Анализ Конституции 1936 года

Конституционное право. Коренные изменения в общественном строе потребовали соответствующего отражения прежде всего в конституционном законодательстве. Оно должно было стать адекватным провозглашенной победе социализма, т.е. отражать господство общественных форм собственности, планового хозяйства. Кроме того, возникла возможность внести изменения в систему советской демократии. Эксплуататоры были ликвидированы, большая часть их сидела по лагерям, поэтому конституционное ограничение их прав практически не имело смысла. Реальные достижения - ликвидация безработицы, расширение системы образования - делали возможным закрепление в Конституции новых прав граждан - права на труд, права на образование и др. Словом, пришла пора изменений действующей конституционной системы.

В начале января 1935 г. по поручению  ЦК ВКП(б) в Центральном Исполнительном Комитете СССР была подготовлена записка "Об изменении порядка выборов органов власти Союза ССР и союзных республик". В записке обосновывалась целесообразность того, чтобы все органы государственной власти в стране избирались непосредственно на основе прямых и равных выборов. При этом нормы представительства от городского и сельского населения предлагалось уравнять.

30 января 1935 г. Политбюро  ЦК ВКП(б) вынесло вопрос о Конституции Союза ССР на рассмотрение Пленума Центрального Комитета партии. Пленум решил внести на обсуждение VII Всесоюзного съезда Советов предложение о необходимости изменения Конституции Союза ССР в соответствии с коренными преобразованиями, происшедшими в стране. Съезд Советов, рассмотрев вопрос, принял 6 февраля 1935 г. соответствующее Постановление, обязав ЦИК избрать Конституционную комиссию, которой поручить переработку текста Конституции.

7 февраля 1935 г. ЦИК СССР  образовал такую комиссию в  составе 31 человека под председательством  Генерального секретаря ЦК ВКП(б) И.В. Сталина. На первом пленарном заседании, проходившем 7 июля 1935 г., Конституционная комиссия для подготовки соответствующих предложений создала 12 подкомиссий, работа которых продолжалась до конца 1935 г.

Конституционная комиссия вышла  за рамки, предусмотренные решением VII съезда Советов. Она не стала перерабатывать текст прежней Конституции, а создала совершенно новый проект.

1 июня 1936 г. Пленум ЦК  ВКП(б) одобрил этот проект и ввиду особой важности вопроса счел необходимым созыв Всесоюзного съезда Советов для его утверждения. 11 июня 1936 г. Президиум ЦИК СССР одобрил проект Конституции для всенародного обсуждения.

Обсуждение проекта Конституции  СССР, опубликованного 12 июня 1936 г., происходило  на многочисленных собраниях трудящихся, на пленумах партийных комитетов, съездах  Советов, заседаниях исполкомов, в секциях  и комиссиях, в депутатских группах, на страницах печати и в других формах. В октябре - ноябре 1936 г. всюду  прошли районные, областные, краевые  и республиканские чрезвычайные съезды Советов. На них были подведены  итоги обсуждения проекта Конституции  СССР. Всего в нем, по неполным данным, приняло участие более 50 млн. человек, которые внесли 154,3 тыс. предложений  об изменениях и дополнениях проекта  Конституции.

Собравшийся в ноябре Чрезвычайный VIII Всесоюзный съезд Советов рассмотрел итоги всенародного обсуждения. С  учетом предложений, выдвигавшихся  трудящимися, в текст Конституции  было внесено 43 поправки, касавшиеся 36 из 146 статей проекта. 5 декабря 1936 г. Съезд  Советов единогласно утвердил новый  Основной Закон СССР.

Конституция 1936 г. стала основополагающим законодательным актом, но многие из ее положений требовали конкретизации  в законодательстве Союза, союзных  и автономных республик. К марту 1937 г. были приняты новые основные законы союзных республик. С марта 1937 г. по январь 1938 г. принимаются конституции  автономных республик, которые затем  были утверждены Верховными Советами союзных республик.

По своему содержанию республиканские  конституции полностью соответствовали  Конституции Союза ССР, конкретизировали и развивали ее положения. Система  высших органов власти каждой из союзных  и автономных республик строилась  в основном по типу высших органов  власти СССР, разграничивались компетенция  органов государственной власти и управления, законодательная и  исполнительно-распорядительная деятельность. Детально были разработаны в республиканских  конституциях вопросы о местных  органах государственной власти. При этом более полно, чем в  Конституции Союза, отражались основные направления руководства Советами со стороны вышестоящих представительных органов.

