Биография и деятельность Хаджи – Мурата

Содержание

Введение

Глава I. Биография Хаджи – Мурата

Глава II. Деятельность Хаджи – Мурата

Заключение

Список использованной литературы

Введение

1834 – 1864 гг. – годы борьбы  кавказцев против присоединения  Северного Кавказа к России. В этой борьбе участвовало много смелых людей, в числе которых естественно и сам Шамиль предводитель борцов за свободу. В 1834 г. становится даже имамом. В окружении имама было немало умных, мудрых людей, которые верой и правдой служили общему делу. Имам привлекал к себе не только ученых, но и одаренных людей способных руководить крупными военными операциями. В числе первых его сподвижников можно назвать легендарного Хаджи – Мурата – редкого в мире храбреца и героя, который был воспет Л.Н. Толстым в одноименной повести «Хаджи – Мурат». На службе у Шамиля долго был наибом. Моя работа о Хаджи – Мурате и называется она так: Исторический портрет Хаджи – Мурата», я выбрала эту тему по той причине, что меня заинтересовала мягкость Хаджи – Мурата, история его жизни.

Эта тема, на мой взгляд, актуальна тем, что в ней рассказывается о героических подвигах Хаджи – Мурата, о том какой вклад он внес во время Кавказской войны, так как слыша о Кавказской войне человек ассоциирует ее с деятельностью Шамиля, не зная или не принимая во внимание его сподвижников.

Моя работа состоит из содержания, введения, двух глав. Первая глава называется: «Биография Хаджи – Мурата», в ней я раскрываю биографию Хаджи – Мурата, т.е. ответы на вопросы, где родился Хаджи – Мурат? К какой национальности принадлежит? В каких отношениях он был с ханской семьей и Шамилем, что явилось причиной конфликта между Хаджи – Муратом и Шамилем и т.д.

Вторая глава называется «Деятельность Хаджи – Мурата». В этой главе речь идет о тех набегах, которые совершал он служа у Шамиля, о набегах которые сравнимы с подвигами героем эпосов.

За двумя главами следует заключение и список использованной литературы. В написании своей работы я использовала такую литературу: Казиев Ш. «Имам Шамиль»; Покровский И.И. «Кавказские войны и имамат Шамиля»; Даниялов Г.А. «Имам Шамиль»; а также статьи о Хаджи – Мурате в публицистических изданиях; Гаджиев Булач «Пленница Хаджи – Мурата» // Женщ. Дагестана; Гохман И. «Смерть героя» // Родина №3 – 4., 1996 г.; Губаханова Р. «Хаджи – Мурат в Кавказской войне» // Н.Д. №16, 1998г.; Гулин А. «Не перестаю думать о Хаджи – Мурате» // Родина; Доного Х.-М. «Одиннадцать набегов Хаджи – Мурата»// Д.П. 19 июля 1997; Токарев В. «По следу Хаджи – Мурата» // Юность №4. 1994; Увайсов У. «Последние минуты Хаджи – Мурата» // Д.П. 12 июля 1990 г.

Глава I. Биография Хаджи – Мурата

По повести Л.Н. Толстого «Хаджи – Мурат», выйдя к русским сам рассказывает свою историю. Родился в маленьком ауле Целмес недалеко от Хунзаха, центра Аварии, где жил ханы,1 местные жители рассказывают, что в самом Хунзахе у Хаджи – Мурата на берегу реки находился его дом.2 Родился Хаджи – Мурат в 1818 г. Мать его Патимат, была приближенной к ханскому дому. Отца Хаджи – Мурата звали Гитино-Магома. Хаджи – Мурат и сын хана Булачхан родились в один и тот же день. Хан хотел, чтобы мать Хаджи – Мурата выкормила Булачхана, но она отказалась. Патимат напомнила аварскую пословицу, что глаз ближе уха и не стала вскармливать ханского сына. Она сказала: «У меня умер сын Ахмед из-за того, что я кормила ханских детей. Я не хочу, чтобы и Хаджи – Мурат умер». После ее слов отец Хаджи – Мурата – обнажил кинжал и бросился на жену, но люди вступились и не дали убить ее. После этого случая отец Хаджи – Мурата разошелся с женой. Когда мать Хаджи – Мурата уходила от мужа, она забрала сына с собой. Жена хана нашла для своего сына другую кормилицу и по-прежнему уважала мать Хаджи – Мурата. Поэтому она со своими детьми ходила к ханше и Хаджи – Мурат играл с ханскими детьми. У хана было три сына: Абунуцалхан, Умахан, Булачхан. Во времена имама Гази – Магомеда, когда мюриды ходили по аулу Хаджи – Мурату было 15 лет и он постоянно находился в доме хана на положении сына.3 В детстве молодой хунзахец изучил Коран, Мухтасар, Тафсих, любил хорошего коня и оружие.4

