Основные приёмы и трудности передачи фразеологических единиц в языке прессы

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ЧАСТЬ

ГЛАВА 1. Прагматический аспект перевода

ГЛАВА 2. Устойчивые словосочетания

2.1 Понятие и признаки устойчивых словосочетаний

2.2 Классификация устойчивых словосочетаний

ГЛАВА 3. Основные приёмы и  трудности передачи фразеологических единиц в языке прессы

3.1 Фразеологические единицы, как объект перевода

3.2 Фразеологический перевод

3.3 Нефразеологический перевод

ПРАКТИЧЕСКАЯ ЧАСТЬ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

ВВЕДЕНИЕ

Английский язык имеет  тысячелетнюю историю. За это время  в нем накопилось большое количество выражений, которые люди посчитали  удачными, меткими и красивыми. Именно так возник особый слой языка –  фразеология, совокупность устойчивых выражений, имеющих особое значение. Хорошее знание языка, в том числе  и английского, невозможно без знания его фразеологии. Фразеологические единицы стали неотъемлемой частью публицистики и языка газет. Из этого следует, что выбранная нами тема достаточно актуальна. Те крылатые слова, которые пришли к нам из далекого прошлого получают новое звучание, отвечающее духу времени.

Объектом данной курсовой работы является фразеологические единицы английского языка, а в качестве предмета исследования выбран перевод фразеологических единиц, встречающихся в англоязычной прессе.

Целью данной работы является изучение способов перевода фразеологических единиц и выявление доминирующего способа в переводе англоязычной прессы. Правильный и адекватный перевод фразеологических единиц способствует достижению главной цели переводчика – донести до читателя истинный смысл данного высказывания и текста в целом, сохранив его национально-культурный колорит.

Из поставленной цели вытекают следующие задачи:

• дать определение фразеологической единицы;
• изучить прагматический аспект перевода;
• определить особенности перевода фразеологизмов в публицистическом стиле;
• проанализировать частотность использования того или иного способа перевода устойчивых словосочетаний.

В качестве практического  материала для исследования использовались статьи из ведущих американских газет, а именно, The New York Times, The USA Today, The Wall Street Journal, The Washington Post, а также англо-английские и англо-русские фразеологические и толковые словари, указанные в библиографии.

Структура данной работы определяется вышеназванными задачами. В Главе 1 описывается прагматический аспект перевода. Глава 2 посвящена определению понятия фразеологической единицы, описанию основных классификаций фразеологических единиц, выявлению отличительных признаков устойчивых словосочетаний и рассмотрению особенностей перевода публицистических текстов. В Главе 3 рассматриваются основные приёмы и трудности перевода устойчивых словосочетаний, встречающихся на страницах газет, а также рассмотрены два основных вида перевода устойчивых словосочетаний- фразеологический и нефразеологический перевод. В данной главе также приводятся примеры перевода фразеологических единиц из англоязычных источников. В качестве практического материала для исследования использовались статьи из ведущих американских газет, нами была произведена выборка 70 фразеологических единиц, а также анализ частотности употребления разных способов перевода выбранных устойчивых словосочетаний.

Нам видится, что данное исследование представляет определённую практическую ценность. Основные выводы и практический материал могут быть использованы в курсе лексикологии английского языка, а также в курсе теории и практики перевода.

ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ЧАСТЬ

Глава 1.Прагматический аспект перевода.

     Российский учёный Фёдоров А.В. определяет перевод как: 1) процесс, совершающийся в форме психического акта и состоящий в том, что речевое произведение (текст или устное высказывание), возникшее на одном — исходном — языке (ИЯ), пересоздается на другом — переводящем — языке (ПЯ); 2) результат этого процесса, т. е. новое речевое произведение (текст или устное высказывание) [Фёдоров 1980, 85]

