Виртуализация современного российского общества

Оглавление

ВВЕДЕНИЕ.

Актуальность  темы исследования обусловлена интенсификацией  преобразований, происходящих в современном российском обществе. Формирование информационного общества в России базируется на развитии индустрии информационных и телекоммуникационных услуг, создание информационной среды, ориентированной на массового пользователя.

Отмечаемая специалистами тенденция виртуализации социального пространства, по существа и представляет форму радикальной  
трансформации. Компьютеризация, как одна их форм виртуализации всех сфер общественной деятельности и повседневной жизни человека — самый впечатляющий феномен XX - XXI в.

Проблема оценки роли и места информационных технологий в современном обществе выносится  в центр внимания в трудах таких  авторов, как: Ж.Бодрийяр, Ж.Делеза и  Ф.Гваттари, У.Эко, А.Крокер и Д.Кук  и др. , Среди российских авторов  следует выделить работы А.В.Гулыги, Л.К.Зыбайлова, И.П.Ильина, В.А.Кутырева, И.В.Цуриной, В.А.Шапинского и др. Проблемы развития информационного общества в России стали предметом исследований, представленных трудами И.С.Мелюхина, Д.В.Иванова, С.Э.Зуева, В.В.Емелина, и др.

Целью настоящего исследования выступает теоретическое  обоснование инновационного характера  виртуализации, составляещей содержание трансформационных изменений в  современном российском обществе.  
Подобная трактовка цели исследования обусловливает последовательность решения следующих задач: провести сравнительный анализ теоретико-методологических концепций виртуализации, выявить их эвристический  
потенциал для исследования социальных явлений современного общества;  
охарактеризовать основные социальные проблемы, обусловленные функциональной спецификой виртуальной реальности;  
на основе данных эмпирического исследования проследить особенности виртуальной коммуникации в современной России  

1. НАУЧНО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ  АСПЕКТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ВИРТУАЛИЗАЦИИ.

1.1 Виртуализация.

Первые попытки  создания социологических моделей  современности на базе понятия виртуальности  были практически одновременно предприняты  в Германии Ахимом Бюлем и Михаэлем Паэтау, в Канаде Артуром Крокером и Майклом Вэйнстейном¹.

Модели А. Бюля, А. Крокера и М. Вэйнстейна восходят к традиции исторического материализма К. Маркса. Согласно его теории, рост производительных сил или, говоря современным языком, развитие новых технологий вызывает изменения в системе общественных отношений: появляются новые отношения собственности, на их базе - новые социальные классы, новые формы политической власти, идеологии и искусства и т.д. Приложение этой схемы к современности приводит Бюля, Крокера и Вэйнстейна к тезису о переходе к новой фазе капитализма, когда классические структуры индустриального общества устраняются по мере внедрения компьютерных технологий².

По мысли  автора теории «виртуального общества» А. Бюля, с развитием технологий виртуальной реальности компьютеры из вычислительных машин превратились в универсальные машины по производству «зеркальных» миров. В каждой подсистеме общества образуются «параллельные» миры, в которых функционируют виртуальные аналоги реальных механизмов воспроизводства общества: экономические интеракции и политические акции в сети Internet, общение с персонажами компьютерных игр и тому подобное. Процесс замещения с помощью компьютеров реального пространства - как места воспроизводства общества - пространством виртуальным Бюль называет виртуализацией³.

 Если А.  Бюль разрабатывает структурно-аналитический аспект марксовой схемы, констатируя как факт, что гиперпространство «параллельных» миров - это новая сфера экспансии капитализма, то авторы теории «виртуального класса» А. Крокер и М. Вэйнстейн делают акцент на критике - разоблачении киберкапитализма как системы, порождающей новый тип неравенства и эксплуатации. Владельцы компаний, производящих программное обеспечение и предоставляющих доступ в Internet, рассматриваются как ядро нового господствующего класса, движимого волей к виртуальности и превращающего виртуальную реальность в капитал. Виртуализацией Крокер и Вэйнстейн называют новый тип отчуждения: отчуждение человека от собственной плоти в процессе пользования компьютерами и превращение ее в потоки электронной информации, подпитывающие виртуальный капитал⁴.

