Идеи и судьбы разработчиков крестьянской реформы 1861 года

                                                     

Министерство образования  и науки РФ

ФГБОУ  ВПО «НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ   УНИВЕРСИТЕТ»

Институт детства 

Кафедра логопедии и  детской речи

 

 

 

ИДЕИ И СУДЬБЫ РАЗРАБОТЧИКОВ КРЕСТЬЯНСКОЙ РЕФОРМЫ

1861 ГОДА

Реферат

 

 

 

Работу выполнил:                                                      Марина  Алексеевна

Студентка 1 курса, гр.18                                        Иванова

 

 

Работу проверил:                                                       Татьяна Александровна

Старший преподаватель                                           Петрова

кафедры логопедии и  детской речи

 

 

 

 

 

 

 

Новосибирск 2011

СОДЕРЖАНИЕ

 

Введение……………………………………………………………………….......3

ГЛАВА 1. Крестьянская реформа 1861 г.

1. Причины и предпосылки отмены крепостного права……………………6
2. Попытки проведения реформ……………………………………………...9

ГЛАВА 2. Проекты отмены крепостного права в России

2.1. Проект и судьба  Я.И. Ростовцева………………………………………..1

2.2. Проект и судьба  М.А. Корфа……………………………………………15

Заключение…………………………………………………………………….....17

Список использованных источников…………………………………………...20

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

 

Вопрос об отмене крепостного  права ставился в российском обществе уже в середине XVI века. Власть признавала необходимым приступить к разработке соответствующих проектов, по крайней мере, с начала XIX века. Но в качестве неотложной, требовавшей немедленного решения задачи ликвидация крепостничества была поставлена в знаменитой речи Александра II перед московским дворянством в 1856 году. Поражение в Крымской войне (1853-1856) показало всему обществу военно-техническое отставание, хозяйственный застой, ветхость системы.

Россия оказалась перед  реальной угрозой утраты статуса  великой державы, жизнь властно  требовала решительных шагов  по обновлению страны. Задача состояла в том, чтобы твердо встать на путь модернизации  - отказа от крепостничества, развитие промышленности, создание основ индустриального общества. Отмена крепостного права в России явилась условием, обеспечившим утверждение капиталистической формации. Причиной заставившей господствующие классы пойти на реформы был кризис феодально-крепостнической системы. Этот кризис представил собой результат конфликта новых производственных отношений.

Тема исследования, идеи и судьбы разработчиков крестьянской реформы 1861 года очень актуальны, так как реформа 1861 года явилась одной из наиболее важных в судьбе русского народа, с которой русское общество вступило на новый этап своего существования.

При написании данной работы была поставлена цель - рассмотреть  проекты отмены крепостного права и судьбы их разработчики.

Объектом исследования является крестьянская реформа 1861 г.

Предметом – проекты  и судьбы разработчиков крестьянской реформы 1861 года.

 

Задачи исследования:

          - выявить предпосылки  и причины  проведения реформы 1861 года;

- рассмотреть проекты  отмены крепостного права в  России;

- проследить судьбу  разработчиков реформы 1861 года;

- определить историческую  значимость реформы 1861 года.

История отмены крепостного  права имеет огромное значение для  понимания процесса исторического развития России в эпоху капитализма, определившего расстановку классовых сил в пореформенный период и обусловившего создание экономических и политических предпосылок для буржуазно - демократической революции.

Эта проблема неоднократно являлась предметом специального научного исследования. Дореволюционные историки И. И. Иванюков, Г. А Джаншиев рассматривали реформу с идеалистических позиций, как результат распространения гуманно - прогрессивных идей, игнорируют те социально -  экономические процессы, которые ее вызывали. В начале 1877 года вышла в свет книга известного либерального экономиста Ю. Э. Янсона «Опыт статистического исследования о крестьянских наделах и повинностях». На основе большого статистического материала, собранного двумя правительственными комиссиями, а также материалов земских управ профессор Янсон подверг исследованию вопрос об обеспеченности крестьян землей и соответствии крестьянских платежей, в первую очередь выкупных, с доходностью их хозяйств. Янсон пришел к выводу, что как в черноземной, так и нечерноземной полосах, так и в юго - западных и северо - западных губерниях крестьянские наделы не могли обеспечить минимальных потребностей крестьян. Следующей работой посвященной крестьянской реформе в целом, явилось исследование доцента политической экономии

Санкт – Петербургского лесного института Л. В. Ходского «Земля и  землевладелец», изданное в 1891 году.

