Болонский процесс. 8

ВВЕДЕНИЕ          

 Актуальность проблемы  диверсификации методов обучения  в системе образования Украины  обусловлена сложными процессами  вхождения Украины в Европу, которые  включают в себя: интеграцию в  Европейское экономическое пространство, унификацию и согласование законодательной  и правовой базы, контроль миграционных  потоков, согласование политических  решений по предотвращению угрозы  распространения глобального терроризма  на территорию Европы, в том  числе и Украины и т.п. Неотъемлемой  частью этих процессов является  вхождение Украины в Европейское  образовательное пространство.  
     

Цели Болонского процесса

Болонской декларацией определены шесть основных целей создания единого  европейского пространства высшего  образования:

1. Внедрение понятной и стандартизованной системы образовательных степеней. Это необходимо для повышения конкурентоспособности и востребованности европейского высшего образования и облегчения трудоустройства выпускников европейских университетов.
2. Разделение высшего образования на два этапа - достепенного (udergraduate) и послестепенного (graduate). За основу была принята давно используемая в Великобритании и США система образования бакалавр - магистр.

Первый этап должен иметь  продолжительность не менее трех лет и завершаться получением диплома бакалавра, при этом выпускник  должен иметь законченное высшее образование и возможность претендовать на работу на соответствующих должностях.

Второй этап высшего образования  предполагает получение студентом  более высокого уровня знаний в какой-либо узкой специализации. Длиться он должен один - два года и заканчиваться  получением степени магистра (или  доктора).

3. Введение единой системы учета трудоемкости учебных программ с использованием зачетных единиц - кредитов. За основу была принята Европейская система перевода и накопления кредитов (European Credit Transfer and Accumulation System, ECTS). Кредитная система необходима, в первую очередь, для оценки уровня подготовки студента при переводе из ВУЗа в ВУЗ.
4. Обеспечение мобильности студентов и преподавателей, то есть создание для них возможностей без какого-либо ущерба продолжать образование (или работу) в другом европейском ВУЗе.
5. Обеспечение высоких стандартов высшего образования в Европе, независимых от национальных правительств. Разработка сопоставимых критериев и методик оценки уровня образования.

Повышение привлекательности  европейского высшего образования, в том числе за счет межуниверситетского  сотрудничества, обеспечения мобильности  студентов и совместимых программ обучения, проведения научных исследований и практической подготовки.

Болонский процесс  в Украине

Прежде чем говорить о  достоинствах и недостатках распространяющегося  на Восток процесса формирования общего образовательного и научного пространства (и сопровождающей этот процесс разработки единых требований, критериев и стандартов в этой сфере), необходимо вспомнить  о том, что т.н. «Болонский процесс» был начат 19 июня 1999 года в г. Болонья (Италия) подписанием 29 министрами образования  от имени своих правительств документа, получившего название «Болонская декларация». Этим актом большинство европейских  стран-участниц Болонского процесса провозгласили  создание единого европейского образовательного и научного пространства до 2010 года. В границах этого пространства должны действовать единые условия признания  дипломов об образовании, трудоустройства  и мобильности граждан, что должно, по мнению идеологов Болонского процесса, значительно повысить конкурентоспособность  европейского рынка труда и образовательных  услуг. В Болонской декларации выдвигается  требование принятия общей системы  сравнимых ученых степеней. Во всех странах, присоединившихся к Болонскому процессу, вводятся два цикла учебы  по формуле 3+2 (первый, бакалаврский цикл, должен продолжаться не менее трех  лет, а второй, магистерский, — не менее двух, кроме того, они должны приниматься на европейском рынке труда в качестве образовательных и квалификационных уровней). Интеграция в Болонский процесс призвана содействовать европейскому сотрудничеству университетов и устранению препятствий на пути мобильности студентов и преподавателей в пределах стран-участниц Болонского процесса.

