Гоголь в истории украинского театра

План:

Биографические данные
Драматургия Гоголя новатора
О драматургии и о Гоголе
Вместо заключения
Список литературы

Биографические данные

Николай Васильевич Гоголь (1809-1852) – писатель, драматург, поэт.

Родился Николай Гоголь 1 апреля (по новому стилю) 1809 года в семье Василия Афанасьевича Гоголя-Яновского и Марии Ивановны (урождённой Косяровской). Родился Н.В. в местечке Большие Сорочинцы (имение Васильевка) на границе Полтавского и Миргородского уездов Полтавской губернии.

Для того, чтобы понять Гоголя и его творчество лучше, нельзя не сказать о его времени, о местах, в которых он родился и жил, и о его родителях.

Третий ребёнок в семье Василия Афанасьевича и Марии Ивановны родился в низенькой хатке, крытой соломой, в комнате с глиняным полом. По старому стилю, шёл конец марта, 20-е число. Когда маленького Николу понесли в церковь крестить, то падал последний шальной снег, хотя вокруг снег уже давно растаял и даже начала пробиваться травка.

Первые два ребёнка юной Марии Ивановны не выжили и умерли едва родившись. Родители Николая много раз ездили молиться к святой иконе Николая-чудотворца в церковь в соседней Диканьке, просили Угодника заступиться за них и даровать им здорового ребёнка. Гоголи дали слово, что если опять родится мальчик и будет жить, то его в честь святого нарекут Николаем. Со страхом и неуверенностью ждали они третьего ребёнка. И вот наконец родился мальчик. Доктор Трохимовский, искупав новорождённого в воде, настоянной на травах, похлопал его по спинке и сказал: «Будет жить».

Православная Малороссия, в которой родился Гоголь, ещё сохраняла остатки языческих обрядов. Здесь всё перемешалось в одном котле. Здесь веровали в Христа – и странствовавшие по дорогам вертепы играли пьесы, в которых куклы изображали героев Священного Писания, дьяков, шинкарок и запорожцев, здесь чтили пост – но безудержно гуляли и веселились на ярмарках. Здесь ходили в ярких одеждах, украшенных национальным украинским, точнее малороссийским, орнаментом. Здесь сытно ели, уважали горилку и сало, а богатая земля (в окрестностях Миргорода почти сплошь чернозёмы), согретая щедрым южным солнцем, давала хорошие урожаи.

Гоголь родился на меже, на стыке, на междупутье, на перекрёстке дорог. Много раз земля Малороссии переходила из рук в руки. За неё спорили Крымский хан и русский царь. Здесь звучала польская, литовская и шведская речь.

Отец и дед Николая Гоголя носили двойную фамилию Гоголь-Яновский. Гоголь – это кличка, прозвище, имя птицы, франта-селезня. Яновский – уходит корнями куда-то в Польшу (как и фамилия Янковский). Отдалённым предком отца Николая Васильевича Гоголя, Афанасия Демьяновича, был полковник подольский и могилёвский Евстафий (или Остап) Гоголь. Так вот это Гоголь, за боевые заслуги, получил в дар от Польского короля Яна Казимира поместье Ольховец. От этого Евстафия и идёт род Гоголей-Яновских.

Дед Гоголя, Афанасий Демьянович был сыном сельского иерея, учился в Киевской духовной академии. Однако служил не в храмах, а в канцеляриях и вышел в отставку в чине секунд-майора.

Н. В. Гоголь называл театр «кафедрой, с которой можно много добра принести людям»

Драматургия Гоголя новатора

В ответ на замечание Аксакова, что современная русская жизнь не дает материала для комедии, Гоголь сказал, что это неправда, что комизм кроется везде, что, живя посреди него, мы его не видим; но что “если художник перенесет его в искусство, на сцену, то мы сами над собой будем валяться со смеху”. Похоже, что в этой фразе и заключается общий смысл новаторства Гоголя в драматургии: основной задачей становится перенос комизма повседневной жизни на сцену. Как сказал в одной из своих статей Григорьев, “очевидно то, что новая руда открыта великим поэтом, руда анализа повседневной обычной действительности*. Такой выбор предмета творчества диктовал и художественные средства. Пьесы Гоголя - это комедии, но комедии, противопоставленные классическим произведениям этого жанра, во-первых, по сюжету (в сравнении с высокой комедией), а во-вторых, типы, выведенные в комедиях Гоголя, противопоставлены типам пьес того времени. Вместо хитроумных любовников, несговорчивых родителей на сцене появились живые, повседневные национальные характеры. Убийства, яд Гоголь изгоняет: в его пьесах сумасшествие, гибель становятся следствием сплетен, интриг, подслушивании. Гоголь переосмысливает принцип “единства действия” как единства замысла и исполнения его главным героем. В пьесах Гоголя не герой управляет сюжетом, а сюжет, развивающийся по логике азартной игры, несет героя. Цели героя противостоит конечный результат, приближение к цели оказывается удалением от нее “на огромное расстояние” (“Владимир третьей степени”).