В первом томе своего труда  автор рассматривает общетеоретические  вопросы и историю развития поземельных  отношений в других странах.                    

 Второй том посвящается  характеристике Положений 19 февраля  1861 года и их осуществлению.  Здесь же рассматривается реформа  в отношении удельных и государственных  крестьян. Однако все эти вопросы  освещаются в общей форме.

В 1990 году в № 39 «Вестника финансов, промышленности и торговли» были опубликованы статистические данные с обстоятельной вводной статьей Д. Г. Рихтера под названием «Материалы по вопросу о земельном наделе бывших помещичьих крестьян и о сервитутах в юго – и северо-западных губерниях России» [4, c.27].

В данном исследовании за основу взяты работы: П. А. Зайончковского «Проведение в жизнь крестьянской реформы 1861 года», «Отмена крепостного  права в России», Эйдельман Н. Я. «Революция сверху» в России», статьи А. П. Шестопалова «Лица и дела Секретного комитета по крестьянскому делу 1857 -1858 год», «Великая княгиня Елена Павловна», «Николай Алексеевич Милютин», Дружинина Н. М. «Русская деревня на переломе 1861-1880 гг», Захарова Л. Г. «Самодержавие и отмена крепостного права».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ГЛАВА 1.

ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ЛИТЕРАТУРЫ ПО КРЕСТЬЯНСКОЙ РЕФОРМЕ 1861 г.

 

1. Причины и предпосылки отмены крепостного права

 

Инициатором преобразований выступала государственная власть и сам Александр II. Что толкнуло самодержавную монархию на отмену крепостного права, веками являвшегося ее фундаментом, - вопрос достаточно выясненный. Поражение в Восточной войне (1853-1856 гг.),

 прервавшее полуторавековое  победоносное продвижение к Черному  морю и понесенное на собственной  территории, сдача Севастополя, условия Парижского мира 18(30) марта 1856 г., который лишил Россию военного флота и военно-морских баз на Черном море, части Бессарабии и поставил под сомнение престиж России как великой державы, - все это обнажило отставание страны от развитых европейских стран. Устаревшее вооружение и несовременная система комплектования армии, отсутствие железных дорог и телеграфной связи с югом страны  и множество других очевидных признаков отсталости страны не оставляли сомнения в неизбежности перемен. «Севастополь ударил по застоявшимся умам», - это крылатое выражение В.О. Ключевского относится ко всем слоям русского общества, не исключая и власть [6, c.3]. «Прежняя система отжила свой век», - таков общий приговор одного из недавних апологетов этой системы историка М.П. Погодина [6, с.4].

Позже, после отмены крепостного  права, министр финансов М.Х. Рейтерн  писал в докладе императору: «Если  бы правительство после Крымской войны и пожелало возвратиться к  традициям последних времен, то оно  встретило бы непреодолимые препятствия, если не в открытом, то, по крайней мере, в пассивном противодействии, которое со временем могло бы даже поколебать преданность народа - широкое основание, на котором зиждется в России монархическое начало» [10, с.168]. Но еще ранее, в 1856 г., крупнейший деятель эпохи реформ Н.А. Милютин в своей записке признавал, «что дальнейшее сохранение крепостного права в перспективе, лет через 15, может привести к восстанию крестьянства»[10, с.170]. Объяснение отмены крепостного права ростом крестьянских волнений, преобладавшее в советской историографии, сейчас уже преодолено.  Александр II встал на путь освободительных реформ не в силу своих убеждений, а как военный человек, осознавший уроки Восточной войны, как император и самодержец, для которого превыше всего были престиж и величие державы. Большую роль сыграли и свойства его характера - доброта, сердечность, восприимчивость к идеям гуманизма, бережно привитые ему всей системой воспитания В.А. Жуковского, А.Ф. Тютчева, метко определившие эту особенность натуры Александра II: «его сердце обладало инстинктом прогресса». Не будучи реформатором по призванию, по темпераменту, Александр II стал им в ответ на потребности времени как человек трезвого ума и доброй воли. Его характер, воспитание, миропонимание способствовали адекватной оценке сложившейся ситуации, принятию нетрадиционных решений, а отсутствие фанатизма, приверженности жесткой политике не мешало искать выход на новых путях в рамках самодержавно-монархического строя и, оставаясь верным заветам предков, короне, начать достаточно радикальные преобразования [2, c.74].