     Переводчик  в своей работе всегда сталкивается  с рядом проблем. Одна из  таких переводческих проблем  связана с прагматическими аспектами  перевода. А.Нойберту принадлежит заслуга выдвижения прагматики в качестве одного из важнейших аспектов теории перевода. В своей работе «Прагматические аспекты перевода» (1968 г.) он постулировал, что адекватный перевод должен сохранять прагматику оригинала. Понятие прагматики (отношения пользующихся языком к языковым знакам, в том числе к макрознакам - текстам) трактуется А.Нойбертом очень широко. По его мнению, прагматика изучает все причины выбора формативов говорящим и их влияния на слушающего. Отсюда прагматические отношения коммуникантов к тексту определяются как принадлежностью коммуникантов к определенной национальной, социальной или профессиональной группе, так и использованием в тексте единиц различных экспрессивных и функциональных стилей. Таким образом, прагматика включает в себя стилистику и противопоставляется грамматике и семантике, посредством которых она реализуется. Перевод означает расширение круга воспринимающих сообщение, включая в этот круг слушающих или читающих другого типа. Задача перевода —сохранить характер воздействия (прагматические отношения), для чего могут потребоваться изменения в самом сообщении. Текст перевода не обладает какими-либо грамматическими или семантическими особенностями, которые выделяли бы его как перевод. Грамматика и семантика в нем принадлежат ПЯ, и лишь прагматика•заимствуется из оригинала. Отсюда следует, что сущность перевода заключается в сохранении прагматики оригинала. Но прагматика оригинала основывается на его грамматике и семантике, поэтому и в переводе грамматика и семантика должны быть отобраны и объединены соответствующим образом. Поскольку адекватность перевода, по мнению А.Нойберта, зависит от прагматических отношений, возникает вопрос, всегда ли и в какой степени такое сохранение возможно. А.Нойберт полагает, что не грамматика и семантика, а в первую очередь прагматика ставит под вопрос проблему переводимости. Некоторые виды прагматических отношений могут быть легко воспроизведены в переводе, другие воспроизводятся лишь с трудом или частично. Могут существовать и такие прагматические отношения, которые не могут возникнуть у коммуникантов, принадлежащих к иной языковой общности. что не все виды переводимых материалов в одинаковой степени требуют учета прагматического фактора. Так, известный теоретик перевода А. Нойберт делит все виды переводимых материалов на четыре группы в зависимости от того, какую роль играют в них прагматические моменты: 1) научая литература, которая в одинаковой степени ориентирована на носителей как ИЯ, так и ПЯ, — степень понимания её одинакова, в целом, у людей, говорящих на разных языках, так как она рассчитана на специалистов, сведущих в данной области знаний; 2) материалы местной прессы и некоторые другие тексты, рассчитанные на «внутреннего потребителя»; хотя их содержание не всегда легко доступно для понимания иноязычного читателя, практически они переводятся на другие языки крайне редко и проблемы учёта при их переводе прагматического фактора, как правило не возникает; 3) художественная литература, предназначенная, в первую очередь, людям, которым данный язык является родным, однако она часто переводится на иностранные языки и поэтому представляет собой для переводчика особые трудности в прагматическом плане; 4) материалы внешнеполитической пропаганды и реклама товаров, идущих на экспорт, — при их переводе учет прагматического фактора играет решающую роль. [Нойберт 1968, 114]

       Бархударов Л. С. в своей книге «Язык и перевод»    подчёркивает, что вполне обычной является ситуация, при которой экстралингвистическая информация, имеющаяся в распоряжении носителей ИЯ и ПЯ, не совпадает — то есть «фоновые знания» людей, говорящих на ИЯ и на ПЯ, оказываются различными. В результате этого многое, понятное и очевидное для носителей ИЯ, оказывается малопонятным или вообще непонятным для носителей ПЯ (и наоборот). Переводчик, естественно, не может не учитывать этого в своей деятельности — даже самый «точный» перевод не достигает цели, если он остается непонятным для тех, кому он предназначен. Из этого следует, что учет прагматического фактора является необходимым условием достижения полной переводческой адекватности. Бархударов также отмечает, что наиболее важен учет прагматического аспекта при передаче тех разрядов лексики, которые чаще всего относятся к числу безэквивалентных, а именно, имен собственных, географических наименований и названий разного рода культурно-бытовых реалий. Так, переводя на русский язык географические названия типа американских Massachusetts, Oklahoma, Virginia, канадских Alberta, Manitoba или английских Middlesex, Surrey и пр., следует, как правило, добавлять штат Массачусетс, Оклахома, Вирджиния (или Виргиния), провинция Альберта, Манитоба, графство Миддлсекс, Саррей и пр.,¹ поскольку русскому читателю в большинстве случаев неизвестно, что именно обозначают эти наименования. Таким образом, учёный акцентирует то, что информация, содержащаяся в исходном тексте имплицитно (то есть известная носителю ИЯ как часть его «фоновых знаний»), в тексте перевода будет выражена эксплицитно. Ср.:

"Where you girls from?" I asked her again… "Seattle, Washington…" (J. Salinger, The Catcher in the Rye, 10)

— Откуда вы приехали? —  Из Сиэтла, штат Вашингтон.

Вообще добавления, несущие в себе такого рода информацию, которая предполагается известной носителям ИЯ, но не ПЯ, являются обычным приемом перевода, цель которого — добиться максимально полного понимания переведенного текста носителями ПЯ. Интересный и показательный пример такого рода добавления дает В.Н. Комиссаров в своей работе «Слово о переводе» (с. 150):

It was Friday and soon they'd go out and get drunk. (J. Brain, Room at the Top)

Была пятница, день получки, вскоре эти люди выйдут на улицу  и напьются, (пер. Т. Кудрявцевой и  Т. Озерской)

Слова, добавленные в переводе, оказалось необходимым ввести туда потому, что русскому читателю, как  правило, неизвестно то, что знает  каждый англичанин: зарплата в Англии выдается еженедельно, по пятницам (накануне «уикенда»).

Приведем еще два примера  таких добавлений, необходимость  которых обусловлена прагматическими  факторами:

…for dessert you got Brown Betty, which nobody ate… (J. Salinger, The Catcher in the Rye, Ch. 5)

…на сладкое — «рыжую Бетти», пудинг с патокой, только его никто не ел…

Гаев: Я человек восьмидесятых годов (А. Чехов, Вишневый сад)

I'm a good Liberal, a man of the eighties.

В первом примере добавление раскрывает смысл непонятного для  русского читателя названия рыжая Бетти. Во втором оно необходимо для характеристики Гаева –человека эпохи, когда процветал прекраснодушный либерализм, мирно уживавшийся с жесточайшей политической реакцией (коннотация, хорошо известная русскому зрителю — современнику Чехова).

В других случаях, напротив, учет прагматического фактора выражается в опущении тех или иных слов в  переводе. Ср. следующий пример:

…There were pills and medicine all over the place and everything smelled like Vicks' Nose Drops. (J. Salinger, The Catcher in the Rye, Ch. 2)

…Везде стояли какие-то пузырьки, пилюли, все пахло каплями от насморка.

Здесь в переводе опущено Vicks — фирменное название капель, ничего не говорящее русскому читателю. Хотя это и ведет к незначительной потере информации, для данного контекста эта информация несущественна и ею вполне можно пренебречь.

Пожалуй, еще чаще, чем  добавления и опущения, в практике перевода применяются замены как средство сообщения читателю, владеющему ПЯ, той или иной информации, непосредственно не выраженной в подлиннике, но, тем не менее, понятной читателю — носителю ПЯ. Возьмем для примера следующий отрывок из книги американского историка и журналиста У. Ширера "The Rise and Fall of the Third Reich":

…The jubilant Prime Minister faced a large crowd that pressed into Downing Street. After listening to shouts of 'Good old Neville'…, Chamberlain spoke a few words from a second-storey window in Number 10. (Ch. 12)

Любому англичанину хорошо известно, что именно помещается в  доме № 10 по улице Даунинг-стрит  в Лондоне. Русский читатель, однако, этого может не знать; поэтому  в русском переводе следует сказать: Чемберлен произнес несколько слов из окна на втором этаже своей резиденции'

