Особенности перевода английских библеизмов

Содержание

 Введение……………………………………………………………………. ….. 3

1. Общие положения  о библеизмах…………………………………………...5

2. Появление библеизмов и их классификация в английском языке …16

    2.1.  Появление библеизмов в английском языке………………….............. 16

    2.2.  Классификация библейских фразеологизмов в английском языке…18

3. Определение и способы перевода английских библеизмов …………..21

   3.1. Определение, особенности и функции английских библеизмов……..21

  3.2.  Способы перевода английских библеизмов и их употребление в  

    стилях речи…………………………………………………………………….25

 Заключение………………….……………………………………………….....32

Список  используемой литературы………………………………….……... 34

Приложение

Введение

Библия (от греч. biblia — книги) — древний памятник письменности, собрание разнообразных по форме и содержанию религиозных произведений, создававшихся на протяжении огромного исторического периода — с XII в. до н.э. по II в. н.э.

Непреходящая ценность Священного Писания способствует частому обращению  исследователей к проблеме функционирования библейских фразеологизмов. Тот факт, что Библия все чаще становится объектом филологических исследований (см. обзор: Туркова-Зарайская 2002), можно объяснить особенностью ее текстовых характеристик: гипер-, интертекстуальность, символичность, сакральность и др.

Актуальность  исследования обусловливается научно-теоретической  значимостью рассмотрения эмотивно-смыслового варьирования английских библеизмов с  позиций различных лингвистических  направлений.

Цель данной работы заключается в выяснении роли библейских фразеологизмов в английском языке.

Объект данного исследования — английские библеизмы — представляет собой отдельный пласт фразеологического состава английского языка, поскольку библеизмы характеризуются обусловленностью их семантики, аллюзивностью их компонентного состава и более выраженной образностью и эмоциональностью, программируемых еще в самом библейском тексте. Наряду с другими ФЕ небиблейского происхождения библеизмам присущи такие системообразующие признаки, как воспроизводимость, устойчивость, переносность значения, экспрессивность, оценочность. Библеизм является свернутым библейским текстом, и в связи с этим необходимо отметить свойственную ему ассоциативность с Библией, что делает его более актуальной языковой единицей по сравнению с другими на основании неиссякаемой мудрости Библии во все времена. Во многих странах Библия и по сей день является одной из самых распространенных книг, поскольку мировая религия христианство, основная книга которой и есть Библия, остается сегодня одной из ведущих конфессий на планете с наибольшим числом сторонников. Но несмотря на твердые позиции христианства, на которые оно опирается уже 2000 лет, в современном мире, в частности в Западной Европе, на протяжении долгого времени библейские ценности подвергались и продолжают подвергаться переоценке. Причины данной переоценки возникли еще, как было указано выше, в эпоху Ренессанса.

 В ходе  работы поставлены следующие задачи:

1) Рассмотреть  общие положения о библеизмах.

 2) Рассмотреть этапы появления библеизмов в английском языке.

 3) Рассмотреть классификацию библейских фразеологизмов.

 4) Определить понятие библеизмов, их особенности и функции.

 5) Выяснить способы правильного перевода библеизмов.

Данная работа состоит из трех глав, ведения и заключения. В введении определены цели, задачи, объект исследования. В первой главе рассмотрены основные положения о библеизмах. Во второй главе рассмотрены появление библеизмов в английском языке и их классификация. В третьей главе рассмотрены определение и способы перевода библеизмов. В заключении подведен итог данной работы.

1. Общие положения о библеизмах

Библия является важнейшей  и бесспорно неотъемлемой частью культурной жизни человечества, неизменно сопровождая его на протяжении тысячелетий. Мировая культура непрерывно обогащается и одухотворяется бесценным библейским знанием и опытом (божественным, религиозным, этическим, эмоциональным, эстетическим и т.д.). Величайшая кладезь духовного наследия в любые времена оставалась и остается актуальной, даже во времена запретов и гонений [Семенова 2002: 110].

