Общие положения о вещном праве

Новосибирский государственный аграрный университет

ИЗОП

Кафедра:  Государственно - правовых дисциплин

Дисциплина  :  Гражданское право

Курсовая работа

на тему:  общие положения о вещном праве

Выполнил:

Проверил:

Новосибирск  2010 г.

Содержание 

    стр.   

1. Понятие и признаки вещного права

1.1. Понятие  вещного права.

Под вещным правом принято понимать право, обеспечивающее удовлетворение интересов управомоченного лица путем непосредственного воздействия на вещь, которая находится в сфере его хозяйственного господства. Вещное право принадлежит к числу категорий, которые широко использовались в далеко отстоящие друг от друга исторические эпохи. Не составляет исключения и наше время. Живучесть вещного права во многом объясняется тем, что оно закрепляет отношение лица к вещи (имуществу), обеспечивая за счет этой вещи удовлетворение самых различных потребностей. Указанное обстоятельство приводит, однако, к тому, что категория вещного права достаточно уязвима и не раз подвергалась критике в цивилистической науке. Можно сказать, что недостатки, присущие вещному праву как правовой категории, в известной мере являются продолжением ее достоинств. Под категорию вещных прав нередко подводят права, которые имеют мало общего друг с другом. В результате происходит обесценение и самой категории вещных прав. Впрочем, так всегда бывает, когда пределы того или иного понятия определяют чрезмерно широко.

Из данного выше определения  вещного права не следует, будто  вещное право сводится к тому, что  закрепляет отношение лица к вещи. Если бы так обстояло дело, то вещное право на роль права вообще не могло бы претендовать. Антитеза вещных и обязательственных прав состоит в том, что в области вещных прав решающее значение для удовлетворения интересов управомоченного имеют его собственные действия, в то время как в области обязательственных прав удовлетворение интересов управомоченного происходит прежде всего в результате действий обязанного лица. В то же время в обоих случаях осуществление субъективного права, независимо от того, относится ли оно к вещному или обязательственному, юридически обеспечивается должным поведением обязанных лиц. Но если при осуществлении обязательственных прав указанное обстоятельство видно невооруженным глазом (ясно, например, что интерес кредитора в заемном обязательстве не будет удовлетворен до тех пор, пока заемщик не вернет долг), то в области вещных прав поведение обязанных лиц на первый план не выступает, поскольку они обязаны лишь к тому, чтобы не препятствовать управомоченному лицу совершать (или не совершать) действия по осуществлению своего права. Иными словами, их обязанности по отношению к управомоченному сводятся к пассивному издержанию. Но от этого они не становятся менее значимыми. Стоит кому-то из обязанных лиц нарушить свою обязанность, вторгнуться в сферу хозяйственного господства управомоченного лица, и в осуществлении вещного права может произойти затор со всеми вытекающими из этого последствиями: придется прибегать к мерам государственной охраны или к мерам самозащиты, чтобы заставить обязанное лицо вести себя должным образом, загладить последствия правонарушения и т.д.

Носитель вещного права  не находится в безвоздушном пространстве, не остается с вещью один на один, он всегда действует в сложной  сети социальных связей и отношений, в результате чего характер юридически значимого приобретает как его собственное поведение, так и поведение окружающих его третьих лиц.

В истории отечественного законодательства судьба вещного права  складывалась по-разному. На примере  вещного права можно убедиться  в том, что свою судьбу имеют не только люди и книги, но также и права. В дореволюционной России под категорию вещного права подводили широкий спектр гражданских прав, особенно в области поземельных отношений. В советский период вещное право поначалу было узаконено. В ГК 1922 г. был особый раздел, который так и назывался: «Вещное право». В нем к числу вещных прав были отнесены право собственности, право застройки и залог. В дальнейшем, однако, в связи с признанием за гражданами права собственности на жилой дом сошло на нет и было отменено право застройки. Что же касается залога, то в науке в тот период преобладало мнение, что он тяготеет к обязательственному праву, будучи одним из способов обеспечения обязательств. Все это наводило на мысль, что прочные научные основания для выделения вещных прав в качестве одного из подразделений системы гражданского законодательства отсутствуют. На судьбе вещных прав отрицательно сказалось и то, что земля и другие природные ресурсы относились к объектам исключительной собственности государства и были изъяты из гражданского оборота, а также то, что в законодательстве не проводилось (за редчайшими исключениями) деления имущества на недвижимое и движимое. Правда, попытки реанимировать категорию вещных прав в науке периодически предпринимались. Так, к вещным относили иногда право оперативного управления, право бессрочного пользования землей, право нанимателя жилого помещения в государственном и общественном жилищном фонде и ряд других. Однако поддержки со стороны законодательной власти в тот период они не получили. Что же касается сервитутов, которые во всех правовых системах традиционно относились к числу вещных прав, то подспудно они в нашем законодательстве присутствовали всегда, но их юридической квалификации дано не было. Например, право пожизненного проживания в чужом доме могло быть установлено в силу завещательного отказа или договора об отчуждении имущества под условием пожизненного содержания. Споры между владельцами прилегающих друг к другу земельных участков (например, об определении их границ) признавались неподведомственными суду, а споры об определении порядка пользования неразделенным земельным участком суд мог рассматривать.

