Индивидуальный подход к исследованию профессиональной деформации

ИНДИВИДУАЛЬНЫЙ  ПОДХОД К ИССЛЕДОВАНИЮ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕФОРМАЦИИ

ПРОФЕССИЯ И ЛИЧНОСТЬ

Л. И. Анцыферова утверждает, что по мере «овладения профессией происходит идентификация личности со своей деятельностью».

С. Л. Рубинштейн, критикуя тезисы биологизаторов об имманентном саморазвитии психики и духа, указал стратегическое направление дальнейшего исследования, а именно — изучение специфики конкретной деятельности, которая формирует психику, сознание и личность.

Следовательно, вне деятельности не может быть интеграции психики. Бездеятельность  ведет к распаду психических  механизмов и процессов. Именно в  ходе деятельности психика, сознание обретают цельность. Сам предмет труда  и соотносящиеся с ним процессы преобразований связывают все модальности  восприятия в один узел. Потребность  заставляет человека быть субъектом  и приобрести субьектность как свойство.

Г. В. Суходольский отмечает, что «действия  формируются путем обучения и  воспитания, причем формирование действий — это и формирование психических  процессов, состояний и свойств психики. Психическое развитие человека есть процесс превращения внешней деятельности во внутреннюю (интериоризация) и процесс превращения внутренней деятельности во внешнюю (экстериоризация), преобразующий среду, создающий культурные ценности».

Обсуждая связь деятельности и  личности А. И. Китов выделяет следующие функции деятельности в жизни личности:

• деятельность - это специфический механизм удовлетворения потребностей личности;
• деятельность объективирует внутренний мир личности, делает его доступным для наблюдения со стороны;
• деятельность преобразует не только ощущаемый мир, но и внутренний;
• деятельность переносит личностные качества и свойства, способности и мастерство человека на свой предмет, в котором они затухают и покоятся; на предмете деятельности всегда можно обнаружить отпечаток личности, например, изучая следы преступления;
• деятельность не только проявляется вовне (экстериоризуется), но одновременно она интериоризуется, т. е. свертывается, принимает идеальную форму и влечет за собой существенные изменения в психике.

При этом А. И. Китов особо  выделяет три направления влияния  деятельности на личность:

1) совершенствуются механизмы  психического отражения;

2) деятельность «оседает»  в психике как система знаний;

3) деятельность переносит  во внутренний мир личности  свои аспекты, и в том числе  идеологические.

Касаясь вопроса о социальных потребностях, которые диктуют некоторую унификацию личностей при исполнении профессиональных ролей, О. С. Анисимов пишет: «Переходя  на точку зрения социальных потребностей, рождающихся при необходимости  воспроизводства (...) самой деятельности, мы как бы теряем уникальность индивида и его индивидуальной деятельности, делаем более важной возможность  адекватной и быстрой замены индивида, если он не вписывается в социальный механизм воспроизводства деятельности.

Известно, что между трудом, деятельностью  и сознанием, личностью существует тесное единство. Деятельность человека как фактор человеческого развития составляет необходимое звено в  сложной цепи причинно-следственной зависимости сознания от общественного  бытия».

Необходимо также рассмотреть  сравнительную роль труда и воспитания в социальной детерминации индивидуального  развития человека. Долгое время в  нашей психологической и педагогической науке неявно подразумевалось, что  трудовая деятельность, труд является основным и главным фактором формирования человека. Считалось, что взрослый трудящийся человек уже является зрелым и  всесторонне развитым. Но нельзя считать, как это делается и до настоящего времени, что стоит только человеку приступить к труду, как все проблемы его всестороннего развития будут  автоматически решены. Во-первых, сам  труд различается по разным параметрам. Труд труду рознь. Существуют различные виды труда: общественно полезный и бесполезный, творческий и рутинный, осмысленный и бессмысленный {«сизифов труд»), коллективный и индивидуальный, труд рабочего на заводе и крестьянина в поле, научного сотрудника и военнослужащего (труд как служба), труд домохозяек и труд работников искусства и культуры и т. п.

Каждый из видов труда  обладает воспитательными возможностями  в разной степени. Один труд может  способствовать всестороннему развитию личности, другой же тормозить это  развитие. В частности, классики марксизма писали об отупляющем влиянии конвейерного труда на предприятиях. Исследования показывают, что малоквалифицированный, неинтересный, физически тяжелый труд не стимулирует развитие личности работника, ограничивает его стремление к духовному росту и нередко сопряжен с асоциальными формами поведения.