Гоголь создает необычную для пьесы ситуацию: вместо одной личной или домашней интриги изображается жизнь целого города, что значительно расширяет социальный масштаб пьесы и позволяет осуществить цель написания пьесы: “собрать в одну кучу все дурное в России”. Город предельно иерархичен, внутри него сосредоточено развитие всей комедии. Гоголь создает новаторскую ситуацию, когда раздираемый внутренними противоречиями город становится способным к цельной жизни, благодаря общему кризису, общему чувству страха перед высшими силами. Гоголь охватывает все стороны общественной жизни управления, но без “административных подробностей”, в “общечеловеческом облике”. В “Театральном разъезде” сказано: “человеческое сыщется везде”. В его комедии при широкой системе должностных лиц выведен большой диапазон духовных свойств: от добродушной наивности почтмейстера до каверзничества Земляники. Каждый персонаж становится своего рода символом. Но определенное психологическое свойство соотносится с персонажем не как его главная черта, а скорее как диапазон определенных душевных движений (почтмейстер, как говорит сам Гоголь, “лишь простодушный до наивности человек”, но с не менее простодушным ехидством он при чтении письма Хлестакова трижды повторяет: “Городничий глуп, как сивый мерин”). Все чувства героев переводятся из искусственного в сферу их реального проявления, но при всем при этом человеческая жизнь берется писателем во всей ее глубине. И когда Бобчинский говорит Хлестакову: “Я прошу вас покорнейше, как поедете в Петербург, скажите всем там вельможам разным: сенаторам и адмиралам, что вот, ваше сиятельство, или превосходительство, живет в таком-то городе Петр Иванович Бобчинский. Так и скажите: живет Петр Иванович Бобчинский”. Гоголь показывает в этой просьбе стремление “означить свое существование в мире”, самое высокое мгновение его жизни.

В своей пьесе Гоголь старается ограничить комические эффекты. “Ревизор” - это комедия характеров. Мы смеемся, по словам Гоголя, не над “кривым носом” персонажей, а “над кривою душою”. Комическое в пьесе подчинено обрисовке типов, возникает из проявления их психологических и социальных свойств.

В “Театральном разъезде” Гоголь пишет: “Да, если принимать завязку в том смысле, как ее обыкновенно принимают, так ее точно нет. Но, кажется, уже пора перестать опираться на эту вечную завязку <...>. Теперь сильней завязывает драму стремление достать выгодное место, “блеснуть и затмить, во что бы то ни стало, другого, отметить за пренебрежение, за насмешку. Не более ли теперь имеют электричества чин, денежный капитал, выгодная женитьба, чем любовь? ” Итак, Гоголь отказывается от традиционного построения пьесы. Немирович-Данченко довольно четко выразил новые принципы построения пьесы: “Самые замечательные мастера театра не могли завязать пьесу иначе, как в нескольких первых сценах. В “Ревизоре” же одна фраза: “Я пригласил вас, господа, для того, чтобы сообщить пренеприятное известие: к нам едет ревизор”, - и пьеса уже начата. Аналогична и развязка. Гоголь находит сценическое движение в неожиданностях, которые проявляются в самих характерах, в многогранности человеческой души, как бы примитивна она ни была. Внешние события пьесу не движут. Сразу задается общая мысль, идея: страх, который и является основой действия. Это позволяет Гоголю резко изменить в конце пьесы жанр: с раскрытием обмана Хлестакова комедия переходит в трагедию”.