Библейские темы постоянно "оживают" в мировой литературе. Так, библейские легенды, сюжеты и мотивы, содержащие религиозно-общинные идеалы справедливости и равенства людей, послужили  неиссякаемым источником вдохновения для литературных трудов, связанных с народными движениями ("Послания" Т. Мюнцера, песни таборитов, гуситов и др.), а позднее — гуманистического искусства эпохи Возрождения. Обращение к Библии в этом аспекте проявилось главным образом в европейских странах. Но и в странах мусульманского Востока библейские легенды и образы, вошедшие в Коран, получили распространение в художественной литературе (образы библейских патриархов, царей Давида, Соломона у Джами, Саади, аль-Маарри, Амира Хосрова; многочисленные варианты повести "Юсуф и Зулейха" и другие).

Воздействие Библии на христианскую культуру и на английскую культуру и язык, в частности, проявилось и  в том, что с ее страниц вошло  в язык и речь огромное количество выражений, пословиц и поговорок. Английский фразеолог Л.П. Смит так говорит о значении Библии: "О колоссальном влиянии, которое оказали на английский язык переводы Библии, говорилось и писалось много; в течение столетий Библия была наиболее широко читаемой и цитируемой в Англии книгой; не только отдельные слова, но и целые идиоматические выражения (часто буквальные переводы древнееврейских и древнегреческих идиом) вошли в английский язык со страниц Библии. Число библейских оборотов и выражений, вошедших в английский язык, так велико, что собрать и перечислить их было бы весьма нелегкой задачей" [Смит 1959: 110-111].

. По мнению В. Гумбольдта в языке преломляется определенное мировоззрение, отражающее духовные качества народа – его носителя. Это происходит потому, что язык находится между человеком и внешним миром и рисует умственному взору каждого человека картину внешнего мира в соответствии с особенностями того мировоззрения, которое фиксировано в языке [Звегинцев 1964, Боронникова, Левицкий 2002]. На этом зиждется учение В. Гумбольдта о внутренней форме языка как воплощении особенностей национального миропонимания: "Язык всеми тончайшими фибрами своих корней связан с народным духом… Язык есть как бы внешнее проявление духа народа. Язык народа есть его дух, и дух народа есть его язык – трудно представить себе что-либо более тождественное" [Гумбольдт 2001: 68].

Будучи гипертекстом мировой культуры и осуществляя постоянное формирующее  воздействие на нее, а также духовность и менталитет человека, Библия не могла  не оказать своего влияния на язык: посредством культурного воздействия на мировой социум Библия содействовала становлению, развитию и литературизации языка. Актуальность этой книги делает ее неиссякаемым источником пополнения и обогащения лексики. О том, насколько прочно укоренилась Библия в ткани языка, свидетельствует огромное количество библейских пословиц, поговорок, словосочетаний, т.е. в терминах данного исследования — библеизмов.

Библия стала каноном в вопросах языкового стиля и содержания во многих культурах, в том числе  и английской. В подтверждение этого приведем следующий пример. "Авторизированная версия", или Библия короля Якова (1611), быстро вошла в повседневный обиход, чему в немалой степени способствовали специальные королевские декреты. Воздействие, оказанное этим блестящим творением эпохи позднего Возрождения на английский язык, можно сравнить лишь с воздействием на последний произведений У. Шекспира. Библия короля Якова была опубликована в тот год, когда Шекспир приступил к работе над своей последней пьесой "Буря" (The Tempest). Оба произведения являются непревзойденными шедеврами английской литературы, но в одном они кардинально отличаются друг от друга: Шекспир широко использовал все доступное ему лексическое богатство английского языка (25 тыс. единиц), словарь же "Авторизированной версии" — всего около 8 тыс. единиц, поскольку ее составители считали, что учение Бога должно быть доступно каждому говорящему по-английски. И до наших дней изобилие шекспировской лексики и "неприкосновенный" запас библейского словаря составляют как бы две крайние точки английского языка, две точки отсчета для ораторов и писателей со всех концов англоговорящего мира — от Джойса и Диккенса с их шекспировской пышностью до Баньяна и Хемингуэя со свойственным им библейским лаконизмом [Артемова, Леонович 1993: 60-62].

