Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Необходимая оборона. 9

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

МОСКОВСКАЯ ФИНАНСОВО-ЮРИДИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ

ФИНАНСОВО-ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

Кафедра уголовно-правовых дисциплин

КУРСОВАЯ РАБОТА

По дисциплине Уголовное право

Студента Иванова Ирина Ивановна

(фамилия, имя, отчество)

На тему: Необходимая оборона

Автор работы:

_И.И. Иванова ____________ ___________________

(ФИО) (подпись)

Научный руководитель:

__________________

(ученая степень, звание, ФИО) (подпись)

Дата сдачи:

«____»______________20__г.

Дата защиты:

«____»_____________20__г.

Оценка: __________________

Москва 2012

Содержание

Введение 3

Глава 1. Необходимая оборона как обстоятельство, исключающее преступность деяния 4

1.1.Понятие и виды обстоятельств, исключающих преступность деяния в уголовном законе и науке уголовного права 4

1.2.Понятие необходимой обороны и ее признаки. 9

1.3. Защитные устройства как способ необходимой обороны 16

Глава 2. Пределы необходимой обороны и их превышение 24

2.1. Условия правомерности необходимой обороны и ее пределы 24

2.2.Превышение пределов необходимой обороны: теория и практика 30

Заключение 39

Список литературы 41

Введение

Необходимая оборона как правовой институт известна человечеству с древнейших времен. Упоминание права необходимой обороны содержится и в "Русской Правде". С тех пор эта юридическая категория нашла повсеместное законодательное признание и заняла достойное место в теории уголовного права. В русской правовой мысли она получила самую глубокую разработку, в частности, в трудах А.Ф. Кони, Н.С. Таганцева, Н.Д. Сергеевского, идеи которых впоследствии развивались В.Ф. Кириченко, А.И. Санталовым, Н.Н. Паше-Озерским, В.И. Ткаченко, Ю.В. Баулиным и другими учеными. Вместе с тем ее актуальность, теоретическая и практическая значимость только возросли, что является вполне объяснимым. Последнее изменение внесено совсем недавно: Федеральным законом от 27 июля 2006 года текст ст. 37 УК РФ изложен в новой редакции, что, в свою очередь, вызывает необходимость решения новых вопросов, которые возникают и будут возникать перед правоприменителем. С ростом объема теоретических исследований количество нерешенных противоречий во взглядах на различные аспекты проблемы не уменьшается, а, напротив, возрастает. Правоохранительные органы в своей деятельности сталкиваются со все новыми случаями необходимой обороны, а каждый новый случай по своему уникален и требует всестороннего изучения и оценки.

Объектом в работе является институт необходимой обороны, смежных институтов в уголовном праве.

Предметом выступает уголовное законодательство, судебная практика, учебная и научная литература по данной тематике.

Целью является анализ положений законодательства о необходимой обороне.

Задачи данной работы:

Указать виды обстоятельств, исключающих преступность деяния в уголовном законе и науке уголовного права;
Раскрыть понятие необходимой обороны, указать ее признаки.
Рассмотреть защитные устройства как способ необходимой обороны;
Указать пределы необходимой обороны и условия ее превышения;
Обозначить условия правомерности необходимой обороны и ее пределы;
Рассмотреть в теории и практике превышение пределов необходимой обороны.

Методологическую базу и методы исследования определили современные общенаучные, частнонаучные и специальные методы познания (сравнительный, историко-правовой, структурно-функциональный, логический и др.).

Теоретическую и эмпирическую основу исследования составили разнообразные сведения, полученные из нормативно-правой базы, научной, и публицистической литературы.

При написании данной работы были использованы Уголовный кодекс, постановления Верховного суда, периодические издания, учебная литература, научно-исследовательские материалы, судебная практика.

Глава 1. Необходимая оборона как обстоятельство, исключающее преступность деяния

1.1.Понятие и виды обстоятельств, исключающих преступность деяния в уголовном законе и науке уголовного права

Под обстоятельствами, исключающими преступность деяния, понимаются условия (правила), при соблюдении которых внешне похожее на преступление деяние не является общественно опасным.

