Модели социализма

Введение

       Судьбоносный для всего человечества XX век оставил для потомков множество неразрешимых проблем, главной из которых безусловно является задача создания новой социально-экономической модели общества, адекватно отвечавшей бы духовным и материальным потребностям человека, как разумного вида на планете земля. Первая попытка доказать реалистичность социалистических принципов в вопросе политико-государственной реализации  была осуществлена в 1917 году, когда произошедшая Великая Октябрьская Революция казалось бы запустила необратимый механизм разложения капиталистической системы в совокупности с порождаемым ею характером производственных отношений - источником отчуждения человека не только от продукта своего труда, но и своей экзистенциальной сущности вообще. Тем не менее ожидаемому скачку из царства необходимости в царство свободы не суждено было произойти. Провал концепции перманентной революции привел к вынужденной адаптации советского руководства к объективным условиям политической и экономической среды, опосредованной господством капиталистической формации, что в конечном итоге привело к созданию тоталитарных государств, формально социалистических, но по степени концентрации власти (и по степени злоупотребления ею) порой не уступающих абсолютистским режимам прошлого. Но существовали ли внутренние причины произошедшего? Действительно ли вульгаризация фундаментальных идей марксизма и узурпация власти государственной бюрократией были обусловлены исключительно практической потребностью выстоять, в условиях нарастающего давления со стороны реакционных сил? Наиболее простой ответ на этот вопрос предлагают принципиальные противники социалистической идеи, считающие ее противоречащей эгоистической по сути своей человеческой природе. Однако история дает нам немало примеров того, что присущие человеку эгоистические начала не исключают построения жизни на принципах коллективизма, существования общественной собственности, которая стара, как мир.

      Сегодня, не смотря на то, что со времён краха Советской системы минуло уже двадцать лет, научные и политические дискуссии связанные с этим для многих трагическим, но в то же время в чём-то предсказуемом событием ничуть не потеряли своей актуальности. В частности в среде пробуржуазного общественного сознания утвердился тезис о якобы подтверждённом факте несостоятельности социалистических идей в мире, и окончательной победе капитализма как формы организации общества, наиболее отвечающей потребностям человека. Надо сказать, что сторонники такого тезиса по крайней мере  несколько поспешны в своих выводах. Во-первых, сложившаяся ныне рыночная конъюнктура наглядно демонстрирует все недостатки мировой кредитно-финансовой системы, стабильность которой зависит от множества субъективных факторов. Во-вторых, информационное поле создаваемое логикой капитализма деструктивно сказывается на человеческом сознании как таковом, порождая непродуктивную форму восприятия межличностных отношений. Проще говоря мы  перестаём воспринимать других людей в качестве своих товарищей или соплеменников, усматривая в них конкурентов за перераспределение материальных ресурсов, что, кстати, является непременным условием функционирования рыночной экономики с её “фирменным” гипертрофированным культом потребления… своеобразным символом эпохи. И наконец, в третьих, ещё во время расцвета Советской системы, существовали и другие альтернативные модели построения социального государства, доказавшие свою состоятельность и сегодня. 

    Ярчайшим  примером такой модели может служить шведская модель, основанная на идеалах европейской социал-демократии. Социал-демократия как социально-политическое течение сочетающее в себе идеи марксизма с рыночными принципами  в экономике, ныне самое влиятельное в западной Европе. В одних странах (их число колеблется от 20 до 30 в зависимости от политической конъюнктуры) социалисты и социал-демократы возглавляют правительства или входят в состав коалиционных кабинетов, в других - играют ведущую роль в парламентской оппозиции. За эти партии во всем мире голосуют, по разным подсчетам, от 120 до 150 млн. избирателей. В ведущее международное объединение социал-демократов - Социалистический Интернационал - входят (на правах полноправных или ассоциированных членов) 89 партий и организаций, в рядах которых состоит свыше 17 млн. человек. Другим удачным примером адаптации социалистического строительства к рыночным условиям является китайская модель, позволившая вывести Китайскую народную республику на передовые позиции в мире.

