Вопросы нравственного воспитания в трудах древнегреческих философов

Содержание

Введение                                                                                                                                                         

I Влияние мировоззрений античных мыслителей на их этические взгляды

I. 1 Обусловленность положений Сократа, Платона и Аристотеля о душе их мировоззрениями

     I. 2 Влияние мировоззрений Сократа, Платона и Аристотеля на понимание ими блага и добродетели

              I Воплощение этических взглядов древнегреческих философов в их педагогических системах                                                                                                               

  II. 1 Нравственное воспитание в педагогической системе Сократа     

  II. 2 Нравственное воспитание в педагогической системе Платона     

  II. 3 Нравственное воспитание в педагогической системе Аристотеля

Заключение                                                                                                                                                                                                                                    

Список использованной литературы                                                                                                                              

Введение

То, что в настоящее время уделяется так много внимания нравственному воспитанию подрастающего поколения, воспринимается нами как нечто само собой разумеющееся, но даже во времена Античной Греции, когда философия лишь только приобретала свою направленность на человека, уже поднимались вопросы относительно приобщения человека к нравственным нормам. Нравственное воспитание издревле занимало умы деятелей науки, в частности древнегреческих философов.

Платон в  трудах «Государство» и «Законы», написанных в форме диалогов, изложил свои мысли о воспитании. Вопросам воспитания в «Государстве» отводится место теоретических установок – Платон говорит, что дает лишь «главные образцы воспитания и обучения», не вдаваясь в детальный разбор практических мероприятий (III, с. 412). Вопросам нравственного воспитания в данном произведении в основном посвящены и I книги. Практические аспекты воспитания рассматриваются Платоном в другой его работе, в «Законах». Аристотель излагает свои взгляды относительно нравственного воспитания в «Никомаховой этике» и «Большой этике». Сократ, оказав значительное влияние на формирование системы нравственного воспитания человека, не оставил после себя письменных сочинений, изучением его воззрений занимались В. С. Нерсесянц («Сократ»), Ксерофот («Воспоминания о Сократе»), А. А. Гусейнов («Великие моралисты») и др.

Изучению понимания древнегреческими философами блага и добродетели посвящены исследования В. А. Васильева: «Воспитание добродетели (этические воззрения философов 6 – 3 вв. до н.э.)», «Аристотель о благе и добродетели», «Сократ о благе и добродетели», «Платон о благе и добродетели».

Педагогические системы философов и место в них вопросов нравственного воспитания рассматриваются в работе Г. Е. Жураковского «Очерки по истории античной педагогике» и в работе Л. Н. Модзалевского «Очерк истории воспитания и обучения с древнейших до наших времен».

Этические воззрения древнегреческих философов рассматриваются и в работах других авторов: Б. А. Фохта, А. Н. Чанышева, А. Ф. Лосева, В. П. Зубова, И. Гарина и др. 

Объект исследования – вопросы нравственного воспитания в трудах древнегреческих философов.

Предмет исследования -   воплощение этических взглядов древнегреческих философов в их педагогических системах.

Цель исследования     - изучить вопросы нравственного воспитания в трудах древнегреческих философов.

Для достижения поставленной цели ставятся следующие задачи:

1.      Установить обусловленность положений Сократа, Платона и Аристотеля о душе их мировоззрениями;

2.      Рассмотреть влияние мировоззрений Сократа, Платона и Аристотеля  на понимание ими блага и добродетели;

3.      Проследить воплощение этических взглядов Сократа, Платона и Аристотеля в их педагогических системах.

Для реализации поставленных задач были использованы следующие методы исследования: изучение литературы, теоретический анализ и синтез.

I Влияние мировоззрений античных мыслителей на  их этические взгляды

I. 1 Обусловленность положений Сократа, Платона и Аристотеля о душе их мировоззрениями

Проблемы нравственности занимают центральное место в учениях Сократа, Платона и Аристотеля. Согласно этим философам, нравственность – достоинство души, поэтому положения о душе как бы предпосылаются этическим взглядам этих мыслителей (6).

В центре всего сократического философствования стоят вопросы о нравственных добродетелях, моральных качествах человека. По существу своему учение Сократа – это философия морали, этика (17).