Во-вторых, что очень существенно, труд обладает воспитывающими возможностями  только в потенции. Воспитательные возможности всякого труда присутствуют только в скрытом виде. А. С. Макаренко писал о том, что труд обладает свойством нейтральности по отношению к эффектам воспитания [113, с. 42]. Он может воспитать и духовно богатую личность, и раба, эгоиста.

Об этом свойстве труда у нас  часто забывают. Долгое время считалось, что любая трудовая деятельность гарантирует человека от различных  деформаций сознания и личности. Подразумевалось, что воспитанием человека необходимо заниматься лишь до достижения им взрослого  трудоспособного возраста. И поэтому  педагогика в основном развивалась  как детская, школьная. Именно поэтому  такой раздел педагогической науки, как андрогогика (педагогика взрослых), наименее разработан.

В профессиональной деятельности человек не только развивается, но и расходуется, утрачивая при этом нечто очень важное. Причем не только свою силу в физическом, физиологическом, механическом смысле, но и еще некоторые другие ресурсы и потенции.

Сугубо соматические свойства работников давно изучаются профессиоведами. Это профессиональные заболевания.

Потенциальные воспитательные возможности  труда могут быть реализованы  лишь только при соблюдении определенных условий. Эти условия еще только предстоит исследовать.

Таким образом, общий тезис о  тесной взаимосвязи между абстрактной  деятельностью и совокупной личностью  необходимо в дальнейшем конкретизировать. Надо по отношению к каждой профессиональной деятельности отдельно рассматривать  то позитивное и негативное в ней, что может благотворно и отрицательно влиять на личность.

ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ЭТИКА И ДЕОНТОЛОГИЯ  КАК РЕГУЛЯТОРЫ ЖИЗНИ

Из этики и деонтологии (учения о должном как о требованиях нравственности, которые выступают в форме предписаний) известно, что морально-этические нормы представляют собой очень мощные регуляторы всей жизнедеятельности личности. Это справедливо как для норм общей этики, так и для отдельного ее раздела — трудовой морали, которая призвана ориентировать людей в более узкой сфере трудовых взаимоотношений. В еще более узкой области — в профессиональной деятельности — функционируют так называемые нормы профессиональной этики и деонтологии. Особенно велика их роль в такой профессиональной сфере, которая имеет дело с людьми.

В тех ситуациях, когда деятельностные нормы недостаточно определены и плохо конкретизированы, когда исполнитель вынужден выходить в управленческую позицию и заниматься «усматриванием», тогда он в качестве основания своего выбора использует те или другие нормы этики, трудовой морали или более частные нормы профессиональной этики.

Для обоснования этого  тезиса можно привести примеры из общественной практики. В частности, один хорошо известный принцип профессиональной этики медицинских работников «Не  навреди!» выполняет функцию «конкретизатора» деятельностных норм и дополнительного основания для принятия решения в ситуации выбора: «Ампутировать или нет?»

Из современной практики можно  сослаться на такие специфические  нормы профессиональной этики, которые  сформулировали сами специалисты в  относительно новой для России отрасли  труда. Бойцы недавно созданного спецотряда быстрого реагирования в  системе внутренних войск МВД  России «Витязь» самостоятельно определили для себя этический принцип: «Наш выстрел - второй!» (не первый и не третий). Это означает для них некоторое  дополнительное основание для принятия решений в экстремальных ситуациях  скоротечного огневого контакта с преступниками. Этот принцип выполняет регулятивную функцию.

Данный тезис профессиональной этики и деонтологии не является подзаконным актом. Он существует только в сознании военнослужащих «Витязя», но позволяет им адекватно конкретизировать очень абстрактные «Правила применения оружия на поражение», изложенные в  соответствующих законах о деятельности подразделений МВД. Подобная «хитрая» формулировка частного этического правила  субъективно является для бойцов некоторым «обходным маневром», лазейкой между общеморальным принципом «Не убий!», с одной стороны, и императивным требованием служебного долга «Стреляй!» — с другой.

