Инновационные перспективы Китая

Инновационные перспективы Китая 
 

Бергер Яков Михайлович - доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН. 

Технологические достижения Китая до сих пор лишь отчасти были связаны с прогрессом отечественной науки и техники. Зависимость КНР от импортных  технологий в разы превышает показатели развитых стран, составляя более 50%. Чтобы создать национальную инновационную  систему, Китаю еще предстоит  пройти длинный и нелегкий путь. 

На прошедшем  в октябре 2007 года XVII съезде КПК значительное внимание было уделено инновациям как  неотъемлемой составляющей реформ. Инновациям в самом широком смысле: в организационной  и кадровой областях, в государственном  управлении и культуре, в практике и теории.

При таком подходе  инновационным можно считать  весь путь Китая за три последних  десятилетия. Прокладывая его, китайские  реформаторы находили свои, оригинальные способы институционального развития. Новые институты не дублировали  какие-либо известные. Они, с одной  стороны, полностью отвечали национальной и социально-экономической специфике  и требованиям времени, с другой — позволяли относительно плавно переходить от старых, привычных порядков к новым, пусть, как правило, не совершенным, но обладающим потенциалом развития вплоть до полной трансформации. Можно вспомнить такие уникальные инновации, как переход от сельских народных коммун к семейному подряду, как создание специальных зон и двухколейной системы в экономике, как в политической сфере консультативная демократия.

Однако термин «инновации» можно трактовать и  более узко, как это, например, делается в обзоре инновационной политики Китая, представленном в специальном  докладе Организации экономического сотрудничества и развития: «Современная экономическая наука определяет инновационную систему как сочетание  рыночных и нерыночных механизмов, направленное на оптимизацию производства, размещение и использование новых  знаний в интересах устойчивого  роста путем институциональных  перемен в государственном и  частном секторах» [1].

При такой трактовке  модель, которая обеспечивала и продолжает обеспечивать экономический рост в  Китае, не является инновационной. Ее краеугольные камни — это инвестиции и экспорт, а инновации, в первую очередь  собственные, отечественные, до недавнего  времени играли второстепенную, несистемную  роль.

Впервые задача построения в Китае инновационной  экономики была поставлена в начале 2006 года, когда Госсовет принял «Основы  государственного плана среднесрочного и долгосрочного развитии науки  и техники на 2006–2020 годы». Инновационный  курс объявлен новой национальной стратегией. Долю расходов на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР) в ВВП предполагается поднять к 2020 году до 2,5% (в 2005 году она составляла 1,34%), а вклад научно-технического прогресса в экономическое развитие — более чем вдвое, до уровня выше 60%. Зависимость от импортных технологий снизится до 30%. Китай войдет в первую пятерку стран по числу выдаваемых патентов и по числу ссылок на научные публикации, займет лидирующее положение в науке и технике.

Последний, XVII съезд  КПК также объявил одной из насущнейших задач создание национальной, основанной не на заимствованиях, инновационной  системы.

За последние  десятилетия Китай добился определенных успехов в освоении современных  технологий. Если в 1985 году, согласно данным Организации ООН по промышленному развитию (ЮНИДО), страна по экспорту высокотехнологичных товаров не входила даже в число первых 25 в мире, то в 1998 году она поднялась на 11-е место. В 2004 году экспорт таких товаров превысил импорт (см. рис. 1).

В 1985 году по индексу  конкурентоспособности промышленности (CIP) Китай находился на 61-м месте, а в 1998 году — на 37-м. В соответствии с прогнозом Deutsche Bank производство товаров с высокой добавленной стоимостью в Китае будет прирастать в ближайшие три-пять лет на 30–40% в год [2].

Курс юаня в 2005 году составлял 8,25 за доллар, к настоящему времени он вырос до 7,6.

В последние  годы выпуск высокотехнологичной продукции  стал расти особенно быстро, опережая среднегодовые темпы увеличения ВВП в несколько раз. Экспорт  этой продукции рос еще быстрее  — сегодня более половины ее идет за рубеж (рис. 2).