До  тех пор, пока права  владельцев земельных участков были резко ограничены, а оборот недвижимого  имущества заморожен, трудно было рассчитывать на возрождение категории вещных прав.

На отрицательное отношение  законодателя к категории вещных прав повлияла и ее оценка в юридической  науке. В работах В. К. Райхера, О. С. Иоффе и других ученых довольно убедительно доказывалось, что четкие критерии для ее вычленения отсутствуют, а социально-экономические и правно-политические основания для ее закрепления в нашем законодательстве отпали'. Все это привело к тому, что в кодификационных актах гражданского законодательства шестидесятых годов - Основах гражданского законодательства 1961 года и принятых вслед за ними ГК союзных республик вещное право в качестве одного из подразделений системы гражданского законодательства закреплено не было. Вслед за общими положениями в указанные акты был включен раздел «Право собственности».

Возрождение вещного  права в отечественном законодательстве началось с принятием Закона РСФСР  о собственности, в котором впервые  после длительного перерыва были узаконены вещные права (см., напр., ст. 5 и 6 Закона). Дальнейший шаг в том же направлении сделали Основы гражданского законодательства 1991 г., в которых появился специальный раздел «Право собственности и другие вещные права». Тот же раздел, но в более расширенном объеме и с разбивкой на главы, мы находим и в первой части ГК, принятой в 1994 г. Все это обязывает к тому, чтобы раскрыть содержание вещного права. Общее определение вещного права, которое ранее было дано, для этих целей недостаточно. Необходимо выявить присущие вещным правам признаки. Но вначале придется сделать одно предварительное замечание. Главенствующее место в системе вещных прав занимает право собственности, характеристике которого будет уделено особое внимание.

Далеко не все признаки, присущие праву собственности, могут  быть распространены и на другие вещные права. На данном этапе изложения задача будет состоять в том, чтобы выявить общие признаки, присущие всем вещным правам. Что же касается тех качеств, которые характеризуют право собственности, то мы попытаемся раскрыть их содержание в главах настоящего раздела, посвященных именно праву собственности.

1.2. Признаки  вещного права.

В юридической науке  существует самый различный набор  признаков, присущих вещным правам, да и содержание этих признаков раскрывают по-разному. Во многом это объясняется разноголосицей в определении круга вещных прав: иногда этот круг определяют чрезмерно широко, в других случаях слишком узко.

Если суммировать высказанные  на сей счет суждения, то в числе  признаков вещного права чаще всего фигурируют указания на то, что вещное право носит бессрочный характер; объектом этого права является вещь; требования, вытекающие из вещных прав, подлежат преимущественному удовлетворению по сравнению с требованиями, вытекающими из обязательственных прав; вещному праву присуще право следования и что, наконец, вещные права пользуются абсолютной защитой.

