Экологические преступления. 5

   Понятие экологических преступлений. Данного понятия в действующем УК нет. Между тем формулирование его значимо для достижения многих важных целей. Научный анализ

понятия экологических преступлений является исходным моментом решения по существу всех вопросов уголовной ответственности в сфере охраны природы.

   Представление совокупной общественной опасности  экологически вредных деяний необходимо для правильного определения  их круга, выделения правонарушений, которые следует признать преступными. Отсюда - правильное понимание экологического преступления служит методологической базой нормотворческого процесса.

   Вне правильного представления о  сущности общественно опасного деяния невозможно построение санкций, определение  целей действия уголовно-правовой нормы, объема и задач профилактической работы.

   Оценка  эффективности уголовной ответственности  и применяемых уголовно-правовых санкций неизбежно связана с  анализом противоправного поведения, с четким уяснением его модели.

   Общее понятие экологического преступления есть не что иное, как его родовое понятие, включающее в себя ряд родовых признаков. В литературе встречаются определения данных посягательств в соответствии с общими признаками преступления, указанными в уголовном законе. Как правило, они связаны либо вытекают из определения объекта преступного воздействия и строятся по схеме: "преступлением в сфере охраны природы признается деяние, посягающее на такие-то отношения (следует их изложение)". Многие авторы считают, что этого достаточно.

   Поскольку среди ученых мнения по поводу объекта преступления против природы различны, то неодинаковы и их определения. Если объект обозначается как отношения собственности на природные ресурсы, рассматриваемые преступления характеризуются как "предусмотренные уголовным законом общественно опасные, виновные воздействия на природный ресурс, выразившиеся в его захвате (завладении), повреждении (порче), уничтожении (истреблении)" ¹.

   Ряд ученых считают объектом отношения  по хозяйственному использованию природных  ресурсов ².

   Соответственно, они относят эти посягательства к хозяйственным.

   Можно встретить утверждения, что объектом являются сами природные богатства ¹.

   Данные  позиции, на наш взгляд, не отражают сущности экологических преступлений и не соответствуют действующему законодательству. В самом общем виде возражения сводятся к следующему ².

   Концепция экологических преступлений предполагает в первую очередь освещение понятия экологических отношений. Они образуют единство трех направлений человеческой деятельности: по консервативной охране природы; рациональному использованию ее богатств как одному из способов охраны; сохранению надлежащих качественных природных условий жизнедеятельности человека (защита от загрязнения, отравления окружающей среды, шумового, вибрационного, теплового воздействия и т.п.), включая обеспечение экологической безопасности, улучшение и воспроизводство природных сред.

   Попытка рассматривать экологические преступления как разновидность экономических  не позволяет в должной мере вскрыть  специфику преступлений в сфере  охраны окружающей природной среды, переносит центр тяжести с  отношений экологических на материальные, стоимостные, что недостаточно с точки зрения современных представлений о взаимодействии общества и природы.

   Кроме того, в собственности могут находиться лишь те элементы природы, которые обладают определенной вещественной формой и пребывают во власти людей. Однако уголовное право охраняет и такие элементы природной среды, которые не могут находиться ни в чьей собственности, например атмосферу, воды открытого моря, фауну и флору Антарктики. Международными соглашениями ограничивается право распоряжения государства в отношении определенных особо охраняемых видов птиц и зверей.

   Не  включает преступления в области  охраны природы в круг преступлений против собственности и законодатель, иначе он поместил бы нормы экологического характера в главу вторую УК.

   Законодатель  в Конституции Российской Федерации (ст. 9), Законе Российской Федерации  от 24 декабря 1990 г. "О собственности  в Российской Федерации" (ст. 6), Земельном 

кодексе (ст. 3) и в ряде других нормативных  актов устанавливает на природные ресурсы различные виды собственности. Но из этого не следует, что отношения собственности являются объектом экологических преступлений. Как известно, собственность рассматривается как экономическая категория и как юридическое понятие - право собственности. В экономическом смысле собственность - это исторически обусловленная форма присвоения предметов природы, в которой выражены общественные отношения между людьми в процессе производства, обмена, распределения и потребления материальных благ. То есть собственность представляет собой прежде всего важнейшее производственное социально-экономическое отношение ¹.

   Нетрудно  убедиться, что отношения в сфере экологии не сводятся к производственным отношениям.

