Содержание

Введение……………………………………………………………………..…….2

1. Велесова книга. Мир в представлении древних славян……………………..4

2. Боги и обряды………………………………………………………………..…7

3. Быт в Киевской Руси………………………………………………………….13

Заключение…………………………………………………………………….…20

Список  использованных источников………………………………………...…22

      Введение 

     Племенные группы восточных славян были среди  первых обитателей земель, позже названных  Киевской Русью. Источники VI века, в  том числе византиец Прокопий Кесарийский и готский автор Иордан, отождествляют с восточными славянами антов – группу племен, занимавшую территорию, доходившую на юге до Черного моря, на западе – до низовьев Дуная, а на востоке – до Северского Донца. Согласно первому источнику по ранней истории России – Повести временных лет (составлена в начале XII века монахом Киево-Печерского монастыря Нестором), древние восточные славяне составляли более десятка племен, которые жили на обширном пространстве от Черного моря на юге до Ладоги на севере, от Дуная и Карпатских гор на западе до Волги на востоке. В числе этих племен были поляне, обитавшие в среднем течении Днепра, словене, жившие в окрестностях Ильменского озера, а также древляне, радимичи, вятичи, северяне, белые хорваты, дулебы, уличи, кривичи, тиверцы, дреговичи и др. Первоначальное их происхождение точно не известно; по некоторым теориям, прародина славян очерчена южными границами болот Припяти, долиной Вислы и северными Карпатами. Славянские племена издавна занимались земледелием, охотой, рыболовством и скотоводством. Кроме того, во многих поселениях славян, возникавших в долинах Днепра, Донца и Волхова, налаживались примитивные ремесла, включая гончарное и ткацкое. На значимость сельского хозяйства для раннего племенного общества славян указывает преобладание соответствующих культов и природных богов восточнославянского языческого пантеона.

     Киевская  Русь – одно из самых больших  государств средневековой Европы - сложилось в IX в. в результате длительного внутреннего развития восточнославянских племен. Ее историческим ядром было Среднее Поднепровье, где очень рано зародились новые социальные явления, характерные для классового общества.

     Современники — арабские и византийские авторы — называли первое государственное объединение восточных славян Русью, а народ, составивший это объединение,— русами.

     Долгие  годы русская культура — устное народное творчество, искусство, архитектура, живопись, художественное ремесло — развивалась под влиянием языческой религии, языческого мировоззрения.

     Культура  народа неразрывно связана с его  бытом, повседневной жизнью, как и  быт народа, определяемый уровнем  развития хозяйства страны, тесно  связан с культурными процессами.

      1. Велесова книга. Мир в представлении древних славян 

     Основными памятниками культуры славянской древности  являются священные песни, сказания, мифы, хотя большинство ученных считают, что тексты древнеславянских священных  песен, мифов погибли при христианизации Руси. В отечественной исторической науке даже то немногое, что осталось – Велесову книгу, предпочтительно написанную новгородскими жрецами не позже IX в., считают подделкой. ¹

     До  сих пор ведутся споры о  сущности упоминаемых в летописях  славянских богов. И, тем не менее, высказано мнение, что древнейший пласт славянских мифов сохранился лучше греческих, индийских или библейских. Причина тому - особый путь развития славянской культуры. Мифические сказания других народов искажались при записи и обработке уже в древнейшее время. Славянский фольклор - это живая устная традиция, в меньшей степени претерпевшая изменения под влиянием письменной культуры.

     Сокровища славянского фольклора – народные песни, сказки, былины, духовные стихи  – начинают интенсивно собирать и  записывать только в первой половине XIX в.

     Велесова книга – памятник сложный и ёмкий. Она разрешает давний спор о происхождении славян. Она описывает судьбы различных племен, участвовавших в славянском этногенезе. Велесова книга описывает события мифической и древнейшей истории славян конца II тысячелетия до н.э. - конца I тысячелетия н.э.

     По  Велесовой книге у древних славян существовала архаическая Троица – Триглав: Сварог (Сварожич) – небесный бог, Перун – громовержец, Велес (Волос) – бог разрушитель Вселенной, хотя различные жреческие школы славян неодинаково понимали тайну Троицы.¹

     С широким распространением материнских  культов связано почитание женских  предков. В эпоху патриархата  материнские культы трансформируются в женские ипостаси богов и  приобретают некую единую функцию  – становятся покровительницами  дома, очага, огня, территории, страны, человека, семьи, любви в виде хозяек, бабушек, матерей. Однако в целом  женские культы, в какой бы модификации  они не встречались, всегда тяготеют к одному из двух своих проявлений: они олицетворяют мир любви либо небесной (славянская Лёле), либо земной (славянская Мать сыра земля).