В центре всего мироздания у Сократа – душа человека. Понимание философом нравственности связано с его признанием бессмертия человеческой души как частицы души божественной. В ней важнейшая роль отводится такому понятию, как «демоний» (от лат. daimonion – божественное). Сократ говорит о «внутреннем божественном голосе», который звучит в человеческой душе. Посредством демония боги выделяют человека из всех других и сообщают ему смысл мироздания, предохраняют от совершения зла и ведут по пути добродетели (8).

Пребывающая в смертном теле бессмертная душа соединяет в одно целое земные и небесные, естественные и божественные аспекты человеческого бытия. Бессмертие души, по мысли Сократа, со всей очевидностью показывает, что только разумная и добродетельная жизнь целесообразна и соответствует божественной гармонии Вселенной, ее провиденциальным целям (12).

Отсутствие  бессмертия души, замечает Сократ, было бы счастливой находкой для дурных людей: со смертью души они легко избавились бы от присущей им порочности. Но душа бессмертна, и, следовательно, неизбежна ответственность человека за свои дела и поступки. Будучи бессмертной, душа, по версии Сократа, вместе с тем подвержена как совершенствованию, так и порче – в зависимости от земного образа жизни тех, кому она достается в своих вечных переселениях из этого мира в загробный и возвращениях назад. Человек, по Сократу, был бы вообще лишен разума и знания, если бы в нем наряду со смертным телом не было бессмертной души. Божественное начало в человеке, его разумная душа правит телом человека, его действиями.  Именно благодаря божественной душе человек приобщается к божественному знанию: подобное познается подобным. Кроме того, душа – хранительница знаний, приобретенных ею ранее в вечных странствиях в этом   и том мире; человеческое же познание – это, по сути дела, воспоминание души о прежних знаниях (17).

Платон одним из первых древнегреческих мыслителей рационально обосновал позицию объективного идеализма. Для него первичным во всем многообразии мира является духовное начало – демиург, который сотворил материальный и духовный мир, «мир эйдосов» (греч. – образ, форма). С точки зрения Платона, любая вещь есть сочетание материи и образа. Поскольку вещь материальна, она состоит из частей, атомов, поэтому она изменчива, разлагается, исчезает. Образ как духовная сущность не уничтожим, так как не имеет частей. Понятия (образы) первичны и определяют возникновение материальных предметов. К этим вечным и неизменным понятиям относятся и блага, и добродетель, и истина, и красота и т.п. (7)

Согласно Платону, окружающий нас материальный мир мы познаем

чувствами, и он является производным от мира идей, он "тень" мира идей. В то время как идея является неизменной, неподвижной и вечной, вещи материального мира возникают и гибнут постоянно. Например, вещественные столы в нашей жизни представляют собой тень вечной и неизменной идеи стола, которая проявляется во многих столах. Платон осуществляет гипостазирование понятий, т.е. превращение в самостоятельную сущность, реальность общих понятий. По Платону, отдельные вещи постигаются посредством чувств, разум же постигает не

отдельные вещи, а сущности, значит эти сущности - идеи, которые составляют основу вещей. Платон отрывает идеи от конкретных, чувственных вещей и рассматривает их как подлинные сущности, находящиеся вне материального мира, который подчинен миру идей. Под материальным миром Платон понимает мир конкретных, чувственно воспринимаемых вещей и явлений, этот мир находится между миром идей, понимаемым как реальное бытие, и материей как таковой - небытием, и это кажущееся бытие отделяет реальное бытие от небытия. Реальные, т.е. по Платону, кажущиеся вещи, являются тенью, подобием идей, которые выступают своего рода образцами всех окружающих вещей. Область идей для Платона не представлялась однородной, она образовывала своего рода иерархию. Ряд идей принадлежали к идеям высшего порядка, это идеи блага, истины, прекрасного, справедливого. Затем идут идеи, выражающие физические явления и процессы, к ним относятся огонь, покой, движение, цвет, звук. Третий ряд идей отражает отдельные разряды существ, например животных и человека. Потом идут идеи для предметов, отношений и т.д. Концепция идеи Платона обладает еще одной стороной. Для Платона идея выступает не только в онтологическом смысле как реальное бытие, но и как мысль о нем, понятие об этом бытии, т.е. она есть родовое понятие о

сущности предмета (4).