Как известно с самого начала движение горцев носило не только антиколониальный, но и ярко выраженный антифеодальный характер. По всему Дагестану истреблялись ханы и беки, и при внешней справедливой окраске этих событий порой носили бесчеловечный, жестокий характер. Так произошло и семьей хунзахской ханши Паху – Бике. По приказу второго имама Гамзата. Ханша была зверски убита и 3 ее сына. Были поруганы честь и достоинство самого рядового хунзахца, не говоря уже о молочных братьях ханов, которые следуя, горскому кодексу чести поклялись отомстить и осуществили это в 1834 г. в мечети, это было одобрительно встречено всем хунзахским джамаатом.5 Желая свергнуть Гамзата, Хаджи – Мурат со своим старшим братом Османом собрал 10 человек приверженцев и в мечети умертвил его. Осман, нанесший удар кинжалом Гамзату, был убит его нукерами. Родственники Гамзата укрепившиеся в ханском доме, не желали сдаваться, но были выбиты оттуда и сброшены с кручи.6 Таким образом, Хаджи – Мурат оказался по другую сторону движения, что однако не означает, что он не разделяет освободительные идеи восставших горцев и одобрительно относится к колониальной политики царизма.

После убийства Гамзата и назначения имамом Шамиля, Хаджи – Мурат немало действовал и против Шамиля. Хаджи – Мурат оказывал сопротивление Шамилю и поднял всех хунзахцев на борьбу против Шамиля. За эти дела Хаджи – Мурат получил офицерский чин от Розена и был назначен начальником над хунзахцами. Через некоторое время на место Хаджи – Мурата прибыл Казикумухский хан Магомед Мирза, а вслед за ним в Хунзах приехал генерал-майор Ахмед-хан. Несмотря на то, что управлять Аварией после истребления ханского рода был назначен родственник аварских ханов Ахмед-хан Мехтулинский, настоящим правителем был Хаджи – Мурат.

Его заслуженная популярность в народе не давала покоя формальным правителям ханства. Бессильная зависть оборачивалась клеветой и доносами начальству. Но это не помогало.

Царский гарнизон в Хунзахе нуждался в дровах, а доставлять их с плоскости было делом хлопотным и опасным. Тогда Ахмед-хан велел Хаджи – Мурату обложить этой повинностью население ханства, по вьюку с каждого дома. Население резонно отказалось, потому что на Хунзахском плато леса не растут. Когда Хаджи – Мурат сообщил Ахмед-хану, что приказ его не может быть исполнен, тот решил, что настал его час.

Хаджи – Мурат был обвинен в том, что он возмущает население против властей и принуждает к неповиновению. Сверх того Хаджи – Мурат объявлялся тайным сторонником Шамиля.

Клугенау, которого целый год преследовали неудачи, решил отличиться в раскрытии опасного заговора и сгоряча велел арестовать Хаджи – Мурата. Хаджи – Мурат был на 9 дней прикован к пушке и подвергался всяческим оскорблениям, затем его заковали в кандалы, завязали рот, чтобы он не мог позвать на помощь родственников, и ночью тайно отправили в Темир-Хан-Шуру под усиленной охраной.7 Ему удалось бежать во время перехода в другое место, он прыгнул в пропасть со связанными руками и сильно разбился. Его подобрали и выходили пастухи. «Ребра, голову, руки, ноги, все поломал» – рассказывает Хаджи – Мурат в повести Л.Н. Толстого «Хаджи – Мурат» – «Ребра, голова зажили, зажила и нога, только стала короткая» – продолжает он.8

Обида и жажда мщения привели Хаджи – Мурата к решению, перевернувшему всю его дальнейшую жизнь. Вскоре Шамиль получил от него письмо, в котором говорилось «Ты узнал мою храбрость, когда я защищал против тебя Хунзах. Желаешь ли ты испытать ее теперь, когда я хочу биться рядом с тобой?»