Такая унификация основных законов  была проведена впервые. Прежние  конституции республик, закрепляя  одинаковые принципы и институты, резко  отличались друг от друга по форме, а от Основного Закона Союза - и  по содержанию.

Единство исходных положений  и прямое воспроизведение в новых  республиканских конституциях многих статей Конституции Союза не означало, конечно, их полной идентичности. Конституции  республик, развивая Основной Закон  Союза, учитывали исторические условия  образования каждой республики. Это  нашло отражение не только в первых главах республиканских конституций, в которых указывались конкретные особенности установления здесь  Советской власти, но и в решении  ряда вопросов о полномочиях представительных органов.

В конституции союзных  республик, имеющих в своем составе  автономные области, были включены специальные  главы о них.

В ходе разработки Конституции  СССР выдвигалась идея провозгласить  ее Основным Законом общенародного  государства. Однако это было сочтено  преждевременным. В пропаганде того времени господствовала идея о сохранении диктатуры пролетариата вплоть до победы коммунизма. Однако в Конституции  о диктатуре пролетариата упоминается  лишь вскользь, один раз и в прошедшем  времени. Определяя Советы как политическую основу СССР, Конституция 1936 г. подчеркнула, что они выросли и окрепли "в  результате свержения власти помещиков  и капиталистов и завоевания диктатуры  пролетариата".

Практическое становление  и укрепление однопартийной системы  в Советском государстве, неуклонное возрастание роли Коммунистической партии в обществе, срастание партийного аппарата с государственным нашли  свое отражение и в Конституции, впервые в истории советского права в Основном Законе было зафиксировано  особое, руководящее положение ВКП(б) (ст. 126).

В отличие от предшествующих советских конституций, Основной Закон 1936 г. ясно и полно определил экономическую  основу СССР, которую составляют социалистическая система хозяйства и социалистическая собственность на средства производства в двух ее основных формах.

В Конституции 1924 г. вообще не говорилось об основных правах и обязанностях граждан. В республиканских конституциях им уделялось несколько статей. Теперь в Основной Закон была включена специальная  глава, в которой закреплялись права  граждан на труд, на отдых, на материальное обеспечение в старости и при  потере трудоспособности, на образование, свободы слова, печати, собраний и  митингов, уличных шествий и демонстраций, неприкосновенность личности и жилища, тайна переписки.

В Конституции СССР 1936 г. были обстоятельно разработаны главные  гарантии обеспечения основных прав и свобод советского гражданина. При  этом на первый план выдвигались материальные и социально-политические гарантии. Это не помешало, однако, на практике существенно сужать права и свободы  граждан. Так, уже вскоре было ограничено право на труд путем закрепления  рабочих и служащих за определенным предприятием или учреждением. Особенно же сужались на практике свободы слова, печати, собраний. Попытки реально  использовать эти конституционные  права приводили порой к весьма тяжелым последствиям для гражданина вплоть до лишения его свободы  органами НКВД.

Конституция не предусматривала  свободу передвижения граждан, и  не случайно. Еще в декабре 1932 г. ЦИК  и СНК СССР приняли Постановление "Об установлении единой паспортной системы по Союзу ССР и обязательной прописки паспортов". Наряду с целью  улучшить учет движения населения Постановление  имело своей задачей очистить города от нежелательных элементов. Прописка паспортов существенно  ограничивала свободу передвижения, хотя и облегчала борьбу с преступностью.

В Конституции были закреплены и основные обязанности гражданина перед обществом и государством. В их число были включены обязанности: соблюдать Конституцию, исполнять  законы, блюсти дисциплину труда, беречь и укреплять социалистическую собственность, защищать свое Отечество, честно относиться к общественному долгу, уважать  правила социалистического общежития.

Отношение Конституции к  значению личности и государства  характеризуется тем, что глава  о правах и обязанностях граждан  поставлена одной из последних.

Специальная глава под  названием "Государственное устройство" была посвящена организации государственного единства. В ней закреплялся статус СССР как единого союзного государства, определялась его компетенция. Вместе с тем подтверждался суверенитет  союзных республик. Подобно Конституции 1924 г., этот суверенитет ограничивался, но только теми правами, которые были исчерпывающе закреплены за Союзом. Таким  образом, как и прежде, проводилась  идея ограниченного суверенитета. Конституция  подтверждала безусловное право  свободного выхода из Союза за союзными республиками (ст. 17). Она устанавливала  приоритет законодательства Союза  перед законодательством республик (ст. 20).