    Всё эти факты объективно демонстрирующие продуктивность социалистических идей в вопросе государственной реализации, делают рассмотрение  современных моделей социализма в контексте сравнительного анализа с советским опытом, не только актуальной, но и весьма интересной темой для написания курсовой работы. В том числе цель данного исследования заключается в наиболее полном анализе и характеристике советского, а так же всех ныне существующих форм социалистического общества в их идеологических, экономических и социально-правовых аспектах. Поставленная цель осуществляется посредством раскрытия следующих задач:

• Проведение анализа ключевых особенностей советского социализма. Выявление основных причин кризиса советской системы.
• Изучение позиций, ценностей и установок европейской социал-демократии.
• Изучение альтернативных моделей социализма в странах Азии, Африки и Латинской Америки.

        В работе использованы следующие общенаучные и политологические методы исследования: индукции, дедукции, синтеза, коммуникативный, антропологический, сравнительный, историзма а так же метод политического моделирования.

    Тематика  курсовой работы затрагивает современное  время, поэтому более новое пособие  имеет большую ценность. В приведенных  в методических указаниях большая  часть литературы устарела и ввиду  своей тенденциозности не отвечает требованиям объективного научного исследования, поэтому для данной курсовой работы пришлось использовать все средства информации в том числе Интернет.

    Особый интерес для данного исследования представляет общественно-политический и теоретический журнал социалистической мысли “Альтернативы” (16). Журнал общероссийского движения сторонников социализма, демократии и интернационализма, осуществляющих поддержку различных социальных инициатив, направленных на защиту гражданских и социальных прав, общедоступного образования и т.п. В частности обращают на себя внимание статьи доктора философских наук, профессора, зав. сектора философских проблем политики Института философии РАН Шевченко Владимира Николаевича. Автор исследует специфику советской модели общества и пытается найти причины её поражения.

    Бесценными  в плане изучения политических и экономических особенностей “коммунистических” режимов прошлого и настоящего являются труды югославского политического деятеля и литератора Милована Джилиаса, (известного как популяризатора концепции «нового класса» - партийной номенклатуры, правящей в коммунистических странах) на биографии которого следует остановиться подробнее.

    М.Джилиас  родился в селе Подбишче возле  города Колашина в Черногории 12 июня 1911. Изучал литературу и право в Белградском университете, вступил в компартию Югославии в 1932, в том же году за организацию демонстраций был заключён в тюрьму, где находился до 1935. Встретился с Тито в 1937 и был среди его соратников во время Второй мировой войны.

    С 1937 года — член Центрального комитета (ЦК) КПЮ, с конца 1943 года член президиума Антифашистского веча народного освобождения Югославии, один из организаторов партизанского движения в Югославии. Генерал-лейтенант. Кавалер советского ордена Кутузова (5 сентября 1944).

    С 1945 (после окончания войны) — член Временной народной скупщины и министр  по делам Черногории, с 1948 — секретарь  Исполнительного бюро ЦК КПЮ, с 1953 —  один из вице-президентов Югославии  и, позднее, председатель Союзной народной скупщины. В 1944 и 1948 годах Джилас побывал в Советском Союзе, где встречался со Сталиным и другими известными деятелями международного коммунистического движеня.

    В октябре 1953—январе 1954 года Джилас опубликовал  в газете "Борьба", официальном  органе Союза Коммунистов Югославии, серию статей с резкой критикой «сталинских методов», однопартийной системы и требованиями независимости правосудия. В этих публикациях он впервые выдвинул тезис о возникновении в Югославии нового правящего класса. За эту критику он был смещен со всех партийных и правительственных постов. В марте 1954 года он подал заявление о выходе из партии. После интервью "Нью-Йорк Таймс", опубликованному в декабре 1954 года, в котором Джилас утверждал что Югославия превратилась в тоталитарную страну которой правят недемократические силы и реакционеры, он был приговорен к полуторагодичному условному тюремному заключению за "враждебную пропаганду".

    19 ноября 1956 года, после его публичного  заявления агентству "Франс  Пресс" с осуждением советского  военного вмешательства в Венгрии, Джилас был арестован и приговорён к трем годам заключения. В 1957 году за рубежом была опубликована публицистическо-философская книга Джиласа «Новый класс: Анализ коммунистической системы», в которой он обосновал свой тезис о возникновении в СССР, Югославии и других социалистических странах нового правящего класса привилегированной партийной бюрократической верхушки. Книга эта, переведенная на больше чем 40 языков, получила широкий отклик за пределами так называемого социалистического мира - но для ее автора она принесла еще семь дополнительных лет заключения.