В центре учения Платона, как и его учителя Сократа, стоят проблемы нравственности. Нравственность – достоинство души, обусловленное ее божественной природой и связью с миром идей. Поэтому этике Платона предпосылается учение о душе (4).

Признание мира вечных идей увязывается у Платона с положением Сократа о бессмертии души. Прежде, чем вселиться в семя человека, она пребывает в «мире идей» и, чем больше по времени там находится, тем больше несет в себе мудрости. Бессмертная душа часто перерождается, многое видела в земном мире и в мире идей. Поэтому она на основе знаний способна руководить человеком по пути добродетели. От того, какое начало преобладает в человеке – добродетельное или злое, зависит дальнейшее перевоплощение души. В последующей жизни она может обрести тело человека более достойного или низменного, а то и животного. Вынужденное перевоплощение души продолжается 10 тысяч лет. За это время у нее могут вырасти крылья, с помощью которых она сможет из земной жизни устремиться в небеса. В этом случае осуществляется истинное благо души, т.е. возвращение на небо и приближение к божеству.  Идея бессмертия души и возможности загробного наказания играет у афинского философа важную нравственную роль, побуждает человека к добрым поступкам, к постижению блага, которое выступает высшей нравственной ценностью (7).

Платон различал в душе три части: разумную, аффективное (яростное) и неразумную или вожделеющую. Высшее ее назначение – постижение эйдосов и высшего среди них – блага. Поэтому природа вещей сродни природе идей. Для изготовления космической и индивидуальной души использован один и тот же «материал»: души людей изготовлены из остатков заготовки для космической души. Поэтому сознание человека, устроенное по тому же принципу, что и космос, сродно ему и способно познать его. Когда душа тяготеет к познанию, она направляется туда, где все чисто, вечно, бессмертно и неизменно. Пребывая в соседстве и соприкосновении с постоянным и неизменным, она и сама обнаруживает те же свойства. Это и есть то состояние души, которое называют размышлением. Размышляя, душа решительно и безусловно ближе к неизменному, чем к изменяющемуся. Она, и только она, подобна божественному, бессмертному, умопостигаемому, единообразному, неразложимому, постоянному и неизменному в самом себе (12).

Понимание Аристотелем проблемы нравственности тесно связано с его  мировоззрением. С точки зрения мыслителя нет необходимости доказывать объективное существование природы. Человека окружает многообразие материальных предметов растительного и животного мира. Одна из основных философских проблем, по его мнению, состоит в том, чтобы отыскать первопричину всех вещей, источник их изменений. Материя для него вечна и неуничтожима, выступает в виде природных стихий: воды, воздуха, земли, огня. Сама по себе материя не является активным началом. Это своеобразный материал для художника-скульптора, требующий своего творца, чтобы изваять конкретную вещь. Материя выступает потенциальным бытием вещей. Действительным бытием она становится тогда, когда ей придается определенная форма. Только в этом случае материя приобретает вид конкретных вещей (5).

По Аристотелю, каждая конкретная чувственная вещь представляет собой единство "материи" и "формы". "Форма" понимается Аристотелем как сущность вещи. Форма в то же время нематериальна, но она не есть нечто внешнее по отношению к материи. Материя и форма - это "то, из чего состоят вещи". Каждая вещь выступает как оформленная материя. В качестве примера можно взять медный шар, представляющий собой единство меди (вещества) и шаровидности (формы). Противоположность "формы" и "материи" для Аристотеля относительна. Медь может выступать материей по отношению к одному предмету (например, шару) и формой по отношению к другому предмету (например, физическим элементам). Медь может не быть оформленной, но в то же время в потенции она содержит форму, как возможность. Т.е. форма - есть реализованная возможность материи. Таким образом, у Аристотеля происходит соотносительный переход от материи к форме и наоборот. Эта иерархия форм приводит к высшей "форме", которая является последней и за которой уже не следуют ни форма, ни материя. Последней формой выступает перводвигатель, или Бог. Таким образом, материя и форма, у Аристотеля, представляют собой единство, взаимосвязь, развитие же явлений он понимал как оформление материи (4).