     С именем Сварога связан древний космогонический миф славян о сотворении Земли Прародителем нашим - Родом - Родником Вселенной.

     Мир тогдашних язычников состоял  из четырех частей: земли, двух небес  и подземно-водной зоны.

     У многих народов земля изображалась как округлая плоскость, окруженная водой. Вода конкретизировалась или  как море, или же в виде двух рек, омывающих землю. Судя по фольклору, славянские представления о море не имели законченного вида. Море где-то на краю земли. Оно может быть на севере, где на стеклянных горах  находится хрустальный дворец Кощея  Бессмертного, сверкающий всеми цветами  радуги. Это — отражение позднейшего  знакомства с Ледовитым океаном  и северным сиянием. Море может быть обычным, без этих арктических признаков. Здесь ловят рыбу, плавают на кораблях, здесь находится девичье царство с каменными городами; отсюда, от морских берегов Змей Горыныч, олицетворение степняков, направляется в свои налеты на святую Русь. Это — реальное историческое черноморско-азовское море, издавна известное славянам и даже носившее временами название «Русского моря». До этого моря от лесостепной окраины славянской прародины или (что, то же самое) от южной окраины славянских царств можно доскакать «скорою ездою», как говаривали в XVI в., всего лишь за три дня.

     Для язычников был очень важен  аграрный аспект земли: земля – почва, рождающая урожай, «Мать – сыра – земля», почва, насыщенная влагой, питающей корни растений, «матушка-земля», с которой связан целый ряд  обрядов и заклинаний. Здесь почти неощутима грань с воображаемым подземным сказочным миром. Богиней плодоносящей земли-почвы, «матерью урожай» была Макошь, введенная в 980 г. в пантеон важнейших русских божеств, как богиня плодородия.

     Небо, в прямой зависимости от системы  хозяйства, по-разному воспринималось первобытными людьми. Представления  земледельцев о небе и его роли в природе и в человеческой жизни существенно отличались от воззрений охотников. Если охотникам  нужно было знать звезды и ветры, то земледельцев интересовали тучи («тучные», содействующие плодородию дождевые облака) и солнце. Неопознанность процесса испарения земной воды, образования облаков и тумана («росы») привела к своеобразному представлению о постоянных запасах воды где-то высоко над землей, на небе. Эта небесная влага иногда, в непредсказуемое время, может принять вид туч и пролиться на землю в виде дождя, «утучнить» ее и содействовать росту трав и урожаю. Отсюда один шаг до представлений о хозяине небесной воды, распоряжающемся дождями, грозовыми ливнями и молниями. В дополнение к двум архаичным роженицам появился могущественный Род, повелитель неба и всей Вселенной, великий жизнедавец вдувающий жизнь во все живое посредством дождевых капель.

     Солнце  тоже было ценимо земледельцами, как  источник света и тепла и условие  произрастания всего в природе, но здесь был исключен элемент  случайности, элемент капризов божественной воли — солнце было воплощением  закономерности. Весь годичный цикл языческих  обрядов был построен на четырех солнечных фазах и подчинен 12 солнечным месяцам. Солнце в изобразительном искусстве всех веков было для земледельцев символом добра, знаком света, разгоняющего тьму. Древние славяне, как и многие другие народы, принимали геоцентрическую модель мира.

     В представлениях славян-язычников о  подземно-подводном ярусе мира тоже много общечеловеческого, много  отголосков той отдаленнейшей эпохи, когда после таяния гигантского  ледника континенты были затоплены  морями и озерами, быстро менявшими  свои очертания, стремительными реками, пробивавшими горные кряжи, необъятными  болотами в низких долинах. Фольклор еще не изучен с точки зрения того, какой резкий перелом должен был произойти в человеческом сознании при таком быстром перевороте в природе, в облике и сущности мира.

     Важной  частью представлений о подземном  мире является общечеловеческая концепция  подземного океана, в который опускается солнце на закате, плывет ночью и  выплывает на другом конце земли  утром. Ночное продвижение солнца осуществлялось водоплавающими птицами (утками, лебедями), а иногда действующей фигурой  был подземный ящер, заглатывавший  солнце вечером на западе и вырыгивавший его утром на востоке. Днем солнце по небу над землей влекли кони, плыли мощные птицы вроде лебедей. 