В отличие от прежней новая  Конституция непосредственно решала наиболее существенные вопросы формирования, организации и деятельности высших представительных органов государственной  власти союзных и автономных республик, а также местных Советов. Каждому из этих звеньев были посвящены отдельные главы. В них определялись, в частности, основные вопросы, относящиеся к исключительным полномочиям Верховных Советов союзных республик (ст. ст. 60 и 61), и пр. В статье 97 указывалось, что Советы депутатов трудящихся руководят деятельностью подчиненных им органов управления, обеспечивают охрану государственного порядка, соблюдение законов и охрану прав граждан, руководят местным хозяйственным и культурным строительством, устанавливают местный бюджет. Обстоятельно определила Конституция также систему и полномочия органов государственного управления, суда и прокуратуры.

Конституция СССР 1936 г., как  уже отмечалось, закрепила новую  избирательную систему, принципиально  отличную от той, которая сложилась  еще в первые годы Советской власти. Эта система выглядела более  демократичной и приближалась к  тем, которые существовали в буржуазных государствах. Во всяком случае, прежняя  специфичная система выборов  отпала.

Если прежде избирательное  право было всеобщим только для трудящихся, то теперь классовые ограничения  были сняты. Собственно говоря, они  отпали сами собой, поскольку исчезли  эксплуататоры, а следовательно, и лишенцы. Лишались избирательных прав только две категории граждан: умалишенные и лица, осужденные с лишением избирательных прав. Правда, вторая категория в 30-х гг. резко расширилась. С этими исключениями принцип всеобщности соблюдался достаточно последовательно. Число участвующих в выборах приближалось к 100%, на обеспечение возможно более полной явки избирателей для голосования были направлены все усилия партийных, комсомольских, профсоюзных органов. Да и процент голосования за выдвинутых кандидатов был весьма высок, также приближаясь обычно к 100%. Правда, у избирателей чаще всего не было настоящего выбора при голосовании, поскольку выдвигался лишь один кандидат. При этом, конечно, ничто не мешало голосовать против этого кандидата.

В новом избирательном  праве исчезло прежнее неравенство  городских и сельских избирателей. Теперь нормы представительства  стали едиными для всех граждан.

Отпала и прежняя многостепенность выборов. Теперь во все представительные органы от сельсовета до Верховного Совета СССР выборы проводились непосредственно  избирателями. Это укрепляло связь  избирателей с депутатами, ставило  последних под контроль. Избиратели стали чаще обращаться к депутатам  с различными житейскими нуждами.

Серьезно укреплял демократизм  выборов переход к тайному  голосованию. Он обеспечивал более  свободное волеизъявление избирателей. На практике граждане не только голосовали, но и нередко высказывали свои эмоции надписями на бюллетенях для  голосования.

Был изменен и принцип  организации выборов. На смену прежнему производственно-территориальному принципу пришел новый, чисто территориальный, т.е. голосование стало проводиться не на предприятиях, не по месту работы, а только по месту жительства. Правда, выдвижение кандидатов производилось, как и раньше, на предприятиях и в учреждениях.

Начиная с первых выборов  в Верховный Совет СССР, проведенных  в 1937 г., избирательные кампании стали  проводиться как праздник, с большой  торжественностью и парадностью. Они  завершали избирательную кампанию, которая была, в сущности, большой  формальностью, ритуалом демократии, ибо  само выдвижение кандидата обычно уже  предопределяло его избрание. Однако партийные органы, подбиравшие кандидатов, заботились о том, чтобы в составе  избранных были представлены в должных  пропорциях различные социальные группы - рабочие, крестьяне, интеллигенция, возрастные категории, не только коммунисты, но и  беспартийные, не только мужчины, но и женщины и т.д. Предпочтение отдавалось не способности гражданина умело выполнять депутатские обязанности, а его производственным показателям, поэтому в составе депутатов оказывались стахановцы, передовые колхозники, выдающиеся деятели искусства и, разумеется, партийный актив.

Судебные и внесудебные органы. Конституция 1936 г. и принятый в 1938 г. специальный Закон о судоустройстве не внесли принципиальных изменений в судебную систему. Они скорее обобщили уже накопившийся опыт.