Основа жизни, по мнению Аристотеля, - самодвижение, предполагающее наличие формы и движимого вещества. Вещество есть тело, а форма – душа живого существа. Как форма тела, она есть его цель. Тело – орудие души, свойства тела сообразны с его назначением (13).

В трактате «О душе» Аристотель дает три определения души, близких друг другу, но не тождественных. Он говорит, что «душа необходимо есть сущность в смысле формы естественного тела, обладающего в возможности жизнью. Сущность же (как форма) есть энтелехия; стало быть, душа есть энтелехия такого тела»; что «душа есть первая энтелехия естественного тела, обладающего в возможности жизнью»; что «душа же есть суть бытия и форма (логос) не такого тела, как топор, а такого естественного тела, которое в самом себе имеет начало движения и покоя» (3, с. 394 – 395).

В основе психологических взглядов Аристотеля лежит представление о единстве души и тела как формы и материи и о наличии у человека трех видов души: растительной (функции питания и размножения), животной (функции ощущения и желания), разумной (функции мышления) (12).

Таким образом, философы сходятся во мнениях, утверждая, что нравственность – достоинство души. Положение о бессмертии души занимает значительное место в учениях Сократа и Платона. Именно бессмертность души побуждает человека к добрым поступкам, к постижению блага, которое выступает высшей нравственной ценностью. В отличие от Платона, Аристотель не разделяет «мир идей» и «мир вещей», по его мнению,  «форма» и «материя» всегда пребывают в единстве. Причем в отношении человека душа есть фора, а тело – вещество, которым душа управляет.

I. 2 Влияние мировоззрений Сократа, Платона и Аристотеля на понимание ими блага и добродетели

О Сократе о первом говорят, что он направил всю философию на исправление нравов, тогда как до него все обращали внимание на исследование вещей физических. Вот что говорил сам Сократ по этому поводу: «Когда я был молод, я увлекался модной современной философией, в которую включались естественные науки. Но потом я понял, что главное во вселенной – человек, а не движение звезд и природа химических элементов. Важнее всего дух человеческий, и потому я решил, что перестану заниматься неживой природой и постараюсь понять, почему так получается, что человек знает, что хорошо, а делает то, что плохо» (9, с. 306).

С точки зрения Сократа, природа и человек являются творением божества «великого и всемогущего». Небо и землю, богов и людей гармонично объединяют общение, дружба, порядочность, воздержанность и высшая справедливость. По этой причине нашу Вселенную зовут «космосом» (порядком), а не «беспорядком». Сократ подчеркивал значение духовности, нравственной основы личности. Античный мудрец направлял свои усилия на исследование того, что есть благо и добродетель, что благородно и что нечестиво, что прекрасно и что безобразно, что справедливо и что несправедливо, что есть благоразумие и что неблагоразумие, что есть храбрость и трусость, что есть человек. Тот, кто знает это, тот человек благородный, а кто не знает, тот по справедливости заслуживает названия невежды, считал Сократ (6).

Важнейшее место в концепции Сократа принадлежит пониманию сущности добродетели. Человек – существо нравственное и должен стремиться к познанию того, что есть добродетель. Добродетель, как считал Сократ, есть способность разума выбирать благо, необходимое для жизни. Благо есть удовольствие, но не само по себе, а за вычетом дурных последствий. Удовольствие – это то, что дает нам радость, а благо – то, что своим присутствием делает нас лучше. Подлинное благо возникает в результате способности человеческого разума выбирать те или иные удовольствия, соизмеряя их с жизненной значимостью (6).