    14 октября 1957 года Джилас был  лишён ордена и звания Народного  героя, которым был награждён  27 ноября 1953 года.

    В тюрьме он занимался литературным творчеством  и переводами (перевёл на сербохорватский «Потерянный рай» Дж. Мильтона).

    После освобождения из тюрьмы, Джилас публикует (опять за рубежом) книгу, которую  он лично считал своим наиболее выдающимся достижением: "Разговоры со Сталиным". Эта публикация вызвала, в 1962 году, еще  одно тюремное заключение - на этот раз пятилетнее. Джилас пробыл в тюрьме до конца 1966 года. Он был амнистирован, но без возвращения гражданских прав и боевых наград).

    После этого Джилас продолжал свою диссидентскую  общественную и писательскую деятельность. В конце 1960-х годов он выезжал за границу, где выступал с лекциями и публиковался, однако с 1970 года (до 1986 года) в выезде за границу ему отказывали.

    В 1986 году книга «Новый класс», взятая мною в качестве одного из основных источников настоящего исследования, была наконец-то опубликована на родине автора.

    В работе кандидата исторических наук С.В. Ястржембского рассматривается  процесс адаптации социал-демократического движения к современным реалиям  и вызовам. Раскрывается взгляды  социал-демократии ее вклад в закрепление позитивных тенденций в мире, поиск решения глобальных мировых проблем.

    Исследованию  побед и поражений современной  социал-демократии посвящена статья Громыко Алексей Андреевич, кандидат политических наук. Автор исследует феномен глобализации, и ответа на него мировой социал-демократии. Полезна данная статья актуальностью исследуемых проблем.

    Однако  основной интерес в вопросе анализа европейской социал-демократии представляет статья Галкина Александра Абрамовича - доктора исторических наук, профессора. Эта публикация была издана 2001 и имеет некоторые преимущества перед другими публикациями этой же темы. Прежде всего, сразу бросается в глаза степень проработанности и детальности данной публикации. В этом труде исследуется будущее, прошлое и настоящее современной социал-демократии. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

I

Советская модель социалистического общества: характерные особенности и причины кризиса. 

     Количество  работ, посвященных советскому социализму, опубликованных за последние 10-15 лет, просто необозримо. Однако почти все эти работы носят публицистический характер. Большая часть публицистики, которая откликается, как обычно, на злобу дня, написано с откровенно антисоциалистических позиций. Их авторы ставили перед собой цель не столько объяснить, сколько убедить читателя в том, каким был чудовищным советский строй и какие теперь замечательные перспективы открылись перед страной после его падения.

     Объективное, подлинно научное осмысление советской  модели социализма и ее трагической  судьбы только начинается. Понять природу советского социализма можно только в контексте мирового исторического процесса, основных тенденций ее развития в последние полтора века.

     В философии истории К.Маркса идея социализма занимает центральное место. Социализм есть будущее человечества, и это положение подтверждается сегодня всем ходом развития человечества в эпоху невиданного обострения глобальных проблем и ускорения процессов глобализации. Верность идее социализма -это главное условие, дающее возможность правильно подойти к изучению советской модели социализма.

     Чтобы понять ее, необходимо ответить на ряд  вопросов. Прежде всего строился в  Советском Союзе социализм по Марксу или нет. Если строился не по Марксу, то можно ли называть построенное  в СССР общество социализмом или это был лжесоциализм. К такому ответу склоняются сегодня не только противники Маркса, но и ученые, по-прежнему считающие себя марксистами. Затем встает вопрос о причинах российской революции 1917 г., почему она произошла, как особенности исторического развития пореформенной России сказались на характере революции и дальнейшем продвижении Советского Союза по социалистическому пути. И, наконец, как могло получиться, что советский социализм при его огромных достоинствах, которые перевешивали все недостатки, погиб в тот момент, когда идея социализма получила огромное признание в мире и мировая система социализма при всех ее сложностях имела перспективы для дальнейшего развития.

