Философия речевого аспекта

Оглавление

Введение 3

1. Перипатетики  и философские школы 4

2. Мыслители  эллинистического периода 6

Заключение 13

Список литературы 14

Введение

Характер и значение эллинизма, как нового этапа в истории  античного общества особенно четко  отразились в эллинистической культуре, что дало повод некоторым историкам  видеть в эллинизме только явление  культурно-историческое. Если политическое и экономическое единство, которое  стремились создать Александр и  его приемники, оказалось непрочным  и неглубоким, то выросшая на почве  эллинизма культура вышла даже за рамки эллинистического мира; будучи унаследована Римской империей, Византией  и народами Передней Азии, она оказала  значительное влияние на культуру Нового времени.

Культурная жизнь общества получила широкий размах, невозможный  раньше в маленьких отгороженных друг от друга полисах. В период эллинизма  литература и наука получают свой богатый, центр в Александрийском  музее. Библиотека этого музея имела  до 700 тысяч свитков. Здесь не только собирали, но и изучали литературу. Здесь возникла филологическая наука, унаследованная последующими пополнениями.

Эллинистический период античной философии длился от начала походов  Александра Великого до овладения римлян Египтом. Перелом IV и III вв. до н. э. является периодом, когда достигает кульминации  кризис греческих свободных полисов. Поражение в Хэйронее (338 до н. э.) и проигранная Ламийская война знаменуют собой конец свободной политической жизни в континентальной Греции. Греческие города попадают сначала под власть Македонии, а позже постепенно под римское влияние. Этот процесс завершается образованием римской провинции Ахея в 146 г. до н. э.

Цель работы – показать выдающийся вклад эллинистической  культуры в дальнейшее развитие философии.

1. Перипатетики  и философские школы

В конце IV и начале III в. до н. э. в Греции одновременно действует  несколько философских школ. Наследницей  философской и научной мысли  Аристотеля является школа перипатетиков. В первое время после смерти Аристотеля ее представители продолжают естественнонаучные исследования и занимаются интерпретацией его философских и логических воззрений. Наиболее выдающимися из них в указанный период были Теофраст (прим. 370-281 до н. э.) и Эвдем из Родоса. Когда схолархом (главным представителем) был Теофраст, Ликей достиг небывалого расцвета. В нем было около 2000 учеников. Учение Теофраста во многом сходно с учением Аристотеля. Диоген Лаэртский сообщает, что он был автором ряда трактатов. В них он рассматривал проблемы как «первой философии», так и логики, где, очевидно, непосредственно ссылался на Аристотеля. Центром его собственной деятельности была прежде всего область естествознания – «физика» в античном смысле слова и, в частности, ботаника. Он описал более чем 5000 видов растений. Можно согласиться с оценкой Теофраста Гегелем, которая в принципе характеризует и других представителей школы перипатетиков: «...хотя он и был знаменит, он все же может почитаться лишь комментатором Аристотеля. Аристотель представляет собою как раз такую богатую сокровищницу философских понятий, что в нем можно найти много материала для дальнейшей обработки...»¹.

Эвдем из Родоса является автором ряда трудов об истории отдельных наук, популяризирует учение Аристотеля. В области этики он, однако, усиливает идеалистическую тенденцию, утверждает тезис о том, что наивысшее благо заключается в духовном созерцании, т. е. в созерцании божества. В отличие от Эвдема два других ученика Аристотеля - Аристоксен и Дикеарх - подчеркивают и развивают материалистические тенденции в этическом учении Аристотеля.

После смерти Теофраста школу  перипатетиков возглавил Стратон из Лампсака. Его интересы были сосредоточены на области природы, хотя среди названий работ, которые приводит Диоген Лаэртский можно найти труды как по логике, так и по проблемам этики. По мнению историка философии В.Ф. Асмуса, Стратон критически относился к некоторым идеалистическим элементам учения Аристотеля. Он отвергал те мысли Аристотеля, которые вели к дуализму.