Целый ряд из перечисленных  признаков не могут претендовать на роль общих для всех без исключения вещных прав. Так, бессрочный характер из всех вещных прав присущ, пожалуй, лишь праву собственности. С другой стороны, не все указанные признаки могут быть отнесены только к вещным правам. Например, вещи могут быть объектом не только вещных, но и обязательственных прав. В то же время объекты вещных прав далеко не всегда сводятся к вещи. Известные сомнения вызывает и такой признак, как преимущественное удовлетворение вещно-правовых требований. Так, если Закон о несостоятельности (банкротстве) действительно исключал требования, обеспеченные залогом, из состава конкурсной массы, за счет которой подлежат удовлетворению требования остальных кредиторов, то ГК пошел в этом вопросе по иному пути. В случае несостоятельности индивидуального предпринимателя, а также при ликвидации юридического лица, в том числе и по несостоятельности, требования, обеспеченные залогом, хотя и отнесены к числу привилегированных, подлежат все же удовлетворению в третью либо в четвертую очередь (см. п. 3 ст. 25, п. 1 ст. 64 —в редакции Закона от 15 ноября 1995 г.; п. 3 ст. 65 ГК). По тому же пути идет и процессуальное законодательство (ст. 421 ГПК). Видимо, не случайно законодатель из всех признаков, якобы присущих вещным правам, закрепил только два: право следования и абсолютный характер защиты (пп. 3 и 4 ст. 216 ГК). Суть первого из указанных признаков сводится к тому, что переход права собственности на имущество к другому лицу не является основанием для прекращения других вещных прав на это имущество. Иными словами, право следует за вещью. Отсюда и обозначение этого признака: право следования. Так, залог сохраняется при переходе права на заложенное имущество к другому лицу (ст. 353 ГК). То же имеет место и при переходе к другому лицу права собственности на имущество, сданное в аренду (имущественный наем): договор аренды сохраняет силу и для нового собственника (ст. 617 ГК).

Другой признак, получивший закрепление в законе, состоит  в том, что вещные права лица, не являющегося собственником, защищаются от их нарушения любым лицом в  порядке, предусмотренном ст. 305 ГК. Забегая вперед, отметим, что согласно ст. 305 ГК владелец, не являющийся собственником, но имеющий право на владение имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, пользуется против третьих лиц той же защитой, что и собственник. Защита предоставляется ему и против самого собственника.

Оба эти признака (и  право следования и абсолютный характер защиты) свидетельствуют о шаткости позиции, занятой законодателем  при вычленении вещных прав, поскольку оба они могут быть присущи и правам, которые лишь с большой натяжкой относятся к вещным, а то и вовсе не относятся к ним. Но как бы там ни было, с позицией законодателя в этом вопросе приходится считаться.

Выявляя присущие вещным правам признаки, обратим внимание на субъектный состав правоотношений, одним из элементов которых выступает соответствующее право. Для всех вещных прав, разумеется, кроме права собственности, характерно то, что за каждым из них «маячит» фигура самого собственника. Поэтому носитель вещного права находится не только в абсолютном правоотношении со всеми третьими лицами, но и в относительном правоотношении с собственником, каковы бы ни были основания возникновения и юридическая природа указанного правоотношения. Так, носитель права хозяйственного ведения или права оперативного управления находится в правоотношении с собственником соответствующего имущества. Носитель вещного права может находиться в относительных правоотношениях и с третьими лицами. В случаях, предусмотренных законом, относительные правоотношения могут возникать и между носителями однородных по своей юридической природе вещных прав (например, между участниками общей собственности).

Завершая характеристику признаков, присущих вещным правам, обратим  внимание на одно положение, не очень  четко сформулированное в п. 2 ст. 216 ПС Вместе с тем оно важно для понимания того, как соотносится право собственности с другими вещными правами. Вот оно: «Вещные права на имущество могут принадлежать лицам, не являющимся собственниками этого имущества». Не забывая о том, что вещные права на имущество в первую очередь принадлежат его собственнику, поскольку именно право собственности в системе вещных прав занимает главенствующее место, попытаемся в этом положении разобраться. Речь идет о том, что собственник не может быть одновременно носителем какого-либо ограниченного вещного права на ту же вещь, что было бы несовместимо с полнотой и исключительностью права собственности. Иными словами, одно лицо не может персонифицировать и право собственности и ограниченное по своему содержанию вещное право.

2. Виды вещных прав и их место в системе законодательства и курса гражданского права

2.1. Виды вещных  прав.

В ст. 216 ГК к вещным правам отнесены: право  собственности; право пожизненного наследуемого владения землей; право  постоянного (бессрочного) пользования землей; право хозяйственного ведения; право оперативного управления; сервитут. Этот перечень носит примерный характер, поскольку он сопровождается оговоркой: в частности. Наибольшую трудность и представляет вопрос, какие права, помимо перечисленных в ст. 216 ГК, могут быть отнесены к вещным. Исходя из места соответствующих прав в системе гражданского законодательства и природы этих прав, по-видимому, есть известные основания для включения в состав вещных прав: принадлежащего учреждению права самостоятельного распоряжения имуществом (п. 2 ст. 298 ГК); залога недвижимости (ипотеки) (п. 1 ст. 131, п. 2 ст. 3 34 ГК)²; права члена кооператива на кооперативную квартиру до ее выкупа; права членов семьи собственников жилого помещения на пользование этим помещением (ст. 212 ГК); права пожизненного проживания в жилом помещении, принадлежащем другому лицу, по договору или в силу завещательного отказа (§ 4 гл. 33 ГК; ч. 2 ст. 538 ГК 1964 г.).