Шамиль понял, что в этом письме ключ к покорению Аварии. В ответном письме Шамиль отдал должное храбрости Хаджи – Мурата и назначил его наибом нескольких аварских сел, которые еще не подчинялись Шамилю.

Народ принял нового наиба с радостью, а в начале 1841 г. аул Целмес уже превратился в центр восстания охватившего всю Аварию. Правивший в Аварии Ахмед-хан, опасаясь мести и растущего влияния Хаджи – Мурата, убеждали начальство незамедлительно покончить с мятежником. Против Хаджи – Мурата были брошены части Апшеронского полка. Возглавить карательную операцию вызвался генерал Бакунин. Подоспевшие на помощь отряды Шамиля обратили нападающих в бегство.

Хаджи – Мурат, преследуя отступавших, захватил несколько принадлежавших ханству сел. Взбешенный Ахмед-хан казнил в Хунзахе ближайших родственников Хаджи – Мурата. С тех пор желание отомстить кровному врагу стало одной из главных целей Хаджи – Мурата. Ахмед-хан хорошо знал, на что способен Хаджи – Мурат и принимает чрезвычайные меры для своей защиты, жизнь хана превратилась в сплошной кошмар.

Союз Хаджи – Мурата с Шамилем был скреплен на долгие годы. Шамиль полностью доверял Хаджи – Мурату. Следуя примеру Хаджи – Мурата, на сторону имама стали переходить влиятельные люди из еще подвластных царскому командованию областей.

В первый же день прихода к Шамилю Хаджи – Мурат принял участие в битве, происшедшей в Сашюрте. После этого Хаджи – Мурат принимал участие во многих боях и служил примером для всех. В частности Хаджи – Мурат принимал участие в боях: во взятии Гельбаха и в битве с казаками. Шамиль был искренне доволен его работой и поэтому назначил его наибов в Тлох. Хаджи – Мурат хорошо стрелял из ружья, мастерски владел шашкой с обеих сторон садился на коня и красиво гарцевал на нем. Он прославился как храбрый, ловкий и талантливый наиб всей Аварии, он всегда носил медали, которые получал от Шамиля за храбрость, проявленную в крупных боях.9

Конница Хаджи – Мурата принимала участие в обороне аула Салта в 1847 г. В июне 1848 г. Хаджи – Мурат со своими конниками защищал аул Гергебель. Он сопровождал имама в Кабардинском походе, в походе в Южный Дагестан. Известный военный историк XIX в. В.А. Потто так писал о Хаджи – Мурате. «В ряду шамилевских наибов первое место по своей предприимчивости, отваге и военному таланту, бесспорно, принадлежит Хаджи – Мурату, имя которого 12 лет гремело по всему Северному Кавказу».

У простого и бедного люда Хаджи – Мурат пользовался громадным авторитетом, так в период его пленения у русских, он некоторое время находился в Кумыкском округе. Простые крестьяне обращались к нему с просьбой молиться в мечети вместе с ними, чему воспротивился местный князь Муса Хасаев. Из-за этого возник конфликт между крестьянами и князем, который долгое время пришлось разбирать местной администрации.

