.

Одним из показателей высокой культуры мышления является способность субъекта не обходить познавательные противоречия, тем более  не пасовать перед ними, а стремиться их разрешить, преодолеть, актуализируя имеющуюся частнонаучную информацию, философские категории и проявляя при этом самостоятельность, нестандартность  подхода.

В этой связи  интересны соображения, изложенные Э.В.Ильенковым в работе "Об идолах и идеалах". Воспитание догматика, отмечает он, состоит в том, что человека приучают смотреть на окружающий мир как на резервуар примеров, иллюстрирующих справедливость той или иной абстрактно-общей истины, тщательно оберегают от соприкосновения с фактами, говорящими в пользу противоположного взгляда. Обратная сторона догматизма - скепсис. Догматизм и скепсис - две взаимно провоцирующие позиции, две мертвые и нежизнеспособные половинки, на которые неверным воспитанием разрезается живой человеческий ум. Отношение к противоречию является точным критерием культуры ума. Для подлинно культурного в логическом отношении ума появление противоречия - сигнал появления проблемы, неразрешимой с помощью строго заштампованных интеллектуальных действий, сигнал для включения мышления - самостоятельного рассмотрения вещи, в понимании которой возникла антиномия. И ум с самого начала надо воспитывать так, чтобы противоречие служило для него не поводом для истерики, а толчком к самостоятельной работе, к самостоятельному рассмотрению самой вещи, а не только того, что о ней сказали другие люди. Учить диалектике - значит учить умению строго фиксировать противоречие, а затем находить ему разрешение на пути конкретного рассмотрения вещи, действительности, а не путем формально-словесных манипуляций, замазывающих противоречия, вместо того чтобы их решать. Диалектике надо учить. Показывая, как целесообразно строить педагогический процесс в школе, чтобы ученики овладевали диалектикой, Э.В.Ильенков справедливо считает, что диалектика вовсе не таинственное искусство, свойственное лишь зрелым и избранным умам, и что диалектику можно и нужно воспитывать с детства [8].

Формирование  философского мышления есть одновременно формирование таких ценных качеств  культурной личности, как самокритичность, критичность, сомнение. Выработка сомнения не есть, однако, развитие скепсиса (и  в данном смысле - скептицизма). Сомнение является одним из активных средств научного поиска. Философия дает людям общий язык, вырабатывает у них единые, общезначимые представления о главных ценностях жизни. Она выступает одним из важных факторов, содействующих устранению "барьеров коммуникации", порождаемых узостью специализации.

Наряду  с уже рассмотренными функциями  философия имеет еще объяснительно-информационную функцию. Одна из главных задач философии - разработка мировоззрения, соответствующего современному уровню науки, исторической практике и интеллектуальным требованиям человека. В этой функции модифицировано основное назначение специализированного знания: адекватно отражать свой объект, выявлять его существенные элементы, структурные связи, закономерности; накапливать и углублять знания, служить источником достоверной информации. Философия есть сложная динамическая информационная система, созданная для сбора, анализа и переработки информации с целью получения новой информации. Такая информация концентрируется в философских понятиях (категориях), общих принципах и законах, образующих целостную систему.

Роль мировоззренческой функции философии в военном управлении

Рассмотрим  более подробно факторы, влияющие на военное управление, и проследим  место и роль в этом процессе философии.

Во-первых, деятельность всегда регулируется определенными ценностями. Ценность определяется ответом на вопрос: "для чего нужна та или иная деятельность?".

Ценностью является для человека все, что имеет  для него определенную значимость, личностный или общественный смысл. Человек живет в мире, который  представляет собой мир ценностей. В известном смысле можно сказать, что ценность выражает способ существования личности. Но вокруг себя и в себе самом человек находит, как правило, множество ценностных ориентаций, иногда плохо согласовывающихся друг с другом, и множество мнений о мире, одни из которых почему-то считаются истинными, а другие ложными [9]. Человек обречен на ситуацию постоянного выбора, он осуществляет этот выбор и несет за него ответственность перед самим собой и другими людьми. Вот здесь и возникает, причем независимо от индивидуального отношения индивида к философии, традиционные философские проблемы, связанные с выявлением предельных оснований человеческого бытия.