Что касается идеи доверительного управления (доверительной собственности), то попытки использовать ее на почве отечественного законодательства за сравнительно короткий период претерпели существенные изменения. В проекте Закона Российской Федерации «О доверительном управлении», принятого в первом чтении 2 июня 1993 г., доверительное управление мыслилось в виде одного из институтов обязательственного права. В связи с роспуском Верховного Совета РФ этот проект был похоронен. На смену ему пришел Указ Президента РФ «О доверительной собственности (трасте)» от 24 декабря 1993 г. Само название этого Указа ориентирует на то, что доверительной собственности было уготовано место в системе вещных прав. Нужно, однако, сказать, что попытка механически пересадить институт доверительной собственности из англо-американского права на отечественную почву встречала решительные возражения как до, так и после принятия Указа от 24 декабря 1993 г. В этом вопросе сомкнулись позиции как сторонников, так и противников хозяйственного права. Против использования института доверительной собственности в российском законодательстве выступили В. В. Лаптев, В. А. Дозорцев. А.Л. Маковский, С. А. Хохлов и другие ученые.

Цивилисты Санкт-Петербургского университета А. А. Иванов и Д.А. Медведев убедительно показали, что конструкция  доверительной собственности уходит своими корнями в англо-американскую систему права, которая делится на две ветви — общее право и право справедливости. Согласно этой системе доверительный собственник — полноценный собственник по общему праву, а выгодоприобретатель — по праву справедливости. Именно поэтому в условиях дуализма, присущего англо-американской системе права, конструкция доверительной собственности вполне совместима с общим понятием права собственности как абсолютного вещного права. В условиях же отечественной правовой системы, которая тяготеет к континентальным образцам и не знает деления на общее право и право справедливости, эта конструкция просто-напросто не будет работать. В новом ГК законодатель вернулся к той модели доверительного управления, которая предусматривалась в проекте Закона, принятого в первом чтении, и отказался от конструкции, заложенной в Указе Президента от 24 декабря 1993 г. Потребность в урегулировании реально сложившихся отношений отразилась в норме, указывающей на право собственника передать свое имущество в доверительное управление другому лицу. Определены основные условия такого управления (п. 4 ст. 209 ГК). Введение этих правил исключает дальнейшие попытки внедрения в российскую правовую систему несовместимого с ее особенностями института так называемой доверительной собственности (траста). С введением в действие части второй ГК, в которой кодифицированы отдельные виды обязательств, все точки над “i” в этом вопросе поставлены. В нее включено “Доверительное управление имуществом”. Тем самым обязательственно-правовая природа отношений, складывающихся при доверительном управлении имуществом, не должна вызывать сомнений. В абз. 2 п. 1 ст. 1012 ГК специально подчеркивается, что передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на это имущество к доверительному управляющему . Разумеется, предложенный выше перечень вещных прав достаточно уязвим, но мы не склонны раздувать его до бесконечности, как это иногда бывает. В частности, относить к вещным права нанимателя, за исключением разве аренды с предоставлением арендатору права выкупа арендованного имущества. Нет оснований квалифицировать в качестве вещных и права нанимателя жилого помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде.

В действующем законодательстве, которое после длительного перерыва делает первые шаги на пути признания вещных прав, классификация этих прав по существу отсутствует, поскольку перечень указанных прав, к тому же примерный, заменить ее не может. Членение вещных прав может производиться по самым различным основаниям. Вне его должно оставаться лишь право собственности, поскольку все остальные вещные права от него так или иначе производны. В числе вещных могут быть выделены права, которые привязаны к определенному имуществу (например, к земельному участку), и права, которые приурочены к определенному лицу (например, право пожизненного проживания в чужом доме); вещные права, которые установлены в публичных интересах (например, публичные сервитута), и права, которые установлены в частных интересах (например, право пожизненного наследуемого владения земельным участком); права, которые предоставляют право пользования чужой вещью в известном ограниченном отношении (например, сервитута), и права, которые предоставляют право распоряжения чужой вещью (например, ипотека). Вещные права можно классифицировать по основаниям их возникновения (по договору, одностороннему волеизъявлению, судебному решению и т.д.) и прекращения (например, в случае гибели вещи, обремененной сервитутом, совпадения в одном лице права собственности как на участок, обремененный сервитутом, так и на господствующий участок и т.д.).