К 50-м годам отношения с Шамилем были осложнены из-за того, что Шамиль после своей смерти на место имама пророчил сына Газимагомеда. Недовольство Хаджи – Мурата было тут же передано имаму местными интриганами.10 Это произошло так: Однажды хунзахский наиб Хаджи – Мурат, ************ наиб Инкачилав встретились в доме Инкачилава в Гиничутле. Здесь за обедом Инкачилав сказал Хаджи – Мурату: «Имам Шамиль уже сильно постарел. Кого же поставить имамом после него? Хаджи – Мурат тут же сказал: «Имамом должен стать тот у кого острее шашка». Слова Хаджи – Мурата сильно задели Инкачилава, но оне не подал виду. Об этом случае Инкачилав рассказал Шамилю и тот сказал: «Ах как он глуп. Разве он не знает, что таких молодых как он, имамом не ставят». После этого Хаджи – Мурат долго оставался наибом».

Усугубил конфликт неудачный Табасаранский поход Хаджи – Мурата в 1851. Ход событий был примерно таков. В 1851 г. Хаджи – Мурат убедительно просит имама командировать его с 500 конными в Кайтаго-Табасаран. Шамиль исполнил это желание.11 Поход прошел неудачно, и по возвращении из Кайтаго-Табасаранской экспедиции Хаджи – Мурата, Шамиль требует себе часть военной добычи. «Пять дней спустя по приезде моем – говорит Хаджи – Мурат – явились ко мне трое из мюридов и объявили, что Шамиль требует с меня две тысячи пятьсот рублей, дорогую шубу и стамбульское ружье».12 Все просимое я отдал им, сверх того, отправил четырех лошадей и пленных детей Шах-Вали. Это-то требование имама и послужило поводом для разрыва между ним и его наибом. Шамиль считал, что виноват Хаджи – Мурат, который нарисовал план операции и погнался за сомнительной добычей.

Разгневанный имам обвинил Хаджи – Мурата в алчности, которая и привела его отборных мюридов, торопившихся спасти свою добычу к трусливому бегству от Аргутинского. Наиб в ответ заявил: «Что я не трус, знают на Кавказе даже малые дети, и горцы и русские давно привыкли уважать мою храбрость». А затем намекнул, что простительно поражение пятисот мюридов от несметных войск Аргутинского, когда сам Шамиль с 15 тыс. людей не справился с тремя батальонами Грамматина.

С тех пор трещина, всегда существовавшая в отношениях между Шамилем и Хаджи – Муратом стала стремительно разрастаться.13 Жажда лидерства и власти, гордость и тщеславие встали между двумя вождями горцев. Никто не хотел уступать. Начались интриги, ловушки, месть. Шамиль убил отца и братьев Хаджи – Мурата, захватил мать Патимат, двух жен и шестерых детей.14 Старшему сыну Юсуфу было 18 лет, младший, Мурат был младенец. Семью перевели под охрану в аул Ведено, Юсуфа посадили в яму.

Стремясь любыми путями отбить свою семью Хаджи – Мурат, перешел на сторону русских. Ни горцы, ни русские не могли поверить, что Хаджи – Мурат, этот знаменитый и бесстрашный сподвижник Шамиля, сдался добровольно.

«Впереди всех ехал на белогривом коне, в белой черкеске, в чалме на папахе, и в отделанном золотом оружии человек внушительного вида. Человек этот был Хаджи – Мурат». Так описывает Толстой встречу, когда кинжал в ножнах, а винтовка в чехле. Он (Полторацкий) ожидал мрачного, сухого, чуждого человека, а перед ним был самый простой человек, он казался не чужим, а давно знакомым приятелем. Только одно в нем было особенное: это были его широко расставленные глаза, которые внимательно, спокойно смотрели в глаза другим людям.

От офицера к полковнику, от полковника к генералу, от того к наместнику – главнокомандующими русскими войсками на Кавказе передавался Хаджи – Мурат. О Хаджи – Мурате вспоминали все реже, а обещание обменять семью на пленных черкесов не выполнялись. На его настойчивые просьбы следовали новые обещания. Во время пребывания в плену, между Шамилем и Хаджи – Муратом велась переписка. Первые письма Шамиля были угрожающие, бескомпромиссные. Последние же письма были уже иного рода. Он писал, что прощает его «вернет его имущество, семью, если он вернется». Возможно, это и послужило поводом к бегству Хаджи – Мурата из под царской охраны в Нухе. Шамиль глубоко сожалел о разрыве с Хаджи – Муратом.