     2. Боги и обряды 

     В древнеславянских мифах, так же как  и в мифах других древних народов, всегда переплетены предания о происхождении  богов (теогония) и людей (антропогония), мир которых вторичен по отношению к рождающим силам космоса, но тесно с ним взаимодействует.

     Сын Сварога – Перун, второе лицо славянской Троицы (Триглава), бог войны и грозы, оживлял явленное, следил за миропорядком, вращая солнечное золотое колесо. После христианизации Руси культ Перуна был заменен Ильей Пророком, а в фольклорной традиции - Ильей Муромцем и Егорием Храбрым. Третья ипостась – Велес (позже Свентовит) - первоначально был богом света у западных славян.

     Ведическое  мировоззрение славян обнаруживает в себе черты древнего диалектического  натурфилософского учения. Мир описывался системой основных содержательных двоичных противопоставлений, определявших пространственные, временные, социальные и другие характеристики. Чернобог и Белобог – два славянских божества-антагониста, олицетворявших в своей борьбе силы света Яви и тьмы Нави. Явь, «белый свет» - это текущее, то, что сотворено всеобщим справедливым законом Правью, и что в свою очередь творит человеческую жизнь силою любви. Все, что до нее, после нее и отход от нее, - это Навь, сила темная, пассивная, нетворческая, сохраняющая и прячущая достигнутое, символ «того света». Дарует жизнь, плодородие, долголетие божество Род, воплощениями смерти были Марена, Навь. Символы жизни и смерти - живая вода и мертвая вода.

     Противоставление белый – черный воплощено в пантеоне – Белобог и Чернобог, гаданиях, приметах. Белый соотносится с положительным началом, черный – с отрицательным.

     Важная  черта образа жизни и мысли  древних славян – представление  о неразрывном единстве-родстве  живущих с предками праотцами  и богами как условии гармонии миров: земного и небесного. Хрупкость  такого равновесия ощущалась людьми и олицетворялась или в битве  Правды и Кривды.

     Для мировоззрения древних славян была характерна нерасчлененность сфер человеческого, божественного и природного, понимание  мира как никем не созданного, мира – как вечно живого огня, мерно  потухающего и мерно загорающего.

     Непрерывная борьба и поочередная победа светлых  и темных сил природы наиболее зримо запечатлены в представлениях славян о круговороте времен года. Его исходной точкой было наступление Нового года – рождение  нового солнца в конце декабря. Это празднование получило у славян греко-римское название - коляда (от лат. Calendae - первый день нового месяца). Полную победу нового громовника над зимой – «смертью» в день весеннего равноденствия справляли обрядом похорон Марены.¹ Был также обычай ходить с маем (символ весны), маленькой елкой, разукрашенной лентами, бумагой, яйцами. Божество солнца, провожаемого на зиму, называли Купала, Ярило и Кострома. Во время праздника соломенное чучело этих божеств или сжигали, или топили в воде.

     Архаичные народные праздники вроде новогодних гаданий, разгульной масленицы сопровождались заклинательными магическими обрядами и были своего рода молениями богам  об общем благополучии, урожае, избавлении от грозы и града. Так существовал  обычай в Ильин день закладывать  выкормленного всем селом быка в  честь могучего Перуна. Для новогоднего  гадания об урожае использовались особые сосуды – чары. На них часто изображали 12 различных рисунков, составлявших замкнутый круг, - символ 12 месяцев. При раскопках найдены и идентифицированы такие сосуды, использовавшиеся для  обрядов сева-жатвы, весенне-летних водных обрядов, проводившихся в  священных рощах, у родников и  связанных с богиней-девой, покровительницей плодородия².

     К моменту принятия христианства славянская религия не успела выработать строгих  форм культа, и жрецы еще не выделились в особое сословие. Жертвы родовым  и небесным богам приносили представители  родовых союзов, а о контактах  с низшими демонами земли, об избавлении людей от их вредного влиянья и  о получении от них разных услуг  заботились «вольнопрактикующие» волхвы. Место жертвоприношения (капище) не превратилось в храм даже тогда, когда на нем стали ставить изображения богов-идолов.

     К концу языческого периода в связи  с развитием дружинного войска погребальные обряды стали сложными. Со знатными русами сжигали их оружие, доспехи, коней, жен.