Болонский процесс в ходе своего развития прошёл ряд этапов, на каждом из которых расширялся круг стран-участниц процесса и декларировались  новые цели. Следующий этап Болонского процесса состоялся в Праге 19 мая 2001 года, где представителями уже 33 стран Европы было подписано Пражское коммюнике. Одним из наиболее важных решений этого саммита стало  решение о содействии повышению  привлекательности и конкурентоспособности  европейского пространства высшего  образования для остальных регионов мира.

Очередной этап Болонского процесса состоялся в Берлине 18-19 сентября 2003 года, где также было подписано соответствующее коммюнике, но на этот раз представителями уже 40 стран Европы. На этом саммите было отмечено, что европейское пространство высшего образования и европейское  пространство исследовательской деятельности — это две взаимосвязанные  части «общества знаний». Наконец, 19 мая 2005 года в норвежском городе Бергене  состоялся последний на сегодняшний  день и чрезвычайно важный для  Украины этап Болонского процесса. На это раз коммюнике подписали 45 стран и среди них — Украина.

Важно также отметить, что  ещё одной составляющей Болонского процесса является т.н. «Великая Хартия университетов» — результат предложения  о создании содружества университетов, с которым еще в 1986 году Болонский  университет обратился к ведущим  университетам Европы. На встрече  в Болонье в июле 1987 года делегаты из 80 европейских университетов  избрали Совет из руководителей  ряда университетов и представителей Совета Европы для разработки проекта  Хартии — своеобразной Конституции  европейских университетов. 18 сентября 1988 года во время торжеств, посвящённых 900-летию Болонского университета ректоры 430 университетов подписали Хартию. В Хартии провозглашается принадлежность европейских университетов к академическому содружеству, преодолевающему политические и социальные барьеры и формирующему принципы интеграции Европы в единое общество. Предполагается, что общество это всем гражданам предоставляет необходимые права и свободы, а также разнообразные адекватные услуги в сфере культуры, науки и образования. Хартия подтвердила обязанности университета в качестве ключевого института общества и выдвинула требование автономии и академической свободы для университета. Кстати, среди 430 основателей содружества университетов были Харьковский и Днепропетровский университеты, а в 2003 году к Хартии присоединился и Одесский национальный университет им. И.И.Мечникова.  

В то же время нельзя не сказать  о том, что европейская научная  и образовательная сферы весьма консервативны. Это касается и сроков образования, и процедур присуждения  ученых степеней, особенности которых  формировались в различных европейских  странах столетиями. Поэтому к  Болонской декларации в Европе существует не столь уж однозначное и отношение, как кажется нам из нашего, тоскующего по Европе, «далёка». Прежде всего, вызвало обеспокоенность заявленное в Декларации стремление к всеобщей унификации. Ряд экспертов даже разглядели за декларациями о повышении привлекательности и конкурентоспособности европейской системы образовательных услуг реализацию американской системы высшего образования. Многие университеты стран-участниц Болонского процесса сопротивляются внедрению унифицированных принципов образования. Руководство и преподавательский состав этих университетов полагают, что сильный (своими традициями и преподавателями) университет должен иметь собственное лицо, а приспособление к унифицированной системе — удел слабых. В неоднозначном свете предстаёт также всё более возрастающая роль тестирования как основного метода контроля знаний, характерного, прежде всего, для американских университетов. Особенно сложно сделать тестирование основным методом проверки знаний в гуманитарных науках.

Кроме всего этого, в ряде европейских университетов сопротивляются идее отказа от таких особенностей своей системы образования, как  две докторские степени. Например, немецкое научное сообщество с большим  сомнением отнеслось к перспективе  утратить Doctor habilitus — степень полного доктора наук, аналога украинского или российского доктора наук. А бельгийцы не желают расставаться с Grand Doctor of Philosophy. Болонский процесс не признает второй докторской степени. Высшая ученая степень, предполагаемая в рамках этого процесса, это — Doctor of Philosophy (PhD), являющаяся аналогом украинского или российского кандидата наук.