С конца III в. до н. э. школа  перипатетиков уже ничего нового не прибавляет к воззрениям Аристотеля. В большинстве случаев перипатетики ограничиваются изданием его отдельных  трудов и написанием комментариев. Неоценимой для истории философии  была деятельность Андроника Родосского (вторая треть 1 в. до и. э.), который упорядочил и издал собрание всех в его время существовавших трудов Аристотеля. Школа перипатетиков действовала вплоть до 529 г. до н. э., т. е. почти 900 лет.

Наряду со школой перипатетиков  в Афинах продолжала свою деятельности и платоновская Академия. Непосредственно после смерти Платона во главе Академии становится Спевсипп (409-339 до н. э.), который в основном сохраняет в ней дух Платона, его идеи последнего периода творчества. После него руководство Академией осуществляет один из самых самобытных (исключав Аристотеля) учеников Платона – Ксенократ из Халкедона (396-314 до н. э.). Однако и он, в сущности, не выходит за рамки идей Платона. Ксенократ делил философию на диалектику, физику (философию природы) и этику (у Платона это деление только обозначено). Он различает также три вида познания: мышление, ощущение и представление. Мышление относится к тому, что находится за границами небесной сферы, в то время как ощущение охватывает вещи лишь в ее рамках. Представление является сочетанием мышления и ощущения, преодолевающим их крайности. В его время в Академии начинает более заметно проявляться влияние пифагорейцев.

Совсем иной способ мышления в платоновской Академии у Гераклида из Понта и Евдокса из Книда. От оригинального платоновского учения об идеях они отклоняются настолько, что лишь с трудом их можно назвать последователями Платона. Гераклид, например, считал, что основой всех вещей являются наименьшие, далее неделимые тела. Он вносит определенный вклад в область астрономии. Элементы научного познания и рационального подхода к решению проблем в его учении смешиваются с мистикой. Так, например, он утверждал, что неделимые тела образуют Вселенную под воздействием божественного разума.

В дальнейшем этическое учение развивал его ученик Крантор из Сол, который выступал против воззрении киников и отстаивал тезис об умеренности страстей. Страсти сами по себе продукт природы, они не должны быть умерщвлены, но только умерены. Во время схолархата Аркесилая (318-214 до н. э.) в Академии начинает усиливаться влияние скептицизма. Весьма резко Аркесилай выступает против учения стоиков о каталептических представлениях. Отвергал он наличие объективных критериев истины и утверждал, что мудрый человек должен «придерживаться рассудка»².

Скептические позиции  занимал и Карнеад (ок. 214- 129 до н. э.), создатель определенной версии теории вероятности (пробабилизм). Он отвергает объективный критерий истины, будь то на уровне чувственного познания или мышления. При этом он ссылается на то, что на уровне чувственного познания существуют явления, известные как обман чувств, а на уровне мышления – логические апории. Карнеад был решительным атеистом и весьма резко выступал против религии. Он подвергал критике стоическое обоснование существования богов и указывал на внутренние противоречия в воззрениях тех, кто отстаивал их существование. В этике он склонялся к естественному объяснению моральных принципов. В связи с этим он в резкой форме критиковал не только традиционную мораль, но и эпикурейское учение, и стоицизм. Его наиболее выдающимся учеником был Клитомах из Карфагена (ум. прим. в 110 г. до н. э.). В сущности он развивал и углублял учение Карнеада.

В I столетии до н. э. академическая  философия постепенно приходит к  упадку.

2. Мыслители эллинистического периода

Выдающимся мыслителем эллинистического периода был Эпикур (342- 271 до н. э.). Его философское мышление восприняло материалистические элементы предшествующей греческой философии. Доминантную роль среди теоретических источников Эпикурова учения играет атомистическая система Демокрита. Главный упор Эпикур, как почти все направления эллинистического и позднейшего, римского периода, делает на этику. Каноника показывает пути создания философской системы, она была изложена в трактате с названием «Правило» (канон). Физике - учении о природе - Эпикур посвятил трактат «О природе» (37 книг), занимался он ею и в «Письмах». Этика трактует о выборе и об отказе, и Эпикур рассуждает об этом в книгах «Об образе жизни», в «Письмах» и в трактате «О конечной цели».