Аналогичную замену произвели  переводчики АПН, переводя на английский язык предложение Он ушёл в армию 22 июня 1941 года как On the day when Germany attacked Russia, he joined the army. ⁽пример взят из канд. дисс. Л.Л. Черняховской «Перестройка речевой структуры для передачи компонентов смыслового членения высказывания при переводе с русского языка на английский". (М., 1971), где широко использованы материалы переводов, выполненных в АПН).Дата, памятная для каждого советского человека, может ничего не сказан, англоязычному читателю и требует раскрытия в переводе, поскольку вданном случае важно подчеркнуть, что человек, о котором идет речь, ушел в армию в первый же день войны.

Часто такого рода замена носит  характер генерализации, то есть замены слова с конкретным значением словом с более общим, но зато более понятным для носителя ИЯ значением. Ср. нижеследующий пример:

Сядем на вокзале обедать и она требует самое дорогое и на чай лакеям дает по рублю. (А. Чехов, Вишневый сад, 1)

We sit down to dinner at a station and she orders, insists on the most expensive things and gives the waiters double tips. (tr. by S. Young)

Английскому или американскому  зрителю или читателю может быть неизвестна, какова реальная стоимость  русского рубля, поэтому в переводе вместо указания конкретной суммы (что  в данном случае не играет роли) отмечается непомерно щедрый характер чаевых, которые давала Раневская. (В другом переводе той же пьесы стоит: gives the waiters a florin each, что вполне приемлемо, учитывая, что речь идет о пребывании Раневских за границей.)

Вот примеры генерализации  при переводе с английского языка  на русский:

...a 'swept' yard that was never swept — where johnson grass and rabbit-tobacco grew in abundance. (H. Lee, To Kill a Mockingbird, I)

...«чистый» двор, который  никогда не подметался и весь  зарос сорной травой. (пер. Н. Галь и Р. Облонской)

The temperature was an easy ninety, he said, (ib., 18)

Жара невыносимая, сказал он.

В первом примере в подлиннике даны названия сорняков, известные  жителям южных штатов, где происходит действие повести. Русскому читателю, однако, вряд ли известны такие растения, как «джонсонова трава» и «кроличий табак», поэтому переводчики прибегают здесь к генерализации, тем более, что существенным в данном контексте является не то, какими именно растениями зарос двор, а то, что он зарос сорняками, то есть что за ним никто не ухаживал. В другом контексте (напр., в тексте пособия по ботанике) такого рода генерализация была бы недопустимой и ненужной.

Во втором примере ninety значит 'девяносто градусов  Фаренгейту'. Однако система Фаренгейта в нашей стране малоизвестна. Заменить ее в данном случае на систему Цельсия нельзя, так как эта система неупотребительна в США, где происходит действие повести. Переводчики и здесь прибегли к приему генерализации, ибо, опять-таки в данном контексте важно не точное указание температуры, а то, что стояла сильная жара.

Генерализация часто выражается в замене имени собственного (нередко  фирменного названия) именем нарицательным, дающим родовое название для данного  предмета, Сравните:

I could see my mother going in Spaulding's... (J. Salinger, The Catcher in the Rye, 7)

Я представил себе, как мама пошла в спортивный магазин…

I lit a cigarette and got all dressed and then I packed these two Gladstones I have, (ib., 7)

Я закурил, оделся, потом  сложил оба свои чемодана.

Вы, матушка, в Печёры, к Асафу-схимнику сходите…, (М. Горький, Детство, V)

You'd better go to Asaf-the-Recluse at the abbey, my good woman.

Наряду с генерализацией, учет прагматического фактора в  переводе иногда выражается в применении прямо противоположного приема, а  именноконкретизации, то есть замены слова с общим значением словом или словами с более узким, конкретным значением, раскрывающими суть данного явления. Рассмотрим следующий пример:

The British people are still profoundly divided on the issue of joining Europe. (из газет)

Русскому читателю может  быть неясным, в каком смысле здесь  употреблено слово Europe; жителю Великобритании, однако, знакомому с политической обстановкой в своей стране в канун 1973 г., смысл выражения joining Europe понятен без разъяснений. Учитывая это, данное предложение следует переводить на русский язык:

В английском народе до сих  пор существуют глубокие разногласия  по вопросу о вступлении Англии в европейский «Общий рынок».