Правда, среди тех, кто  видит для нашей страны преимущества в присоединении к Болонскому процессу, одним из таковых представляется предполагающаяся ликвидация Высшей аттестационной комиссии, контролирующей процесс защит  докторских и кандидатских диссертаций  и постоянно ужесточающей требования, предъявляемые к этим диссертациям. Но, во-первых, еще никто из представителей министерства образования и науки  Украины ни одним словом не обмолвился о ликвидации или хотя бы трансформации  ВАКа. Во-вторых, насколько можно понять из Болонской декларации (а надо сказать, это весьма неконкретный документ) программы подготовки PhD будут существовать лишь в некоторых избранных (кем и как?) университетах, имеющих соответствующую международную аккредитацию. Чем это отличается от нашей централизованной системы контроля процесса защиты диссертаций и где же провозглашаемая автономия университетов?

Следует также отметить, что, по мнению критиков Болонской декларации, этот документ является скорее свидетельством кризиса европейского образования, нежели программой выхода из него. Возможно, такая оценка черезчур радикальна, но, тем не менее, очевидна неоднозначность и Болонского процесса, и отношения к нему, что нам необходимо понимать и учитывать. Как, впрочем, необходимо понимать и то, что для нашей страны, руководство которой постоянно провозглашает стремление к евроинтеграции, пока что альтернативы Болонскому процессу нет

Болонский процесс  в Украине – "за" и "против"           

 Процессы интеграции  систем образования как России, так и Украины, в Европу воспринимаются  общественностью, в том числе  и учеными и педагогами, далеко  не однозначно. Поэтому одной  из главных целей и особенностей  данного исследования будет попытка  разобраться в корнях и истоках  как одобрения, так и неприятия  данных процессов.  
           В нашей современной педагогической практике метод обучения можно охарактеризовать как иллюстративно-воспроизводящий или репродуктивный метод подачи учебного материала. Репродуктивный метод получил широкое распространение в системе образования Украины и является наследием продолжительного периода «позитивистского» подхода к усвоению и воспроизводству «фактов» в советской педагогике. Основная функция репродуктивного метода обучения – усвоение учебного материала в ходе лекций с целью его дальнейшего воспроизведения и практического закрепления на семинарах. Конечной целью является экзамен или зачёт, который выявляет степень усвоения материала студентом. Многочисленные научные эксперименты показали низкую эффективность репродуктивного метода. Стрессовая ситуация на экзамене, зазубривание, т.е. перевод усвоенного учебного материала из долговременной памяти в кратковременный регистр воспроизведения, приводит к низкому проценту остаточных знаний у студентов. Проще говоря, студент, получив вожделенную оценку, стирает из памяти ненужную уже ему информацию, а вместе с ней и образ экзаменатора.  
           Другой метод обучения – креативный (творческий) метод обучения личности предполагает определенную степень свободы. Обучаемый должен сам принимать решение и создавать нечто новое на основе полученных от преподавателя знаний и навыков. Главной задачей, целью обучения является не копирование, репродукция, воспроизведение материала, а обучение навыкам самостоятельной творческой работы. 

 
           В системе образования Украины  креативный – творческий –  метод обучения не получил  широкого распространения в силу  как объективных факторов (денежных  средств, отсутствия необходимых  материальных фондов и т.п.), так  и субъективных обстоятельств  (дефицита в среде педагогов  ярких личностей, способных организовать  творческую студию и пройти  с учениками путь креативного  познания от начала и до  конца). 

 
           Оба эти типа обучения –  креативный и репродуктивный  – при всей своей несхожести  требуют поиска их единства, некой  основы, которая могла бы их  объединить. Украина реформирует  систему образования, адаптирует  методику преподавания к западным  стандартам в контексте движения  всего государства в Европейское  сообщество.  
           Очевидно, что накопленный в Европе педагогический опыт и методология преподавания вовсе неоднозначны и требуют тщательного изучения. Поэтому необходимо рассмотреть, как проблема единства репродуктивного и креативного подхода к обучению студентов решается на Западе. 