В течение длительного исторического  периода библейская символика и  библейские ценности и образы закреплялись в сознании людей. Непререкаемый  авторитет Библии задавал определенные паттерны интерпретации окружающей действительности и способствовал формированию английской ментальности, что отразилось в национально-культурной специфике библейских фразеологизмов. Несмотря на универсальность Библии, она находит национально-культурное отображение в любом христианском социуме, что нисколько не противоречит тезису о единстве универсального и уникального в языке. Ключевые смыслы культуры, в частности английской, идентифицируются с терминами текста Библии; в результате возникают языковые единицы библейского происхождения, содержащие как общие для всех культур, так и национально-специфические смыслы. Так, если взглянуть на этот аспект с точки зрения компаративистики, то можно утверждать, что символические подтексты Библии способствовали формированию русской ментальности, под его воздействием образовывались такие понятия, как любовь, совесть, правда, милость [Колесов 1995]. В английской же культуре, являющейся по преимуществу католической, происходило становление таких концептов, как личность, индивидуальность, интеллект, свобода, поскольку католическая культура воспринимает земной мир как область человечески нормального, негреховного проживания, и в связи с этим здесь не так явно проявляется подавление личности. Не случайно католичество расценивается православием как "религия человеческая, слишком человеческая" [Кураев 1995: 29].

Обе традиционно христианские культуры (русская и английская) ассимилировали не только одинаковые, но и свойственные каждой по отдельности библейские фразеологизмы: в русском языке имеются такие единицы, как власти предержащие, ложь во спасение и т.д., библейский аналог которых отсутствует в английском, и наоборот, лакунарными для русского языка являются такие английские библеизмы, как the flesh-pots of Egypt, fall among Philistines, lay hands on the ark и т.д.

Процесс определения фразеологических единиц библейского происхождения несколько усложнен проблемой идентификации фразеологизмов как таковых [Кунин 1970, 1996; Добрыднева 2002]. Понятие фразеологизма в современной лингвистике до конца не определено, порою оно даже противоречиво. Сам термин может пониматься в узком и широком смысле. Так, Максимов В.И. провел четкое разграничение трех основных подходов к трактовке фразеологизма. Он выделил узкое, расширенное и широкое понимание фразеологических единиц [Максимов 2003: 38].

Принцип определения фразеологических единиц (далее ФЕ) по одному релевантному свойству в лингвистической науке неоднократно оспаривался. Большинство ученых справедливо полагают, что фразеологическая единица наделена комплексом категориальных признаков, отражающих ее системную специфику, в числе которых следует назвать воспроизводимость, устойчивость и непроницаемость компонентного состава при его раздельнооформленности, семантическую целостность, номинативность, образность, эмотивность, оценочность и экспрессивность (В.В. Виноградов, Ю.А. Гвоздарев, А.В. Кунин, В. Н. Телия и др.). Однако, как показывает данное исследование, далеко не все фразеологизмы обладают всеми этими признаками. Так, например авторские, или окказиональные библеизмы (e.g. to drink up the cup of humiliation, от to drink the cup of bitterness), не характеризуются непроницаемостью компонентного состава, напротив его нарушение происходит преднамеренно с целью создания неожиданного эффекта при восприятии библеизма реципиентом. В приведенном примере нарушение компонентного состава библеизма осуществляется через внедрение контекстуально обусловленного элемента humiliation в структуру библеизма: "She seemed anxious to make him drink up the cup of his humiliation" (Maugham). В результате подобного добавления (или усечения) компонентного состава библеизма образуются его квантитативные варианты. Высокая подвижность формы библеизмы свидетельствует о ее готовности приспосабливаться к изменяющимся языковым, культурным и т.д. условиям.

Как известно, фразеологизмы обладают более сложной, чем слова, семантикой и представляют собой языковые знаки, соотносимые по информационному объему со свернутым текстом [Беляевская 2002]. Эта особенность во многом обусловлена спецификой внутренней формы ФЕ, которая, в отличие от внутренней формы лексем, обычно остается достаточно прозрачной, сохраняя при этом тесную связь с "внешней" или "поверхностной" структурой фразеологического значения. Внутренняя форма фразеологической единицы представляет собой значение сочетания слов, совпадающего с ФЕ по своему лексико-грамматическому составу, с акцентированным в нем признаком, который является основанием номинации во фразеологизме. Этот признак лежит в основе предметно-логического содержания ФЕ [Леонтович 1990].