Тем не менее некоторые заметные нововведения были провозглашены. Несколько поменялся порядок формирования народных судов. Для них вновь был введен принцип выборности непосредственно населением, правда, на практике пока что не проводившийся. Произошли перемены в статусе и формах деятельности верховных судов. Ключевым моментом здесь стали преобразования, касающиеся положения Верховного Суда Союза. На протяжении 1933 - 1936 гг. компетенция высшего судебного органа страны расширяется. При создании Верховного Суда СССР законодатель считал основой его деятельности регулирование отношений Союза и республик в судебной сфере. Но в названные годы Верховный Суд СССР постепенно превращается в обычный, хотя и стоящий во главе всей судебной системы судебный орган. Сначала, в сентябре 1933 г., он получил право давать директивные указания верховным судам союзных республик по вопросам судебной практики, обследовать судебные органы союзных республик. Он стал также отменять и изменять постановления, определения, решения и приговоры верховных судов союзных республик. Для этой работы была учреждена специальная судебно-надзорная коллегия.

Новая Конституция Союза подвела  итоги эволюции статуса Верховного Суда, записав: "Верховный Суд  СССР является высшим судебным органом. На Верховный Суд СССР возлагается  надзор за судебной деятельностью всех судебных органов СССР и союзных  республик".

Единство и централизация судебной системы были закреплены и созданием  в 1936 г. Народного комиссариата юстиции СССР, на который было возложено, в частности, и управление судами всего государства.

Законодательство предусматривало  осуществление правосудия только судами, и это действительно реализовывалось  на практике, когда речь шла о  гражданских и общеуголовных  делах. Однако при обвинении в  контрреволюционных преступлениях  дело обстояло иначе. Здесь применялась  и внесудебная репрессия. В 1934 г. в ходе создания НКВД СССР при наркоме внутренних дел было образовано так называемое Особое совещание (ОСО), которое могло применять репрессию, подобно судебным органам, но без надлежащих процессуальных гарантий, даже без вызова самого обвиняемого. В Особое совещание входили заместитель наркома внутренних дел СССР, уполномоченный НКВД СССР по РСФСР, начальник Главного управления милиции, народный комиссар внутренних дел союзной республики, на территории которой возникло дело. На заседаниях Особого совещания должен был присутствовать Прокурор СССР или его заместитель.

Особое совещание заменило собой  судебную коллегию ОГПУ. По справедливому  мнению В.М. Курицына, это означало, вообще говоря, смягчение репрессии, ибо права ОСО были меньше, чем  у судебной коллегии, которая могла  даже в узком составе (три члена) применять любое наказание вплоть до расстрела. ОСО же, первоначально, могло назначать лишь ссылку, высылку  или заключение в исправительно-трудовые лагеря сроком до 5 лет <*>. Правда, это  послабление было скоро ликвидировано: уже в 1937 г. Особое совещание получило все репрессивные права вплоть до расстрела.

--------------------------------

<*> См.: Курицын В.М. История государства и права России. 1929 - 1940 гг. М., 1998. С. 103.

Очевидно, со временем ОСО перестало  справляться со все увеличивающимся количеством дел. Поэтому в 1935 г. с явным превышением власти приказом НКВД были созданы так называемые тройки, которые стали как бы филиалами ОСО на местах. В них входили: первый секретарь соответствующего обкома партии, начальник областного управления НКВД и областной прокурор. В 1937 г., в разгар массовых репрессий, эта конструкция была еще упрощена - из "троек" исключили представителей партийных органов, сделав "двойки". Впервые "тройки" были изобретены еще в пору сплошной коллективизации, причем не в центре, а на местах, местными партийными органами. Они не были санкционированы законом и лишь молчаливо приняты к сведению Политбюро ЦК ВКП(б) <*>. В середине 30-х гг. создавались также милицейские "тройки" для борьбы с мелкими правонарушителями в городах, для очистки городов от нежелательных элементов.

--------------------------------

<*> См.: Курицын В.М. Указ. соч. С. 94.

В результате деятельности всех карательных  органов число заключенных к  концу 30-х гг. выросло в несколько  раз, достигнув 1,9 млн. человек. Следует  отметить высокий процент политзаключенных - от 12,8 до 34,5% в разные годы <*>.

--------------------------------

<*> См.: Там же. С. 114.

Курс на развитие централизованных начал в государственном руководстве  привел к реорганизации прокуратуры. Пропаганда объясняла это необходимостью укрепления законности. Объективно централизация  прокуратуры действительно могла  способствовать укреплению законности, хотя и не всегда достигала этой цели. В июне 1933 г. была организована Прокуратура СССР. На нее возлагались обязанности по надзору за соответствием постановлений и распоряжений ведомств, республиканских и местных органов Конституции и всему законодательству Союза, обязанности по судебному надзору, по возбуждению уголовного преследования и поддержанию обвинения, надзору за законностью действий органов ОГПУ, милиции, угрозыска и исправительно-трудовых учреждений. В соответствии с этим упразднялась Прокуратура Верховного Суда СССР, а ее функции передавались Прокурору Союза.