Регулирующая роль знания, по Сократу, безусловна и абсолютна: «Нет ничего сильнее знания, оно всегда и во всем пересиливает и удовольствия, и все прочее» (Платон. Протагор, 357с). Поэтому зло творится, согласно Сократу, по неведению, незнанию. Злой поступок является следствием непонимания того, что есть истинное благо, а не результатом разумного выбора зла; другими словами умышленное зло невозможно.  В соотношении с благом как результатом действования по знанию зло есть недоразумение, следствие проступков, совершенных по неведению. Следовательно, добро и зло, по концепции Сократа, не два различных и автономных начала. У Сократа добро и зло – следствие наличия или отсутствия одного и того же начала, а именно знания. Только под руководящим началом и управлением разума здоровье, сила, красота, богатство, храбрость и т.п. используются во благо; иначе они принесут не пользу, а вред. В диалоге Платона «Менон» Сократ говорит, что «если добродетель – это нечто, обитающее в душе, и если к тому же она не может не быть полезной, то, значит, она и есть разум: ведь все, что касается души, само по себе не полезно и не вредно, но становится полезным или вредным благодаря разуму или по безрассудству. В согласии с этим рассуждением добродетель, коль скоро она полезна, и есть не что иное, как разум» (17, с. 48).

Знание о благе, делающее людей благородными, побуждающее к добрым поступкам и удерживающее от дурных, есть добродетель, мудрость, которая заключена в божественной или разумной части души. Вглядываясь в себя как в зеркало, можно определить человеческие качества в соответствии с добродетелью души: именно таким образом мы видим и познаем самих себя. Познание себя дает людям много благ, а заблуждение относительно себя – много несчастий. Кто знает себя, тот знает, что для него полезно, ясно понимает свои способности и избегает ошибок. Напротив, кто не знает себя и имеет ошибочное представление о своих способностей, тот не знает своих нужд, не знает людей, с которыми имеет дело, обо всем имеет превратное представление, не получает пользы и впадает в несчастье (8).

Для Сократа добродетель есть знание, способность разума выбирать благо, необходимое для жизни. Мудрость и есть истинная добродетель, ибо только она позволяет отличать полезное и доброе от вредного и злого. Мудрость есть также высшее благо, которое невозможно позаимствовать у другого, а необходимо самостоятельно раскрыть в своей божественной душе(8).

По Сократу, добродетельная жизнь неразрывно соединена со знанием добродетели. Знания есть тот канал, через который человек осуществляет контроль над своим выбором. Они обозначают зону автономного, свободного и ответственного поведения. Сократ, говоря : «Я знаю, что ничего не знаю», фактически утверждает, что нет в мире ничего более важного, чем добродетель, и нет для разума другого предназначения, кроме как искать путь к добродетели (10).

Сократ - один из основоположников учения о доброй природе человека. Придавая особое значение природной предрасположенности, Сократ видел наиболее верный путь проявления способностей человека в самопознании: "Кто знает себя, тот знает, что для него полезно, и ясно понимает, что он может и чего он не может" (11).

По Платону, душа  стремится к благу. В понятие блага люди вкладывают разное содержание. Афинский мудрец не соглашается с представителями гедонизма, для которых благо для всех живых существ – радость, удовольствие, наслаждение и все прочее, принадлежащее к этому роду. Все быки, лошади и прочие животные, иронизирует философ, гоняются за удовольствиями. Так и многие из людей считают телесные удовольствия лучшим, что есть в жизни, и часто руководствуются скотскими похотями. Истинное удовольствие состоит не в его максимальных размерах, а в рассудительности и соразмерности. Рассудительность не считает удовольствие истинным, если оно не устраняет страдание, будучи фактически с ним связанным. Безрассудные удовольствия часто влекут за собой большие неприятности. Поэтому благо должно быть связано с разумением. Знание, а не удовольствие, рассуждает Платон, более близко благу. Благо – это «разумение, мышление, память и то, что сродни с ним: правильное мнение и истинные суждения» (Платон. Сочинения в 4. М, 1990, т. 3, с. 7). Но и в данном случае благо по своему определению будет не полным. Поэтому, «если  мы не в состоянии уловить благо одной идеей, то поймаем его тремя – красотой, соразмерностью и истиной; сложив их как бы воедино, мы скажем, что это и есть действительная причина того, что содержится в смеси, и благодаря ее благости самая смесь становится благом» (там же, с. 75). Благо, по Платону, - это высшая духовная, нравственная ценность. Благо венчает иерархию мира идей и уподобляется Солнцу, которое дает всему живому не только возможность быть видимым, но и способствует  рождению, росту, питанию. Благо как идею трудно постигнуть умом, оно проявляется в истине, прекрасном и добродетельном. Благо придает познаваемым вещам истинность, а человека наделяет способностью ее познать. Было бы «правильно считать познание и истину имеющими образ блага, но признать что-либо из них благом было бы неправильно: благо по его свойствам надо ценить еще больше» (там же, с. 291).Бессмертная душа тяготеет к вечному благу, она как бы подталкивает человека к самосовершенствованию. Земное блаженство случайно и переходящее, часто не зависит от нас. Истинное же благо – благо души – неотделимо от человека, связано с его разумным поведением (7).