В ассортименте высокотехнологичной продукции  главное место занимают электроника  и телекоммуникационное оборудование, а также компьютеры и офисная  техника. Гораздо более скромные позиции у фармацевтики, медицинского приборостроения и особенно авиакосмической отрасли.

Технологические достижения Китая лишь в небольшой  части были связаны с прогрессом отечественной науки и техники. Доля высокотехнологичного компонента в производстве и импорте росла  прямо пропорционально увеличению зависимости от ввозных технологий. Если Япония и США зависят от них  всего на 10%, то Китай — более  чем на 50%. Страна импортирует свыше 70% оборудования для производства автомобилей, прецизионных станков с цифровым управлением, текстиля, 90% — для производства интегральных схем, более 95% сложного медицинского оборудования, 100% оборудования для  производства оптического волокна, телевизоров, мобильных телефонов. Занимая второе место в мире по выпуску информационной электроники, ключевые технологии для этой отрасли  Китай почти полностью импортирует.

Высокотехнологичная продукция выпускается в Китае  преимущественно методом отверточной  сборки поставляемых из-за рубежа компонентов. Иностранный капитал стал абсолютно  доминировать в производстве, экспорте и импорте такой продукции. Таким  образом, лежавшая в основе курса  на широкое привлечение зарубежных инвесторов идея предоставления необъятного  китайского рынка в обмен на передовые  технологии в значительной мере осталась нереализованной. Впрочем, этот курс дал  значительное число новых рабочих  мест и открыл для китайского экспорта рынки всего мира, что превратило КНР в крупнейшего держателя золотовалютных резервов. Но технологического отставания он не устранил — западные ключевые технологии по-прежнему остаются недоступными для Китая.

В отличие, например, от Японии и Южной Кореи, которые, импортируя технологии, очень быстро их осваивают и создают на их основе новые продукты, Китай до последнего времени упор делал на прямом их использовании. На 1 юань, затраченный  на импорт технологий, страна расходует всего 0,07 юаня на их освоение и технические инновации, тогда как Япония и Южная Корея в период индустриального роста — от 5 до 8 юаней [3]. Крупные и средние предприятия страны в 2004 году затратили 4,8 млрд долл. на импорт технологий и только 735 млн долл. на их освоение [4].

Ряд китайских  экспертов, среди которых можно  назвать известного экономиста, главу  Центра экономических исследований Пекинского университета, а с 2007 года ведущего эксперта Мирового банка профессора Линь Ифу, даже не видели необходимости в развертывании собственных исследований, полагая более целесообразным и экономичным использовать чужие достижения. Такой подход базировался на концепции преимуществ позднего развития, согласно которой страны, вступившие на путь развития позже передовых, имеют возможность использовать опыт и достижения последних, что позволяет избежать многих ошибок и рисков, сэкономить немалые средства. В результате НИОКР и, прежде всего, фундаментальные исследования финансировались недостаточно, а темпы развития собственных инноваций отставали от темпов экономического роста.

В 2006 году расходы  на НИОКР в Китае составили 1,42% ВВП, тогда как в США — 2,61%, в  Японии и Республике Корея — более 3% (см. рис. 3).

Китай значительно  отстает от развитых стран и по затратам на фундаментальные исследования. В США с начала 50-х до середины 60-х годов прошлого века эти затраты  увеличивались более чем на 10% в год. В 90-х темпы роста еще  более возросли, и в 2000 году 18% общих  расходов на НИОКР приходилось на фундаментальный сектор. В ФРГ  соответствующий показатель равен  примерно 20%, во Франции в 1999 году он достигал 24%, а в Китае в 1995 году составлял всего 5,18%, в 2002 году — 5,73% [5]. Не случайно среди 50 ведущих стран  мира Китай по способности к техническим  инновациям занимал до последнего времени  лишь 24-е место, позади Индии и  Бразилии. По данным Шведского института  управления, на 10 тыс. человек в Китае патентуется 10,8 изобретений, тогда как в Японии 1 737, в ФРГ – 1 534, в Южной Корее — в 50 раз больше, чем в Китае, в Индии — в 40 раз.