В УК РФ выделены шесть таких обстоятельств, которые признаются социально полезными и целесообразными, несмотря на то что определенными действиями причиняется вред охраняемым уголовным законом интересам. К таким обстоятельствам законодатель относит: необходимую оборону (ст. 37), причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление (ст. 38), крайнюю необходимость (ст. 39), физическое и психическое принуждение (ст. 40), обоснованный риск (ст. 41), исполнение приказа или распоряжения (ст. 42).

Перечисленные в указанных нормах уголовного закона обстоятельства устраняют признак общественной опасности и придают действиям социально полезный характер. В силу этого данные нормы иногда называют стимулирующими, поскольку они направлены на повышение социальной активности граждан и сотрудников правоохранительных органов в определенных жизненных ситуациях, при выполнении служебных обязанностей, при пресечении преступлений и иных правонарушений, а также устранении грозящей опасности интересам личности, общества и государства. Обстоятельства, исключающие преступность деяния, позволяют обеспечить реальную защищенность граждан, и поэтому знание всех правовых аспектов и приемов, используемых для пресечения преступлений, являются необходимым элементом подготовки юристов, а также профессиональной подготовки сотрудников правоохранительных органов.

В Российском государстве на разных этапах его истории институты необходимой обороны и задержания преступников по-разному определялись в уголовном законодательстве. Уже в древнерусских правовых памятниках, например в Русской Правде, ограничивался произвол, формировался подход к защите жизни и собственности. Право убивать ночного вора, задерживать преступника и причинять ему вред можно было до рассвета. Собственник мог преследовать вора только в пределах двора или жилища, и отражение посягательств на жизнь и имущество предоставлялось только ближайшим родственникам убитого либо собственнику.

Дальнейшее развитие права необходимой обороны получило в Уложении 1649 г. Русский правовед А.А. Берлин писал, что "только в Уложении 1649 г., а позже - в Воинских артикулах и Морском уставе мы находим уже довольно подробное регулирование необходимой обороны"¹.

Вопросы необходимой обороны в законодательстве Петра I нашли отражение в Воинских артикулах 1716 г. и в Морском уставе 1720 г. Если в Уложении 1649 г. необходимая оборона отражалась в разных статьях и разделах, то здесь она впервые получила специальное наименование: "Нужное оборонение". Правила оборонения излагались в главе о смертоубийстве, поскольку под правом необходимой обороны понималось право убийства нападающего. Воинские артикулы признавали необходимую оборону при посягательстве на жизнь, а в Морском уставе - при нападении, угрожающем здоровью.

По сути, заложенные в Воинских артикулах и Морском уставе правила дошли до наших дней. Необходимая оборона допускалась при наличии следующих условий: 1) нападение должно быть противозаконным и насильственным; 2) нападение должно быть беспричинным (нападающий, не имевший права на защиту); 3) нападение должно быть непосредственно предстоящим или только что начавшимся и требующим мгновенного отражения, если все другие способы уклониться от нападения оказались тщетными; 4) необходимо было соответствие средств обороны со средствами нападения. Разрешалось обороняться всеми доступными средствами ("как можно") только в случае, когда обороняющийся находился в опасном для жизни состоянии. Несоблюдение условий обороны влекло наказание виновного за умышленное убийство либо причинение вреда здоровью. Ничего не говорится об обороне имущественных прав. Разрешая убийство вора, вошедшего в дом ночью, артикулы имели в виду лишь защиту жизни.

В Уложении 1845 г. вопросы необходимой обороны рассматривались как в Общей, так и в Особенной части уголовного законодательства. В статьях 101 и 102 (Общая часть) предусматривались следующие условия правомерности необходимой обороны: 1) средства защиты должны соответствовать средствам нападения. Применять оружие против безоружного лица можно было в случае, если нападающий был сильнее либо когда "нападение учинено наедине" и притом с опасностью для жизни; 2) оборона признавалась законной только тогда, когда защищающемуся угрожала опасность, поэтому убийство противника, обратившегося в бегство, признавалось нарушением правил законной обороны; 3) обороняющийся должен "уступать нападающему", стараться не причинять ему вреда до тех пор, пока его жизни не угрожает опасность².