 
           Во-первых, на начальном этапе студенты слушают обзорный курс изучаемого предмета, знакомятся с историей развития, конкретным содержанием той или иной научной дисциплины. 

 
           Во-вторых, на старших курсах студенты выбирают индивидуальную форму специализации, и их обучение начинает приобретать творческий характер – написание научной статьи, эссе или решения актуальной проблемы или производственной задачи. Студент получает научного руководителя, который корректирует творческий поиск студента в заданном направлении. Общение преподавателя и студента переходит от контроля к сотрудничеству – поощряется самостоятельная работа студента и его творческий потенциал. 

 
           В-третьих, характерно то, что форма контроля студентов – тот же экзамен – носит в корне отличный характер и ориентирована на творческую сторону деятельности сознания, а не на воспроизведение (зазубривание) материала. Студенту разрешается работа с источниками, пользование справочной литературой и т.п. Отпадает необходимость в шпаргалках различной модификации, так как проверяется в первую очередь работа мышления, творческая способность анализировать, систематизировать, модифицировать эмпирический материал, полученный ранее, то есть производить нечто новое, а не воспроизводить старое и давно усвоенное.  
           Однако следует обратить внимание на тот факт, что наряду с вышеизложенными позитивными моментами, западной системе образования присущи и ряд негативных особенностей.  
           Во-первых, излишняя формализация форм контроля: тестирование нивелирует личность, низводит творческую природу мышления человека до положения придатка машины, которая оценивает коэффициент интеллекта студента и ставит ему отметку, которая зачастую становится отметиной в душе – студент учится не ради знаний, а ради рейтинга или поощрительных стипендий.  
           Во-вторых, массовость набора в студенты приводит к «размыванию» творческих основ личности – отсутствует стимул хорошо учиться. Поэтому всё в большей степени западная наука подпитывается «утечкой мозгов» с Востока, в том числе и из Украины;  
           В-третьих, утрата фундаментальных знаний в области математики, физики, химии приводит к снижению мировоззренческого и научного кругозора студентов и способствует превращению в «одностороннего» человека, о чём предупреждал немецкий философ Герберт Маркузе в книге «Одномерный человек» . 

 
           В целом западная система  образования ориентирована на  переформирование человека –  студента: он должен обладать  набором положительных качеств  в области специализации и,  как всякий продукт производства, иметь спрос на рынке труда.  Поэтому вряд ли западная система  образования способна создавать  творческие личности в массовом  порядке – для этого должна  быть иной социальная среда  обитания.  
           Украина должна учитывать этот фактор при реформировании системы образования и продвижении на западные рынки, как труда, так и образования. Вот почему, вероятно, не следует слепо копировать законодательство, методику и стандарты в сфере образования Европы и США.  
           Известный российский политолог Андрей Лямзин в статье «Страны СНГ и Болонский процесс» является сторонником интеграции России и Украины и обращает внимание на тот факт, что «в декабре 2001 года президенты России и Украины одобрили проект строительства в Харькове крупнейшего российско-украинского университета, который планируется вывести на уровень МГУ или Кембриджа» . Однако процесс интеграции затрагивает не только Украину. Россия пытается создать Евроазиатское экономическое сообщество (Россия, Белоруссия, Казахстан, Киргизстан, Таджикистан), в рамках которого заключила соглашение о признании дипломов и учёных званий с этими странами. Украина подписала такое соглашение с Россией 29 января 2003 года. Однако, несмотря на прогресс в этой области, «Украина пересматривает свою образовательную систему в соответствии с западными стандартами. Бакалавр считается не закончившим высшее образование, что создаёт сложности при приёме на работу».  
           Из вышесказанного можно сделать следующий вывод: если поток мигрантов с Востока хлынет в Украину, и она будет пытаться входить сразу в несколько образовательных систем, то её собственные интеллектуалы уедут на Запад, а их место займут отнюдь не лучшие представители Востока.  
           Министр образования и науки Василий Кремень в выступлении на научно-практической конференции во Львовском политехническом университете обращает внимание на тот факт, что «попытки придать высшей школе общеевропейский характер фактически предпринимались с 1957 года, когда было подписано Римское соглашение. Со временем эти идеи были развиты в решениях конференций министров образования 1971 и 1976 годов, в Маастрихтском договоре 1992 года… и в 1997 году под эгидой Совета Европы и ЮНЕСКО была разработана и принята Лиссабонская конвенция о признании квалификаций, относящихся к высшему образованию. Эту конвенцию подписали 43 страны, в том числе и Украина» . Позже четыре европейские страны – Франция, Италия, Великобритания, Германия – подписали Сорбонскую декларацию, направленную на создание открытого европейского пространства высшего образования. Украина, как считает Василий Кремень, наработала большой опыт на пути адаптации украинского законодательства в сфере образования к европейским стандартам. В целом министр выступает за вхождение Украины в европейское пространство: «вряд ли кто-то сегодня сможет спрогнозировать все конечные результаты от реализации идей Болонской декларации. Но понятно одно: медлить, выжидать и таким образом отдаляться от Европы недопустимо». 