Учение Демокрита Эпикур не принимает пассивно, но поправляет его, дополняет и развивает. Если Демокрит характеризует атомы по величине, форме и положению в пространстве, то Эпикур им приписывает еще одно свойство - тяжесть. «…Следует полагать, что атомы не обладают никакими свойствами видимых предметов, кроме как формой, весом, величиною - теми свойствами, которые естественно связаны с формой».

В области теории познания Эпикур - сенсуалист. В сущности, он перенял стихийно-материалистическую теорию отражения Демокрита. В основе всякого познания лежат ощущения, которые возникают при отделении отражений от объективно существующих предметов и проникают в наши органы чувств. Таким образом, основной предпосылкой всякого познания является существование объективной реальности и ее познаваемость с помощью чувств. О роли чувств Эпикур говорил: «Если ты оспариваешь все ощущения до единого, тебе не на что будет ссылаться, даже когда ты судишь, что такие-то из них ложны».

Большое внимание уделял Эпикур и понятиям. Ясность и точность употребляемых понятий он считал основой любых рассуждений. Общие  понятия характеризуются им как  обобщение опыта, накопленного чувственным  познанием.

Эпикур имел ряд учеников, из которых наиболее выдающимися  были Метродор из Лампсака и Гермарх из Митилены. Один из позднейших эпикурейцев - Филодем - переносит учение Эпикура в I в. до н. э. в Рим, где оно сравнительно быстро распространилось.

В конце IV в. до н. э. в Греции формируется стоицизм, который в  эллинистическом, а также в более  позднем римском периоде становится одним из самых распространенных философских течений. Название «стоицизм» происходит от греческого слова «стоа», что значит «колоннада», «портик», купленный его для своих учеников и для себя Зеноном из Кития (336-264 до н. э.), основателем философии стоицизма. В Афинах он познакомился с послесократовской философией (как с академической, так и с философией кинической и мегарской школ) и приблизительно в 300 г. до н. э. основал собственную школу.

Диоген Лаэртский сообщает, что Зенон, видимо, первый провозгласил в трактате «О человеческой природе», что основная цель – «жить согласно с природой, и это то же самое, что жить согласно с добродетелью»³. Этим самым он дал стоической философии основную ориентацию на этику и се разработку. Выдвинутый идеал он сам реализовал в своей жизни. От Зенона исходит также усилие соединить три части философии (логику, физику и этику) в одну цельную систему. Стоики часто сравнивали философию с человеческим организмом. Логику они считали скелетом, этику - мышцами, а физику - душой.

Учеником и последователем Зенона был Клеанф из Асса (331-232 до н. э.), который последовательно придерживался философских принципов учителя. Более определенную форму стоическому мышлению придает Хрисипп из Сол (280-207 до н, э.). Он превращает стоическую философию в обширную систему.

Стоики характеризовали  философию как «упражнение в  мудрости». Орудием философии, ее основной частью они считали логику. Она  учит обращаться с понятиями, образовывать суждения и умозаключения. Без нее  нельзя понять ни физику, ни этику, которая  является центральной частью стоической философии. Физику, т. е. философию природы, они, однако, не переоценивали. Это вытекает из их главного этического требования «жить в согласии с естеством», т. е. с природой и порядком мира - логосом. Однако в принципе они не внесли в эту область ничего нового.