Учреждение Прокуратуры СССР завершало  строительство системы прокурорских органов Советского государства. Однако полного единства эта система  еще не достигла, так как прокуратуры  союзных республик находились пока что в ведении наркоматов юстиции, хотя общее руководство деятельностью  республиканских прокуратур оставалось за Прокурором Союза ССР. Да и сам  Прокурор Союза находился как  бы в двойном подчинении - не только ЦИК Союза, но и правительству, перед  которым он был ответствен. Даже оба постановления 1933 г. о создании Прокуратуры Союза были изданы совместно ЦИК и СНК Союза <*>.

--------------------------------

<*> См.: Советская Прокуратура  в важнейших документах. М., 1956. С. 397, 402.

Образование в этот период специальных  судов на транспорте (железнодорожных  линейных и водных транспортных) обусловило и создание специальных прокуратур железнодорожного и водного транспорта.

Конституция 1936 г. завершила централизацию системы прокурорских органов страны, подчинив республиканские органам Союза. В то же время и статус прокуратуры повысился: она вышла из подчинения правительства и стала зависеть только от высшего органа власти Союза - Верховного Совета.

Централизация была полезна, но сама по себе она не могла решить всех проблем, в том числе кадровой. Так, в 1937 г. лишь 9,3% следователей по Союзу имели высшее юридическое образование <*>.

--------------------------------

<*> См.: Советская Прокуратура.  Очерки истории. М., 1993. С. 61.

ОГПУ - НКВД в данный период претерпели значительные изменения и вошли  в историю не всегда с лучшей стороны.

ОГПУ было создано после образования  СССР и занималось, по преимуществу, вопросами государственной безопасности, а также борьбой с политическими  преступлениями. В 1934 г. при создании НКВД СССР ОГПУ было включено в Наркомвнудел в качестве Главного управления государственной безопасности.

Советская внешняя разведка, которой  занимались армейские разведывательные органы, была поставлена очень хорошо и давала порой удивительные результаты. Достаточно сказать, что сообщение  об утверждении плана нападения  на Советский Союз, знаменитого "плана  Барбаросса", лежало на столе у  Сталина уже через 11 дней после  его подписания Гитлером. К сожалению, данные разведки не всегда правильно  воспринимались руководством страны, что, в частности, повлияло впоследствии и на неудачное начало Великой  Отечественной войны.

Успехи советской разведки были обусловлены в большой мере тем, что она опиралась не только на платных сотрудников, но и на сочувствующих  нам людей за границей, которые  считали Советский Союз знаменосцем  великих идей и поэтому бескорыстно  выполняли трудную и опасную  работу. Среди заграничных сотрудников  разведки были и белые эмигранты, которые работали отчасти из нужды, а отчасти в надежде заслужить  возвращение на родину.

Из идейных побуждений нам помогали и работники Коминтерна, считавшие  Советский Союз родиной всех трудящихся.

К сожалению, и внешнюю разведку не обошли репрессии. Порой лучшие ее кадры погибали, а некоторые скрылись или даже перешли на сторону наших  врагов.

Неплохо работала контрразведка. Ее усилиями, особенно в предвоенный период, были обезврежены целые подпольные организации  зарубежных разведок.

Однако наряду с борьбой против действительных врагов Советского Союза  в середине 30-х гг. НКВД занялся  и придумыванием врагов, когда  ни в чем не повинные люди вдруг  становились агентами японской, германской, английской и невесть еще каких  разведок со всеми вытекающими отсюда последствиями. Многие коммунисты обвинялись в троцкизме, что тоже считалось  преступлением не только против партии, но и против государства. К этому, правда, были некоторые основания, поскольку  Л.Д. Троцкий, высланный в 1929 г. из СССР, действительно активно вредил не только лично Сталину, которого ненавидел, но и Советскому государству, пока в 1940 г. не был убит.

Многие советские граждане обвинялись в подготовке надуманных террористических актов, диверсий, вредительстве. Надо сказать, что какие-то основания для обвинения  всегда находились. Например, на предприятиях нередко случались аварии, вызванные  низким техническим уровнем рабочих, вчера еще пришедших из деревни, а также обычным разгильдяйством. Но когда дело попадало в руки следователей НКВД, они мигом придавали ему политическую окраску, хотя обычно никакого контрреволюционного умысла у обвиняемых не было. Большое распространение получили дела об антисоветской пропаганде и агитации. Под нею понималась почти всякая критика существующих порядков. Это сплошь и рядом использовалось корыстными и недобросовестными людьми, когда хотелось, например, свалить начальника и занять его место или отнять квартиру у соседей.

