Атрибутивные сочетания и их перевод

Атрибутивные  сочетания и их перевод

  Атрибутивные  конструкции представляют собой  один из наиболее распространенных  типов свободных словосочетаний  в современном английском языке.  Они часто встречаются в общественно-политических  и научно-технических текстах.  

 Исследователи  перевода указывают, что особый  интерес для перевода представляют  препозитивные атрибутивные группы, то есть такие словосочетания  в современном английском языке,  которые обладают «целым рядом  специфических особенностей и  ставят перед переводчиком немало сложных задач» (В. Н. К о м и с с а р о в, Я. И. Р е ц к е р, В. И. Т а р х о в. Пособие по переводу с английского языка на русский. Ч. I. М., Изд-во лит-ры на иностр. яз., 1960, с. 89.) 

 Чтобы добиться  правильного перевода атрибутивных  словосочетаний, переводчик должен знать структурно-семантические особенности таких словосочетаний и представлять себе, какими средствами он располагает в русском языке для преодоления возникающих трудностей. Поэтому при рассмотрении вопроса о переводе подобных словосочетаний целесообразно сначала остановиться на их структурно-семантических особенностях, а затем отметить основные приемы их перевода.  

 Изучение  структурно-семантических особенностей  атрибутивных групп в современном  английском языке обнаруживает больший, по сравнению с русским языком, диапазон смысловых связей между членами словосочетания. Рассмотрим это явление на ряде примеров.

  Из приведенных  примеров следует, что переводчику  приходится проделывать значительную  аналитическую работу, чтобы правильно  передать в переводе смысловые  связи между элементами в английских  атрибутивных сочетаниях.  

 С другой  стороны, следует признать, что  во многих случаях такого смыслового  развертывания не требуется, и  тогда процесс перевода значительно  облегчается.

  Наиболее  трудными для перевода являются  атрибутивные сочетания, включающие более двух-трех слов, как, например: "World without bombs" conference programme - программа конференции «за мир без бомб»; Africa denuclearization declaration - декларация об объявлении Африки безъядерной зоной; European Petroleum Equipment Manufacturers Federation-Европейская Федерация предприятий по производству оборудования для нефтяной промышленности и т. д.  

 В этих  случаях сначала необходимо найти  ключевое слово, с которого  следует начинать перевод. Такое  слово всегда находится в конце атрибутивного сочетания. Затем следует разобраться во внутренних смысловых связях атрибутивной конструкции, идя от конечного ключевого слова к его непосредственному определению.  

 С атрибутивными  конструкциями особенно часто  приходится встречаться в научно-технических текстах. Как перевести, например, атрибутивную конструкцию antifriction bearing lay-out diagram? В соответствии с приведенной выше рекомендацией определяем ключевое слово. Это - слово diagram. Следовательно, речь идет о схеме. Какой схеме? Рассматриваем определения к слову diagram: lay-out diagram - букв. «схема расположения». Необходимо сделать дальнейшие смысловые уточнения antifriction bearing lay-out diagram - схема расположения подшипников качения. Таким образом, образуется целая цепочка взаимосвязанных слов, относящихся к ключевому слову. Схематически эту связь можно изобразить следующим образом.

 Данное явление  получило столь широкое распространение в научно-технической литературе, что появились целые словари с такого рода словосочетаниями. Вот некоторые примеры, заимствуемые нами из американского словаря по электротехнике(Paul М а с u r a. The Russian-English Dictionary of Elec-trotechnology and Applied Sciences. N. Y., 1971. ):

время кадрового  обратного хода - frame flyback time метод 

амплитудных частот - amplitude grating method  

 Особый интерес  представляет перевод атрибутивных  конструкций в газетных заголовках. Для того чтобы правильно перевести газетный заголовок, необходимо иметь определенный навык в расшифровке их значения. Рассмотрим некоторые заголовки из газеты "Morning Star" за 1974 год.  