 
           Иной точки зрения придерживается  Владимир Семиноженко, который  в статье «Образование и национальные  интересы: выбор траектории», размещенной  на персональном сайте, высказал  следующую мысль: «В любой ситуации  нужно исходить из национальных  интересов и не утрачивать  способность к критической оценке. Мы же в стремлении соответствовать  неким, часто “абстрактным”,  “европейским нормам” не учитываем,  что механизм принятия решений  в ЕС находится в прямой  зависимости от не декларируемых  интересов политических и экономических  структур и ориентирован, прежде  всего, на решение внутренних  европейских проблем». 

 
           Пытаясь обнаружить скрытые  «не декларируемые» интересы  европейского истеблишмента, Владимир Семиноженко обращает внимание на тот факт, что «европейское государство благосостояния стало отчаянно проигрывать американскому «flexible society» (дословно – гибкое общество) и поставлено перед необходимостью существенно повысить конкурентоспособность, сохранив при этом свои социальные ценности… Однако если в США переход к «flexible society» произошёл эволюционным путём, то Европа пытается осуществить его посредством государственного вмешательства». Испытавшая на себе ряд социальных революционных катаклизмов, Европа всегда была ориентирована на социальную сторону образования, которое служило эффективным инструментом сглаживания социальных конфликтов и противоречий, поэтому главным было обеспечение равных условий, в то время как в Украине и США приоритетным был вопрос качества. Очевидно, что причиной приоритета качества над количеством была гонка вооружений – попытка достигнуть, а затем сохранить ядерный паритет. СШ А и СССР (а именно Украина и Россия) были и остаются лидерами в освоении космоса, атомных и компьютерных технологий, в то время как «Европа так и не смогла преодолеть кризис качества технического образования».

ВЫВОДЫ

Из всего вышесказанного можно сделать следующее прогностическое  умозаключение: а не утратит ли Украина  традиционное «качество» подготовки специалистов, перейдя на европейские стандарты  образования? Сможет ли она обеспечить «количество» студентов – все  имеют равные права на высшее образование  – «качеством» талантливых преподавателей, экспериментальным оборудованием  и методологическим обеспечением при  том уровне финансирования, которое  осуществляется в данное время из бюджета? Не станет ли Украина, которую  «оставили на пороге Европы», поставщиком  талантливых молодых специалистов на европейский рынок труда, в  то время как сама испытывает острый дефицит работников инженерных специальностей?  
           Хотелось бы присоединиться к мнению Владимира Семиноженко о том, что в «этом процессе мы не должны повторить ошибку Европы, где эффективная структура экономики не обеспечивается численностью специалистов. То есть, говоря метафорически, есть двигатель, но нет топлива. А у нас наоборот, есть топливо – специалисты (интеллектуальные ресурсы), а двигатель (экономика) только формируется».  
           Таким образом, проанализировав вышеизложенные точки зрения различных авторитетных специалистов в данной области, можно сделать ряд следующих выводов. 