Если в 1832 году Гоголь пишет Погодину: “Драма живет только на сцене. Без нее она как душа без тела”, то в 1842 году Гоголь предпосылает своей пьесе эпиграф “Неча на зеркало пенять, коли рожа крива”, явно рассчитанный на читателя, что дало критикам повод говорить об общей несценичности комедии. И, хотя комедия действительно очень тяжела для сценического воплощения, и сам Гоголь писал о неудовлетворенности ее постановками, комедия все-таки была рассчитана именно на зрителя. Принцип “четвертой стены” соблюдается, и кроме: “Чему смеетесь? Над собой смеетесь!” в зал реплик нет. Но Гоголь впервые в русской комедии рисует не отдельный островок порока, в который вот-вот может нахлынуть добродетель, а часть единого целого. У него фактически нет обличении, как в комедии классицизма, критическое начало пьесы в том, что его модель города можно расширить до общероссийского масштаба. Широкое жизненное значение ситуации “Ревизора” в том, что она могла возникнуть почти везде. В этом - жизненность пьесы.

О драматургии и о Гоголе

Театр занимал большое и постоянное место в жизни Н.В.Гоголя. На всю жизнь запомнил Гоголь знакомую ему с детства картину, "когда толпа народа, тесно сдвинувшись, глядит на царя Ирода в золотой короне или на Антона, ведущего козу" ("Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем"); в этой толпе народных зрителей был и маленький Гоголь.

Смешной чертяка, уступающий хитрости украинского казака или парубка, злая баба, храбрый запорожец, умный, озорной цыган - все эти фигуры украинского народного театра облеклись плотью и кровью в действующих лицах "Вечеров на хуторе близ Диканьки" и зажили новой, бессмертной жизнью. Одним из авторов этих остроумных комических интермедий, отражавших жизнь простого народа, был пращур Гоголя Василий Танский (умер в 1763 г.). Отец Гоголя Василий Афанасьевич Гоголь-Яновский (1777 - 1825) был талантливый актер-любитель и драматург "во вкусе площадном". Его комедии были одной из первых попыток продолжить создание украинской народной комедии, начатое И.П.Котляревским.
Гоголь ценил комедии своего отца именно как произведения, близкие к народной жизни, понятные широкому зрителю и отрывками из них воспользовался, наряду с народными пословицами, песнями и стихами И.П.Котляревского как эпиграфами для "Сорочинской ярмарки".
"В самом начале комедия была общественным, народным созданием",- утверждал Гоголь в "Театральном разъезде". В народном театре, в его простом и смелом реализме, в его сатирическом отношении к пану, к дьяку, в его живом юморе Гоголь видел зачатки того театра общественной комедии, которому он послужил своей драматургией.

Гоголь был близко знаком с крепостным театром, который наблюдал в поместье вельможи Д.П.Трощинского Кибинцах. Гоголь-отец выступал там как актер и режиссер в "благородных спектаклях" вместе с В.В.Капнистом, автором знаменитой комедии "Ябеда", которая с 1805 года заняла прочное место в репертуаре русского театра.

В Нежинской гимназии высших наук Гоголь стяжал себе известность не только среди своих товарищей и учителей, но и среди жителей Нежина и окрестных усадеб, но это была известность не начинающего писателя, а примечательного актера и режиссера. Гоголь был устроителем и главным актером школьных спектаклей в 1825 -1828 годах. В репертуаре этих спектаклей были "Недоросль" Фонвизина, "Урок дочкам" И.А.Крылова, "Эдип в Афинах" Озерова, "Лукавин" А.И.Писарева (переделка комедии Шеридана "Школа злословия") и другие пьесы основного репертуара тогдашних театров.

Торжеством Гоголя-актера были комические роли стариков и старух (комические роли старух были тогда в репертуаре крупнейших актеров, например, М.С.Щепкин играл Еремеевну в "Недоросле"). Сам Гоголь, весьма строгий к себе, признавал в себе дарование актера. В 1830 г., после первых служебных и литературных неудач в Петербурге, Гоголь решил стать актером. Как тонкого знатока искусства актер, как мастера художественной постановки спектакля Гоголя ценили такие замечательные актеры, как М.Щепкин, Садовский, Шумский.