В свою очередь, понимание Платоном блага и бессмертия души тесно связано с его этическими воззрениями, понимание сущности добродетели. Условия человеческого счастья – добродетель и возвышение духа. Добродетель- красота и здоровье души, следовательно, блаженство. Поскольку добродетель есть господство божественного начала над животным, она освобождает и обогащает нас, доставляя нам постоянное довольство и спокойствие духа. Низшая добродетель питается правильным представлением, высшая – божественным разумом. Как и все прочие свойства, добродетель неравномерно распределена между людьми (9).

Платон выделяет четыре вида добродетели. Три первых, частных, отвечают трем частям души: разумной душе отвечает мудрость, волевой или страстной – мужество и желающей – умеренность, благоразумие, сдержанность. Общая же благодетель души, гармония всех частных добродетелей, обозначается Платоном как «справедливость». Она означает, что каждая часть души в меру реализует свои добродетели: разум обдумывает и повелевает, воля осуществляет его повеления, желание подчиняется повелениям воли (7).

По мнению Аристотеля, поскольку главное отличие человека от животного – это ум. А не чувственное вожделение, ему присуща жизнь, подчиненная разуму. Поэтому высшее благо усматривается Аристотелем, как и его учителем Платоном, не в чувственных удовольствиях и материальном накопительстве, а в душевной деятельности. Разумная часть души родственна божественной созерцательной деятельности. И если ум есть нечто божественное, то и жизнь, подчиненная уму, божественна. Назначение человека состоит в разумной деятельности души, поэтому благо представляет собой деятельность души сообразно добродетели (5).

По Аристотелю, человеческая добродетель –«это добродетель не тела, но души, и счастье – это тоже деятельность души» (1,с.74).

Аристотель подразделяет добродетели на два вида: нравственные (этические) и мыслительные (дианоэтические). Нравственные добродетели, присущие чувственной части души (растительной и животной) – это воля, мужество, умеренность, щедрость, правдивость, вежливость и т.п. Они характеризуют душевное состояние человека, его характер, наклонности. Нравственные добродетели рождаются на основе привычки, т.е. они существуют в нас не от природы и не вопреки ей, а приобретаются благодаря обучению и нравственным действиям. Поступая благоразумно и мужественно, мы становимся благоразумными и мужественными. Дианоэтические добродетели соответствуют той части души, которая обладает суждением. Эта часть души подразделяется Аристотелем на две составляющие, одна из которых проявляется в мудрости, а другая – в рассудительности, или разумности. Рассудительность является добродетелью, которая производит мнения относительно того, что в данный момент воспринимается, и направлена на достижение полезных для человека вещей. Рассудительный человек тот, кто способен принимать верные решения в связи с благом и пользой для себя самого. Мудрость направлена на вещи неизменные, связана с вечными проблемами, с божественной премудростью и, в отличие от рассудительности, имеет дело с общими принципами. Мудрость – это научное знание, и постижение умом вещей по природе наиболее ценных (5).

Человек – существо чувствующее и разумное. В нем сочетаются стремления к материальным благам, удовлетворению чувственных наслаждений и удовольствий. Стремясь к благу, человек избирает полезное, прекрасное и то, что доставляет удовольствие, избегая при этом постыдного, вредного и доставляющего страдание. Добродетельный человек поступает правильно, а порочный отступается, причем главным образом в связи с удовольствием. Именно удовольствие притягивает человека, к его достижению он стремится. Если удовольствия и страдания выступают для нас мерилом наших поступков, то добродетель – это способность поступать наилучшим образом во всем, что касается удовольствий и страданий, а порочность – это ее противоположность (5).