Особенно важными моральными нормами  в таких ситуациях являются представления  о долге, в том числе и о  профессиональном долге. *Долг — это  общественная необходимость, выраженная в нравственных требованиях в  такой форме, в какой они выступают  перед определенной личностью. Иными  словами, это превращение требования нравственности, которое в равной мере относится ко всем людям, в личную задачу данного конкретного лица, сформулированную применительно к  его положению и ситуации, в  которой он находится в данный момент. Долг каждого отдельного человека принимает бесконечно разнообразные  формы в зависимости от социальных обстоятельств и жизненных ситуаций, в которые попадает данный человек.

Для правильной моральной деятельности личность должна иметь хорошо развитые интеллектуальные способности, чтобы уметь логически верно мыслить в категориях конкретно-абстрактного, общего и частного.

В моральном действии также различают  следующие моменты: цель; использование  имеющихся средств; волевое усилие и преодоление препятствия; достижение того результата, который предполагается; последствия, к которым привело действие в результате его взаимодействия с внешними обстоятельствами, условиями.

Разновидностью моральных действий является моральный выбор. Моральный  выбор - акт духовной деятельности личности, предшествующий принятию решения (намерение), предопределяющий содержание будущего практического действия. Наличие морального выбора — отличительная черта морального поступка, предполагающего свободу личного решения, способность человека выбирать между добром и злом. Субъект должен уметь делать моральный выбор в типовых ситуациях. Подобным мыслительным операциям субъекта необходимо специально учить в учебных заведениях. Это и будет одним из мероприятий по профилактике профессиональной деформации. Моральный выбор выражается в оказании предпочтения одному из возможных поступков в плохо определенной ситуации, когда сталкиваются между собой интересы личности и группы, общества, собственные и чужие интересы (эгоизм—альтруизм) или вступают в противоречие различные моральные и деятельностные требования.

Вечные проблемы этики существуют и в разных профессиях. Например, в медицине это проблема врачебной тайны или экспериментирования над людьми. Тысячелетняя история врачевания людей неразрывно связана с обсуждением морально-этических и деонтологических вопросов, формулированием норм профессиональной врачебной этики, обязанностью следования священным традициям и обычаям. Дошедшие до настоящего времени заветы врачей древнего мира (например, клятва Гиппократа) убедительно доказывают важность профессионально-этической подготовки врачей.

Современная медицинская  деонтология изучает следующие  основные разделы профессиональной этики в зависимости от субъект-предметных отношений:

1) врач (медицинская сестра) — больной;

2) врач и общество, государство,  право;

3) врач и коллеги, медицинский  коллектив;

4) врач и микросоциальное окружение больного (родственники пациента, друзья, соседи);

5) врач и его отношение  к самому себе, его самооценка, самоконтроль, самосознание, профессиональное  самовоспитание.

Известно, что нормы профессиональной этики, как и нормы деятельности вообще, не вечны, но историчны. Эти  нормы возникают и изменяются вместе с развитием всего общества, с развитием той или другой профессиональной сферы. Несмотря на многовековую историю обсуждения вопросов медицинской  этики, некоторые из них до сих  пор еще не нашли однозначного решения. Например, до сих пор дискутируется проблема сохранения врачебной тайны или проблема экспериментирования на людях.

Поэтому нужно проводить специальные обсуждения современной литературы по актуальным вопросам профессиональной этики и деонтологии. Нельзя надеяться, что каждый специалист сможет самостоятельно решить актуальные проблемы своей профессиональной морально-этической и деонтологической подготовки.

В составлении модели специалиста  необходимо предусмотреть качества, характеризующие его морально-этические  признаки. Надо стремиться к тому, чтобы  перечень этих свойств был достаточно широк или максимально полон. Особенно в человековедческих профессиях. Несмотря на существующие трудности в диагностике, оценке и контроле уровня развития этих свойств, необходимо в модели специалиста зафиксировать набор профессионально важных качеств личности: характер, мировоззрение, образ мышления, установки, потребности, мотивы, эмоционально-волевые параметры.