В ходе формирования ФЕ создается образное представление, лежащее в основе фразеологического, переносного значения. В качестве примера рассмотрим библейский фразеологизм the alpha and omega — альфа и омега. Переносное значение данной единицы программируется в следующем библейском контексте: I am Alpha and Omega, the beginning and the ending, saith the Lord, which is, and which was, and which is to come, the Almighty (Revelations 1, 8). Библейские смыслы ("всемогущество", "вездесущность") попадают в фокус концептуализации данного библейского фрагмента и опредмечивании его в указанном библеизме. Образное представление о первой и последней буквах древнегреческого алфавита, представляющих некую замкнутость, монолитность, постоянство, начало и конец в силу своей прозрачности ассимилируется носителями английской культуры, что подтверждается следующими языковыми примерами: Adherence to the objectives of the Fourth Plan remains the alpha and omega of French economic and financial policy / There is nothing like one’s first, or one’s last, camp. Others may be more beautiful, but those at the beginning and end have a unique quality of their own. They are Alpha and Omega and they give, rather than take from one / This has been an alpha-and-omega week’s viewing; every programme seemed to be either the first of a new series or the last of an old one (цит. по: ODEI 1993). Особый интерес представляет последний пример, в котором библеизм употребляется в атрибутивной функции, что необычно для этой языковой единицы. Функциональные трансформации фразеологизмов, грамматические "подвижки" были выявлены раннее в работах по фразеологии (см., напр.: Hollo 1985). Подобное приобретение новой синтаксической функции, изменения в орфографии (дефисное написание) свидетельствуют о полной системной адаптации указанного библеизма.

Фразеологическая номинация  по сравнению с лексической является более сложной [Меликян 1998]. Если в основу лексической номинации кладется какой-либо характерный признак денотата, то в основу фразеологической номинации кладутся признаки целостной ситуации, что приводит к осложнению семантики ФЕ как в сигнификативно-денотативном, так и коннотативном аспектах. Через лексику проходит почти вся человеческая практика, в то время как через фразеологию только та ее сторона и грани, "зеркальность отражения которых вторично преломляется через выпуклое зеркало человеческих чувств, восприятий и их оценок. Фразеологизм, включающий обычно такую дополнительную психологическую нагрузку, тем самым представляет чаще всего эмоционально-экспрессивный эквивалент слова" [Ройзензон, Авалиани 1967: 75]. Как справедливо отмечает Д.О. Добровольский, "идиоматика… принципиально обращена не столько в мир, сколько на самого субъекта, т.е. фразеологизмы изначально создаются не для того, чтобы описывать мир, а для того, чтобы его интерпретировать, выражать субъективное и, как правило, эмоциональное отношение говорящего к миру [Добровольский, Караулов 1993: 6]. Выразить личное эмотивно-оценочное отношение к высказанному посредством фразеологизма суждению, охарактеризовать предмет со своей точки зрения позволяет вторичная природа фразеологической номинации, суть которой состоит в том, что в основе фразеологической образности находится отраженная ситуация, косвенно указывающая на другую ситуацию [Добрыднева 2002: 66]. Становясь достоянием национального языка, это отношение, выражаемое посредством любого ФЕ, в том числе библеизмом, социологизируется.

В структуре вторичной  номинации можно выделить двойственную денотативную природу ФЕ. Первичный  денотат соотносится с внутренней формой фразеологизма и обозначает предметную ситуацию, лежащую в основе синтаксически свободного словосочетания — прототипа ФЕ. Вторичный денотат отражает сферу психических понятий или объективного мира, обозначаемого ФЕ. Так, фразеологизм библейского происхождения to wear Joseph’s coat — не поддаваться искушению — в качестве первичного денотата имеет процесс ношения кем-то одежды Иосифа. Эта ситуация для библеизма не является изначальной, поскольку для нее также существует прецедентный текст — Библия. В ветхозаветной книге "Бытие" мы находим расшифровку прототипа библеизма. Как известно, Иосиф был любимым сыном Иакова, и за это его ненавидели остальные одиннадцать братьев. Однажды они затаили на него сильную обиду и при первом же подходящем случае решили убить его. Но за него заступился один из братьев, и в итоге Иосиф оказался проданным в рабство в Египет. В Египте он попал в дом к Потифару, начальнику телохранителей фараона. Господь во всем помогал Иосифу, и поэтому любое дело, которое поручалось ему, приносило успех. Увидев это, Потифар назначил Иосифа управителем над всем своим домом. Иосиф мудро управлял всем хозяйством, и его хозяин не имел никаких забот. Но случилось так, что жена Потифара стала соблазнять Иосифа, и однажды, когда Иосиф за какой-то надобностью вошел в дом, она схватила его за одежду и сказала: "Ложись со мной". Не желая этого, Иосиф вырвался и, оставив одежду в ее руках, выбежал из дома.