25 апреля 1952 г. Хаджи –  Мурат вместе с телохранителями, перебив охрану бежал, утром следующего  дня их настигли между Белянджиком  и Кашом, их окружили. Бой был коротким – нукеры были убиты, из четырех человек, бежавших с Хаджи – Муратом, двое Гамзало и Эльдар погибли с ним, а остальные двое нукеров Магома и Ханафи, прибывшие к нему из Закатал, на другой день были пойманы, Хаджи – Мурат ранен шестью пулям. Сам он успел убить четверых и ранить шестнадцать человек. «Сломав саблю о дерево он безоружным хотел умереть достойно и гордо. Он так казался страшен, что подбегавшие, остановились. Но вдруг он дрогнул, упал на лицо и уже не двигался. Гаджи-Ага (бывший кунак Хаджи – Мурата, перешедший на службу русским), ударил его большим кинжалом, по голове… враги топтали и резали то, что не имело уже ничего общего с ним. Гаджи-Ага наступив ногой на спину тела, с двух ударов отсек голову…» Так закончилась жизнь Хаджи – Мурата, одного из главных возмутителей спокойствия на Кавказе.

Узнав о героической гибели Хаджи – Мурата, имам долго молился. На Гунибской горе, в день пленения 25 августа 1859 г. Шамиль сказала, что не случилось бы этого, будь с ним рядом Хаджи – Мурат. Респектабельность отказала аристократу М.С. Воронцову, когда он по образцу дикого средневековья решил выставить голову героя на всеобщее обозрение. Майор Туманов доставил голову в Тифлис. «Голова Хаджи – Мурата прибыла в отличном виде» – пишет Воронцов. Череп головы Хаджи – Мурата и по сей день хранится в военно-медицинской академии.

Хаджи – Мурат умер отчаянным храбрецом, каковым и жил, и мертвым он внушал ужас своим врагам.15

Глава II. Деятельность Хаджи – Мурата

Самые дерзкие набеги наиба Шамиля приводили в замешательство опытных царских генералов, наводили панику на солдат. Это было любимым делом Хаджи – Мурата, которому он отдавался всей душой, удалые набеги во главе лихого отряда преданных ему джигитов. В набег он брал не больше ста человек, по желанию каждого, причем только конных. «Не допускал в конницу лошадей с впалой спиной, так как такая бывает очень невыносливая – рассказывает Гулла, сын Хаджи – Мурата. – Не позволял брать в поход лошадь, имеющую все четыре ноги белые, так как таковая предвещает неблагополучие».

Перед выступлением в поход он обычно раздавал милостыню сиротам и вдовам, посещал могилу шейха Абу Муслима, что в Хунзахе, а после возвращения раздавал пятую часть всей военной добычи, отдельную часть отправлял в столицу имамата в государственную казну.16

Отряд этих «львов» наводил на местных жителей такой страх, что при одном восклицании «Хаджи – Мурат идет!» – все бежало… Приведу рассказ генерала Колосовского.

«Были получены как-то сведения, что Хаджи – Мурат, после одного удачного набега, возвращается к себе, в Аварию. Я получил приказ отрезать ему путь. В моем распоряжении была рота солдат и довольно многочисленный отряд милиции из Кюринского ханства. Мы заняли удобную позицию: пехота залегла в окопах, кюринцы расставлены на пикетах. Стоим всю ночь и ждем Хаджи – Мурата…

Вот на рассвете показалась группа всадников человек в 50, и впереди значок. Ехали они от нас в расстоянии не более 2-х верст и не по дороге, а напрямик, через скалы. Я скомандовал готовиться к бою. Между тем Хаджи – Мурат приблизился к нам на полуверстное расстояние и, заметив засаду, громко крикнул: «Хаджи – Мурат пришел!» При этих словах вся моя кюринская команда разбежалась, куда глаза глядят. И остался я только с ротой, не мог, конечно, оставить своего места, но не мог и стрелять, так как тогдашнее ружье не хватало на полуверстное расстояние. Люди же Хаджи – Мурата сняли косматые свои папахи и со смехом прогарцевали мимо нас рысцой.17

Те одиннадцать набегов о которых пойдет речь – только часть богатого боевого прошлого Хаджи – Мурата.