Immigrant check plan "sinister". Как видно из данного примера,  препозитивная группа существительных сопровождается прилагательным. Следовательно, по всей вероятности, данное прилагательное есть часть составного сказуемого. Тогда в полной развернутой форме заголовок будет выглядеть следующим образом: Immigrant check plan is (looks) "sinister". Теперь надо уточнить, в каком смысле употребляется сочетание check plan - "контрольный план' или 'план контроля над...'? Нередко случается так, что информации одного заголовка явно недостаточно, чтобы дать его адекватный перевод, хотя обычно при чтении такое «схватывание» общей идеи вполне удовлетворяет читателя. В первых же нижеследующих строках смысловое содержание заголовка раскрывается совершенно четко:  

 A government plan to force some black people to show their passports or identity documents when they apply for a national insurance card was condemned in the Commons last night as "sinister".  

 Вчера вечером палата общин объявила «зловещим» план правительства (Англии), в соответствии с которым некоторые чернокожие будут обязаны предъявлять свои паспорта или удостоверения личности при подаче ими заявления о выдаче страховой карточки.  

 Теперь ясно, что речь идет о плане контроля  над иммигрантами при выдаче  им страховых карточек. Таким  образом, весь заголовок можно  перевести так: План контроля  над иммигрантами объявляется «зловещим».  

 Особую трудность  в переводе представляют заголовки,  в которых герундиальная конструкция  может быть перепутана с отглагольным  существительным, употребляющимся  в функции определения. Prentice back to bashing militants. Что же вновь собирается сделать Прентис? Может быть, он вновь вернулся к «энергичным» активистам? Или Прентис вновь нападает с критикой на активистов? Трудность перевода словосочетания bashing militants усугубляется еще тем, что слово bashing сравнительно редко" употребляется в английском языке. Кстати сказать, одним из значений слова bashing может быть 'вечеринка'. Ключом к разгадке служит контекст.

Labour's shadow employment minister Reg Prentice took up his "militant-bashing" campaign again yesterday.

Peг Прентис,  министр по вопросам найма  теневого кабинета лейбористской  партии, вчера вновь обрушился  на активистов.  

 Стало быть, заголовок можно перевести так:  Прентис вновь атакует активистов. (Или: Прентис вновь обрушился на активистов.)  

 Весьма примечательным является также стилистический прием журналистов, состоящий в том, чтобы при переносе статьи на другие страницы давать второй заголовок, обыгрывающий ту же мысль. На третьей странице газеты продолжение этой статьи дается уже под заголовком: Prentice bashed militants again. Для перевода такого заголовка можно обойтись и без контекста: Прентис вновь резко критиковал активистов.  

 Немалую роль  в переводе заголовков играет  умение переводчика расшифровывать  сокращения. (Например, Miner's demo support grows. Здесь речь идет о miner's demonstration support и всю фразу следует перевести: Растет поддержка демонстрации шахтеров.)  

 Нередко препозитивная  группа существительных завершается  предлогом плюс существительное: Health hazard pay plan for miners. Эта концовка как бы уточняет всю атрибутивную группу. Перевод можно дата такой: . План дополнительных выплат шахтерам за работу во вредных для здоровья условиях.  

 В некоторых  случаях концовка может указывать  на лицо, ответственное за то  мероприятие, о котором говорится в заголовке. Например, Tory plan for budget of despair - Foot. Уточнить, что означает слово Foot - фамилию или что-либо еще, можно лишь на основе контекста. Читаем статью:

Ted Heath and Chancellor Anthony Barber are preparing a budget of "unparalleled severity" to be introduced in March, warned Mr Michael Foot in the Commons last night.  

 Таким образом, заголовок можно перевести: Тори планируют «бюджет отчаяния». План будет представлен Футом. Поскольку каждому англичанину хорошо известны имена видных членов парламента, то в рассматриваемом примере перед фамилией нет даже привычного М.Р. - member of Parliament.  

 В данном  разделе мы специально остановились  на некоторых вопросах заголовков, поскольку переводчик нередко  является к тому же референтом и, следовательно, должен быстро уметь ориентироваться в массе информационных материалов.