В онтологии (которую они  помещали в «философию природы») стоики признают два основных принципа: материальный принцип (материал), который считается основой, и духовный принцип - логос (бог), который проникает через всю материю и образует конкретные единичные вещи. Это определенно дуализм, который встречается и в философии Аристотеля. Однако если Аристотель видел «первую сущность» в единичном, которое является единством материи и формы, и возвышал форму как активное начало материи, то стоики, наоборот, сущностью считали материальный принцип (хотя, так же как и он, признавали материю пассивным, а логос (бог) - активным принципом).

Понятие бога в стоической философии можно охарактеризовать как пантеистическое. Логос, согласно их взглядам, пропитывает всю природу, проявляется везде в мире. Он является законом необходимости, провидением. Понятие бога сообщает всей их концепции бытия детерминистский, вплоть до фатализма, характер, который пронизывает и их этику.

В области теории познания стоики представляют по преимуществу античную форму сенсуализма. Основой  познания, согласно их взглядам, выступает  чувственное восприятие, которое вызывается конкретными, единичными вещами. Общее существует лишь посредством единичного. Здесь заметно влияние учения Аристотеля о взаимоотношении общего и единичного, которое проецируется и на их понимание категорий. Стоики, однако, значительно упрощают аристотелевскую систему категорий. Они ограничили ее лишь четырьмя основными категориями: субстанция (сущность), количество, определенное качество и отношение, согласно определенному качеству. С помощью данных категорий постигается действительность.

Большое внимание стоики уделяют  проблеме истины. Свою, по сути, сенсуалистическую  позицию в вопросах теории познания они дополняют моментами, которые  в значительной мере имеют спекулятивный  характер. Центральным понятием и  определенным критерием истинности познания является, по их мнению, учение о так называемом схватывающем (каталептическом) представлении (фантазия каталептика), которое возникает под воздействием воспринимаемого предмета при активном участии субъекта восприятия. Каталептическое представление непосредственно ясно «захватывает» воспринимаемый предмет. Только это ясное и очевидное восприятие необходимо вызывает согласие разума (синкатотезис) и с необходимостью становится пониманием (каталепсис). Как таковое понимание является основой понятийного мышления.

Центром и носителем познания, согласно стоической философии, является душа. Она понимается как нечто  телесное, материальное. Иногда се обозначают как пневма (соединение воздуха и огня). Ее центральную часть, в которой локализируется способность к мышлению и вообще все то, что можно определить в нынешних терминах как психическую деятельность, стоики называют разумом (гегемоником). Разум связывает человека со всем миром. Индивидуальный разум является частью мирового разума.

Хотя стоики считают основой  всякого познания чувства, большое  внимание они уделяют и проблемам  мышления. Они интенсивно занимались исследованием законов мышления и внесли значительный вклад в  развитие логики (почти половина произведений Хрисиппа посвящена вопросам логики).

Стоическая этика выдвигает  на вершину человеческих усилий добродетель. Добродетель, по их представлениям, - единственное благо. В понимании стоиков, «добродетель может быть простой завершенностью чего бы то ни было (например, «добрая статуя»); может быть неумственной, как здоровье, или умственной, как разумение». Добродетель означает жить в согласии с разумом. Стоики признают четыре основные добродетели: разумность, граничащую с силой воли, умеренность, справедливость и доблесть.

К четырем основным добродетелям прибавляются четыре противоположности: разумности противостоит неразумность, умеренности - распущенность, справедливости - несправедливость и доблести - трусость, малодушие. Между добром и злом, между добродетелью и грехом четкое, категорическое различие, переходных состояний между ними нет.

Все остальное стоики относят  к категории безразличных вещей (адиафора). На вещи человек не может повлиять, однако он может над ними «возвыситься». В этой позиции проявляется момент «смирения с судьбой», который развит, в частности, в так называемом среднем и новом стоицизме Человек должен подчиняться космическому порядку, он не должен желать того, что не находится в его власти. Идеалом стоических устремлений выступает покой (атараксия) или, по крайней мере, безучастное терпение (анатея). Стоический мудрец (идеал человека) является воплощенным разумом. Он отличается терпимостью и сдержанностью, а его счастье «состоит в том, что он не желает никакого счастья». В этом стоическом идеале отражается скепсис низших и средних слоев тогдашнего общества, вызванный его прогрессирующим разложением, тот факт, что человек не может изменить объективный ход событий, что с ними он может лишь «внутренне справиться».