Однако в самые  последние годы ситуация стала быстро меняться. Власти осознали, что заимствованные технологии не могут обеспечить стабильного  роста конкурентоспособности Китая, не говоря уже о превращении его  в ведущую мировую державу. По основным параметрам, характеризующим  развитие науки и техники, страна стала выдвигаться на лидирующие позиции. 

Значительно увеличились  вложения в НИОКР: в 2006 году они достигли 37,7 млрд долл. (см. рис. 4), 

 что ставит  Китай по этому параметру на  пятое место в мире. Сверхбыстрыми  темпами создаются технопарки  и бизнес-инкубаторы. По числу последних Китай сегодня уступает только США. Для привлечения иностранных ученых создаются китайские технопарки за рубежом.

По числу исследователей Китай также приближается к США. На его долю приходится 14,7% научных  сотрудников мира, на долю США – 22,8%, Японии — 11,7%, России — 8,9%. Число  дипломированных специалистов в  области информационных технологий ежегодно прирастает на 200 тыс. чел., это  в пять раз быстрее, чем в США (см. рис. 5).

Если до 2006 года число патентов, получаемых китайскими учеными, росло ежегодно на 13–25% (см. рис. 6), 

 то в 2007 году оно увеличилось сразу  на 31,3%. В 2006 году в первую десятку  стран по числу выданных патентов  входили США (143,8 тыс.), Япония (122,9 тыс.), Южная Корея (73,5), Китай (53,3 тыс.), Россия (23,4 тыс.), Германия (17,1 тыс.), Канада (15,5 тыс.), Франция (11,8 тыс.), Австралия (11 тыс.) и Великобритания (10,2 тыс.). Большинство (16,8%) патентов выдано в мире на изобретения, относящиеся к области компьютеров, телефонии и систем передач данных (6,73%), компьютерной периферии (6,22%). В Китае же первенствуют изобретения в сфере натуральных продуктов и полимеров, а компьютеры стоят на втором месте.

 Быстрее всего  растет число патентов, получаемых  вузовскими исследователями. За 2002–2006 год доля последних увеличилась  с 22% до 30%, тогда как доля сотрудников  НИИ упала вдвое — с 29% до 14%. Повысилась с 46% до 51% и доля бизнеса (см. рис. 7).  

Число научных  публикаций китайских исследователей возросло с 1989 по 2005 год в 35 раз, главным  образом за счет роста активности вузовских ученых — на их долю приходится свыше 60% работ. Наибольший рост наблюдается  в физических и химических науках. Процент китайских публикаций в  международных научно-технических  поисковых системах SCI, EI и ISTP вырос  более чем вчетверо (с 2% до 8,7%) —  впереди только США с 28,8%. По индексу SCI, который отражает успехи в фундаментальных  исследованиях, КНР отстает лишь от США, Англии, Германии и Японии. В  некоторых отраслях, например в нанотехнологиях, Китай по числу публикаций вплотную приблизился к США. Многие работы выполнены китайскими исследователями совместно с иностранными коллегами, особенно — американскими и японскими.

Оптимизация структур и концентрация сил и средств  на наиболее перспективных научных  направлениях — задачи, решению  которых в Китае уделяется  значительное внимание. В 1998 году началась реорганизация Академии наук. По плану  к 2010 году из 129 академических институтов должно остаться 30 наиболее сильных  и признанных в мире. Введен новый  порядок определения научных  приоритетов и финансирования, призванный устранить распыление средств. Например, на долю 50 университетов приходится две трети ассигнований, выделяемых вузам, ведущим исследования и разработки, коих в стране 700. Университеты занимаются, прежде всего, фундаментальными исследованиями, как и институты Академии наук. При них создаются научно-технические  компании, технопарки и бизнес-инкубаторы. Быстро развивается кооперация с бизнесом: университеты привлекают 36% частных вложений в НИОКР (2003). В перворазрядных университетах Цинхуа, Фудань, Цзяотун имеются свои венчурные фирмы.