Мир ценностей  разнообразен и неисчерпаем. Индивид  принимает или отвергает ту или  иную систему ценностей, модернизирует, трансформирует, адаптирует ее к условиям индивидуального бытия. Ориентируясь на определенные ценности, человек  осуществляет поиск смысла жизни. То, что мы называем смыслом жизни, является, по существу, личностной интерпретацией системы ценностей, функционирующих  в обществе. А характер самой интерпретации  определяется той философией, которую  использует субъект, может быть даже в неявном виде.

Ценностные  предпочтения индивида окрашивают его  деятельность в определенные цвета, существенно трансформируя ее качество и эффективность. Выполняя одинаковую "работу", индивиды могут существовать в абсолютно разных измерениях, в различных "мирах". Так, по содержанию деятельность субъектов военной практики во многом является однотипной, а ее "ценностное измерение" в значительной степени индивидуализировано. В процессе боевой деятельности человек убивает других людей, используя самые совершенные технологии убийства. Но при этом каждый участник вооруженной борьбы имеет собственное представление о том, что он собственно делает. Один человек полагает, что защищает свою Родину, ее свободу; второй - выполняет приказ; третий - зарабатывает деньги на собственное существование; четвертый - спасает свою жизнь; пятый - утверждает свое превосходство; шестой - удовлетворяет свои низменные потребности в насилии и т.д. Трудно ожидать, что эти люди с оружием в руках, но с разными ценностными предпочтениями способны на одинаковую самоотдачу на поле боя. Едва ли наемник, видящий в войне только средство обогащения, способен подняться до уровня жертвенности воина, защищающего будущее своей семьи, народа, культуры.

Смысложизненные проблемы возникают в любой сфере  деятельности, но особо значимы они  для военной сферы - ведь военный человек решает задачи, поставленные государством, в условиях постоянного риска для собственной жизни. Военная профессия требует от человека полной самоотдачи, способности к самопожертвованию во имя интересов государства, высокой духовности и четкой жизненной позиции.

Офицер  должен быть в состоянии не только соответствующим образом решать вопрос о смысле собственной жизни, вырабатывать у себя определенную систему  ценностей, но и формировать ценностные установки и ориентиры своих  подчиненных. Командир учит и воспитывает  вверенный ему личный состав. И  чем эффективнее он будет это  делать, тем большую силу будет  представлять возглавляемый им воинский коллектив.

Во-вторых, деятельность во многом определяется ее целями. Цель - отвечает на вопрос "что должно быть получено в деятельности?", цель - это идеальный образ продукта (результата деятельности); она воплощается, опредмечивается в продукте, который выступает результатом преобразования предмета деятельности.

Целеполагание - неотъемлемый аспект деятельности. Цели деятельности формируются на базе потребностей и интересов. Потребность - это нужда человека в объектах, необходимых для его существования, выступающая в качестве основы деятельности людей, стимула к совершению тех или иных действий. Будучи осознанной, потребность превращается в интерес. Интерес - это результат субъективации потребностей, заинтересованность субъекта деятельности в чем-либо.

Для военно-практической деятельности характерна предельная решительность  целей, стоящих перед ее субъектами. Это касается как целей войны  в целом, так и целей вооруженной  борьбы. В качестве целей боевой практики, например, можно назвать: а) уничтожение противника или нанесение  ему неприемлемого ущерба; б) защиту от вооруженного воздействия противника.