Вскоре после заключения мира, выступая в Москве перед предводителями дворянства, император сказал: «Слухи носятся, что я хочу объявить освобождение крестьян. Я не скажу вам, чтобы я был совершенно против этого. Мы живем в таком веке, что со временем это должно случиться. Я думаю, что вы одного мнения со мною, следовательно, гораздо лучше, чтобы это произошло свыше, чем снизу» [5, c.35-36]. Эта знаменитая, хотя и немногословная речь говорит нам о многом и важном в истории реформы 1861г.: о том, что инициатива исходила от самого Александра II; что он ее навязывал дворянству; что он признавал необходимым опередить инициативу крестьянства, не дожидаясь давления «снизу», т.е. Крестьянского движения; что он считался с общим направлением развития века. Дальнейшие события показали, что Александр II не отступил от этой первой заявки на отмену крепостного права.

Каковы же были предпосылки  реформ? Единого мнения об объективных  социально-экономических предпосылках отмены крепостного права нет. Советские историки писали о кризисе феодально-крепостнической формации, большинство западных (вслед за П. Струве и А. Гершенкроном) пришли к заключению, что крепостная система хозяйствования накануне реформы 1861г. была вполне жизнеспособна. Проблема эта, видимо, требует дальнейшего исследования с использованием данных о макро- и микроуровнях социально-экономического развития предреформенных десятилетий. Более бесспорным является влияние на подготовку реформы банковского кризиса конца 1850-х гг., убедительно и всесторонне изученного в работах С. Хока [10, c.54].

В работах А. Криспа, А. Скерпана, Б. Линкольна достаточно прояснен также вопрос об экономических мотивах  проведения реформы, как их понимали сами реформаторы. В основе их взглядов лежал экономический либерализм, признание роли частной инициативы в развитии экономики. При этом весьма спорным выглядит утверждение, что либеральная бюрократия не знала реалий российской действительности и лишь копировала опыт Запада. 

Таким образом, благодаря  в первую очередь трудам Б. Линкольна  ныне ясно, что важной предпосылкой Великих реформ являлось наличие  кадров, людей, готовых взять на себя грандиозный труд по преобразованию России, труд, к которому пытались приступить, но который не могли осилить их предшественники в первой половине XIX в. Этот слой прогрессивно мыслящих, интеллигентных людей, объединенных общностью взглядов на задачи предстоящих преобразований и методы их исполнения, начал складываться в недрах бюрократического аппарата николаевского  царствования в 1830-е и особенно в 1840-е гг. [5, c.44].

Другой такой предпосылкой стали институциональные реформы, проведенные в царствование Александра I, в том числе создании министерств, в которых и выросли кадры будущих реформаторов. Важно отметить также значение наследия М.М. Сперанского, не только поставившего в повестку для крупномасштабные реформы государственного строя при Александре I, но осуществившего упорядочение законодательства при Николае I (создание Полного собрания законов и Свода законов Российской империи), внесшего свою лепту в воспитание и образование будущего царя-освободителя (Сперанский полтора года читал наследнику престола лекции «Беседы о законах»). Заслуживают внимания и реформы в сфере народного просвещения в первой половине XIX в., которые готовили почву для грядущих перемен. Многие деятели Великих реформ вышли из университетов, института правоведения, Царскосельского лицея и др. Сами по себе перечисленные сюжеты достаточно изучены, но в историографии Великих реформ они пока не нашли должного места [8, c.37].

Среди предпосылок отмены крепостного  права немаловажное значение имел и  накопленный в первой половине XIX в. опыт обсуждения и решения крестьянского вопроса. Указы 1803г. о вольных хлебопашцах и 1842г. об обязанных крестьянах, необязательные для помещиков, а потому и малорезультативные, вместе с тем апробировали в законодательстве идеи отмены крепостного права с выкупом земли крестьянами в собственность и неразрывной связи крестьянина с землей [4, c.104]

 

 

 

 

2. Попытки проведения реформ

 

Крепостное право на Руси окончательно установилось во время  правления Петра I. Но полвека спустя некоторые наиболее образованные государственные деятели заговорили о вреде крепостного права.