В большинстве  развитых стран государство обеспечивает не более 45% научных бюджетов. Так  в США 66% инвестиций в науку и 72% исследований были сделаны в 2002 году частными фирмами. Во Франции на долю бизнеса приходится 54% инвестиций в  исследования, в Японии — 69%. В развивающихся  странах картина принципиально  иная. В Индии бизнес-составляющая не превышает 23%, в России и Бразилии — немногим больше.

Китай с начала 90-х достиг в этом направлении  больших успехов: доля бизнеса в  финансировании НИОКР выросла там  с менее чем двух пятых до двух третей (см. рис. 8). Правда, этот рост — в немалой степени результат механического преобразования ряда государственных исследовательских институтов в коммерческие фирмы, способность которых вести бизнес, полностью ориентированный на инновации, пока ограничена.

В Китае еще  очень мало крупных корпораций, заинтересованных не только в прикладных исследованиях  и опытно-конструкторских разработках, но и в фундаментальной науке  — в нее бизнес средства почти  не вкладывает. В результате на фоне общего роста затрат бизнеса на НИОКР  доля государственных институтов, занимающихся в основном фундаментальными исследованиями, в общих расходах на НИОКР сократилась  с примерно половины до менее чем одной пятой (рис. 9).

Соответственно  большая часть китайских специалистов, ведущих НИОКР, занята не научными исследованиями — фундаментальными или прикладными, — а опытно-конструкторскими разработками (см. рис. 10).

Эта диспропорция представляет для Китая большую  проблему, особенно учитывая отсутствие сложившихся школ в фундаментальной  науке. У лидеров научно-технического прогресса и России удельный вес  фундаментальных исследований значительно  выше (см. рис. 11).

Итак, несмотря на определенные достижения, способность  Китая к самостоятельному инновационному развитию все еще оценивается  как недостаточная [6]. Причины тому следующие.

• Хотя на создание единой, консолидированной национальной системы НИОКР тратятся значительные силы и средства, она все еще  остается фрагментарной.

• Связь с  бизнесом, особенно фундаментальных  и прикладных исследований, недостаточна.

• В расчете  на одного ученого Китай тратит на науку в год 88,8 тыс. долл., в то время как США — 230 тыс., Япония – 164,5 тыс.

• Китай далеко отстает от развитых стран по числу  исследователей в расчете на 1 млн жителей.

• Защита интеллектуальной собственности в стране находится не на должном уровне.

• Система НИОКР  преимущественно ориентирована  на опытно-конструкторские разработки.

• Малое, по сравнению  с развитыми странами, число публикаций и заявок на патенты в точных и  инженерных науках в расчете на одну тысячу исследователей (что связано  в основном с недофинансированием  фундаментальных исследований).

Быстро развивающаяся  экономика Китая нуждается в  высококлассных специалистах. Страна посылает сотни тысяч молодых  людей в лучшие зарубежные университеты. Оборотная сторона такой открытости — «утечка мозгов». В конце  прошлого века до 90% китайских студентов, обучавшихся в университетах  США, планировали по окончании докторантуры остаться в Америке. Руководство  Китая делает все возможное, чтобы  смягчить эту проблему. Как китайским, так и иностранным исследователям, работающим в КНР, разрешено свободно покидать страну и возвращаться в  нее, а также перемещать заработанные деньги. Вернувшимся из-за границы  ученым предоставляются четырехлетние  исследовательские гранты на сумму  до 1 млн юаней, под них создаются технопарки и бизнес-инкубаторы. Разработаны специальные программы (такие как «100 талантов» и др.) привлечения в страну особо одаренных соотечественников. Положительные сдвиги налицо, и все же пока значительная часть китайских специалистов, прошедших обучение за рубежом, остается там жить и работать (см. рис. 12).