Указанные правила законодательно закрепили пассивность обороны. Правда, были внесены и определенные новшества. Необходимая оборона считалась законной не только для личной защиты, но и для защиты других лиц как при посягательстве на жизнь и здоровье, так и на целомудрие и честь женщин. Она допускалась и для защиты имущества от воров и разбойников, но при этом оборонявшийся обязан был объявить соседям и начальству о последствиях обороны. Оборонявшийся имел право убить вора или ранить его на месте кражи и тогда, когда он не оказывал сопротивления. Причинение вреда нападающему признавалось законным только при условии, если обороняющийся не мог прибегнуть к защите местного или ближайшего начальства. Обо всех обстоятельствах и последствиях необходимой обороны обороняющийся обязан был немедленно объявить соседним жителям, а при первой возможности - и ближайшему начальству. Признавалось злоупотребление обороной, если обороняющийся причинял нападающему вред, когда опасность уже миновала.

Статьи 1467 и 1493 Уложения предусматривали наказуемость за убийство и причинение увечья или ран при превышении пределов необходимой обороны.

Более обобщено и сформулировано понятие необходимой обороны в уголовном Уложении 1903 г. В этом Уложении к обстоятельствам, исключающим противоправность деяния, также было отнесено исполнение закона и приказа, если приказ не предписывал явно преступного, а также крайнюю необходимость. В статье 45 Уложения 1903 г. вовсе были исключены ограничительные условия. В то же время необходимо отметить, что расширение пределов необходимой обороны представляло неограниченные возможности оправдывать любые насилия, направленные на защиту частной собственности.

Понятие необходимой обороны в уголовном праве советского периода вытекает из материалистического понимания преступности. Впервые оно было дано в Руководящих началах по уголовному праву РСФСР 1919 г. Согласно Руководящим началам наказание не применялось к лицу, совершившему насилие над личностью нападающего, если это насилие явилось в данных условиях необходимым средством защиты от насилия его или другого лица, если при этом не были превышены меры необходимой обороны. В этом акте не содержалось никаких указаний о правовой оценке причинения вреда преступнику при его задержании.

Дальнейшее развитие понятие необходимой обороны нашло в УК РСФСР 1922 г. и Основных началах уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1924 г. Уголовный кодекс 1922 г. в ст. 19 несколько расширил право необходимой обороны, допустив защиту не только самой личности обороняющегося или других лиц, но и их прав. В Основных началах впервые в советском уголовном законе говорилось о задержании преступника. Правомерное причинение смерти или тяжких повреждений при задержании преступника рассматривалось как необходимая оборона, а превышение мер, необходимых для его задержания, как превышение пределов необходимой обороны.

Свое дальнейшее развитие институт необходимой обороны получил в Основах уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г., в которых действия, совершенные в состоянии необходимой обороны, не рассматривались как преступление, что нашло отражение в УК РСФСР 1960 г.

В Уголовном кодексе РФ 1996 г. наряду с известными практике необходимой обороной и крайней необходимостью нашли отражение и другие обстоятельства, исключающие преступность деяния. Рассмотрим подробнее содержание и характер обстоятельств, исключающих преступность деяния, и их значение для правоохранительной деятельности.

1.2. Понятие необходимой обороны и ее признаки.

В соответствии с частями 1, 2 ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны. Из формулировки закона следует, что необходимая оборона является, с одной стороны, обстоятельством, исключающим преступность деяния, а с другой - субъективным правом граждан на защиту от посягательства. При определении понятия необходимой обороны нужно, во-первых, выяснить природу этого права, а во-вторых, установить связь необходимой обороны с другими институтами уголовного права.