Первый набег – на Темир-Хан-Шуру.

Он был сделан в ночь на 14 апреля с целью выкрасть начальника края, генерал-лейтенант князя Орбелиани. В то время в Шуре и окрестностях было сосредоточено до 25 тыс. царского войска. Предприятие Хаджи – Мурата было отчаянным и безумным по своей смелости, но наиб для большего эффекта решил совершить его как раз в тот вечер, когда князь Орбелиани давал в своем доме бал для Шуринской губернии.18

Крепость быстро обрастала поселениями и уже превратилась в большой город, который был обнесен рвами и валами с орудийными редутами и считался совершенно непреступным. Вокруг города стояли кавалерийские полки, дозорные и сторожевые башни, между которыми сновали многочисленные патрули.19

«И вот с небольшим числом отчаянных удальцов – писал А.П. Андреев в своих «Записках о Дагестане» – переодетых казаками Хаджи – Мурат Хаджи – Мурат проник в город. Оказавшись в городе мюриды обнаружили, что их проводник из местных исчез. Единственная оплошность Хаджи – Мурата, заключалась в том, что он не знал, на какой именно улице находился дом Орбелиани. Они отправились по небольшим улицам отыскивая большой, освещенный дом. Как раз попадается, наконец им такой дом: в нем масса окон и все освещены. По знаку Хаджи – Мурата горцы бросаются внутрь дома, но … к крайнему своему изумлению, вместо офицеров в мундирах и дам в бальных платьях встречают лишь какие-то странные фигуры, одетые в серые халаты. Горцы ошиблись домом и вместо дворца генерала попали в военный госпиталь. Легко представить себе взаимное удивление больных и их непрошенных гостей. Но пока мюриды бросались из палаты в палату, больные вооружались, чем попало и напали на горцев, тем временем тревога успела распространиться по всему городу – ударили в набат, барабаны забили тревогу. Обе стороны понесли потери.

Не найдя заносчивого генерала Хаджи – Мурат исчез, так же внезапно, как и появился, успев разорить покинутые торговые лавки.

Второй набег – на Дорили

В этом  селе частично проживали еврейские поселенцы. Было захвачено много пленных евреев, их имущество и скот.

Третий набег – на Герей – авлак.

После короткого боя, в котором был уничтожен целый взвод солдат, горцы угнали большой табун лошадей.

Четвертый набег в селение Гелли.

Здесь жила вдова, княжна Райханат, родственница Ахмед-хана Мехтулинского. Налетев вихрем на аул, Хаджи – Мурат захватил княжну и все ее имущество, привез пленницу в Хунзах. Цель похищения заключалась в мщении Хаджи – Мурата Ахмед-хану, который в свое время оклеветал его перед царскими войсками. Через 8 месяцев Райханат была выкуплена ее родственниками за 1500 р.

Пятый поход – на укрепленный Дешлагар.

Здесь стояли казачьи войска. Цель набега – угнать лодей, подковами наоборот,  чтобы обмануть преследователей. Дорога шла через Салты, Куллу, Хаджалмахи, Леваши. На 2-ю ночь отряд прибыл в овраг, находящийся на земле мекигинцев. Переночевав здесь, горцы подошли к Дешлагару. Табун казачьих лошадей пасся возле крепости под охранной караульного взвода. Уничтожив охрану, Хаджи – Мурат погнал табун не по той дороге, по которой прибыл, а по направлению к морю.

Достигнув берега моря, горцы повернули на запад и доскакали до крепости Анжи (ныне Махачкала) но, поскольку здесь располагались большие воинские части, горцы, не желая столкновения, повернули на юг. Через кутан Сиген добрались до талгинского леса, где решили остановиться на отдых. Не прошло и часа, как дозорные сообщили о приближении большой погони, которую возглавлял Шамхал Тарковский с милицей и казаками.