Модель «виртуализации социального» М. Паэтау базируется на теории Н. Лумана, в которой общество определяется как система коммуникаций. Паэтау интерпретирует возникновение гиперпространства сети Internet как результат «использования» обществом новых форм коммуникации для самовоспроизводства - аутопойесиса (по терминологии Лумана). Наряду с традиционными формами, «реальными» интеракцией и организацией, коммуникация посредством компьютера вносит вклад в производство социальности. Изменение общества рассматривается как структурная дифференциация системы вследствие появления в ней новых элементов - виртуальных аналогов реальных коммуникаций. Представление о перманентной структурной дифференциации играет в системной теории столь же фундаментальную роль, что и тезис о перманентном росте производительных сил в историческом материализме. Поэтому виртуализация социального рассматривается как очередной системный эффект⁵.

Подходы германских и канадских теоретиков до некоторой  степени эвристичны. Они позволяют концептуализировать многочисленные эмпирические тенденции, увязать их в целостной и вместе с тем простой теоретической модели трансформации общества. Но эта простота модели достигается не как результат обобщения характерных черт исследуемых тенденций, скорее она заимствуется у классиков как готовая универсальная схема. Некритическое использование моделей, созданных применительно к иным социально-историческим условиям затушевывает специфичность наблюдаемых тенденций, то принципиально новое, чем они собственно и интересны. В результате стремление исследователей показать трансформацию общества оборачивается полной противоположностью: они по сути стараются показать, что новые процессы - это лишь вариации тех, что уже описаны классиками. В сдвиге от реальной социальной организации к виртуальной усматривается и подчеркивается только то, что в нем похоже на прошлое: на переход от феодализма к капитализму (от доиндустриального к индустриальному обществу) или на функциональную дифференциацию экономической, политической, правовой и других систем общества.

Заимствуя объяснительные схемы у К. Маркса или Н. Лумана, теоретики невольно оказываются  последователями того технологического детерминизма, за который они критикуют  создателей теорий информационного общества. Использование детерминистской схемы "новые производительные силы - новые общественные отношения" или функционалистской «новые элементы - новая структура» a priori сводит исследуемую трансформацию общества к совокупности социальных эффектов компьютеризации⁶.

Виртуализация рассматривается либо как технологический  процесс, имеющий социальные последствия, либо как процесс социальный, но опосредованный компьютерами и без  компьютеров невозможный. В результате происходит теоретическая фетишизация технологии виртуальной реальности, описание которых вытесняет собственно социологический анализ. Например, у А. Бюля, чья работа теоретически и эмпирически основательнее других, виртуализация - это технический процесс создания виртуального общества как «параллельно» существующего с реальным обществом. В рамках теории «виртуального общества» в реальном «сегменте» общества изменений нет, там вообще ничего не происходит. Но ведь именно там возникли те самые технологии виртуальной реальности, на описании которых Бюль строит свою теорию общественных изменений. Дать ответ на вопрос «откуда взялись изменения?» можно только, рассматривая виртуализацию как процесс социальный, как процесс изменения общества в целом, а не как создание «параллельного» виртуального общества.

Существует  два основных смысла понятия «виртуальное». Первый восходит к традиционному естествознанию, в котором смысл термина «виртуальное» раскрывается через противопоставление эфемерности бесконечно малых перемещений объектов или бесконечно малых периодов существования частиц и стабильной в своих пространственно-временных характеристиках реальности. Второй смысл порожден практикой создания и использования компьютерных симуляций и раскрывается через противопоставление иллюзорности объектов, создаваемых средствами компьютерной графики, и реальности материальных объектов. В понятии «виртуальная реальность» оба смысла парадоксальным образом соединяются⁷. Поведение изображаемого объекта воспроизводит пространственно-временные характеристики поведения объекта вещественного.  
      В качестве универсальных свойств виртуальной реальности можно выделить три характеристики:

- нематериальность  воздействия (изображаемое производит  эффекты, характерные для вещественного);

- условность  параметров (объекты искусственны и изменяемы);  
      - эфемерность (свобода входа/выхода обеспечивает возможность прерывания и возобновления существования).