     Обряд погребения всегда занимал особое место  среди обрядов славян. На протяжении длительного периода сильно колебалось соотношение двух основных видов  погребального обряда - трупоположения и сожжения. Первобытное погребение скорченных трупов, которым искусственно придавалось положение эмбриона в чреве, было связано с верой во второе рождение после смерти. Поэтому умершего и хоронили подготовленным к этому второму рождению. Праславяне еще в бронзовом веке поднялись на новую ступень и отказались от скорченности. Вскоре появился совершенно новый обряд погребения, порожденный новыми воззрениями о душе человека, которая не воплощается вновь в каком-либо другом существе (звере, человеке, птице), а перемещается в воздушное пространство неба. Культ предков раздвоился: с одной стороны, невесомая, незримая душа приобщалась к небесным силам, столь важным для тех земледельцев, у которых не было искусственного орошения, а все зависело от небесной воды. С другой стороны, благожелательных предков, «дедов», необходимо было связать с землей, рождающей урожай. Это достигалось посредством закапывания сожженного праха в землю и постройки над погребением модели дома, «домовины». Много времени спустя, в IX - X вв. н. э., когда уже сформировалась Киевская держава, среди некоторой части русской знати в третий раз появился обряд простого захоронения без сожжения, что произошло, по всей вероятности, под влиянием возобновившихся связей с христианской Византией. Но как только началась многолетняя война с империей, великокняжеское окружение подчеркнуто вернулось к кремации. Курганы эпохи Святослава, преследовавшего христиан, были грандиозными сооружениями на высоких берегах рек, погребальные костры которых должны были быть видимы в радиусе около 40 км, т. е. на пространство четырех - пяти тысяч квадратных километров!

     Большое значение получил культ предков. В старинных русских памятниках сосредоточением этого культа является со значением охранителя родичей Род со своими Рожаницами, т.е. дед с бабушками, - намек на господствовавшее некогда между славянами многоженство. Тот же обоготворенный предок чествовался под именем Чура, в церковно-славянской форме Щура; эта форма доселе уцелела в сложном слове пращур. Значение этого деда-родоначальника как охранителя родичей доселе сохранилось в заклинании от нечистой силы или нежданной опасности: «Чур меня!», т.е. «храни меня, дед!» Охраняя родичей от всякого лиха, Чур оберегал и их родовое достояние. Предание, оставившее следы в языке, придает Чуру значение оберегателя родовых полей и границ. Нарушение межи, надлежащей границы, законной меры мы и теперь выражаем словом «чересчур»; значит, чур - мера, граница.

     Этим  значением чура можно объяснить одну черту погребального обряда у русских славян, как его описывает Начальная летопись. Покойника, совершив над ним тризну, сжигали, кости его собирали в малую посудину и ставили на столбу на распутиях, где скрещивались пути, т.е. сходятся межи разных владений. Придорожные столбы, на которых стояли сосуды с прахом предков, - это межевые знаки, охранявшие границы родового поля или дедовской усадьбы. Отсюда суеверный страх, овладевающий русским человеком на перекрестках: здесь на нейтральной почве родич чувствовал себя на чужбине, не дома, за пределами родного поля, вне сферы мощи своих охранительных Чуров. Все это, по-видимому, говорит о первобытной широте, цельности родового союза. И, однако, в народных преданиях и поверьях этот Чур-дед, хранитель рода, является еще с именем дедушки домового, т.е. хранителя не целого рода, а отдельного двора.¹

     При воцарении в Киеве Владимира  Красно Солнышко (980-1015) была проведена  своего рода языческая реформа. Стремясь поднять народные верования до уровня государственной религии, рядом  со своими теремами, на холме, князь  приказал поставить деревянные кумиры шести богов: Перуна с серебряной головой и золотыми усами, Хорса, Даждьбога, Стрибога, Семаргла и Мороши. Согласно древним легендам Владимир установил даже человеческие жертвоприношения этим богам, что должно было придавать их культу трагический, но в то же время и очень торжественных характер. Культ главного бога дружинной знати - Перуна был введен в Новгороде Добрыней, воспитателем Владимира. Вокруг идола Перуна горело восемь негасимых костров, а память об этом вечном огне сохранилась у местного населения вплоть до XVII в.

     В пантеоне Владимира, языческие божества были расставлены в порядке их старшества и каждому из них были условно противопоставлены античные боги и христианские святые.