Наконец, в ряде случаев  для разъяснения тех или иных явлений, реалий и пр., понятных читателю на ИЯ, но малоизвестных или неизвестных читателю на ПЯ, переводчик вынужден прибегать к помощи комментария. Так, в пьесе Чехова «Вишневый сад» Епиходов спрашивает своего собеседника: «Вы читали Бокля?». В английском переводе к данному месту текста сделана сноска, в которой сказано: "Buckle's 'History of Civilization' is better known in Russia than here. To have read it is a sort of cachet of popular erudition…". 

Как можно судить по приведенным  нами примерам, учет прагматического  фактора при переводе требует  от переводчика хорошего знания самих  предметов и ситуаций, описываемых  в исходном тексте, то есть глубоких экстралингвистических знаний. Это  лишний раз свидетельствует в  пользу того, что осуществление перевода в принципе немыслимо без участия  экстралингвистических факторов.[Бархударов 1975, 240]

С другой стороны, применение указанных выше переводческих приемов  требует от переводчика «чувства меры», так как злоупотребление  разного рода заменами в процессе перевода может привести к смысловому или стилистическому искажению  подлинника. Переводчик должен разъяснить читателю непонятные или незнакомые ему явления и понятия, но он ни в коем случае не должен подменять их знакомыми, привычными читателю на ПЯ явлениями и понятиями. В противном случае перевод может вылиться в сознательное или бессознательное искажение подлинника, выражающееся в «перенесении» описываемых в нем ситуаций в привычную для носителей ПЯ обстановку –то, что в истории русского перевода XVIII-XIX вв. называлось «склонением на русский лад».

Глава 2. Устойчивое словосочетание.

2.1 Понятие и признаки устойчивых словосочетаний.

     Известно, что в языке существует немало словосочетаний, которые не возникают в речи, а используются в ней как готовые словесные блоки. Это так называемые устойчивые словосочетания или, как их чаще именуют, фразеологические обороты или просто фразеологизмы. Большинство фразеологизмов стилистически значимы, обладают эмоционально-экспрессивными оттенками. В русской лингвистике фразеологические единицы изучены весьма глубоко и тщательно на материале различных языков мира.

Учёные дают разные определения понятию «фразеологическая единица». Например, А.В. Кунин определяет ФЕ как «устойчивое сочетание лексем с полностью или частично переосмысленным значением». В.В. Виноградов дал более детальное определение. Он считал, что ФЕ являются «устойчивые словесные комплексы, противопоставленные свободным синтаксическим сочетаниям как готовые языковые образования, не создаваемые, а лишь воспроизводимые в речи».

Взяв во внимание довольно противоречивые теории этих известных специалистов в области фразеологии можно выделить некоторые общие признаки, присущие ФЕ:

1. Известность выражения  в данном языке или в одном  из его диалектов или социолектов.

2. Воспроизводимость в речи в готовом виде на правах языковой единицы .

3. Элементами ФЕ являются  минимум два слова; почти все  исследователи согласны с этим  признаком, но одни настаивают  на том, что оба слова должны  быть полнознаменательным, а другие полагают, что одно слово может быть полнознаменательным, а второе — служебным; третьи допускают наличие и таких ФЕ, которые представляют собою объединение двух служебных слов.

4. Раздельнооформленность элементов ФЕ, каждый из которых отождествляется со словом .

5. Неизменный порядок  слов (определенная последовательность  лексических элементов ФЕ как  существенный признак ее структуры,  различно проявляющийся во ФЕ  разных семантических и грамматических  типов).

6. Устойчивость лексико-грамматического  состава, константность и обязательность  ее лексико-грамматических элементов  ФЕ в данной комбинации .