В РФ право на необходимую оборону является неотъемлемым атрибутом правового статуса личности. В ч. 2 ст. 45 Конституции РФ сказано, что каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Одним из таких способов является причинение вреда посягающему лицу, которое строго регламентировано уголовным законом. В.В. Меркурьев относит право на необходимую оборону к институту "гражданской самозащиты", базовым принципом которого является вышеприведенная формулировка Основного закона³. Аналогичные нормы содержатся в гражданском, а ранее, до введения в действие с 1 июля 2002 года КоАП РФ, содержались и в административном праве. Институт необходимой обороны был предусмотрен ст. 19 КоАП РСФСР 1984 года, однако наличие в Кодексе такой нормы не было практически оправданным. Отличие необходимой обороны в административном праве от аналогичного института в уголовном праве заключается в том, что посягательство, вызывающее состояние необходимой обороны, не несет в себе признака общественной опасности, так как не угрожает причинением вреда базовым общественным отношениям. Поэтому размер причиняемого посягающему лицу вреда должен быть существенно меньше, чем тот, который допускается уголовным законом. Многие административные правонарушения, такие, например, как мелкое хулиганство или мелкое хищение, представляют явный вред для общества и должны быть пресечены. Для их пресечения в подавляющем большинстве случаев необходимо причинить такой вред посягающему, который по своим объективным характеристикам будет соответствовать вреду, запрещенному уголовным, а не административным, законом (побои, легкий вред здоровью, лишение свободы и др.). Необходимая же оборона по уголовному праву от посягательств, представляющих собой административные правонарушения, не допускается, о чем более подробно будет сказано ниже. В ныне действующем КоАП РФ норма о необходимой обороне отсутствует. Так или иначе, пред лицом административно наказуемого посягательства гражданин с правовой точки зрения оказывается фактически беззащитен.

Назовем признаки обстоятельств, исключающих преступность деяния. Первое - эти обстоятельства являются сознательным и волевым поступком человека, обладающим внешними сходствами с признаками какого-либо преступления. Вторым признаком обстоятельств, исключающих преступность деяния, является их правомерность, выражающаяся в том, что они предусмотрены нормами законодательства. В Общей части УК РФ прямо названы шесть таких обстоятельств: необходимая оборона, причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление, крайняя необходимость, физическое или психическое принуждение, обоснованный риск, исполнение приказа или распоряжения. Третьим признаком обстоятельств, исключающих преступность деяния, необходимо признать то, что по своему социально - психологическому заряду они не несут в себе общественной опасности. А.Н. Трайнин, а вслед за ним и В.И. Ткаченко справедливо обращают внимание на тот парадокс, что в отдельных случаях деяние может быть и правомерным, и общественно опасным одновременно. Известно, что в состоянии крайней необходимости вред причиняется третьим лицам, поэтому есть основание признать справедливость этого парадокса. С такой позицией не соглашается Ю.В. Баулин: "...отсутствие общественной полезности еще не дает основания для вывода, что подобные действия следует относить к числу общественно опасных"⁴. Аргументы его сводятся к тому, что эти деяния не имеют широкого распространения, и поэтому они не дезорганизуют правопорядок. Он предлагает назвать их общественно допустимыми (приемлемыми). Тем не менее, на мой взгляд, даже такие обстоятельства, как крайняя необходимость, можно признать общественно полезными. Напомним, что причиняемый в состоянии крайней необходимости вред должен быть условием предотвращения вреда более значительного. Тот самый объем предотвращенного вреда, который превышает вред причиненный, и надлежит считать общественной пользой.

Таким образом, обстоятельства, исключающие преступность деяния, - это предусмотренные уголовным законом и внешне сходные с преступлениями общественно полезные и правомерные поступки, исключающие уголовную ответственность лица за причиненный им вред.