2.2. Место вещных  прав в системе законодательства  и курса гражданского права.

По каким бы основаниям ни классифицировались вещные права  и какова бы ни была их природа, положения о вещных правах, сосредоточенные в правовых актах иной отраслевой принадлежности (например, в Земельном кодексе), должны соответствовать Гражданскому кодексу (абз. 2 п. 2 ст. 3). Представляется, что в специальной главе, посвященной ограниченным вещным правам, подлежат изучению право Пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования земельным участком и сервитута.

При этом указанные права  подлежат изучению в части, относящейся к гражданскому праву, с отсылкой в необходимых случаях к другим главам курса, а также к смежным дисциплинам. Так, право пожизненного наследуемого впадения землей изучается в соответствующей главе главным образом с точки зрения распоряжения землей с отсылкой по вопросам, касающимся наследования, к разделу «Наследственное право».

Право хозяйственного ведения  и право оперативного управления будут рассмотрены при изучении государственной и муниципальной  собственности, поскольку право хозяйственного ведения и право оперативного управления используются преимущественно при осуществлении указанных форм собственности. В тех же главах, где будут затрагиваться вопросы хозяйственного ведения и оперативного управления, сделаны отсылки к той главе, в которой указанные права подробно рассмотрены. То же можно сказать и относительно принадлежащего учреждению права самостоятельного распоряжения имуществом.

Право пожизненного проживания в чужом  доме изучается в зависимости от оснований его возникновения в главах, посвященных рентным обязательствам и наследственному праву. Наконец, право члена кооператива на кооперативную квартиру до ее выкупа и права членов семьи собственника жилого помещения рассматриваются в главе, посвященной жилищным правоотношениям. Что же касается места главы, специально посвященной ограниченным вещным правам, то она замыкает изучение материально-правовых институтов, входящих в состав вещного права. Соответственно этому она помещена вслед за главой об общей собственности и предшествует главе о защите права собственности и иных вещных прав.

В известной мере категория вещных прав находится в том же положении, что и другая не менее уязвимая категория — интеллектуальная собственность, которая широко используется в международных конвенциях и признана в отечественном законодательстве (см., например, ст. 44 Конституции РФ; ст. 138 ГК). Тем не менее многие исследователи отмечают, что интеллектуальная собственность — это скорее литературный образ, нежели точный юридический термин. По-видимому, то же можно сказать и о вещном праве. Приживется ли эта категория в нашем законодательстве, покажет будущее.

3. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ  О ПРАВЕ                                  СОБСТВЕННОСТИ

3.1. Собственность и право  собственности.

Собственность как экономическая  категория. Собственность принадлежит к числу таких понятий, вокруг которых на протяжении многих веков скрещиваются лучшие умы человечества. Однако борьбой в теоретическом плане дело нес ограничивается. Социальные потрясения, от которых порой содрогается весь мир, одной из главных своих причин имеют, в конечном счете, попытки изменить сложившиеся отношения собственности, утвердить новый строй этих отношений. В одних случаях эти попытки приводили к успеху, в других терпели крах. Бывало, что общество действительно переходило на новую, более высокую ступень своего развития. Но случалось, что в результате ломки отношений собственности общество оказывалось отброшенным далеко назад и попадало в трясину, из которой не знало, как выбраться.

В нашей стране на протяжении двадцатого века дважды происходила ломка отношений собственности. Первая началась в октябре 1917 г. и завершилась невиданной катастрофой, последствия которой будет расхлебывать еще не одно поколение. Вторая происходит в наши дни. Ее основная цель —вернуть отношениям собственности их подлинное содержание, сколотить достаточно широкий слой частных собственников, который стал бы социальной опорой нынешнего режима. Так что же такое собственность?

В самом первом приближении собственность  можно определить как отношение  индивида или коллектива к принадлежащей ему вещи как к своей. Собственность покоится на различении моего и твоего. Любой тип и любая форма собственности, как бы высок в том или ином конкретном случае ни был уровень обобществления или, что то же самое, уровень коллективизации собственности, могут существовать лишь при условии, что кто-то относится к условиям и продуктам производства как к своим, а кто-то как к чужим. Без этого вообще нет собственности. С этой точки зрения любая форма собственности является частной, какой бы идеологической мишурой, преследующей вполне прозаические цели, это ни прикрывалось .