О виртуализации  применительно к обществу можно  говорить постольку, поскольку общество становится похожим на виртуальную реальность, то есть может описываться с помощью тех же характеристик. Виртуализация в таком случае - это любое замещение реальности ее симуляцией/образом - не обязательно с помощью компьютерной техники, но обязательно с применением логики виртуальной реальности. Эту логику можно наблюдать и там, где компьютеры непосредственно не используются. Например, виртуальной экономикой можно назвать и ту, в которой хозяйственные операции ведутся преимущественно через Internet, и ту, в которой спекуляции на фондовой бирже преобладают над материальным производством. Виртуальной политикой можно назвать борьбу за власть и посредством агитации с помощью web-страниц или пресс-конференций в Internet, и посредством рекламных акций в телестудии или на концертной площадке.

Определение социальных феноменов с помощью понятия виртуальности уместно тогда, когда конкуренция образов замещает конкуренцию институционально определенных действий - экономических, политических или иных. Социальное содержание виртуализации - симуляция институционального строя общества первична по отношению к содержанию техническому. Общее представление о феномене замещения реальности образами позволяет разрабатывать собственно социологический подход: не компьютеризация жизни виртуализирует общество, а виртуализация общества компьютеризирует жизнь. Именно поэтому распространение технологий виртуальной реальности происходит как киберпротезирование. Оно вызывается стремлением компенсировать с помощью компьютерных симуляций отсутствие социальной реальности.

В постиндустриальную, постмодернистскую эпоху трансформация общества приобретает совсем иной характер, чем предполагали теоретики информационного общества. Их модели, как и модели виртуализации М. Паэтау, А. Бюля, А. Крокера и М. Вэйнстейна, основываются на стереотипном представлении об обществе как системе институтов. Институциональный строй и представляет собой то устойчивое и объективное по отношению к индивидам, что можно назвать реальностью. Но институциональный строй, как показали К. Маркс, М. Вебер, П. Бергер и Т. Лукманн, есть социально-историческая реальность, есть результат самоотчуждения человека. Превращение в последние десятилетия этой реальности в эфемерную, нестабильную, описываемую постмодернистским принципом anything goes, как раз и объясняется ее историчностью⁸.

В эпоху Постмодерн сущность человека отчуждается уже  не в социальную, а в виртуальную  реальность. Речь в данном случае идет отнюдь не только о так называемых киберпанках - людях, для которых  смыслом жизни стало погружение в миры компьютерных симуляции и «бродяжничество» по сети Internet. В любого рода виртуальной реальности человек имеет дело не с вещью (располагаемым), а с симуляцией (изображаемым). Человек эпохи Модерн, застающий себя в социальной реальности, воспринимает ее всерьез, как естественную данность, в которой приходится жить. Человек эпохи Постмодерн, погруженный в виртуальную реальность, увлеченно «живет» в ней, сознавая ее условность, управляемость ее параметров и возможность выхода из нее. Перспектива того, что отношения между людьми примут форму отношений между образами, и есть перспектива виртуализации общества. В этой перспективе появляется возможность трактовать общественные изменения, различая старый и новый типы социальной организации с помощью дихотомии «реальное/виртуальное»⁹.  
     Разработка концепции виртуализации как теоретической модели трансформации общества предполагает решение трех задач. Во-первых, для того чтобы иметь основание использовать дихотомию «реальное/виртуальное», необходимо проследить генезис социальной реальности. Поэтому предлагаемая концепция виртуализации общества открывается анализом возникновения феномена социальной реальности в ходе модернизации общества и парадоксальной трансформации социальной реальности в условиях социокультурного сдвига от Модерна к Постмодерну. Во-вторых, для того чтобы построить модель общественных изменений как сдвига от «реального» к «виртуальному», необходимо обобщение разнообразных эмпирических тенденций. Решением этой задачи является социологическое ядро предлагаемой концепции, которое представляет собой ряд описаний процессов, наблюдаемых в различных институциональных сферах общества рубежа XX-XXI вв. и обнаруживающих виртуализацию как единый принцип - образец общественных изменений. В-третьих, для того чтобы определить теоретический статус концепции виртуализации, необходимо сопоставить ее с используемыми в современной социологии моделями трансформации общества.