Сленг, его место в  лексике современного английского языка  и перевод сленга

Свидетельством  интереса советских лингвистических, психологических и переводческих  кругов к вопросам сленга является недавно изданная в СССР работа Г. А. Судзиловского (См. Г. А. Судзиловский. Сленг - что это такое? М., Воениздат, 1973.) В разделе, посвященном рассмотрению самого понятия «сленг», Г. А. Судзиловский отмечает, что под термином «сленг» обычно объединяются самые различные понятия. К числу наиболее существенных отличительных признаков сленга Г. А. Судзиловский относит следующие: 

1) Сленг -- это  лексическое явление. 

2) К сленгу  относится нелитературная лексика. 

3) Сленг -- это лексика, характерная для устной речи. 

4) Сленг -- это  лексика, имеющая эмоциональную  окраску. 

5) Сленг характеризуется  определенной фамильярной окраской. 

6) К сленгу "обычно  относят всякого рода шутливые, иронические и другие выражения. 

7) Сленг можно условно разделить на общеизвестный и общеупотребительный и малоизвестный и узкоупотребительный. 

8) Для сленга  характерна ограниченная понятность.   

 Благодаря  такому обилию отличительных  признаков и условности понятия  «сленг» многие лингвисты и  психологи речи вообще предпочитают обходиться другими понятиями и не употребляют термина «сленг». Однако, поскольку почти во всех американских и английских словарях помета sl. (сленг) присутствует, переводчику необходимо знать это понятие, разбираться в том, что представляет собой сленг. Сами английские и американские лингвисты также отдают себе отчет в том, что понятие «сленг» чересчур широко, но тем не менее продолжают пользоваться им за неимением другого.   
  В предисловии к словарю «Сленг и аналогичные лексические средства в прошлом и в настоящем» его автор Джон С. Фармер пишет: «Что представляет собой сленг? Фактически, я не установил этого, равно как и не смог предложить какого-либо определения, которое бы охватывало всю ту область лексики, которую при этом надо иметь в виду» (John S. F a r m e г. Slang and Its Analogues, Past and Present. A Dictionary, Historical and Comparative, of the Heterodox Speech of All Classes of Society for More Than Three Hundred Years. N. Y., 1965, p. vi.-- Пер. авт.) Джон С. Фармер далее приводит слова" исследователя сленга Маррея, который утверждал, что дать определение сленгу «вообще невозможно» (Быть может, поэтому составители «Большого англо-русского словаря» под общим руководством И. Р. Гальперина вообще отказались от термина «сленг». В то же время, как отмечалось выше, многие ученые признают этот термин. Например, И. В. Арнольд, автор книги «Стилистика современного английского языка» (Л., «Просвещение», 1973) пишет о сленге следующее: «Ярко выраженный эмоциональный, оценочный и экспрессивный характер имеет особый, генетически весьма неоднородный слой лексики и фразеологии, называемый сленгом, бытующий в разговорной речи и находящийся вне пределов литературной нормы» (с. 90).). Некоторые исследователи предлагают относить к сленгу всю ту общую лексику, которая не относится к «королевскому английскому языку» (Queen's English).

Интересную, с  научной точки зрения, трактовку  сленга можно найти в статье Стюарта  Б. Флекснера, одного из авторов «Словаря американского сленга». В предисловии к этому словарю Стюарт Б. Флекснер пишет: «Американский сленг, термин, который положен в основу названия настоящего словаря, представляет собой те слова и выражения, которые используются сравнительно большой частью широких слоев американского народа, или которые понятны ему, но по мнению большинства, не подходят для «хорошего», официального употребления их в речи» (Harold Wentworth and Stuart B. F 1 e x n e r- Dictionary of American Slang. N. Y., 1967, p. vi. ). В цитируемой статье Стюарт Б. Флекснер приводит красноречивые данные. Общий словарный запас «среднего американца», пишет автор, насчитывает примерно 10 000 -- 20 000 слов. Из них около 2000 слов относятся к сленгу. Следовательно, сленг составляет 10 -- 20 процентов от упомянутого выше общего лексического запаса. Следует, правда, отметить, что этот лексический запас, по словам Стюарта Б. Флекснера, хотя и известен в полном объеме «среднему американцу», но редко используется полностью в реальной речевой практике. Свои выводы Стюарт Б. Флекснер подкрепляет, в частности, следующими данными. Всего в словарный состав английского языка в США, по подсчетам ученых, входит 10 000 слов, относящихся собственно к сленгу, и 35 000 слов -- к его разновидностям: это -- профессиональный сленг, жаргонизмы, арго, крылатые шутливые фразы (Эти данные, мало известные в советской лексикографии, Стюарт Б. Флекснер приводит в упоминавшемся выше предисловии, с. viii.-- Прим. авт.).