   Собственность же как юридическая категория (субъективное право) предполагает наличие у собственника полномочий использовать принадлежащее  ему имущество по своему усмотрению и в своих интересах, выражает состояние присвоенности, принадлежности средств производства и продуктов труда. Таким образом, право собственности закрепляет субъект, которому принадлежит право пользования, владения и распоряжения теми природными ресурсами, которые объективно могут кому-либо принадлежать.

   В интересах общества права собственности  на определенные виды природных ресурсов ограничиваются.

   Отношения же в сфере экологии имеют иное содержание, и участником их может  быть не только собственник того или  иного элемента природной среды.

   Нельзя  утверждать, что экологическое преступление посягает на отношения собственности  и потому, что объект преступления определяется исходя не только из экономической  сущности предмета посягательства, но и из содержания, сущности общественных отношений по поводу этого предмета с учетом его социальной роли в данном отношении. Можно привести много примеров, когда воздействие осуществляется на одинаковые по своей экономической сущности предметы, но при этом затрагиваются совершенно различные общественные отношения, охраняемые законом. Так, оружие, яды, наркотики являются имуществом. Однако нарушение правил обращения с этими предметами, хищение их образуют составы преступлений не против собственности,

а против общественной безопасности и здоровья населения (ст.ст. 224, 224¹, 226² УК).

   Говоря  об отличии экологических преступлений от хозяйственных, следует отметить, что, хотя нормы об охране природной  среды в основном сосредоточены  в главе УК "Хозяйственные преступления", речь в большинстве из них об использовании природных богатств не идет (например, ст.ст. 160, 161, 165, 223, 223¹, 230, 230¹ УК). Ответственность они предусматривают за нарушение правил охраны природных ресурсов от неблагоприятного воздействия: уничтожения, повреждения, отравления, загрязнения.

   Конечно, с экономической точки зрения природа является сырьевой базой  хозяйствования, но акцент при анализе  экологических преступлений надо делать на то, что природные ресурсы в  своей совокупности образуют среду  обитания человека и иных живых существ. При этом должен учитываться не только и не столько экономический ущерб, но и ущерб экологического характера: сдвиги в экологической системе, нарушение радиационного, теплового, энергетического баланса, влияние на здоровье людей, исчезновение растений и животных и т.д.

   Неосновательна  и позиция тех авторов, которые  считают объектом экологических  преступлений природные ресурсы (лес, воду, воздух, недра, рыбу, зверей), поскольку  в данном случае не проводится никаких  различий между объектом и предметом посягательства.

   В литературе высказана точка зрения, что экологическим преступлением  следует считать "предусмотренное  уголовным законом общественно  опасное деяние (действие, бездействие), посягающее на окружающую среду и  ее компоненты, рациональное использование и охрана которых обеспечивают оптимальную жизнедеятельность человека, и состоящее в непосредственном использовании природных объектов как социальной ценности и приводящее к негативным их изменениям" ¹.

   В определении предпринята попытка  отразить социальную сущность экологических  преступлений, но оно не конкретно  и не точно. Не ясно, что понимать под оптимальной жизнедеятельностью человека. В качестве объекта преступного воздействия называется предмет преступления, а не охраняемые уголовным законом общественные отношения в сфере экологии. Преступление по объективным признакам

необоснованно ограничивается непосредственным использованием природных ресурсов, тогда как рациональное природопользование лишь одна из форм охраны природы. Не соответствует эта позиция и действующему законодательству, в котором, как указывалось, предусмотрена ответственность за целый ряд преступлений, не связанных с потреблением природных богатств.

   Статья 85 Закона РСФСР от 19 декабря 1991 г. "Об охране окружающей природной среды" определяет экологические преступления как общественно опасные деяния, посягающие на установленный в Российской Федерации экологический правопорядок, экологическую безопасность общества и причиняющие вред окружающей природной среде и здоровью человека ¹.

   Под природоохранительным правопорядком понимается "порядок, установившийся в результате действия природоохранительных правоотношений" ².

   То  есть объектом преступления объявляются не сами общественные отношения, а их следствие как результат действия права, что противоречит общепринятой концепции объекта.

   Нецелесообразно, на наш взгляд, и разграничение  вреда, причиняемого природной среде  и здоровью граждан, ибо последний  при совершении экологических преступлений может быть причинен только путем ухудшения качества природной среды. Правильнее делать акцент на подрыве биологической основы здоровья населения.

   Данное  определение представляет интерес  в плане методологического подхода к решению проблемы, но можно предложить и иное, более точно, на наш взгляд, отражающее сущность экологического преступления.

   С позиций изложенного родовым объектом экологических преступлений следует считать охраняемые уголовным законом комплексные общественные отношения по рациональному использованию природных ресурсов, сохранению качественно благоприятной для человека и иных живых существ природной среды и обеспечению экологической безопасности населения.