Исход данной прецедентной ситуации выступает когнитивным  фокусом в процессе ее концептуализации и фразеологизации. Символ этой ситуации — одежда — закрепляется в качестве одного из элементов прототипа библеизма (to wear Joseph’s coat – не поддаваться искушению). Поэтому вторичным денотатом данного библеизма являются все подобные прецедентной (библейской) ситуации проявления объективной действительности — неприятие прелюбодеяния, искушения, соблазна.

Таким образом, первичный  денотат библеизма указывает  на библейский феномен, явление, ситуацию, хранящихся в культурной памяти и  обеспечивающих мотивировку фразеологизмов библейского происхождения. В результате библеизмы можно противопоставить всем остальным ФЕ с точки зрения прямой взаимосвязи их внутренней формы с текстом-первоисточником. В семантической структуре ФЕ (в частности, библеизма) первичный денотат находится в латентном состоянии и может актуализироваться в семантике ФЕ с "живой" внутренней формой в процессе двойной актуализации [Гриднева 2002: 101].

Как упоминалось выше, характерной чертой единиц фразеологического  состава языка как знаков вторичной номинации является их образно-ситуативная мотивированность [Телия 1996]. Семантика ФЕ опосредована "предшествующим" значением слов, составляющих его генетический прототип, а смысловые элементы лексической и грамматической семантики знака-прототипа начинают выполнять роль внутренней формы, переходя в новое смысловое содержание [Алефиренко 2003: 62].

Языковая мотивировка  фразеологического значения — это  один из элементов осуществления "семасиологической  связи предметно-логического содержания фразеологического знака с его материальной формой, при помощи которых формируется и выражается фразеологическое значение" (цит. по: Меликян 1998). ФЕ в результате закрепления за ними функции обозначения различных классов предметов, явлений, свойств, отношений приобретают такое смысловое содержание, которое не распределяется непосредственно и полностью между входящими в состав фразеологизма словами. Соотношение семантики слов в составе ФЕ с их значениями в системе языка опосредовано фразеологическим значением.

Во всем многообразии фразеологического состава современного английского языка выделяются мотивированные и демотивированные ФЕ. Библейские фразеологизмы в отличие от ФЕ, не восходящих к прецедентным текстам, легче поддаются считыванию своей внутренней формы, поскольку их мотивировка восстанавливается быстрее благодаря генетической связи библеизма с Библией. Прозрачность / непрозрачность мотивировки библеизма может зависеть от степени ознакомленности носителя языка с прецедентным текстом мировой культуры, а также от степени стереотипизации тех или иных библейских фрагментов. Кроме этого необходимо учитывать мотивированность / демотивированность фразеологизмов в диахронии и синхронии. То, что представлено в языке на данном этапе, может не найти адекватного объяснения в силу своеобразия фразеологической абстракции и может потребоваться специальное этимологическое исследование.

Проблема мотивировки  фразеологического знака актуальна  в вопросах выделения ФЕ по источнику их происхождения. Так, библейское происхождение длинного ряда устойчивых выражений (библеизмов) не вызывает сомнений: их связь с текстом Священного Писания проявляется уже в самой форме и составе фразеологизмов (the Lamb of God, as poor as Job, barren fig-tree, the prodigal son). Но есть мнение, что в случае с библейскими фразеологизмами далеко не каждое словосочетание, приобретшее устойчивость в том или ином языке и встречающееся в Библии, следует считать бесспорным библеизмом [Лилич 2002]. Речь может идти об универсальных языковых единицах, идущих из глубокой древности и самостоятельно развивавшихся в разных языках, в том числе и еврейских библейских текстах [Абрашкин 2003]. Для чистоты исследования необходим специальный сравнительно-исторический анализ, но поскольку таковой не входит в компетенцию данной работы, то в качестве постулирующего принимается следущий тезис: функционирование в Библии ФЕ, возникших в древних культурах и сопряженных с более древними мифологическими представлениями, свидетельствует об их опосредованной связи с библейским текстом и дает основания причислять их к библеизмам в широком смысле этого слова, что не противоречит определению библеизма, принятому в данном исследовании. Библеизмы такого рода рассматриваются и классифицируются нами как добиблейские фразеологизмы на основании только что выдвинутого тезиса. Добиблейские фразеологизмы — это опредмеченные древнейшие представления, дошедшие до нас в теле библейского предания.