На границе  между сленгом и несленгом  стоят так называемые «коллоквиализмы», то есть сугубо разговорные словечки. Например, такие слова и обороты, как to hit the high bpots -- останавливаться на основных местах (в сообщении), to kick him out -- выгнать его, nit picking -- мелочные придирки, rough neck -- хулиган, skedaddle -- улепетывание, to tag after -- следовать по пятам (букв. «плестись за кем-л.»), неизменно фигурируют в словарях как коллоквиализмы.

Помета «коллоквиализм» (coll.) показывает, что в некоторых  ситуациях (например, в официальной  обстановке) употребление коллоквиализмов  может быть неуместным. А во всех остальных случаях использование коллоквиализмов -- весьма характерная черта современного английского языка.

В какой, степени  английский сленг все же отличается от коллоквиализмов? По мнению С. Флекснера, это различие следует усматривать в частоте употребления соответствующих единиц и в степени их понятности. Действительно, судя по анализу некоторых клише и выражений из области сленга (см. разд. о переводе клише), в период возникновения сленгизмов и перехода их в более широкую сферу они не обладают достаточной понятностью (отсюда и большие трудности, связанные с их переводом).

Вторая отличительная  особенность сленга -- это сфера  употребления. Коллоквиализмы имеют, несомненно, более широкую сферу распространения, чем, например, малоизвестный сленг.

И, пожалуй, последнюю  особенность составляет разница  в эмоциональной окраске сленга и коллоквиализмов. Сленг характеризуется  более яркой эмоциональной окраской.

Следует отметить, что со сленгом часто ассоциируются  такие близкие к нему понятия, как профессионализмы, жаргонизмы и вульгаризмы. Все они могут быть отнесены к «более низкому уровню языка» (О поразительной способности некоторых групп населения создавать свой «язык», или, точнее говоря, использовать свой собственный социальный диалект, можно судить хотя бы по таким лексикографическим трудам: J. Е. Schmidt "Narcotics Lingo and Lore". N. Y., 1959; Eugene E. Landy "The Underground Dictionary". N. Y., 1971. Из советских исследований сленга следует отметить вышеупомянутую работу Г. А. Судзиловского.) или, другими словами, представляют собой лексику, находящуюся за пределами литературного английского языка.  
Провести четкую грань между этими пластами лексики очень трудно, поскольку, как указывает И. Р. Гальперин, «различие между профессионализмами и жаргонизмами, между просторечием и диалектизмами вообще трудно поддается учету. Эти различия столь ничтожны в отдельных случаях, что порой кажется ненужным само разграничение. Однако отсутствие абсолютного критерия определения принадлежности слова к той или иной группе не есть отрицание существующих различий» (БАРС. Введение, с. 15.). С точки зрения употребляемости в речи для жаргонизмов и профессионального сленга характерна значительно более узкая сфера употребления, чем для общего сленга и диалектизмов. Жаргонизмы и профессионализмы, как правило, понятны лишь отдельным узким группам населения. Обе эти группы можно отнести к малоизвестному сленгу, к которому, кстати сказать, часто относят и арго. Совсем другое дело -- общий сленг.

Под общим сленгом  мы имеем в виду разговорную лексику, характеризующуюся ярко выраженной эмоционально-оценочной окраской. Портер Г. Перрин, автор «Указателя-справочника по английскому языку для писателей» понимает под сленгом живой, выразительный, современный язык, который используется как в стандартном, так и в нестандартном английском языке. Он пишет: «При умелом употреблении сленг сообщает речи любого человека искру живости и блеска» ( Porter G. P e r r i n. Reference Handbook of Grammar and Usage. Derived from Writer's Guide and Index to English. N. Y., 1972, p. 237.). Портер Г. Перрин, однако, предупреждает, что слова имеют свой срок жизни и что сленг тоже со временем устаревает, утрачивает свою первоначальную свежесть и оригинальность. Если современный писатель или журналист не учитывает этого фактора, то авторское произведение, содержащее, к примеру, сленг эпохи 20-х годов, может утратить для читателя не только оригинальность, но и вообще будет малопонятным.