     ПЕРУН. Глава княжеского пантеона, русский  Зевс-громовержец, выдвинувшийся на первое место в условиях военных  походов на Балканы в 4в. и в  процессе создания государственности  Киевской Руси IX – X вв. как покровитель  воинов, оружия, войн. После христианизации уподоблен пророку Илье.

     СТРИБОГ - Род - Святовит - Сварог («Небесный»). Древнее первенствующее божество неба и Вселенной, «бог-отец». Уподобен христианскому богу-творцу Савоафу. В греческой мифологии ему приблизительно соответствует Уран.

     ДАЖЬБОГ - Солнце - сын Сварогов. Древнее божество Природы, солнечности, «белого света», податель благ. Полностью соответствует античному Аполлону и противопоставлялся христианскому богу-сыну. Дажьбог и Стрибог оба были небесными богами.

     МАКОШЬ. Древняя богиня земли и плодородия. Дополнением к ней служат "вилы" - русалки, обеспечивающие орошение нив  росою. Может быть приравнена к греческой Деметре («Земле-матери») и христианской матери божьей. Часто изображалась с турьим «рогом изобилия».

     СЕМАРГЛ. Божество семян, ростков и корней растений. Охранитель побегов и зеленей. В более широком смысле - символ «вооружённого добра». Посредник  между верховным божеством неба и землёй, его посланец. Имел прямое отношение к Макоши, как божество растительности, связанной с почвой.

     ХОРС. Божество солнечного светила. Представлял  собою некое неотделимое дополнение к образу Дажьбога-Солнца. С именем Хорса связаны ритуальные «хороводы» и русское наречие «хорошо» - «солнечно». Отношение Хорса к Дажьбогу можно определить аналогией с Гелиосом и Аполлоном у греков.¹

     В итоге появляются как бы три разряда  богов: на первом месте стоит общегосударственный  княжеский бог Перун, воспринимаемый не только как бог грозы, но и как  бог оружия, воинов и князей. Второй разряд составляют древние божества неба, земли и «белого света» - Стрибог, Макошь и Дажьбог. В третий разряд попадают божества дополнительного характера: Хорс дополняет Дажьбога, и Семаргл - Макошь.

     3. Быт в Киевской Руси

     Быт в Киевской Руси имел существенную разницу в образе жизни людей  различных районов страны, городов  и деревни, феодальной верхушки и  основного населения.

     Народ Древней Руси жил как в больших  для своего времени городах, насчитывающих  десятки тысяч человек, так и  в селах в несколько десятков дворов и деревнях, особенно на северо-востоке  страны, в которых группировалось по два-три двора.

     Народы, расположенные по торговым путям, жили значительно лучше, чем жившие по дреговическим болотам и на территории Приуралья. Крестьяне жили в небольших домах. На юге это были полуземлянки, у которых даже крыши были земляные.

     В Киевской Руси северная изба - высокая, часто двухэтажная, окна небольшие, но их много – пять или шесть  – и все к солнцу тянутся, высоко от земли поднялись. Под бок к  избе прижались сени, сарай, кладовые – всё под одной крышей. Трудно придумать жилище более удобное  для сурового климата Севера с  долгими студёными зимами. Наличники, крыльцо, скаты кровель северных русских изб украшает строгий, но изящный геометрический орнамент. Любимый  мотив резьбы – солнечная розетка, древний символ жизни счастья, благополучия.

     "Внутри  крестьянские избы были убраны  строго, но нарядно. В избе в  переднем углу под иконами  – большой стол для всей  семьи, вдоль стен широкие встроенные  лавки с резной опушкой, над  ними полки для посуды. Северный  шкафчик-поставец нарядно украшен  росписью – здесь птица Сирин  и кони, цветы и картинки с  аллегорическими изображениями  времён года. Праздничный стол  накрывали красным сукном, ставили  на него резную и расписную  посуду, ковши, резные светцы для  лучины.

     Ковши были самых разнообразных форм и  размеров, в них наливали мед или  квас. В некоторые ковши умещалось  по несколько вёдер. 

     «...  Не скоро ели предки наши,

     Не  скоро двигались  кругом

     Ковши, серебряные чаши

     С кипящим пивом  и вином!

     Они веселье в сердце лили,

     Кипела  пена по краям.