Хаджи – Мурат приказал собрать валежный лес и следил за приближением преследователей. «Пока я не сделаю первый выстрел, все сидите спокойно за завалами в ожидании приближающегося отряда Шамхала» –  предупредил наиб.

Наступающие без единого выстрела приблизились к завалам, как вдруг раздался выстрел, и один из офицеров рухнул замертво. Началась пальба, и нападавшие в замешательстве обратились в бегство. Хаджи – Мурат, обнажив шашку, бросился с товарищами в погоню. Со стороны наиба был убит лишь житель аула Батлаич, а сам Хаджи – Мурат был ранен в руку. На седьмые сутки отряд вернулся в Хунзах с добычей – 150 лошадей, одежда,  оружие. В течении 6 суток никто из участников набега не спал.

Шестой набег – на Нижний Дженгутай.20

Женщиной редкой красоты считалась Нух-Бике, сестра Шамхала Тарковского и жена Ахмед-хана Мехтулинского. Слава о ней разнеслась далеко за пределы Дагестана.

Как-то в Хунзах из столицы Мехтулинского ханства прибыли 2 беглых кумыка. Беглецы рассказали Хаджи – Мурату, что у ворот дворца Нух-Бике ночью остается один или двое часовых. После этой беседы Хаджи – Мурат стал тайно готовить набег. Собралось у него около 200 человек. В Дженгутае же кроме тех шести сотен, были еще две сотни милиции из местных жителей. У хунзахского наиба сил было в 4 раза меньше. Но он любил говорить: «Пять золотых удобнее пятисот медных и сделают тоже самое».

На рассвете 14 декабря 1846 г. Хаджи – Мурат с двумя сотнями горцев покинул Хунзах.

Ворота дворца Нух-Бике оказались закрытыми. Хаджи – Мурат приказал рубить их топором. Где-то в стороне раздались несколько ружейных выстрелов. Надо было торопиться. В глубине дворца, в одной из комнат заполненной отделками, подушками, горцы увидели 2 перепуганных женщин. Первая была свояченица Хаджи – Мурата – хунзахская красавица Фатьма, вторая – невероятно тучная женщина Тутун-Бике. Но Нух-Бике здесь не было.

Кто-то из горцев, увидев роскошную меховую шубу, потянул ее к себе. Шуба не подавалась. Он дернул ее и от удивления замер, под шубой лежала женщина. Хаджи-Мурат сразу узнал ханшу. Он тотчас приказал дать отбой. Надо было уходить. Позже оказалось, что мюриды здорово просчитались, не заглянув в соседнюю комнату: в сундуках хранились золотые конские уборы, оружие, деньги и другие ценности ханши. Там же прятались дети – Ибрагим, Рашид и Умукусум.

Отряд захватив Нух-Бике, повернул коней в горы. Хаджи – Мурат был очень горд тем, что захватил в плен самую красивую дагестанку. Он решил незамедлительно жениться на ней и сообщил Шамилю о своем намерении, но ханша категорически отказала ему и никакими уговорами не поддавалась. Почти 3 месяца томилась в горах пленница. Потом ее обменяли на 21 мюрида, попавших в плен к русским в разное время.21

Седьмой набег – на Умсу-Буйнак.

Здесь жил двоюродный брат Нух-Бике Шахвали. Последний был зол на Хаджи – Мурата за похищение своей сестры во всеуслышание заявил: «В селение, где нет кошек, крысы и мыши свободно гуляют и играют. Похоже на это и похищение женщины оттуда, где не было мужчин для защиты. Хаджи – Мурату, если он большой храбрец не подобало совершать подобных дел».

Наиб не мог оставить без внимания эти слова Шахвали и поэтому отправился в Умсу-Буйнак. Дом Шахвали был захвачен, хозяин убит, а его жена, два сына – близнеца и все имущество увезено. Ночью, возвращаясь мимо горы Чирак, Хаджи – Мурат наткнулся на засаду. В бою был убит знаменосец Али Зарбитилав, а сидевшая верхом на лошади Кебеда бен Али – жена Шахвали спрыгнула и убежала в суматохе к солдатам. Через полтора года сыновья Шахвали были выкуплены матерью.