Также характеристики ближайшего социального окружения - это важный фактор, определяющий содержание многих предписывающих нормативов поведения. Сюда включаются в том числе институциональные параметры той социотехнической организации, которые нормативно предписывают работникам определенную линию поведения в соответствии с заданными профессиональными статусами или статусно-ролевыми репертуарами поведения (формально-официальная стандартизация не только деятельности, но и профессионального поведения). Социальные ожидания общества по отношению к представителям определенных профессий фиксируются в тех или иных текстах. Например, в производственных песнях, где формулируются представления людей о типичных обликах личности определенных профессионалов: мужественный, суровый офицер; добрый, гуманный врач, учитель; строгий и справедливый начальник, судья; вежливый, услужливый продавец, работник службы быта, сервиса и т. п. В них формулируются ожидаемые поведенческие схемы и стереотипы, выражающие социокультурные идеалы профессиональной субкультуры и соответствующих ей способов общения и поведения.

Например, внешний облик врача  должен соответствовать идеалам  здорового человека: «Врач, исцелись сам!». Он должен демонстрировать социально и культурно одобряемые формы поведения: не курить, не употреблять наркотики, алкоголь, иметь чистые ухоженные руки и т. п. Например, профессиональная этика хирургов требует, чтобы они постоянно содержали руки в рабочем состоянии: без въевшихся пятен от машинного масла, с аккуратно подстриженными ногтями и т. п. Или профессиональный долг военнослужащего, связанный с необходимостью сохранения и поддержания постоянной боеготовности, требует от него умеренного употребления спиртных напитков и спортивного образа жизни.

В этих примерах наглядно видно, как  требования профессиональной деятельности вторгаются в сферу жизни, поведения, быта и оказывают свое влияния  наличность человека. И наоборот, как  сами трудовые конфликты и проблемы в профессиональной деятельности ставят вопросы этического характера.

В целях рассмотрения роли других социальных регуляторов — правовых норм — желательно обратиться к  работам Л. И. ПетражицкогоПраво выступает как определенный механизм селекции желательных для общества поведенческих норм. Под нормой права он понимает такую норму, которая, налагая на одно лицо обязанности, в то же время закрепляет положительный результат этой обязанности за другим лицом.

Нормы же морали зачастую остаются на интуитивном, т. е. плохо осознаваемом, уровне. Для того чтобы их формализовать, еще требуется проделать известные  мыслительные операции, что, разумеется, требует определенного уровня интеллектуального  развития человека.

К нормам права предъявляется требование их непротиворечивости, а нормы морали могут оставаться и противоречивыми  друг другу именно потому, что они  плохо осмыслены, нечетко выражены и во многом психо-логичны. Например, кто должен первым войти в переполненный автобус - 20-летний юноша или 50-летний мужчина, - если руководствоваться лишь принципом «Молодым везде у нас дорога — старикам везде у нас почет»?

В обществе, в группе созданы  специальные социальные механизмы  рождения и поддержания обобщенного  образа представителей определенной профессиональной группы. Этот типичный имидж выполняет  несколько функций:

• в нем выражаются требования общества к данной профессиональной роли;
• этот образ должен помочь новичкам точнее самоопределиться в профессиональной роли;
• в образе типичного профессионала должны быть зафиксированы престиж данной профессии, общественная потребность в людях особого типа.

В типовых профессиональных образах находят свое воплощение идеальные носители определенной профессиональной роли, соответствующие всему перечню  предъявляемых к ним требований. В них отражаются социальные ожидания, запросы и потребности общества в людях определенного склада (добытчики черного золота — шахтеры, нефтяники; добытчики мягкого золота — охотники, работники звероферм).

1. Точность диагноза.

Точность диагноза должна быть достаточной для того, чтобы  можно было принять дальнейшее управленческое решение (медицинское, судебное, кадровое, учебное и т. п.). Мера точности определяется конкретной практической ситуацией. Изучая историю развития общей и специальной  диагностики разного рода экспертиз  — судебных, психологических, психиатрических, врачебных, криминалистических, — можно  сделать вывод, что по мере развития общественной практики требования к  точности постоянно повышаются. Это  связано как с общей направленностью  внимания на индивидуальные особенности  людей, так и с развитием прикладных областей знаний (например, фармакологии).

Из-за постоянного усложнения, детализации  профессионального труда повышаются требования к личности субъекта деятельности. Соответственно, это требует и  более специализированной, более  «точечной» диагностики свойств  человека. Поэтому степень точности постоянно увеличивается. Этому  способствуют и общий уровень  человековедческих знаний, и совершенствование способов и средств диагностики.