Субъект военной практики в процессе целеполагания  сталкивается с рядом проблем, требующих  философского осмысления. К таким  проблемам относятся:

а) проблема адекватности целей объективным условиям деятельности и возможностям субъекта деятельности - мы свободны в выборе целей деятельности, но эта свобода ограничена объективными, т.е. от нас не зависящими, обстоятельствами (так цели военного строительства определяются военно-политическим руководством страны в соответствии с характером внешних и внутренних военных угроз, экономическими и иными возможностями государства и, кроме всего прочего, зависят от адекватности оценок как угроз, так и возможностей на них реагировать);

б) проблема соотношения целей и средств их достижения - военный профессионал должен сформулировать собственную позицию в отношении двух принципиальных проблем: справедлива ли по отношению к военной практике формула "цель оправдывает средство"? и допустимо ли выдвижение военно-политических и боевых целей в случае отсутствия адекватных средств их достижения?;

в) проблема "цены" успеха - любой военнослужащий знает, что боевые приказы не обсуждаются, а выполняются, но достижение желаемого результата "любой ценой" может дискредитировать и саму цель; всем известно выражение "пиррова победа" - победа, не оправдывающая понесенных за нее жертв, и не случайно мудрый стратег М.И.Кутузов в тяжелом 1812 г. отказался от обороны Москвы во имя спасения России;

г) проблема выбора приоритетных целей деятельности - субъект деятельности, как правило, имеет дело не с одной целью, а с определенным "набором" целей; поэтому возникает необходимость определить последовательность реализации целей, выявить "главное звено", чтобы не распылять имеющиеся силы и ресурсы.

В-третьих, характер деятельности во многом зависит  от знаний, навыков и умений, освоенных субъектом и отвечающих на вопрос "каким образом может осуществляться деятельность?".

Философская культура офицера обеспечивает ему  возможность решения ряда задач:

- освоение уже разработанных и апробированных методов деятельности в той или иной сфере действительности;

- выбор методов деятельности, адекватных поставленной цели, ценностным установкам, объективным и субъективным условиям бытия;

- конструирование новых, не имеющих аналогов в прошлом опыте, методов деятельности, или комбинирование старых, использованных ранее методов и приемов;

- оценка эффективности применяемых методов и внесение соответствующих корректив в используемую методологию;

- выявление методологических аспектов различных видов деятельности [10].

Естественно, что качество решения этих задач  офицером может быть различным. От этого  зависит, будет ли в его деятельности доминировать шаблон, схематизм или  он окажется способен к инициативе, творчеству на поле боя, в процессе подготовки личного состава. Напомним, что для военной практики характерно единство поисковой (творческой) и стандартизированной (стереотипно-механической) практики, при явном преобладании первой.

Деятельность  офицера сложна и многогранна. Но, прежде всего, он предстает перед  нами в двух ипостасях: как военный  управленец (руководитель боя) и как  педагог (руководитель и организатор  процесса обучения и воспитания подчиненных). Вполне можно согласиться с замечанием великого немецкого философа Иммануила Канта (1724-1804): "Два человеческих изобретения можно считать самыми трудными, а именно: искусство управлять и искусство воспитывать…" [11]. Соответственно, в структуре профессиональной подготовки офицера на первый план выдвигается овладение методологическими основами именно управленческой и педагогической деятельности.

В-четвертых, на направленность, характер, эффективность  деятельности оказывает воздействие психологические состояния индивида, особенности функционирования его сознания.

Философия - это, прежде всего, рефлексивное мышление. Овладение методологией рефлексивного мышления имеет исключительное значение для военного специалиста. Способность к глубокому самоанализу, адекватным самооценкам - одно из профессиональных качеств офицера. Заниженные самооценки приводят к неверию в собственные силы, переоценке возможностей противника, неуверенности и робости при организации боевых действий, управлении подчиненными на поле боя, преувеличенному вниманию к формальной стороне дела. Завышенные самооценки, наоборот, ведут к самоуверенности, самодовольству, недооценке противника и принятию волюнтаристских, авантюристических решений. Только взвешенные оценки собственного потенциала, глубокий учет собственных сильных и слабых сторон, достоинств и недостатков (а недостатки, как известно, являются прямым продолжением наших достоинств) дают возможность офицеру эффективно выполнять свои многообразные и многотрудные обязанности, избегая как догматизма, так и волюнтаризма.