Восьмой набег – на Хаджалмахи.

Село занимало нейтральное положение, почти все свои набеги Хаджи – Мурат совершал через этот аул. Местные жители не раз отбивали добычу у товарищей Хаджи – Мурата, а некоторые даже были убиты. Поэтому, желая отомстить, наиб прибыл с отрядом в местность Деко Майдан, между Куппой и Хаджалмахи. План был следующим: 15 самых проворных джигитов утром ворвались в Хаджалмахи, рубя направо и налево, произвели суматоху в ауле и повернули обратно. Хаджалмахинцы, вооружившись, пустились на конях в погоню и попали в засаду. Убив пятерых и взяв в плен 22 человека, хунзахцы вернулись обратно.

Девятый набег – на Грузию.

Отправившись за реку Алазань, Хаджи – Мурат вторгся в имение Цинандали. Трофейного имущества было так много, что горцы брали только самое ценное. Возвращались по другой дороге (после набега Хаджи – Мурат возвращался всегда не по той дороге, по которой прибывал на место, это был его «метод»). Погони не было, с большой добычей вниз по реке Гаида (начало Аварского Койсу) наездник вернулись домой.

Десятый набег в окрестности Казанище.

Здесь находились табун лошадей и большое количество скота. Прогнав охрану, Хаджи – Мурат погнал табун от села. Поднялась тревога и похитителей стала преследовать сотня милиции Дагестанского полка (стоявшая в Казанище) совместно с местными жителями. Хотя погоня продолжалась до Аркас – горы, не было принято серьезных мер для отбития скота, и Хаджи – Мурат благополучно вернулся в Хунзах. 

Одиннадцатый набег – на Дженгутай.

Его совершили с целью угона скота. В этот день скот пасся близко к селу, его охраняло много людей, опасаясь нападения Хаджи – Мурата. В момент нападения подняли тревога, и местные жители выступили совместно с милицией Дагестанского полка. Силы были неравными, и Хаджи – Мурат приказал бросить захваченный скот и отступать к Аркасу. В короткой стычке многие преследователи были убиты. Дело в том, что в тот день в Дженгутае была свадьба, и после объявления тревоги многие подвыпившие сельчане и нашли свою смерть в этом деле. В отряде же Хаджи – Мурата только девять человек получили ранения. С убитых и раненых сняли одежду, оружие; лошадей и часть скота наездник угнали в Хунзах.

Рассказывают, что в бою обычно Хаджи – Мурат созывал вокруг себя земляков восклицанием: «Хунзахство отделяется» (т.е. выходи вперед). Он был великолепным наездником, метким стрелком, отчаянным рубакой. В его окружении были такие же храбрецы, как и он. Мало кто мог совершать такие стремительные набеги и рейды во вражеский тыл, и завистников у Шамилевского наиба было немало.

Заключение

Хаджи – Мурат – один из сподвижников Шамиля, родился в 1818 г. в с. Целмес, расположенном неподалеку от Хунзаха. Родители его были приближенными к ханскому дому. Хаджи – Мурат был молочным братом одному из ханских детей и воспитывался он с детьми ханши Паху – Бике. После убийства ханской семьи, мстит за их убийство, считая это своим долгом. Становится офицером и служит в царской милиции, но по наговору Ахмед-хана Мехтулинского, назначенного ханом в Хунзахе, генералом Клюки фон Клугенау, Хаджи – Мурата арестовывают якобы за подозрительное поведение и замышленный им переход к Шамилю, а на самом деле причиной послужило стремление Ахмед-хана погубить опасного соперника. Клугенау дает приказ арестовать Хаджи – Мурата и переправить в Темир-Хан-Шуру, но по дороге ему удается сбежать, убив по дороге сопровождающую его охрану, он прыгает с обрыва и чудом остается жив. После этого случая он ведет переговоры с Шамилем, выражая надежду, что тот его простит. Так и случилось Шамиль простил его за прошлое и назначает его своим наибом. Хаджи – Мурат сопровождал Щамиля во многих его походах.