Об успехах  инновационной политики можно судить по способности предприятий как  главных субъектов рынка внедрять и производить инновации. В этом отношении дела в стране обстоят  совсем неплохо:

• В Китае  значительно больше, чем в Бразилии, России и Индии, крупных успешных компаний, использующих инновации. Выросли  они в основном из государственных  научно-исследовательских институтов.

• Быстро развиваются  малые (до 300 занятых) технологические фирмы. В свое время большинство из них были образованы в рамках технопарков и бизнес-инкубаторов, в которые государство вложило значительные средства. Но и сегодня эти фирмы в той или иной форме продолжают получать государственную поддержку.

• В наиболее развитых провинциях, таких как Чжэцзян, Цзянсу, Гуандун, начинает формироваться инновационная сеть из чисто рыночных малых фирм.

• Дополнительный доступ к западным технологиям обеспечивает быстро растущий экспорт китайского капитала, сопровождающийся внешними слияниями и поглощениями иностранных  компаний.

• Многообещающие перспективы открывает широкая  интеграция ведущих научно-исследовательских  учреждений и вузов с крупнейшими  промышленными предприятиями. В 2007 году при поддержке правительства  созданы четыре таких промышленно-исследовательских  альянса: в металлургии, угольной, химической промышленности, сельскохозяйственном машиностроении.

При всем том  недостаток технологических ресурсов и отсутствие механизма, побуждающего предприятия осуществлять инновации, пока тормозят «индустриализацию нового типа».

В 2003 году только на 30% крупных и средних предприятий  страны велись НИОКР. В разработку новых  продуктов и технологий в Китае  инвестируется лишь 0,75% дохода от продаж (см. рис. 13), в то время как зарубежный опыт показывает, что успешное развитие возможно лишь начиная с 3%, а при 2% предприятие, как правило, не выдерживает рыночной конкуренции. В отраслях же, связанных с высокими технологиями, затраты на НИОКР обычно составляют более 10% от суммы продаж.

Недостаточные вложения в НИОКР отнюдь не всегда связаны с нехваткой средств. Высокоприбыльные предприятия, например в автомобилестроении, могут значительно уступать по этому показателю менее прибыльным. Дело в том, что руководитель успешного государственного предприятия, как правило, предпочитает не связываться с рискованными долгосрочными вложениями в исследования и разработки, плоды которых скорее всего будет пожинать его преемник. Гораздо более легкий путь — технологическая кооперация с иностранными фирмами .

Можно отметить следующие факторы, мешающие развитию НИОКР на предприятиях:

• Слабы стимулы  к инновациям у госпредприятий. Осуществляемое в настоящее время реформирование таких предприятий, включающее акционирование с привлечением национального и  иностранного капитала, видимо, позволит решить эту проблему.

• Система государственных  коммерческих банков не ориентирована  в достаточной степени на кредитную  поддержку малых и средних  предприятий, в частности, их инновационной  и, тем более, венчурной деятельности. Назрела необходимость в создании более гибкой сети частных кредитных  институтов.

• Китайские  предприятия испытывают серьезную  нехватку высококвалифицированных  кадров, способных вести НИОКР  и внедрять результаты исследований. Сказываются очень высокие темпы  роста экономики и недостаточные  вложения бизнеса в обучение работников.

• Возможностей привлекать способных менеджеров и  талантливых исследователей у китайских  предприятий существенно меньше, нежели у иностранных.

Строительство инновационной экономики — это  процесс, затрагивающий отнюдь не только и даже не столько собственно области  экономики и науки. Он гораздо  масштабнее и охватывает сферы государственного строительства, образования, культуры. Это решающий модернизационный прорыв, переход от традиционного общества к обществу современному. Это одновременно и радикальная трансформация общественного сознания, отказ от пассивного усвоения и трансляции знаний, навыков в пользу креативности, инновационности, предприимчивости. Это решительный уход от традиционной практики комментаторства и плагиата в науке.