Возможно, на их мышление повлияла политика «просвещенного абсолютизма», проводимая Екатериной II. В результате по специальном заказу канцлера М. И. Воронцова француз Де Буляр составил записку, в которой доказал пользу для государства «третьего чина»: «Это душа общества, он политическому корпусу есть, что желудок человеческому. Всякая держава, в коей не хватает третьего чина, есть несовершенна, сколько бы ни сильна она была» [10, с.168].

После этого был составлен доклад для Екатерины II. Царица заинтересовалась этой идеей и пригласила для обсуждения 28 видных купцов. Однако их просьбы оказались самыми прагматичными и совершенно не касались политических и судебных прав.

Знаменитейшая формула  громко произнесенная в 1856-м году – «освободить сверху, пока не освободились снизу», была в какой-то степени понята Екатериной II, а затем довольно ясно осознана Александром I. Александр I обратился к любимому учителю - швейцарцу Лагарпу за советом и вскоре , 16 октября 1801 года, получил любопытные «директивы», которые в общем принял к исполнению [7, c.139].

Против реформ (согласно Лагарпу) будет почти все дворянство, чиновничество, большая часть буржуазии. Буржуазия не развита, мечтает превратиться в дворян, получить крестьян. Реформатор может опереться лишь на образованное меньшинство дворянства и собственный императорский авторитет [3, c.68].

Первой попыткой реформы сверху является проект реформ Сперанского  М. М., который должен был закончиться  двумя главными результатами - первой российской конституцией и отменой  крепостного права. Но из-за наступающей войны с Наполеоном Александр I не решился на преобразования и сослал М.М. Сперанского [5, c.40].

Второй попыткой преобразований была предпринята Александром I в начале 20-х годов. Н.Н. Новосильцев, один из старинных друзей и сподвижников императора, разработал ряд засекреченных документов. По ним предполагалось личное освобождение крестьян и наделение их небольшим количеством земли. Александр I собирался объявить коренные реформы не в своей столице, где был сосредоточен аппарат государя, а подальше от нее, в Варшаве. «Невидимый» и тем особенно страшный бюрократический аппарат имел на царя давление [5, c.46].

 После того как Александр  I не решился, а декабристы не сумели, Николай I, бес сомнения, некоторое время пытался взять на себя роль «революционера сверху». Он действительно, а не на словах, предполагал провести ряд реформ, в их числе главную - отмену крепостного права. Десятки проектов, 11 секретных комитетов по крестьянскому вопросу! Не получилось. Не получилось у Николая I прежде всего из-за сильного и все нарастающего эгоистичного звериного сопротивления аппарата, высшей бюрократии [5, c.48].

18 февраля 1855 года умер  Николай I. После трагической смерти императора Елена Павловна  стала старейшим членом императорской фамилии, неопытность молодого монарха -  ее племянника позволили ей занять достойное место в политической нише, стать своеобразным политическим маяком, на который ориентировались все либеральные силы русского общества.

Желая сдвинуть этот вопрос с мертвой точки, Елена Павловна задумала освободить крестьян своего полтавского имения Карловка (имение насчитывало 12 селений, в которых проживало 7392 души мужского пола и 7625 душ женского пола, обрабатывавших свыше 9 тыс. дес. земли). Однако

 не подкрепленное  солидной аргументацией, а главное, определенным планом желание тетки императора не вызвало особого восторга ни у ее венценосного племянника, ни у графа Киселева, автора реформы управления государственной деревней 1837-1841 гг., ни у Н. А. Милютина, посоветовавшего ей «пока повременить со своим намерением», так как этот вопрос еще не вполне выяснен в законодательной работе [7, c.54].  

План Елены Павловны и Милютина явно опередил свое время. Через несколько лет карловский проект послужит тем материалом, на основе которого будут выработаны общие принципы будущей крестьянской реформы.

 

ГЛАВА 2.

ПРОЕКТЫ ОТМЕНЫ КРЕПОСТНОГО ПРАВА В РОССИИ

 

2.1. Проект и  судьба Я.И. Ростовцева

 

Выступление Александра II 30 марта 1856 г. перед предводителями московского дворянства, послужившего первым шагом на пути к освобождению крепостного крестьянства, в Министерстве внутренних дел развернулась работа по выработке общего плана реформы.