1.2 Интернет.

Современная эпоха  характеризуется как эпоха глобального  информационного общества, содержание которой составляет экспоненциальный рост информационных технологий и глобализация информационных процессов. Одним из главных проявлений этих процессов является возникновение глобальной сети Интернет, стремительное и неуклонное расширение ее использования во всех сферах жизни общества.

Но привлекательность  Интернета не только в возможностях получения, передачи  и обработки  информации официального, делового или  научного характера. Далеко не в последнюю  очередь он привлекает людей, заинтересованных в общении, выражении личностно значимых смыслов. Дистанцированный характер общения и возможность анонимного общения, удовлетворяющие базовую потребность в безопасности, как и возможность общаться со многими людьми одновременно, физически находясь у себя дома, произвольно устанавливать режим общения, при необходимости прерывать общение, делают общение более комфортным. 

Коммуникативное пространство Интернета стремительными темпами разрастается, объединяя  все новые, разнородные средства коммуникации. Одним из следствий разноликости Интернета как феномена современного общества является то, что в большинстве посвященных ему гуманитарных исследований рассматриваются лишь определенные аспекты, стороны этого многоликого явления. При этом нередко выбор того или иного аспекта исследования Интернета приобретает парадигмальное значение, диктуя автору позицию относительно определения роли Интернета в современном обществе. Как следствие этого, значение Интернета как социального феномена до сих пор не определено однозначным образом.

Если классики теории информационного общества, рассматривая его как постиндустриальное общество, считали  основополагающим принципом  новой стадии общественного развития производство информации и информационный обмен, то на современном этапе развития концепции информационного общества  признается, что главным отличием его от индустриального общества является возникновение принципиально новых форм коммуникации, что ведет, в частности, к снижению  степени рациональности человеческого знания, повышению роли субъективных и личностных факторов в структуре информационных потоков и социальных интеракциях, усилению влияния коммуникации на развитие социальных структур.

Не информация, а коммуникация оказывается центральным звеном информационного общества. Главным принципом создания технической базы информационного общества становится развитие глобальной информационной инфраструктуры Интернет. Однако при этом техника составляет лишь одну сторону этого процесса, другую же его сторону составляют люди, использующие и вместе с тем развивающие новые коммуникативные технологии. Участие все большего числа людей в Интернет-коммуникациях создает коммуникативное пространство информационного общества.  В  социальной истории человечества наблюдается движение от замкнутых информационных пространств (кастовые формы общения. Язык жрецов, высшего света и т.п.)  через всеобщую доступность информационных пространств ( библиотеки, школы, публичная сфера) к построению интегрированного информационного пространства, где одномоментно существует возможность использовать базы данных, библиотеки, публичное общение, личное общение, онлайновый диалог и т.п. формы коммуникации. Таким интегрированным пространством общения (напоминающим по своей структуре энциклопедию, в которой представлены все информационные сферы) стал в современном обществе Интернет.

Виртуальная природа Интернета проявляется в том, что протекающие в нем коммуникации выполняют функции реальных социальных интеракций, тем самым заменяя последние.  Интернет за последние годы завоевал, по существу, весь мир,  включая страны Юго-Восточной Азии.  Между тем именно стремительное распространение Интернет-коммуникаций активно влияет на социальную структуру современного общества, создавая новый тип  общественной структуры - «сетевое общество», как определил его М.Кастельс, с вытекающим отсюда преобразованием типов производственных структур(«адаптивная корпорация»), финансовых потоков, межличностных отношений. Создание глобального сетевого общества трансформирует в значительной степени непосредственный социальный опыт  в виртуальное поле формирования социальных отношений.