Стоическая мораль была полной противоположностью эпикурейской морали. Понятие добродетели представляет противоположность эпикурейского  понятия наслаждения. Подчеркивание  необходимости и подчинение ей противостоят и эпикурейскому пониманию свободы.

Так же диаметрально отличается от эпикурейского и стоическое понимание  общества. Общество, по представлениям стоиков, возникает естественным образом (а не путем конвенции, как у  эпикурейцев). Все люди, независимо от пола, социального положения или  этнического происхождения, равны  самым естественным образом. В этом в значительной мере проявляется  и характерный для того времени  космополитизм, связанный с расширением  горизонтов античного мира.

Стоическая философия, видимо, лучше всего отражает развивающийся  кризис духовной жизни греческого общества. Именно стоическая этика наиболее адекватно  отражает «свое время». Это этика  «сознательного отказа», сознательного  смирения с судьбой. Она отводит  внимание от внешнего мира, от общества к внутреннему миру человека. Лишь внутри себя человек может найти  главную и единственную опору. Поэтому  стоицизм вновь оживает в период кризиса Римской республики и  затем в период начинающегося  распада Римской империи.

В конце IV в. до н. э. в греческой  философии формируется еще одно, менее распространенное по сравнению  с предшествующими философское направление – скептицизм. Его основателем был Пиррон из Элиды (ок. 360-270 до н. э.). Он, так же как и Сократ, излагал свои идеи лишь в устной форме и, не оставил после себя ни одного произведения. Поэтому сведения о его идеях мы черпаем прежде всего из работ его наиболее выдающегося ученика – Тимона (ок. 320-230 до н. э.).

Скепсис имел место в греческой  философии и раньше. В эллинистическую  эпоху складываются его принципы, ибо скепсис определялся не методическими  установками в невозможности  дальнейшего познания, а отказом  от возможности дойти до истины. И этот отказ становится программой.

Скептицизм отрицал истинность любого познания. Удержаться от суждения (эпохэ) - основной его тезис. Поэтому «цель свою скептики полагали в опровержении догматов всех школ, но сами... они ничего не определяли, не определяли и того, что они делали», отвергая в конце концов, как свидетельствует Диоген Лаэртский, и само утверждение «ничего не утверждать»⁴. Принятие этого утверждения в качестве принципа философии также значило бы «нечто утверждать». Гегель в «Истории философии» оценивает эту позицию как завершение субъективизации всего познания.

Доводы против правильности как чувственных восприятия, так  и «познаний мысли», т.е. доводы, объясняющие, почему нужно удерживаться от суждений скептики объединили в десять тезисов-тропов. Вероятно, их автором является Энесидем. В первом из этих тезисов подвергаются сомнению положения о действительности различия физиологической структуры видов животных, в частности их чувственных органов. Во втором подчеркиваются индивидуальные различия людей с точки зрения физиологии и психики. В третьем говорится о различии чувственных органов, в которых одни и те же вещи вызывают разные ощущения (например, вино зрению представляется красным, вкусу - терпким и т. д.). Четвертый обращает внимание на факт, что на познание влияют различные состояния (телесные и душевные) воспринимающего субъекта (болезнь, здоровье, сон, бодрствование, радость, грусть и т. д.). Пятый тезис отражает влияние расстояния, положений и пространственных отношений на восприятие (то, что издалека кажется малым, вблизи оказывается большим). В шестом говорится, что ни одно восприятие не относится изолированно к нашим чувствам без примеси других факторов. Следующий троп указывает на различные воздействия разного количества одного и того же вещества или материи (что в малом количестве полезно, а в большом может быть вредно). Восьмой опирается на тот факт, что определение взаимоотношений между вещами является релятивным (например, что является относительно одной вещи «вправо», может быть по отношению к другой «влево»). Предпоследний троп отражает тот факт, что «привычные и непривычные вещи» вызывают различные чувства (например, затмение солнца как необычное явление, закат солнца - как привычное). Десятый троп поддерживает убеждение в том, что ничего нельзя утверждать позитивно - ни существование различных прав, ни привычек, ни воззрений, ни проявлений веры и т. д.