В 1857 году был образован  Секретный комитет по крестьянскому  делу первое заседание которого состоялось 3 января в Зимнем дворце в кабинете  императора. В состав комитета вошли следующие высшие сановники империи: Д.Н. Блудов, В.А. Долгоруков, П.П. Гагарин, С.С. Ланской, В.Ф. Адлерберг, К.В. Чевкин, М.А. Корф и Я.И. Ростовцев. Делопроизводителем нового комитета был назначен государственный секретарь В.П. Бутков. Первым лицом Секретного комитета (исключая самого Александра II) был Алексей Федорович Орлов (1787-1861 гг.) [3, c.76]. К концу февраля 1857 г. из Государственной канцелярии в Секретный комитет поступил ряд записок: о разных предположениях касательно освобождения крепостных людей, о дворовых людях, об обязанных крестьянах, о свободных хлебопашцах, о праве собственности крепостных людей. Наиболее обстоятельной была записка Я.И. Ростовцева [3, c.80].

Яков Иванович Ростовцев родился в 1803 году. Отец его был директором училищ Санкт-Петербургской губернии. Ростовцев воспитывался в пажеском корпусе и начал службу в гвардии. 12 декабря 1825 года словесно известил императора Николая I о заговоре декабристов, не называя имён участников и не преследуя никакой личной цели. В 1828 году был назначен адъютантом великого князя Михаила Павловича и сопровождал его в турецкой кампании 1828 года и польской 1831 года; в 1835 году был назначен начальником штаба великого князя по управлению военно-учебными заведениями и сохранил эту должность, когда управление военно-учебными заведениями, после кончины великого князя, было вверено наследнику цесаревичу. По вступлении на престол императора Александра II, главное начальствование над военно-учебными заведениями было возложено на Ростовцева, с званием начальника главного штаба. В июле 1858 года Яков Ростовцев был назначен одним из четырёх членов комиссии для предварительного рассмотрения проектов положений, поступавших из губернских комитетов. Записка Ростовцева, датированная 20 апреля 1857 года, сразу определяла позицию автора по крестьянскому вопросу: «Убеждения людей мыслящих, просвещенных и любящих отечество в том, что человек человеку не должен принадлежать, что человек не должен быть вещью, а потому в необходимости освобождения крестьян сказывается требование правды, справедливости и благоразумия»[9, с.101].

Высказав столь решительно свою точку зрения, Ростовцев, излагая  историю крестьянского вопроса  в первой половине XIX в., подвергает критике законы о свободных хлебопашцах и обязанных крестьянах, а также другие проекты отмены крепостного права и приходит к выводу о том, что они не могут быть приняты. Во-первых, освобождение крестьян без земли, так же как и с небольшим участком ее, невозможно. Во-вторых, предоставление крестьянам достаточного надела без вознаграждения будет несправедливо, так как разорит владельцев земли. В-третьих, выкуп земли также не может быть осуществлен, так как для единовременного выкупа не хватит средств, а разновременный опасен для государства: он продолжался бы довольно долго и мог бы вызвать крестьянские волнения [3, c.55].

Освобождение крепостных крестьян, по мнению Ростовцева, потребует  трех периодов:

1) безотлагательного  умягчения крепостного права,  когда крестьяне увидят, что правительство действительно заботится об улучшении их участи;

2) постепенного перехода  крепостных крестьян в обязанные.  На этом этапе крестьяне остаются  лишь крепкими земле, получая  право распоряжаться своею собственностью, и делаются совершенно свободными в семейном быту;

3) полной свободы всех  крестьян в России: и помещичьих, и государственных, и удельных, и заводских.

На возражение, что  народ потребует, не ожидая этих долгосрочных мер, «полной свободы» и сам освободит  себя, Ростовцев уверенно отвечал: «Если правительство будет продолжать волновать умы, ничего не пересоздавая, то может разразиться народная революция. Кто дерзнет поручиться за будущее? А если правительство, опасаясь предполагаемой революции, мерою отважною, крутою и, к несчастью России, неотгаданною, само, так сказать, революцию вызовет? Правительству идти вперед необходимо, но идти спокойно и справедливо, настойчиво и религиозно; остальное во власти Божьей»[9, с.105].