1.3 Сетевое сообщество.

сетевое сообщество - это специфическая форма социальной структуры, опытно устанавливаемая  эмпирическими исследованиями в  качестве характеристики "Информационной эпохи". 
Первоначально, люди жили в небольших племенах или деревнях, представляющих собой своего рода расширенную семью, в которых все были знакомы друг с другом, постоянно контактировали между собой. С ростом популяции и ходом цивилизации, сообщества становились более комплексными, урбанизированными, росли и развивались большие города, люди стали отчуждаться от природы и друг от друга.

Как кульминация  этих процессов, пришла индустриальная революция, увеличился приток рабочей  силы из деревень в город, на смену традиционным семьям, с большим количеством теть, дядь, бабушек и дедушек, двоюродных и троюродных братьев и сестер, пришла нуклеарная семья.

Как утверждает Marshall McLuhan, электронные средства массовой информации превратили мир в своего рода глобальную деревню, где все принимают участие в некоем порочном вуайеризме, наблюдая за изображениями мест дорожных аварий и жертв убийств, страданиями голодающих детей Третьего Мира и так далее. По большому счету, становится трудно отличать новости от фантастических фильмов ужасов и телевизионных шоу. Телевидение и радио не могут претендовать на звание глобальных средств массовой информации. Следуя традиционному принципу монархов, вождей, проявляемому на протяжении веков: «Мы говорим, Вы слушаете», они отличаются от того двустороннего общения, которое ранее было принято в племени.

Интернет, в  силу присущей ему интерактивности, изменяет существующее положение вещей, постепенно превращая современный  отчужденный мир в подобие  глобальной деревни, глобального сообщества, которое существует в виртуальном киберпространстве, осуществляя двустороннюю коммуникацию посредством различных интернет - технологий.

Эта теория может  быть проиллюстрирована нашим личным опытом участия в интерактивном  сетевом общении, в частности в чатах. Во многих чатах существует тенденция к построению «виртуальных» расширенных семей, где участники чата «играют» в семью, принимая на себя «виртуальные роли» отца, матери, детей, теть и дядь различных степеней родства, братьев и сестер, создавая, таким образом, на игровой основе некий прототип утраченной, в ходе урбанизации, расширенной семьи. Такие виртуальные семьи достаточно стабильны во времени, и такая «игра» может продолжаться на протяжении всего времени существования чата, как виртуального сообщества, причем новые посетители чата могут охотно принимать условия этой «игры», вступая в эту виртуальную семью, в качестве ее членов.

Компьютерно - опосредованное общение (CMC) является как средством  межличностного общения («один- другому»), так и формой массовой коммуникации («один - многим»), и, даже, «многие- многим». Компьютерно - опосредованное общение может пролить свет на природу социальной жизни. Это относится как к нашим межличностным отношениям («диадные» социальные отношения), так и к природе сообщества («сети» социальных отношений). Виртуальные сообщества включают в себя все измерения сообщества: экономические, политические, социальные и культурные.

Социальное  взаимодействие и солидарность в  электронных конференциях и чатах  может привести к складыванию дружеских и любовных отношений между участниками. Интернет, является виртуальным пространством, где мы встречаемся с друзьями, коллегами, любовниками, в любое время, невзирая на разницу расстояний.

В киберпространстве, с каждым днем, растет количество заключенных международных сделок и политических советов, которыми обмениваются посредством электронных сетей. Все больше корпораций виртуализируют свои организации, их работники работают в сети. Растет число виртуальных магазинов, банков, создана денежная система WebMoney. Деньги можно зарабатывать и тратить в сети, переводить на кредитные карты, открывать счета в банках через Интернет.