Что означают в  настоящее время, например, такие (когда-то всем известные) слова из области сленга, как lounge lizard или sockdolager? "The American Heritage" даже не регистрирует сленгизм lounge lizard, а сленгизм sockdolager сопровождается пометой archaic. Лишь с помощью словарей более раннего издания можно узнать, что слово-клише lounge lizard раньше употреблялось в значении 'завсегдатай дансингов', a sockdolager -- 'решающий довод'. Следовательно, для современного американца или англичанина, не говоря уже об иностранце, изучающем английский язык, эти слова не очень понятны, так как они окончательно вышли из моды.

В то же время  многие слова из сферы сленга, в  конечном счете, утверждаются в общенародном языке, становясь составной частью общего достояния. Значение слова bonus ('бонус', 'премия') когда-то было известно только узкому кругу биржевых маклеров, сейчас же данное слово -- составная часть основного словарного фонда английского языка. Более того, на базе этого слова сформировались такие словосочетания, как bonus job -- сдельная работа и bonus system -- премиальная система оплаты.

Широко известный  ныне историко-политический термин carpet-bagger (букв. «саквояжник», «северянин, добившийся влияния и богатства на юге») когда-то был явным сленгизмом в американской речи. Теперь у слова carpet-bagger сфера  значения расширилась, и оно может фигурировать в любом контексте в значении 'политический авантюрист', 'проходимец'. То же самое можно сказать и о таких бывших сленгизмах, как killjoy -- брюзга; hobo -- безработный, перебивающийся случайными заработками, бродяга; highbrow -- «аристократ ума», «интеллектуал».

В отличие от общего сленга более узкую сферу  сленга обычно относят к специальному сленгу. В разряд специального сленга вливаются различные жаргоны  и профессиональная лексика. При  более детальной классификации  лексических единиц арготизмы и профессионализмы некоторыми исследователями выделяются в специальный лексический пласт.

На фоне столь  пестрого лексического разнообразия сленгу принадлежит особое место. Еще в 30-х годах Э. Партридж (Eric Partridge. The World of Words. An Introduction to Language in General and to English and American in Particular. N. Y- 1970, p. 116. .) вполне обоснованно подчеркивал, что сленг не является и не должен отождествляться с а р г о или л и н г о. Принимая во внимание это соображение и. то определение сленга, которое было дано Стюартом Б. Флекснером, ниже воспроизводим схему языковых источников сленга в США, данную Флекснером.

Из этой схемы  видно, за счет каких групп населения в основном происходит развитие и обогащение сленга в США. Соглашаясь в принципе с данной классификацией, мы в то же время хотели бы подчеркнуть, что сленг обогащается не только за счет указанных в схеме источников. Практически сленг образуется во всех сферах жизни.

Говоря о сленге, нельзя не упомянуть об обогащении сленга в США американскими неграми. Исследователь Кларенс Мейжор говорит  даже о существовании самостоятельного «афро-американского сленга», за которым, по словам автора, скрывается «явное ощущение глубокого несчастья его носителей» (Clarence Major. The Dictionary of Afro-American Slang. N. Y- 1970. p. 9.).

Интенсивное проникновение  сленга в словарный фонд общенационального  языка объясняется большим влиянием средств массовой информации. Так, в США существует целая сеть постоянно действующих институтов массовой информации, которые непрерывно «бомбардируют» сознание рядового американца, стандартизируют его образ мышления.

Данное наблюдение находит подтверждение в языке  многих современных американских книг и журналов, а также во многих новейших словарях, изданных в США, в которых сленгу уделяется все большее внимание. Постоянное обращение к ресурсам сленга не может не сказываться на речевых навыках масс- Речевая норма ломается, открывая широкие возможности для распространения просторечия.