Деятельность Гоголя-драматурга была самоотверженным трудом взыскательного художника, который, вкладывая огромный творческий опыт в свои драматические произведения, непрерывно стремился уяснить себе смысл этой деятельности, постоянно ставил перед собой вопросы об эстетическом и общественном значении театра и пытался решить их не только в своих художественных произведениях, но и в ряде статей, заметок, писем и т.д., посвященных вопросам драматургии, актерского и режиссерского искусства.

В таких произведениях, как "Петербургские записки" (1836), "Отрывок из письма, написанного автором вскоре после первого представления "Ревизора" к одному литератору" (1841), "Театральный разъезд" (1842), "О театре" (1847), появившихся в печати при жизни автора, Гоголь весьма подробно высказал свои мысли о театре и его назначении, о задачах драматургии, об искусстве актера и вместе с тем подверг критике существующее положение театра в России и дал критический разбор исполнения целью принять непосредственное участие в борьбе за то понимание театра и его назначения, которое разделял он сам и на основе которого он создавал свои комедии.

В свих воззрениях на театр Гоголь исходил из резкой критики русской театральной действительности середины 30-х гг. Театральные статьи и заметки Гоголя содержали в себе оригинальные и новые для своего времени идеи, и вместе с тем они служат важным комментарием к его драматургическому наследию. В 1836 г., когда Гоголь ставил на сцене Александринского театра "Ревизора" и добивался от актеров, привыкших играть пустые фарсы и водевили, реалистической правды, Пушкин предложил ему написать театральное обозрение для своего журнала"Современник". Гоголь принял это предложение и в своих "Петербургских записках 1836 года" подверг жестокой критике русский театр, опекаемый чиновниками Николая І.

Основная идея Гоголя, которая выражена в его мыслях не только о драматическом, но и о музыкальном театре (опера и балет), заключается в утверждении огромного культурно-просветительного и идейно-воспитательного значения театра. Печальной театральной действительности, театру-развлекател, Гоголь противопоставлял театр-просветитель, вносящий в жизнь народа прогрессивные начала мысли и свободы: "Из театра мы сделали игрушку вроде тех побрякушек, которыми заманивают детей, позабывши, что это такая кафедра, с которой читается разом целой толпе живой урок, где, при торжественном блеске освещения,
при громе музыки, при единодушном смехе, показывается знакомый, прячущийся порок и, при тайном голосе всеобщего участия, выставляется знакомое, робко скрывающееся возвышенное чувство..."
Если Гоголь требовал жизненной правды и тесной связи с народным творчеством от музыкального театра, то тем более усиливал он эти требования по отношению к театру драматическому.
Гоголь был прекрасно знаком с европейским театром своего времени. Меньше всего Гоголь желал, чтобы русский театр был сколком с французского с его господством мелодрамы и водевиля, тешащих "среднее сословие". Именно потому, что Гоголь был отлично знаком с мелодрамой и водевилем на их родине, он был ярым противником их господства на русской сцене: если мелодрама, по справедливому суждению Гоголя, была суррогатом трагедии, приемлемым для буржуазного зрителя, для пошлого вкуса которого была недоступна трагедия Шекспира и Шиллера, то водевиль был суррогатом комедии, некогда творившей сатирический суд над жизнью (Мольер, Бомарше). В своих "Петербургских записках" Гоголь с негодованием писал о засилье мелодрамы и водевиля как о несомненных признаках порочности феодально-буржуазного театра.

Вместо заключения

… хотелось бы привести несколько историй из жизни Гоголя.

Талант, не узнанный школой

В Нежинской гимназии Гоголь держался особняком и не отличался особенным прилежанием. Учитель латинского языка Иван Григорьевич Кулжинский, единственный педагог, оставивший о Гоголе свои воспоминания, сообщает: "Он учился у меня три года и ничему не научился... Во время лекций Гоголь всегда, бывало, под скамьею держит какую-нибудь книгу и читает... Это был талант, не узнанный школою, и, ежели правду сказать, не хотевший или не умевший признаться школе".

Товарищи Гоголя были невысокого мнения о его литературных способностях, особенно в области прозы. "В стихах упражняйся, – советовал ему Константин Базили, – а прозой не пиши: очень уж глупо выходит у тебя. Беллетрист из тебя не вытанцуется, это сейчас видно".