   Непосредственными объектами являются конкретные общественные отношения по охране, рациональному использованию отдельных видов природных богатств и обеспечению

экологической безопасности населения. Например, объект незаконной охоты - отношения по охране и рациональному использованию  диких зверей, птиц и иных животных, а объект загрязнения водоемов и воздуха - отношения по охране вод и атмосферы и обеспечению экологической безопасности населения.

   Другой  отличительный признак экологических  преступлений - особый предмет посягательства.

   Предметом экологических преступлений в широком смысле слова выступает природная среда в целом, поскольку все ее составные части находятся между собой во взаимодействии и во взаимосвязи и составляют единую экосистему, а в пределах конкретных участков суши или водоемов образуют единую общность организмов, растительности и т.п. - биоценоз.

   Причинение  вреда единой из частей экосистемы немедленно отражается на состоянии  других.

   В более узком смысле предметом  конкретных преступлений являются природные  ресурсы: земля, ее недра, атмосфера, внутренние воды и воды открытого моря, животные, растительность.

   В отдельных случаях в качестве предмета преступного воздействия  предусматриваются редкие и достопримечательные  ресурсы живой и неживой природы: природные ландшафты, урочища, ущелья либо единичные объекты природы - скалы, деревья, водоемы и др. (ст. 230 УК).

   При конструировании законодателем  норм общего характера (например, ст.ст. 167¹, 230 УК) предмет в законе не конкретизируется.

   Предмет преступления - это признак состава, который чаще всего используется для определения объекта экологического преступления. С установления предмета обычно начинается процесс выяснения характера посягательства и способов его воздействия на определенный объект. Однако поскольку одни и те же элементы природной среды могут быть вовлечены в орбиту различных общественных отношений, необходимо выяснить социальную роль предмета посягательства.

   Так, по-разному будет квалифицирован незаконный вылов рыбы в реке и  в товарном прудовом хозяйстве колхоза. В первом случае это будет рыбное браконьерство (ст. 163 УК), во втором - хищение.

   В экологических преступлениях предмет  посягательства всегда следует рассматривать  в связи с объектом и наряду с ним. Изолированный анализ предмета не позволяет уяснить 

то  отношение, которому наносится ущерб, порождает ошибки, путаницу в квалификации преступления.

   Особое  значение имеет решение данного  вопроса для отграничения экологических  преступлений от посягательств на собственность. "Вещи, - подчеркивает В.Г. Афанасьев, - как компоненты социального целого, суть тела, предметы, вовлеченные в орбиту общественной жизни. Как социальные феномены... они не могут быть поняты сами по себе, вне человеческой деятельности. Они - продукт конкретного труда, потребительские стоимости и как таковые имеют природную основу" ¹. При этом "природное качество вещи проявляется в том материале, из которого вещь состоит, а социальное - в том, что она вводится в орбиту общественных отношений" ².

   Таким образом, чтобы определить, в орбиту каких отношений - природоохранительных или собственности - попадает природный ресурс, надо установить момент, с которого он теряет свойства естественного элемента природы и превращается в вещь, в товар.

   В общей форме можно сказать, что  любому природному ресурсу качество товара придает общественно необходимый труд. Данная посылка, определяющая методологию подхода к оценке экономической сущности предмета посягательства, является господствующей не только в учебной, но и в монографической литературе ³.

   Однако  охрана природы невозможна в настоящее  время без приложения человеческого  труда. Специальными службами осуществляется охрана воздуха, вод, животного мира, лесов. Проводится работа по размножению  и акклиматизации животных, разведению лесов. Все это - убедительное доказательство того, что мы находимся на этапе "очеловечивания" всей природной среды. Остается очень мало природных компонентов, к которым бы не прикасались разум и руки человека.

   Результатами труда, затраченного на сохранение и возобновление природных ресурсов, нельзя, как правило, воспользоваться сразу. Они проявляются порой через десятки лет и трудовое воздействие на природу может быть оценено лишь последующими поколениями.

   Иначе говоря, среди потребительских стоимостей, созданных

природой  без участия человека, растворяется стоимость тех, которые созданы  его трудом.

   Изложенное  послужило основанием для утверждения, что критерий, по которому мы делаем попытку отличить общественно опасное  деяние в сфере экологии от преступлений против собственности, - наличие или отсутствие вложенного в предмет посягательства общественно полезного труда, исчезает, а в ряде случаев уже исчез ¹.