     Сначала о том, можно ли называть построенный  в Советском Союзе общественный строй социализмом или нет. Философия история К.Маркса приобрела свой классический вид в то время, когда в большинстве стран Западной Европе вполне сложился домонополистический капитализм, иначе говоря, капитализм свободной рыночной конкуренции частных собственников, которые осуществляли свое политическое руководство обществом через парламенты как высшие органы законодательной власти.

     К. Маркс полагал, что социализм  как новый общественный строй  должен сменить высокоразвитый по тем  временам капитализм, который, с одной стороны, практически уже исчерпал все свои потенциальные возможности, а с другой стороны, довел все общественные противоречия до предельной остроты. Социализм выступает как способ разрешения этих противоречий. Из западного капитализма вырастает западный социализм, который есть продолжение и вместе с тем революционное отрицание капитализма. Нередко марксову формационную логику развития общества называют европоцентристской, но это не совсем точно. Дело в том, что у Маркса речь идет о логике развития человеческого общества как такового, и в этом смысле формационная логика носит универсальный всеобщий характер. Согласно формационной логике из развитого капитализма вырастает социализм, а поскольку наиболее развитый капитализм находится на Западе, то ответ на вопрос о том, каким будет универсальный социализм, как новый общественный строй, даст именно западный социализм и в теории, и тем более на практике.

     Маркс сам не раз высказывался так, что  его можно причислить к сторонникам  европоцентризма. К примеру, говоря о незападных стран, еще только вступающих на путь капиталистического развития, он писал в «Капитале», что «страна, промышленно более развитая, показывает менее развитой стране картину ее собственно будущего» (13). При этом нельзя перескочить, по мысли Маркса, через естественные фазы развития, но общество «может сократить и смягчить муки родов» (14).

     Но  вряд ли можно обвинять Маркса в  сознательном европоцентризме. Маркс  разрабатывал свою формационную концепцию  в эпоху домонополистического капитализма. Он был убежден в том, что переход к социализму осуществится сначала в большинстве развитых капиталистических стран Европы, а затем и в других странах по мере их превращения в капиталистические. Здесь необходимо сделать одно важное замечание. Проблематика социализма как способа разрешения противоречий капиталистического общества оказывается весьма чувствительной к состоянию и уровню развития этого общества. Поскольку капитализм на Западе развивается, превращается в монополистический, постольку должны развиваться и качественно меняться представления о том социализме, который продолжает вызревать в западном обществе на стадии его капиталистического развития. Поэтому и нельзя создать целостную, тем более завершенную концепцию социализма, отвлекаясь от теории и практики капитализма.

     К оценке советского социализма необходимо подходить с тех позиций, что прорыв на более высокую формационную ступень общественного развития происходит не в центре, а на периферии исторического процесса, причем в тех странах и регионах, в которых все общественные отношения достигают предельной остроты. Причина тому - отсталость и неразвитость. Именно они не позволяют тем или иным странам несмотря на все усилия перейти на тот новый исторический уровень развития, на котором уже находятся более развитые страны.

     Поэтому конкретную историю перехода от капитализма  к социализму нельзя рассматривать  как постепенную реализацию формационной логики истории. Но с другой стороны, если не поверять каждый ход истории  этой логикой, то тогда теряется ясное теоретическое понимание хода истории. История социализма в СССР, который стал первой в мире страной, вставшей на путь социалистического развития, позволяет понять многие сложные и еще не до конца осмысленные особенности взаимных отношений между формационной логикой и конкретной историей.

     Как показала общественно-историческая практика ХХ в., возникновение социализма как  нового общественного строя складывается из самых различных попыток в  тех странах и регионах, в которых  возникают революционные ситуации и перед которыми открываются иные, чем капитализм, возможности и пути дальнейшего прогресса. Самой отличительной чертой этих различных моделей социализма является то, что их содержание определяется прежде всего особенностями свершившейся социалистической революции, уровнем развития капитализма, отрицаемого революцией, а затем уже особенностями национальной истории и культуры.