Аристотель критикует Сократа (и Платона) за недооценку воли человека. Познание того, что есть добро и что зло, не обязательно сопровождается желанием поступать хорошо. Требуется еще моральная устойчивость, нравственна принципиальность, волевая убежденность. “Надо, чтобы заранее был в наличии нрав, как бы подходящий для добродетели, любящий прекрасное и отвергающий постыдное” (2, III 7,1113 в 30).

Этика Аристотеля изначально строится как антитеза просветительной этике Сократа и Платона, согласно которой добродетель есть знание, а порочность – невежество. Сократ и Платон считали, что люди порочны не по своей воле, а по незнанию добродетели, и что, обладая знанием, человек не станет противодействовать добру. Иными словами, дурные поступки совершаются по невежеству, а хорошие по знанию (9).

Аристотель приходит к выводу о практической бесполезности идеи блага, ее не применить на практике. “В тоже время невозможно представить себе, какая польза будет ткачу или плотнику для их искусства, если они знают это самое благо (само по себе), или каким образом благодаря уразумению (tetheamtnos) этой идеи врач станет в каком-то смысле лучшим врачом, а военачальник - лучшим военачальником. Ведь очевидно, что врач рассматривает здоровье не так, (т.е. не вообще), а с точки зрения здоровья человека и, скорее даже, здоровья “вот этого” человека, ибо он врачует каждого в отдельности» (2, I 3, 1179 а 5).

Таким образом, мировоззрения Сократа, Платона и Аристотеля в значительной степени обусловливают их этические взгляды. Все они полагают, что нравственность – деятельность души. Соглашаясь с Платоном и Сократом, Аристотель признает, что высшее благо заключается в душевной деятельности, но, вместе с тем, философ отрицает отождествление добродетели и знания и обращает внимание на значительную роль воли в формировании нравственных качеств человека.

II. Воплощение этических взглядов древнегреческих философов в их педагогических системах

II. 1 Нравственное воспитание в педагогической системе Сократа      Сократ стал родоначальником научной и с тех пор непрерывно и систематически развиваемой педагогики, соединившей дидактику (учение о том, как и чему следует учиться, чтобы быть в состоянии учить) и учение о воспитании (теорию и практику), как через знание и упражнение человек может сделаться лучше в нравственном смысле, стать достойным гражданином греческого государства (20).

Целью воспитания, по мнению Сократа, должно быть не изучение природы вещей, а познание самого себя, совершенствование нравственности (11).

Идеалом для греков выступал человек гармонично развитый физически и духовно, мужественный и благородный, с чувством собственного достоинства. Только обладая высшей добродетелью человек способен выполнять общественные и государственные функции. Для этого нужно образование, природное дарование, а самое главное, нужна милость богов – искусство властвовать над собой по их добровольному согласию. Несомненно, оно даруется тому, кто поистине посвящен в таинства добродетели (14).

Как было сказано в предыдущей главе, Сократ определяет добродетель как знание. Следовательно на вопрос: «Можно ли научиться добродетели?» следует отвечать положительно. Но в диалоге Платона «Менон» (94е) философ приходит к отрицательному выводу: добродетели научиться нельзя. Это обусловлено тем, что Сократ различает мнение и знание. Другими словами, знание и, следовательно, добродетель, по Сократу, это божественный разум, доступный, и то не полностью, лишь философскому уяснению в понятиях. Обычно же люди только мнят, что знают, и их мнения в большинстве случаев мало чем отличаются от простого незнания. Но есть, замечает Сократ и истинные мнения, которые как бы находятся между знанием и незнанием. Мнение, если оно истинно, ведет к правильным действиям и добродетельным поступкам. Такое мнение доступно лишь философам (17).

Мыслитель отмечал, что те качества человека, которые называются добродетелью, развиваются путем изучения и упражнений. Как работу тела не может выполнить тот, кто не совершенствует тело упражнениями, так и работу души не исполнит тот, кто не развивает душу. Такой человек не может не делать того, от чего нужно воздержаться. Все благородные нравственные навыки необходимо развивать в себе упражнением. Люди должны оценить высокое достоинство добродетели как духовного богатства, которое будет способствовать воспитанию нравственных качеств и достижению счастья, сделает их более достойными гражданами Афин (8).