В культурном аспекте, люди, посредством Интернет, ознакомляются  с ценностями и символами других наций и культур. Идеологический аспект сетевых сообществ заключается в том, что основным принципом является всеми разделяемое убеждение в свободе выражений, индивидуализма, равенства возможностей доступа к одним и тем же символическим интересам.

Сообщество, сложившееся в киберпространстве укрепляет коллективность интересов, что обычно связано с темой дискуссии. Это может привести к коллективному отношению (духу нашего виртуального круга) и прояснить социальные обязательства.

Можно выделить следующие показатели «успешности» сетевого сообщества:

1. Построению сообщества должно уделяться необходимое внимание, так как это сообщество должно привлекать людей.
2. Успешные онлайновые сообщества должны безоговорочно быть сфокусированы на нуждах своих членов, а не на нуждах спонсоров и рекламодателей.
3. Слишком сильный контроль повлечет за собой снижение количества членов сообщества. Чрезмерные полицейские меры в онлайновых сообществах, могут попросту их убить.
4. Самоорганизация не всегда означает самообеспечение. Большинство онлайновых сообществ требует значительного вложения времени и сил, для своего поддержания своей жизнедеятельности.
5. Онлайновые сообщества имеют тенденцию быть более активными, когда присутствует общий дух, убеждение, что «нет никого умнее нас, всех вместе взятых».

Проанализировав существующие теоретические подходы  к пониманию принципов конструирования  сетевых сообществ, мы можем выделить следующие:

1. Границы группы четко определены, члены группы имеют возможность встречаться, узнавать друг друга, имеют информацию об общей истории;
2. Существуют четкие правила, управляющие использованием коллективных благ, в соответствии с локальными потребностями и условиями, причем большинство индивидов, на которых распространяются эти правила, могут принимать участие в их изменении;
3. Существует система наблюдения за поведением членов сообщества, которое производится самими членами сообщества, с использованием устоявшейся системы санкций;
4. Члены сообщества имеют возможность реализовать свои личные и общие цели в процессе коммуникации.

2. ВИРТУАЛЬНАЯ СОЦИАЛИЗАЦИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ МОЛОДЕЖИ.

Век высоких технологий выводит  на совершенно новый уровень развития наше общество: обмен информацией, общение  между людьми, способы построения отношений, поиск работы, да собственно и сама работа, отдых переходят из реального мира в мир виртуальный.

Присутствуя сейчас практически  в каждом доме, Интернет значительно  расширяет наши возможности –  особенно это касается так называемых социальных сетей, которые в последнее  время приобрели колоссальную популярность. Ежедневно миллионы людей пользуются их услугами: одни ищут друзей, клиентов, работодателей или работников, другие просто «убивают» в них время.

Сегодня существует немало точек зрения на перспективы развития социальных сетей, и эти перспективы  зависят от целевой аудитории, на которую они ориентированы. Без сомнения наиболее активной частью в плане использования социальных сетей является молодежь (составляющая еще и значительную часть пользователей Интернета), которая рассматривается как активная социальная сила, всегда и везде несущая с собой инновации: информационные, коммуникативные и другие, а сайты социальных сетей становятся своего рода их проводниками в постоянно трансформирующемся обществе¹⁰. Сайты социальных сетей помогают молодым людям в самореализации, «самопрезентации», одобрение группы сверстников становится более значимым, чем одобрение неким, часто отстраненным, «обществом»¹¹.

Прежде всего, в социальных сетях отсутствуют какие-либо условности, которых невозможно избежать в реальном общении, многим труднее общаться в реальной жизни и гораздо проще излагать свои мысли письменно. К тому же ещё одним негативным моментом является влияние социальных сетей на процесс социализации, становления и развития личности молодых людей. Можно сказать, что социальные сети отодвигают на второй план классические институты социализации – семью, школу, а порой  реальных друзей и сверстников. Совмещение иллюзорного, фантастического мира, при условии функционирования его по законам реальности, делают виртуальный мир необычайно притягательным. У актора виртуального мира формируется «зависимость от виртуальности». В силу неудовлетворённости окружающей действительностью (личностный, экономический, социокультурный аспект и т. д.) компьютерная зависимость постепенно усугубляется, приводя к тому, что человек начинает отдавать предпочтение именно виртуальному миру, как наиболее приемлемому для него.