Гоголь в роли госпожи Простаковой

Зато в театральных представлениях Гоголю как актеру не было равного. "Все мы думали тогда, – вспоминал один из воспитанников гимназии Тимофей Пащенко, – что Гоголь поступит на сцену, потому что у него был громадный талант и все данные для игры на сцене..." Особенным успехом Гоголь пользовался в роли госпожи Простаковой из фонвизинского "Недоросля". Константин Базили рассказывал впоследствии: "Видел я эту пьесу в Москве и в Петербурге, но сохранил всегда то убеждение, что ни одной актрисе не удавалась роль Простаковой так хорошо, как играл эту роль шестнадцатилетний тогда Гоголь".

Библиотекарь

В гимназии Гоголь известен был как хранитель книг, выписываемых в складчину. Пантелеймон Кулиш, первый биограф Гоголя, рассказывает со слов его соучеников: "Книги выдавались библиотекарем для чтения по очереди. Получивший для прочтения книгу должен был в присутствии библиотекаря усесться чинно на скамейку в классной зале, на указанном ему месте, и не вставать с места до тех пор, пока не возвратит книги. Этого мало; библиотекарь собственноручно завертывал в бумажки большой и указательный пальцы каждому читателю, и тогда только вверял ему книгу. Гоголь берег книги как драгоценность, и особенно любил миниатюрные издания".

Школьные проказы

Однокашник Гоголя по гимназии Иван Сушков, помещик Полтавской губернии, рассказывал однажды за обедом у своего дяди, московского литератора Николая Васильевича Сушкова: "Никто не думал из нас, чтобы Гоголь мог быть когда-либо писателем даже посредственным, потому что он известен был в лицее за самого нерадивого и обыкновенного слушателя и отличался больше жартами, которыми часто заставлял всех товарищей хохотать до беспамятства. Довольно бывало ему сказать одно слово, сделать одно движение, чтобы все в классе, как бешеные или сумасшедшие захохотали в одно горло, даже при учителе, директоре... Он же оставался как ни в чем не бывало: спокоен и важен. Пока не знали причин нашего смеха, обыкновенно наказывали нас за него, тем, что мы должны были, провинившись, стоять, а он один сидеть; но когда нам наскучило это и мы объявили, в чем дело, уже один он стоял, а мы сидели".

Поклон вашему превосходительству

Нестор Васильевич Кукольник, нежинский соученик Гоголя, рассказывает, что у директора гимназии Ивана Семеновича Орлая в Полтавской губернии, в Миргородском уезде, было маленькое имение, при котором состояло всего шесть душ. Имение это находилось по соседству с деревней матери Гоголя. С этим обстоятельством связан следующий забавный случай. Иван Семенович не жаловал, если ученики во время занятий оставляли классы и прогуливались по коридорам, а Гоголь любил такие прогулки, а потому не мудрено, что частенько натыкался на директора, но всегда выходил сухим из воды при помощи одной и той же проделки. Завидя Ивана Семеновича издали, он не прятался, шел прямо к нему навстречу, раскланивался и докладывал: "Ваше превосходительство! Я сейчас получил от матушки письмо. Она поручила засвидетельствовать вашему превосходительству усерднейший поклон и донести, что по вашему имению идет все очень хорошо". – "Душевно благодарю! Будете писать к матушке, не забудьте поклониться и от меня и поблагодарить". Таков был обыкновенный ответ Ивана Семеновича, и Гоголь безнаказанно продолжал свою прогулку по коридорам.

Как Гоголь притворился сумасшедшим

В Нежинской гимназии, хотя и редко, но применялись телесные наказания. Нестор Кукольник рассказывает, как однажды, еще в нижних классах, Гоголь чем-то провинился и чтобы избежать наказания, притворился сумасшедшим. "Плохо, брат! – сказал ему кто-то из товарищей, – высекут!" – "Завтра!" – отвечал Гоголь. Но приговор утвержден, явились классные надзиратели. Вдруг Гоголь вскрикивает так пронзительно, что все испугались, и сходит с ума. Поднимается суматоха; Гоголя ведут в больницу. Директор гимназии, Иван Семенович Орлай, дважды в день навещает его. Гоголя лечат, друзья ходят к нему в больницу тайком и возвращаются с грустью: помешался, решительно помешался! Словом, до того искусно притворился, что все были убеждены в его помешательстве. И когда после двух недель успешного лечения его выпустили из больницы, приятели долго еще поглядывали на него с сомнением и опасением.