В 1755 году крупнейший в мире лексикограф Сэмюель Джонсон, автор словаря "Dictionary of the English Language", писал, что задача лексикографа -- «исправлять  и предписывать». На протяжении- многих лет такая концепция была законом в лексикографии. Одним из достоинств любого словаря всегда считалось, что его составители являются крупнейшими авторитетами в области языка/своего рода «законодателями». Так, фирма "G. and С. Меrriam Company", специализирующаяся на издании словарей Вебстера, всегда с гордостью помещала следующую надпись о своем словаре: "supreme authority" -- наивысший авторитет. Такое положение сохранялось довольно долго, вплоть до выхода в свет в 1961 году третьего издания словаря Вебстера.

Как только этот словарь вышел в свет, в печати стали появляться критические статьи в адрес его составителей. Одной  из них является статья «Смерть значения», напечатайная в газете «Торонто Глоуб  энд Мейл» ("The Toronto Globe and Mail", 1961, Sept. 8.). В статье обращается внимание на весьма интересный лингвистический факт: если слово ain't уже более не отмечается в словаре как коллоквиализм или сленг (а это всегда было так раньше), то не равнозначна ли такая позиция авторов молчаливому потворству в отношении употребления «испорченного английского языка»?

Столь же резкую позицию занял Гарри Уиллс, опубликовавший свою статью: «Их метод -- сумасшествие»  (Garry Wills. Madness is Their Method. In: "The National Review". 1962, Febr. 13, pp. 98 -- 99.), где он отмечает, что в ходе своего развития и употребления в речи слова имеют тенденцию к «истощению» и что с этим явлением следует серьезно бороться путем уточнения значений слов. Нет сомнения в том, что столь резкий крен в сторону чистого дескриптивизма в современной лексикографии США будет и в дальнейшем предметом многих научных споров и критики. С такой новой ориентацией, однако, согласны не все, и другие школы лексикографии по-прежнему стремятся составлять словари не как беспристрастные реестры слов и значений, а как высокоавторитетные справочники, помогающие ориентироваться среди сотен тысяч слов.

Почему же составители  третьего издания Вебстера встали на путь чистого дескриптивизма? Основным доводом доктора Гоува, главного редактора третьего издания, является то, что многие старые понятия или критерии «правильности» или «превосходства» одних слов- над другими более не соответствуют условиям и темпу жизни современного общества, а потому стали искусственными.

Стирание граней между различными лексическими пластами языка -- характерная черта нынешнего века. Взять, к примеру, тот же сленг. Мыслимо ли было 10 -- 15 лет назад регистрировать в словарях такое огромное количество сленгизмов, как это делается сейчас? Современные лексикографы не только не боятся сленгизмов, а скорее наоборот, с необычайным старанием фиксируют все старые и новые значения сленгизмов, употребляемых в разных ситуациях.

Сленг с его  необычайным семантическим богатством, с его поразительным разнообразием  ассоциаций, с его большой эмоционально-воздейственной силой и сравнительно большой доступностью для понимания представляет собой эффективное средство с точки зрения проявления человеком своей индивидуальности, передачи своих мыслей и чувств в самых разнообразных ситуациях.

Действительно ли это так? Интереса ради, сравним общепризнанный литературный вариант -- выражение to be (to get) angry -- быть сердитым -- с возможными сленгизмами или коллоквиализмами, заимствованными нами из различных словарей. Получаем следующую картину.

Стандартный вариант

to be (to get) angry -- быть (стать) сердитым, (разгневаться, (разозлиться)

Сленговый или разговорный  вариант

to be as mad as one can be -- рассвирепеть

as mad as a wet hen - as mad as a hornet -- взбешенный, пришедший в  ярость

to be foaming -- беситься, злиться

to foam at the mouth -- прийти  в бешенство (букв, «с пеной  у рта»)

to be huffy -- быть  раздраженным

to be in (to get into) a paddy -- быть в ярости, прийти в бешенство

to be in a wax -- быть  в ярости

to be needled -- быть  в раздражении (букв. «получить булавочный укол»)

to get the needle -- хандрить, злиться, чувствовать себя ущемленным

to be on edge -- быть  в большом нетерпении, волноваться  (букв. «быть на грани терпения»)

to be raging -- свирепствовать, бушевать, прийти в исступление

to be shirty -- быть сердитым, раздражительным