В заключение этого вопроса хотелось бы отметить следующее. Термин "обстоятельства, исключающие преступность деяния" представляется семантически и логически неверным. Все шесть декриминализирующих обстоятельств по законодательной конструкции объективной стороны имеют материальный состав, то есть применяются только в том случае, когда причинен объектам правоохраны определенный вред. Следовательно, эти обстоятельства должны исключать преступность не самого деяния, которое является лишь элементом объективной стороны поступка, но причиненного им вреда. Далее, понятие "обстоятельство" в строгом смысле слова должно трактоваться как явление, сопутствующее определенному процессу и оказывающее влияние на его развитие. Применительно к необходимой обороне таким обстоятельством является общественно опасное посягательство, которое исключает преступность причиняемого посягателю вреда. Необходимую оборону в таком случае следует считать декриминализирующим основанием точно так же, как существует основание уголовной ответственности. Поэтому представляется оправданным изъять из текста закона термин "обстоятельства, исключающие преступность деяния", заменив его следующим: "основания правомерности причинения вреда".

Предмет уголовного права составляют три вида правоотношений. Первым видом являются охранительные уголовно-правовые отношения, возникающие в связи с совершением преступления между лицом, его совершившим, и государством в лице правоохранительных органов. Вторым видом являются общепредупредительные уголовно-правовые отношения, возникающие по поводу удержания лиц от совершения преступлений в связи с наличием уголовно-правового запрета. Наконец, к третьему виду относятся регулятивные уголовно-правовые отношения, которые складываются на базе управомочивающих норм, наделяющих граждан правом на активное противодействие грозящей им, другим лицам, обществу и государству опасности. Именно к этому виду уголовно-правовых отношений принадлежит необходимая оборона. Поэтому, указывая признаки необходимой обороны, образующие ее уголовно-правовой состав, нельзя смешивать его с понятием состава преступления. Стоит согласиться с В.В. Меркурьевым, который пишет: "Состав необходимой обороны - это то, из чего слагается защитительная деятельность обороняющегося, предпринятая в ответ на общественно опасное посягательство"⁵.

Объектом необходимой обороны являются личность и права посягающего, которые в момент посягательства лишаются правовой защиты со стороны государства в той степени, в которой это необходимо для пресечения посягательства.

В конструкцию объективной стороны необходимой обороны В.В. Меркурьев ошибочно пытается включить общественно опасное посягательство. На мой взгляд, это неоправданно потому, что посягательство обладает самостоятельным составом, который может:

а) полностью совпадать с составом какого-либо преступления;

б) не образовывать состава преступления ввиду отсутствия необходимых признаков субъекта;

в) не образовывать состава преступления ввиду отсутствия вины (ошибка или крайняя необходимость).

Объективная сторона необходимой обороны включает в себя:

1) общественно полезное действие, связанное с защитой правоохраняемых объектов (оборона в форме бездействия умозрительно допустима, но на практике не распространена);

2) последствие в виде вреда здоровью, имуществу и другим благам посягающего лица;

3) причинная связь между 1) и 2);

4) обстановка, которая характеризуется наличием общественно опасного посягательства;

5) время - момент посягательства.

Орудия, средства и способы необходимой обороны не являются ее обязательными признаками. Однако следует отметить, что использование оружия и специальных средств при отражении посягательства регулируется самостоятельными нормативно - правовыми актами. Согласно ст. 24 Федерального закона РФ "Об оружии" граждане РФ могут применять имеющееся у них на законных основаниях оружие для защиты жизни, здоровья и собственности в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости. Применению оружия должно предшествовать четко выраженное предупреждение об этом лица, против которого применяется оружие, за исключением случаев, когда промедление в применении оружия создает непосредственную опасность для жизни людей или может повлечь иные тяжкие последствия. При этом применение оружия в состоянии необходимой обороны не должно причинить вред третьим лицам. Запрещается применять огнестрельное оружие в отношении женщин, лиц с явными признаками инвалидности, несовершеннолетних, когда их возраст очевиден или известен, за исключением случаев совершения указанными лицами вооруженного либо группового нападения. О каждом случае применения оружия, повлекшем причинение вреда здоровью человека, владелец оружия обязан незамедлительно, но не позднее суток, сообщить в орган внутренних дел по месту применения оружия. Нормы, детализирующие положения данной статьи, содержатся в Законах РФ "О милиции" и "О частной детективной и охранной деятельности".