2. Появление библеизмов и их классификация в английском языке

2.1. Появление библеизмов в английском языке

 Так как  Библия является одним из самых  первых литературных произведений  в мировой литературе, она была  переведена на множество языков, в том числе и на английский язык. История переводов Библии на английский язык распадается на два периода: Средние века и Новое время.

 Средние  века.

1) Древнеанглийский  период. Самые ранние попытки  в 7 веке переложить Библию  на англосаксонский язык, строго  говоря, нельзя назвать переводами. Это были свободные пересказы в стихах хорошо известных библейских повествований. Первые попытки настоящего перевода Библии были сделаны в 8 веке. Рукопись, известная под именем Псалтирь Веспасиана, написанная около 825, содержит самый ранний пример определенного типа перевода, называемого «глосса». К концу 10 века существовало уже множество переводов. Эти переводы, сбивавшиеся на прозаический пересказ, часто использовались в проповедях священников.

2) Среднеанглийский  период. В более спокойном 13 веке переводческая деятельность возобновилась. Множество новых переложений Библии на английский язык подпадают под категорию скорее религиозной литературы, чем собственно перевода. К концу 14 века появился первый полный перевод Библии на английский язык. Это была Библия Уиклифа – перевод, сделанный по инициативе и под руководством Джона Уиклифа. Протестантские переводы. Первым английским протестантским переводчиком Библии стал Уильям Тиндал. Первый том Ветхого Завета в переводе Тиндала вышел в 1530. Неприятие Тиндаловского перевода было связано главным образом с его сугубо протестантским тоном. В 1537 короля Англии Генриха VIII Англиканская церковь убедила дать свое высочайшее одобрение идее создания английской Библии; так возник «новый перевод». Текст был составлен из переводов Тиндала и Ковердейла с добавлением множества вероучительных примечаний. В 1539 новый перевод вышел в свет, и этот увесистый том был назван Большой Библией. Большая Библия стала официальным текстом, остальные же переводы были запрещены. С предложением о необходимости нового авторитетного перевода выступил пуританин Джон Рейнолдс, обратившись с ним к королю Якову I в 1604. Яков одобрил идею и назначил переводчиков – «мужей ученых, числом пятьдесят четыре». Переводчики были разбиты на четыре группы, собиравшиеся в Вестминстере, Кембридже и Оксфорде; каждая группа взяла себе часть Библии, первоначальный, черновой перевод которой должен был одобряться всеми членами «компании». Библия короля Якова вышла в свет в 1611. В течение почти 400 лет Библия короля Якова обладала статусом официального перевода. В Англии ее называют Официально одобренным переводом (Authorized Version), хотя ни королевский дом, ни парламент не издавали никаких официальных актов по этому поводу.

 Новое время. В 20 веке была предпринята попытка создать авторитетный текст английской Библии для нового времени. Новая Английская Библия (Новый Завет, 1961; Новый Завет, Ветхий Завет и Апокрифы, 1969) – это абсолютно новый, свежий перевод оригинальных текстов на естественный, разговорный английский язык 20 века. Таким образом, этот перевод расстается с традицией, восходящей к Тиндалу. Перевод вышел в свет при поддержке и участии всех христианских церквей Великобритании за исключением Римско-католической церкви.

2.2. Классификация библейских фразеологизмо

 Большое  количество библейских фразеологических  единиц (БФЕ) встречается во многих  языках народов, исповедующих христианскую религию, и, следовательно, они представляли интерес для изучения. В мире не существует единой и общепризнанной классификации библеизмов, так как это понятие довольно-таки широкое. Языковеды классифицировали библеизмы по разным принципам. Ниже представлены три разных классификации библеизмов, которые отличаются основополагающими принципами.

 С точки  зрения происхождения библеизмов, А.Берих и Й.Матешич выделяют:

1) Выражения, которые уже в тексте Библии отличаются целостностью значения (to keep as the apple of smb’s eye - хранить как зеницу ока, alpha and omega – альфа и омега).