Свою обширную записку  «О средствах освобождения крестьян от крепостной зависимости» Ростовцев закончил выражением уверенности в том, что «если бы государя бог сподобил хотя двинуть с места этот полувековой вопрос не словом, а делом, то он совершил бы много добра и России, и человечеству, не колебля никаких основ и ничьих прав. Остальное пусть довершат другие, как ход времени, их умудрит и научит»[9,с.105]. И 6 февраля 1860 года Яков Иванович Ростовцев умер, не успев завершить дела реформы [9, c.123].

 

2.2. Идеи и  судьба М.А. Корфа

 

Граф Модест Андреевич Корф (1800-1876 гг.), происходил из старинной немецкой баронской фамилии, был одним из самых образованных и замечательных людей своего времени. Сын сенатора, тайного советника барона Генриха-Ульриха - Казимира (Андрея Федоровича) и О.С. Смирновой в 1817 г. закончил Царскосельский лицей, где учился вместе с будущим канцлером князем А.М. Горчаковым и А.С. Пушкиным. Фактический руководитель отделения М.М. Сперанский увидел в нем своего будущего «наследника» на государственном поприще, привлек его к работе над крупнейшими кодификационными трудами - 45-томным Полным собранием законов Российской империи и 15-томным Сводом законов. С мая 1834 г. он статс-секретарь Е.И.В.( его императорского величества), с декабря того же года исполняющий должность государственного секретаря (утвержден в должности в январе 1839 г.), в 1843 г. Корф был назначен членом Государственного совета. В декабре 1861 г. он назначается главноуправляющим 2-м отделением Собственной Е.И.В. канцелярии, с 1864 по 1872 гг. Корф возглавлял Департамент законов Государственного совета. Крупнейший законовед, он принимал активное участие в подготовке судебной и земских реформ. Назначение Корфа в Секретный комитет по крестьянскому делу в 1857 г. свидетельствовало о полном доверии к нему императора. Записка третьего члена Приуготовительной комиссии барона Корфа была самой краткой. Не останавливаясь на подробностях будущего устройства крестьян, Корф предложил начать дело с циркуляра министерства внутренних дел всем губернским предводителям дворянства, с получением которого они должны были начать обсуждение условий реформы. Корф полагал, что все предыдущие попытки решения крестьянской проблемы оказались тщетными потому, что «дело было всегда начинаемо не снизу, не от корня, а сверху от вершины. Его обдумывали и обсуждали не помещики..., а лица, если и владеющие поместьями, то проведшие всю жизнь на службе, в отдалении от всякой возможности к всяким наблюдениям»[7, с.34]. Только поместное дворянство, наиболее знающее сельский быт, было способно обеспечить правильное решение этого вопроса. В этой работе дворянство, по мнению Корфа, должно руководствоваться следующими «тремя главными началами»: 1) Избежать «всяких средств крутых и насильственных», 2) Отстранить меры «такого рода, которых выгоды одной стороне обращались бы, прямо или косвенно, в отягощение другой», 3) Отстранить все то, «что потребовало бы со стороны государственного казначейства пожертвований, могущих воспрепятствовать окончанию дела». Для обсуждения этих вопросов барон намечал шестимесячный срок [7, c.44].

В заключении Корф подчеркнул: «Создадим если еще не тотчас что-нибудь положительное и окончательное, то по крайней мере полный к тому план; бросим полумеры и призраки мер, хотя бы для того, чтобы не повторялись  слова одного умного человека, что  правительство, делая по крестьянскому делу один шаг вперед, в то же время всегда делает два шага назад»[7, с.39]. Корф не считал себя специалистом в крестьянском вопросе, но длительное топтание правительства на месте в этой сфере ни для кого не было секретом. По мысли сановника, успех мероприятия может быть достигнут «только через мысль государя императора, выраженную в рескрипте великой княгине Елене Павловне 26 октября 1856 г., то есть, через подготовку материалов по делу освобождения крестьян из советов и наставлений опыта». По-видимому, Корф был знаком не только с ответом императора на записку Елены Павловны и Милютина, но и с самим великокняжескиим проектом, содержавшим общий план крестьянской реформы [7, c.46].