7. Некоторые особенности  ударения, свойственные ФЕ; данный  признак не является всеобщим, если признавать, что под понятие  ФЕ подводятся и сочетания  слов, состоящие из служебного  и полнознаменательного слова.

8. Синонимическая заменимость  словом или всей ФЕ, или некоторых  ее элементов в зависимости  от семантического типа ФЕ .

9. Семантическая идиоматичность ФЕ некоторых разрядов и, как следствие, невозможность буквального перевода на другие языки.

10. Глобальность значения  ФЕ некоторых разрядов, немотивированность, мотивированность или аналитичность значения ФЕ в зависимости от принадлежности к определенной фразеологической категории ; с этим связано учение о семантической структуре ФЕ.

11. Цельность номинации,  направленность значения всей  ФЕ (но не ее отдельного элемента) на означаемое.

12. Предельность фразеологической  единицы.[Кунин А.В. 2005, 213]

      В ходе данной работы мы рассматривали особенности перевода фразеологических единиц в рамках газетного текста. Следовательно, уместно будет указать характерные особенности такого текста. По мнению Алексеевой, ведущим признаком газетно- 
журнального текста является клишированность средств языкового выражения. Имеется в виду 
именно промежуточный статус оборотов речи - между 
свободной сочетаемостью и фразеологической связан- 
ностью: «демографический взрыв», «мрачные прогнозы», 
«нельзя переоценить», «кризис доверия». Та- 
кие клише организованы, как правило, по принципу 
метафоры, но их образность уже отчасти стерлась. Объективная когнитивная информация выражена в газетном тексте независимыми от контекста языковыми средствами: это цифровые данные, имена собственные, 
названия фирм, организаций и учреждений. Однако их 
выбор (упоминание одних данных и неупоминание дру- 
гих), их место в тексте, порядок их следования (напри- 
мер, порядок следования имен политических деятелей) 
уже обнаруживают определенную позицию. Ни на вы- 
бор данных, ни на их место в тексте переводчик повли- 
ять не может, да ему и в голову не придет вмешиваться 
в построение текста. А вот достоверность передачи 
остальных средств оформления позиции автора - 
целиком в руках переводчика. В газетном тексте встречаются и сло- 
ва с оценочной семантикой («чудовищное преступле- 
ние»), и синтаксические структуры, актуализирующие 
оценку, - в таких случаях переводчик не ошибется, 
подбирая нужные вариантные соответствия. Но часто 
прямая оценка отсутствует. В газетно-журнальном тек- 
сте довольно отчетливо выступает основной стилисти- 
ческий фон - фон письменной литературной нормы 
языка с некоторыми чертами ее устного варианта. Тра- 
диционно доля разговорной лексики и устных синтак- 
сических структур в массовой периодике в разных стра- 
нах (а значит, и на разных языках) различна. Более 
академичны и близки к письменной литературной норме 
немецкий и русский газетно-журнальные стили, зна- 
чительно более свободны английский и особенно аме- 
риканский.