     Другими словами, ранние модели социализма и  прежде всего советская модель лишь фрагментарно, частично воспроизводят  то богатое содержание социализма, присущее его универсальной формационной модели, причем воспроизводят в национальной форме. Национально-ориентированные модели и есть в точном смысле слова ранний социализм в отличие от зрелой формы социализма, которую можно определить как западную модель социализма.

     Первоначально выбор большевиков, на который в  значительно мере повлияла гражданская  война, принял форму военного коммунизма. Попытка его создания закончилось  полным провалом. Эта попытка реализации утопии подверглась справедливой критике как сторонниками марксизма, так и его противниками. Судя по текстам, партия большевиков и Ленин в тот момент исходили из классических представлений Маркса о социализме эпохи домонополистического капитализма, базирующемся на бестоварном хозяйстве. Впоследствии Ленин признал ошибочность представлений российских большевиков о возможности перехода к коммунистическому обществу через организацию прямого продуктообмена между городом и деревней.

     Действительная  сложность конкретизации социалистического  выбора заключалась в том, что в стране не было материально-экономических предпосылок для непосредственного перехода к социализму. Другими словами, формационная логика, созданная применительно к этапу индустриального домонополистического капитализма, здесь не работала. Более того, история ХХ в. так и не дала примера перехода высокоразвитой капиталистической страны Запада к социализму.

     Разработка  теории строительства советского социализма проходило с большими трудностями  и с большими ошибками. Теперь, смотря ретроспективно, можно сказать, в чем была наибольшая сложность. Существует, по крайней мере, два уровня изучения социализма. Первый, философский уровень, который является составной частью марксовой формационной логики исторического процесса. Здесь речь идет о том, каким представляется социализм на данной стадии истории, социализм, который вырастает из противоречий капитализма и идет так или иначе ему на смену. Здесь весьма опасно для теории социализма как стадии всемирной истории рассуждать о том, что такое социализм вне его органической и неустранимой связи с капитализмом. В этом источник догматизации теории социализма. По мере развития капитализма должны с неизбежностью изменяться теоретические взгляды на природу социализма

     Другой  уровень был связан тогда с  разработкой теории советского социализма, когда необходимо было решать жизненно важные для страны задачи. На решение этих задач было сориентировано содержание советского социализма. Именно по этой причине теория советского социализма довольно проста по своему содержанию, если ее соотносить с философским содержанием социализма, как будущей стадией всемирной истории. По мере успехов на пути строительства социализма перед страной вставали уже более сложные задачи. И в принципе содержательность теоретических представлений о социализме должна была резко возрасти особенно после смерти Сталина.

     В идеале формационный уровень социализма выступает долговременным стратегическим ориентиром для тех, кто разрабатывает  уровень конкретной теории советского или другого национально-ориентированного социализма. Но в сталинский период философская концепция социализма была отодвинута в сторону, хотя и продолжали существовать тексты Маркса и комментарии к ним. Отодвинута была по той причине, что разрыв между двумя теоретическими ликами социализма был настолько велик, что открытое его обсуждение с неизбежностью порождало бы во всем обществе большие сомнения в том, действительно ли Советский Союз и Сталин строили и построили социализм, а не какой-нибудь другой строй (лжесоциализм), который не имеет ничего общего с социализмом в марксовом, т.е. философском, формационном смысле слова?

     К такому выводу после гибели советского социализма пришли многие отечественные  ученые такие, как А.П.Бутенко, Г.С.Арефьева. А.С.Ципко и ряд других (17). Эту позицию следует признать ошибочной.  

     Раскрытие содержательных сторон советского социализма, его природы предполагает глубокое проникновение в диалектику целей, которые ставила партия и государство  перед страной, средств, примененных  для достижения этих целей, и, наконец, полученного результата.

     Главнейшая  особенность ситуации, в которой  очутилась страна после Октября 1917 г., заключалась в том, что готовых  материальных предпосылок для перехода к социализму как целостной общественной системе не было ни после свершения Октябрьской революции, ни тем более после окончания гражданской войны. Еще в марте 1918 г. В.И.Ленин отмечал: «Неужели не ясно, что в материальном, экономическом, производственном смысле мы еще в «преддверии» социализма не находимся?» (11).