2. Полнота диагностики.

Диагностическое заключение о свойствах индивида, личности, субъекта должно не только содержать  точное количественное указание сданном  специальном параметре, но и включать информацию о сопутствующих качествах  человека. Полнота диагностики требует  и информации об истории развития того или иного качества (симптома), и реализации генетического подхода  к диагностике.

3. Своевременность диагностики.

Диагностическое заключение о качествах человека должно быть у управленца именно в тот момент, когда оно необходимо. Чаще всего  требование своевременности формулируется  в терминах «ранняя», «быстрая» диагностика. Но, учитывая ряд последующих, иногда противоречивых требований, лучше, на наш взгляд, использовать термин «своевременная». Всякая диагностическая процедура связана с расходованием определенных ресурсов — финансовых, материальных, трудовых, временных и т. п. Поэтому излишне ранняя диагностика может оказаться пустой тратой ресурсов, не обусловленных требованиями практики.

4. Безопасность диагностики  для самого человека.

Это связано с использованием таких процедур, которые наименее опасны, не обременительны для человека. Не допускается применение таких  средств, которые могут нанести  существенный вред человеку. Известно, что некоторые современные методы медицинской диагностики связаны  с существенным проникновением в  тело человека, с изъятием у него большого количества важного материала (крови, тканей и т. п.).

Любая диагностика невозможна без  некоторого «насилия» над человеком. Даже простое неаппаратурное наблюдение над поведением человека может быть истолковано как несанкционированное (или даже преступное) вмешательство в личную жизнь. Поэтому в некоторых странах существуют законы, запрещающие такое посягательство на личные тайны людей без их на то согласия. Например, нельзя взять диагностическое интервью без согласия человека. С развитием же средств диагностики (электронная, видео-, звукозаписывающая аппаратура) требование безопасности для жизни, соматического, психического и социального здоровья гражданина становится чрезвычайно актуальным.

5. Обеспечение коллегиальности  и преемственности диагностики.

Учитывая, что современное человекознание все более дифференцируется, возрастает необходимость согласования результатов диагности-ческих процедур и формулирования общего вывода представителями разных научных дисциплин. Например, в судебной практике проведения экспертиз двух типов — психологической и психиатрической — уже осознана нужда в их комплексном осуществлении для решения вопросов (не) вменяемости, наличии или отсутствии психологической аномалии у обвиняемых и подсудимых лиц. Еще более остро встает эта проблема в медицине, где уже существует около 200 наименований специалистов. Проблема обеспечения-коллегиальности имеет несколько аспектов: организа-ционный, образовательный и т. п.

Мы скажем только об одном —  методологическом. Каждая из наук о  человеке исторична, имеет собственный  терминологический аппарат со своим  словарем значений понятий, со своим  инструментарием, концепциями и  подходами. Возникают трудности  их совмещения по отношению к конкретному, отдельному человеку. Здесь необходима хорошая общеметодологическая подготовка специалистов.

Велика и роль ритуалов в профессиональном воспитании, в повышении культуры профессионального самоопределения. Клятва, присяга, другие ритуалы, красиво  и с душой организованные, помогают начинающим специалистам быстрее и  точнее понять сущность своей деятельности. Тексты клятвы, присяги могут меняться, уточняться на протяжении жизни разных поколений, как это было, например, с клятвой Гиппократа, но сам текст  должен вызывать яркие и четкие образы, быть легко запоминаемым. В нем  должны быть определенно сформулированные принципы труда. Очень важно при  этом формулировать тезисы клятвы (присяги) в положительных терминах, стараться, чтобы частичка «не» отсут­ствовала в тексте. Например, тезис «Не навреди!» в клятве Гиппократа является примером плохой позитивной ориентации деятеля.

Ритуально-церемониальные формы в рамках профессиональных, долж-ностных ролей, кроме личностного включения человека в профессиональную среду и ознакомления с деятельностно-профессиональными нормами, выполняют несколько функций:

• обеспечивают фиксацию и трансляцию значимых профессиональных ценностей, традиций, обычаев, шаблонов поведения;
• закрепляют и совершенствуют нормы трудовой и профессиональной морали и этикета;
• фиксируют и поддерживают устойчивость и психологическое единство со своей профессиональной организацией;
• облегчают процессы профессионального самоопределения.