К этим десяти тезисам Агриппа (I в. н. э.) и его ученики прибавили еще пять. Первый из новых тропов аргументирует различие видов или мнений. Второй критикует бесконечную цепь доказательств. Третий подчеркивает, что любое ограничение относится всегда лишь к чему-либо конкретному. Четвертый критикует принятие предпосылок, которые впоследствии не доказываются. Пятый троп предостерегает от доказательства по кругу. Он указывает на то, что каждое доказательство в свою очередь требует доказательства, это доказательство требует своего доказательства и так по кругу до исходной точки. И хотя эти новые тропы более абстрактны, некоторые из них можно редуцировать к ранним тропам, так же как некоторые ранние тропы основаны на более или менее аналогичных принципах.

Исходя из принципа «ничего  не утверждать», подкрепленного тропами, скептики отвергали любые попытки  познания причин и отбрасывали любые  доказательства. Достижение счастья, по Пиррону, означает достижение атараксии (спокойствия, невозмутимости). Подобное положение вещей является результата ответа на три основных вопроса. Первый: «Из чего состоят вещи?» На него невозможно ответить, потому что ни одна вещь не суть «это больше, чем другое». Из этого положения вытекает и ответ на другой вопрос: «Как мы должны относиться к этим вещам?» На основе предыдущего ответа единственным достойным отношением к вещам считалось «воздержание от каких-либо суждений». Воздержание от суждений не означает, однако, отрицания существа их истины или правоты. Пиррон и Тимон признают лишь непосредственные восприятия, если о них говорится как о восприятиях. В этом можно усмотреть определение субъективно-идеалистическое измерение античного скептицизма. Третий вопрос: «Какую пользу мы получим из такого отношения к вещам?» Ответ Пиррона вытекает из предыдущих положений и направлен на этические последствия этой проблематики. Если мы воздержимся от всяких суждений о вещах, то мы достигнем устойчивого и невозмутимого покоя. Именно в этом скептики и видят высшую ступень возможного блаженства. Хотя скептицизм во многом критически постигает реальную проблематику сложности развития познания, его основной чертой были, однако, безнадежность и отказ, ведущие к агностицизму.

Кратко необходимо сказать  и о таком значительном направлении  эллинистической философии как  неоплатонизм. Виднейшим из неоплатоников  был Плотин. Значительную часть своей жизни Плотин провел в Александрии - городе, который часто характеризуется как место встречи греческой философии с восточным, в частности индийским, мистицизмом. Переехав в Рим, Плотин учил философии, в которой платонизм дополнялся восточного происхождения мистикой.

Мир един, считал Плотин, но не таким образом, что везде, в каждой области вселенной присутствует одно и то же в равной степени. Душа прекраснее косной материи, совокупность идей, Мировой Ум прекраснее Мировой Души (т.е. всех душ), а Единое-Благо прекраснее Мирового Ума. Источником всего прекрасного как раз и является Единое-Благо. «Все идущее от Блага, - говорит Плотин, - прекрасно, само же оно - выше прекрасного, выше даже высочайшего - царственно содержит в себе весь умопостигаемый мир, являющийся областью умного Духа»⁵.