       Их важно чашники носили

     И низко кланялись  гостям....», 

     - так описывает А.С. Пушкин в поэме "Руслан и Людмила" картину тесного, замкнутого неторопливого быта Древней Руси.

     Ковшички для питья имели ладьевидную форму. Ручки ковшей делались в виде головы коня или утки. Ковши щедро украшались резьбой или росписью. Вокруг большого ковша, возвышавшегося в центре стола, они были похожи на утят вокруг наседки. Ковши, имеющие форму утки, так и назывались ковши-утицы. Братины – точёные сосуды для напитков в виде шара – тоже расписывались, давались к ним и надписи, например такого содержания: "Господа, гостите, пьяными не напивайтесь, вечера не дожидайтесь!" Из дерева вырезали и красивые солонки в виде коней и птиц, и миски, и, конечно, ложки. Из дерева делали всё – и мебель, и корзину, и ступу, и сани, и колыбель для ребёнка. Часто эти бытовые предметы из дерева расписывали. Мастер думал не только о том, чтобы эти вещи были удобны, хорошо служили своему назначению, но заботился об их красоте, о том, чтобы они радовали людей, превращая работу, даже самую тяжёлую, в праздник.

     Особенно  почитались у крестьянина прялки. Прядение и ткачество было одним  из основных занятий русских женщин. Нужно было наткать ткани, чтобы  одеть свою большую семью, украсить дом полотенцами, скатертями. Не случайно, поэтому прялка была традиционным подарком у крестьян, они с любовью хранились и передавались по наследству. По старому обычаю парень, посватавшись к девушке, дарил ей прялку собственной работы. Чем прялка наряднее, чем искуснее вырезана и расписана, тем больше чести жениху. Долгими зимними вечерами собирались девушки на посиделки, приносили прялки, работали да хвастались жениховыми подарками.

     Горожане  имели иные жилища. Почти не встречались  полуземлянки. Часто это были двухэтажные  дома, состоящие из нескольких комнат. Значительно отличались жилые помещения  князей, бояр, дружинников и священнослужителей. Под усадьбы отводились и большие  площади земли, строились хозяйственные  постройки, срубы для слуг, ремесленников. Боярские и княжеские хоромы представляли собой дворцы. Были и каменные княжеские  дворцы. Дома украшались коврами, дорогими греческими тканями. Во дворцах, богатых боярских хоромах шла своя жизнь — здесь располагались дружинники, слуги.

     И одевались разные слои общества по-разному. Крестьяне и ремесленники - мужчины и женщины - носили рубахи (у женщин они были длиннее) из домотканого полотна. Мужчины кроме рубахи надевали штаны, а женщины - юбки. Верхней одеждой и у мужчин, и у женщин была свитка. Носили также разные плащи. Зимой носили обыкновенные шубы. Одежда знати по форме походила на крестьянскую, но качество, конечно, было иным: из дорогих тканей шилась одежда, плащи часто были из дорогих восточных материй, парчовые, вышивались золотом. Плащи застегивались на одном плече золотыми застежками. Зимние шубы шились из дорогих мехов. Обувь у горожан, крестьян и знати тоже отличалась. Крестьянские лапти дожили до 20 века, горожане чаще носили сапоги или поршни (туфли), князья носили сапоги часто украшенные инкрустацией.

     Развлечением  знати были охота и пиры, на которых  решались многие государственные дела. Всенародно и пышно праздновались  победы в походах, где рекой текло заморское вино и свой родной «мед», слуги разносили огромные блюда с мясом и дичью. На эти пиры съезжались посадники и старейшины со всех городов и бесчисленное множество народа. Князь с боярами и дружиной пировал "на сенях" (на высокой галерее дворца), а на дворе ставились столы для народа. Столы для знати были уставлены богатой посудой. Летописец Нестор сообщает, что из-за посуды у князя и дружинников даже возникали разногласия: последние требовали вместо деревянных ложек серебряные. Более простыми были общинные пиры (братчины). На пирах обязательно выступали гусляры. Гусляры услаждали слух именитых гостей, пели им «славу», большие чаши, рога с вином ходили по кругу. Одновременно происходила раздача пищи, мелких денег от имени хозяина неимущим.

     Любимыми  забавами богатых людей были соколиная, ястребиная, псовая охота. Для простого люда устраивались скачки, турниры, различные  игрища. Неотъемлемой частью древнерусского быта, особенно на Севере, впрочем, как  и в поздние времена, являлась баня.