   Однако  при более углубленном изучении вопроса выясняется, что "трудовое опосредование предмета посягательства, понимаемое как аккумуляция им известного количества общественно необходимого труда, далеко не предопределяет отнесение его к категории товарно-материальных ценностей (имущества)" ².

   Что же придает природному ресурсу товарно-денежную форму, превращает его в имущество? Исчерпывающий ответ на данный вопрос следующий: труд, вырвавший тот или иной элемент природы из естественной природной среды и переместивший его из области господства сил природы в сферу, регулируемую экономическими законами общественного производства. С этого момента элементы природной среды становятся имуществом, товаром. Такова, например, продукция рыбного, охотничьего и других добывающих промыслов.

   Отсюда  следует очень важный в методологическом и практическом плане вывод, что  при решении вопроса о разграничении имущества (товара) и естественного элемента природной среды имеется в виду не вообще весь предшествовавший труд, затраченный ранее обществом и аккумулированный в природных богатствах, а конкретный труд, которым вполне определенный ресурс извлекается из природы, которым разрываются его связи с природной средой.

   Следовательно, чтобы природный ресурс мог быть признан имуществом, товаром (а значит, и предметом преступлений против собственности), он должен, во-первых, овеществлять в себе известное количество конкретного  общественно необходимого труда  человека и, во-вторых, быть им извлеченным полностью или иным образом обособленным от окружающей природной среды (например, находиться в ловушке, загоне, капкане, сетях и т.п.).

   В настоящее время ясно, что рано или поздно биосфера в 

еще большей степени будет преобразована в биотехносферу. Вместе с тем ясно и то, что человечество не может существовать, если не останется хотя бы и преобразованная в какой-то мере трудом человека природная среда, выполняющая экологические функции, т.е. функции обеспечения жизнедеятельности человеческого общества.

   Невозможно  полностью преобразовать в товар  воду морей и рек, ледники, горы, почву, атмосферный воздух и ряд других компонентов природной среды.

   Останутся (и количество их увеличивается) территории заповедников, заказников и национальных парков, в которых полностью запрещена или ограничена хозяйственная деятельность. Они призваны выполнять чисто экологические, научные и оздоровительные функции.

   Разводя леса, диких животных, птиц и рыбу, очищая воду и воздух, человечество своим трудом восстанавливает утраченные природные ресурсы, восстановление которых еще возможно, или пытается привести их в первоначальное качественное состояние, формируя тем самым экологические условия своего существования.

   Экологическое право, относя к экологическим отношения, возникающие в связи с возобновлением, восстановлением и улучшением природного вещества ¹, тем самым признает, что искусственно выращенные и выпущенные в природу рыбы, звери, птицы, насаженные леса, очищенные воды и воздух есть предметы этих отношений. Отсюда следует, что они могут быть и предметом экологического преступления.

   Таким образом, те элементы природной среды, к которым приложен человеческий труд и которые вносятся, внедряются, "растворяются" в ней для выполнения природных (биологических и иных) функций, также выпадают из понятий "имущество", "товар", приобретают иное (экологическое) социальное значение, попадая в сферу экологических отношений.

   Изложенное  находит свое подтверждение в  какой-то мере и в судебной практике высших судебных органов. Так, в разъяснениях Пленума Верховного Суда СССР неоднократно проводилась мысль, что предметом  хищения может быть только то, что  отнесено к товару, имеет цену и числится в государственных или иных фондах ².

   На  практике и в теории неоднозначно решался вопрос о квалификации незаконной порубки защитных и озеленительных насаждений в городах и других населенных пунктах, на полосах отвода автомобильных, железных дорог, каналов и т.п. Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 7 июля 1983 г. (п. 8) "О практике применения судами законодательства об охране природы" разъяснил, что эти действия следует квалифицировать по ст. 169 УК.

   Обобщая сказанное, предметом экологических преступлений следует считать различные компоненты природной среды, не отторгнутые и не обособленные человеческим трудом от естественных природных условий либо аккумулирующие в себе определенное количество труда предшествующих и настоящих поколений людей, но остающиеся в природной среде или внесенные в нее для выполнения своих биологических и иных природных функций.

   С объективной стороны рассматриваемые преступления выражаются в нарушении путем действия или бездействия общеобязательных правил природопользования и охраны окружающей природной среды. Диспозиции норм, описывающих такие преступления, - бланкетные, что необходимо учитывать при квалификации преступлений.