Бычачьи глаза

Тимофей Пащенко рассказывает, что в гимназии у них был товарищ, Михаил Риттер, – большого роста, чрезвычайно мнительный и легковерный юноша. У него был свой лакей, старик Семен. Гоголя заинтересовала чрезмерная мнительность товарища, и он выкинул с ним такую штуку. "Знаешь, Риттер, – сказал он, – давно я наблюдал за тобою и заметил, что у тебя не человечьи, а бычачьи глаза. Но все еще сомневался и не хотел говорить тебе, а теперь вижу, что это несомненная истина". Товарищ подходит несколько раз к зеркалу, пристально всматривается, изменяется в лице, дрожит, а Гоголь приводит всевозможные доводы и наконец совершенно уверяет его, что у него бычачьи глаза. Дело было к ночи. Лег несчастный Риттер в постель, не спит, ворочается, тяжело вздыхает, и все представляются ему собственные бычачьи глаза. Ночью он вдруг вскакивает с постели, будит лакея и просит зажечь свечу. "Видишь, Семен, – спрашивает он, – у меня бычачьи глаза?" Подговоренный Гоголем лакей отвечает: "И впрямь, барин, у вас бычачьи глаза!" Риттер окончательно растерялся и упал духом. "Ах, Боже мой! Это Гоголь сделал такое наваждение!" Вдруг поутру суматоха. "Что такое?" – "Риттер сошел с ума! Помешался на том, что у него бычачьи глаза!" – "Я еще вчера заметил это, – говорит Гоголь с такою уверенностью, что трудно было не поверить. Бегут и докладывают о несчастье директору Орлаю, а вслед является и сам Риттер и горько плачет: "Ваше превосходительство! У меня бычачьи глаза!" Ученейший и знаменитейший доктор медицины Иван Семенович Орлай флегматично нюхает табак и, видя, что ученик, действительно, рехнулся, приказал отвести его в больницу. И повели бедного Риттера в больницу, в которой он пробыл целую неделю, пока не излечился от мнимого сумасшествия.

Как работал Гоголь

Известно, что Гоголь по нескольку раз переписывал свои произведения, каждый раз внося в текст существенные исправления и добавления. Поэт и переводчик Николай Васильевич Берг в своих воспоминаниях приводит слышанное им самим от Гоголя поучение, как надо писать. "Сначала нужно набросать все как придется, – говорил он, – хотя бы плохо, водянисто, но решительно все, и забыть об этой тетради. Потом через месяц, через два, иногда более (это скажется само собою) достать написанное и перечитать: вы увидите, что многое не так, много лишнего, а кое-чего и недостает. Сделайте поправки и заметки на полях – и снова забросьте тетрадь. При новом пересмотре ее новые заметки на полях, и где не хватит места – взять отдельный клочок и приклеить сбоку. Когда все будет таким образом исписано, возьмите и перепишите тетрадь собственноручно. Тут сами собой явятся новые озарения, урезы, добавки, очищения слога. Между прежних вскочат слова, которые необходимо там должны быть, но которые почему-то никак не являются сразу. И опять положите тетрадку. Путешествуйте, развлекайтесь, не делайте ничего или хоть пишите другое. Придет час – вспомнится заброшенная тетрадь: возьмите, перечитайте, поправьте тем же способом, и когда снова она будет измарана, перепишите ее собственноручно. Вы заметите при этом, что вместе с крепчанием слога, с отделкой, очисткой фраз – как бы крепчает и ваша рука; буквы становятся тверже и решительнее. Так надо делать, по-моему, восемь раз. Для иного, может быть, нужно меньше, а для иного и еще больше. Я делаю восемь раз. Только после восьмой переписки, непременно собственною рукою, труд является вполне художнически законченным, достигает перла создания".

Литература:

Материалы сети Интернет
Виноградов В.В. Язык Гоголя и его значение в истории русского языка. / Сб. Гоголь в школе // Под ред. В.В.Голубкова и А.Н.Дубовцева. - М., АПН, 1954.
Гоголь. Статьи и материалы. - Л., 1954.
Дурылин С.Н. Гоголь и театр. / Сб. Гоголь в школе. - М., 1954.
Манн Ю.В. Драматургия Гоголя. // Н.В.Гоголь. Комедии. - Л., Искусство, 1988.