Иными словами, чтобы создать национальную инновационную  систему, Китаю придется пройти большой  и трудный путь. И чем дальше по нему будет продвигаться страна, тем бóльшую роль будет играть для нее международное научно-техническое сотрудничество. В частности, и с великим соседом Китая — Россией. 

Инновации в  Китае – развивать и покупать10 

Сергей Кирилов 18.05.2009 05:30

Судя по заявленным сверхзадачам, Китай к 2020 г. планирует  довести долю расходов на научно-исследовательсвие работы до 2,5%, увеличить вклад научного прогресса в экономическое развитие более чем вдвое, на треть снизить зависимость от импортных технологий. При этом среди обозначенных приоритетов Поднебесная рассчитывает войти в первую пятерку стран по числу выдаваемых патентов и по числу ссылок на научные публикации, а также занять лидирующее положение в науке и технике. Говоря бытовым языком, Китаю, очевидно, надоело продолжать именоваться мировой мастерской дешевого ширпотреба. Настала пора производства высокотехнологичной продукции. И без инноваций тут не обойтись.  

От инвестиций до инноваций один шаг?

Вместе с тем, очевидно, что инновации приходят вместе с деньгами, либо после них. Значит, нужно было предпринимать  шаги, позволяющие инвестициям уютно  себя чувствовать на китайской земле. И здесь Поднебесная не подкачала  – только за 30 лет реформ КНР привлекла  в свою экономику $860 млрд прямых иностранных инвестиций. За это же время было создано 650 000 предприятий с иностранным участием, которые не только устранили зависимость ряда отраслей экономики от импорта, но и стали ведущими поставщиками продукции на мировой рынок. В результате Китай вышел на первые позиции по поставке высокотехнологичной машиностроительной продукции, обеспечив 500-процентный рост экспорта промышленных товаров от уровня 2002 г. Кстати, данный прогресс явился результатом соответствующей экономической политики поддержки экспорта, который заслуживает серьезного изучения российской стороной.  

Дело в том, что Китай начинал свои реформы  в относительно худших условиях, чем  Россия, и его экономическое положение  было тогда намного слабее. При  этом стоит обратить внимание на то, что значительная часть территории страны – 59,37% – это гористая местность, а наиболее удобные для жизнедеятельности  земли составляют всего 31% всей площади. Но уже в 2007 г. ВВП Китая по паритету покупательной способности стал вторым в мире после США. Во многом это обосновывает тот факт, что  в период мирового кризиса китайская  экономика демонстрирует относительную  стабильность.  

Инновации сверх  плана  

И, все же, с  чего начались китайские преобразования? Тут все строго по-китайски –  с четкой постановки задач, как говорится, без эмоций. Цели преобразований были подчинены национальным интересам, решению конкретных задач развития страны и повышения благосостояния народа. Причем, за порядком, все-таки следило  государство в лице просвещенной и деятельной государственной власти, активно изучавшей экономический  опыт, а также историю взлетов  и падений экономик многих стран. Промежуточный итог подобной работы характеризует некое подобие  партийных установок следующего вида: к 2020 г. Китай планирует достижение общества средней зажиточности, а  к 2050 г. — уровня жизни развитых стран.  

Партийные задачи и практика в Поднебесной по-прежнему взаимосвязаны, поэтому многое здесь  зависит от того, что скажет КПК. А она, в свою очередь в качестве ориентира обозначила создание собственной  китайской инновационной системы. Начинать пришлось не с пустого места, потому как за последние десятилетия  Китай добился значительных успехов  в освоении современных технологий. Так, например, если в 1985 г., согласно данным ООН по промышленному развитию, страна по экспорту высокотехнологичных товаров  не входила даже в число первых 25 в мире, то в 1998 г. она поднялась  на 11-е место. Начиная с 2004 г., экспорт  таких товаров стал превышать  импорт. В ассортименте высокотехнологичной  продукции в четверке лидеров  – электроника и телекоммуникационное оборудование, компьютеры и офисная  техника. Немного скромнее позиции  у фармацевтики, медицинского приборостроения  и авиакосмической отрасли. Итог 2008 года определил опубликованный научно-исследовательским центром Economist Intelligence Unit Глобальный инновационный индекс. Так вот, согласно исследованиям Китай переместился в мировой табели о рангах с 59-го на 54-ое место. Традиционно исследователи были поражены скоростью развития китайского инновационного комплекса, которая оказалась почти втрое выше той, на которую рассчитывали ранее в мире.  
 