Итак, есть иерархия: Единое-Благо - Мировой Ум - Мировая Душа - Материя. Будучи переполненным самим собой, Единое-Благо, изливаясь, переходит последовательно в Ум, Душу, Материю. Этот процесс мнимого изливания Единого-Блага не является чем-то вещественным. Речь идет о сущностной связи; сущность находится везде, она реализуется посредством Ума, Души, Материи. Там, где нет сущности (Единого-Блага), нет добра. Человек может избежать зла в той мере, в какой ему удастся подняться по лестнице, ведущей вверх, к Единому-Благу (Плотин иногда называл его богом). Это возможно посредством таинственного переживания и слияния с Единым-Благом.

Неоплатонизм является последним  всплеском античной философии. Плотин звал к Единому-Благу, к объединению благодаря мистическому единству. Эта философия стала религиозно-мистическим вступлением к средневековой философии.

Заключение

Развитие эллинистической  философии сопровождалось успехами науки, математики, механики (Евклид, Архимед), астрономии (Аристарх Самосский) медицины, географии, филологии. Происходит изменение во всех сферах жизни: научной, политической, общественной и духовной. Эллинистическая культура надолго пережила эллинистические государства и вызвала у историков иллюзии, будто в созданных эллинизмом культурных ценностях и заключается его подлинная сущность. Эллинизм означал серьезные изменения в экономической, политической и социальной жизни общества. Изменения послужили основой для создания и распространения эллинистической культуры. Эллинизм не был простым механическим «смешением» Востока и Запада. Эллинизм как новый этап в истории общества получил отчетливое выражение в области культуры в литературе и искусстве, в философии и религии. Эллинистическая культура распространилась и сохранилась даже там где её социально-экономическая и политическая база оказалась слабой и недолговечной. Она проникла в Среднюю Азию и Индию. В далеком Причерноморье, в Ольвии, Херсонесе, в Боспорском царстве эллинистическая культура достигла высокого развития. Отсюда вышли знаменитые философы Бион и Сфер, историки Сириек и Посидоний Ольвиополит, географ Дионисий Ольвийский. поэт Исим.

Понимание сути учений, появившихся на философской сцене эпохи эллинизма рождается только при широком взгляде на саму эпоху, при учете всех особенностей ее культурно-исторического развития и породившего его социума. Обновленная действительность, выступающая в своей повседневности, требовала внимания к себе самой. Переход к новому социальному миру позволил взглянуть на все мироздание, именуемое античными людьми космосом, не извне, с точки зрения стороннего наблюдателя, и потому не как на внешнее Бытие, а как бы изнутри него самого.

Список литературы

1. Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. – М., 1989.
2. Рассел Б. История западной философии. В 3 кн. / Б. Рассел; Подгот. текста В.В. Целищева. – Новосибирск: Изд-во Новосиб. ун-та, 2001. – 992 с.
3. Реале Дж. Западная философия от истоков до наших дней. Т. 1. Античность / Дж. Реале, Д. Антисери. – Спб., 1994.
4. Чанышев А.Н. Курс лекций по древней и средневековой философии: Учеб. пособие для вузов / А.Н. Чанышев. – М.: Высш. шк., 1991. – 512 с.

¹ Чанышев А.Н. Курс лекций по древней и средневековой философии: Учеб. пособие для вузов / А.Н. Чанышев. – М.: Высш. шк., 1991. – с. 125.

² Чанышев А.Н. Курс лекций по древней и средневековой философии: Учеб. пособие для вузов / А.Н. Чанышев. – М.: Высш. шк., 1991. – с. 151.

³ Чанышев А.Н. Курс лекций по древней и средневековой философии: Учеб. пособие для вузов / А.Н. Чанышев. – М.: Высш. шк., 1991. – с. 324.

⁴ Рассел Б. История западной философии. В 3 кн. / Б. Рассел; Подгот. текста В.В. Целищева. – Новосибирск: Изд-во Новосиб. ун-та, 2001. – с. 415.

⁵ Рассел Б. История западной философии. В 3 кн. / Б. Рассел; Подгот. текста В.В. Целищева. – Новосибирск: Изд-во Новосиб. ун-та, 2001. – с. 650.