 
           Во-первых, Украина действительно  должна реформировать систему  образования, так как это диктуют  как внешние – интеграция в  Европу, – так и внутренние  – экономический рост – факторы.  
         Во-вторых, Украина не должна слепо копировать западные стандарты в сфере образования, и при движении в европейском направлении важно учитывать тот факт, что мы – космическая держава и, согласно словам бывшего Президента Украины Леонида Кучмы, будем участниками полёта на Марс. Вот почему не стоит менять «качество» подготовки на «количество» студентов. 

 
           В-третьих, Украине необходимо  тщательно проверять предлагаемые  как Западом (Европа и США), так и Востоком (Россия) методологию  и наработки в сфере образования  и учитывать тот факт, что этическая  щепетильность быстро улетучивается  там, где возникают экономические  интересы, как у предпринимателей, так и у правительств.  
           Вот почему, учитывая иррациональные скрытые факторы процесса унификации дипломов и переформирования молодого поколения, необходимо выработать собственную «технологию «болонизации», дабы не стать сырьевым придатком ЕС и охранником чуждых национальных интересов, игнорируя собственную стратегию развития и исторические перспективы. 

 
           В заключение хотелось бы  обратиться к диалогу Платона  «Филеб», в котором он говорит о присутствии в человеческих душах двух мастеров: писца, который заполняет душу, похожую на своего рода книгу, т.е. память, запоминающую всё увиденное, и живописца – фантазию, с помощью которой человек «как бы созерцает в самом себе образы мнящегося и выраженного речью (39С)» [4].  
      

 Писец – это рациональная  способность фиксировать и воспроизводить сказанное, т.е. то, что было обозначено выше как репродуктивный метод.  
           Живописец – это иррациональная способность создавать новое, отвлечённое от предметной чувственности знание «божественных» истин, т.е. то, что было названо выше креативным методом. Очевидно, что необходимо единство этих двух методов преподавания, так же как и этих двух «мастеров» в душе каждого человека.  
           Обобщая вышесказанное, следует сделать следующий вывод: креативный, творческий подход к обучению студентов очень трудно реализовать в условиях современного общества – это требует огромных капитальных затрат, творческих личностей в среде педагогов, а также самого главного – желания учеников стать творцами собственных жизней, что возможно только тогда, когда в обществе возникнет спрос на творческие, оригинально мыслящие личности. Без таковых личностей реформация в обществе затруднена, оно обречено на вечное отставание. Поэтому проблема выбора типа обучения превращается в один из основных критериев способности этого общества выжить и сохранить себя как социокультурный феномен в исторической перспективе.

ИСПОЛЬЗОВАННАЯ  ЛИТЕРАТУРА

[1] Крис Стюард, Майк Уилкинсон «Ораторское искусство (притворись его знатоком)» - Санкт-Петербург, Амфора/Эврика, 2001 год.  
           [2] Владимир Шахиджанян «Учимся говорить публично» // http://www.myword.ru  
           [3] Дейл Карнеги «Как вырабатывать уверенность в себе и влиять на людей, выступая публично»  
           [4] Галазюк О.Д. «Проблема диверсификации методов обучения в контексте участия Украины в Болонском процессе», Харьковский институт рыночных отношений и менеджмента, Украина.  
           [5] Лямзин А. Страны СНГ и Болонский процесс. Проект Ahey@.  
           [6] Кремень В. Болонский процесс: сближение, а не унификация // Зеркало недели. – 2003. – № 48 (473) // http\\www.mirror.kiev.ua.  
           [7] Семиноженко В. Образование и национальные интересы: выбор траектории // @ http:www.semynozhenko.net