Субъективная сторона необходимой обороны характеризуется невиновностью. Интеллектуальный элемент невиновности составляет отношение к посягательству (осознание его общественной опасности) и к защите (осознание общественной пользы своих действий), а также предвидение наступления негативных для посягающего последствий. Волевой элемент составляет желание причинения вышеуказанных последствий, которые выступают как способ отражения посягательства. В вопросе о цели обороны оправданно принять точку зрения Ю.В. Баулина, который выделял близлежащую цель (причинение вреда посягающему), промежуточную цель (пресечение или предотвращение посягательства) и конечную цель (защита правоохраняемых интересов). Нельзя, однако, согласиться с ним в вопросе о мотиве предпринимаемой обороны, который, по его мнению, обязательно должен соответствовать ее цели. Сомнительна также позиция Н.Н. Паше-Озерского, утверждавшего, что в основе необходимой обороны лежат исключительно общественно полезные мотивы. При защите правопорядка лицом могут двигать самые разные побуждения, в том числе и те, которые вряд ли относятся к социально поощряемым, например ревность, стремление отличиться в глазах влиятельного человека, гнев, вызванный вторжением в сферу личных интересов, и т.п. Следовательно, мотив предпринимаемых в состоянии необходимой обороны действий с точки зрения закона безразличен.

Субъектом необходимой обороны, т.е. лицом, отражающим посягательство, может быть каждый без исключения человек. В соответствии с ч. 3 ст. 37 УК РФ право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения. Понятие субъекта необходимой обороны не совпадает с понятием субъекта преступления, так как в данном случае отсутствуют требования к возрасту или психическому состоянию лица. "Нет основания лишать права необходимой обороны, - пишет Т.Г. Шавгулидзе, - душевнобольных и малолетних, ибо не исключается возможность, чтобы они действовали в целях защиты конкретного правоохраняемого интереса"⁶.

В контексте вышеизложенного необходимую оборону можно, с одной стороны, определить как субъективное право граждан на защиту от общественно опасного посягательства путем причинения вреда посягающему лицу, а с другой - как основание правомерности причинения вреда посягающему в состоянии защиты личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства.

1.3. Защитные устройства как способ необходимой обороны

Не подпадают под признаки необходимой обороны факты использования специальных защитных устройств, приспособлений, устанавливаемых гражданами для обеспечения сохранности своего имущества от предполагаемых, возможных посягательств. Такие специальные защитные средства, как капканы, ловчие ямы, взрывные устройства, отравляющие вещества, электричество и др., специально предназначены для причинения вреда людям, намеренно или случайно оказавшимся в зоне действия подобных устройств.

Этот вопрос актуализировался в связи с переходом экономики страны на рыночные отношения, связанные с этим изменения в криминогенной ситуации, неспособность правоохранительной системы государства эффективно противостоять обрушившемуся на общество и его граждан валу преступности.

В СМИ нередки сообщения о том, что владельцы крупных состояний, дорогих машин, коттеджей, дачных участков и т.п., не надеясь на защиту со стороны правоохранительных органов, стали предпринимать меры к самостоятельной защите нажитого ими имущества, в том числе и с помощью различных, заранее установленных защитных, механизмов, приспособлений и других средств, срабатывающих автоматически. Часть из них носит характер лишь отпугивающих средств (например, разного рода сигнализации), другие защитные средства могут устанавливаться со специальной целью - причинить вред посягающему для предотвращения преступления.

Реально данная проблема сужается до уголовно-правовой оценки причинения вреда при посягательствах на собственность либо на какие-то государственные интересы (охрана государственной границы, важных военных или иных стратегических объектов, мест лишения свободы и др.). Защита правоохраняемых интересов личности (жизнь, здоровье, честь и достоинство, половая неприкосновенность) автономно срабатываемыми средствами невозможна.

Виды защитных приспособлений или иных средств, срабатывающих без непосредственного участия человека, могут быть самыми разнообразными. Это могут быть взрывные устройства, электроустройства, самострелы, капканы, механические устройства, "волчьи" ямы, нервнопаралитические либо отравляющие вещества, животные и т.п. Дать исчерпывающий перечень такого рода средств или приспособлений невозможно, поскольку фантазия и техническая изобретательность людей безграничны.