Нормы профессиональной этики испытывают на себе давление социальных условий  труда, ближайшего социального окружения, доминирующего мнения членов определенного  профессионального цеха, традиций, технологий, орудийного оснащения и  других сугубо деятельностных факторов. Они могут под этим давлением деформироваться. Подобное тесное взаимодействие между этическими и деятельностными нормами, носителем которых является, с одной стороны, человек как личность, а с другой — человек как субъект, может приводить к определенному (де) формированию сознания и мировоззрения в целом.

Таким образом, моральные нормы, в  том числе нормы профессиональной этики, служат мощным регулятором деятельности человека. Носителем этих норм является личность. Эти нормы личность получает также из произведений литературы и  искусства, из средств массовой информации. Нормы профессиональной этики существуют в разных формах - в понятиях о  профессиональном долге, в идеальном  образе специалиста, — они транслируются  в виде специальных ритуалов, обрядов.

СВЯЗЬ ЛИЧНОСТИ И ПРОФЕССИОНАЛА  В ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ

О. С. Анисимов, рассматривая соотношение  этих понятий, уточняет: «Введение категорий  индивид, субъект, личность, индивидуальность означает введение общих рамок развития человека. Начиная с естественных форм существования и проявления (индивидность), человек социализируется дважды — в ситуации воспроизведения способов деятельности, общения и существования (субъектность) и в творческих ситуациях (личность), получая преобразованный вариант своего существования, в том числе — творческого существования индивидности (индивидуальность)».

Структура человека как субъекта образуется из определенных свойств индивида и  личности, соответствующих предмету и средствам деятельности.

Не обычная, а профессиональная психика формируется и развивается в ходе профессионального обучения, воспитания, накопления опыта профессиональной работы. Профессиональная психика накладывает свой отпечаток на все характеристики человека как индивида, субъекта деятельности, личности и индивидуальности, а также на метасистему, в которой он работает. Из абстрактного "субъекта деятельности" человек превращается в конкретного субъекта профессиональной деятельности, т. е. в профессионала, специалиста» [159, с. 69].

Разумеется, основной деятельностью  человека является его профессия, поэтому, характеризуя личность, невозможно обойтись без характеристик человека как  профессионала, специалиста в какой-то определенной и ограниченной сфере  труда.

Б. Г. Ананьев указывал на противоречивость взаимосвязи между различными составляющими  элементами индивидуальности — индивида, субъекта и личности. Он считал центральным  для нравственного воспитания —  управление процессом усвоения и  освоения социально значимых требований к формированию общей мотивационной  сферы личности. Он писал: «А это  все составляет по существу сферу  нравственного воспитания».

Действительно, в структуре личностных отношений конкретизация обшей  цели деятельности, связь последней  с конкретной ситуацией обеспечиваются мотивами, выражающими личностный смысл  деятельности. Мотивы как бы связывают  цели деятельности с конкретной ситуацией.

На наш взгляд, эти авторы смогли увидеть и подчеркнуть связь  и противоречие между такими категориями, как «общее - частное» и «абстрактное—конкретное». На самом деле умственно-логический и эмоционально-личностный переход от всегда абстрактных норм общечеловеческой морали и этики к менее обобщенным нормам трудовой и профессиональной этики и от них к предельно конкретной норме в деятельности (целеполагание, выбор цели действий в реальной ситуации) - это всегда чрезвычайно сложная, трудная задача и проблема для многих исполнителей в процессе труда.

Сама деятельность как особый тип  жизнедеятельности, призванный гарантировать  получение строго определенного  продукта с заранее известными свойствами при соблюдении всех требований технологической  дисциплины, необходимо заставляет субъекта изначально принять установку на диктат формы, деятельностной нормы. Деятельность же, в отличие от просто поведения, вынуждает субъекта иметь строго структурированное мышление.

Установки, ценности, мировоззрение, идеалы, морально-этические нормы  являются принадлежностью не субъекта деятельности, это все характеристики личности как представителя социума. Именно личность служит носителем этих поведенческих и жизненных норм. Морально-этические жизненные принципы, нормы в качестве существенной характеристики личности существуют в структуре  целостной индивидуальности еще  до вхождения в сферу какой-либо профессиональной деятельности.