2) Фразеологизмы, образованные на базе свободных словосочетаний Библии, но получившие новое фразеологическое значение (to hide one’s light under a bushel – зарыть талант в землю).

3) Фразеологические единицы, не представленные данным лексическим составом в Библии, но семантически определенны ее текстам (forbidden fruit – запретный плод).

 Ю.А.Гвоздарев  дополняет приведенную выше классификацию  и выделяет четвертый тип библейских выражений – фразеологизмы, обусловленные общим содержанием Библии (the end of the World).

 Матвеева  Н.П. разделяет БФЕ на две  большие группы:

 1) «Добиблейские» (the root of the evil – корень зла, the salt of the Earth – соль земли). Это фразеологизмы, которые уже в Библии употреблялись как метафорические обобщенно-образные обороты. К группе добиблейских фразеологизмов примыкают многочисленные собственно библейские метафорические обороты, использованные в притчах и проповедях Иисуса Христа, пророков, евангелистов (a mote in smb’s eye – «сучок в чужом глазу», чужой недостаток).

2) «Постбиблейские», которые в свою очередь делятся  еще на две подгруппы: 

 а) БФЕ,  образованные в результате метафоризации  библейских свободных словосочетаний (to hide one’s light under a bushel – зарыть талант в землю, the slaughter of the innocents – избиение младенцев); среди этих БФЕ также много интернациональных.

 б) Библейские  фразеологизмы, которые вообще  не встречаются в Библии ни  в прямом, ни в переносном значении, а образуются уже в языке на основе тех или иных сюжетов. (To cast one’s bread upon the waters (Ecclesiastes 11:1) – отпускать хлеб свой по водам.) Такие библеизмы, как правило, не встречаются в других языках и могут называться национально-заимствованными.

 Гак В.Г.  классифицирует библеизмы следующим  образом: 

1) По степени  их связи с Библией, где выделяются  четыре подгруппы: 

 а) Первичные  библеизмы, которые непосредственно  отражают библейский текст или  ситуацию. К ним относится подавляющее большинство библейских фразеологизмов. (В одном из своих интервью певица Мадонна сказала: «Jesus's message was to love your neighbor as yourself, and these are people in need. I hope that people got that message»)

 б) Вторичные  библейские фразеологизмы, которые лишь отдаленно связываются с текстом Библии.

 в) Непосредственные, которые восходят непосредственно  к Библии. Цитирование, примеры. Иисус говорил: «But I tell you not to resist an evil person. But whoever slaps you on your right cheek, turn the other to him also».

 г) Опосредованные, на которых лежит печать заимствования из других языков или печать отдельных авторов. Замена, авторское видоизменение

2) По семантике,  где выделяются две подгруппы: 

 а) Библеизмы,  имеющие прямое значение (babes and sucklings – новички, неопытные люди; the holy of holies – святая святых)

 б) Библеизмы  с переносным значением (to eat one’s words – взять свои слова обратно; a lost sheep – человек, сбившийся с пути истинного).

 Таким образом,  мы видим, что каждая классификация важна и интересна, и выбор ее зависит от целей и задач изучения, и нельзя говорить, что одна классификация правильна, а другая – нет.

3. Определение и способы перевода английских библеизмов

3.1 Определение, особенности и функции библеизмов

 Частое использование  библеизмов и цитирование Библии  в художественных текстах и  СМИ, подтолкнуло ученых на  изучение этого языкового явления. 

 Популярность  Библии и обращение к библейским  текстам, повысили и активность  использования в художественных и публицистических текстах библеизмов, то есть отдельных слов современного языка, которые или просто заимствованы из Библии (hell, angel, Saturday и др.), или подверглись семантическому воздействию библейских текстов. Наряду с отдельными словами, библеизмами называют и устойчивые словосочетания, а также целые выражения и даже фразы, восходящие к Библии, - например, да будет свет! (let there be light!); Бог дал, Бог взял (the Lord gave and the Lord has taken away); суета сует (vanity of vanities) и другие. На самом деле, очень сложно дать точное определение библеизмам. Однако, изучив материалы по данной теме, можно придти к следующему выводу, что библеизм - это фразеологическая единица, которая может быть и идиомой, и крылатым выражением, и фразеологизмом и даже просто отдельным словом библейского происхождения.