     Это означает, что у такого рода стран переходный период к социализму носит опосредствованный характер в отличие от высокоразвитых капиталистических стран, для которых переход, в случае его практической реализации, окажется непосредственным и потому относительно кратким по времени. «При революции, -отмечал В.И.Ленин,- государственно-монополистический капитализм непосредственно переходит в социализм» (12).

     Цель  новой экономической политики заключалась  в том, чтобы через создание «переходных  ступеней, посредствующих звеньев» перейти в дальнейшем к построению материально-технической базы социализма и на ее основе к утверждению социалистических начал во всех других сферах общественной жизни. Иными словами. Советское государство в интересах восстановления народного хозяйства допускала до известного предела развитие как частного, так и государственного капитализма. И, следовательно, допускало борьбу между капиталистическим и социалистическим укладами. Вопрос «кто кого» не мог решаться в таком случае чисто политическими или идеологическими средствами. Складывалась весьма сложная и опасная ситуация с точки зрения перспектив развития в направлении к социализму. Возникает реальная угроза перерождения политического строя и утраты революционных завоеваний. В теоретическом плане в течение переходного периода объективно существует альтернативность в историческом развитии страны.

     Процесс создания «посредующих звеньев» по-видимому занял бы несколько десятилетий, особенно учитывая мелкокрестьянский  характер страны. Социализм надолго бы ушел из повседневной практики и превратился бы в довольно отвлеченную идею, реализация которой отодвигалась бы в далекое и не очень определенное будущее. При благоприятных внешних условиях такой ход событий возможен.

     Но  для советской страны внешнеполитические условия складывались крайне неблагоприятно, реальная угроза военного столкновения сохранялась, а современной военной промышленности не было. Более того, в стране по мере реализации идей нэпа выявились и тревожные перспективы в развитии сельского хозяйства, связанные с резким падением объемов товарного хлеба.

     Когда И.В. Сталин как руководитель партии и государства ставит в середине 20-х г. вопрос о возможности победы социализма в одной отдельно взятой стране в условиях враждебного капиталистического окружения, то он имел в виду другие временные рамки достижения социализма, нежели нэповские ориентиры. Сталин в конце 20-х г. отказывается от политики нэпа. Вопрос о том, изменил ли Сталин ленинской программе нэпа или он поступил правильно, остается глубоко дискуссионным в рамках марксистских исследований. Мне кажется, перерождение политической системы на путях нэпа было неизбежным, хотя формы и способы перерождения были бы обусловлены конкретной ситуацией, сложившейся в стране и за ее пределами.

     Поскольку Сталин делает строительство социализма первоочередной практической задачей, то здесь как раз и возникают совершенно новые проблемы в теории и практике строительства в СССР национально ориентированного социализма. Суть проблемы заключается в двух аспектах. Во-первых, в том, чтобы придать социализму такое конкретно-практическое содержание, которое могло бы стать стержнем массовой идеологии. Во-вторых, вести строительство социализма на мобилизационной основе, закончить его в предельно сжатые сроки. Сталин не без оснований превратил вопрос о сроках строительства социализма в вопрос о жизни и смерти советского государства.

     Первоначально в то содержание социализма, который  строился и быть построен в стране, Сталин вкладывает довольно общие положения. Вот как Сталин определяет основные принципы советского социализма в докладе «О проекте Конституции Союза ССР в декабре 1936 г.: «Проект новой Конституции СССР исходит из факта ликвидации капиталистического строя, из факта победы социалистического строя в СССР. Главную основу проекта новой Конституции СССР составляют принципы социализма, его основные устои, уже завоеванные и осуществленные: социалистическая собственность на землю, леса, фабрики, заводы и прочие орудия и средства производства; ликвидация эксплуатации и эксплуататорских классов; ликвидация нищеты большинства и роскоши меньшинства; ликвидация безработицы; труд, как обязанность и долг чести каждого работоспособного гражданина по формуле: « кто не работает, тот не ест». Право на труд, т.е. право каждого гражданина на получение гарантированной работы; право на отдых; право на образование; и т.д. и т.п.» (22). Для решения этих задач необходимо было в максимально ускоренном темпе провести индустриализацию, коллективизацию сельского хозяйства и культурную революцию.