Значение киберзависимости настолько велико, что, порою, молодые  люди начинают терять связь с реальным миром, с головой окунаясь в мир  виртуальный. В этом смысле показателен комикс в американской газете: друзья зовут мальчика, сидящего за компьютером, играть, он отвечает им: «Уходите, не мешайте мне общаться!»¹². Это отрицательное воздействие проявляется в возможности самостоятельно создавать в виртуальном мире ту жизнь, которая нравится, те законы, которые можно нарушать и за это ничего не будет, те нормы, которые удобны для пользователя. Всё это ведёт к подмене виртуальным миром реального мира, где существуют общепринятые нормы и правила, невыполнение которых влечёт за собой применение жёстких санкций. Более того, большинство молодых людей переносят созданные в виртуальном мире  социальные нормы на реальные отношения, тем самым, разрушая сложившиеся нормативные устои общества, которые за последние десятилетия итак сильно деформированы, а их виртуализация приводит к еще большей деформации социального сознания и поведения.

И сегодня в связи с  вышесказанным можно с уверенностью говорить  о таком понятии как виртуальная компьютерная социализация или киберсоциализация.

Киберсоциализация человека – социализация личности в киберпространстве –  процесс изменений структуры самосознания личности, происходящий под влиянием и в результате использования им современных информационных и компьютерных технологий в контексте жизнедеятельности. Киберсоциализация человека особенно ярко происходит в киберпространстве виртуальной социализирующей Интернет-среды, то есть вследствие использования его ресурсов и в процессе коммуникации с виртуальными агентами социализации, встречающимися человеку во всемирной глобальной сети Интернет (в первую очередь, в социальных сетях, в процессе переписки по e-mail, на форумах, в чатах, блогах, телеконференциях и online-играх)¹³.

В процессе киберсоциализации  у человека возникает целый ряд новых, ожиданий и интересов, мотивов и целей, потребностей и установок, а также форм психологической и социальной активности, непосредственно связанных с киберпространством – фактически новым виртуальным жизненном пространством человека¹⁴.

Темпы роста всемирной сети Интернет высоки и продолжают динамически нарастать как за счёт увеличения количества пользователей глобальной сети Интернет во всех регионах земного шара, так и за счёт роста объёмов информации в самом Интернете, ставшим удобным способом удовлетворения многочисленных и разнообразных потребностей современного человека.

Таким образом, можно говорить о том, что социальные сети, выступая особым социальным пространством, являются той сферой, где трансформируются традиционные формы социализации и  социальных отношений, а общение как вид досуговой занятости становится возможным не в традиционном виде непосредственного живого общения, а приобретает черты простой коммуникации. В сети человек может быть таким, каким он хочет казаться, но не является на самом деле.

Социализация – непрерывный  и многогранный процесс, который  продолжается на протяжении всей жизни  человека. Но интенсивнее он протекает  в детстве и юности, когда закладываются  все базовые ценностные ориентации, усваиваются основные социальные нормы, формируется мотивация социального поведения. Социализация личности всегда была тесно связана с семьей и системой образования. Но в информационном обществе это, как и многое другое, подвергаются трансформации. Наиболее важными факторами социализации становятся сетевые коммуникации.

Для того, чтобы  осмыслить масштабы влияния социальных сетей на социализацию молодёжи, следует обратится к материалам социологического исследования, проведенным в феврале-мае 2011 г. научно-исследовательским центром при Комитете по молодежной политике РФ. Предмет исследования стали социальные сети как фактор социализации молодёжи. Возрастная группа респондентов  - 18-30 лет.