Из элементарного определения  собственности, которое дано, следует, что собственность — это отношение человека к вещи. К этому, однако, содержание собственности не сводится. Поскольку собственность немыслима без того, чтобы другие лица, не являющиеся собственниками данной вещи, относились к ней как к чужой, собственность означает отношение между людьми по поводу вещей. На одном полюсе этого отношения выступает собственник, который относится к вещи как к своей, на другом — не собственники, т. е. все третьи лица, которые обязаны относиться к ней как к чужой. Это значит, что третьи лица обязаны воздерживаться от каких бы то ни было посягательств на чужую вещь, а следовательно, и на волю собственника, которая воплощена в этой вещи. Из определения собственности следует, что она обладает материальным субстратом в виде вещи. Собственности присуще и волевое содержание, поскольку именно суверенная воля собственника определяет бытие принадлежащей ему вещи.

Собственность — это общественное отношение. Без отношения других лиц к принадлежащей собственнику вещи как к чужой не было бы и отношения к ней самого собственника как к своей. Содержание собственности как общественного отношения раскрывается при посредстве тех связей и отношений, в которые собственник необходимо вступает с другими людьми в процессе производства, распределения, обмена и потребления материальных благ.

Итак, собственность —  это общественное отношение, которому присущи материальный субстрат и волевое содержание. Собственность — это имущественное отношение, причем в раду имущественных отношений она занимает главенствующее место. Этого, однако, для характеристики собственности недостаточно. Необходимо показать, в каких конкретных формах могут выражаться волевые акты собственника в отношении принадлежащей ему вещи. Разумеется, речь не идет о том, чтобы выстроить в ряд перечень таких актов. Это и невозможно, ибо в принципе собственник может совершать в отношении своей вещи все, что не запрещено законом либо не противоречит социальной природе собственности. Воля собственника в отношении принадлежащей ему вещи выражается во владении, пользовании и распоряжении ею. К ним, в конечном счете, сводятся конкретные акты собственника в отношении вещи.

Владение означает хозяйственное господство собственника над вещью. Во владении выражается статика отношений собственности, закрепленность вещей за индивидами и коллективами. Пользование означает извлечение из вещи полезных свойств путем ее производительного и личного потребления. Распоряжение означает совершение в отношении вещи актов, определяющих ее судьбу, вплоть до уничтожения вещи. Это и отчуждение вещи, и сдача ее внаем, и залог вещи, и многое другое. В пользовании и распоряжении выражается уже динамика отношений собственности.

С учетом сказанного конкретизируем данное ранее определение собственности. Собственность —это отношение лица к принадлежащей ему вещи как к своей, которое выражается во владении, пользовании и распоряжении ею, а также в устранении вмешательства всех третьих лиц в ту сферу хозяйственного господства, на которую простирается власть собственника.

В социально-экономической  литературе, в том числе и юридической, широко распространено определение  собственности как присвоения индивидом или коллективом средств и продуктов производства внутри и посредством определенной общественной формы или как самой общественной формы, посредством которой совершается присвоение.  Владение, пользование и распоряжение, как более конкретные экономические категории, обладают несомненными преимуществами по сравнению с предельно абстрактной категорией присвоения. Коэффициент полезного действия указанных категорий в определении собственности неизмеримо выше, чем категории присвоения.

Собственность как экономическая  категория сопутствует человеческому обществу на протяжении всей его истории, за исключением, пожалуй, тех начальных его этапов, когда человек еще не выделился из природы и удовлетворял свои потребности с помощью таких более простых способов присвоения, как владение и пользование. Разумеется, на протяжении многовековой истории человечества собственность претерпевала существенные изменения, обусловленные главным образом развитием производительных сил, иногда довольно бурным, как, например, это имело место в период промышленной революции или имеет место сейчас в эпоху научно-технической революции.

Принято различать первобытно - общинный, рабовладельческий, феодально-крепостнический  и капиталистический типы собственности. До недавнего времени в качестве особого выделяли также социалистический тип собственности, для чего, по-видимому, достаточных оснований не было. Ни в одной из стран мира, входивших некогда в социалистическое содружество, социализм на самом деле построен не был. Непосредственные производители в этих странах по-прежнему подвергались эксплуатации, воссоединения средств производства с работниками производства в действительности не произошло. Тот тип собственности, который в условиях тоталитарного режима (иногда неприкрытого, но в ряде случаев завуалированного) в этих странах утвердился, причудливо сочетал в себе характерные черты, свойственные типам собственности как предшествующих эпох, так и ныне существующих.