Специфику газетно-журнального варианта письмен- 
ной литературной нормы, помимо некоторых отступ- 
лений в сторону устного варианта, составляют прежде 
всего уже упомянутые клише и фразеологизмы. Их 
перевод - особая проблема, ведь передача их пословно, 
как правило, невозможна, поскольку они представляют собой единый образ, а значит, их следует рассматри- 
вать как единое семантическое целое; а замена их сло- 
вами в прямом значении также нежелательна - исчез- 
нет атмосфера привычных читателю образов и заранее 
заданных оценок. Техника передачи «настоящих» фразеоло- 
гизмов - идиом, пословиц и поговорок - давно разрабо- 
тана. Переводчик рассматривает их как семантическое 
единство и пытается отыскать в языке перевода анало- 
гичный фразеологизм, желательно - с той же степе- 
нью семантической связанности. Это означает, что, 
предположим, идиоме, где образность затемнена («бить 
баклуши»), он пытается подобрать в переводе эквива- 
лент тоже с затемненной формой. Если такого эквива- 
лента в языке перевода не существует, он идет на то, 
чтобы понизить степень семантической спаянности, 
и заменяет идиому на фразеологическое единство, где 
образность сохраняется (если представить себе, что 
идиома «бить баклуши» в языке перевода отсутствует, 
то ее семантику мы сможем передать фразеологиче- 
ским единством «маяться дурью»). При переводе фра- 
зеологизмов в современном газетно-журнальном тексте 
от переводчика требуется предельное внимание, пото- 
му что существует такой феномен, как деформация 
и контаминация фразеологии. Самый простой вариант 
деформации - неполнота состава. «С кем поведешь- 
ся...» - так называется одна из статей на политиче- 
скую тему; подразумевается пословица «С кем поведешь- 
ся, от того и наберешься». В таком случае при переводе, 
после того, как эквивалент найден, переводчику необ- 
ходимо воспроизвести принцип неполноты, то есть, 
проще говоря, оборвать пословицу в тексте перевода, 
но так, чтобы сохранилась семантика подлинника. Контаминация, то есть переплетение двух фразеологиз- 
мов, вроде: «Не плюй в колодец, вылетит - не пойма- 
ешь» (контаминация двух пословиц: «Не плюй в коло- 
дец - пригодится воды напиться» и «Слово не воробей, 
вылетит - не поймаешь») требует от переводчика 
опять-таки воспроизведения приема. Когда эквиваленты 
найдены, их придется переплести. [Алексеева 2001, 194]

В целом, фразеологические единицы в рамках публицистического текста следует рассматривать и переводить, как единое семантическое целое.

    2.2 Классификация устойчивых словосочетаний.

 В ходе исследования мы выявили, что существуют множество классификаций устойчивых словосочетаний, основанных на семантических, грамматических, стилистических и других признаках.  Учеными не выработано единого принципа классификации ФЕ.

Согласно А.В. Кунину, в состав фразеологии входят три раздела: идиоматика, идиофразеоматика, и фразеоматика. На основании структурно-семантических и грамматических характеристик ФЕ Кунин выделяет следующие классы :

а) номинативные ФЕ (субстантивные  ФЕ, адъективные ФЕ, адвербиальные  и предложные ФЕ);

Например, a fishy eye– тусклый, безжизненный взгляд; a rainy day– чёрные дни, безденежье; fire water – «огненная вода», спиртные напитки.

б) номинативные и номинативно-коммуникативные  ФЕ (глагольные ФЕ);

Например, to get into hot water – попасть в беду, "влипнуть"; to be all smiles – иметь очень довольный вид, сиять; to have a head for smth. – хорошо разбираться в чём-л.; быть способным к чему-либо.

в) междометные ФЕ и модальные ФЕ немеждометного характера;

Например, peace to his ashes! – мир праху его!

г) коммуникативные ФЕ (пословицы, поговорки).

Например, you can take a horse to the water, but you cannot make him drink – можно пригнать коня на водопой, но пить его не заставишь, т.е. не всего можно добиться силой.

С переводческой точки  зрения А.В.Кунин предлагает английские ФЕ делить на две группы:

1) фразеологические единицы,  имеющие эквиваленты в русском  языке;

2) безэквивалентные фразеологические единицы.

Н.Н.Амосова на основе контекстологического метода анализа выделяет «уникальные» образования английского языка («идиомы» и «фраземы»), а также различные виды серийных и моделированных устойчивых фраз («узуально ограниченные сочетания», «грамматическо-стилистические конструкции», «фразеолоиды», «паремии»), которые выводятся автором за пределы фразеологии.

Классификация фразеологизмов с точки зрения семантической  слитности их компонентов принадлежит  академику В.В. Виноградову . Как известно, фразеологизмы возникают из свободного сочетания слов, которое употребляется в переносном значении. Постепенно переносность забывается, стирается, и сочетание становится устойчивым. В зависимости от того, насколько стираются номинативные значения компонентов фразеологизма, насколько сильно в них переносное значение, В.В. Виноградов и делит их на четыре типа: фразеологические сращения, фразеологические единства и фразеологические сочетания, фразеологические выражения.