Все вышесказанное и ставит принципиальный вопрос: можно ли причинение вреда с использованием автономно срабатывающих средств рассматривать в рамках института необходимой обороны либо это недопустимо? Подчеркнем, что речь идет не о признании этих средств "легитимными" (законными), а об адекватной уголовно-правовой оценке причинения вреда с их использованием с позиций правовой и социальной справедливости.

Уголовно-правовая теория и судебная практика так называемых "буржуазных" государств не исключает рассмотрение использования автоматически срабатывающих средств по правилам о необходимой обороны. Так, А.А. Берлин писал, что "поскольку в этих случаях защита проявляется в момент нападения, она своевременна, что дает основание считать эту защиту правомерной"⁷. И.И. Слуцкий приводит пример из судебной практики Франции. Один гражданин, зная, что кто-то крадет у него рыбу из садка, поставил перед садком автоматический механизм, причинивший одному из воров тяжелое повреждение, повлекшее ампутацию ноги. Суд счел это действие законным⁸.

В советский период нашего государства при решении рассматриваемого вопроса нередко использовались аргументы идеологического характера. Примечательна в этом смысле позиция В.Н. Козака, который оправдывал применение автоматически срабатывающих средств для охраны государственных интересов и социалистической собственности, но считал это недопустимым в отношении охраны личной собственности граждан. "Мы разделяем мнение авторов, выступающих против устройства оборонительных приспособлений лишь применительно к личной собственности граждан. Что же касается устройства приспособлений для защиты социалистической собственности, оно, по нашему мнению, вполне допустимо. Допустимо оно и для предупреждения таких преступлений против правосудия, как побег из места заключения или из-под стражи"⁹. "Устройство таких приспособлений для охраны личной собственности могло бы создать реальную угрозу для жизни и здоровья честных граждан. От такого устройства может пострадать и ребенок, и случайное лицо, зашедшее, допустим, в сад"¹⁰.

Т.Г. Шавгулидзе считает, что "...не является необходимой обороной причинение вреда при помощи заранее установленных автоматических приспособлений или же тайных препятствий (напр., проволоки с электрическим током, самострела, капкана, ямы и т.п.)"¹¹. Этот же автор отмечает, что "советская судебная практика не считает осуществлением права необходимой обороны причинение вреда с помощью механических приспособлений или иных тайных устройств"¹². Сторонники данной позиции приводят при этом некорректные, по нашему мнению, примеры. Нередко автоматически срабатывающие средства применяются для защиты садов и огородов. Так, М.И. Якубович приводит случай, как один инженер для охраны фруктов и цветов в своем саду установил взрывчатое устройство, на котором сам же и подорвался¹³. И.И. Слуцкий приводит пример, когда некоей гражданке К. при попытке похитить дрова было причинено тяжелое ранение при автоматическом взрыве привязанной к одному из полен толовой шашкой¹⁴. Судебной практике и ученым широко известно дело Шибанова, который подвел ток в 220 В к рыбной мереже. При попытке кражи рыбы из мережи погиб подросток¹⁵. Некорректность всех приведенных примеров заключается в том, что автоматически срабатывающие средства были применены не против "общественно опасного посягательства" (ст. 37 УК), а против "малозначительных деяний" (ч. 2 ст. 14 УК). Общеизвестно, что к таким деяниям институт необходимой обороны не применяется. Причинение вреда в таких случаях должно квалифицироваться как обычное умышленное или неосторожное преступление.

В современных условиях, учитывая криминогенную ситуацию в нашей стране, правоприменительную практику других цивилизованных государств, представляется прогрессивной и правильной позиция тех авторов, которые считают, что причинение вреда с использованием автоматически срабатывающих средств допустимо рассматривать по правилам о необходимой обороне. Она отражена в работах И.Э. Звечаровского, С.В. Пархоменко, В.В. Орехова, А. Савинова¹⁶ и др.