Проект Корфа был  далек от затеоретизированного проекта Ростовцева, ему были чужды гипертрофированные помещичьи взгляды Гагарина, цель его была предельно ясна: поставить крестьянский вопрос на практические рельсы. По сути своей предложения Корфа были близки к официальному проекту министра внутренних дел - проекту Ланского-Левшина, который предлагал наделить крестьян лишь усадьбой, что, по мнению Левшина, ограждало бы крестьянина «от возможности быть изгнанным из жилища и произвело бы между ним и землевладельцем взаимную потребность друг в друге». Усадьбы должны были передаваться крестьянам за выкуп, «дабы не  поддерживать лености и не возбуждать в крестьянах новых требований».  При этом в оценку усадьбы включалась и сумма выкупа феодальных повинностей. Реализация проекта привела бы к достаточно быстрому и наиболее безболезненному в тех условиях освобождению крестьян. Однако, поскольку весной и летом 1857 г. большинство членов Секретного комитета находились еще в стадии ознакомления с крестьянским вопросом, идеи Корфа тогда показались им «возбудительными» [6, c.28]. Таким образом, осенью 1857 г. император был еще не готов к обсуждению общих начал реформы [4, c.52].

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

Осуществление реформ предполагает создание социальных моделей. Однако, как правило, ни одна из них не совпадает  с итоговым вариантом и

тем более результатом  реформ. И это понятно: любая реформа  есть внедрение идей в живую плоть  социального тела, которое сформировалось в

старых условиях и  худо - бедно приспособилось к ним. Реформа же всегда означает перестройку, преобразование сложившихся отношений и потому весьма болезненно воспринималась всеми затрагиваемыми слоями общества.

Безусловно, крестьянская реформа не удовлетворила полностью  интересов ни крестьян, ни помещиков. Рожденная как результат компромисса  многих противоборствующих интересов, она неминуемо должна была оказаться не вполне идеальной. Однако, необходимо отметить, что в принципиально другом виде реформа в тогдашней России просто не могла состояться. Отмена крепостного права является заслугой именно тех людей, которые участвовали в процессе подготовки крестьянской реформы. Пусть у них и были разные  взгляды и идеи, но, мы считаем, что только благодаря сопоставлению двух разных точек зрения, можно выделить наиболее подходящее.Деятели Великих реформ принадлежали к поколению, которое верило в будущее и творило его, понимало настоящее, знало прошлое своей страны и учитывало опыт опередивших ее стран. Это было поколение, наделенное редким для российских политиков чувством ответственности перед современниками и потомками, поколение без страха и с надеждой смотревшее вперед, с верой в мирное, нереволюционное преобразование России крепостной в Россию свободную.

Оценивая крестьянскую реформу важно подчеркнуть следующее:    Во-первых, по мнению большинства современных  историков, крестьянская  реформа стала результатом компромисса между помещиками, крестьянами и правительством. Причем, интересы помещиков были максимально учтены, так как иного пути освобождения крестьян по-видимому, не было.

Во-вторых, с точки  зрения заложения основ будущего экономического развития России, крестьянская реформа не может оцениваться только положительно. Камнем преткновения является введение общинной собственности на землю. Как писал С.Ю.Витте: «С точки зрения технического осуществления реформы община была более удобна, нежели

отдельный домохозяин. С  административно-полицейской точки  зрения она также представляла более  удобства - легче пасти стадо, нежели каждого члена стада в отдельности... Однако общинное владение есть стадия только известного момента жития народов, с развитием культуры и государственности оно неизбежно должно переходить в индивидуальную собственность; если же этот процесс задерживается, и в особенности искусственно, как это у нас, то народ и государство хиреют» [5, с.119].

В-третьих, условия освобождения крестьян изначально заключали в себе будущие противоречия и источник постоянных конфликтов между ними и помещиками: крестьянское малоземелье и наличие крупного помещичьего земледелия, обремененность крестьян различными платежами и повинностями. Это также было свидетельством компромиссного характера реформы.

В-четвертых, реформа  предотвратила массовые выступления  крестьян, хотя локальные имели место.  В-пятых, с освобождением крестьян уходил в прошлое старый административный строй, основанный на крепостном праве и сословном преобладании дворянства. Таким образом, новые условия общественно-политической жизни выдвигали целый комплекс первоочередных преобразований, имеющих целью создать новую систему государственного управления.