   Большинство составов экологических преступлений относится к категории так  называемых формальных (ст.ст. 163, 164, 165, 166 УК, например). Составы, содержащие указания на последствия преступления как  его обязательный признак (например, ст.ст. 160, 161, 169 УК), относятся к материальным. Имеются и такие составы, которые предусматривают ответственность как в случае наступления указанных в них последствий, так и тогда, когда они еще не наступили, но деянием была создана реальная угроза причинения вреда ("составы угрозы"). Их логично отнести к формально-материальным (ч. 1 ст. 223 УК).

   С субъективной стороны большинство преступлений характеризуется умышленной виной. Например, незаконное занятие рыбным и другими водными добывающими промыслами (ст. 163 УК), незаконный промысел котиков и бобров (ст. 164 УК), незаконная охота (ст. 166 УК) могут быть совершены только с прямым умыслом.

   Умышленное  уничтожение, разрушение или повреждение  памятников истории и культуры (ст. 230 УК), жестокое обращение с животными (ст. 230¹ УК) предполагают наличие прямого или косвенного умысла.

   Некоторые преступления могут быть совершены  как умышленно, так и по неосторожности. Например, загрязнение 

водоемов  и воздуха (ст. 223 УК), нарушение правил охраны рыбных запасов при лесосплаве (ст. 165 УК).

   Мотивы  и цели умышленных экологических  преступлений для квалификации значения не имеют, но учитываются при назначении наказания. Исключение составляет ст. 169 УК, где в качестве своеобразного  квалифицирующего признака в санкции ч. 2 статьи указывается корыстная заинтересованность.

   Если  лицо имеет цель путем воздействия  на природную среду причинить  вред людям, то в зависимости от направленности и содержания умысла его действия следует рассматривать как более тяжкое преступление: против человечества (экоцид), либо как вредительство, или преступление против жизни и здоровья.

   Ответственность за экологические преступления могут  нести физические вменяемые лица, достигшие 16-летнего возраста. В  некоторых статьях предусмотрен специальный субъект (например, ч. 2 ст. 161 УК). В ст. 167 УК прямо указывается, что субъектом преступления может быть только отдельный гражданин. В ряде случаев субъектами экологических преступлений могут быть должностные лица (например, ст. 223, ч. 4 ст. 223¹ УК).

   Как показывает судебная практика, в преступлениях, связанных с незаконным завладением  природными ресурсами (браконьерство, незаконная порубка леса, незаконная разработка недр и др.), доля должностных  лиц существенно меньше доли недолжностных. Так, из 1094 лиц, совершивших незаконную охоту, 6% составляли работники природоохранительных органов, 2,4% - работники милиции, 0,4% - представители других органов власти ¹.

   В преступлениях, связанных с ухудшением качества природной среды (загрязнение  водоемов и воздуха, загрязнение  вод открытого моря и др.), доля должностных лиц, наоборот, существенно  превышает долю частных. Например, по делам о загрязнении водоемов и воздуха из 550 человек осужденные должностные лица составили 94%, а по делам о нарушении правил лесосплава - 100% (из 214 человек).

   Основными отличительными признаками экологических  преступлений следует считать объект, предмет посягательства, экологически значимое поведение субъекта и последствия,

так как именно эти признаки характеризуются  особым свойством всех преступлений в области охраны окружающей среды - экологичностью.

   Субъект преступления сам по себе без учета его социальной роли и в отрыве от психологического и действенного поведения, учитываемого законом, не может служить критерием разграничения преступлений, а последних - от непреступных правонарушений. Исключение составляет специальный субъект, особенности которого учитываются в качестве дополнительных идентифицирующих преступление признаков и влияет на квалификацию.

   Содержание  субъективной стороны безусловно влияет на квалификацию преступлений. Уяснение ее необходимо для определения общественной опасности преступления, решения ряда вопросов ответственности и наказания. Однако психологическая деятельность лица, не выражающаяся в его поступках, действиях, сама по себе не имеет уголовно-правового значения. Поэтому признаки субъективной стороны в отрыве от объективных обстоятельств содеянного также не могут служить критериями разграничения экологических и иных преступлений.

   Вместе  с тем хотя признаки субъекта и  субъективной стороны не являются основными  при определении понятия преступления, их следует учитывать, ибо они постоянны и присущи каждому преступлению.

   На  основе анализа признаков экологических  преступлений определение этих преступлений формулируется следующим образом. Экологическими преступлениями называются общественно опасные, предусмотренные уголовным законом деяния, посягающие на общественные отношения по охране качественно благоприятной природной среды, рациональному использованию ее ресурсов и обеспечению экологической безопасности населения.