Постановления Особого совещания  лишь завершали цепь беззаконий, творимых оперативными и следственными частями  органов НКВД, готовивших материалы  для окончательного решения по конкретным делам.

Нельзя сказать, что все эти  беззакония совсем не вызывали никаких  протестов, и в первую очередь  со стороны прокуратуры. Во всяком случае, факты активного противодействия  беззаконию отмечаются в первой половине 30-х гг. Однако известны случаи, когда  прокурорское реагирование на произвол приводило к тому, что сами прокуроры  оказывались за решеткой. Такая судьба постигла даже Прокурора Союза И.А. Акулова <*>.

--------------------------------

<*> См.: Советская Прокуратура.  Очерки истории. С. 67 - 68.

Впрочем, в 1935 - 1937 гг. и сами прокуроры  были втянуты в творящиеся беззакония, когда они были включены в пресловутые "тройки" и "двойки".

Вопрос об объеме репрессий 30-х  гг. вызвал в публицистике широкие  споры, некоторые авторы исчисляли  количество репрессированных десятками  и чуть ли не сотнями миллионов  человек. В последние годы было точно  установлено и проверено число  пострадавших от этих репрессий. За 1930 - 1953 гг. оно составило 3778234 осужденных всеми судебными и внесудебными органами, а не 110 млн. - как утверждала одна из авторов; расстреляно было 786098 человек <*>. Конечно, это тоже громадное  число. Но надо иметь в виду, что  в массе осужденных были как невиновные, так и виновные в государственных  преступлениях.

--------------------------------

<*> См.: Курицын В.М. Указ. соч. С. 112.

С историей НКВД тесно связано развитие милиции. В 1930 г. были упразднены народные комиссариаты внутренних дел союзных и автономных республик, ведавшие весьма разнородными отраслями управления: коммунальным хозяйством, пожарной охраной, борьбой с преступностью и т.д. На базе их структурных подразделений были созданы отраслевые органы, непосредственно подчиненные совнаркомам республик, в том числе управления милиции и уголовного розыска <*>. В 1931 г. было издано Положение о Рабоче-крестьянской милиции Союза ССР, в котором впервые регламентировались ее организация и деятельность в масштабе всего Союза. Положение предусматривало более полное подчинение органов милиции ее центральным органам. Централизация была усилена еще больше, когда в 1932 г. было создано Главное управление Рабоче-крестьянской милиции при ОГПУ, подчинившее республиканские управления милиции. При образовании в 1934 г. Наркомата внутренних дел СССР Главное управление милиции было включено в его состав. Централизация охраны общественного порядка, с одной стороны, позволяла более планомерно и масштабно организовывать борьбу с преступностью, но с другой - невольно сковывала инициативу местных работников, привыкших ожидать директив центра.

--------------------------------

<*> См.: Малыгин А.Я. Развитие  системы органов внутренних дел  в предвоенные годы // Полиция  и милиция России: страницы истории.  М., 1995. С. 146.

При создании НКВД Союза ему были подчинены и другие ведомства: Главное  управление пограничных и внутренних войск, Главное управление пожарной охраны, Главное управление исправительно-трудовых лагерей и трудовых поселений, отдел  актов гражданского состояния. Позже  в него вошли также Главное  управление шоссейных дорог, Главное  управление геодезии и картографии, Главное архивное управление и др. НКВД очень разбух, к тому же ему  приходилось руководить весьма разнородными сферами управления. Этим объясняют  выделение из состава Наркомвнудела в начале 1941 г. Главного управления государственной безопасности, которое стало самостоятельным наркоматом.

В данный период были реорганизованы и контрольные органы. По решению XVII съезда партии ЦКК-РКИ была упразднена. Вместо нее создавались самостоятельные Комиссия партийного контроля и Комиссия советского контроля при Совнаркоме СССР. Партийный контроль, таким образом, был вновь отделен от государственного.

В 1940 г. Комиссия советского контроля была ликвидирована и вместо нее создан Наркомат госконтроля. Это уже был сугубо чиновничий орган, безо всякого участия общественности. Главной его заботой был финансовый контроль. Об общем совершенствовании государственного аппарата, как это делала РКИ, он не заботился.