Инновации с  минимальными затратами  

С точки зрения создания своего собственного инновационного механизма китайская система  роста демонстрирует довольно интересные метаморфозы. Дело в том, что преимущественно  отверточная сборка только и может, что создать условия для абсолютного  доминирования в экономике иностранного капитала. А это само по себе не очень-то отвечает интересам самодостаточности. Однако именно таким способом Китай  обеспечил себе значительное число  рабочих мест и открыл для китайского экспорта мировой рынок. Только в  погоне за Западом Поднебесная не сильно беспокоилась об освоении технологий. Использовать, да, использовала, но не осваивала, как это в свое время  делали Япония и Южная Корея. Так, например, крупные и средние предприятия  КНР в 2006 г. затратили почти $ 5 млрд на импорт технологий и только $800 млн на их освоение. Однако в самые последние годы ситуация стала быстро меняться. Власти осознали, что заимствованные технологии не могут обеспечить стабильного роста конкурентоспособности Китая, надо вкладываться в собственные инновации. И это решение стало приносить свои плоды. Сегодня по количеству исследователей Китай приближается к США. На его долю приходится 14,7% научных сотрудников мира, на долю США – 22,8%, Японии – 11,7%, России – 8,9%. Число дипломированных специалистов в области информационных технологий ежегодно прирастает на 200 000 человек, что в пять раз быстрее, чем на Западе.  

Молодость как  преимеущество  

Большое преимущество Китая связано с возрастным составом ученых – большинство не так давно  закончили обучение. В этом плане  Россия серьезно уступает Китаю. Так, например, эксперты отмечают, что в России 28% специалистов, непосредственно занятых  в работе инновационного сектора, являются людьми до 40 лет, остальные 72% перешагнули  данный возрастной рубеж, при этом возраст 22% специалистов – более 60 лет. Неутешительные результаты демонстрирует оценка емкости  инновационного сектора. Так инновационная  продукция в России на настоящий  момент составляет не больше 5-7% по отдельным  отраслям от общего количества производимых товаров. Лишь по атомному направлению  производится 10,2% инновационной продукции. В целом в России производится не больше 1% инновационной продукции, в то время на США – 70, а Китай  – 34%.  

Любые средства хороши  

Создание экономики, способной производить инновации, это радикальная трансформация  общественного сознания, отказ от пассивного усвоения знаний, навыков  в пользу предприимчивости. Другими  словами, чтобы создать национальную инновационную систему, Китаю придется пройти большой и трудный путь. Как бы там ни было, развивая технологий внутри страны, Китай не станет отказаться от "покупной" инновационности. Пользуясь случаем, Поднебесная продолжает покупать. А случай предоставлен довольно удобный – кризис, когда многие готовы продать, лишь бы выжить. Не случайно в конце апреля в ходе встречи китайского премьера Вэнь Цзябао с его финским коллегой Матти Ванханеном был поднят вопрос о создании в районе Хельсинки китайского инновационного центра. Тогда еще премьер-министр Китая похвалил кредитоспособность Финляндии и выразил надежду на то, что гражданам его страны позволят покупать облигации Суоми. С этой целью Пекин собирается отправить в Финляндию закупочно-инновационную делегацию. Ради поставленной цели Поднебесная готова на подвиги. А достигать поставленные цели китайскому народу приходилось не единожды.